Лерх Ирина
Перерождение: Эффект Массы_2

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
  • Аннотация:
    Вторая часть общего файла. Сюда будет выкладываться продолжение. Глава 60

 

Глава 38: Виварий на борту


 
 
 
 Первые сутки перелета прошли на удивление тихо и спокойно. Экипаж занят делом, бойцы присматриваются к кораблю и изучают тот ворох документации, которые им передали после старта, "Нормандия" идет очень короткими переходами оживленной трассы: четыре-шесть часов перелета, не больше. И таких перегонов в направлении Земли у нас было восемь, а на Новерию мы летели именно через пространство Альянса, чтобы сократить время. Маршрут, правда, был рискованный. Джокер даже спросил моего решения после того, как фрегат вошел в перегон, а я зашла в рубку по его просьбе.
 - Как летим? - выдал Джефф, убедившийся, что кроме меня и Найлуса никто не пришел.
 В отсутствии любопытных чужих ушей и глаз, Джокер общался с нами как со своими друзьями, но субординацию соблюдал свято. Неформальность общения была мне на руку: Джефф свыкается с мыслью, что я не только его непосредственное начальство, но и друг, который не подставит, не бросит, на которого можно положиться и ДОВЕРИТЬСЯ, а с доверием у нашего пилота не все так хорошо. Потихоньку лед тронулся. Джокер меня и Найлуса еще проверяет, присматривается, прощупывает, совершая порой совершенно детские выходки, но мы все его загоны принимали терпеливо и с юмором. Гаррусу проще: он никогда не воспринимался как начальство, и после того знаменательного разговора и травмы, наше сокровище для ершистого пилота окончательно перешел в разряд "друг". И это - замечательно!
 Еще замечательнее, что нам удалось найти общий язык с Себастьяном, которому Джокер бесконечно доверяет. Окончательно успокоил повара короткий разговор с Кахоку, находившимся в тот момент на борту турианского фрегата "Аррон", идущего полным ходом к масс-ретранслятору. Всего десять минут разговора по защищенному каналу связи, суть которого осталась между военным аналитиком и контр-адмиралом, и Себастьяна словно подменили: он успокоился, рассосалась настороженность и постоянное напряжение, ожидание подвоха и подставы. Словно где-то в душе ослабла натянутая струна и этот человек ПОВЕРИЛ в выпавший ему счастливый билет. И это изменение Джокер заметил, правда, по привычке съязвил, что возня с детьми подействовала на старого друга крайне положительно.
 Сейчас Джефф лучился счастьем и полным довольством жизнью. Его даже не раздражала постоянная ноющая боль в ноге, на которой до сих пор красовался компрессионно-дистракционный аппарат.
 - Слушай, Джефф, я же не навигатор и не пилот. Откуда я знаю, как мы полетим?
 - Есть какие-то проблемы? - тихо спросил Найлус.
 Джокер кивнул и пояснил:
 - Новерия - нейтральная территория, располагается точно за границами территории Альянса Систем.
 - Это я знаю. - кивнула я, садясь в кресло второго пилота.
 На спинку моего кресла облокотился Найлус, скользя взглядом по приборной панели и голографическому интерфейсу.
 - Ожидаешь проблем на периферии? - спросил турианец, переведя взгляд на макушку Джокера.
 - Да. По слухам, последнее время оживились пираты на границе.
 - Пираты или Корсары? - вкрадчиво уточнил Найлус.
 Джокер отмахнулся.
 - Разницы никакой.
 Тихий скептический хмык четко дал понять, насколько Спектр с такой мыслью не согласен. Джефф это заметил: руки, скользящие по сенсорной панели, на мгновение замерли.
 - Я чего-то не знаю?
 - Не знаешь. - согласился Найлус. - Но я не думаю, что сейчас самое время узнавать подобные нелицеприятные подробности. - мягкий вибрирующий, явственно отдающий металлом голос прозвучал у Джокера прямо над ухом, отчего пилот вздрогнул. - Но если появится желание узнать об этом поподробнее - вечером, как сдашь вахту, приходи в каюту, расскажу.
 Джефф передернул плечами.
 - Устрою допрос Гаррусу. - буркнул он.
 Найлус хмыкнул.
 - Ну приходи. Устраивай.
 - Почему мне кажется, что я об этом пожалею?
 - Неведение - благо. - ответила я на его риторический вопрос. - Ты же это прекрасно знаешь, но это знание не помешает тебе пойти на поводу своего любопытства.
 Джефф только открыл рот, чтобы возразить, но вопрос Найлуса вернул его к первоначальной теме разговора:
 - Так что там с маршрутами?
 Передо мной развернулась голографическая карта галактики. Точь-в-точь такая, какая в каноне украшала БИЦ. Только поменьше. Поверх прорисовалась схема системы ретрансляторов и две разноцветные линии-маршрута.
 - Можно пролететь через системы Сорна и Тау, - на карте замигала зеленая линия, - он безопасен, займет десять суток. Но я предлагаю лететь через кластер Эксодус: чуть меньше восьми суток пути с риском нарваться на пиратов или корсаров.
 - Джефф. - от моего голоса пилот непроизвольно поправил всегда идеально сидящую кепку. - Мы же летим на военном фрегате. На самом быстром корабле Альянса Систем. - похвала его птички подействовала волшебно: плечи распрямились, полыхнула гордость и искренняя любовь к кораблю вкупе с обеспокоенностью и здравой настороженностью. - Безопасность маршрута - это не то, что должно становиться критерием выбора. Для нас сейчас важнее всего скорость.
 - А если нападут?
 - Если нападут, у тебя будет прекрасная возможность показать себя как высококлассного боевого пилота, а нашему артиллеристу - свой талант стрельбы.
 - У нас нет артиллеристов... - как-то неуверенно указал на столь существенный недочет Джефф: орудия есть, а артиллеристов среди экипажа - нет.
 - У нас есть Гаррус. - ответил пилоту Найлус.
 - Так он... - Джефф запнулся.
 - Действительно служил на нашем патрульном флоте артиллеристом. - подтвердил Найлус.
 - Тогда - полетим через Терра Нову. - оживился пилот. - Иден Прайм сейчас перекрыт после того, как на планете кое-кто погулял. - хитрый косой взгляд на невозмутимого турианца. - Я так думаю, вас в любом случае пропустят, но это лишняя волокита и нервотрепка: в системе стоит Второй Флот.
 Крайк поморщился.
 - Что не так с этим флотом? - не поняла я.
 - Флотом сейчас управляет адмирал Кастани Дрешер. - пояснил мне Джокер.
 - Дело не в адмирале. - перебил Найлус. - Он человек разумный. Дело в самом Флоте.
 - Да, Найлус прав: Второй Флот участвовал в Войне Первого Контакта и это его эскадра была уничтожена над Шанси. - подтвердил Джокер. - И именно этот Флот пытался отбить планету у турианцев. Вместе с другими. На Втором Флоте нелюбовь к Иерархии, скажем так, особо сильна. Уже как традиция. Особенно после того, как сместили прошлого командира по политическим причинам.
 - Могу понять. - зеленые глаза иронично сощурились, мандибулы чуть разошлись в ухмылке. - Не очень-то приятно осознавать, что вас чуть не уничтожила патрульная эскадра из восьми легких крейсеров, одного линейного крейсера среднего класса и пяти фрегатов. Тот факт, что вымпел флагмана эскадры в то время нес "Веррикан" лишь добавляет негатива.
 Да ладно? Легендарный "Веррикан" в то время был флагманом эскадры, взявшей Шанси? А об этом в истории ни слова!
 - А что забыл столь известный корабль в патрульной эскадре? - спросила я.
 - А почему патрульный фрегат "Веррикан" не должен быть частью патрульной эскадры? - зеленые глаза удивленно моргнули. - "Веррикан" - флагман восьмой патрульной эскадры. - неожиданно Найлус перешел на ментальную связь. - "Командует фрегатом и всей эскадрой в целом капитан Доран Полонис. Хороший командир, отличный тактик, но слишком скор в суждениях." - легкое неодобрение и досада плеснула и угасла. - "Совершенно не смыслит в политике, из-за чего иногда делает неверные выводы из вроде бы очевидной ситуации."
 - "У всех есть слабые стороны." - дипломатично ответила я.
 Тихий вздох.
 - "Что не мешает ему быть прекрасным командиром патрульной эскадры. На своем месте он очень хорош, но с ним порой много проблем у командующего Патрулем. Слишком уж Полонис вспыльчив, нетерпим и до сих пор страдает юношеским максимализмом, видя мир только в двух цветах. К сожалению, эти его качества не дают внести его в круг тех, кто знает об истинном положении дел в Иерархии."
 - "А почему его не поставят в известность и не переведут на службу вглубь вашей территории?"
 Мое удивление было понято вполне правильно:
 - "Потому что у него личный пунктик по отношению к местным пиратам в общем и к Корсарам конкретно: один из их кораблей два года назад уничтожил пассажирский лайнер, на котором летела его семья. Брат и его жена-азари погибли при абордаже, двое их детей бесследно исчезли. Поскольку сам Полонис холост, он очень сильно привязан к племянницам. Пока он не найдет девочек, Аттический Траверс он не покинет никогда."
 - "Он до сих пор их ищет?"
 - "Да." - Найлус смотрел невидящим взглядом на голографическую карту галактики. - "Это желание найти племянниц дошло до фанатизма и может его завести... не туда, куда стоит заходить."
 - "А вы разве своих не ищете?" - удивленно спросила я.
 - "Мы-то ищем. Но пока найти двух малолетних азари-близняшек не выходит. Девочки словно растворились во мраке. Кому продали детей Корсары - непонятно. И, что хуже, уже не узнать. Напавший крейсер буквально через месяц после того нападения был уничтожен вместе со всем экипажем: конкуренты из пиратских кланов подловили на разрядке и взорвали."
 Вот оно как... При таких раскладах я могу понять, почему у вспыльчивого и скорого на суждения капитана легендарного фрегата угасла вера в родное государство. Полагаю, девочек так и не нашли. Словно сама судьба обрубает все нити, ведущие к детям, вынуждая свою жертву вступить на скользкий путь, чтобы она сделала то, что требуется. Вопрос в другом. А что же предложил деятельный яг турианцу, раз капитан Полонис пошел на фактическое предательство и впустил на борт Заида Массани и его группу? Уж не сведения ли о местоположении детей? Вот кто мог такую информацию получить, так это Серый Посредник. Тем более, именно он получил от кого-то заказ на уничтожение "Веррикана". Вопрос в том, кто же так сильно желал дискредитировать Иерархию и подставить людей, уничтожив корабль-символ руками наемника-человека? И какая выгода от гибели "Веррикана" ягу? Или не ягу? Или там еще кто-то в тени стоит?
 Мысли сами собой свернули на анализ ситуации и просчеты будущих возможностей и вероятностей развития цепочек истории.
 Фрегат "Веррикан". Гордость флота. Своеобразная Легенда со сложным и кровавым прошлым. Невероятно везучий и удачливый корабль, который погиб из-за предательства его капитана. Притом, его гибель дала серьезный резонанс, но какой именно - я не помню. Что-то было. Что-то очень серьезное. Но что? Цитадель Памяти хранила стыдливое молчание: третью игру я проходила вскользь и толком ничего не запомнила, хотя кое-какие моменты всплывали. Но не те, которые мне так нужны! Я в упор не знаю, что именно за события спровоцировала гибель легендарного фрегата!
 - Джефф, тебе еще что-то от меня надо? - спросила я.
 Пилот покачал головой, занятый работой, и мы по-тихому свалили. Идя по кораблю, я обдумывала неожиданно всплывший в разговоре момент. Напрямую судьба "Веррикана" никак на мою миссию не влияет, но есть один нюанс. И зовется этот "нюанс" Заид Массани.
 Спустившись на жилую палубу, я прямой наводкой потопала в каюту, провожаемая подозрительными взглядами засевших в столовой бойцов Джона. Надо будет, кстати, ознакомиться с их досье, а то как-то уже даже неудобно.
 В каюте нас встретил сонный Аэтериос, приподнявший растрепанную голову на звук открываемой двери. Ну прямо как ленивый хищник, потревоженный вторжением на его территорию. Убедившись, что все свои, асур завалился обратно на койку. Дремать.
 Что занятно, почти все перегородки были сдвинуты к стенам, освобождая каюту, круглый стол поставлен на свое место, как и пять стульев на колесиках. Тех самых, которых никогда не было в зале брифингов, если верить Пакти. Единственная перегородка, которую не тронул Аэте, перекрывала вход в каюту со стороны двери.
 - О чем ты так задумалась? - тихо спросил Найлус, когда я села за стол.
 Аэте приоткрыл один глаз, заложил руки за голову, давая понять, что ему тоже интересно, и он нас прекрасно слышит.
 - О фрегате "Веррикан" и тех событиях, на которые повлияет его гибель. - честно ответила я.
 От такого ответа асур распахнул глаза и приподнялся на локтях, а Найлус удивленно моргнул.
 - Он погибнет?
 - Да. На него даст заказ Серый Посредник где-то через годик. Выполнит его некий наемник Заид Массани. Знаешь такого?
 Найлус кивнул.
 - Заид Массани. Один из основателей Синих Светил. Тогда еще частной охранной компании, со временем превратившейся в хорошо организованную полувоенную банду. Сейчас ею управляет Видо Сантьяго через бывшего работорговца батарианца Солема Дел"Сера. По какой-то причине произошел разлад между Заидом и Видо, после чего Массани словил выстрел в голову.
 Аэтериос зевнул, встал с койки, подошел к нам и уселся за стол, с интересом слушая разговор. Одеться он не потрудился: так и плюхнулся на стул в одних трусах, босиком и с неизменными наручами тактического комплекса, которые он снимал только в душе. Найлус окинул асура нечитаемым взглядом, вздохнул, мысленно махнув рукой на это воплощение непосредственности, начисто лишенное такого непонятного для него чувства как стыдливость, и продолжил:
 - Раненного Заида нашел Джейс Рейн. Бывший член Синих Светил, фанатично предан Массани, ушел вслед за ним. Нашел практически сразу, вылечил. С тех пор за ним присматривает, по факту - содержит. Пытается вытащить из бесконечного запоя, принося задания.
 - И как успехи?
 - Последние два года Массани практически прекратил пить: Рейн сумел вбить ему в голову мысль о реальности возможности отомстить Видо. - пожал плечами Найлус. - Сам по себе Заид Массани ничего особого из себя не представляет. Обычный наемник, никакими любопытными навыками не обладает, тренировка неплохая, но годы пьянства сказались не лучшим образом, и сейчас его уровень чуть выше среднего. Единственное достоинство - довольно удачлив. Но опять же, не настолько, чтобы привлечь внимание. - яркие зеленые глаза чуть сощурились. - С чего такой интерес? Полагаю, дело не только в "Веррикане"?
 - Нет. "Цербер" купит для меня его услуги на неопределенный срок и непонятно с какой целью. - ответила я, отслеживая перемещения Гарруса по кораблю: он как раз шел в каюту, заинтересовавшись нашим разговором, который для него транслировал Найлус.
 - "Цербер"? - осторожный вопрос асура.
 Оп-па, а наша милаха о конторе имени трехголовой псины прекрасно знает!
 - Ага. - флегматично ответила я, глядя в чуть суженные фиолетовые глаза.
 Двери разошлись, пропуская в каюту Гарруса. Я взглядом указала на свободный стул и начала рассказ, затрагивающий один из самых скользких и неприятных моментов в каноне:
 - Вы должны кое-что знать.
 Такое начало заставило обоих турианцев напрячься, Аэте, наоборот, расслабленно прикрыл глаза, положив обе руки на столешницу.
 - Есть узловая точка реальности, которую я никак не могу обойти. Вообще никак! Ни при каких обстоятельствах! И называется она "Проект "Лазарь". Я должна в нужный момент очнуться на лабораторном столе "Цербера" и получить от Призрака его задание и корабль - новую версию погибшей над Алкерой за два года до этого "Нормандии".
 - Подробнее об Алкере. - кратко попросил-приказал Найлус, не забывший мою оговорку о смерти.
 - Примерно через полгода после нападения Властелина на Цитадель и гибели Сарена от моей руки, я погибну при нападении крейсера Коллекционеров на "Нормандию" над орбитой Алкеры. - флегматично выдала я, отслеживая реакцию на столь сакраментальные слова.
 А реакция крайне занятная. Аэте в ступоре от услышанного: что удивительно, информация о том, что Сарен погибнет от моей руки, не вызвала у него ничего кроме непонимания и искреннего изумления. Особенно то, что я с такой уверенностью говорю о будущем. Так, словно знаю его. Найлус подобного заявления ожидал, в отличии от растерянного Гарруса.
 - Погибнешь? - тихо-тихо прошептал Ррус.
 - Технически - да. - тем же вялым тоном ответила я. - Задохнусь, когда меня взрывом выкинет за борт "Нормандии" в поврежденном этим же взрывом скафандре. В это время крейсер Коллекционеров будет распиливать на куски наш несчастный фрегат.
 - А реально? - жестко спросил Аэте.
 - А реально я могу обходиться без воздуха столько, сколько мне потребуется, перейдя в нужную мне форму или впав в стазис. - я пожала плечами. - Умирать я не собираюсь, как и позволять ученым "Цербера" копаться в моем теле. Облезут от такого счастья: потрошить истинного метаморфа.
 Гаррус ощутимо расслабился, зато количество вопросов, которые роились у него в голове, резко увеличилось. Он же их не забудет и потом задаст!
 Найлус кивнул своим мыслям, а Аэте занялся удовлетворением своего безмерного любопытства. Притом начал с наиболее важного для него вопроса:
 - Сарен действительно погибнет?
 - Если ничего не сделать - да.
 - Почему?
 Я накрыла сжавшуюся в кулак до хруста кисть ладонью.
 - Успокойся, Аэ. Я тебе обещала сделать все возможное для спасения его жизни и личности. И невозможное тоже.
 Подобный ответ асура немного успокоил: легкая тьма, начавшая заволакивать радужку, бесследно исчезла. Кулак разжался, сильная ладонь вновь расслабленно легла на стол.
 - Но это будет ОЧЕНЬ нелегко! На грани возможного. Или ЗА этой гранью. - всматриваясь в красивые глаза мягко произнесла я. - Мы летим на Новерию только ради того, чтобы я могла получить от леди Бенезии информацию о базе Сарена на Вермайре.
 - Какой тебе интерес? - тихо спросил асур-тар. - ЛИЧНО тебе.
 Какой интересный вопрос... Еще бы я сама знала на него четкий ответ. Хуже то, что Аэте сейчас очень тихий и покладистый. Как океан перед штормом.
 - Сложно сказать. - врать, недоговаривать или юлить нельзя: Аэте сейчас на взводе, а чуйка у таких существ на грани предвидения. - С одной стороны, его смерть будет болезненна для Найлуса, а его я расстраивать не хочу. С другой, я хочу понять, зачем Сарен так сильно нужен Властелину, что существо возрастом в миллиард лет настолько бережно относится к своему любимцу.
 Аэте удивленно моргнул.
 - Да-да, любимцу! Называй как хочешь, но Назара как-то слишком близко к манипуляторам примет его гибель. Настолько близко, что позволит разрушить себя после смерти Сарена!
 Гаррус закашлялся, подавившись воздухом на вдохе: слишком ярко представил себе эту картину.
 - И все? - тихий вопрос, сказанный низким бархатным голосом, в котором уже начал проявляться рокот разбуженной силы.
 Знать бы еще какой... И почему организм асура так ярко и резко отреагировал на мое присутствие и тот легкий отголосок мощи Всеизменяющего, который от меня иногда исходит при сильных нагрузках на энергосистему.
 - Нет, Аэте. Не все. Я слишком уважаю твою привязку, чтобы позволить ему просто так погибнуть. И тебе об этом уже говорилось, так что завязывай с подобными расспросами: за эти дни ничего не изменилось.
 - Я должен быть уверен. - глаза вновь начала затапливать тьма. - Я не могу рисковать. Я должен ЗНАТЬ!
 Упертый. Аэте не убедит НИЧТО! Только сам Сарен Артериус, живой и невредимый, стоящий перед ним. А мне НУЖНО, чтобы Аэтериос мне верил. Или хотя бы перестал сомневаться и психовать.
 - Не дергайся. - мягко сказала я, встречая взгляд темнеющих фиолетовых глаз. - "Аэте, хочешь узнать правду?"
 От такого поворота он дернулся, глаза удивленно расширились.
 - Что...
 - "Так хочешь или нет?"
 - Хочу. - жесткий ответ.
 - Тогда расслабься и не дергайся. Я тебе ПОКАЖУ то, что ты так хочешь узнать. Если ты готов это УВИДЕТЬ и ПОНЯТЬ.
 Найлус прикрыл глаза и глухо выматерился на двух лишенных тормозов авантюристов, Гаррус покачал головой, глянув на сородича. И больше никак своего мнения о моем решении не высказал.
 - Я готов.
 - Ну готов так готов.
 Рывком выдернув сознание Аэтериоса во внешние слои своего разума, я сформировала виртуальную среду, как и тогда, во время разговора с Виан Спаратус, взяв на этот раз образ портальной плиты в замке Перекрестка Миров: огромная круглая платформа с рунным чертежом, плывущая над бездной сжигаемого Пламенем Распада мира. Удивительное, жуткое зрелище. Как и пожираемая этим Пламенем галактика.
 Аэтериос появился в привычном ему облике: в массивной странной броне темно-серого, практически черного цвета с синими и фиолетовыми метками, белоснежные волосы убраны в какую-то замысловатую прическу, на набедренных захватах - тяжелый клинок и мощный пистолет незнакомой конструкции, но явно не имеющий ничего общего с оружием на основе эффекта массы. И в своем восприятии он намного старше и куда мощнее. Словно взрослая, уже заматеревшая версия: ЭТОГО Аэте никто и никогда наивным, милым и обаятельным пареньком не назовет даже с перепоя.
 Осмотрев довольно жутенькое окружение, асур перевел взгляд фиолетовых глаз на меня и вопросительно склонил голову.
 - Что это за место?
 - Иллюзорная реальность моего разума. Реплика реального места. Перекресток Миров. - ответила я. - Ты же хотел узнать правду?
 - И продолжаю хотеть. - мягкий ответ приятным низким басом.
 - Самый лучший способ - это показать мои воспоминания. С эмоциями. Мысли... Менталисты думают немного непривычно для других, хотя ты, в силу своей природы, понять можешь.
 Мое пояснение было принято благосклонно. Мощный беловолосый мужчина подошел к краю платформы, завороженно глядя на Апокалипсис галактического масштаба.
 - Что от меня требуется? - тихий вопрос.
 - Как и раньше: спокойствие.
 - Информация неприятная? - спросил Аэте, повернув голову.
 - Для тебя - болезненная.
 Фиолетовые глаза чуть прикрылись.
 - Передавай.
 Я передала. Канонный разговор на Вермайре. Цитадель. Подъем к пульту управления, расхаживающий в ожидании протагониста Сарен, короткий болезненный разговор, перевернувший мое восприятие этого персонажа, и вот они, те самые слова: "Прощай, Шепард. И спасибо.", поднимающийся пистолет и выстрел. Падающее с платформы тело в когда-то белой броне. Отдельным видеорядом - расстрел Властелина. Я не стала показывать то, что произошло между этими событиями. Не стоит. Не стоит Аэтериосу видеть ЭТО.
 Воспоминания разворачивались на небольшом экране, показывая игровой мир таким, каким его восприняло мое сознание: реальным. С поправками, внесенными разумом с учетом увиденного в жизни. И потому выглядело все это до боли по-настоящему. Это были уже не игровые образы. Это была реплика реальности. И это настоящий, живой Сарен пустил себе пулю в голову. На платформе настоящей Цитадели.
 Мощная волна яркого, жгучего отчаяния и боли взбаламутила спокойствие виртуальной реальности, но быстро погасла: увиденное не могло не найти отклика у асур-тар, на глазах которого погибала его привязка. Не единожды. Аэте проматывал запись вновь и вновь, вслушиваясь в слова, произнесенные полным отчаяния и безнадежности хриплым голосом, всматриваясь в изуродованное лицо. Вновь и вновь, пока по моему приказу не распался информационный блок, выдергивая Аэте из своеобразного мазохизма.
 - Так будет? - горький вопрос.
 - Так может быть, если не вмешаться. - поправила я.
 - Почему Шепард - мужчина? Джон?
 - Я показываю условность реальности. Ей все равно, кто пройдет канонную цепочку событий. Могу показать то же самое, с женщиной. Разницы никакой: события пройдут по тому же пути.
 Короткий кивок, желание убить Джона исчезло.
 - Чего я не знаю?
 - Найлус тебе объяснит.
 Короткая заминка.
 - Почему не ты?
 - Слишком нереально. Звучит как ненаучная фантастика. Можешь мне не поверить.
 Мужчина повернулся, иронично хмыкнул.
 - После увиденного? Я могу поверить во все.
 - Так уж и во все? - уточнила я.
 - Сомнительно, что ты будешь лгать. Раз уж пошла на такие откровения. - резонно заметил Аэтериос.
 - Я никогда тебе не лгала.
 - Я знаю. - легкая улыбка скользнула по губам.
 - Чувствуешь ложь?
 Улыбка стала хищной, фиолетовые глаза блеснули весельем.
 - Я готов воспринимать информацию. - фраза прозвучала мягким приказом, которого мне не слишком-то хотелось ослушаться.
 Пересказывать в очередной раз историю под названием "Что я за забавный зверек" мне уже порядком надоело, так что я просто скинула Аэте информационный пакет. Большой. Подробный. Охватывающий не только откровения о моей природе и сути существования, но и объясняющий, что я за монстрик, и что могу сделать с ближним и дальним своим.
 В этот раз Аэте "отсутствовал" гораздо дольше, тщательно перебирая скинутые ему данные, чуть ли не по молекулам разбирая каждый образ, каждое слово и изображение. Особого внимания удостоилась моя менталистика и дар метаморфа. Даже магия не вызвала такого восторга и яркого восхищения. Именно способность к метаморфозам. А я ему показала саму суть этого дара. Его основы. И стоящее на краю иллюзорного портального круга существо с обликом человека очень хорошо и правильно поняло, что я такое. Ведь мы столь близки по своей природе...
 - Восхитительно. - мурлыкающий низкий рокочущий бас всколыхнул тишину.
 Асур повернулся одним плавным движением, подошел ко мне, пытливо всматриваясь в глаза.
 - Теперь - верю. Верю, что сможешь. Верю, что сделаешь.
 - А до того? - осторожно уточнила я.
 - Были сомнения.
 Улыбка приподняла уголки красиво очерченных губ. Глаза потеплели.
 - И каков твой вердикт?
 Тихий смешок.
 - Пока рядом нет Сарена, я буду тебе подчиняться, как ему. Без сомнений, без колебаний, без подвоха. Беспрекословно.
 Я растерялась. Я ожидала чего угодно, но не этого! Не таких слов, не такого решения! Фактически, меня только что поставили на одну ступеньку с осью мира, с привязкой. С центром существования, вокруг которого когда-то давно собралась пошедшая вразнос личность молодого асура, впавшего в холодное, яростное безумие хараза.
 Сволочь седая...
 Знает же... Чувствует, куда и как надо ударить, чтобы получить нужный результат. Интуиция на грани предвидения или даже за этой гранью. Четко просчитал, чем можно взять меня за живое...
 Я стояла и молча смотрела в фиолетовые глаза, а это изумительное существо лишь мягко улыбалось.
 Знает. Понимает. И делает так, как надо ему. Бьет так, чтобы получить нужный результат. Прямо как я. Знает, что ТЕПЕРЬ я действительно сделаю ВСЕ, чтобы спасти Сарена и вытащить его из той бездны, в которую он падает. Просчитал меня и предложил то, от чего я не откажусь НИКОГДА. Доверие. Поддержка. Верность. Все что угодно, все, что мне потребуется, чтобы я смогла сделать невозможное, повязывая нас одной цепью. Раз и навсегда.
 - Сволочь. - безнадежно прошептала я.
 - Да. - покладисто согласился Аэтериос, довольно улыбаясь и молодея на глазах. - Сволочь.
 - А если я откажусь?
 - А ты откажешься? - в голосе плеснуло любопытство.
 - Сам-то как думаешь?
 Тихий ехидный смех был мне ответом.
 - Мы похожи. - тяжелые руки легли мне на плечи. Аэтериос всматривался мне в глаза, вынуждая чуть запрокидывать голову из-за значительной разницы в росте. - Больше, чем кто-либо еще.
 - Похожи. - не стала спорить с очевидным.
 - У тебя ведь тоже появилась своеобразная привязка.
 Я прикрыла глаза, проглатывая ругань. Обратил внимание. Сделал выводы...
 - Настолько..?
 - Если знать, на что обращать внимание - да. А я хорошо знаю свой народ. - ирония и лукавство в эмоциях и голосе. - Ты - не нашей крови. Но ты - такая же, как и мы. Вершина нашей эволюции.
 - Совершенный монстр. - хмыкнула я.
 - Монстр? Возможно. - Аэтериос не сдержал смешка и просто добил: - Но ты теперь НАШ монстр!
 - Наш? - я вопросительно приподняла брови.
 - Наш. Ты же не думаешь, что кто-то тебя уже отпустит? - ирония и ехидство в фиолетовых глазах. - Ни Найлус, Ни Гаррус. Ни я.
 - А тебе-то какой интерес? Лично тебе?
 Аэте усмехнулся и рассказал. Четко, подробно, не скрывая ничего. Что именно его интересует и почему он никогда меня не отпустит. И личные, и меркантильные интересы. И не забыл отдельно указать, почему его так устраивает, что на меня уже наложили лапу Найлус с Гаррусом. Особенно - Найлус. Фактически - младший брат его привязки. Часть его семьи. Родственные узы у асуров выстраивались немного иначе, и единокровная связь не отличалась от кровной и названной.
 В какой-то момент я не удержала контроль, и виртуальная среда распалась, и я отпустила разум Аэте, чтобы уже в реальности встретить тот же полный иронии и понимания взгляд, и услышать:
 - Я хочу это увидеть. Твою боевую форму.
 О чем он, я поняла прекрасно: боевую трансформу он видел только одну, но зато самую мощную из доступных мне. Чисто детское желание! Были бы мы сейчас в моем разуме, и вместо взрослого мужчины или молодого парня, на меня смотрел бы любопытный подросток.
 - Не сейчас, Аэте. Корабль - не лучшее место для подобных демонстраций.
 Асур подумал, печально вздохнул и кивнул. Напряжение и скованность испарились окончательно. Решение Аэтериос принял, огласил, узнал то, что хотел, и будет терпеливо дожидаться развития событий.
 Я глухо выругалась.
 - Аэте, ты как мина замедленного действия. Так же на нервы действуешь!
 Виноватый взгляд и искреннее раскаяние полились бальзамом на мои расшатанные нервы.
 - И не надо так смотреть! Сам же знаешь, о чем я говорю.
 Циничный смешок показал, что прекрасно знает.
 - Я буду покладистым. - пообещало это чудо.
 - Я знаю.
 - И буду слушаться.
 - Знаю. Будешь. А еще будешь внимательно присматривать, чтобы я не свильнула никуда. Внезапно.
 - Буду.
 Милая мордашка и робкий взгляд наивного и невинного создания, ничего серьезнее растоптанного цветочка в жизни не сотворившего, меня просто добил. Вот умеет же паршивец пользоваться своей внешностью! Сама невинность во плоти!
 - И не надо мне глазки строить! - буркнула я. - У тебя это прекрасно получается, не спорю, но я на твою мордашку не поведусь.
 Взгляд неуловимо изменился. Найлус хмыкнул, Гаррус подпер голову рукой, но снова никак не прокомментировал.
 - Ладно, надеюсь, пока мы с вопросами разобрались.
 Аэте закивал, полностью довольный тем, что только что с меня выдавил. И морда-то, морда... Я тяжко вздохнула, ругнулась. Найлус успокаивающе положил руку на плечо, чуть сжал пальцы.
 - Он же неисправим.
 - Да я знаю. - вяло ответила я.
 Найлус подкатил на стуле поближе, пересадил меня к себе на колени, обнял, позволяя с удобством растечься в его руках. Глянула на довольную рожу Аэте, и у меня появилось сильное желание его пнуть! Он это прекрасно понял: на красивой мордахе расплылась препохабная ухмылка.
 - Скотина ты, Аэ!
 - Ага. - закивал он. - Но...
 - Своя скотина. - уныло закончила я, окончательно капитулируя.
 - Именно!
 Вот почему у него нет и тени сомнения в том, что у меня все получится? Я сама сомневаюсь! Это же авантюра на грани фола, а этот сидит и довольно лыбится, словно Сарен уже стоит за его спиной.
 - А если...
 - Я в тебя верю. - перебил меня асур.
 Сволочь...
 - Тебе стоит ознакомиться с досье твоих бойцов. - мягко произнес Ррус, переключая меня на другую тему. - Найлус, верни Мрир на стул.
 - Надо. - я согласно кивнула, но шевелиться мне было откровенно лениво.
 Меня вернули обратно на стул и заботливо развернули к большому экрану.
 Гаррус улыбнулся и... вывел досье первой жертвы на огромный тактический экран, украшающий свободную стену. И начал он с Джейн Шепард.
 Аэте заинтересованно подался вперед, вчитываясь в слова чужого для него языка.
 - Понравилась? - неожиданно спросил Найлус.
 - Очень. - честно ответил асур, отрываясь от чтения.
 Гаррус с Найлусом переглянулись.
 - Она же человек.
 - Да. Нет. Не совсем. Она ОЩУЩАЕТСЯ немного иначе. - Аэте запнулся, подбирая слова. - Это как отголосок. Нет четкого ощущения, как от Дэрга или Дилана. Легкий...
 - Флёр. - подсказала я.
 - Да, так правильно. Легкий флёр. Как от других в ее отряде. От кого-то сильнее, от кого-то слабее. Но он есть почти у всех. В отряде Джона такой флер идет только от одного.
 Какие интересные наблюдения... А верить чутью такого существа можно: своих они вычисляют с точностью генетического анализа, реагируя на незаметные людям факторы: пластику движений, запах, феромоны, ауру, основываясь на чутье и интуиции. На моей памяти ни разу не ошибались. Сомнительно, что ошибется Аэтериос.
 - Я так полагаю, ты твердо решил наложить лапы на Джейн?
 Короткий твердый кивок поставил жирную точку и подвел черту под прошлой жизнью Карамельки. В том, что Аэтериос задерганную девчонку получит, я не сомневалась. Сможет. Найдет подход. Вопрос в другом. Устраивает ли подобный расклад МЕНЯ?
 А почему нет? Вполне даже устраивает.
 Джейн отпускать я не собиралась. Она мне понадобится в будущем. Она и ее отряд. Столь интересными личностями разбрасываться - грешно. Надо смотреть правде в глаза: в одиночку мне не выполнить свою миссию. Мне нужна поддержка, верные мне разумные, те, на кого я смогу опереться. Я не смогу порваться на части и быть везде, где это потребуется. Найлус и Гаррус тоже не решат все проблемы. Не смогут прикрыть ВЕЗДЕ.
 Вывод? Мне нужны свои люди. И не только люди. И много! Так что, будем подбирать ВСЕХ, на кого удастся наложить лапу. Особенно, если мне попадутся на пути такие же самородки, как Джейн и ее люди.
 - Аэте, пока не решится вопрос с Сареном, и я не услышу лично от него согласие, ты Джейн трогать не будешь, если не будет инициативы с ее стороны. Понял?
 Асур согласно кивнул. Против подобного ограничения он ничего не имел. Как и против уточнения.
 В конце концов, Джейн взрослая девочка и мозги у нее в голове имеются...
 - Но присмотреться к ней я не запрещаю. Ты прекрасно знаешь, из-за чего я ставлю такое ограничение. Я не хочу, чтобы ты разбил ей душу своей внезапной смертью. Этого она уже не переживет. Слишком много было в ее жизни потерь.
 Фиолетовые глаза чуть сузились.
 - Прочитаешь ее биографию - поймешь.
 - А если... - Аэтериос неопределенно взмахнул рукой.
 Я хмыкнула. Если-если... Да если сделать все правильно, Джейн привяжется мгновенно, сама того не поняв! С чуйкой Аэте и его искренностью, он может получить нужный результат, просто давая девушке то, чего она в глубине души хочет больше всего. А он даст, если Джейн проявит хоть тень заинтересованности! Но тут уже я вмешиваться не буду. Если Джейн вляпается самостоятельно, то... будем считать, она сама сделала выбор.
 - Знаешь, Аэ, есть у людей такое выражение: "Мы в ответе за тех, кого приручили".
 В ментале пронеслась мысль Гарруса: "Если бы люди ему следовали..."
 - Я осознаю ответственность. - спокойно ответил Аэте.
 - Прекрасно. А теперь давай ознакомимся с той задницей, в которой жила наша Карамелька.
 - Наша? - немного подозрительно уточнил асур.
 - Ну ты же не думал, что только ты один хочешь на нее наложить лапы? - ворчливо спросила я. - Разве что у нас интересы разные.
 Аэтериос тихо, но очень довольно рассмеялся, а мы вернулись к изучению досье бойцов двух десантных групп. И провели за этим крайне увлекательным занятием весь день, благо, было что почитать и обсудить.
 Закончили увлекательное чтиво и разбор каждого бойца уже глубокой ночью, отвлекаясь только на еду. И на то, чтобы понаблюдать за жертвами обстоятельств в естественной среде обитания.
 Глядя на уже моих людей, я четко поняла: ЭТОТ подарок реальности выпускать из лап грешно. Что Джейн, что Джон со своими людьми, это же настоящие самородки! Только гранить их надо по-разному! И начинать надо уже сейчас.
 Но какой же потенциал! Особенно, если эти два отряда сработаются! А они сработаются. Хотят они этого или нет! Не сразу, конечно. Джон и Джейн друг друга сейчас практически ненавидят. Они как две стороны военной машины Альянса. Их обоих ждут тяжелые потрясения и падения, взлеты и стрессы. Но оба должны измениться, раскрыть свой истинный потенциал, отбросить то, что их сдерживает. И я от них этого добьюсь!
 Хотят они этого или нет.
 
