Семеро учёных были заперты за прозрачным пуленепробиваемым стеклом, в которое постоянно ударяли их зараженные неизвестным вирусом коллеги учёные и охрана лаборатории. Зараженных было порядка 20 человек - это все, кто находился снаружи до момента объявления тревоги.
Согласно установленным правилам на объекте, в случае когда загорается беззвучная сирена красного цвета, все находящиеся в этой комнате обязаны оставаться в ней и никого не пускать, до окончания тревоги. Причиной тому были ценные исследования и находящиеся внутри образцы вируса Љ347.
Вирус разрабатывался тут по заказу правительства КНДР и должен помочь задействовать весь потенциал человеческого мозга.
В ходе исследований выяснилось, что лучше всего для испытаний подходят подростки в возрасте от 12 до 16 лет. Они лучше всего переносят действие препарата, около года и у них наблюдается значительный прогресс в умственном развитии по сравнению со сверстниками. Самая же большая проблема препарата в том, что момент начала существенного повышения мозговой деятельности как раз начинается через 11 месяцев его приёма и после этого испытуемые объекты ещё не проживали более 18 дней. Из-за действия препарата начинают отказывать органы и в прямом смысле разрушается мозг. Первыми симптомами приближающегося конца являются бледность, головные боли и сильные боли в груди, которые длятся около недели. Затем идёт кровавый кашель и частые неконтролируемые мочеиспускания. Через сутки после этого всё заканчивается обильными кровотечениями из глаз и ушей, судорогами и смертью.
Вот уже несколько лет идут испытания на людях и поиск способов избавления от побочных эффектов вируса, но пока особых результатов в лаборатории не достигли.
- Джи Хун, - обратился ко мне старый друг и коллега, - нужно выбираться отсюда.
- Мин Чжун, ты с ума сошел? Как только ты выйдешь за дверь, толпа зараженных просто разорвёт тебя. Может ты слепой?
- Я вижу, но ты сам слышал по радио, что заражение распространилось по всей планете, причём мгновенно.
- Такое просто невозможно! - ответил я, хотя сам не до конца верил в свои слова. По радио сообщали о заражении всех крупных городов на планете. Но как такое может быть?
- Я и сам не могу понять, как такое возможно. Ладно бы в близлежащие страны моли достаточно быстро попасть инфицированные при авиаперелётах, но заражение одновременно произошло в Японии, Китае, России, Европе, Америке, Бразилии и Австралии! Ты вообще когда нибудь слышал, чтобы что-нибудь происходило в грёбанной Австралии?
Учёные, молча слушавшие разговор, лишь горько улыбнулись. Действительно, когда это в Австралии что-нибудь происходило?
Гнетущая атмосфера немного рассеялась и Джи Хун продолжил разговор.
- Да, Мин Чжун, ты прав. Если бы у вируса был инкубационный период, то всё равно заражение происходило постепенно, по цепочке, а тут черт знает что. Такое впечатление, что кто-то одновременно распылил с самолётов это вирус во всех крупных городах, будто фермер, но провернуть такое - это просто невыполнимая задача. Скорее уж бог решил покарать нас.
- В любом случае, за нами никто не придёт и если мы будем бездействовать, то рано или поздно просто умрём от голода!
- У тебя есть идеи?
Однако идей ни у кого из присутствующих не было. Около 20-ти зараженных, плотным строем блокировали выход и прорваться через них было просто невозможно.
- "Смотрите! Там ребёнок!" - прокричала женщина-учёный.
Все быстро подбежали к стеклу и пытались рассмотреть выжившего через толпу зомби. Кто-то залез на стол, а кто-то даже лег на пол и просматривал между ног у зараженных.
- Он бежит к лифту!
- Эй! Помоги!
- Спаси нас!
Все начали махать руками и молить о помощи мальчишку, даже не осознавая того, что ещё совсем недавно проводили над ним жестокие эксперименты.
"Смотрите половина зараженных пошла за мальчишкой!" - прокричал кто-то.
Мин Чжун и Джи Хун переглянулись между собой и незаметно кивнули. А затем подошли к выходу, у которого сейчас стояли две женщины. Ещё раз переглянувшись и получив от друг друга одобрительные взгляды, Джи Хун открыл замок на двери и они одновременно толкнули двух женщин в проход. Пара зараженных, находившихся у дверей, упали на пол, а женщины сразу же попали в руки тем, кто стоял сбоку от выхода и не успев отойти от шока, их глотки уже были прокусаны зараженными.
