Аннотация: Они всегда были вместе. Они были счастливы. На Небесах. Но обстоятельства заставили их спуститься на землю. Сирил/Кетус.
Спасая тебя
Он всегда был болезненным ангелом. Я никогда не мог понять, за что Отец создал его таким. Сирил никогда не летал на задания в одиночку. Я каждый раз переживал, когда он был не со мной в паре.
Мы не были рождёнными в один день ангелами. Именно они обычно самые близкие друг другу, но у нас всё было не так. Ровесники Сирила относились к нему с жалостью, я же относился с жалостью к ним самим. Мои ровесники... У меня их никогда не было. В тот день я был единственным рождённым ангелом.
Как мы подружились с Сирилом? Это длинная история. Так уж вышло, что именно я учил его летать и подстраховывал этого недоумка. Он раза три падал на меня. Я ворчал, но на самом деле я не был зол. Он сразу же понравился мне. Своей искренностью, своей чистой душой, простотой... И он никогда не опускал руки и не унывал. Я в тайне восхищался этим слабым телом, но не душой ангелом.
***
- Как ты себя чувствуешь?
Он кашляет и поднимается с земли, опираясь о мою руку.
- Неплохо, - Сирил как впрочем и всегда улыбается. - Уже вернулся с задания?
Я киваю.
- Быстро ты сегодня. Я даже не успел заскучать.
Я никогда не признаюсь, что именно из-за него я всегда и стараюсь вернуться пораньше.
Сирил снова заходится в кашле. Я касаюсь его лба. Вроде не горячий. Но это слабо меня успокаивает:
- Кашель всё не проходит?
Он отчаянно качает головой:
- Нет.
Я горько усмехаюсь:
- Знаешь, а это даже забавно. Ангел, который не может справится с простудой. Сирил, вечно ты во всём такой уникальный. Обычно ангелы не болеют.
Он вздыхает и кладёт голову мне на плечо:
- Прости. За то, что я такой...неправильный.
Я улыбаюсь:
- Ну, что ты, Сирил. Именно за это я и люблю тебя.
***
Я нервно меряю шагами свою комнату.
- Кетус.
Я выхожу в коридор.
- Ну, и как он?
Аноки опускает голову:
- Кетус, ты должен понимать, что я никогда раньше не сталкивался с подобным. Болезням подвержены люди, но не ангелы. У него снова начался жар.
Я пытаюсь улыбнуться:
- В любом случае спасибо. Это очень важно для меня. Сирил очень для меня важен.
- Я знаю. Но, боюсь, я совсем ничем не могу тебе помочь.
Я нервно покусываю нижнюю губу:
- Аноки, он может...умереть?
- Без нужного лечения? Думаю, что может.
Я киваю.
***
Быть человеком сложно. Если отбросить все моральные и социальные проблемы, то всё равно остаётся куда более важная: их тела быстро изнашиваются. Люди подвержены болезни, смерти... Но в то же время у них есть и лечение, лекарства...
Я осторожно захожу в комнату Сирила и подхожу ближе к кровати, на которой он лежит.
- Кетус? - доносится до меня слабый голос Сирила.
- Да, это я, - я опускаюсь на колени и касаюсь его ладони: - Как ты?
Он кашляет и улыбается:
- Хорошо. Пока ты со мной.
Я смотрю на его бледное измождённое лицо, тени под глазами...
- Сирил, как ты смотришь на то, чтобы отправиться в мир людей?
- Зачем? - он пристально смотрит мне в глаза.
Я пожимаю плечами:
- Чтобы жить.
***
Я отвечаю не задумываясь:
- Хорошо.
Кетус удивлённо смотрит на меня:
- Сирил?
Я закрываю глаза:
- У нас же всё равно нет выхода, да? Хотя нет, у тебя - есть. Оставь меня, Кетус. Мне кажется, я умираю.
Он сжимает крепче мою ладонь:
- Ты будешь жить, Сирил, слышишь? Я не дам тебе умереть.
Я поднимаю вторую руку, касаюсь складки, залегшей между его бровей, и улыбаюсь:
- Эй, морщины тебе совсем не идут.
Он робко улыбается и расслабляет мышцы лица. Я убираю руку:
- Ты же знаешь, что если я стану человеком, я всё равно рано или поздно умру.