 Джокер сегодня так и не явился: его перехватил Татум, и пока они обсуждали корабль, подошла доктор Чаквас, после чего Джефф пойти мог только в лазарет. Где и остался на ночь.
 
 Уже засыпая под боком у Рруса, я ясно поняла, КАК я буду выбивать из Джона ту огромную кучу стереотипов, что обжилась в его несомненно светлой и ясной голове, отягчая ее ненужным грузом. Надо только проследить, чтобы парень не сломался от такого подарка небес и не озлобился, узнав то, что ему предстоит узнать. И я даже вспомнила, где все это добро надо искать!
 Сейчас самое главное дожить нормально до Новерии, получить то, что надо и вернуться на Цитадель. Потом... Потом - на Вермайр. Без "Нормандии" и всех, кто находится на ее борту. Там они мне не нужны. Но это - потом. После Новерии.
 А чтобы бойцы не страдали ерундой из-за чрезмерного количества свободного времени, их надо занять делом. Таким, которое ЗАСТАВИТ их работать ВМЕСТЕ!
 - Най...
 - Что? - сонно спросил Найлус, даже не открывая глаз.
 - Учебки когда начнешь?
 - Уже договорился с Джокером. Он как раз просил дать ему возможность самому придумать стартовые условия.
 О! Прекрасно.
 - И когда?
 - Скоро... Утром. Наверное, этим. Если Карин его выпустит из лазарета. Я не уточнял. Джокер сам скажет, когда все начнется. Спи, Мрир.
 Вообще прекрасно!
 
 
 Найлус угадал: доктор Чаквас выпустила нашего многострадального пилота из застенков, а тянуть резину Джефф не стал, и ранним утром по внутренней связи раздалось сакраментальное:
 - Внимание по кораблю! Учебная тревога!
 Радостный, полный предвкушения и азарта голос Джокера разнесся по "Нормандии", вызывая волну негодования, злости, раздражения и желания его прибить, вкупе с недоумением свежих жертв, только недавно поднявшихся на борт и еще не успевших познакомиться с этим нашим милым уже традиционным развлечением во время скучных перелетов.
 Открыв глаза, глянула на табло хронометра, висящего на стене на видном месте. По корабельному времени - раннее утро: у дневной смены подъем через два часа. Самое паршивое время - "собачья вахта". Самое то для внезапной побудки с объявлением тревоги.
 Тем временем, Недремлющее Око всея "Нормандии" начал излагать суть "произошедшего" и пояснять условия первой за этот перелет учебки:
 - На подходе к станции разрядки корабль попал в засаду: два фрегата пиратов, прятавшихся в тени спутника планеты, произвели залп в заднюю полусферу правого борта, пробив обшивку и разрушив жилые каюты номер один, три, семь и девять.
 Джокер сделал выразительную паузу, давая возможность только-только проснувшемуся народу оценить случившееся. Аэтериос вычленил главное:
 - Если нашу каюту уничтожили, я могу дальше спать? - раздался охрипший ото сна голос.
 - Можешь. - ответил Найлус, широко зевнув. - Если, конечно, не хочешь посмотреть на боевые учения.
 - А поучаствовать можно? - азарт и предвкушение затопили ментал, разом перебив набирающий силу негатив экипажа.
 - Нет! - резкий категоричный ответ с налетом сожаления.
 И правда - жаль. Участие Аэте в учебной боевой тревоге могло бы очень ее разнообразить и дать возможность протестировать отряды в условиях, приближенных к боевым. Но... Всегда есть это пресловутое "но". Светить Аэте в какой-то учебке СЕЙЧАС я не собиралась.
 Асур полыхнул огорчением, но оно быстро сменилось заинтересованностью: возможность понаблюдать за боем, пусть учебным и чужим, перевесила желание продолжить столь бесцеремонно прерванный сон. Аэтериос стек с койки и утопал в санузел нашей общей каюты, пользуясь тем, что он первый встал.
 Перегородки на ночь мы так и не раздвинули по причине бессмысленности этого действия, так что за всеми передвижениями Аэте и его крайне выразительной пластикой движения и мимикой я могла наблюдать своими глазами. В силу специфики воспитания и собственной природы, Аэтериос относился совершенно индифферентно к тому, что он мог увидеть или услышать с нашей стороны каюты, лишь бы ему спать не мешало. Да и сам не напрягался соблюдением даже видимых приличий. Ни нас, ни его сложившаяся ситуация не напрягала, правила общаги мы блюли свято и к всеобщему удовлетворению, а большего нам и не требовалось.
 Единственная перегородка, которая никогда не сдвигалась, эта та, которая перекрывала вид в каюту со стороны входной двери. Сам факт того, что наше жилье полностью просматривается из коридора при открытой двери, напрягал нас всех на уровне инстинктов и вызывал глухое раздражение. А потому перегородка стояла раздвинутой.
 Тем временем, Джефф продолжил вещать:
 - Второй залп перебил механизм поворота правого верхнего двигательного пилона, выведя из строя маршевые двигатели, пробил камеру ядра, убив дежурный инженерный расчет и вызвав цепную реакцию детонации в переполненных аккумуляторных блоках. -со смаком продолжил расписывать катастрофу по внутрикорабельной связи Джокер, решивший, что народ уже достаточно проникся и готов воспринимать подробности. - Автоматическая аварийная система произвела отстыковку и сброс всех аккумуляторов, но в результате первых взрывов оказался поврежден подъемный механизм створки и нарушена работа системы сброса спасательных капсул...
 Я себе представила повреждения, "полученные" несчастным прототипом благодаря произволу увлекшегося пилота: корма разворочена, правый борт по жилой палубе - месиво осколков, спаскапсулы фактически недоступны, хоть все еще работоспособны. Хорошо хоть закрытые двери разрушенных кают не дали воздуху мгновенно покинуть изувеченный корабль. Самое странное, что я о чем-то подобном уже слышала когда-то. Вернее, слышала мой реципиент.
 Короткий поиск в памяти нашел нужную информацию: Джефф в условия учебной тревоги положил трагедию патрульного легкого крейсера Альянса Систем "Нимин", попавшего в засаду пиратов в Скиллианском Крае три года назад. Условия, конечно, были адаптированы под наш фрегат, но суть осталась неизменна: повреждения маршевого двигателя, раздолбанная жилая палуба с погибшим командным составом и инженерным расчетом, нестабильное ядро, фатальные повреждения обшивки и части несущего каркаса. И как последний штрих на ритуальном чертеже: фактическая недоступность спасательных капсул. Хотя, какой в них смысл при нападении-то? Отловят, и не успеешь глазом моргнуть, как окажешься с ошейником на шее в трюме работорговца. Что и произошло с выжившими с "Нимина".
 - Если люди "погибнут", надо будет провести эту учебку повторно, с учетом абордажа поврежденного корабля. - неожиданно озвучил мои мысли Найлус. - Условия интересные.
 - Сперва на результаты этой посмотрим. - зевнув, уточнил Гаррус. - Мне интересна реакция новичков.
 Стартовые условия учебки и правда довольно интересные и сложные: не зря Найлус поддался на нытье и уговоры Джокера, позволив ему самостоятельно выбрать время проведения учебной тревоги и ее условия. Посмотрим, как себя поведет экипаж и группа бойцов в подобной ситуации. Пока учебка затрагивает только действия в условиях аварийной ситуации, но можно расширить ее, переведя в отработку абордажа потерявшего подвижность корабля, если, как правильно заметил Найлус, народ не передохнет в ближайшие десять минут.
 - Аэ, у тебя три минуты! - довольно громко крикнул Найлус, перекрывая шум воды.
 - Мне хватит. - донесся ответ.
 Джефф знакомил своих жертв со стартовыми данными учетной тревоги со смаком, чувством, толком и расстановкой, не забыв упомянуть, что корабль находится на довольно оживленном маршруте, и теперь с интересом наблюдал за действиями разбуженных ранним утром разумных, до которых медленно доходило, что это - не шутка юмора пилота, а РЕАЛЬНАЯ учебная тревога. Притом, время уже пошло!
 Зашипела открывающаяся дверь, в каюту вывалился мокрый и довольный жизнью Аэте: после установки душевой кабины свободного места в санузле просто не осталось, развернуться там негде, так что вытираться и одеваться приходилось в каюте.
 Освободившееся место занял Найлус.
 - Мрир? - Аэте протянул мне гребешок и вопросительно склонил голову набок.
 - Сейчас. Стой.
 Волна бытового заклинания высушила асура, вторая - расчесала всклокоченную ото сна мокрую гриву. Аэте быстро оделся, плюхнулся на стул, давая мне возможность заплести ему так понравившуюся косу. Пока я возилась с его головой, вышел Найлус, получил от меня то же заклинание сушки, быстро вделся в броню и свалил в зал брифингов, наблюдать за действиями разбуженного экипажа.
 - Все. - я закончила заплетать длинные волосы, заправила косу и хвост под основное тело косы так, чтобы ничего по шее не болталось, вернула гребешок и заколку хозяину.
 Аэте ощупал получившуюся прическу, благодарно кивнул.
 - Спасибо. Удобно.
 - Да, под шлемом мешать не будет. - я улыбнулась, вспоминая, как подобные прически делали разведчики древних катакомб: они действительно удобны и хорошо подходили под сложную систему артефактов, которую мы носили на голове.
 Как раз вышел Гаррус, и я ушла в душ.
 Стоя под тугими струями прохладной воды, я вслушивалась в ментальный фон корабля, отмечая реакцию народа на такую пробудку. Судя по всему, после учебки Найлус и Прессли из экипажа и бойцов вытрясут душу: люди только-только раскачались! Рекс уже давно на ногах и уже находится в зале брифингов.
 - Имрир, они наконец-то зашевелились, - донесся до меня сквозь шум воды голос Рруса.
 Найлус тем временем подтвердил начало учебной тревоги. Для особо одаренных, решивших, что Джокер окончательно потерял страх и теперь так прикалывается. После резонного вопроса Спектра, отчего это им требуется его личное подтверждение, народ и задергался.
 Пока они там развлекались, я успела ополоснуться и высушиться, неспешно облачилась в броню, и вместе с Аэте и Ррусом поднялись на командную палубу, где мы дружно следили за ходом учебной тревоги в зале брифингов на высокоточной голограмме, прекрасно нам показывающей кто где и чем занят. Первую панику нам услужливо продемонстрировали любовно сделанные записи под комментарии довольного сотворенным бардаком Джокера.
 К счастью, к отлету "Нормандии" техники Спецкорпуса успели смонтировать оборудование тактического комплекса, а вот подключали и настраивали его Татум и Адамс с его группой уже в полете, пока фрегат шел короткими перегонами по оживленному маршруту. Инженерам хватило суток закончить работы и поставить на место снятую обшивку, и теперь бесполезный ранее танцпол начал приносить пользу, пусть пока в качестве координационного центра учений.
 - Как думаешь, они тренировочные визоры взяли? - неожиданно спросил Гаррус.
 - Вот сейчас и узнаем. - резонно ответил Найлус, запуская программу виртуальной среды.
 Тренировочные визоры нам прислали вместе с тактическим комплексом по просьбе Рруса, вспомнившего про эти замечательные устройства в последний момент. Эти визоры накладывали изображение, создаваемое тактическим комплексом, на реальные объекты, давая возможность всем участникам тренировок видеть нанесенные во время учений повреждения, следы попаданий и прочее, прочее, прочее. Информация снималась с самих визоров и особых сенсорных модификаций на оружии, устанавливаемых на ствол и оптический прицел. Результаты "попаданий" обсчитывал компьютер тактического комплекса, выводя информацию на объемную голограмму, а после разрешения проводящего учения - на визоры.
 В зал брифингов зашли Дэрг с Диланом. В полной броне и с подготовленным к учениям оружием. На стволах поблескивала красная нашлепка сенсорной системы.
 - Аэте, с кораблем ознакомился? - задал вопрос Найлус, с интересом наблюдая, как Джон и его снайпер с матами пытаются развернуть эмиттеры силовых полей и перекрыть непострадавшую часть жилой палубы. Эмиттеры поворачиваться отказывались наотрез: бойцы не сняли стопоры.
 На голове у них тренировочных визоров не оказалось, и разворачивали они настоящие эмиттеры! Матюги и изображение прекрасно доносили микрофоны и камеры прослушки, взломанной инженером Спецкорпуса и подключенной к системе внутрикорабельного наблюдения.
 - Да, ознакомился. - кратко ответил асур, с не меньшим любопытством глядя на происходящее. - А Октавиус за это их не грохнет?
 - Если сломают хоть один эмиттер - грохнет. - флегматично отозвался Ррус. - Или под видом спарринга изобьет.
 Наконец к этим двоим подошел Клаус и собственноручно развернул несчастные эмиттеры, обматерив "косоруких идиотов", особенно язвительно пройдясь по Джону. На дикой смеси немецкого и испанского, так что инструментроны всю тираду хранили тактичное молчание. Силовое поле разрезало жилую палубу поперек, остановив условную утечку воздуха. Но поздно: Джокер радостно сообщил, что из-за их волокиты погибли трое членов экипажа в заблокированной взрывом каюте. Тактический комплекс тут же окрасил указанных пилотом людей как выбывших. А еще Джефф крайне язвительно напомнил про тактические визоры, необходимые для проведения полноценных учений, которые их дожидаются в столовой. Бойцы переглянулись и снова выматерились.
 Найлус оскалился, чуть суженными глазами наблюдая за этим счастьем.
 - Дэрг, Дилан, Рекс, Гаррус. Вы будете отыгрывать нападающих: группу пиратов, пытающихся взять на абордаж этот корабль. - спокойный вибрирующий, отдающий металлом голос перебил восторженные вопли Джеффа, радостно сообщившего про "мучительную смерть" застрявших в лифте бойцов Джона: штурмовиков Аарона и Кристиана. Снайпер группы - Вивьен, оставшийся с Клаусом и Джоном, тихо выругался на французском, доставая из боксов, лежащих на видном месте в столовой, тренировочные визоры.
 - Задача? - пробасил Рекс, с нескрываемым интересом наблюдающий за происходящим.
 - Выбить десантную группу и не дать им организовать сопротивление. По времени как раз ваши челноки подошли к "Нормандии" и стыкуются. Рекс, Гаррус, вы пришвартовались на командной палубе. Дэрг, Дилан. Вы заходите со стороны разрушенных кают. Вопросы?
 - А они подготовились? - спросил Дэрг, глядя, как Клаус настраивает визор Джону, который явно никогда с такими устройствами не сталкивался.
 Интересно, а где с турианскими игрушками сталкивался сержант Вилант Николаус Аккер, который, если судить по его досье, никогда не покидал Альянс Систем и служил под командованием Джона Шепарда все два года своей службы в ВКС?
 - А вас это волнует? - иронично спросил Найлус, наблюдая, как Вивьен пытается открыть шлюз аварийной лестницы.
 Нестандартные запоры усилия француза игнорировали. Клаус, бросив короткий взгляд на это дело, матюкнулся, отодвинул снайпера, резко развернул ручки в другую сторону, створки люка тут же послушно разошлись, но были блокированы на полпути по короткому касанию когтя бронированной перчатки к голографическому символу.
 Смачные маты, услужливо донесенные до нас, вызвали улыбки. Что-то Клаус как-то нервно на все реагирует. Экспрессивно так... А говорят, немцы - спокойные...
 - У вас меньше минуты занять свои позиции. Разошлись.
 Бойцы испарились, отслеживаемые системой датчиков, щедро растыканных по кораблю. Именно эти датчики и позволяли так точно воссоздавать виртуальную тренировочную среду, совмещая ее с реальным кораблем.
 
