Я видел тысячи рек.
Я тысячи жег костров.
Я пел призывы сотни ночей подряд...
Моя жизнь - это не век,
А память сотен веков,
И память порой ее превращает в ад...
Но та жалкая малость, что от сердца осталась, что способна на нежность, способна на жалость,
вряд ли на радость, но на горечь и сладость - вполне.
Еще помнит и верит в открытые двери, а года, словно звери, рвут ее на потери, но жалкий остаток
хочет силу проверить, и все отвечает красной закатной волне...
Оставаясь на дне.
Я видел тысячи глаз,
Я слышал тысячи слов,
Могу отличить от вопроса ответ...
А любовь чаще лишь страз,
Вы верьте в вечность оков,
Но не в грудь, а в спину бьет честное "нет"...
Но меж женских век обронив отраженье, где бродит река в своем вечном движенье, ты не знаешь
победа то, иль пораженье - просто водоворот...
И теряя, ты бьешь, а ей это нравится, пусть хоть срастется, раз не исправится, но в степнячки глазах
равнодушие плавится - а ваше время идет...
Жизнь. Но наоборот.