Кетус убирает прядь волос с моего лба:
- Тогда я стану твоим ангелом-хранителем и буду охранять тебя и уберегать ото всех опасностей как можно дольше.
***
- Я нашёл вам место, где вы можете остановиться. И вот ещё, - Аноки протягивает мне стопку банкнот. - На первое время должно хватить. И не волнуйся, я как-нибудь объясню ваше отсутствие.
Я киваю и кладу деньги в задний карман джинсов:
- Спасибо. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь отблагодарить тебя за всё.
Он идёт к выходу:
- Не за что. Ты бы сделал для меня то же самое. Береги его, Кетус.
- Я не могу иначе.
***
Я аккуратно подымаю Сирила с постели:
- Стоять можешь?
- Да, - тихо отвечает он и хватается за мои плечи.
- Я помогу тебе одеться.
Сирил безропотно помогает надеть на него рубашку и джинсы.
- Мы не должны вызвать подозрений, - объясняю ему я.
Сирил меня почти не слушает. У него снова начался жар.
Я беру Сирила за плечи и взмахиваю крыльями:
- Не волнуйся. Мои крылья выдержат нас обоих.
***
Как только мы вошли в квартиру, я почувствовал такое облегчение. Всё-таки крылья не рассчитаны на парные перелёты.
Сирил не то спал, не то потерял сознание. Я положил его на единственную кровать в этой скромной квартирке, а сам пошёл в ближайшую аптеку за жаропонижающим. Благо некоторые препараты всё же выписывались без рецепта. Когда я пришёл, Сирил всё ещё спал. Я почти насильно влил в него какую-то микстуру и без сил рухнул рядом, даже не дойдя до дивана.
Я просыпаюсь от того, что солнце светит прямо в глаза. Раньше я почти никогда не спал. Открыв глаза, я удивлённо вздрагиваю:
- Сирил, ты почему не в постели? Что-то болит?
Он качает головой:
- Не волнуйся. Я просто ходил пить.
- Как ты сегодня себя чувствуешь? - спрашиваю я, подымаясь с кровати. - Лучше?
Сирил виновато опускает взгляд:
- Прости.
Я наигранно жизнерадостно отмахиваюсь:
- Ничего. Наверняка эти лекарства людей пока подействуют...
- Кетус, - перебивает он меня и вздыхает: - Я понимаю, ты надеешься на лучшее, но, боюсь, они не помогут мне, пока я тоже не стану человеком.
Я не хочу даже думать об этом:
- Давай поговорим об этом пару дней спустя.
Сирил горько улыбается:
- Я надеюсь, они у меня будут.
***
Сирил виновато смотрит на меня и улыбается. Я касаюсь его лба. Прошло уже два дня, а температура даже не думает спадать.
Я вздыхаю и сажусь перед ним на корточки:
- Ну, и что мне с тобой делать?
Сирил разводит руками:
- Ты же понимаешь, что выхода нет.
К нему снова вернулся кашель...
Я киваю:
- Не волнуйся. Я всё равно останусь с тобой. Что бы ни случилось.
Сирил радостно кивает и начинает что-то напевать:
- Два ангела сидят на облачке,
Два ангела не спят...
Они оберегают бережно
Земных смешных ребят...
Наверное, я так и не пойму никогда этого немного чудаковатого ангела.
***
- А-а-а!
Он кричит, а я просто не знаю, что делать.
Я стираю слёзы, бегущие из его глаз. Кто же знал, что это будет так больно, терять крылья? Сирил всхлипывает. Я шепчу ему, что всё будет хорошо. Но кого я обманываю? Разве в будущем его ждёт меньше боли? Я никогда не хотел, чтобы Сирил стал человеком. Потому что быть человеком - это всегда больно.
Я пытаюсь обнять его, но он отталкивает меня.
- Уйди, - шепчет он сквозь крики и слёзы, - просто уйди.
Я качаю головой, выхожу из комнаты и прислоняюсь к ближайшей стене. Если бы я только смог разделить его боль. Но Сирил мне никогда этого не простит: если я тоже стану человеком. Но ничего, У нас всё равно остаётся на двоих ещё целых два крыла. Нам хватит.
А Сирил всё кричит и кричит, не переставая. Если бы я был человеком, то именно эти крики мне бы и снились в кошмарах. А так они будут сниться только ему одному.
***
- Сирил, хочешь пить? Хочешь, я принесу тебе воды?