 Что мы имеем на данный момент?
 Все три пилота в рубке. Эти среагировали удивительно четко. Даже визоры прихватили. Притом, самый сильный из них, Кляйн, стоит с оружием в руках перед активным силовым полем, окрашенным в виртуальной среде, как боевое защитное. Светловолосый Даниэль в кресле второго пилота. Если судить по показаниям визора, занят маневрами уклонения, пока первый пилот вроде как занимается балансировкой поврежденных маршевых двигателей, выжимая все нужное из маневровых, чтобы скомпенсировать отказавший верхний правый двигатель. Ясное дело, все эти манипуляции производились в виртуальной среде: реальный пульт управления никто не трогал.
  У экипажа и десантных групп все не так радужно и весело. Из экипажа "выжило" шестеро. Сидят по каютам в легких скафандрах и на комплименты не напрашиваются. Оружия нет. Визоров тоже нет. Эшли жива, сидит в трюме, уже приладила на разряженное оружие сенсорную нашлепку. На голове - визор. Включен, настроен криво, из-за чего изображение немного двоится. У сержанта к концу учений будет мигрень. Аленко стоит возле столовой, вертя в руках визор. Из отряда Джона выжил он сам, Клаус и Вивьен. У Джейн ситуация получше: жива она, снайпер Рамиро, один из штурмовиков - Виктор и Дворф - их сапер Руне Северин Борге по прозвищу "Север". Второй штурмовик - красавчик Диего, пал смертью храбрых, проходя через силовое поле: сбой настройки из-за косоруких попыток Вивьена и Джона развернуть эмиттеры и варварского с ними обращения, на какое-то мгновение дал скачок напряжения, и поле "разрезало" Диего пополам. Когда Джокер это радостно объявил, позеленел не только сам Диего, но и остальные участники учебной тревоги, включая "выживший" экипаж. Даже дежурная смена, не участвующая в тревоге, слегонца напряглась.
 А ведь в технической документации подобный нюанс описан был. И подобная ситуация более чем реальна... Ну хоть в следующий раз будут думать, что делают. А то судя по высказываниям "погибшего" Татума, перекочевавшего к нам, кому-то точно руки поотрывают в случае повторения. И Адамс если не поучаствует, то с удовольствием понаблюдает.
 - Внимание по кораблю: изменение условий учебной тревоги! - громко и четко объявил Найлус.
 Люди замерли, ожидая продолжения.
 - Челноки условного противника пришвартовались к "Нормандии". - голос Найлуса разносился по замершему кораблю. - Начало абордажа. Задача атакующих - уничтожить десантную группу или захватить в плен. Задача обороняющихся - защитить корабль, его экипаж и захватить в плен нападающих.
 Люди слушали очень внимательно. Клаус чему-то кивнул, прикрыл глаза, вздохнул, бросил хмурый взгляд на командира и снайпера отряда.
 - Время до прибытия патрульной эскадры - час.
 На это уточнение Рамиро встрепенулся: время учений обозначено, но следующая фраза Найлуса убила весь настрой:
 - Пиратские корабли откроют огонь на поражение через пол часа, если не получат сигнал от абордажной группы.
 Это уточнение требовало от защищающихся захватить хоть одного "пирата" живым, чтобы вытребовать от него отмену атаки.
 - Использовать биотику - запрещено. - добавил Найлус, глянув на злую мордашку Карамельки и лазурные всплески, пробегающие по ее телу.
 Джейн и Джон совершенно синхронно скривились, хоть и находились на разных концах палубы. Запрет на использование биотики сильно подрезал боевые возможности коммандеров Шепард.
 - Выбывшие должны прибыть в зал брифингов. - короткая пауза и жесткое: - Начали!
 Блокировки с аварийных лестниц спали, створки резко разошлись.
 Со словом "Начали!" Дэрг распахнул двери каюты и без колебаний всадил пару "выстрелов" прямо в вытянувшуюся физиономию Руне, пытавшегося в этот момент открыть створки аварийной лестницы, ведущей в трюм, и среагировавшего на открытие дверей "разрушенной" каюты с краткосрочным запозданием. Огонь Дилана зацепил Клауса, который с первыми выстрелами чуть ли не силой скинул Джона вниз по лестнице.
 Дворф матюкнулся, встал, пнув для острастки лестницу, и потопал в зал брифингов. Состав отрядов Джона и Джейн сравнялись. Буквально через мгновение выбыл Аленко, "убитый" точным одиночным выстрелом Дэрга.
 Ответный огонь Рамиреса и Клауса вынудил Гризли метнуться в укрытие. Джейн попыталась было дернуться, но Виктор, зло рыкнув, затолкнул командира за коробку лифта, словив два попадания в корпус: Дилан, засевший в каюте на другом конце жилой палубы, чуть не пристрелил Карамельку, но быстро убрался с линии атаки. Клаус стрелял удивительно точно и реагировал очень быстро.
 - Вивьен! Вниз! - рыкнул он.
 Поредевший отряд Джейн отошел на лестницу к командной палубе. Попасть на лестницу можно было по левую сторону лифта: справа коробка лифтовой шахты упиралась в стены офицерских кают. Отряд Джона спустился в трюм. Клаус соскользнул по лестнице последним, едва не словив выстрел от высунувшегося Дилана.
 Мы переглянулись. Очень интересная реакция у этого Клауса!
 - "Видели?"
 Глаза Аэте чуть расширились, когда он услышал мой голос в своей голове, но асур больше ни единым жестом не выдал установившуюся общую ментальную связь.
 - "Видели." - тяжелая, окрашенная интересом и азартом мысль Найлуса перебила жгучее любопытство асура. - "Аэ, что скажешь?"
 Ответил асур-тар с небольшой заминкой:
 - "По уровню подготовки отряд Джейн превосходит отряд Джона. Единственное исключение - Клаус. Его уровень выше заявленного в личном деле. Насколько - точно не скажу."
 - "Что еще?"
 - "В прямом столкновении я бы проводил фокус атаки на командиров, выбив самых сильных бойцов: Клауса и Рамиро." - честно ответил Аэте и тут же пояснил свою точку зрения: - "Клаус подставился, спасая Джона. Если бы первая атака не была направлена на отряд Джейн, его бы убили, пока он прикрывал командира. Реакция автоматическая: учебная тревога не несет непосредственной угрозы, но бойцы среагировали так, словно они находятся в боевых условиях. Вывод? Подобные тренировочные бои для них не являются привычными, и они действуют с реалиями полноценного боя. Это - хорошо. Проявят все ошибки."
 - "Почему Рамиро?" - уточнил Найлус.
 - "Пластика." - коротко ответил асур. - "Непроизвольная реакция на звуки первых выстрелов. Он раскрылся буквально на мгновение, пока не смог подавить инстинктивный порыв защитить командира."
 В поверхностных мыслях Аэте ярко промелькнул нужный момент: стремительные, плавные движения Рамиреса, практически мгновенно вернувшиеся к нормальной пластике, которую он демонстрировал ранее, раздраженно дернувшийся уголок губ. Я с Найлусом могли бы добавить ощущения досады и раздражения.
 - "Та же реакция у Виктора: первым делом он убрал Джейн с линии атаки, получив опасное ранение. В отличие от Рамиреса, свой уровень не скрывает." - Аэте замялся и добавил: - "Я наблюдал за ними вчера, пока на кухне работал. Бойцы Джейн к своему командиру относятся покровительственно, но приказы выполняются без колебаний и сомнений. Если судить по личным делам и моим наблюдениям, боевого опыта у бойцов больше, чем у командира: разница в пластике, повадках и непроизвольных жестах. Но право отдавать приказы не оспаривается даже во внутреннем круге, авторитет Джейн - непререкаем. С ней не спорят. Значит, она хороший командир, чье право приказывать признается добровольно и осознанно, но как боец однозначно уступает своим подчиненным. И они все это знают: когда ее убрали с линии атаки, никаких возражений и недовольства не последовало."
 - "Что еще?"
 - "Без биотики Джейн не представляет особой опасности." - вынес вердикт Аэтериос. - "Стилистика боя подогнана под постоянное использование биотики. В условиях запрета на применение биотики Джейн теряет время на подавление инстинктивных действий. Это - недопустимо. Все то же самое относится к Джону."
 - "Согласна." - подтвердила я выводы асура.
 - "Посмотрим, как они раскроются дальше." - подвел черту Найлус, и мы вернулись к наблюдению за тренировочным боем.
 Вскрыв аварийную лестницу, Дэрг закинул вниз пару гранат, дождался условных взрывов и вместе с Диланом спустился сам. Найлус холодно констатировал "ранение" Клауса, а затем - "смерть" Вивьена, уже начавшего открывать арсенал. Чистая случайность: одна из сенсорных "гранат" отскочила от последней ступеньки лестницы, подлетела и "взорвалась" точно за спиной Вивьена, зацепив Клауса. Бойцы Джона к учебной тревоге не были готовы поскольку, следуя Уставу, хранили все свое вооружение в арсенале корабля. Оружие оказалось только у Клауса. И отряда Джейн в полном составе.
 Клаус и Джон укрылись за левым "Мако". Джейн, Рамиро и серьезно "раненный" Виктор засели за дверями, ведущими на командную палубу. У нападающего отряда - легкое "ранение" в предплечье у Дилана.
 "Нормандия" - корабль небольшой. Много по ней не побегаешь, но закутков и всяческих удобных ниш, которые можно крайне интересно использовать, очень и очень много. Я это с удовольствием оценила, наблюдая за передвижением Клауса и Джона, осторожно пытавшихся подобраться к арсеналу. Джейн и ее люди сидели за дверями и думали, как будут брать командную палубу. С этой позиции любой штурм грозит немалыми потерями: Гаррус прекрасно контролировал БИЦ, устроившись у самого шлюза, а Рекс ждал гостей, прохаживаясь у перегородки, закрывающей вход в зал брифингов. Как раз там, куда невозможно выглянуть из-за двери, чтобы не получить выстрел от снайпера или удар от крогана. Мертвая зона. Очень неудобное место для штурма. Даже толком гранату не закинешь. Даже рикошетом: перегородка дает хорошее прикрытие.
 За этими передвижениями мы наблюдали с огромным удовольствием. Особенно за тем, как Джон построил Эшли, быстро приспособив к делу и отобрав у нее штурмовую винтовку, оставив сержанту пистолет. Клаус делал вид, что он просто боец, никак особо не выделяясь. Пока шли маневры в трюме под прикрытием "Мако", Дилан и Дэрг окопались на жилой палубе, "пленив" остатки экипажа, и теперь подбирались к засевшим на лестнице Джейн и ее людям, вынуждая их шевелиться активнее.
 - Неплохое решение. - неожиданно выдал Аэте, слушая план, который Джейн, после короткого колебания, озвучила своим бойцам: микрофоны в прослушке просто прекрасные.
 - В этой ситуации - да. - согласно кивнул Найлус. - Но - бессмысленное.
 - Они же не знают. - пожал плечами асур.
 Наблюдающие за учениями бойцы удивленно посмотрели на беловолосого "техника", но промолчали. То, что Гаррус - снайпер, знали все. И крогана, расслабленно расхаживающего между дверями, они тоже видели.
 Дальнейшее полностью подтвердило выводы Аэте.
 Двери разошлись, пропуская на командную палубу "раненного" Виктора. Рекс оживился, рванул к появившемуся противнику. Вторая дверь открывается, выпуская на БИЦ Джейн и Рамиреса...
 Но...
 Двери на командную палубу открываются не мгновенно. Ровно две секунды, пока отходит центральная секция и распахиваются створки. Этого времени Рексу хватило, чтобы оценить изменения в ситуации, развернуться, вскинуть дробовик, и всадить "залп" прямо в лицо Джейн. Буквально через мгновение прилетел "выстрел" из тактической снайперской винтовки Гарруса: Рамиро "погиб" мгновенно, получив "пулю" точно между глаз. Виктора "добил" Рекс.
 По сути, защитники проиграли: "Нормандия" захвачена, последние трое выживших блокированы в трюме и существенно повлиять на ситуацию не могут. Арсенал проблему не решит: абордажная группа получила что хотела и теперь могла покинуть корабль. Но это были учения, смысл которых - оценить возможности новых бойцов, а потому Дэрг, Дилан, Рекс и Гаррус, зафиксировав техническое поражение противоположной команды, учения продолжили.
 Джон, Клаус и Эшли окопались очень грамотно, засев за "Мако", благо, там было где прятаться. Аварийные лестницы простреливались на ура, как и кабина лифта, открывающаяся непосредственно лицом в трюм. По условиям, сложившимся на этот момент, в трюме царил вакуум, а потому звуков направленных взрывов, "выбивших" дно коробки лифта, поднятого на жилую палубу, и створки аварийных лестниц слышно не было. Дэрг, Дилан и Рекс спустились в пустую лифтовую шахту, Гаррус "выбил" направленным взрывом заднюю стенку, пропуская их в трюм под прикрытием лифта. А дальше сыграли в своеобразный гамбит, сделав ставку на исключительную живучесть Рекса и скорость Дэрга с Диланом: первым рванул Мастер Войны, принимая на себя первый огонь, за ним - Дэрг и Дилан с разных сторон шахты лифта, укрываясь от атак за распорками ремонтных модулей, вынуждая троих людей обозначить свое присутствие. А за их спинами работал снайпер...
 Клауса Гаррус выбил первым, хоть это и стоило Дэргу "жизни", а Рексу серьезных "ранений". Но для крогана такие повреждения - не смертельны и даже не критичны, так что "убитый" снайпером Клаус мог только бессильно наблюдать, как вихрем промчавшийся через трюм кроган вломил его подопечного в стену. Эшли получила свой закономерный "выстрел" меж глаз.
 
 На этом учения завершились. Зато начался разбор полетов. Притом начал его недовольный Октавиус Татум, который, не стесняясь в выражениях, в доступной форме пояснил, чем могло закончиться рукоделие Джона и Вивьена с эмиттерами, а потом подробно рассказал, что с ними сделает, если они еще раз на учениях протянут лапы к оборудованию, которое только-только настроили. Уточнение про учения было понято правильно: Джон извинился, получил в руки датапад с описанием системы силовых завес, которые должны хоть немного повысить шанс на выживание у обитателей "Нормандии" и пожелание ознакомиться подробнее с оборудованием корабля.
 - Инженер Татум. - встрял Клаус, переключая на себя внимание турианца. - Насколько я знаю, эти силовые поля могут работать как система дезинфекции?
 Октавиус резко сменил гнев на милость и добродушно ответил:
 - Совершенно верно, сержант Аккер. При должной настройке силовое поле может уничтожить любую органику при контакте.
 - Каков будет цвет поля?
 - Золотистый.
 Клаус перевел тяжелый взгляд черных глаз на насупившегося Вивьена, скользнув по Джону.
 - Инженер Татум. Переключение режима работы производится удаленно? - задал вопрос Джон.
 Турианец любезно пояснил:
 - Может и удаленно, и непосредственно на самом эмиттере.
 Инженер поднял руку, активировал инструментрон и вывел объемное изображение одного из эмиттеров. Острый коготь указал на небольшой тумблер в основании устройства.
 - Вот переключатель. Хочу напомнить, что изменение структуры поля на одном эмиттере включает автоматическую подстройку на других, переключая разом все эмиттеры в пределах одной системы пересекающихся завес. Учитывайте это на будущее.
 - Благодарим за разъяснение, сэр. - четко ответил Джон.
 Татум на это "сэр" иронично шевельнул мандибулами, но никак не прокомментировал: в Иерархии подобной системы обязательного добавления вежливого обращения при разговоре со старшим по званию не существовало в принципе. Как и любых демонстративных проявлений субординации, включая погоны и знаки различия.
 В зал брифингов заглянул Себастьян, коротким кивком поприветствовал присутствующих, и поманил пальцем встрепенувшегося Аэте. Асур без единого звука покинул зал, провожаемый внимательными взглядами Рамиро и Клауса. Джейн насуплено сверлила взглядом довольного жизнью Рекса. Джон стоически молчал, стоя чуть ли не стойке смирно, заложив руки за спину. Бойцы обоих отрядов рассредоточились по помещению. Эшли фонтанировала недовольством, злясь на Гарруса за уже привычный выстрел промеж глаз. В общем, народ был настроен позитивно и радостно, ожидая разбора полетов.
 Найлус их ожидания жестоко обломал:
 - Эта учебная тревога была ознакомительной. - тяжелый взгляд ярких зеленых глаз оббежал бойцов. - У вас есть время сделать выводы, ознакомиться с кораблем и его оборудованием, разобраться с учебными визорами и настроить их под себя. - взгляд переместился на злую Эшли, недовольно сжавшую губы. - Сенсорная система для оружия также нуждается в настройке. Свободны.
 Бойцы зашевелились и потекли на выход. Клаус задержался.
 - Спектр Шепард, разрешите задать вопрос.
 Найлус хмыкнул, а я ответила:
 - Разрешаю.
 - Есть ли на корабле помещение, в котором мы могли бы заниматься тренировками в свободное время?
 О, да неужели? Клаус меня все больше и больше радует.
 - Трюм в вашем распоряжении, Клаус.
 От звуков своего имени сержант непроизвольно скривился, ярко полыхнув раздражением и злостью, но ничего не сказал. Я с Найлусом переглянулась. Гаррус недоуменно моргнул, показав глазами на уходящего бойца.
 - Сержант.
 Клаус остановился, обернувшись к Крайку.
 - Спектр?
 - Что-то не так?
 Мужчина на какое-то мгновение растерялся.
 - Ваша реакция на собственное имя была несколько нетипичной для человека. - пояснил суть вопроса Найлус. - Хотелось бы понять причину вашего недовольства.
 Клаус чуть заметно приподнял бровь, полыхнул удивлением и настороженностью. Подобный вопрос стал для него неожиданностью, как и непонятное внимание Спектра Совета к задетым чувствам рядового бойца. Осторожность сменилась любопытством, и сержант ответил:
 - Мое имя - Николаус, и я предпочитаю сокращение Николя или Ник. Но не Клаус.
 - Мы вас поняли, Ник. - тем же спокойным и доброжелательным тоном произнес Найлус. - Мой вам совет: последуйте примеру Джейн Шепард и ее отряда. Держите в каютах один комплект брони и личного оружия. Шкафчики в каютах смонтированы.
 В черных глазах промелькнуло удивление и заинтересованность.
 - Хранение вооружения в каюте нарушает Устав ВКС Альянса Систем. - ровно ответил Николаус.
 - Несомненно. - охотно согласился Гаррус. - Но в данный момент "Нормандия" является кораблем Спектра Совета и попадает под юрисдикцию Спецкорпуса, а не ВКС Альянса Систем. И вы подчиняетесь непосредственно нам.
 - Благодарю за пояснение.
 - Свободны, Ник.
 Николя молча развернулся и покинул зал для брифингов, полыхая тяжелой задумчивостью и настороженностью. Этот разговор дал ему пищу для размышлений. Пусть думает. Посмотрим, до чего этот неоднозначный человек додумается.
 
 
 * * *
 
 - Твое мнение? - тихо спросил мужчина, облокачиваясь о стену возле старого знакомого.
 - По поводу? - удивленно выгнул черную бровь боец.
 - Нашего нового начальства и этих учений.
 Брюнет поморщился и честно ответил:
 - Начальство - необычное. С ними не пройдет то, что проходило с командирами в Альянсе. Реакция на слова и действия совершенно другая. Обратил внимание?
 - Да, обратил. - короткая пауза. - От Мясника Торфана я ожидал иного.
 Мужчины помолчали.
 - Что по учениям?
 - Нас пощупали, мы пощупали. - пожал плечами боец, почесал подбородок. - Судя по реакции экипажа и сержанта Уильямс, подобные развлечения на корабле не редкость. Оборудование закупили, скажем так, неслабое.
 - И развлекаются здесь пилот и Спектры. - констатировал очевидное худощавый черноглазый брюнет.
 - Пилот. Да. - тихий хмык. - Он и правда настолько хорош, как говорят?
 Собеседник черноглазого делал вид, что чрезвычайно увлечен изучением тренировочного визора.
 - Еще лучше. Ты бы видел эти данные о его работе с двигателями во время учений. - черные глаза сузились. - Я понимаю, почему Спектры его держат на корабле, не смотря на травмы.
 - Как твои?
 Черноглазый поморщился.
 - Буря негодования. Еще не поняли, с кем связались и куда вляпались. Твои как?
 - Заинтересовались. Особенно тем турианцем с визором. Хорошо стреляет, стерва.
 - Это и не скрывалось, что он хороший снайпер. - флегматичный ответ. - А что командир?
 - Командир, конечно, бесится, ну это скорее правило, чем исключение. А твой?
 - Злится, но рожа каменная. Как обычно. На крогана бесится.
 - Мой тоже.
 Бойцы обменялись совершенно одинаковыми ухмылками.
 - Ну давай, я пошел к своим.
 - Ага. Скоро завтрак будет.
 - Да, повар тут хорош.
 - Просто отличный. Зато теперь понятно, куда он подевался.
 - Вопрос в другом.
 - "Как?"
 - Да. Как? - тихий вздох.
 Разговор резко оборвался, и два человека разошлись.
 
 
 
 
 

Глава 39: Первое правило общаги: соседей надо знать!


 
 