Мин Чжун же с другом моментально воспользовались ситуацией и ринулись к лифту. Выбежав в коридор, они увидели спины десятка зараженных, последние из которых валялись в куче на полу, видимо из-за действий мальчишки.
Джи Хун, стоя рядом с другом, осознал, что если повезёт, то эффектом неожиданности сможет воспользоваться только один из них. Коридор слишком узкий и вдвоём они ни за что не смогут прорваться.
Когда они ринулись к лифту, Джи Хун толкнул друга в спину, от чего тот упал прямо в ноги зараженному, а сам продолжил бежать не оглядываясь, распихивая всех по сторонам.
"Подожди! Стой!" - кричал мне Мин Чжун.
Но я уже перепрыгнул последних ползущих зомби и влетел в лифт вместе с мальчишкой, сразу закрывая за собой вход и быстро нажимая кнопку подъёма.
Лифт начал медленно подыматься вверх, а над старым другом столпились зараженные, как коршуны над трупом животного. И только его крики в предсмертной агонии сейчас были слышны моей голове. Когда они стихли, на меня нахлынули чувства вины и облегчения. Я был спасён, я выжил в этом кошмаре, но мне пришлось пожертвовать ради этого другом. Прости, пожалуйста прости, у меня не было другого выхода.
"АААааа!" - простонал я от резкой боли в паху.
Мальчишка! Он ударил меня! Когда я повернул голову в его сторону, очередной удар чем-то тяжелым пришелся мне по плечу и ещё один по спине, после чего в теле что-то хрустнуло и резкая боль пронзила всю спину.
Ударившись лицом об пол, я почувствовал на своей спине ногу этого мальчишки, мешающую мне подняться, а краем глаза увидел замах его убийственного оружия. Я мгновенно осознал, что от следующего удара могу умереть. Всё тело наполнилось страхом, он был даже сильнее, чем при виде зараженных!
- Стой! Не убивай меня! Я всего лишь уборщик тут! Я не ставил на тебе опыты! - прокричал я в панике.
- Хмф, - фыркнул мальчишка и помедлив пару секунд, опустил своё оружие. - Ты знаешь где мы находимся?
- Да, мы недалеко от границы с Южной Кореей, в районе Пэкхвандо, - я всё ещё ощущал его ногу на спине и боялся пошевелиться, а всю боль заглушило чувство страха.
- Ты знаешь что-нибудь о моих родителях?
- Родителях? - переспросил я.
- Да, они передали меня этим людям. Мой номер - 8.
Страх немного отступил и я понял, что передо мной всего лишь ребёнок, который очень хочет вернуться домой. Я слышал от главного, что родили отдали его на опыты, чтобы снять с себя обвинений в государственной измене, после чего были сразу убиты. Не знаю, сколько он знает, а может вообще проверяет меня, но лучше не врать в отношении его родителей. Это мой шанс втереться к нему в доверие!
- Ну, я жду! - рявкнул мальчишка.
- Прости, я боялся тебе рассказать. Мои родители отдали меня этим людям в раннем детстве, ради денег, после чего были убиты. С тех пор я работаю на этих людей, убираясь в различных лабораториях, а иначе меня тоже убьют, - Черт! Можно было придумать историю и получше. Ну в любом случае он не сможет проверить мои слова. - Что касается твоих родителей, то я слышал, что они отдали тебя на опыты, чтобы снять с себя обвинения в государственной измене и избежать смертной казни, после чего также были убиты. Эти люди никого связанного с их делами не оставляют в живых.
После этих слов, я увидел как по щеке этого мальчишки стекает одна единственная слеза и это было просто удивительно. Этот испытуемый, первые пол года ревел постоянно, даже когда ему неделями не вводили препарат, а потом внезапно перестал. И в течении следующего полугодия не проронил и слезинки, хотя и кричал во время болезненных экспериментов. Я это хорошо запомнил, так как поражение желез внешней секреции было новым симптомом, не проявлявшимся у других подопытных.
Мои размышления прервал замах мальчишки для удара.
- Я не обманул. Я сказал тебе правду про родителей! - выкрикнул я в страхе.
- Я знаю, - ответил мне мальчишка и приготовился к удару.
- За что??? - спросил я в ужасе, не понимая, где прокололся.
Мальчишка на секунду задумался, а затем ответил: "Я ненавижу белые халаты".
В следующее мгновение моя голова была размазана по полу лифта.
Последней же мыслью перед смертью, как бы странно это ни было, было сожаление о том, что я не узнал при жизни адрес того ублюдка, что сделал микроскоп с таким тяжелым основанием!