Он безразлично смотрит на меня. А затем отворачивается к стенке. После того, как... превращение закончилось, Сирил упал без сознания. Я поднял его с пола и отнёс в кровать. И вот он проснулся и просто не хочет меня видеть...
- Как ты себя чувствуешь?
- Так же, - говорит Сирил стенке.
- Я принесу тебе лекарство попозже.
Он молчит. Я вздыхаю и выхожу из комнаты. Я знал, что будет тяжело. Я даже не буду удивлён, когда Сирил скажет что-то в стиле: "Лучше б я умер". Он и так совсем никому кроме меня не нужен. А я ещё заставил пройти его через всю эту боль...
***
Когда я прихожу в следующий раз в его комнату, Сирил стоит без рубашки у зеркала и смотрит через плечо на свою спину. Он поворачивает голову ко мне:
- Это непривычно. То, что они не появляются.
Я подхожу к нему ближе:
- Эй, мы справимся с этим.
Сирил неуверенно смотрит на свою спину:
- Но их нет, Кетус. Совсем нет.
Я улыбаюсь:
- Не волнуйся. Мы что-нибудь придумаем. Ты главное выздоравливай.
Он оборачивается ко мне и хмурится:
- А знаешь, я видел их. Во сне. Представляешь, Кетус, мне снился сон. Мы были с тобой на Небесах и смеялись.
Я глажу его по щеке и обещаю:
- Мы ещё будем смеяться.
И, судя по улыбку Сирила, он пытается мне верить. А это значит, что у нас есть шанс. И что, возможно, всё ещё сможет закончиться хорошо.
***
- Я не знал, что купить. Быть может, ты хочешь...хлеба?
Сирил улыбается и протягивает руку. Я вкладываю в неё отрезанный кусок. Он забавно жмурится, пытаясь распробовать. Как-никак его первая пища...
Сирил прожёвывает и начинает смеяться. Я удивлённо смотрю на него.
- Я ем хлеб, - сквозь смех говорит он и роняет на пол так и не доеденный кусок.
Когда на смену смеху приходят слёзы, я впервые в полной мере понимаю, что такое человеческая "истерика".
***
- Сирил, ну, съешь что-нибудь.
Он так и не может смириться с тем, что у его тела появились...потребности. Бурчание в животе у Сирила слышу даже я.
Сирил накрывается с головой одеялом и старается игнорировать голод.
- Больным нужно хорошо питаться, чтобы у организма было откуда черпать силы.
Сирил вылазит из-под одеяла, сопит и смотрит на меня обиженно:
- Я хочу есть.
Я улыбаюсь:
- Я знаю. Поэтому и предлагаю. Не думаю, что из меня выйдет неплохой кулинар, но я купил книжку для начинающих...поваров.
Сирил смеётся. И я не знаю истерика это или нет.
- Ты будешь готовить мне.
- Буду, - серьёзно отвечаю я. - Я же теперь твой неофициальный ангел-хранитель. Должен же я хоть как-то заботиться о своём подопечном.
Его смех резко обрывается:
- Кетус, как я буду жить без тебя?
- Мы всегда будем вместе, - уверенно отвечаю я и тяну его на кухню. Мы справимся со всем этим. Мы же сильные.
***
- Кажется, лекарство начинает помогать, - я с облегчением отнимаю руку от лба Сирила.
- Кетус, кажется, я потею.
- Это нормально, - успокаиваю его я и глажу по волосам.
Хотя, что в этом нормального, когда хоть и бывший, но всё равно ангел потеет?
***
- Ты собираешься возвращаться? - спрашивает меня пару дней спустя Сирил.
Я не знаю, что ему ответить. Я должен, но не могу же я оставить его здесь одного. К тому же Сирил всегда был для меня намного важнее какой-то там работы.
- Почему, когда лишаешься крыльев, не сыплются перья? - ни с того ни с сего задаёт мне Сирил новый вопрос, весьма странный вопрос.
- Откуда я знаю? - я криво улыбаюсь. - Прости меня. Я не знал, что будет так больно. Если бы я знал...
Да кого я обманываю? Я поступил бы точно так же.
Он кусает губы, сидит передо мной, отводит глаза:
- Кетус, а ты когда-нибудь видел смерть?
- Сирил, - я кладу руки ему на плечи, - слушай меня внимательно. Ты будешь жить очень долго. Я придумаю...я обязательно придумаю что-нибудь. Ты же знаешь меня. Я человек слова.