 - Я не понимаю, что тут творится! - растерянный и недовольный голос Джейн взболтнул тягостную тишину каюты. - Складывается ощущение, что командование этим переводом нас окончательно угробить решило!
 Четверо мужчин, сидящих на койках и наблюдающие за расхаживающим по свободному пятачку шестиместной каюты командиром, настороженно молчали.
 - Как ни крути, но мы так или иначе попадаем либо под взыскание, либо под нарушение Устава, либо, что хуже, под военный трибунал!
 - А ты не перегибаешь, Джейн? - осторожно спросил Руне. - Вроде как все нормально.
 Молодая женщина резко остановилась, повернулась на пятке, уперла руки в бока, хмуро глядя на подчиненного.
 - Север. На первый взгляд все нормально, не спорю. Но это только до тех пор, пока приказы Спектра не противоречат приказам командования ВКС Альянса Систем, к вооруженным силам которого мы имеем сомнительную честь принадлежать. - язвительно буркнула Джейн. - Не разочаровывай меня и не говори, что не веришь в возможность подобного варианта.
 Норвежец посмотрел на командира, огладил короткую бородку и согласно кивнул.
 - Резонно. - Рамиро тяжко вздохнул, теребя тонкую косичку, свисающую с виска. - Спектр что-то на эту тему говорила?
 - Да. Когда вас отправили расселяться, она меня прямо спросила: "Скажите мне. Каковы будут ваши действия, если вы получите прямой и недвусмысленный приказ от командования Альянса, выполнение которого... противоречит моим приказам, как вашего непосредственного командира?". Дословно.
 Бойцы переглянулись.
 - Иными словами, она ожидает проблем от командования. - покивал каким-то своим мыслям Рамиро. - И предполагает, что ей придется пойти против их приказов. Показательно.
 - Да. - Джейн поморщилась. - Верность первого Спектра-человека Альянсу Систем не так крепка и непоколебима, как об этом вещают с экранов. Но я точно знаю, что Хакет ее поддерживает.
 - Ставленник адмирала? - оживился мозговой центр отряда.
 Командир развела руками.
 - Не могу сказать. Но нас на этот корабль перевели приказом адмирала Стивена Хакета. Это факт. А уж чем он руководствовался и какие планы у него на Спектра, я понятия не имею. - Джейн фыркнула, передернув плечами. - Он же вывел нас из-под командования Джона, оформив в отдельное подразделение, подчиняющееся непосредственно Имрир Шепард. Вот и думайте. Лично у меня - непробиваемое ощущение какой-то крупной подставы. Очень крупной!
 На какое-то время в каюте воцарилась тяжелая тишина.
 - Мясник Торфана оказался совсем не такой, какой мы предполагали. - произнес Виктор, меняя тему. - Я бы не сказал, что разочарован. На редкость здравомыслящая и практичная женщина.
 Виктор "Молот", штурмовик отряда, перевел вопросительный взгляд на Рамиро, словно задавая безмолвный вопрос.
 - Согласен. И ее пресловутой ксенофобии я что-то в упор не вижу. - снайпер группы прикрыл карие глаза, откинулся на прислоненную к стене подушку. - У нее с инопланетянами удивительное взаимопонимание. Кварианку она вообще негласно опекает.
 - Заметили. - Руне хмыкнул. - Скафандрик хороший инженер. Слышал, ее этот турианец, Татум, хвалил.
 Джейн удивленно приподняла брови.
 - Значит и правда хороший инженер, раз генерал Октавиус Татум высказал вслух подобное мнение. И Север, завязывай ты со своими словечками в сторону чужаков. Я тебе уже говорила. Проблем не оберешься. Кварианка обидчивая. Услышит - надуется, и потом будешь сам перед Спектром объясняться, за что ты так девчонку обидел.
 Руне только фыркнул, но спорить с командиром не стал, оставшись при своем.
 - Нам придется делать выбор.
 Тихий голос Джейн разом сбил с мужчин расслабленность, вынуждая подобраться и выпрямиться. Когда командир говорила ТАК, дело касалось важных, судьбоносных решений. Особенно с решениями, связанными с подставами от командования.
 - Какой?
 Молодая женщина осторожно присела на край стола, намертво прикрученного к полу, поправила медовую прядку, выбившуюся из прически, и спокойно произнесла:
 - Выбор стороны. Кем мы будем для Спектра Совета Имрир Шепард.
 - Отчего именно такая постановка вопроса? - Рамиро сузил глаза, пристально следя за командиром, ловя каждое ее движение, каждый отголосок эмоций, мелькающий на выразительном лице. - Есть предпосылки?
 Джейн дернула щекой.
 - Слова самой Имрир Шепард: "Вы определитесь, кем меня считаете. Лейтенант-коммандером ВКС Альянса или Спектром Совета". И еще: "Меня только одно волнует: доставите вы проблемы, как доставляют некоторые, или у нас будет взаимопонимание и обоюдно приятное сосуществование на этом корабле. Я не собираюсь вас выгонять или отказываться от вашего перевода. Шанс я даю всем. Только от вас зависит, какое место займете вы и ваша группа на этом корабле и какую роль сыграете в надвигающейся буре. Если сыграете вообще". Это она мне сказала, когда вы нас покинули. Дистанцирование Спектра Шепард от Альянса Систем уже началось, и начато оно сознательно и с полным осознанием последствий, на что было мне указано. По словам штаб-лейтенанта Аленко, у Имрир уже были конфликты с послом Удиной и капитаном Андерсоном. Ну, это вы могли наблюдать и сами.
 Бойцы почти синхронно кивнули.
 - И что ты ей ответила? - спросил Рамиро, подобравшись.
 Его командир передернула плечами.
 - А что я еще могла ей ответить? - буркнула Джейн. - "Я вас поняла, Спектр" - злость полыхнула в голубых глазах. - Мне предложили выбор "или-или". Полагаю, не надо пояснять причину подобного решения?
 Рамиро покачал головой.
 - Удивлен, что она пошла на прямой разговор. - заметил Виктор. - Обычно такие разговоры хорошо завуалированы и если ведутся, то очень аккуратно. А она спросила в лоб. Почему? Случайность я бы исключил, как и излишнюю доверчивость. Что бы о ней не говорили, ни на сумасшедшую, ни на идиотку Спектр не похожа. Хорошо бы узнать, что еще из слухов и сплетен о Мяснике Торфана является ложью и досужими домыслами, до того, как нам это боком вылезет.
 - У меня такое чувство, что в этих слухах правды нет вообще. - буркнул итальянец. - Извини, командир, но "Мясник Торфана" - такой же ярлык, как и "Выжившая".
 - Хорошее уточнение. - Джейн поморщилась: воспоминания о погибших на Акузе бойцах до сих пор живо. - Я за ней наблюдала со дня отлета.
 - И каковы выводы? - спросил Диего.
 Джейн Шепард ответила не сразу. Какое-то время она просто сидела на столе, глядя куда-то вдаль чуть расфокусированными глазами. Бойцы ее не торопили, терпеливо ожидая, когда командир начнет говорить.
 - Выводы неоднозначные. - наконец ответила она. - Имрир Шепард совершенно не похожа на тот образ Мясника Торфана, который известен на флоте. Это вы уже сами поняли. - бойцы закивали. - Или она хорошо притворялась, или это была обычная пропаганда. Или и то, и другое. Не важно, так можно дойти до идеи, что Имрир Шепард - совсем другой человек.
 - Об этом я тоже думал. - спокойно сообщил Рамиро.
 - Угу, еще скажи - личность заменили. - буркнул Диего.
 - Сейчас - это вполне возможно.
 - Не в этом случае: после Торфана она всегда была на виду. - отмахнулась Джейн. - Сплетни о ее неадекватности... - женщина запнулась. - Ладно, скажу прямо - сумасшествии оказались ложью: у нее здравый рассудок, острый ум, сильная воля и тяжелый характер. Но в то же время она ведет себя не как офицер ВКС Альянса, как там Джон выразился об Андерсоне?
 - Строго соблюдающий Устав. - подсказал Диего.
 - Точно! Сами уже обратили внимание. Она вроде как не соблюдает некоторые незыблемые правила армии и флота: нас лишней и ненужной работой не напрягает, на БИЦе вообще не появляется, передав управление и командование кораблем старшему помощнику Чарльзу Прессли, назначив его на должность исполняющего обязанности капитана, в его работу не вмешивается, вообще не требуя отчетов о том, чем занимаются люди в свободное время.
 - Обратили. - буркнул Виктор. - И меня радует такое понимание: она же, как и ты, офицер десантных войск, выпускник N7, но никак не флотский офицер. И вообще, первый на моей памяти командир, который не сношает мозг из-за всякой ерунды, и не следует свято принципу: "Солдат, мне не надо как правильно, мне надо, чтобы ты заебался". - сержант фыркнул. - Кстати, Конфетка, тебя же так и не заставили отработать наряды, выданные Андерсоном?
 Диего укоризненно посмотрел на бритоголового бойца, но тот великодушно проигнорировал намек.
 - Нет. И это еще один нюанс. - Джейн недовольно поморщилась на "Конфетку", но ничего не сказала. - Андерсона она вообще не воспринимает. Видели, как они его размазали. На редкость слаженная работа. - тихий смешок. - А от слов "не положено по Уставу" у командира подергивается глаз и пальцы. Наблюдала, когда Уильямс говорила с Шепард по поводу инопланетян и перестройки корабля. Думала, та придушит идиотку.
 Мужики заржали.
 - Да, ксенофобия сержанта вызывает удивление.
 Итальянец приподнялся, взбил подушку и вновь устроился на койке, делясь информацией:
 - Это как раз не удивительно. - произнес Рамиро. - Я тут поговорил кое с кем. Эшли Уильямс, внучка того самого генерала Уильямса. Это у них... семейное.
 - Скорее - навязчивое. - буркнула женщина. - Я же с это дурой в одной каюте живу! Успела услышать обо всех "говорящих животных" на этой "гордости флота Альянса Систем".
 Отношение к инопланетянам было оценено по достоинству:
 - Интересно, слух у туриков получше нашего. Почему Эшли еще за борт не выкинули с таким ее отношением к чужакам? - со смешком спросил Диего.
 Джейн покачала головой.
 - И не выкинут. У Снайпера терпение колоссальное, Крайк относится с юмором и здоровым цинизмом, пряча их под маской высокомерия, к Татуму Эшли не лезет, крогану на все насрать, кроме жратвы и кофе, кварианка этого просто не слышит: в инженерном отсеке к Тали относятся как к своей, и обижать не позволяют. Лиара - вообще отдельная история. Она почти все время проводит с сержантами Савьером и Итором, а этих Эшли сторонится
 - Они за ней присматривают. - согласно кивнул Рамиро. - Удивительно другое: как Спектру Шепард удалось заполучить на один корабль кроганского Мастера Войны и турианского диверсанта такого уровня. - задумчиво произнес итальянец.
 Бойцы подобрались.
 - Какого диверсанта, Рамиро? - вкрадчиво спросил Диего.
 Рамиро ехидно ответил:
 - Доброго, тактичного, тихого и с колоссальным терпением, которое вообще присуще всем хорошим снайперам. - тихий жесткий смешок. - Наводил я справки по поводу этого парня с синими метками и снайперским визором уникальной модификации. - итальянец специально выделил интонацией слово "уникальной". - Довольно колоритная личность, этот генерал Гаррус Вакариан.
 - Этот парень действительно генерал? - удивленно заморгал Диего, наклоняясь вперед.
 - Уникальный? - уточнил Виктор, проигнорировав вопрос младшего итальянца.
 Джейн тяжко вздохнула.
 - Диего! Не покупайся на его покладистость и неконфликтность! - раздраженно рыкнул Рамиро. - Сколько раз говорил: смотри в глаза, на не на лицо и тело! Оценивай по действиям, а не по словам и, тем более, по тону! За этой кажущейся мягкотелостью и покладистостью скрывается стальной характер и безжалостность опытного убийцы, Диего! Посмотри как-то ему в глаза, когда этот турианец говорит о работе в СБЦ или о какой-то банде. По спине холодом тянет. А то, что он поблагодарил Джона за заявление: "Отлично стреляешь, парень.", еще не означает, что ему вообще интересна эта похвала!
 - Не надо меня воспитывать! Лучше скажи, что ты узнал? - сухо спросил Диего.
 Рамиро демонстративно, тяжко вздохнул, высказывая свое мнение о "не надо воспитывать", сложил руки на животе и удобнее закопался между двух подушек, одну из которых он сразу после заселения стащил с незанятой койки, здраво рассудив, что на такой произвол жаловаться некому.
 - Его звание звучит как "эраз" и в их системе военных рангов аналогично нашему "генерал". Так что да, парень генерал. В двадцать восемь лет. Ну или в тридцать три, если пересчитать на наши года. - легкая циничная улыбка. - Кое-кто из моих знакомых рассказал, что этот "парень" вполне осознанно перешел дорогу очень многим влиятельным разумным. Справедлив, подкупить или запугать его никому не удалось: нет рычагов воздействия на него лично, а при попытке надавить через семью... Скажем так. Парень свое взыскание и выволочку от главы СБЦ получил, но тем, кого он за эту попытку отработал, легче не стало.
 Виктор присвистнул. Руне качнул головой и тяжко уронил:
 - Опасная особенность.
 - О да. - Рамиро расслабленно растекся по своим подушкам и продолжил говорить: - Что касается визора. На первый взгляд может показаться, что он сделан на основе стандартного каркаса, производства "Кувашии", но если присмотреться внимательнее, то эта модель что угодно, но не "Куваш". Больше похоже на индивидуальную ручную сборку. Либо делалось кем-то для него, либо он ее сделал сам. - аналитик поморщился. - Вот и думайте.
 - Данных мало. - буркнул Диего.
 - Тебе всегда их мало. - флегматично отбрил Рамиро.
 - Другие наблюдения? - спросила Джейн.
 Ответ последовал незамедлительно:
 - Компания - неординарная. Начнем с турианца-Спектра. Найлус Крайк. Один из самых известных Спектров Совета. И особо известен он своей нелюбовью к азари, жестокостью и крайне сволочным характером. Работает в одиночку. Ученик живой легенды Спецкорпуса - Сарена Артериуса, того самого "беспринципного ублюдка", о котором так много и экспрессивно распинался капитан Андерсон и которого якобы должны поймать Спектры.
 - Якобы? - тут же уточнила Джейн.
 - Я смотрел записи Совета. - хмыкнул Рамиро. - Так вот, Спектр Имрир Шепард отправили НАЙТИ Спектра Сарена Артериуса. Ни больше, ни меньше. Только - найти. Ни слова о предательстве этого Спектра по отношению к Совету, ни слова о поимке или, тем боле, убийстве. Только - поиск. А уж то, как наше командование трактовало в прессе суть этого задания...
 Люди поморщились практически синхронно, Джейн фыркнула. Рамиро приподнял уголки губ в улыбке и продолжил говорить:
 - Звание Крайка мне неизвестно. Но мне известно, что выдвижение Имрир Шепард как кандидата-человека в Спецкорпус - это его работа.
 Джейн пакостно ухмыльнулась.
 - Из кого выбирали?
 - Из вас троих.
 Ухмылка сползла, зато ее отражение нарисовалось на довольной роже снайпера.
 - Дальше. Еще немного об этом "покладистом пареньке". Гаррус Вакариан. Турианский генерал, следователь СБЦ, прекрасный снайпер, подрывник, сапер и диверсант. По моим данным, до прихода в СБЦ, служил на патрульном крейсере. Артиллеристом и спецом по рукопашному бою.
 Бойцы задумчиво переваривали сказанное.
 - А почему он служил в СБЦ, раз такой спец?
 - Не знаю! Сам возьми и спроси у него! И не перебивай, Диего! - Рамиро укоризненно посмотрел на подопечного. - Урднот Рекс. Кроганский Мастер Войны, глава клана Урднот, один из самых высокооплачиваемых наемников, одиночка со специфическими понятиями о чести. Его услуги стоят не просто дорого, а ОЧЕНЬ дорого, но на этом корабле он работает за жратву и моральное удовлетворение. Как этого добилась командир - понятия не имею.
 Виктор открыл было рот, но, напоровшись на добрый взгляд Рамиро, запнулся и поднял руки, показывая, что больше перебивать не будет.
 - Тали"Зора вас Нормандия нар Райя, - как ни в чем не бывало, продолжал итальянец. - Дочь кварианского адмирала Раэля"Зора, прекрасный инженер, если верить словам Татума, при должном обучении может стать настоящим конструкторским гением. Лиара Т"Сони - археолог, дочь крайне могущественного матриарха Бенезии Т"Сони, по меркам азари очень сильный биотик даже в этом возрасте.
 - А какой у нее возраст? - поинтересовался неунывающий Диего, проигнорировав вспышку недовольства рассказчика.
 - Сто шесть азарийских или девяносто шесть наших лет. - любезный ответ, окрашенный рычанием.
 - Такая старая?
 - Такая ЮНАЯ! - рыкнул Рамиро. - Грубо говоря - подросток лет шестнадцати! Максимум!
 - О! - Диего подвис.
 Аналитик укоризненно покачал головой и вернулся к теме разговора:
 - Генерал Октавиус Татум. Ученый, инженер и конструктор с довольно громким на территории Иерархии именем. Разработчик-создатель ядра и двигателей "Нормандии". А также системы подавления теплового выброса, так называемой "стелс-системы". Практически не работает за пределами родного государства. Единственное известное мне исключение - работа над этим кораблем. Но тут он появился и по какой-то причине решил остаться на "Нормандии" как обычный инженер, хотя его время стоит очень дорого. По документам его вызвал Спецкорпус, но верится слабо.
 - Причина? - коротко поинтересовалась Джейн.
 - Не тот уровень. Мог послать и имел на это право.
 Коммандер кивнула.
 - А что с этим, белобрысым? Как там его? - Виктор почесал бритый наголо затылок.
 Отрядный аналитик оживился.
 - Аэте Дхар. Информации - ноль. В группе Джона тоже ничего о нем не знают. Только то, что нам сказали Спектры. - Рамиро поморщился. - В базах данных Альянса его нет. - посмотрел на опешившие лица сослуживцев и добил: - Вообще! Появился словно из ниоткуда, но удалось узнать, что у него подтвержденное, полноценное гражданство Иерархии.
 - Погоди, Рамиро, ты хочешь сказать, что пацан родился и вырос у туриков? - удивленно приподнял кустистые брови Руне.
 - На счет "родился" - сомнительно, по времени не сходится, но "вырос" - это точно. Татум обмолвился, что парень воспитывался на их флоте, и он его хорошо знает.
 - Тогда понятно, почему белобрысый так хорошо разбирается в турианском вооружении и обмундировании. - недовольно пробурчала Джейн, отлично понимая, что спрашивать у Рамиро, откуда он берет столь специфическую информацию даже в замкнутом пространстве космического корабля - бесполезно.
 Итальянец поморщился.
 - Странный он, этот Дхар. Даже если сделать скидку на воспитание и взросление в Иерархии.
 - А что не так, кроме имени и явной коррекции внешности? - спросил Диего.
 Аналитик скривился, словно у него разом заныли все зубы.
 - Имя у него действительно странное, тут я с тобой соглашусь, а вот что еще не так, этого я пока понять не могу. Надо будет с ним поговорить, он вроде как парень общительный: с поваром и турианцами болтает охотно. - Рамиро хмыкнул. - И Диего. Это не коррекция, внешность - его родная.
 - С чего бы? - небрежно спросила Джейн, чем вызвала легкую улыбку итальянца.
 - Внимательнее надо быть! По словам самого Аэте он впервые на Цитадели, значит, коррекцию сделать просто не мог: негде и некогда. Раз он воспитывался у турианцев, то, как и они, парень не лжет. - Рамиро легонько дернул себя за косичку, автоматически теребя короткий хвостик в ее основании. - В любом случае, седина у него своя, натуральная.
 Джейн изумленно приподняла брови, Виктор удивленно моргнул.
 - Он что, седой? - озвучил общий вопрос Диего.
 - Абсолютно седой. До чистой белизны. Это лучше всего видно на бровях: они черные, но немного тронуты сединой. Так что изначально он был брюнетом. - тихий смешок и дополнительное уточнение: - При генетической коррекции пигментация волос меняется везде. По всему телу.
 - Интересно, что могло случиться с ребенком, если он поседел и воспитывался в Иерархии, а не в родной расе. - спросила Джейн, ни к кому конкретно не обращаясь.
 - Лучше спроси, какие тараканы у него теперь в голове бегают. - буркнул Виктор, иронично глядя на Джейн.
 - Какие-какие, турианские. - фыркнула она, сделав вид, что не поняла намека на явную заинтересованность седого парня в ней родимой.
 Заржали все, кроме хмурого Рамиро.
 - Вы меня не поняли!
 Смех как отрезало.
 - Странности этого милого паренька, - ироничный взгляд на насупившуюся Джейн, - относятся не к его приметной внешности. Я говорю о другом: о повадках, отношении к окружающим, манере разговора и кое-каких мелочах, на которые вы не обратили внимание. Или просто не увидели.
 - Например? - тут же насторожилась и подобралась командир.
 - Самое странное - это реакция на его слова и действия турианцев и самой Имрир Шепард. С парнем обращаются мягко, очень доброжелательно, терпеливо, подробно и развернуто отвечая на ВСЕ его вопросы. Даже самые детские и глупые.
 Бойцы оживились, вспоминая поведение беловолосого.
 - Замечали уже. Порой такое спрашивает, что оторопь берет, в какой дыре он вырос. - согласился Руне.
 - Если он никогда не видел других людей и не покидал турианское пространство, подобное незнание и непонимание понятно. - покачал головой Виктор. - Пацан очень любопытен и этого совершенно не скрывает.
 - Верно. Но при этом Спектр Крайк в категоричной форме отказал ему в праве участвовать в учебной тревоге.
 Диего удивленно склонил голову, нахмурив красивую мордашку.
 - Почему?
 Снайпер пожал плечами.
 - Он не пояснял, но Аэте прекрасно знает причину, не сказал ни слова против, хотя немного расстроился. Дальше. Вспомните реакцию интенданта в арсеналах СБЦ. Он смотрел на парня как на активную бомбу, которая непонятно когда и при каких обстоятельствах может рвануть, но при этом отнёсся очень добродушно и приветливо. Как к своему, хотя впервые его увидел. Притом - гарантированно своему. И с удовольствием общался. О чем они говорили - не знаю. Диалект мне не знаком, инструментрон его не перевел.
 - Если парень родом с Иерархии, нет ничего странного, что он понимает их язык.
 Рамиро скривился.
 - Руне, сложности в понимании турианцев не в их языке, а в том, что они могут воспроизводить и слышать звуки за пределами доступного нам диапазона! Парень же говорит легко и чисто, не ломая себе язык и не коверкая слова: инструментрон его речь тоже переводил, когда он обращался к Гаррусу на родном, турианском языке! Вы должны помнить, что малейшее искажение слов делает их непонятными для автоматического переводчика!
 - Могли сделать парню коррекцию. - пожал плечами Виктор. - Дреллам же глаза правят, чтобы они ханаров могли понимать.
 - Не могли! Подобное изменение голосовых связок - это очень сложный и крайне дорогостоящий процесс, без гарантии успеха! То же относится и к слуху. И проводится коррекция такого уровня еще в эмбриональном состоянии, но никак не на взрослой особи, иначе это гарантированное убийство. Организм отторгнет мутировавший орган. Если бы операция удалась, то говорил бы парень, как и турианцы: с этой их подгармоникой. А дреллам на глаза ставят имплантаты, после чего они теряют возможность различать некоторые цвета. - Рамиро сглотнул, кашлянул и попросил: - Джейн, кинь бутылку с водой, будь добра.
 Командир повернулась, подхватила со стола стоящую за ее спиной бутылку и перебросила подчиненному. Рамиро отхлебнул воды, закрутил крышку и зажал бутылку между коленей.
 - Дальше. Вспомните его выбор оружия.
 - Два пистолета производства "Армакс Арсенал". - коротко кивнула Джейн. - Очень мощные, крупнокалиберные, с огромной отдачей. Даже не так. Не просто мощные, а сверхмощные. Штурмовые модели для внутреннего пользования. По базам Альянса и Пространства Цитадели такое вооружение вообще не проходит.
 Рамиро кивнул.
 - Верно. Оружие нестандартное, ни человек, ни азари, ни батарианец отдачу не выдержит: или пальцы переломает, или кости ладони. Про саларианцев вообще молчу. Это - турианское оружие, созданное турианцами для турианцев. Но никто не сказал Аэте ни слова, когда он его принес. Восприняли как нечто вполне нормальное и естественное. Вывод?
 Виктор ругнулся, досадуя на свою невнимательность.
 - Пацан может пользоваться этими пистолетами, и турианцы это прекрасно знают. Даже интендант, который его впервые увидел.
 - Следствие?
 - Силен физически. - буркнул Молот. - И он такой у них не один.
 Рамиро согласно кивнул, подтверждая выводы сослуживца, и добавил:
 - Еще одно. Никто из группы Спектра не пристреливал при нас свое оружие и не подгонял броню. Вывод?
 - Еще один "нестандарт"? А помните, как этот Аэте себе броню подбирал, и сколько раз ему отвечали или "нет" или "не дам"?
 - Помним. И, кстати, если вы забыли, броню ему вынес лично интендант. - буркнула Джейн. - Откуда-то со склада. Я еще удивилась: это тоже "Армакс" для внутренних войск. Внутренних войск ИЕРАРХИИ! Броня на ЧЕЛОВЕКА!
 - А я вам о чем? - Рамиро развел руками. - Еще одно. Помните, когда Спектры пришли на корабль с детьми?
 Люди закивали.
 - Парень держал девочку на руках довольно долго.
 - И что? - удивленно спросил Руне.
 Виктор вздохнул, досадливо цыкнул и ответил:
 - Что-что... Север, дети - не пушинка и не котенок! Они - тяжелые, а когда вертятся - тяжелее вдвойне. У меня дочка и двое пацанов. Так вот, в этом возрасте малую вот так на руках долго не потаскаешь. Не ведись на ее внешность. В малой ее возраста кило восемнадцать-двадцать. - сержант поморщился. - Рамиро, я понял, о чем ты.
 - Именно! - Рамиро назидательно приподнял палец и пошевелил им в воздухе для пущего эффекта. - Я тоже не сразу обратил внимание, что он девочку как минимум полчаса таскал по кораблю, держа на сгибе локтя одной и той же руки, а она спокойно не сидела. Все извертелась, рассматривала корабль и что-то спрашивала у своей "няньки".
 Молот кивнул своим мыслям и дополнил:
 - Когда он ее на пол поставил, что-то я не заметил, что его это напрягло: он даже руку не размял. Я как-то таскался с детьми дома, так могу сказать по своему опыту: руки отваливаться начинают минут через десять. И это если обеими держать. А малая сидела у него на одной руке.
 - Вывод? - приподнял бровь аналитик.
 - Не просто силен. Очень силен. - поправил свой первый вердикт Виктор. - И вынослив.
 - Дальше. Парня оставили с мелкими. Вспомните, как с ним играла девочка.
 - Правильнее - играла в него. - буркнула Джейн, и ее слова вызвали непроизвольные улыбки у мужчин. - Я поняла, что ты хотел сказать: ни тени недовольства.
 - Верно. Что еще?
 Тишина была очень выразительной. Итальянец вздохнул.
 - Разговор с детьми. Вы его слышали?
 - Нет. А там что-то было интересное?
 - О да. - Рамиро на какое-то время замолчал, но вскоре продолжил: - Дети ему доверяют. Абсолютно. Без тени сомнения. Больше, чем своему опекуну. Это странно, но причины подобного поведения я не вижу. Девочка парня вообще обожает и тискает как большую живую игрушку. И заметьте, Аэте совершенно не волновало чужое мнение на такое к себе отношение. Немногие мужчины готовы позволить ребенку в себя играть, как в куклу. Но это может быть последствием воспитания в Иерархии.
 Аналитик вновь отхлебнул воды.
 - Что еще в этом белобрысом не так? - ворчливо спросила Джейн.
 - Пластика движений. - коротко ответил Рамиро.
 Бойцы озадаченно переглянулись. Ничего особого за беловолосым они не замечали. Да, ходит очень тихо, но ничего сверх нормы для обычного человека не видели.
 - Объясни. - практически приказала командир.
 - Все уже знаете, что Аэте помогает Себастьяну?
 Люди заулыбались и закивали.
 - Почему парень добровольно взял на себя бессменное дежурство на кухне, хоть и не должен этого делать - я не знаю, но его эта работа не напрягает и не вызывает ни малейшего негатива. Он даже посуду собирает со столов, хотя за собой убирать должны те, кто из этой посуды ест.
 - Но выборочно. - поправил друга Диего. - Иногда он вообще не появляется в столовой или сидит на кухне с поваром. Но факт есть факт.
 - А что не так? Ну захотел парень помочь на кухне, в чем проблема-то? - Виктор непонимающе развел руками.
 - Проблема не в его помощи. - пояснил Рамиро. - Это его личная инициатива: хочет - помогает, не хочет - не помогает. Но вы обратили внимание, КАК он носит эту посуду, когда собирает ее со столов?
 - Пирамидами. И не роняет же! - понятливо сказал Диего.
 - А как меняется походка при возможности столкновения? - тем же вкрадчивым тоном задал очередной вопрос снайпер.
 - А вот этого - не заметил.
 Рамиро перевел взгляд на сослуживцев, но получил в ответ отрицательное покачивание.
 - Словами это не описать. Это надо было видеть. - тихий вздох. - Да я бы и сам не заметил, если бы не случайность. Позавчера, когда вставал, я не заметил Аэте. Будь это кто другой, я бы в него бы врезался, мы бы упали, и вся посуда была бы на полу. Но этот "техник" меня обтек одним точным, плавным движением! Он среагировал и ушел от опасности столкновения раньше, чем я успел остановиться. Еще и меня поддержал, когда я пошатнулся! А потом как ни в чем не бывало потопал на кухню, закидывая посуду на свою, как вы выразились, пирамиду. И очень точно ею балансировал.
 Сказанное снайпером заставило бойцов задуматься, тихо высказывая свои мысли и предположения:
 - Он не техник! - буркнул Виктор.
 - Он техник. - возразила Джейн. - Татум этот статус подтвердил, а турианцы не лгут. Тем более, на прямой вопрос. По словам инженера, он хорошо знает Аэте, более того, он его учил, когда был на флоте.
 - Так парень проходил обучение и служил на флоте? - уточнил Диего.
 - На флоте Иерархии. - добавил Рамиро. - А если вы помните, у них все население...
 - "Понятие "турианец-гражданский" не существует", как говаривал мой инструктор-биотик. - со вздохом подтвердила Джейн. - Значит, точно военный. Военный техник?
 - Возможно.
 - Теперь понятно, почему его Спектры взяли в отряд и поселили вместе с собой. - Диего ухмыльнулся.
 Джейн фыркнула и, довольно точно передавая интонации сержанта Эшли Уильямс, выдала:
 - "Ты представляешь, они живут в каюте капитана! Это же прямое нарушение Устава! Это аморально и недопустимо!"
 Откуда выросли ноги у этой фразы, бойцы поняли сразу и дружно заржали.
 - Сочувствую, Конфетка. - произнес, проржавшись, Руне. - Хочешь - переселяйся к нам. Место есть. Не думаю, что командир будет против.
 - Командир - не будет. - покивала Джейн. - Ей совершенно безразлично, кто где живет, с кем и чем занимается в свободное время, если это не мешает работе и окружающим. Моральное состояние экипажа - забота капитана Прессли и старшего командного состава корабля, а не Спектра Совета.
 - Резонно. - тихий хмык Рамиро. - Чисто турианский подход.
 - Да, но "Нормандия" - это не корабль Иерархии и служат на нем люди, а не турианцы, так что дисциплинарные гайки Спектр и капитан затянули так, что экипаж дышит по команде. Уже слышала, как Эшли ее подруги их экипажа жаловались. Хотя на соблюдении уставного общения не настаивают, компенсируя другим: подготовкой и дисциплиной. - Шепард поморщилась. - Учения введены не просто так. За ошибки Крайк и Прессли народ дрючат так, что брызги летят. Это нас почему-то не тронули, а ребятам из экипажа вливание сделали по самые глаза. Зам капитана накачал.
 - Я что-то не заметил возмущений. - с сомнением в голосе пробормотал Диего.
 Виктор хмыкнул.
 - Так не дураки же собрались на этой посудине. Экипаж хоть из выпускников и флотского молодняка, но не совсем уж из идиотов. Понимают, что эти учения спасут жизнь в случае реального ЧП, которое с прототипом может произойти вообще без видимой причины. И так тут недавно единственный пилот навернулся с лестницы и переломал себе кости. Корабль Крайк вел к Цитадели. - видя заинтересованность во взглядах сослуживцев, Молот добавил: - Я с парнями из экипажа поговорил. Они и рассказали, как чуть по-настоящему не обделались, когда поняли, что остались без пилота под конец перегона. Никто не знал, что у Спектра есть военная летная лицензия, и он умеет пилотировать корабли среднего и легкого класса. Сюрприз оказался. С тех пор отношение к нему немного изменилось, хотя особой любовью турик у людей не пользуется: характер у него действительно сволочной. А когда фрегат перестраивать начали, самые твердолобые смирились с заскоками нового командира и ее наставника.
 - Кроме некоторых. - Рамиро хмыкнул. - Джейн, что делать будешь?
 - Что-что... Сперва думала к азари перебраться - она милая, только болтает много и все о протеанах. А потом злоба взяла, и я решила выселить эту дуру Уильямс. В бабской шестиместной каюте у экипажа как раз есть одно место: их там пятеро обитает. Вот пусть и валит, раз уж она так за Устав стоит: я - офицер, командир отряда группы высадки, и по ее любимому Уставу должна жить в офицерской каюте. Одна!
 - А жирно тебе не будет в четырехместной каюте?
 Джейн ехидно ухмыльнулась.
 - Ничего, я распространюсь! - улыбка резко погасла. - А за этим белобрысым надо будет понаблюдать. В принципе, скоро ужин. Я могу с ним поболтать. Не думаю, что он откажет мне в беседе.
 Рамиро тонко, как-то по-змеиному ухмыльнулся:
 - Предлагаю передать право поработать на наше благо подходящему энтузиасту. Тут как раз есть такой, и он имеет привычку общаться с экипажем.
 Джен циничненько улыбнулась, Виктор прикрыл лицо рукой, Диего гнусно заржал, Руне хлопнул себя по лбу, и они в один голос выдали:
 - Джон Шепард!
 - Именно. А о том, чтобы идея пообщаться с этим седым "техником" возникла у лейтенант-коммандера Джона Шепарда именно сегодня после ужина, я позабочусь. - Рамиро встал. - Он как раз сейчас в трюме. Кто со мной на тренировки? Спектры даже спарринги в полный контакт разрешили. Без членовредительства. - и тут же, без паузы: - Диего, вставай!
 - Вот почему сразу "Диего"? - буркнул второй итальянец.
 - Сам знаешь, почему. Так что отрывай свою ленивую задницу от койки и пошли, а то жиром заплывешь!
 - Так ты же после отбоя ходишь заниматься. - попытался съехать Диего.
 - Так то тренировки. А сейчас у меня будет разведка, разминка словесности и твоя дрессировка. - фыркнул снайпер.
 - Вот так всегда с тобой: не успел глазом моргнуть, а уже в цементе. - привычно заныл Диего, но послушно встал.
 Джейн хлопнула себя по бедрам, соскочила со стола.
 - Значит, на ближайшее время планы такие: узнать, что не так с этим белобрысым, мне - выселить Эшли, а вам - присмотреться к бойцам Имрир: к Дэргу и Дилану. Спектров особо не трогайте. Разбежались!
 На этом разговор завершился, и люди занялись делом: Рамиро и Диего ушли в трюм, Виктор потопал к инженерам, а Руне завалился спать, пользуясь возможностью подремать, пока никого нет.
 
