Я хочу увидеть настоящее
Багровое солнце,
На темнеющем ало-синем
Закатном небе,
Как оно опускается в
Сочно-черную пасть
Непроходимых джунглей.
Хочу сидеть вечером за
Огромным костром,
Что жадно пытается все же лизнуть хоть разок небосвод.
Хочу говорить с седым колдуном,
С еще крепким вождем и
Несколькими черными воинами -
Глядеть на выпуклую вязь ритуальных
Шрамов
И жалеть, что мне нельзя самому
Обзавестись такими - я не из этого племени,
Да что там - я не из какого племени,
Но все-таки я не дрался с ними
Плечом к плечу в чаще зеленых стволов
И бесконечных лиан.
Они едят побежденных.
И что? Они берегут свои семьи и
Берегут свои души,
Так неужели этого мало,
Чтобы считать человека
Человеком достойным?
Потом, когда джунгли разорвут и поглотят остатки солнца,
Воины с их вождем по обычаю отправятся спать,
А мы с колдуном будем долго сидеть у костра,
Курить и поправлять жар углей руками.
- Ну, что же, ты видел, как и чем мы живем, чего стоит здесь сама жизнь и насколько она дешевле правильной смерти. Вас таких тут уже приходило немало, все передумали - все, до единого, а что скажешь ты?
- Я скажу, что не передумал. Я хочу видеть багровое солнце
И драться в зелени леса. И понимать то, что не видят ни белые и не черные, если не могут смотреть.
- Снимай свои тряпки, - презрительно фыркнет колдун и
Достанет
Острую раковину,
Ту самую, которой режут
На коже эти выпуклые,
Сложные шрамы.