Он долго всматривается мне в глаза, а затем тихо произносит:
- Я доверяю тебе, но я не хочу, чтобы у тебя из-за меня были проблемы. Хотя, о чём это я? У тебя и так уже проблемы. Из-за меня, из-за моей болезни.
Я сжимаю его плечи ещё сильнее. Сирилу почти больно, но я просто хочу, чтобы он понял:
- Я ни за что тебя не оставлю. Ты мне дорог. Очень дорог. А работа... Подумаешь, станет на двух ангелов меньше... А здесь я нужен.
Я отпускаю его плечи. Сирил стоит передо мной, словно потерянный, а я даже не знаю, что ещё можно ему сказать. Всё-таки на Небесах всё намного проще.
***
- Она горячая.
- Поверни второй кран, Сирил.
Это не первая его попытка принять душ, но он всё никак не может привыкнуть.
Через пять минут раздаётся жалобное:
- Кетус?
Я подхожу к кабинке и подаю ему полотенце. Когда Сирил выходит из душа, я замечаю, что он подавлен. Сильнее, чем обычно.
- Что такое? - заботливо спрашиваю я его.
Сирил дотрагивается до своей щеки и растерянно говорит:
- Кажется, мне скоро нужно будет бриться.
***
Я сижу за столом и смотрю на то, как Сирил ест. Он отрывается от еды:
- Хочешь, попробовать?
Я улыбаюсь:
- Ты же знаешь, что мне это не нужно. К тому же это может повредить моему телу.
Сирил смеётся:
- Да ладно тебе. От одного кусочка не убудет, - он протягивает мне дольку апельсина и пожимает плечами. - Не хочешь - не ешь.
Я забираю дольку, кладу в рот и жую. Наверное, это вкусно. Для людей.
- Кисло, - сухо говорю я.
Сирил улыбается, соглашаясь:
- Кисло.
***
Аноки появляется неожиданно, как и положено ангелам. Правильным ангелам. Он смотрит на Сирила, на меня...
- Ты всё ещё ангел, - кивает Аноки каким-то своим мыслям. - И ты...я так понимаю, что ты не вернёшься? Останешься с ним?
Я не знаю, что на это ответить. Кажется, Аноки понимает причину моего молчания:
- Ты ведь понимаешь, что не можешь вернуться с ним обратно, с ним...человеком?
Я молчу.
- Кетус, только не говори мне, что ты собираешься. Ты не можешь!
Я устало массирую виски:
- Я даже сам не знаю, что собираюсь делать со всем этим, - я обвожу комнату рукой. - С этим.
Аноки прислоняется к стене:
- Они все скучают по вам...обоим. И боюсь, тебе не избежать всех этих расспросов после возвращения. Если ты вернёшься, конечно.
- Я не вернусь один, - твёрдо говорю я.
Аноки переводит взгляд на Сирила:
- Ты же знаешь, что с тобой сделают за это. Тоже захотел стать человеком? Только зачем тебе все эти приговоры и прочая нервотрёпка, когда можно просто попросить?
- Но он не просил! - не выдержал я. - Где был Отец, когда Сирил валялся с лихорадкой? Сирил не заслужил изгнания. Он всё равно ангел!
Сирил вздыхает и подходит ближе ко мне:
- Кетус, он прав. Возвращайся один. Я справлюсь. Сам.
Справится... Я вспоминаю его попытки зажечь спичку, вечные ссоры с краном с горячей водой и качаю головой:
- Прости, Аноки, я не могу. Я не могу без него.
- Что же в нём такого особенного? - усмехается Аноки.
Я пожимаю плечами:
- Откуда я знаю? Мне просто хорошо, когда он рядом.
Аноки резко взмахивает крыльями и исчезает. Я молча выхожу из комнаты. Но Сирил неожиданно хватает меня за руку у самого порога.
- Сирил?
Он улыбается:
- Ты тоже мне дорог.
Я улыбаюсь в ответ:
- Знаешь, а я верю, что у нас всё будет хорошо.
В конце концов, два крыла это не так уж и мало. Но и не так много.
- Знаешь, - говорит Сирил, - а мне всегда было интересно, чем жизнь людей отличается от жизни ангелов. И, кажется, я понял.
- И чем же она отличается? - интересуюсь я.