 * * *
 
 Неожиданная учебная тревога пошла людям на пользу: экипаж взбодрился, бойцы задергались и резко вспомнили про ту кучу документации и инструкций, которые они получили на свои инструментроны по прибытию на корабль. И, наконец-то, занялись их изучением. И чем вдумчивее они эту радость изучали, тем яснее в ментальном плане разливалось недоумение, непонимание, опасение и какое-то тусклое отчаяние, щедро приправленное раздражением, злостью и опаской.
 Больше всего недоумевал Джон: реальность оказалась совсем не такой, какой ему расписали капитан Андерсон и посол Удина. И теперь этот действительно умный, проницательный мужчина сидел и мучительно пытался свести концы с концами, сложить эту рассыпающуюся в его сознании мозаику из правды, откровенной лжи, пропаганды и кучи недоговорок. Единственный человек в его отряде, который никогда не питал никаких иллюзий, это - Николаус. Крайне колоритная и занятная личность. И меня все больше и больше занимал вопрос, что делает высококлассный диверсант с такими навыками и данными в отряде Джона Шепарда на правах рядового бойца? И почему его командир даже не догадывается, какое сокровище ходит под его началом?
 Конечно, я могла получить нужную мне информацию напрямую из памяти Николя, но я уже давно взяла за правило без действительно серьезной необходимости не потрошить мозги всем встречным-поперечным. И дело не в столь эфемерной вещи, как уважение к чужим тайнам, нет. Все куда проще и банальнее: не во всех реальностях и не на все расы работает менталистика. Если слишком сильно полагаться на этот без сомнений крайне полезный дар, можно в один далеко не прекрасный момент крепко вляпаться из-за неумения оценивать разумных по-старинке, на глаз, делая выводы по множеству мелких и вроде бы малозначительных нюансов.
 Николаус не нес мне непосредственной угрозы, а потому не было никакой нужды напрямую вторгаться в его память и разум. Достаточно автоматического сканирования поверхностного слоя и ауры: при малейшей угрозе мне и моим близким, я об этом узнаю и приму меры. А пока его круг интересов сосредоточен не на мне и моем окружении, а на его командире, я Николауса трогать не буду.
 Ник Джона негласно опекал. Аккуратно, незаметно. Так, чтобы сам опекаемый до этой светлой мысли не дошел. Вот и пусть занимается своей работой. На Джона у меня неожиданно даже для меня самой появились немалые планы. Как и на Джейн.
 В отряде Карамельки сверкал такой же самородок, как и Николаус, только он не выделялся так явно, как Ник на фоне Джона и его бойцов. Рамиро в своей среде выглядел более естественно: у Джейн все бойцы с подвохом и сложной историей, что только добавляло ценности ее отряду.
 Кстати, о ее отряде.
 Руне Северин Борге по прозвищу "Север". Подрывник и сапер. Коренной норвежец, пошел в ВКС Альянса как потомственный военный. На флот его по какой-то причине не взяли, и Север оказался в десантных войсках. После серии конфликтов, оказался в отряде молодой выпускницы академии N7, биотика Джейн Шепард, только-только выпущенной из госпиталя после инцидента на Акузе. Трагедию нового командира Север принял близко к сердцу и стал негласно опекать молодую девчонку.
 Виктор Душев по прозвищу "Молот". Русский, бывший оперативник отдела расследований службы правопорядка России. Поскольку эта страна в состав Альянса Систем так и не вошла, предпочтя сохранить некий нейтралитет, долгое время служил на родине, пока не попал под служебное расследование в связи с гибелью нескольких высокопоставленных гражданских при невыясненных обстоятельствах. Выкопанные Найлусом личные дела погибших позволяли сделать предположения. Уроды были еще те: воротилы бизнеса, местный политик и пара сослуживцев Виктора. Суда не последовало: Молот сбежал из-под стражи, полагаю, не без помощи бывших коллег. Через два года всплыл на призывном пункте Альянса Систем, воспользовавшись законом о получении амнистии при поступлении на службу в боевые части, после трех лет службы и нескольких переводов попал в уже начавший пользоваться не самой лучшей славой отряд Джейн.
 Диего Силайо ди Маттео по прозвищу "Красавчик". Информации об этом пареньке оказалось немного. Скупые данные о родителях, место рождения - небольшой городок Таормина, Сицилия, Италия. А так - ничего особого. Учился и всю жизнь провел в родном городе, а потом внезапно оказался в армии, как только ему стукнуло восемнадцать. Биотик, как и Джейн, но гораздо слабее, так что свой талант использует для всякой мелочевки, в бою на него не полагается вообще. В армии оказался вместе со своим другом, Рамиро, который старше его на три года.
 Да. Рамиро. Любопытное создание. Полное имя - Рамиро Дитер Дуарте да Россет, прозвище "Танцор" за трепетную любовь к малораспространенному сейчас бразильскому национальному боевому искусству капоэйра, в которое этот неординарный боец красиво и естественно вписал элементы других боевых искусств. Итальянец с бразильскими корнями, родился в городке Чефалу в той же Сицилии, но потом оказался на службе у дона Маттео и переехал в Таормину. В качестве кого - непонятно, но, как сказал Гаррус: "Снайпером за день не становятся". Ушел в армию вслед за младшим сыном дона - Диего, с которым довольно дружен, хоть и относится покровительственно. В то, что это случайность - не верю. Рамиро официально - снайпер отряда и неофициально - его аналитический центр. По повадкам больше похож на высококлассного диверсанта или профессионального киллера, чем на обычного среднестатистического снайпера, как его характеризовало личное дело. Это ясно подтверждала плотная, покрытая мглой аура разумного, привыкшего убивать без колебаний и сомнений, не делая скидку ни на пол, ни на возраст цели. Абсолютно темная тварь, как выразился бы один хорошо известный мне инквизитор, чтоб его демоны всем Легионом вечность без передыху драли!
 Истинно-темное существо с таким опытом, настолько щедро обагрившее свои руки кровью, мне понадобится. А уж как его заполучить, я придумаю. Если не напрямую, что крайне маловероятно, поскольку понятие "верность" для Рамиро - не пустой звук, то опосредованно, через опекаемого им Диего. Маттео парень молодой, любопытный, азартный, темпераментный, вспыльчивый. Чем его заинтересовать, я придумаю. В конце концов, знаний у меня немало... А если не через Диего, так в отдаленном будущем через его отца: не зря малолетний итальянец из очень богатой и влиятельной сицилийской семьи оказался на общих правах в армии с одним, но крайне необычным сопровождающим. Видать, папаша решил вбить в младшего сына мозги посредством армейского ремня и пуль, свистящий над дурной башкой, а чтобы дитятко не откинулось раньше срока, был к нему приставлен личный защитник, друг и наставник в одном флаконе. Довольно распространенная практика в очень многих мирах, так что ничего странного и необычного я в этой ситуации не видела.
 Информация на экране сменилась, вновь выводя мне личные дела отряда Джона Шепарда. Отхлебнув ароматного, горячего эрга, развернула окошко с данными о самом интересном представителе сего сообщества: Николаусе. Крайне скупыми и совершенно невзрачными.
 Если верить прочитанному, некто Вилант Николаус Аккер оказался в армии по собственному почину года через три после завершения Скиллианского Блица. Вот просто взял и пришел в военкомат, возвестив о решении поступить в действующие войска. Верю-верю. Особенно если учитывать насыщенную клубящуюся ауру кровавого мрака, стелящуюся за ним. Рамиро номер два, только специфика немного другая. И так же Джона опекает, как Рамиро - Диего.
 Перекатывая в руках кружку, обдумывала эту мысль. Могли ли Ника отправить с Джоном Шепардом по тем же причинам, что и Рамиро с Диего? А почему нет? Мать героя Элизиума, Ханна Шепард, личность довольно неоднозначная, если судить даже по той скупой информации, которая мне доступна. Капитан дредноута, будущий адмирал. Или она уже адмирал? Глянула в личное дело Джона. Нет, пока еще капитан, служит на дредноуте "Килиманджаро". Потом вроде как переведут на другой корабль. На какой - не помню, но это и не столь важно. Иными словами, у дамочки власти немало, как и любопытных знакомых. Может ли Николаус быть ЕЕ знакомым? Судя по остальным членам отряда, я склоняюсь именно к этой мысли.
 Впрочем, строить догадки смысла нет: узнаю со временем. Пока факты таковы: Ник по уровню превосходит весь отряд Джона вместе с ним самим, по какой-то причине не продвигается по службе и опекает коммандера, - ненавязчиво, вмешиваясь только в тех случаях, когда жизни подопечного грозит прямая опасность. И Джон, в отличии от Диего, об опеке не знает.
 Вот и отлично. Раз Ник не просветил своего командира, это и используем в нужный момент. Не думаю, что Джон будет в восторге от мысли, что за ним присматривают, как за ребенком. Он же гордый. Может нагородить глупостей.
 Ну, это мы посмотрим.
 Остальной отряд не настолько интересный. Хотя по-своему любопытный. Джон людей подобрал под себя.
 Глянула на сенсорный экран. Из того что есть, для меня, как менталиста, очень любопытен тихоня-француз Вивьен Лаббе, снайпер отряда. Молодой худощавый парень с непослушными короткими прямыми русыми волосами и карими, вечно печальными глазами, успевший до армии получить два высших образования: медицинское и, к моему огромному удивлению, художественное, некоторое время проработал в государственном госпитале в небольшом городке Анси, но потом без какой-либо внятной причины ушел в армию. Спустя пару лет оказался в отряде Джона: Шепард выдернул его практически с порога учебки. Официально - снайпер, неофициально - отрядный медик. Почти постоянно молчит, распространяя легкий налет апатии и застарелой душевной боли, в дрязгах между командирами не участвует, все эти дни тихонько тренируется в одиночестве в трюме на небольшом пятачке за "Мако". На ауре до сих пор видны яркие отпечатки сильной душевной травмы, основательно надломившей парня. Какой - я пока не узнавала. Не до него было. Паренек-загадка. В отряде к нему относятся хорошо и стараются не слишком напрягать лишним вниманием, за что Вивьен искренне благодарен.
 Подобное состояние никогда и никого не доводило ни до чего, кроме могилы. С того момента, как я согласилась взять этих людей под свое командование, я автоматически взяла на себя за них ответственность. За их жизнь и здоровье. В том числе - психическое. А Вивьен и психическое здоровье пока несовместимы. С такими-то надрывами на ауре... Надо будет заняться парнем.
 Изображение на экране сменилось, выводя следующее досье.
 Аарон Раймонд Ривас де ла Фуэнте. Кареглазый брюнет, чистокровный испанец. Яркий, красивый, веселый и обаятельный парень, душа компании, обладатель искрометного юмора и удивительной чуйки: чужие болевые точки вычисляет слету, четко понимает, на что надо надавить или куда ударить, чтобы причинить наибольшую душевную боль. И наоборот, знает, какие темы в разговоре затрагивать не стоит, чтобы эту самую боль не вызвать. В его сиянии Вивьен просто теряется, словно блеклая тень, но в то же время именно яркая темпераментная натура Раймонда, а испанец предпочитает именно это свое имя как основное, не дает французу, оживающему только в боевой обстановке, окончательно скатиться в апатию и замкнуться в себе. Как боец Раймонд ничем выдающимся не отметился. Твердый середнячек, но если им заняться, с него можно выжать гораздо больше полезного. Впрочем, как и из любого другого человека.
 Последний в этой тесной компании - датчанин Кристиан Кьер. Уравновешенный мужчина тридцати шести лет, самый старший в группе, сапер-подрывник и техник. Ничем особым не отметился. Солдат как солдат. Впрочем, время покажет, какие монстры плавают в этом тихом омуте.
 Я не сдержала циничного смешка.
 Как там мне Эстус говорил? Используй все, что подворачивается под руку? Вот и будем использовать.
 Ко мне за стол подсел Найлус и вопросительно склонил голову набок.
 - "Какие-то проблемы?" - беззвучно спросил он, чтобы не будить асура.
 Я повернулась и глянула на Аэте. Спит в одних штанах поверх покрывала, обняв подушку одной рукой и свесив вторую с края койки. Волосы в беспорядке рассыпались по плечам, спине и подушке, лицо умиротворенное и спокойное, только пушистые черные ресницы чуть подрагивают: видит сон. Футболка и толстовка скомканы и задвинуты к стене, ботинки стоят у кровати.
 Пусть спит, пока есть такая возможность. Поговорим мысленно: сон у асура очень чуткий, и от звуков голосов Аэ мгновенно перейдет в состояние дремы, краем восприятия слушая разговор. Если прозвучит его имя или что-то интересное - проснется.
 - "Скорее, размышляю, что делать с неожиданно привалившим счастьем в лице двух отрядов." - ответила я, переводя взгляд на Найлуса. - "Раз уж мне их фактически подарило командование ВКС Альянса Систем, я не буду их разочаровывать и приму столь щедрый дар, как десять разумных, выпертых на нестабильный корабль под командование полусумасшедшего Мясника Торфана." - не сдержав язвительности, добавила: - "Так и быть, я приму эту жертву."
 Найлус улыбнулся, чуть разведя мандибулы, яркие зеленые глаза искрились весельем.
 - "Ждешь их реакции?"
 - "Пора бы уже им пошевелиться, а то затаились, как нечисть в темноте, и шушукаются в своих тесных компаниях." - я прислушалась к двум бурлящим в ментале очагам ярких эмоций. - "Повторные учения в ближайшее время проводить не планируешь?"
 Короткое покачивание тяжелой головы.
 - "Нет." - циничная ирония и яркое веселье. - "Я тоже хочу посмотреть, к каким выводам они придут."
 - "У них есть еще двое суток, пока мы не прибудем на Новерию. А там посмотрим. Если никаких изменений особо не будет, у нас будет возможность оценить их в боевых условиях."
 Найлус подобрался, глаза чуть сузили.
 - "Ожидаешь проблем?"
 - "Я всегда их ожидаю!" - ответила я любимой фразой самого Найлуса, на что он улыбнулся. - "Как показала практика, мое послезнание - поверхностное, и полностью на него опираться нельзя. Но если события хоть немного совпадают с законами эгрегора, нас будут ждать геты и рахни."
 Найлус оторопел.
 - "Рахни? Откуда?"
 - "Цербер" где-то раздобыл яйцо." - пожав плечами ответила я. - "Вырастил. Оказалось - королева. Вроде как позабирал у нее все кладки, еще и налепил клонов, с которыми мы имеем шанс встретиться в будущем."
 Задумчивость щедро плеснула в ментале.
 - "Королева, значит."
 - "Я хочу с ней договориться."
 Решение появилось само собой. Четкое, осмысленное, не подразумевающее каких-либо иных толкований. Как и непрошибаемое ощущение-желание, охарактеризовать которое можно словами: "Хочу!" и "Мое!". При одной мысли о королеве рахни, у моего собственнического инстинкта начинался припадок жадности и желания заполучить это нечастное насекомое в свое пользование. А идея королеву угробить, вызывала глухую злобу.
 Поведение для меня неестественное, имеющее вполне четкие, никак от меня независящие причины. Все же, не зря Эстус всю жизнь вбивал правила выживания перерожденца и делился своим богатейшим опытом: выводы сделать несложно.
 - "Поправлюсь. Я хочу не просто с ней договориться, я хочу ее заполучить."
 Найлус удивленно приподнял надбровные щитки и по-птичьи склонил голову набок.
 - "Причина?"
 - "Я этого ОЧЕНЬ хочу!"
 От такого ответа он моргнул, полыхая удивлением.
 - "Просто - хочешь, и все?"
 - "Не просто, а очень-очень-очень хочу." - короткий импульс передал Найлусу всю полному этого нестерпимого желания заполучить заветную разумную зверюшку.
 Зеленоглазый турианец крепко прижал мандибулы к щекам, когтистые пальцы судорожно дернулись, глаза сузились, опасно поблескивая. В этот момент он тоже очень-очень-очень захотел отыскать эту королеву и... притащить мне.
 - "Найдем мы с Ррусом тебе эту королеву." - успокаивающе произнес он, накрывая мою ладонь своей.
 - "Да что ее искать? Она на Новерии, на станции "Расселина". Найдем вместе с Бенезией."
 - "Тогда, почему ты так нервничаешь?"
 Я пояснила, перекрывая ощущение этой убийственной жажды:
 - "Для любого перерожденца такое спонтанное, иррационально-сильное желание равнозначно прямой воле реальности." - и добавила: - "Любая реальность ценит своих обитателей. Кого-то больше, кого-то меньше, но она их ценит. Любая раса что-то в нее привносит, оставляет свои следы, разнообразит ноосферу. Рахни в том числе. Если я не ошиблась в своих предположениях, этот вид - развитые естественные менталисты, и их гибель мне отольется ТАКИМ откатом, что..."
 Я развела руками, не находя слов.
 - "Если к нашему прибытию на "Расселину" королева будет жива, я ее заберу."
 - "Мы поможем." - мандибулы шевельнулись. - "Раз уж ты так хочешь спасти это насекомое, почему бы и не забрать."
 Я облегченно вздохнула.
 - "Лично мне рахни не нужна. Но, полагаю, твой народ найдет где-нибудь ненаселенную планету и приютит одинокое, но очень быстро размножающееся разумное существо. Если мне, конечно, удастся с ней договориться о мире, сотрудничестве и прочих социально-полезных вещах."
 - "Если тебе это удастся, я поговорю с Хэймоном."
 Решение принято. На душе ощутимо полегчало: болезненное, навязчивое желание заполучить то, что я еще в глаза не видела, чуть поутихло. Столь явное требование реальности, в которой живешь, нельзя игнорировать. Боком выйдет.
 
 * * *
 
 В трюме царила тишина, прерываемая шорохом и звяканьем металла о металл, едва слышно мерно рокотал двигатель, тускло светили узкие лампы на потолке, превращая тьму в легкий сумрак. В просторном помещении находились двое разумных: мощный кроган в привычной броне, с комфортом развалившийся на импровизированном троне из покрышек "Мако", лениво пожевывающий кофейные зерна и наблюдающий за работой второго разумного. Высокий худощавый турианец, активировав один из ремонтных модулей, занимался проверкой вездехода, устраняя мелкие недочеты и неисправности, отлаживая системы нового транспорта. Рядом светились широко развернутые голографические панели терминала, на которых были выведены схемы машины и калибровочные таблицы для ее орудий: двух пулеметов и мощной пушки.
 Низко загудел опускающийся лифт. Турианец на мгновение замер, во что-то вслушиваясь, но вскоре вернулся к работе. Кроган заинтересованности не проявил, все так же лениво жуя зерна и наблюдая за бывшим противником, не раз в прошлом портившим ему жизнь и однажды чуть ее не оборвавшим.
 Створки лифта разошлись, выпуская в трюм двух людей: лейтенант-коммандера Джона Шепарда и его бойца Николауса. Рекс медленно осмотрел заявившихся разумных, причмокнул и закинул в пасть горсть зёрен. Гаррус кивком приветствовал людей и вернулся к работе. Джон едва заметно нахмурился, губы дернулись в молчаливом раздражении, но отказываться от намеченных планов он не собирался, так что, чуть поведя плечами, пошел к вальяжно развалившемуся на массивных покрышках крогану.
 - Шепард. - первым произнес Рекс, растянув губы в полуулыбке-полуоскале. - Чего-то хотел?
 Вежливости в низком хрипловатом басе не было в принципе. Только легкое любопытство, огромная скука и лень. Джон нахмурился. Он, конечно, знал, что кроганы и вежливость - понятия очень слабо совместимые, но никогда раньше лейтенант-коммандеру не приходилось лично сталкиваться с кроганами и, тем более, с их Мастерами Войны.
 - Чего-то конкретного? Нет. - наконец ответил Джон. - Я никогда раньше не встречался с представителями вашей расы.
 - Тебе повезло. - хмыкнул кроган, обдав людей ароматами кофе. - Любопытствуешь?
 - Да. Расскажите свою историю.
 Гаррус широко ухмыльнулся, глядя на Рекса. Люди, стоящие спиной к молодому турианцу, этого не заметили, в отличии от нахмурившегося крогана.
 - Нет никакой истории. - рыкнул он и мстительно добавил: - Хотите истории - спросите турианца.
 Люди повернулись, глянули на невозмутимо работающего Гарруса, и вновь перевели внимание на крогана.
 - Вы, кроганы, живете сотни лет. - примирительно поднял руки Джон. - Неужели у вас не было интересных... приключений?
 Рекс на такое определение хмыкнул, закинул в пасть зерна, пожевал, ухмыльнулся и выдал:
 - Ну, однажды турианцы чуть не уничтожили нашу расу.
 Гаррус замер, удивленно моргнул, резко повернулся, хмуро глядя на развлекающегося Рекса.
 - Было весело. - добавил тот и оскалился.
 Джон от такого поворота опешил.
 - Они пытались сделать то же самое с нами. - осторожно произнес коммандер. - Но мы их отбили.
 Николаус устало прикрыл глаза и беззвучно выругался. Про себя. Краем глаза глядя на молчаливого турианца, продолжающего работать, словно он и не слышал этот занятный диалог.
 - Это не то же самое. - буркнул Рекс, больше заинтересованный реакцией Гарруса, чем обоими людьми.
 - Разве? - переспросил Джон.
 Багровые глаза перенесли тяжелый, прибивающий к полу взгляд на едва заметно вздрогнувшего человека. Низкий бас окрасился рычанием:
 - Значит, ваш народ тоже заразили генной мутацией? Инфекцией, от которой живым рождается один ребенок на тысячи? И она, наверное, уничтожает весь ваш вид?
 Джон от такой отповеди смутился.
 - Вы правы, это - другое. Простите.
 Рекс фыркнул.
 - Я не жду, что вы поймете, но не сравнивайте судьбу людей и кроганов.
 - Я не хотел вас... огорчить. - примирительно приподнял руки Джон.
 - Твое невежество меня не огорчает, Шепард. - небрежно отозвался кроган. - Я давно перестал думать о своем народе. Мы заражены генофагом, но губит нас не он.
 - Ваш народ действительно вымирает? - тихо спросил коммандер, глядя на мощного инопланетянина с сочувствием.
 - Сильней мы точно не становимся. - ворчливо отозвался он. - Мы слишком рассеялись. Никто не хочет оставаться в родной системе.
 - Многие виды покинули родную систему и процветают.
 - Но они колонизируют новые миры. - возразил кроган. - А мы - не поселенцы. Мы - воины! Мы хотим драться! И мы улетаем. Идем в наемники. Большинство не возвращается.
 - А что с генофагом? - негромко спросил до этого молчавший Николаус.
 Кроган остро глянул на невозмутимого бойца и тяжело ответил:
 - Нужны подробности - спроси саларианцев. Это они его придумали и сделали. Все, что я знаю: он делает размножение практически невозможным. Тысячи рождаются мертвыми, а большинство женщин даже не может зачать. Все кроганы заражены. Каждый. А лекарство никто не спешит искать.
 - Почему же вы сами не хотите искать лекарство? - тем же спокойным тоном спросил Ник.
 Рекс хмыкнул и вкрадчиво спросил:
 - Когда ты в последний раз видел крогана-ученого?
 Ник развел руками, давая понять, что вообще не слышал о таком изумительном явлении. Мастер Войны согласно кивнул и продолжил:
 - Спросите крогана, что лучше делать: искать лекарство от генофага или драться за кредиты? Он выберет - драться. Мы такие, какие есть, человек. И я не могу это изменить. Никто не может.
 - Не может или не хочет? - приподнял черную бровь Николаус.
 Взгляд черных глаз встретил тяжелый взгляд багровых. Несколько мгновений шла эта незримая борьба-испытание, пока кроган не расплылся в оскале:
 - Забавный ты, человек.
 - Меня зовут Ник.
 - Ник. - мощная когтистая лапа залезла в затрещавший пакетик и вытащила немного ароматных зерен. - Иди, приставай с расспросами к турианцу: он вежливый и терпеливый, прямо не пошлет. А я занят.
 Черная бровь вздернулась в немом вопросе.
 - Я ем! - вкрадчиво рыкнул Рекс, демонстративно закидывая в пасть кофе.
 Вопреки ожиданиям крогана, люди отвлекать Гарруса от работы и заводить с ним беседу не стали, а просто покинули трюм.
 
 
 - И что это было, Рекс? - спросил Гаррус, когда лифт унесся вверх, медленно поворачиваясь к откровенно веселящемуся крогану.
 - Они забавные. - фыркнул тот, потряс пакетик и вытряхнул остатки кофе на ладонь.
 - Ты им солгал.
 - Немного. И что? Мне можно: я не повернут на честности, как ты и твоя раса. - циничный смешок. - А им стоит лучше изучать историю. И поменьше вестись на ту ерунду, которую синие девки им за броню задвигают. А еще не помешало бы познакомиться с физиологией соседей по галактике, тогда бы знали, что мы - теплокровные яйцекладущие, а не живородящие млекопитающие, как вы.
 - Ситуация с генофагом не была ложью как таковой. - вздохнул Гаррус. - Но преподнес ты ее...
 Глядя на экраны, турианец задумался, что-то просчитывая в голове.
 - Так, как захотел! - рыкнул Рекс. - Вы нас хотели уничтожить.
 - И уничтожили бы, если б не вмешательство Совета. - пожал плечами турианец. - Сам знаешь: генофаг - не наша идея.
 - Знаю. Вы нас просто перерезать хотели.
 - Хотели. - не стал отрицать очевидного Гаррус. - Я и сам хочу кое-кого из твоего народа пристрелить.
 И тут же застрочил что-то на сенсорной клавиатуре.
 - Ты меня чуть не пристрелил! - недовольно заворчал Рекс. - Пуля у виска просвистела.
 - Ну не пристрелил же. - мягко, по-доброму мурлыкнул снайпер, глядя на напрягшегося крогана чуть сощуренными голубыми глазами. - Тебе тогда повезло: удачно споткнулся.
 - О да. Споткнулся.
 - И долго ты мне об этом вспоминать собираешься? - лениво полюбопытствовал турианец, вводя поправки из калибровочных таблиц в настройки пушки.
 - У меня хорошая память.
 - Я не спросил, когда ты это забудешь, я спросил, как долго ты мне об этом вспоминать собираешься. - тем же доброжелательным тоном уточнил Гаррус.
 - Сволочь ты, Вакариан. - хмыкнул кроган. - Жрать когда будет готово?
 - Откуда я знаю? Поднимись в столовую и спроси у Себастьяна.
 Рекс встал с трона и потопал к лифту.
 - Хорошего повара нашли. Вкусно готовит. И много.
 - Скажи прямо: он готовит много мяса и дает тебе добавку. - иронично произнес Гаррус в спину заворачивающему за короб лифта крогана.
 - И это тоже! - благосклонно согласился Мастер Войны.
 С тихим шипением сомкнулись створки, и лифт с гудением пошел вверх. Молодой турианец покачал головой, усмехнулся и вернулся к работе.
 
