Еще один день спущен
В му-со-ро-про-вод
(Ребристое слово!).
День был беззащитен
Перед 
Калекой,
Который смертно устал
От того, что дни не желали 
Ярких нарядов и фейерверков,
Цветов, поцелуев,
Радостных встреч, веселья,
Страстных объятий,
Негромкого смеха под вечер,
Дорог и прогулок,
И
Мягких, манящих красок барселонской нежной палитры,
Где этот калека, собственно, не был,
(Да, собственно, и не мог...) -
Дни
Не желали брать на себя роли
По-во-ды-ря,
А требовали провожатых,
Которым не было дела
До них - до дней и калеки.
(Глянь-ка - Уроборос!)
День был беззащитен - а потому обречен
На то, что его перекинут в былое,
А дальше - в корзину,
А дальше - в
Му-со-ро-про-вод,
Как тысячи предыдущих.
Единственное, чем день
Мог бы себя утешить - так тем,
Что пополнил собою былое.
Но кто бы там взялся его отличить
От других?
Былое, наполненное пустотой, способно сломать хребет.
Да что говорить, пристало ль калеке
Сетовать на поводырей,
На тишину, на немоту, на пустоту?

...Разумеется, нет.