- Она проще, - отвечает мне Сирил.
Я удивлённо смотрю на него:
- Проще?
Он кивает:
- Да. Здесь, по крайней мере, мы можем быть вместе.
Я переплетаю наши пальцы и улыбаюсь:
- Ты прав. Вместе навсегда.
Спасая себя
Яйцо выпадает из моих рук и разбивается об пол. Сирил опускает голову и выходит из кухни. Я всё ещё помню, как он плакал, когда я приготовил ему яичницу. "Они умерли из-за меня". А теперь мало того, что этот не родившийся цыплёнок умер, так ещё зря. Я убираю с пола и замираю около раковины. По той же причине я никогда не беру Сирила с собой в магазин. И никогда не приношу домой ни мяса, ни рыбы.
***
Он лежит на постели и смотрит на потолок.
- Мне снятся сны, - тихо говорит Сирил. - В них я вижу грациозных оленей с большими глазами, птиц и зверей. Они улыбаются своим родителям, друзьям, братьям и сёстрам... А потом я вижу кровь и много-много мяса. Я вижу рыб... И зубы, вгрызающиеся в нежную плоть.
Сирил переводит взгляд на меня. Глаза влажные, но он не плачет, сдерживает.
- Я тоже стану таким же со временем. Они смотрят большими глазами, в то время как кто-то продолжает их есть...
Я подхожу к кровати и касаюсь ладонью его виска:
- Мы придумаем что-нибудь. В крайнем случае, вернём тебя домой.
Он горько улыбается:
- Тебя не простят.
Я пожимаю плечами:
- Знаю. И что с того?
Сирил улыбается и смотрит мне прямо в глаза:
- Давай убежим куда-нибудь вдвоём?
Я расправляю крылья. Я давно уже подумывал о том, чтобы развеяться.
***
Он рисует на песке человека, а затем с детским восторгом пририсовывает ему крылья. Я сижу рядом и молчу.
Мне удалось найти почти не посещаемый, маленький пляжик. Море и свежий воздух. Небольшие волны с тихим ропотом разбиваются о берег.
- Знаешь, а я никогда раньше не видел моря, - радостно сообщает мне Сирил, пририсовывая своему человечку нимб.
Я усмехаюсь:
- Начитался людских религиозных книжек?
Он улыбается и начинает рисовать рядом ещё одного человечка. И я подсознательно уже знаю, на кого он будет похож.
- Смотри, - тычет рукой в рисунок Сирил. - Это ты и я. Правда, похоже?
Я смотрю в его счастливые глаза:
- Конечно, похоже. Только у меня крылья немного побольше, да и рост ты мне немного увеличил.
Сирил смеётся. И я почти рад, что перенёс его сюда.
- Порисуешь со мной? - с надеждой спрашивает он у меня.
Ну, и как ему можно отказать?
Мы рисуем Небеса, яркое солнце, улыбающихся людей и ангелов... Мы рисуем идеальный, счастливый и...нереальный мир.
***
Как только мы вновь вернулись домой, Сирил снова замкнулся в себе и ушёл в свою комнату.
Иногда по ночам я сижу рядом и смотрю, наблюдаю за тем, как он спит. Зачем? Затем, чтобы, когда Сирил в очередной раз проснётся, вскочит с бешено колотящимся сердцем, сказать, что это был всего лишь сон. Но, говоря по правде, это были не просто глупые бессмысленные кошмары.
***
Сирил подскакивает, а затем снова падает на кровать:
- Мне снились души. Тех людей, которые когда-то умерли в этом доме. Они тянули ко мне руки и просили помочь. Но что я мог для них сделать? Что я могу для них сделать?
Я вздыхаю. Я знаю, что каждый раз, когда Сирил слышит о чьей-то смерти, он плачет. Убийство, несчастный случай, обострение болезни, суицид... Газеты, радио, сплетни соседей под окнами...
Сирил закрывает глаза и начинает всхлипывать:
- Кетус, я устал. Почему люди так жестоки?
Души умерших людей и животных, от которых так легко сойти с ума.
- Я так устал, Кетус, забери меня отсюда, пожалуйста.
У меня просто не было другого выхода. В последнее время всё чаще и чаще казалось, что он может просто не выдержать. Ещё один день. Ещё одну порцию боли и ада.
***
Взмах крыльев, пальцы сжимающие плечи Сирила - а затем напряжённая тишина. Но только на пару секунд. Крики, размахивание рук, злые лица...