 
 
 
 

Глава 40: Ожидаемые сложности


 
 
 - Не возражаешь?
 Беловолосый асур поднял взгляд от датапада и удивленно посмотрел на стоящих перед ним людей: Джона и Николауса.
 - Не возражаешь, если мы присядем? - повторил Джон, с долей скепсиса рассматривая странного парня, вновь вышедшего из каюты с довольно... необычным украшением на голове.
 Мягкая улыбка осветила красивое лицо, парень приглашающе указал на стулья и доброжелательно произнес:
 - Не возражаю.
 Аэте выключил датапад и положил его на стол возле большой толстостенной кружки, источающей восхитительные фруктовые ароматы.
 - Это же турианский напиток? - спросил Ник, потянув носом.
 - Да, это эрг.
 - Так он же... - аналитик запнулся.
 - Да, декстро. - подтвердил Аэтериос.
 - Проблем потом не будет? - уточнил Джон.
 - Нет. - асур хмыкнул, с интересом разглядывая людей. - У меня никогда не было проблем из-за декстро-пищи.
 Джон досадливо поморщился.
 - Ну конечно, ты же вырос в Иерархии.
 Аэте кивнул, перекатывая между ладонями кружку.
 - И какого тебе было жить у турианцев? - неожиданно спросил черноволосый немец. Встретил недоумевающий взгляд и пояснил: - Уж извини за такие вопросы, но мы впервые встретили человека, выросшего среди другой расы. - Ник развел руками, доброжелательно улыбаясь и глядя в глаза собеседника. - Для нас это непривычно: мы не так давно в космосе.
 Фиолетовые глаза блеснули иронией, щедро приправленной лукавством. Продолжая мило улыбаться, асур по-птичьи наклонил голову набок с интересом разглядывая неожиданный собеседников.
 - "Мрир?" - мысленно позвал он, зная, что его услышат.
 Его действительно услышали:
 - "Что случилось, Аэ?" - пришел окрашенный любопытством и ленностью вопрос.
 - "Со мной, наконец-то, решили твои бойцы пообщаться." - ирония и ехидство щедро плеснули по установившейся ментальной связи.
 Где-то на границе восприятия раздались смешки Найлуса и заинтересованность Гарруса.
 - "Ну а в чем проблема?"
 - "Они хотят получить ответы." - кратко ответил асур, разглядывая напрягшегося Николауса. - "Джон пришел с аналитиком своего отряда. Рамиро и Джейн слушают, но пока не приближаются. Остальные делают вид, что их наш разговор не интересует."
 Ментальный смех метаморфа и веселье турианцев смыли напряжение и поднимающееся раздражение.
 - "Сам смотри. Ты прекрасно знаешь, что им можно говорить, а что - нельзя." - мягко произнесла Имрир.
 - "Они хотят познакомиться поближе." - уточнил он.
 - "А это уже сам решай, какой образ себя ты хочешь сейчас создать. Образ милого и обаятельного паренька ты уже получил."
 Аэте оживился, полыхнув предвкушением.
 - "На мое усмотрение?"
 Веселье менталиста искристой россыпью пронеслось по чувствам, вызывая непроизвольную улыбку.
 - "Аэтериос, я же тебе говорила: эти разумные тебя не знают. Пользуйся этим. Тем более, скоро мы выходим у Терра Новы."
 - "Я помню: возможность боевой высадки." - асур замялся. - "Я с вами пойду или останусь на корабле?"
 - "Пойдешь, если я не ошиблась и проблемы в системе будут. С отрядом Джейн отправлю. Так что учитывай в разговоре. Тебя и так считают..."
 - "Добрым, покладистым, скромным и безобидным." - закончил асур, очаровательно улыбаясь и с интересом рассматривая кислую рожу Джона, сидящего напротив.
 - "Угу, мухи не обидишь." - фыркнула Имрир.
 - "Зачем мне мух обижать?" - оторопело спросил Аэтериос, не понимающий, зачем вообще надо ОБИЖАТЬ этих насекомых. И, главное, КАК это можно сделать, если обидеться может только разумное или условно-разумное существо.
 - "Вот я и говорю. Мухи не обидишь". - благостно повторила менталист, искрясь весельем и ехидством.
 Истерический, заливистый смех Найлуса, знающего суть выражения от своих русских друзей, сопроводил небольшой информационный пакет, пояснивший седому отморозку игру слов. Аэте прикрыл глаза, пряча от внимательного взгляда Николауса досаду и веселье.
 - "Мрир! Я не всегда понимаю человеческие шутки." - укоризненно произнес он, с трудом давя смех, неуместный в подвисшем разговоре.
 - "Ничего." - благожелательный ответ. - "Пообщаешься с нами, привыкнешь, наберешься всяких гадостей и дурных повадок."
 - "Ты хочешь, чтобы нас на Флоте удавили за это?" - подозрительно поинтересовался Найлус, очень ярко представивший результат, который может получиться при нашем должном старании и больной фантазии не обделенного воображением Аэтериоса.
 - "Не рискнут." - еще благожелательнее добавила Имрир. - "Аэ, не отвлекайся. Нико - внимательный и умный. А убить его я не разрешу, даже если он ВСЮ правду узнает. И покалечить тоже не дам. Отличный аналитик без ненужной принципиальности в вопросах морали и с таким шлейфом убийств - это ценное приобретение. Особенно, если он "приобретется" добровольно и с полным пониманием, в какую компанию вляпался. Особенно, когда "приобретется" вместе со своим старым знакомым Рамиро."
 С этим высказыванием практичный асур не спорил. Наоборот, желание метаморфа наложить тяжелую когтистую лапу на оба отряда он поддержал и предложил свою помощь в будущем обучении тех, от кого идет ощущение своего. Даже смутное и мимолетное.
 - "Согласен."
 Связь свернулась, смягчая ощущение чужого присутствия и приглушая вкрадчивый вопрос Найлуса: "Когда?" и последовавшее за ним благостное умиротворение менталиста и азарт встрепенувшегося тактика, уже представляющего перспективы от такого "приобретения". Асур перенес внимание на людей, ждущих его реакцию на свои слова, вновь оббежал взглядом прислушивающихся к разговору бойцов обоих отрядов, а потом еще шире улыбнулся, наивно и по-детски ответив:
 - Я никогда раньше не разговаривал спокойно с людьми, выросшими в другом социуме, так что мне сложно сравнивать. Мне тоже интересно посмотреть, как живут другие. - короткая пауза и уточнение: - Но пока увиденное вызывает у меня... недоумение.
 Ник удивленно приподнял бровь, а Джон тут же задал очевидный вопрос:
 - И что тебе показалось столь... странным?
 Легкая улыбка истаяла на принявшей сосредоточенное выражение смазливой мордашке.
 - Многое. - он качнул головой, всем видом показывая недоумение. - К примеру, несколько дней назад я столкнулся с таким явлением как Канальные Крысы.
 Видя непонимание в глазах Шепарда, Аэте пояснил:
 - Дети, вынужденные жить в технических районах Цитадели. Человеческие дети. Беспризорники и сироты.
 Джон помрачнел, Николаус поморщился, а асур продолжил излагать свое видение ситуации, внимательно наблюдая за выразительным лицом коммандера и его аналитика:
 - Для меня это неестественно. Недопустимо. - седая голова качнулась, крупный фиолетовый камень в украшении на лбу блеснул искрами света, отвлекая внимание от враз заледеневших сузившихся глаз. - Любая разумная и здравомыслящая раса вопросы воспитания своего потомства считает одними из приоритетных. Базовыми, поскольку именно эти дети станут опорой вида в будущем. Такое... пренебрежение вызывает сомнения в разумности людей как вида. Даже животные к своему потомству относятся с большим... вниманием.
 Реакция Шепарда полностью оправдала ожидания:
 - А как же кроганы? - спросил Джон, которого сомнения в разумности людей несколько покоробили. - И азари с их молодежью?
 - У кроганов своя специфика: они очень долго живут и слишком быстро плодятся. - отмахнулся Аэте. - Но результат их недальновидности уже виден: вид кроганов вымирает, остановился в развитии и ушел в полную деградацию. Социальную, психологическую, техническую. Фактически, они скатились до уровня ворча. Генофаг всего лишь свел их плодовитость до нормального для большинства видов уровня: один-два ребенка в год, что с их продолжительностью жизни все равно достаточно для стабилизации популяции и выживания вида. Даже учитывая бесплодность многих их женщин, что не является редкостью и у других видов.
 Полюбовавшись на опешившую физиономию бравого коммандера, асур продолжал говорить:
 - У азари ситуация противоположная: они довольно трепетно относятся к своему потомству, пока дети не повзрослеют и не перейдут в статус "дева", после чего их отпускают в галактику набраться опыта. Если вы проанализируете законодательную базу Пространства Цитадели и Республики Азари, вы заметите, что девы защищены законом до перехода в статус "матрона" и фактически неподсудны. Но это приводит к другой проблеме: безнаказанности и попустительстве, результат которой - молодежные банды.
 Люди переглянулись: Джон - удивленно и растерянно, Нико - с досадой. Миловидный беловолосый паренек только что явил им другую грань себя и оказался далеко не так наивен, как поначалу показалось.
 - А как в Иерархии относятся к детям-беспризорникам и сиротам? - спросила Джейн, вставая и подходя к столику.
 Что такое быть сиротой и беспризорником единственная выжившая с колонии на Мендуаре знала не понаслышке, лишившись семьи в пятнадцать лет.
 Аэте выдвинул свободный стул, жестом предлагая ей присаживаться и присоединиться к их беседе. Джейн отказываться не стала, грациозно опустившись на стул и мило улыбнувшись парню.
 - Проблемы беспризорников в Иерархии нет в принципе: если родители ребенка погибают, его берет на воспитание другая семья или любой взрослый гражданин по собственному желанию. - ответил ей асур. - И желающие находятся всегда. - взгляд потяжелел. - Я сам сирота.
 Ник досадливо дернул уголком губ.
 - После гибели моих родителей, меня взял на воспитание при... ятель моего отца. - Аэте запнулся, едва успев поправиться. - И с двенадцати лет я рос в его семье. У нас это нормальная практика, и никогда дети, тем более, не достигшие возраста первого гражданского ранга, не оставались без надзора старших и опеки государства.
 Мужчины промолчали, обдумывая информацию.
 - Ты говоришь о детях Себастьяна? - произнесла Джейн, не скрывая своего интереса разглядывая собеседника.
 - Я говорю о Канальных Крысах. Я не могу понять подобного отношения. - на долю мгновения в едва заметно потемневших глазах асура промелькнули ярость и гнев. - Мне непонятно нежелание властей Альянса Систем решить эту проблему. Мне непонятны препятствия, чинимые тем, кто готов взять сирот под опеку. Я воспитывался в обществе, для которого нет чужих детей.
 Что на это ответить, люди не нашли.
 - Со стороны это действительно выглядит... мерзко. - со вздохом признала Джейн. - Но что сейчас с детьми? Ведь Себастьян на "Нормандии". Кто за ними присматривает?
 - Мы нашли для них опекуна на время отсутствия. - пожав плечами, пояснил Аэтериос. - Это логичное и оправданное решение: из-за специфики службы Себастьян не может находиться на Цитадели постоянно, а брать детей на мелкий боевой корабль - нецелесообразно.
 - А на крупный? - спросил подошедший Рамиро, усаживаясь верхом на предусмотрительно прихваченный с собой стул.
 Аэте доброжелательно склонил голову набок, давая понять, что не возражает против его вмешательства в разговор и ответил:
 - На крупном боевом корабле достаточно свободного места для размещения ребенка, если его опекун или родитель в состоянии им заниматься без ущерба для работы.
 - Брать детей на боевой корабль... - Джон нахмурился.
 - А в чем проблема?
 - Дети на военных кораблях - недопустимы! - в голосе коммандера прозвучало негодование.
 - Почему? - с еще большим непониманием в голосе спросил парень, недоуменно глядя на растерявшегося Джона.
 - Это - опасно!
 Тихий хмык. В глазах асур-тар промелькнула ирония. Джейн с непередаваемым выражением на лице уставилась на однофамильца. Диагноз "идиот" читался без труда. Даже самим Джоном. И это его невероятно злило!
 - Для кого?
 - Для детей!
 - Почему? - синхронно спросили Аэтериос и Джейн.
 Джон стиснул зубы, проглотил рвущуюся с языка нецензурщину, глубоко втянул воздух, выдохнул и попытался пояснить смазливому пареньку свое видение ситуации:
  - Потому что военный корабль - не место для детей. Он может участвовать в боевых операциях, дети будут мешать работать, они могут влезть куда не следует и... и...
 Тут полет мысли коммандера споткнулся, и он замолчал. Джейн нагло ухмылялась, получая массу удовольствия от этого специфического разговора, поглядывая на доброжелательную мордашку красивого беловолосого паренька и не испытывая ни малейшего желания помочь коллеге.
 - Ты хочешь сказать, что если кто-то из взрослых заметит, что ребенок лезет куда не следует или делает что-то не то, никто из старших не возьмет на себя ответственность и не остановит его? - вкрадчиво уточнил асур.
 - Нет. Я имел ввиду, что если корабль вступит в бой...
 Джейн фыркнула, Джон снова запнулся, недовольно зыркнув на однофамилицу. Нико со страдальческой рожей укоризненно посмотрел на не заметившего эту пантомиму командира. Аэтериос вздохнул, обхватил пальцами кружку и попытался пояснить человеку, никогда не участвовавшему в настоящей войне, очевидные для него самого вещи:
 - Ни один крупный военный корабль не летает в одиночку. Всегда есть сопровождение. И чем крупнее корабль, тем в более крупном соединении он ходит. - спокойный бархатный баритон звучал мягко и завораживающе. Вкрадчиво. - Если крупный военный корабль вступает в бой, в котором есть реальный шанс гибели, значит, цивилизация ведет полноценную войну с равным или превосходящим противником. Вариант попадания в ловушку или глупость командования я не рассматриваю. В обоих случаях стоит казнить. - в промороженном бархате хрустнул лед, а в фиолетовых глазах промелькнуло ТАКОЕ выражение... - В первом - разведку, допустившую попадание крупного соединения в организованную ловушку, во втором - отдавшего подобный приказ командира. - голос вновь стал спокойным и доброжелательным, взгляд смягчился. - Случайности я тоже не учитываю: они могут произойти всегда, и иногда даже полный флот может погибнуть из-за какой-то... мелочи. - фиолетовые глаза снова сузились, красивые губы сжались в полоску, но Аэте быстро совладал со всплеском эмоций и продолжил говорить: - При полноценной войне в относительной безопасности только центральные миры, расположенные на максимальном удалении от зоны боевых действий и тыла, куда тоже может ударить враг. Удаленные колонии уничтожаются в первую очередь: у них, как правило, нет защиты, способной обеспечить безопасность их обитателей.
 Люди слушали молча. Джон - удивленно, Джейн - заинтересованно, аналитики отрядов - подобравшись, сосредоточенно вслушиваясь в низкий баритон седого парня, с легкостью испытавшего все это на себе существа поясняющего простые и очевидные для него вещи.
 - Сейчас не ведется полномасштабных войн. Крупный боевой корабль достаточно безопасен. По крайней мере, гораздо безопаснее пассажирского корабля и маленьких колоний, учитывая активность пиратов, корсаров и разного рода работорговцев. - в мягком голосе явственно плеснула язвительность. - При должном воспитании потомства, даже маленькие дети не только не доставляют проблем на борту военного корабля, но могут существенно помочь. Даже во время боевых действий. По своему опыту могу сказать, что взросление на корабле ничем не хуже взросления на планете.
 Ник приподнял бровь.
 - По своему опыту?
 Аэтериос закивал.
 - Я сам вырос на боевом корабле, на нем же прошел обучение и первую стажировку. Не могу сказать, что со мной были лишние сложности. Или с другими детьми. Грамотное воспитание и система обучения решают все проблемы, а нагрузки во время учебы и доступные объяснения старших отбивают желание лезть куда не следует. Особенно, если знаешь, чем это чревато.
 - Многие посчитают, что вас лишили нормального детства. - осторожно заметил Николаус.
 Аэтериос странно улыбнулся.
 - У каждого свое понимание нормальности.
 - С этим сложно спорить. - развел руками Джон.
 
 Джейн откинулась на спинку стула, рассматривая сидящего перед ней молодого парня, весь разговор перекатывающего между ладонями большую полулитровую кружку. Прав Рамиро. Не складывается картинка.
 Быстрый взгляд на аналитика подтвердил сомнения: демонстративно-расслаблен, но глаза чуть сужены, руки лежат на коленях. Что-то в разговоре его напрягает, что-то еще он заметил, отчего на взводе. Едва заметное постукивание пальцев по ноге выдает крайнюю степень нервозности.
 Что она не заметила в этом седом парне? Действительно седом! Сейчас глаз сам собой цеплялся за те малозаметные признаки, на которые указал Рамиро: ресницы густые, длинные и черные, брови тоже черные, тронуты сединой, но волосы совершенно белые, словно свежевыпавший снег.
 Внешность у Аэте... экзотическая. Лицо очень красивое, утонченное, породистое, но подбородок жесткий и намекает на стальной характер. Длинные волосы сейчас убраны в замысловатую прическу и скреплены на голове необычным сложным украшением, охватывающим затылок от основания черепа и до лба, где и заканчивалось чем-то наподобие ажурной фероньерки с крупным фиолетовым камнем. Превосходно ограненный кристалл играл всеми оттенками своего богатого цвета, искрился преломленным светом, притягивал взгляд, отвлекая внимание от лица и, главное, глаз своего хозяина.
 Необычное украшение, броское, изящное. Для мужчины - странное украшение! Но парень его носит естественно, на голове жесткая конструкция из серебряного и черного металла сидит плотно, владельцу не мешает, волосы удерживает и не дает растрепаться, жестко фиксируя прическу, но при этом не стесняя движений головы. И выглядит... дико! Дико, но на голове Аэте - естественно, словно беловолосый парень носит такие побрякушки постоянно и привык к ним, как к чему-то неизменному.
 Словно почувствовав, Аэте чуть повернул голову, и Джейн встретила его взгляд. Ироничный, веселый, понимающий, с едва уловимым лукавством в глубине фиолетовых глаз.
 - Почему ты решил стать техником? - неожиданно произнесла она, с трудом отводя взгляд.
 Парень пожал плечами и ответил:
 - Я был на корабле, на который прибыл по делам Октавиус Татум. Меня впечатлил его инженерный и конструкторский гений, я попросил взять меня на обучение. Мне не отказали. Обучение я закончил и недавно отслужил положенный срок в инженерных войсках.
 - То есть, ты только-только обучение закончил? - уточнил Николаус.
 - Год назад. - гордо сообщил парень. - Отслужил в инженерных войсках и теперь могу перейти на другое место службы.
 Джон прикрыл глаза, проглотив "малолетка". Ник удивленно покачал головой и заметил:
 - Ты не выглядишь на свой возраст.
 Аэте хмыкнул, плутовато улыбнулся и совершенно честно сказал:
 - Да, я знаю. Мне никто не дает мой НАСТОЯЩИЙ возраст.
 А до Джейн как-то очень ясно дошло, что в этом разговоре НЕ ТАК: двусмысленность. Седой парень, отвечая на вопросы, так и оставался загадкой, позволяя им делать неверные выводы и неправильно оценивать сказанное. Даже ответ на ее вопрос был дан честно, но так, чтобы его трактовать можно было по-разному!
 - И ты никогда не покидал территорию Иерархии, и не встречался с людьми? - вновь спросила Джейн.
 - Ну почему же? - Аэте улыбнулся. - Встречался, конечно. Иерархия - это мультивидовое государство, да и по галактике я... полетал. Но вот так поговорить с теми, кто вырос в другом государстве, не было возможности. Наши встречи обычно были краткосрочными и... деловыми.
 Уточнять, что он назвал "деловой встречей" и как именно он "разговаривал" с попадавшимися ему во время боевых высадок разумными, асур посчитал лишним.
 - Неужели у тебя нет друзей среди сородичей? - удивленно спросил Джон.
 В фиолетовых глазах плеснула ирония.
 - Друзей среди сородичей у меня хватает.
 И опять это ощущение двусмысленности и подвисшей недоговоренности, хотя вроде как ответ исчерпывающий.
 - Ты не считаешь людей сородичами? - задал скользкий вопрос Ник, тоже обративший внимание на многозначительность ответа и перебивая Джона.
 Асур хмыкнул, но ответил:
 - Мне сложно считать людей сородичами, хотя мы одного вида. - подумав, он поправился: - По крайней мере, безоговорочно всех.
 - Почему так?
 - Потому что некоторые подходят под определение "генетический брак", а не "сородич". - спокойно, но жестко ответил асур, глядя в глаза.
 Джен рассмеялась.
 - Знаешь, Аэте, сложно с тобой не согласиться, глядя на некоторых представителей нашего вида. Генетический брак. - она покачала головой. - Исчерпывающее определение.
 Ник сощурился и задал вопрос, интересующий всех присутствующих:
 - А как ты встретился со Спектрами?
 Парень пожал плечами и совершенно честно ответил:
 - Случайно. Я вообще-то друга искал: у меня отпуск, и я решил к нему залететь.
 - Твой друг, он человек? -в разговор вступил Рамиро.
 - Турианец.
 - Ты его нашел?
 - Нет. - Аэте качнул головой. - Хотел навести справки, где Рена сейчас носит. Зашел к его командиру, а в итоге встретил Найлуса, Имрир и Гарруса. Я Крайка хорошо знаю: Мы с Реном и Найлусом когда-то вместе обучались. Поскольку учебу я закончил, стажировку и обязательную службу прошел, я подал запрос на перевод в его отряд: Спектрам все равно техник нужен. Запрос подтвердили, и я теперь на этом корабле.
 По ментальному каналу громко и заливисто заржал Найлус, получающий массу удовольствия от общения асура с людьми. Особенно его умилила формулировка "подал запрос" от заявившегося без предупреждения асур-тар, балансирующего на грани срыва и ищущего свою привязку. Имрир сетовала на слепоту своих подчиненных и тоже полыхала весельем. Гаррус их настрой не разделял, вполне здраво уточнив, что из-за подобных заблуждений могут быть проблемы.
 - "Ррус, не надо так нервничать! Я же никого из них не собираюсь необратимо калечить или убивать." - с долей недоумения отозвался на эти уточнения асур. - "Какие могут быть проблемы?"
 - "Аэте, люди мнительные." - попытался пояснить бывший следователь суть проблемы.
 - "Я знаю. Меня сейчас устраивает такое их отношение." - легкая улыбка приподняла уголки губ, придавая красивому лицу немного мечтательное выражение. - "Мне нравится. Они такие забавные."
 - "А когда перестанет устраивать?" - хмуро спросил Ррус.
 - "А когда перестанет, я вернусь к привычному поведению." - мягко ответил асур-тар. - "Но я все равно не собираюсь никого из них необратимо калечить или убивать без разрешения Имрир."
 - "И не надо. Они мне еще нужны." - отозвалась Имрир. - "Скоро выход из перегона, так что сворачивай треп."
 От асура пришло согласие, и он переключился на Николауса, облекшего в вопрос смущавший его момент:
 - Ты сказал, что учился вместе со Спектром Крайком.
 - Ага. - Аэте согласно закивал, не выходя из образа милого паренька. - Мы учились у одного инструктора. Три года. Он тогда уже был Спектром, а я только заканчивал базовый курс подготовки.
 - "Только-только обучение закончил?" - раздался полный скепсиса ментальный голос Найлуса. - "Ты к тому времени уже восемь лет служил в действующем боевом подразделении."
 - "Да, служил. С пятнадцати лет." - асур помолчал. - "Ты же знаешь, нас начинают учить с раннего детства." - произнес он, разглядывая задумчивую физиономию черноглазого аналитика. - "Психику проверяют, оценивают риск срывов. Учат адекватно реагировать на представителей других видов. Особенно таких как я, а"тарэ."
 - "Знаю. А"тарэ вообще дрессируют куда жестче: в вас вбить хоть какие-то моральные ценности вообще очень сложно."
 Аэтериос полыхнул согласием и едкой иронией.
  - "Я до двадцати вообще не рассматривался как потенциальный асур-тар. Не было ни единого повода: я был полностью стабилен. Зато на флоте знали, что я - а"тарэ, знали, КТО я, но ожидали пробуждения памяти, а не... этого."
 - "Это я тоже знаю. Потому и поднялась такая паника, когда ты сорвался в хараз."
 - "Верно. После первого срыва и выхода из него без получения привязки, я пошел на базовое обучение асур-тар. Я его только месяц как закончил, когда пришло известие о гибели Нидеро."
 Грусть и застарелая боль пронеслись по ментальному каналу, обжигая участников разговора. Мягкая волна поддержки и искренней заботы сбили накал никогда не угасающих чувств, возвращая молодому асуру спокойствие.
 - "И тогда же ты окончательно сорвался?" - спросила Имрир.
 - "Да. И получил привязку на Сарена. После стабилизации психики я и вспомнил, кто я такой." - смешок и легкое веселье. - "У Командующего радости было..."
 - "И выразил он ее такими словами..." - Найлус не выдержал и рассмеялся, против воли вытянув на поверхность яркое воспоминание: уже совершенно седой Аэтериос с легкой ироничной усмешкой наблюдающий за матерящим его на чем свет стоит могучим черноволосым мужчиной в массивной, богато украшенной древней броне. - "Особенно за то, что ты, подтвердив имя и статус, не стал заявлять на свои права."
 - "А зачем это мне?" - циничная ирония и веселье. - "Понадобится - заявлю. А сейчас в этом нет необходимости." - веселье разом угасло. - "В отличие от Идари у меня нет такой терпимости и понимания. Ты же знаешь, что будет, если я..."
 - "Знаю."
 Ментальный разговор угас. Невысказанные слова зависли, так и не будучи озвученными. В этом не было надобности: Найлус ЗНАЛ, а два других участника беседы увидели отголоски этого знания. Надо будет - спросят напрямую. Но сейчас это знание не являлось важным или необходимым, и потому вопросов не последовало.
 Аэтериос отпил все еще горячий эрг, прикрыв глаза и смакуя богатый вкус. Умеренно-сладкий, нежный фруктовый вкус с легкими пряными нотками и свежестью мяты.
 - "Ррус, научи меня готовить эрг."
 - "Научу." - с долей усталости отозвался Гаррус. - "Не сейчас. Когда вернемся."
 - "Я подожду."
 Голос Джейн вернул асура в реальность:
 - А что за инструктор? Чему учил?
 Аэте заморгал, как совенок, попавший на яркий свет, подумал и ответил:
 - Бою на мечах. - короткая пауза и уточнение: - Бою на двух мечах. Мне нужна была тренировка, Найлусу ставили технику и разрабатывали вторую руку, а Рен ходил на занятия для компании: как и я, он амбидекстр.
 Рамиро оживился.
 - Амбидекстр? - карие глаза заинтересованно блеснули. - Какое оружие предпочитаешь?
 - Меч и пистолет. Для замкнутых пространств - удачное сочетание. Но на тренировочных боях обычно беру два клинка. - охотно ответил асур.
 Люди переглянулись.
 - Ты тренируешься со Спектром Крайком? - спросил Джон.
 - Иногда - да. Но на этом корабле нет помещения для тренировок, а трюм не всегда доступен. - асур поморщился. - Я не понимаю, почему на военном корабле не предусмотрен тренировочный зал? Военные должны поддерживать себя в форме, что на "Нормандии" немного... проблематично.
 Голос Джокера, раздавшийся по внутрикорабельной связи, прервал Джона, только открывшего было рот для ответа:
 - Внимание по кораблю: выход из перегона. Три. Два. Один. Выход.
 Корабль чуть заметно тряхнуло, когда он вышел из туннеля в обычный космос. Аэте допил эрг, встал со словами: "Я сейчас вернусь" и ушел на кухню. Вернулся он через пару минут, но не успел асур сесть за стол, как по кораблю разнесся холодный голос Имрир Шепард:
 - Внимание по кораблю: боевая тревога. Группе высадки - прибыть в зал брифингов.
 
 
 Терра Нова полностью подтвердила мои ожидания: стоило "Нормандии" выйти в нормальный космос, ВИ фрегата подключиться к коммуникационному бую, а нашим операторам получить первые данные с сенсорного массива корабля, как наш связист, миловидная девушка Каролин Гренадо, тут же вскинула руку в универсальном по флоту знаке "Внимание!", и буквально через минуту произнесла:
 - Спектр, принят сигнал бедствия.
 Мы с Найлусом дружно повернулись.
 - Откуда? - спросила я, подходя к связисту.
 - Астероид Х57. - ответил оператор Реймонд Танака, не отрывая взгляда от экранов. - Был своим ходом перемещен с орбиты Борра на орбиту Терра-Новы для дальнейшей разработки. - короткая пауза, Танака вчитался в информации и с некоторым скепсисом добавил: - Предполагалось, что на нем со временем будет смонтирован новый орбитальный порт. Это вся доступная официальная информация, Спектр. - еще одна короткая пауза. - Сканеры подтверждают наличие активных двигателей. С данным ускорением, Х57 войдет в атмосферу планеты примерно через четыре с половиной часа.
 Это мы вовремя прибыли. Задержись мы у станции разрядки и все. По прилету увидели бы Апокалипсис планетарного масштаба. Мы бы, конечно, повздыхали и посочувствовали людям на поверхности, но полетели бы дальше: из "Нормандии" спасательный корабль... Особенно, при таких катастрофах.
 - Связь с персоналом отсутствует. - добавила Каролин. - На стандартные запросы Х57 не отвечает, но был принят сигнал бедствия на аварийных частотах, как только мы отправили запрос.
 - Проиграйте.
 Каролин тронула голографический интерфейс, и в тишине корабля раздался приглушенный, говорящий громким шепотом женский голос:
 - Алло? Прием... - свист и скрежет сбившейся настройки, помехи. - ...приняла ваш сигнал. Вы меня слышите? - короткая пауза, приглушенное вошканье. - Меня еще не обнаружили, но долго говорить я не могу.
 Подошел Найлус, встав мрачной громадой за моей спиной. Занятая работой Каролин на Спектра внимание не обратила, хотя обычно она очень нервно реагировала, когда мощный турианец, двигающийся в полной броне тише призрака, проходил мимо нее: инстинктивный, первобытный страх перед хищником всплыл в такой странной форме.
 - Прошу вас! Отключите двигатели, иначе мы все умрем! - голос незнакомки упал до сбивчивого шепота. - О, Бог ты мой... Надеюсь, вы меня услышали.
 - Это все, Спектр. - Каролина повернулась, моргнула, задрала голову, посмотрела на молчаливого Найлуса, непроизвольно поежилась.
 Началось...
 Наклонившись к терминалу связиста, я тронула значок внутрикорабельной связи и произнесла:
 - Внимание по кораблю: боевая тревога. Группе высадки - прибыть в зал брифингов.
 На какое-то мгновение ментальный план замер, а потом - забурлил, полыхнул сложным конгломератом противоречивых, ярких эмоций. Тревога, опасение, облегчение, гнев и ярость, ожидание, радость и легкие отголоски страха. Каждый реагировал на боевую тревогу по-своему, создавая неповторимый коктейль из чувств и эмоций столь разных разумных.
 - Полные данные о состоянии пространства на терминал тактического комплекса. - жестко приказал Найлус, обращаясь к операторам, занимающим небольшой коридор между шлюзом и БИЦ. - Джокер, сближайся с астероидом.
 - Маскировку включать? - голос пилота сосредоточенный, спокойный, размеренный. Джефф работает. - Мы достигнем астероида через два часа. Система подавления с нынешними модернизациями проработает три часа восемнадцать минут.
 - Включай. - приказала я. - И проследи, чтобы с этого булыжника никто не взлетел.
 - Понял.
  "Нормандия", при всех своих недостатках и недоработках, - боевой фрегат, чьи орудийные системы проектировали и создавали представители военного государства. Пусть и по безнадежно устаревшим технологиям, тем, которые можно ассимилировать с технологиями всего сорок лет как вышедшей в дальний космос расы. За штурвалом - гениальный пилот, у орудий - белобрысый Даниэль, который, к нашему огромному удивлению, оказался артиллеристом, по прихоти родителей пошедший в летную академию. После того, как всплыл этот занятный факт, а Гаррус подтвердил, что блондин действительно хороший, более того, по-настоящему талантливый артиллерист, Джокер мгновенно сменил гнев на милость и даже расщедрился на проявление искреннего сочувствия к парню, которому чуть не сломали карьеру. За эти три дня они даже смогли в какой-то мере подружиться: ершистый гениальный пилот простил Даниэлю косорукость в пилотировании его обожаемой "девочки".
 Никто не покинет этот астероид. Ни один корабль не взлетит. Разве что фигурально и на тот свет, что тоже допустимое развитие событий, хоть и не самое удачное.
 Спасение выживших и уничтожение напавших не входит в нашу задачу. Мы вообще можем пролететь мимо, даже не отозвавшись на сигнал бедствия и мольбу неизвестной женщины. У нас другая задача. И на кону стоит гораздо больше жизней. Не сотни тысяч, живущих на Терра-Нове. Цифры куда страшнее. Миллиарды и миллиарды разумных, которые попадут под каток Жатвы, если я ошибусь. Если МЫ ошибемся.
 Но...
 Но сделать небольшую остановку и задержаться на пару часиков мы вполне в состоянии, раз уж так сошлись звезды, и мы вышли из перегона именно в тот краткий промежуток времени, когда еще что-то можем сделать.
 
 
 Объемная модель астероида Х57 вращалась над проектором тактического комплекса, позволяя нам оценить всю глубину проблемы. Я изучала цель, и чем больше информации поступало, тем больше обесценивалось мое послезнание об этой миссии: реальный мир в который раз показал, насколько он отличается от прообраза.
 Астероид был гораздо крупнее, другой формы и технически совершенно иначе укомплектован. Настоящий Х57 в диаметре двенадцать километров и восемнадцать - в длину по условно-горизонтальной оси, имеет форму капли, на узкой части которой, условно - хвостовой, размещался главный комплекс с небольшими доками. Двигателей на астероиде было и правда три. Но! Располагались они равномерно по кольцу в самой широкой части этого булыжника, и представляли собой огромные комплексы из сдвоенного маршевого двигателя, двух тормозных, расположенных на небольшом удалении, и не менее огромной силовой установки, которая питала только и исключительно свой двигательный массив. Хотя, если верить проекту, соединенные в единую сеть, эти три силовые станции должны обеспечивать энергией будущие орбитальные доки.
 Самый мощный тормозной двигатель находился на "носу" астероида и был уже частично демонтирован: Х57 выведен на устойчивую геостационарную орбиту и его повторное перемещение не планировалось.
 Дальше - больше.
 Астероид практически закончили разрабатывать: основную, самую ценную породу выбрали еще до того, как его сдвинули с орбиты Борра. Это - правильно. Никто не будет жечь дорогое топливо на транспортировку лишней массы, которая над самой Терра-Новой не нужна. Гораздо проще разработать астероид на месте, и отвести пустую скорлупу, готовую к застройке. Что и сделали. Так что сейчас мы будем иметь дело с огромным, узорно выгрызенным изнутри булыжником, в котором уже начали монтаж внутренних модулей!
 Я стояла у здоровенной голограммы и рассматривала эти многокилометровые катакомбы с тем чувством, которое у меня было при взгляде на древний подземный комплекс, полный нежити и разного рода тварей. Здесь все попроще, но время поджимает. У нас будет всего два часа на все про все. Если не успеем, на Терра-Нове и всех ее обитателях можно будет поставить жирный крест. С большой долей вероятности - могильный.
 Падение небесного тела таких размеров и массы - это гарантированная природная катастрофа планетарного масштаба. Упадет Х57 в океан в тридцати километрах от побережья. Поднятая им волна цунами прокатится по всему миру, в месте удара испарятся тонны воды, разом нарушая климат планеты. Ну а дальше пойдет по накатанному, хоть и не самому страшному сценарию. Из-за выработки недр масса Х57 ощутимо упала, но даже того, что осталось, более чем достаточно для создания катаклизма. До Армагеддона, конечно, последствия не дотянут: размер и масса у астероида не те, но колония пострадает ОЧЕНЬ сильно, хотя жертв при нынешней траектории падения будет не так много, как может показаться. Основные города на другом полушарии, так что эвакуировать их население вполне реально. Другое дело три города, расположенные неподалеку от предполагаемого места падения...
 О последствиях падения мне рассказывал Аэтериос, рассматривающий небольшую голограмму планеты, на которой были показаны расчеты траектории входа астероида в атмосферу. Для асура подобные катаклизмы не были чем-то таким уж невероятным или страшным. Всего лишь одна из возможных причин гибели какой-то цивилизации, недостаточно развитой, чтобы защитить себя от опасности столкновения с небесными "гостями". Или достаточно глупой, чтобы подобные угрозы создавать себе самостоятельно. И уж тем более его нисколько не волновали жизни людей, находящихся на планете.
 Подумав, Аэ беззвучно добавил:
 - "Корабль-терраформер уберет все последствия падения астероида за дней двенадцать-пятнадцать, зависит от тяжести повреждений." - асур покачал головой и добавил: - "Если не пойдут серьезные тектонические сдвиги и не начнется массовая сейсмическая активность. В таком случае процесс стабилизации мантии планеты затянется на полгода и сохранить города не получится: кора изменится необратимо, придется заново формировать ландшафт. Но при массе этого астероида даже сейсмической активности не пойдет: слишком легкий и скорость падения не та. А если пострадает только атмосфера, это для нас работы на три дня. И еще четыре - перезапуск и балансировка климатической системы под прежние стандарты."
 - "Быстро." - оценила я
 Асур пожал плечами.
 - "У нас мощные корабли." - ментальный голос окрасился лукавством. - "И терраформацию делать мы умеем."
 О да... Умеют они. Сперва превратят населенную планету в огромный могильник, а потом все красиво подчистят. Притом так, что следов прежних обитателей даже археологи не найдут!
 - "Технология терраформации местным известна." - продолжил излагать свое мнение на счет возможной катастрофы асур-тар. - "Но они по какой-то причине не используют ее по назначению..."
 Этого практичное создание понять не могло. Как и многое другое. К примеру, асур не мог понять, почему движение астероида курсом на столкновение с планетой не вызвало адекватного ответа со стороны колонистов. Времени более чем достаточно, чтобы поднять по тревоге гарнизон или собрать боевую группу из дееспособного населения, раз уж у одной из старейших колоний данный гарнизон по какой-то причине не обнаружился, и закинуть эту группу на Х57 и вырезать на нем все, что не внесено в списки персонала. Даже если эта группа погибнет в полном составе, эти потери несоизмеримо ниже прогнозируемых жертв катастрофы.
 Когда задумавшийся Аэтериос озвучивал эту мысль вслух, в зал брифингов как раз зашел Джон с Николаусом. Выражение смазливой физиономии Героя Элизиума погрело мою темную душу и совершенно неожиданно родило безумную идею, которую я тут же сообщила по общей ментальной связи:
 - "Хочу батара."
 Найлус подавился воздухом и закашлялся, Гаррус замер столбом, а Аэтериос только удивленно заморгал.
 Я сама порой в шоке от того, какими путями мысли в моей голове формируются. Как перекошенная от изумления рожа Джона породила идею заиметь себе собственного батара, сама не понимаю не смотря на все знания в менталистике.
 - "Зачем тебе батарианец?" - задал полный недоумения вопрос асур, сходу въехавший в суть этого сомнительного заявления.
 - "Военный офицер Гегемонии и собственный работорговец мне пригодится."
 Спорить с подобным заявлением мужчины не стали, все же, логика в моих словах была. Извращенная, но была.
 - "Я так полагаю, ты говоришь о разных батарианцах." - отмерев, осторожно спросил Гаррус.
 - "Да. Как зовут работорговца, припершегося на этот булыжник, я не помню, а вот офицера зовут Ка"Хаирал Балак."
 Мысль о получении в личное пользование батарианского работорговца вместе с его кораблем и всем экипажем все быстрее и быстрее завладевала моим разумом, и я, что самое страшное, находила в этой идее все больше и больше плюсов. Практичных, объективных и логичных плюсов, и чем больше их появлялось при анализе, тем яснее я понимала, что тот разговорчивый батар астероид покинет только в виде моей собственности. Даже если мне придется умертвие из него сделать или мозги сломать. Ка"Хаирала я решила отпустить. Все равно никуда он не денется и в нужный момент всплывет.
 - "Хорошо, Мрир. Если мы с ним встретимся, я тебе его отдам. Постараюсь - целым." - со вздохом произнес Найлус. - "Работорговца, а не офицера Гегемонии. Его придется отпустить или отдать под трибунал за вторжение на чужую территорию и участие в, технически, теракте."
 - "Технически - можешь опустить."
 - "Тем более."
 Дурная мысль о собственном батарианском работорговце окончательно укоренилась и начала пускать всходы.
 - "Балака я отпущу."
 - "Судя по твоим эмоциям, не за просто так." - тяжко произнес Ррус.
 Отпустить просто так? Эту высокомерную четырехглазую задницу? Нееее... Просто так он не улетит... За все ведь надо платить, не так ли? В том числе за "не то время" и "не то место", в которое он сам же добровольно влез.
 - "Это - не обсуждается." - припечатала я.
 В зал брифингов подтянулись остальные бойцы. С небольшим запозданием подошел Татум, который, судя по надетой на него тяжелой, а не легкой броне, определенно настроился отправиться с нами.
 Прекрасно!
 Последним в зал брифингов вошел Рекс, не слишком вежливо подвинув с дороги Кайдена: кроган любящего поныть биотика не уважал и с удовольствием драконил, пока я не вижу, а до Аленко все никак не доходило, что прекратить эти издевательства можно дав Рексу в морду. Даже если это не увенчается успехом, а это успехом не увенчается, Рекс подобреет и гнев на милость сменит: наемник не любит тех, кто не в состоянии дать отпор. Тали на попытку ее достать и позубоскалить вспылила и бросила в нагло скалящегося крогана датапад, при этом неумело, но экспрессивно обматерив. Электронный блокнотик кварианке был возвращен, а Рекс получил моральное удовлетворение и к девчонке теперь относился с покровительственным умилением. Как и к Лиаре: азари, закопавшаяся в очередное исследование, вообще не воспринимала реальность. Кроган был проигнорирован и обойден как неотъемлемая, хоть и подвижная часть ландшафта. Увлечение любимым делом Рекс тоже уважал и к юному археологу больше с проверками не приставал, предпочитая развлекать себя разговорами с синекожей красоткой. Когда настроение появлялось.
  Бойцы рассредоточились вокруг проектора и замерли. Стоя. Кресел или каких-то иных посадочных мест не было в принципе: места в "танцзале" после установки тактического комплекса осталось на удивление мало.
 Брифинг начал Найлус, как старший. Без какого-либо вводного слова, Спектр перешел непосредственно к сути дела:
 - Астероид Х57 войдет в верхние слои атмосферы Терра-Новы через три часа сорок девять минут. "Нормандия" догонит и сравняет скорости через пятьдесят четыре минуты. Приоритетная задача - развернуть астероид и избежать его столкновения с планетой. По расчетам инженерной группы, для этого потребуется остановить два маршевых двигателя из трех и запустить на одном из них тормозные. Инженер Татум отправится с одной из групп и поможет с запуском двигателей.
 - Группа высадки пойдет тремя отрядами. - продолжила я. - Группа под командованием Джона Шепарда будет сброшена возле первого двигателя. - на изображении астероида один из комплексов замерцал алым. - Задача - отключить маршевый двигатель и удержать его в выключенном состоянии до конца маневра. Двигатель не разрушать! Зачистка территории и поиск выживших начнется после того, как будет выполнена приоритетная задача. С группой Джона отправятся Гаррус Вакариан и Эшли Уильямс.
 Подобное дополнение его отряда Джона не слишком порадовало, но на красивой морде лица, украшенной неизводимой короткой щетиной, не отразилось ни тени его эмоций. Николаус, наоборот, встрепенулся.
 - Вторая группа под командованием Найлуса Крайка высадится у двигателя номер два. - нужный двигатель окрасился синим. - Задача группы - отключить маршевый двигатель и запустить тормозные двигатели для ускорения поворота астероида. Состав группы: Найлус, Октавиус, Дэрг, Дилан, Рекс и Кайден. Третья группа под моим командованием высадится возле административного, главного комплекса. Задача третьей группы - захват кораблей предполагаемого противника и, по возможности, взятие под контроль командного центра. Состав: отряд Джейн Шепард, я и Аэте.
 На лице Джейн промелькнуло странное выражение. Карамелька глянула на расслабленно стоящего асура, прислонившегося спиной к стене и с выражением искреннего любопытства слушающего брифинг и чуть поджала губы. Эмоции были куда интереснее: подозрительность, недоумение и еще раз подозрительность. Недавний разговор не прошел бесследно, и образ обаятельного безобидного паренька немного треснул. Но вот что проглядывает в этих трещинах, наша конфетка еще не поняла.
 - Планов комплекса у нас нет. - обрадовал бойцов Найлус, продолжающий брифинг. - Компания, ответственная за Х57, на наши запросы не отвечает, реальных чертежей в доступе нет.
 То, что Найлус успел взломать базы данных компании и перетрясти их сверху до низу, он не упомянул. Притом, взламывал не слишком аккуратно, работая на скорость. Но... Все было подчищено гораздо раньше. Самое полезное, что там было обнаружено, это списки персонала и планы внутренних каверн.
 - На ваши инструментроны передана информация о людях, которые должны находиться на Х57. - произнесла я. Информация действительно была передана. Только что. - До высадки у вас есть время с ней ознакомиться. Информации о планировке комплексов двигательных массивов нет: разведывать придется самостоятельно. Если удастся найти планы, они будут переданы по группам. Никакой информации о том, кто запустил двигатели или что они хотят, у нас тоже нет, но по неподтвержденным данным на астероиде присутствуют батарианцы. По возможности, брать живыми и без фатальных травм.
 Последнее уточнение было сделано для Рекса и Аэте. Особенно для Аэте.
 - У вас полчаса на подготовку, пока "Нормандия" идет до Терра-Новы. Если появится еще информация, вы ее узнаете перед сбросом.
 - Идем пехом? - уточнила Джейн.
 - Да. Свободны.
 Бойцы разошлись. У них есть время облачиться в броню и подготовиться к высадке. Все равно раньше, чем наш прототип догонит Х57, мы ничего не сможем сделать. Остается только ждать. На таком расстоянии даже полноценно просканировать этот булыжник нет возможности!
 Окинув взглядом объемную модель, вздохнула и пошла в каюту. Полчаса - это не такой большой срок, как может показаться. А мне надо еще кое-что сделать...
 
 
 
 
 

Глава 41: Х57: высадка


 
 
 - Ну как? - спросила я, отходя на пару шагов.
 - Это... - асур запнулся, подбирая слова, способные охарактеризовать весь спектр ощущений. - Это... - фиолетовые глаза приоткрылись. - Необычно.
 Необычно. Неплохое описание для того массива информации, который передает в разум своего носителя полностью активная система артефактов, уже третий день украшающая седую голову. Вычурное украшение - это лишь основа. Так сказать, декоративный каркас с минимальным защитным функционалом, на котором собираются эти милые любому рейдеру драгоценные безделицы. Камешек там, заколочка сям, изящная висюлька определенной формы с нужным расположением особым образом ограненных драгоценных камней, поблескивающая меленькими угловатыми символами, побрякушка, чьи камешки как-то подозрительно-красиво искрятся и играют светом даже в полной темноте, и богатое украшение превращается в неотъемлемую часть экипировки любого воина, сделавшего разведку древних подземных городов-некрополей и поиск артефактов своей профессией. Особенно тех, кто хочет не только в эти катакомбы спуститься, но и выйти оттуда, не став немного мертвее или проклятее, чем был.
 Артефактный комплекс "Химера" вышел на проектную мощность за положенные трое суток, установив полный контакт с организмом и разумом носителя, легко и без каких-либо конфликтов войдя в сопряжение с аурой и энергосистемой асура. Прекрасно. Штатное срабатывание комплекса - последняя проверка. Аэтериос действительно оказался тем, на кого похож по данным диагностирующего плетения. Не удивительно, что у него запустилась "Химера". Небольшие нестыковки и конфликты исправила замена пары модулей на аналогичные, но использующие привязку к другой силе и другой Первооснове. Стандартная индивидуальная подгонка под носителя, которую проходит любая более-менее сложная система боевых и защитных артефактов.
 Прямо ностальгия взяла, когда снаряжение подгоняла под этого обаятельного отморозка.
 - Зрение не сбоит? - спросила я.
 Аэте покачал головой, разглядывая меня с нескрываемым интересом. Да-да, я знаю, что в глазах носителя активной "Химеры" я выгляжу очень... необычно. Мягко говоря. Но хоть как-то пояснять, что именно он видит, сейчас не буду.
 - Нет. Я вижу четко. Дополнительная информация не мешает. Когда она мне не нужна, она практически не видна.
 - Прекрасно.
 Это действительно прекрасно! Если нет визуальных наводок, значит, разум воспринимает поступающую с артефактов информацию как положено, без конфликтов.
 - Научился менять восприятие?
 Легкая улыбка приподняла уголки губ.
 - Это похоже на работу с нашим тактическим комплексом. Ощущения и принципы управления похожи. Но удобнее корректировать вывод информации и глаза не раздражает. - охотно и счастливо пояснил мне свое видение ситуации асур. - А данных гораздо больше: энергетические структуры, ауры и магические потоки наши "Грани" не воспринимают.
 О, так он и до интерфейса адаптации смог достучаться? Вообще замечательно!
 - С пониманием функционала сложностей не возникло?
 Аэте задумался, а потом несколько неуверенно покачал головой, отчего крупный кристалл-фокус защитной системы, располагающийся на лбу, заиграл всеми оттенками фиолетового.
 - Немного. Некоторые не имеют аналогов в моем родном языке. Некоторые аналоги имеют, но я не воспринимаю смысла или не знаю, что этот термин обозначает.
 Магическая безграмотность асур-тар понятна. А вот наличие в его родном языке нужных терминов - нет. Впрочем, сам факт наличия асуров в этой реальности для меня за гранью понимания. Но это не мешает им существовать.
 - "Ассоциации всплывают?" - беззвучно спросила я.
 Ментальная связь "Химерой" не блокировалась: разум носителя уже успел осознать и принять подобный образ общения, автоматически внеся его в исключения.
 - "Да, но в некоторых сложно разобраться: массив информации слишком большой." - ответил Аэ с долей обиды и досады.
 Удивительно гибкий разум и пластичная психика! На него непонятная ерунда вываливает тонны еще более непонятной информации, а он все пытается осознать ее и систематизировать. И ведь что-то же получается...
 - "Это нормально. А в общем твое мнение о комплексе?"
 Умильная и совершенно счастливая улыбка четко дала понять, что асур-тар в восторге от нового приобретения. Еще бы, он открывает так много полезной информации об окружающем мире...
 - "Нравится." - наконец, пришла осмысленная мысль. - "Мне потом его вернуть?"
 Найлус и Гаррус переглянулись, но никак сказанное не прокомментировали. Они наблюдали за финальным этапом тестирования "Химеры", стоя в полной броне у дверей, но ни единым словом, жестом или мыслью не мешая мне и асуру работать.
 Аэтериосу потребовалось всего минут десять на то, чтобы после окончательной активации разогнать артефактный комплекс до штатной мощности и раскрыть его потенциал. Пусть и на стандартных настройках.
 - "Нет. Это подарок." - и уже вслух добавила: - Если никаких накладок не возникнет, я тебе еще кое-что подарю. Для комплекта.
 Аэте ничего не сказал, но искренняя благодарность была красноречивее любых слов.
 Мда... как мало надо ему для счастья! Всего лишь пообещать еще одну смертоубийственную игрушку.
 А ведь я действительно ему подарю новое оружие: прямой фламберг асуру не совсем подходит. Если я не ошиблась, ему подойдет одна из оружейных пар, уже которую жизнь занимающих место в моем пространственном кармане. Надо проверять: артефактное оружие очень капризное.
 Но все это только после того, как он окончательно привыкнет к "Химере" и начнет ею пользоваться во всю силу.
 Артефактный комплекс может дать не просто многое, а ОЧЕНЬ многое. Жаль, что я его одеть не могу: не поймут. Это Аэтериос может себе позволить носить на голове боевую систему в облике вычурных драгоценностей, игнорируя мнение окружающих, а я... Мда. Боюсь, кадровые военные Альянса Систем мою привычную снарягу не оценят и подумают, что у Мясника Торфана окончательно сорвало резьбу с и так не слишком стабильной психики.
 К сожалению, у меня не сохранилось компактных моделей для скрытого ношения: последнюю я угробила в позапрошлой жизни. По глупости, от чего еще обиднее, ведь чтобы сделать другую "Тень", нужны довольно редкие и дорогие материалы: артефакторика весьма требовательна и чаще всего замены не предусматривает. Нет, к примеру, карбонадо - отказывайся от всех чар, которые ложатся только на невзрачный, но твердый, прочный, энергетически-ёмкий, сложный в обработке и весьма недешевый материал...
 - Джокер, сколько там до высадки? - спросила я, подхватывая со стола перчатки брони и шлем.
 - Двенадцать минут до выхода на траекторию сброса. - тут же отозвались скрытые под потолком динамики.
 Нашу договоренность Джефф соблюдал свято: пока не прозвучит его прозвище, все, что звучит в моей каюте должно остаться между нами. Что бы он тут не увидел или не услышал. И я дала понять, что могу дать ответы на его вопросы, если он готов принять всю глубину правды. Ему надо только задать вопрос. Но вопросов Джефф пока не задавал, предпочитая наблюдать и думать. Его мировоззрение и так ощутимо треснуло после того, как он своими глазами увидел, КАК его лечили и благодаря чему он получил свой шанс и дальше протирать задницей кресло первого пилота экспериментального фрегата.
 Пилот Джефф "Джокер" Моро пребывал в растерянности, не зная, что ему делать и как себя вести в сложившейся ситуации. А то, что он узнавал каждый день, лишь усугубляло ситуацию. Ничего, пусть поварится в собственном соку, подумает, примет решение, которое уже сформировалось и навязчиво вертелось на границе осознания, но еще не было воспринято как естественное и единственно верное. Зато, когда он его примет...
 Усмешка сама собой скользнула по губам. Джокер - ценное приобретение, хоть и хлопотное! И любопытное сверх всякой меры!
 - Аэ, у тебя семь минут. - произнесла я, подходя к двери.
 Асур коротко кивнул, рывком раскрывая бокс с броней.
 