Сирил отстраняется и смотрит на меня не то с благодарностью, не то с осуждением. Я никогда не хотел, чтобы он разочаровывался во мне.
- Как ты посмел?
- Ты понимаешь, что сейчас будет?
- Ты...
А мне всё равно. Впервые в жизни я так равнодушен. Сирил отворачивается и качает головой. Я смотрю на его опущенную голову. "Мне не больно", - повторяю я про себя. Но почему-то тело совсем не слушается и отчего-то по щеке всё-таки стекает слеза. И оказывается совсем неважно то, что ангелы вообще-то не плачут.
Ещё одна история без счастливого финала. Впереди ожидает лишь казнь одного непокорного ангела и забвение для второго, в настоящее время уже человека. Но я почему-то не думаю обо всём этом. Я вспоминаю, как Сирил радовался крестику на цепочке, который я купил ему в ларьке около дома, как улыбался он смотря на стоящие в стакане ландыши, которые я купил в переходе... И мне вдруг становится совсем не важно, даже если я умру сегодня. Если бы мне позволили изменить прошлое, я бы не воспользовался этим шансом. Надеюсь, что Сирил сможет меня простить и сможет быть счастливым даже без меня.
***
- Кетус, вы самовольно спустились на землю, пренебрегали все эти дни своими обязанностями, насильно превратили Сирила в человека, а потом ещё и привели уже человека на Небеса. Вы же понимаете, что одним лишением крыльев здесь дело не ограничится?
Я киваю, просто не в силах что-то сказать. Сирил стоит напротив и смотрит куда угодно, но только не на меня.
Громкий стук - и в дверь врывается Аноки:
- Октавиус, я хотел бы внести кое-какую ясность в это дело.
Я замираю и смотрю на ангельского судью. Октавиус сдержанно кивает:
- Я думаю, я могу тебя выслушать.
***
-...Так что это был единственный выход, - заканчивает свой рассказ Аноки.
- Но это не оправдывает того, что он привёл уже бывшего ангела сюда, на Небеса.
- Да, но...
Я не особо прислушиваюсь к их перепалке. Какая разница лишат они меня крыльев или нет? Всё равно они не дадут нам с Сирилом быть вместе. И тут я думаю: "А почему бы и нет, почему бы не попробовать? Ведь я всё равно ничего не теряю".
- Я хотел бы пожертвовать одно крыло Сирилу.
Октавиус замирает с открытым ртом, Аноки смотрит на меня изумлённо, широко распахнув при этом глаза. А Сирил молчит. Ему словно всё равно. Он подымает взгляд, смотрит мне в глаза и беззвучно шепчет:
- Идиот.
Я улыбаюсь. Впервые за долгое время я как никогда уверен в правильности своего решения.
- Но никто раньше никогда...
Октавиус осекается и смотрит на Аноки, надеясь на помощь, но тот лишь качает головой, а затем улыбается:
- Я думаю, это не должно стать проблемой. Я не так давно натыкался на что-то подобное в одной из книг. Как врач, я готов сделать всё, что в моих силах.
По его глазам я вижу, что он не слишком удивлён и ожидал от меня чего-то в этом роде. Сирил недоверчиво смотрит на меня. Он боится. И я не знаю, чего именно. Того, что сделаю это или, наоборот, что передумаю. Но я уже всё для себя решил. Если это позволит нам жить вместе в мире, где он был так счастлив, то почему бы и нет. За такое ничего не жалко.
Октавиус растерянно кивает головой:
- Что ж, если вы все так решили, то почему бы и нет.
После этих слов у меня появляется твёрдая уверенность: скоро Сирил снова будет улыбаться.
***
Мне кажется, это было в прошлой жизни, хотя прошло совсем немного времени. Я снова слышу пение Сирила. Я лежу на кровати и, глупо улыбаясь, смотрю в потолок.
Аноки наклоняется надо мной:
- Сейчас я усыплю вас обоих. Когда ты в следующий раз откроешь глаза, то уже не сможешь летать с той же лёгкостью, как прежде. Последнее слово?
Я смеюсь:
- Да ну тебя. Ты же знаешь, я ни о чём не жалею.
Аноки кивает и кладёт пальцы мне на висок. Последнее, что я слышу, тихое "спасибо", произнесённое Сирилом.
***
Я сплю, и мне снятся мои самые чудесные воспоминания. Нет ничего удивительного в том, что все они связаны с Кетусом. Моим другом. Мы никогда не обсуждали эти вещи вслух, но для меня он был именно другом. Самым лучшим, который только может быть у человека или, как в моём случае, у ангела.
Он всегда был рядом, когда никто больше не хотел слушать, когда нужна была компания, совет, помощь, понимание... Я всегда удивлялся, зачем я ему нужен такой никчёмный недоангел. Кетус заботился обо мне, помогал, летал со мной на задания. Это было очень приятно, но в то же время так непривычно. Он никогда не злился на меня из-за моих неудач и болезней, лишь обнимал за плечи и шептал, что всё будет хорошо. И я не мог ему не верить, хоть и думал, что это всего лишь прекрасная, но как всегда недолговечная сказка. Сильнее его ухода я опасался только одной вещи: что когда-нибудь Кетус пострадает из-за меня, что когда-нибудь я смогу причинить ему боль.
Нет, я рад. Я смогу снова остаться на Небесах, но...разве ему от этого не будет больно? Мне-то всё равно, ангелу, который так никогда и не мог нормально летать, но ему... Разве я вправе лишать Кетуса такого дара?
***
Я касаюсь лица Сирила.
- Аноки, почему он ещё не проснулся?
Тот молчит и нервно поглядывает на свои песочные часы.
Внезапно Сирил жмурится. Спустя мгновение он уже смотрит в моё радостное лицо.
- Эй, - я убираю руку от его лица. - Ты как?
Он пожимает плечами, пытается встать, но сил видимо не хватает. Я облокачиваю его на себя и усаживаю поудобнее.
- Аноки?
Тот смотрит на меня напряжённо, а затем неожиданно улыбается:
- Он просто младше. И слабее.
Я треплю Сирила по волосам:
- Тоже мне нашёл слабенького.
Сирил морщится и улыбается.
- Крыло не болит? - спрашиваю его я.
Он с каким-то особым восторгом расправляет крыло, дотрагивается до перьев кончиками пальцев, смеётся и начинает петь о каких-то людях-ангелах.
***
Я обнимаю Сирила за плечи одной рукой. Мы идём за своим заданием. Первым совместным заданием после операции. Нет ничего удивительного в том, что нас поставили в пару.
Сирил улыбается и кладёт голову мне на плечо, как он делал много раз до того. Я улыбаюсь. Я ничего не потерял, лишившись какого-то там дурацкого крыла. Немного непривычно, но когда с тобой рядом всегда находится ангел, который тебе дорог, то даже не обращаешь внимания на все эти мелкие неудобства.
Сирил вдруг резко останавливается, подымает голову и спрашивает:
- Ты же не жалеешь?
Я щёлкаю его по носу:
- Дурак ты, Сирил.
Он снова расслабляется и улыбается.
***
- Готов?
Я крепко держу Сирила за руку. Тот кивает.
- Хорошо. Тогда на счёт "три". Раз...два...три.
Резкий одновременный взмах двух крыльев. Почти забытое чувство полёта.
- Ты как? - спрашиваю я у Сирила.
Он смотрит на меня и смеётся. И я смеюсь вместе с ним. Почти забытая мягкость облаков, ветер, бьющий в лицо. Всего неделя без полётов для ангела такая мука...
- Ладонь касается ладони,
И крылья обнимают их...
Сирил начинает снова напевать какую-то песенку. Я улыбаюсь. И всё-таки два крыла это очень даже много. Их как раз хватает для счастья.
***
Яркое солнце, чистое небо и два летящих в облаках ангела. Аноки смотрит им вслед и его губы растягиваются в улыбке.
- А ещё говорят, что правила жёсткие.
Аноки оборачивается:
- Октавиус.
Старый ангел улыбается:
- Ещё два ангела спасены благодаря твоей помощи. Что чувствуешь, великий спаситель?
Аноки качает головой:
- Чувствую себя разбитым.
Октавиус усмехается и подаёт младшему ангелу руку:
- Пошли домой.
Аноки касается руки своего соседа по комнате - и они исчезают, оставив после себя лишь пару перьев, упавших с двух крыльев.
![Сирил/Кетус [Лена KaitoKuroiRico]](/img/l/lena_k/dva_kryla_na_dvoix/sp_a0411.jpg)