 В трюме уже собрались бойцы группы высадки, разбившись по отрядам, состав которых был озвучен на брифинге. Тали и Лиара оставались на корабле. Брать с собой необученных военному делу девчонок - верх глупости, что бы там ни вещала история эгрегора! Что занятно, ни у кварианки, ни у азари не возникло и тени идеи напроситься с нами на боевую высадку: обе девушки вполне здраво оценивали свой уровень подготовки и геройствовать не рвались. Тали сейчас крутилась возле нас, полыхая любопытством и азартом. А еще она занималась работой, проверяя подключение блоков с двигателями к системам брони у каждого бойца.
 - Спектры. - к нам подошел Татум и выразительно качнул закованной в броню ладонью.
 - Появилась еще информация о Х57? - спросила я, поворачиваясь спиной и предоставляя доступ к небольшим двигателям.
 - К сожалению, нет. - за спиной дернули. - Все в порядке.
 - Благодарю.
 Татум чуть заметно улыбнулся и подошел к сородичам. Пока он осматривал и проверял оборудование у Найлуса и Гарруса, в трюм по аварийной лестнице соскользнул Аэтериос.
 Разговоры резко стихли.
 Как же сильно меняет восприятие разумного броня и оружие...
 Тяжелая армаксовская броня "Хищник" для внутреннего использования, разработанная специально для асуров, практически не отличалась от привычной мне тяжелой брони того же типа, класса и производителя, но разработанной для людей. Отличия были малозаметными: чуть иначе расположены более мощные броневые пластины, немного другая форма и серо-черный окрас, на пальцах перчаток - острые когти, чуть массивнее пояс, на бедрах - крепежи под мечи, на одном из которых, левом, висит подаренный Найлусом полуторный фламберг. Другое расположение оружейных захватов, на которых сейчас располагались два массивных пистолета и боеприпасы к ним. Изменения вроде бы небольшие, но какова же визуальная разница! Легкую сюрреалистичность облику асура добавляла "Химера", украшающая седую голову.
 Асур подошел к нам, окинул быстрым скользящим взглядом замерших бойцов, криво усмехнулся... и тут же расплылся в привычной уже умильной улыбке, смущенно потупив глазки. Пряча иронию и исследовательский интерес.
 Сволочь белобрысая. Социальный эксперимент он мне тут ставит! Притом эксперимент, увенчавшийся успехом: начавшие было подниматься сомнения поутихли, хотя в ментале ярко звенел противоречивый коктейль чувств от откровенного разочарования до откровенной подозрительности.
 - "Проверяешь на внимательность?" - спросила я, наблюдая за тем, как асур двигается: от былой неуклюжести не осталось и следа.
 Аэ повернулся спиной к невозмутимому Октавиусу, давая возможность проверить подключенный двигательный блок.
 - "Да." - честно ответил он, искрясь весельем и предвкушением грядущего боя. - "Я дал достаточно намеков, позволяющих сделать правильный вывод. Выводы сделаны не были. Для воинов подобные ошибки в оценке разумного недопустимы."
 Поспорить с этим утверждением сложно. Воин не имеет права ТАК ошибаться!
 - "Возможности скрывать будешь?"
 - "Посмотрю по ситуации." - короткая пауза и осторожное уточнение: - "А нужно?"
 - "На твое усмотрение, но не стоит демонстрировать ВСЁ: твой настоящий потенциал выходит далеко за грани возможностей даже очень хорошо тренированного человека."
 - "Я понял."
 Вот и замечательно. А там посмотрим, как повернется. Не думаю, что асуру придется действовать на пределе возможностей его организма. Ну а если и придется... Джейн и ее люди достаточно дружат с головой и здравым смыслом, чтобы не распространяться об увиденном.
 - Порядок. - коротко ответил инженер, хлопнув Аэте по плечу.
 Он кивнул и все так же молча надел шлем, который до того держал в руке.
 - "Далеко не отходи от своей девчонки."
 Аэ чуть заметно напрягся.
 - "Я не знаю, насколько правдива моя информация, но на астероиде могут быть боевые варрены." - пояснила я свое же предупреждение.
 - "Варрены..." - Найлус проглотил ругательство, хлопнул Татума по плечу. - Порядок. - сказал вслух и надел шлем практически синхронно с Гаррусом.
 Информация принята к сведению, осмысленна, выводы сделаны.
 - "Я буду рядом." - асур вновь расслабился.
 Аэте прикроет Джейн, если на этот булыжник батары действительно притащили своих зверьков.
 Я вполне здраво оцениваю уровень подготовки отряда Карамелек: они опытные горлорезы, но есть разница между тем, чтобы сражаться с разумным противником и стремительным трехсоткилограммовым зверем, натасканным на то, чтобы убивать вооруженных и, главное, одетых в броню противников. Особенно, если этот зверь был модифицирован генетически или боевыми имплантатами. Или все сразу.
 - Пять минут до контакта! - раздался напряженный голос Джокера. - Первая точка сброса - шесть минут.
 Идем с небольшим опережением. Джокер нервничает, что для него нехарактерно. Что-то случилось?
 Бойцы зашевелились, надели шлемы. Под потолком замигали тревожные алые лампы: отсек сброса блокирован и через минуту автоматика откачает воздух. Хорошо.
 Я надела шлем. Тихое шипение, системы активированы, перед глазами появилась привычная информация: состояние брони, системы регенерации воздуха и медицинской начинки, заряд аккумуляторов и прочее полезное. Информационные блоки располагались на периферии и не мешали. Всё как положено. Аппаратура работает, системы исправны, оружие - в порядке. К высадке готова.
 - Минута до выхода на точку сброса один. - вновь произнес Джефф.
 Люди Джона выстроились цепью перед своркой десантного шлюза. Гаррус и Эшли оказались в хвосте. Сейчас, в преддверии высадки, у сержанта Уильямс все ее ксенофобские замашки как-то резко испарились, явив мне человека, который умудрился выжить там, где погибли другие. Совсем другого человека...
 Эшли собрана, внимательна, немного нервничает, в ментальном плане гулкая пустота, чуть окрашенная подозрительностью и отголосками злости. На что? Присмотрелась. На тех, кто поставил под угрозу жизни людей на поверхности планеты. Стоящий за ее спиной Гаррус резко перешел в разряд "свои", уровнявшись в восприятии с Вивьеном в безликом статусе "снайпер группы". Даже если это распространяется только и исключительно на боевую высадку, уже хорошо.
 - Открытие аппарели. Десять секунд до точки сброса.
 Небольшая плита десантного шлюза в полу трюма ушла в паз, открывая стремительно проносящийся далеко под нами... или над нами каменистый ландшафт. Джокер отсчитывал время до сброса, и на счете "ноль" скорость сровнялась: для нашего взгляда поверхность астероида замерла, словно фрегат завис неподвижно.
 - Первая группа пошла. - напряженно выдохнул Джокер. - У вас девять... восемь... семь...
 Пилот вел отсчет, а люди под размеренный счет спешно покидали корабль. Фрегат тряхнуло. На счете "три" в зев десантного шлюза спрыгнула Эшли.
 - Есть! - кратко произнесла я.
 "Нормандия" тут же сорвалась с места. Джокер никак не прокомментировал потряхивание и спешку, но я и так знала, что корабль обстреливают: на этом булыжнике была активная система ПКО.
 Мелькнула мысль: а как батары-то в док зашли при активной системе защиты?
 К аппарели подошла вторая группа: Найлус, Дэрг, Дилан, Октавиус, Рекс и Кайден. Им придется тяжелее всего: тормозные двигатели должны заработать вовремя. И ровно настолько, насколько это необходимо, задавая разворот астероиду. Как только траектория Х57 будет изменена, начнется следующая фаза операции: зачистка территории и отключение третьего двигателя. Моя группа в это время будет чистить главный корпус. После того, как мы возьмем корабли, стоящие в доках.
 Сумасшедший план...
 - Заходим на точку сброса два. - голос пилота утратил эмоции и звучал столь же безлико, как и голос нашей корабельной ВИ: признак крайнего напряжения и сосредоточенности.
 Корабль вновь сравнял скорость. Под тот же размеренный счет Джеффа высадилась вторая группа. Теперь - наш черед.
 - Заходим на точку сброса три. Расчетное время - сорок три секунды.
 Группа Джейн выстроилась в давно выверенном порядке: Виктор, Диего, Рамиро, Джейн и Руне. Следом - я. Замыкал отряд Аэте.
 Корабль вновь тряхнуло, сильнее, чем раньше. С командной палубы щедро разливалось напряжение и сосредоточенность работающих разумных, Джефф кипятился и злился, сопровождая каждое скользящее попадание по его любимой "девочке" вспышками негодования, но никак это не озвучивал. Прямых попаданий он не допустил ни одного, умудряясь сбросить десантные группы и не подставить лишний раз уязвимый на такой высоте фрегат.
 - Точка сброса три. У вас мало времени! - голос едва заметно сорвался. - Шесть! Пять!
 Виктор и Диего уже сиганули в провал шлюза.
 - Четыре!
 Джейн и Рамиро скрылись из вида.
 - Три!
 Широкая бронированная спина Руне исчезла, когда мощный норвежец сделал шаг и ухнул вниз.
 - Два!
 Счет "Один!" я уже встретила в полете, корректируя свое падение краткими вспышками двигателей. Клубок эмоций удалился: "Нормандия", сбросив нас, умчалась из-под обстрела. Теперь задача Джокера и Даниэля сделать все, чтобы ни один корабль из стоящих в доках в космос не взлетел. Разве что по частям.
 До поверхности сто... шестьдесят... тридцать... десять... Двигатели на обратную тягу, погасить скорость, голая каменистая поверхность астероида ударила в ноги. Мгновением спустя рядом приземлился асур. Прибыли.
 
 
 * * *
 
 
 Громада спаренного маршевого двигателя возносилась над головой, ровно горя ярким синим пламенем, освещая небольшую впадину мертвенным светом. Сам комплекс располагался в глубине астероида, выходя на поверхность тремя надземными постройками: одна, самая крупная, в основании, между двумя маршевыми двигателями, остальные - по обе стороны от него, под колоссальными опорами. Тормозные двигатели возвышались в полукилометре правее и левее блока маршевого двигателя, глядя темными пустыми зевами в звездное небо.
 Семеро бойцов укрылись между выступами каменистой поверхности, внимательно изучая раскинувшийся в низине комплекс. Яркие габаритные огни прекрасно освещали территорию, но никаких повреждений на первый взгляд заметно не было, системы работали в штатном режиме.
 - Активирована автоматическая система защиты. - раздался по защищенной внутриотрядной связи вибрирующий характерной подгармоникой голос снайпера. - Вижу активных ракетных дронов в режиме поиска. Пять... Семь... Одиннадцать штук. Над основным входом в комплекс.
 - Снять можешь?
 Спокойный ответ:
 - Могу. Если дроны часть системы обороны, при атаке есть вероятность срабатывания основного эшелона защиты. - винтовка вновь повернулась. - Я насчитал четыре стационарные турели "Шторм" на нашей стороне: они скрыты в шахтах.
 - Турелей пять. - поправил тихий голос Вивьена. - Еще одна вдалеке, между двигателями. Треть щелчка от опоры. На земле направляющий монорельс мобильного лафета "Бури".
 - Вижу... - пробормотал Гаррус, всматриваясь в практически невидимую полоску монорельса, темнеющую на фоне камня. - Еще шесть с другой стороны маршевых двигателей, но с этой позиции они угрозы не представляют.
 Джон стиснул зубы, выдохнул, резко меняя планы и обдумывая совершенно сумасшедшую идею, пришедшую ему в голову. Задаваться вопросом, что вообще делают турели на этом астероиде, он не стал. Тем более, такого класса: это не система ПКО. Это система планетарной обороны, рассчитанная на подавление наземной бронетехники и небольших летательных аппаратов вроде шаттлов и истребителей. К сожалению, при отсутствии более приоритетных целей, пехоту эти турели могут обстреливать ничуть не хуже.
 - Гаррус, твоя вторая винтовка турель пробьет? - задал вопрос Шепард.
 Бойцы, прекрасно знающие своего командира, тут же подобрались: Джону явно пришла в голову очередная гениальная идея, имеющая шансы на претворение в реальность, но явственно отдающая суицидом. Как и всегда в подобных ситуациях.
 - Пробьет. - лаконично ответил турианец, отрывая взгляд от прицела и выжидающе глядя на командира отряда.
 Джон молчал, просчитывая варианты и прикидывая, можно ли уничтожить турели другим способом. Альтернативы, приходящие на ум, были еще безумнее первоначального плана.
 Времени у них немного: на все про все минут сорок, не больше. Через этот срок двигатель должен быть отключен, при этом, не получив при штурме повреждений. В отряде семеро бойцов, включая его самого. Перед ними - укрепленный комплекс с полностью активной системой обороны, частью которой являются стационарные турели, прямым попаданием подрывающие "Мако". Тяжелого оружия, способного продавить стационарный щит и взорвать турель, у отряда нет: стандартные гранатометы в этом случае не помогут. Доступа к системам обороны тоже нет: турели дистанционно не взломать. Но у турианского снайпера за спиной возвышалась чудовищно-мощная снайперская винтовка, рассчитанная на поражение тяжелобронированных целей...
 - Ты быстро двигаешься? - вновь задумчиво спросил Джон, глядя куда-то сквозь снайпера.
 Турианец на мгновение замер, а потом сложил "Гарпун" и убрал за спину.
 - Я довольно... подвижный. - осторожно ответил он. - А к чему вопрос?
 Джон криво усмехнулся и ответил:
 - У меня есть план...
 Пока коммандер излагал явившуюся ему в голову идею, бойцы молчали. Когда Джон закончил говорить, Вивьен судорожно сглотнул, по достоинству оценив доставшуюся ему роль, Гаррус промолчал, Нико прикрыл глаза, подавив матюг, Эшли помрачнела, но тоже ничего не сказала. Остальные только переглянулись: подобные авантюры на грани фола были отличительной чертой коммандера Шепарда, создавшей ему довольно специфическую славу в среде военных Альянса Систем.
 - Ты сможешь это сделать? - наконец, спросил Джон, не увидев привычной реакции от турианца на предложенный им сумасшедший план.
 Гаррус какое-то время размышлял, рассматривая голографическую карту и иногда поглядывая на настоящую местность, а потом ответил:
 - Смогу. - в голубых глазах блеснули искры азарта. - Моя точка стрельбы будет здесь. - снайпер ткнул когтем в голографическую карту, развернутую над рукой Николауса. - Вторую советую занять здесь.
 Бронированный коготь указал на высокий холм, с достаточно обрывистыми склонами, чтобы снайпер мог успеть убраться из зоны поражения ракеты.
 - Вивьен? - Нико вопросительно глянул на второго снайпера.
 Паренек повернулся, посмотрел на настоящий холм, что-то прикинул и согласно кивнул, подтверждая выбор турианца.
 - Сколько у тебя боеприпасов для "Ирруа"? - тихо спросил он.
 - Два бронебойных. - ответил Гаррус. - Один - кумулятивные, один - разрывные и один с электромагнитными пулями. По пятнадцать в каждом. - короткая пауза и уточнение: - Одна ЭМИ-пуля щит турели не снимет: здесь он стационарный и запитан от основной силовой станции.
 Вивьен снова кивнул: он пришел к тому же выводу.
 - У меня два магазина "перегрузок". - немного виновато произнес он. - По двадцать в каждом.
 Турианец сощурился и предложил:
 - Дуплет?
 - Заряд продержится секунды полторы. Успею дать второй. И третий, если понадобится. - пожав плечами ответил парень, вновь глянув на схему наземного комплекса и вынесенные на дополнительных экранчиках характеристики турелей. - Суммарный заряд должен перегрузить щит.
 Про то, что в случае повторной стрельбы он может не успеть убраться из зоны поражения ракеты, снайпер тактично умолчал.
 - Должен. - согласно кивнул Гаррус.
 - В окно перезапуска уложишься?
 Вакариан снова кивнул.
 - Пересобирать магазин будешь? - спросил Вивьен.
 - Нет. "Ирруа" поддерживает два. - качнул головой Гаррус.
 Люди в разговор снайперов не вмешивались: на них держится весь самоубийственный план. Задача остальных - прикрывать стрелков и не дать долететь до них дронам.
 - По позициям. - наконец, приказал Джон, когда стрелки закончили утрясать детали. - Клаус, останешься с Вивьеном, Эшли - с Гаррусом. Остальные - за мной.
 Голографическая карта погасла, погружая бойцов во мрак тени. Короткая рокировка, и группы разошлись, направляясь к своим позициям.
 Николаус, двигаясь за подопечным снайпером, переключился на приватную волну связи с Джоном.
 - Ты отправил Уильямс с турианцем. - в спокойном голосе то ли упрек, то ли сомнение в здравомыслии командира.
 Короткий всплеск работы двигателей перенес Нико через разлом породы.
 - Да. - кратко ответил Шепард, перебираясь под укрытием камней к облюбованному месту. - Уильямс будет подчиняться приказам и в бою не подставит.
 - Как скажешь. - флегматично произнес аналитик, быстро поднимаясь по каменному склону.
 Связь со щелчком пропала. Джон вздохнул. Николаус был его бессменной проблемой, загадкой и... главной ценностью отряда. Одновременно. Скрытный неразговорчивый боец пришел вместе с Вивьеном, познакомившись с тихоней-французом незадолго до того, как Джон забрал его в свой отряд. Характеристики у жилистого штурмовика с глазами наемного убийцы и повадками высококлассного диверсанта были превосходными, в части о нем отзывались очень положительно, а Вивьен за два месяца к напарнику привык и просил за него. После долгих колебаний и сомнений, Джон все же пригласил Николауса в отряд вместе со снайпером.
 За все годы совместной работы Клаус так и остался загадкой: на все личные вопросы он отшучивался, а о прошлой своей службе предпочитал не распространяться, ловко переводя разговоры на другие темы. И в то же время буквально за полгода умудрился незаметно, но прочно занять место замкома и аналитика отряда, став незаменимым.
 Аккер никогда не оспаривал приказы командира, не спорил, не пытался в чем-то убедить или что-то доказать. Он давал советы. Следовать им или нет - выбор только за Джоном. Как показала практика, лучше к словам Николауса прислушиваться: он никогда не советовал плохого, но в случае провала, последовавшего из-за игнорирования его слов, глаза у аналитика были очень выразительными.
 Джон присел, прислонившись спиной к облюбованному камню, достал бинокль, внимательно всматриваясь в поднимающуюся на позицию стрельбы группу: высокого проворного турианца и тонкую женскую фигуру, двигающуюся на небольшом отдалении.
 - Полагаешь, я ошибся? - негромко спросил Шепард, восстанавливая приватную связь.
 Нико ответил сразу, давая понять, что уже занял нужную позицию и может уделить своему командиру пару минут для разъяснения очевидных вещей:
 - Сержант - ксенофоб, у нее уже были недоразумения и конфликты с эразом Вакарианом на борту корабля.
 - Эраз? - растерялся Джон, для которого звание турианского снайпера оказалось неожиданностью.
 Нико выразительно промолчал, не считая нужным подтверждать уже сказанную информацию или что-то добавлять.
 - Снайпер. Следак. Техник. Сапер... В звании эраз... Диверсант? - коммандер едва слышно чертыхнулся. - Просил же, говори такие новости сразу!
 Крик души командира был проигнорирован.
 - Остается надеяться на профессионализм сержанта и ее здравый смысл. - флегматично произнес Нико. - И на личные навыки генерала Вакариана.
 - Иначе? - подозрительно переспросил Джон, правильно поняв подвисшую недоговоренность и яркий намек.
 - Командир, это не та информация, которой я готов с тобой поделиться прямо сейчас: она требует подтверждения. - со вздохом ответил Нико. - Мы на позиции. - и прервал связь.
 Джон прикрыл глаза, медленно вдохнул, выдохнул, гася всплеск злости и тихо прорычал:
 - Ненавижу, когда он так делает!
 Николаус, сидящий под прикрытием выступа породы, чуть заметно улыбнулся, услышав непредназначенные ему слова, донесенные предусмотрительно взломанной и доработанной одной тихой и спокойной ночью электроникой новой брони командира.
 Улыбка резко увяла. Николаус поднял бинокль, наблюдая, как высокий турианец снимает с захватов "Ирруа" и готовит огромное орудие к стрельбе.
 - Надеюсь, ты очень быстро двигаешься, Гаррус Вакариан... - пробормотал аналитик, опуская бинокль.
 Сомнения в том, что турианский снайпер сумеет в крайне узкое окно перезарядки щита всадить выстрел, пока турель будет открыта, он оставил при себе. Как и то, что найдет то единственное уязвимое место, попадание в которое гарантированно уничтожит орудие.
 Наконец, по связи раздался спокойный вибрирующий голос:
 - На позиции. Готов.
 И как эхо - голос Вивьена:
 - Готов.
 - Начинайте. - короткий приказ командира.
 Отряд расположился на склоне огромного кратера в девятистах метрах от здания комплекса и первых турелей, укрывшись за выступами плотной породы железистого астероида. Приближаться опасно: укрытий на расчищенной во время стойки площадке нет, система обороны не позволит потенциальному противнику подойти. Сбоку тоже не обойти: защита установлена по всему периметру комплекса. Сокращать расстояние бессмысленно: для снайперского оружия километр - нормальная дистанция стрельбы, при которой пуля не потеряет своей убойной силы, даже для тактической винтовки Вивьена. Для сверхдальнобойной "Ирруа", рассчитанной на поражение тяжелобронированных целей за горизонтом, какой-то километр безвоздушного пространства - это стрельба в упор.
 Бой начинал Вивьен: его задача спровоцировать систему защиты и вынудить стационарные турели покинуть подземные гнезда и подняться на поверхность. Задача Николауса - проследить, чтобы его подопечный вовремя ушел из-под атаки. Не смотря ни на что.
 - Четыре... три... два... - француз, обозначив такт и точку отсчета, прильнул к оптике.
 Палец лег на спусковую пластину, выбрал свободный ход. Мысленный счет "ноль" совпал с первым, беззвучным выстрелом. Парящий в трех метрах над крышей основного входа ракетный дрон дернулся от попадания ЭМИ-пули, заискрился и бесполезным ломом ссыпался на крышу. Вивьен не стал ждать реакции автоматики: повернув оружие, поймал второго дрона в прицел. Выстрел. Еще одна кучка смертоносного металла посыпалась на камни.
 Секунда перезарядки.
 Люки раскрылись без каких-либо спецэффектов или предупреждения, заработала скрытая в каменных недрах механика, поднимая на поверхность окутанные едва заметной голубой пленкой силового поля стационарного щита орудия защитной системы.
 Счет пошел на мгновения: ВИ безошибочно вычислил местоположение снайпера.
 Вивьен резко перевел прицел на турель, выдохнув:
 - Л-один! Два!
 В полукилометре от него Гаррус перевел прицел на крайнюю слева турель, выбрал свободный ход, мысленно продолжая счет: "Один. Ноль". "Ирруа" дернулась на сошках, выплевывая огромную, с ладонь длиной, ЭМИ-пулю практически одновременно с выстрелом "Дротика". Гаррус тут же переключил винтовку на работу с другого магазина.
 От двойного попадания силовой щит пошел волнами и пробоями, но, как и предполагали снайпера, устоял. Турель развернулась, мгновенно вычистив точку стрельбы более мощного оружия, Вивьен вжал спусковую пластину, винтовка ударила в плечо отдачей, и его тут же сдернул с узкой неровной площадки Нико. С запозданием в один удар сердца выстрелил турианец.
 Вторая ЭМИ-пуля "Дротика" вызвала дестабилизацию структуры силового щита, автоматика турели запустила цикл перезарядки, буквально на секунду выключив защитное поле пока перегружается система. Но развернуться повторно щит не успел: тяжелая бронебойная пуля, по своим размерам приближающаяся к мелкому снаряду, ударила в единственное место, повреждение которого гарантировало уничтожение орудия - в хрупкое подбрюшье под услужливо приподнятые ракетные направляющие, пробив броню, опорную конструкцию и спровоцировав детонацию поднимаемых автоматикой боеприпасов.
 Темнота осветилась вспышками беззвучных взрывов: на тех местах, где еще парой секунд назад находились снайпера и в стороне у комплекса маршевых двигателей.
 - Цел. - после небольшой задержки раздался по отрядному каналу подрагивающий голос Вивьена.
 - Цел. - как эхо - безэмоциональный голос Гарруса.
 Джон разжал судорожно стиснутые пальцы. Получилось. Одна турель уничтожена. Осталось еще четыре...
 Со стороны комплекса быстро приближалась стайка ракетных дронов.
 
 
 * * *
 
 - Ты сумасшедший! - громыхнул Рекс, осматривая раскинувшийся перед ними комплекс двигательного блока.
 Особого внимания наемника удостоились пять пока еще закрытых шахт стационарных турелей, располагающихся неподалеку от подзащитного комплекса, и стайка ракетных дронов, барражирующих над комплексом.
 Спектр мнение наемника проигнорировал.
 - Ты серьезно веришь, что тебя не заметят системы слежения? - еще скептичнее переспросил кроган, окидывая турианца задумчивым взглядом.
 - Рекс, твоя трепетная забота о моей жизни напрягает гораздо больше, чем все эти турели. - иронично ответил Найлус, закончив ввод нужных данных в тактический комплекс, украсивший массивной нашлепкой левое предплечье.
 - А меня напрягает перспектива превратиться в "черепаховый суп", если ты тут сдохнешь! - рыкнул Мастер Войны.
 Тихий вибрирующий смешок.
 - Такого тебе не говорили.
 - Глаза у нее выразительные! - Рекс хлопнул Найлуса по плечу. - Вали уже. И только посмей подставиться!
 - Сдохну - убьешь? - язвительно поинтересовался Найлус, болезненно-четко вспомнив другую высадку. На Иден Прайм.
 - Точно!
 Спектр выдал непереводимую идиому на родном языке, фыркнул в ответ на экспрессивную ругань наемника и побежал вдоль разлома к шахте турели, переходя в режим полного молчания. Заработала система маскировки, энергопотенциал брони резко упал. В какой-то момент на сканерах фигура турианца исчезла, растворяясь в естественном фоне и прячась в помехах и наводках от работы мощных двигателей.
 Пятеро бойцов напряженно следили за осторожными передвижениями Спектра, ловко лавирующего в острых нагромождениях породы, оставшихся после выработки недр астероида. Темная фигура то появлялась на свету, то растворялась в тенях, пока, неожиданно, не пропала окончательно.
 И потянулись долгие утомительные минуты ожидания...
 
 Найлус осторожно выглянул из-за выступа породы. Неподалеку от нужного ему входа в комплекс медленно передвигались три ракетных дрона, лениво паря в полуметре над крышей. До двери - двадцать три метра ровной площадки. Несколько секунд стремительного рывка. В фоне работы двигателей его не заметят, но у дронов есть датчики движения...
 
 Октавиус и Дилан заметили крохотную искорку света, посверкивающую в тени под массивными опорами, практически одновременно. Стандартная световая армейская система сигналов, принятая в Иерархии, передавала одно-единственное: "Отвлеките".
 - Рекс. Твой выход. - произнес инженер, распаковывая оборудование.
 Кроган поднял с камней мощную ракетную установку, повел плечами, размял руки, счастливо оскалился под шлемом и неспешно потопал под прикрытием камней. Что-что, а поднимать шум он умеет! И, что самое важное, он умеет поднимать шум так, чтобы суметь об этом рассказать. После того, как все закончится.
 
 Ослепительная вспышка взрыва маленьким солнцем засияла над каменистой поверхностью астероида, разбивая напряжение. Найлус оцепенело моргнул, выругался, непроизвольно приложив ладонь к шлему, едва слышно выдохнув:
 - Я просил отвлечь, а не разнести все вокруг!
 Распахнулись створки, механизмы подняли настороженно водящую ракетными направляющими турель. Турианец присел за камнем, недовольно ворча про себя на излишне активного, заскучавшего за время перелета Мастера Войны. Короткая пауза, и турель заработала, обстреливая что-то вдалеке от точки расположения отряда.
 - Рекс... Ты... - раздраженный рык.
 Найлус привстал, быстро осмотрелся. Дроны снялись с места и умчались к открывшему огонь противнику, оставляя вход в комплекс без прикрытия. На какое-то время. Пока второй эшелон дронов не подойдет.
 Одним стремительным рывком Спектр пересек открытое пространство и влетел под козырек входа. Турель на быстротечное движение не отреагировала: эта линия обороны не предназначена для работы по мелким целям в непосредственной близости. Приоритетом атаки являлся неизвестный враг, активно обстреливающий крайнюю турель из тяжелой ручной ракетницы и уже успевший продавить щит.
 - Древняя сволочь. - буркнул турианец, сколупывая бронированными когтями корпус замка и подключаясь напрямую.
 И больше на мысли о крогане, громящем все, до чего доставал, не отвлекался.
 Восемь секунд работы, индикаторы на возмущенно, но беззвучно пискнувшей двери сменили цвет, и Спектр проскользнул внутрь.
 
 
 * * *
 
 
 "Нормандия" сбросила нас за цепью высоких холмов в полутора километрах от цели из-за активной системы защиты, одним из эшелонов которой являлась система ПКО, доставившая Джокеру немало неприятностей. Чем руководствовались те, кто ставил на этом, в общем-то бесполезном булыжнике такую защиту, понять никто не мог. Это нерационально, нелогично, дорого и... в общем-то бессмысленно. Если наличие ПКО еще можно объяснить, то присутствие стационарных турелей планетарной обороны - нет. От кого они собирались обороняться на поверхности астероида, висящего на орбите их же планеты?
 Вопросы множились, накапливались и медленно приближались к критической массе, за которой произойдет переосмысление ситуации. Иногда вопросы, уложенные в общую картину, дают все нужные ответы... Надо только их правильно сформулировать.
 Со склона соскользнул Аэте и затормозил возле меня, отрицательно мотнув головой: удаленно подключиться к системе безопасности и взломать не получится. Не то, чтобы я на это рассчитывала, но попробовать-то стоило.
 Я достала бинокль и всмотрелась в главный, он же административный комплекс, хорошо просматривающийся со склона высокого холма, на котором мы окопались. Он выходил на поверхность широким трехэтажным зданием, кольцом охватывающим шлюзовые ворота небольшого дока, рассчитанного на четыре корабля среднего класса. Все четыре створки закрыты, габаритные огни горят красным, показывая, что причальные площадки заняты. В этом порту нас дожидаются три батарианских корабля: один - военный и два - работорговцев. Четвертый корабль скорее всего принадлежит компании, которая выиграла тендер на разработку астероида и постройку будущих орбитальных доков. И с каждым мгновением я все сильнее хотела поговорить с ее реальным руководством о делах наших скорбных.
 С компанией разберемся позже. Сейчас меня интересуют батарианские корабли, которые и являются приоритетной целью моего отряда: без них ни Балак, ни моя будущая собственность этот булыжник не покинут. Надеюсь, суицидальными наклонностями они не страдают, и на разговор пойдут. Балак в каноне вроде бы пытался договориться и выторговать жизнь своих бойцов. Как и работорговец. Посмотрим, что они сделают в реальности.
 Я вновь осмотрела комплекс. Тихо и спокойно. Странно, почему батарианцы не пытаются покинуть Х57 после того, как в систему заявилась "Нормандия"? Не верю, что они нас не обнаружили. Должны же понимать, что если явился один военный корабль, то может заявиться еще один. Тем более, после недавно поднятого Сареном шума на Иден Прайм военные получили хорошую накачку и теперь весьма агрессивно реагируют на любые поползновения на территорию Альянса.
 Но... Всегда есть это "но"! И это далеко не одинокое "но" делает ситуацию не просто странной, а совершенно сюрреалистической! Или отвратительной.
 Первое, самое любопытное "но": батары сидят сиднем на куске камня, который целеустремленно двигается к своей гибели, неся с собой на тот свет всех, кто на нем находится. Включая тех самых батарианцев! Я бы уже улетела. Балак - не идиот, работорговцы, полагаю, тоже с логикой и здравым смыслом дружат, законы небесной механики и физики знают, так что должны понимать, что со входящего в атмосферу астероида не спастись, каким бы мощным ни был корабль. И все равно не пытаются улететь.
 Не пытаются... или не могут?
 Второе "но": что они вообще забыли в Асгарде? Эта система расположена в паре перегонов от Солнечной и обычно через нее постоянно летают военные корабли. Это сейчас из-за происшествия на Иден Прайм флоты раздерганы по территории и тут тихо. На какое-то время. Балак, насколько я помню, заметил улетающих сородичей и решил посмотреть, куда это они такие красивые намылились, а вот почему сюда полетели работорговцы - вопрос открытый.
 Случайность не рассматривается. Работорговля - это бизнес, притом, хорошо отлаженный. Никогда корабли не полетят туда, где они смогут не товар набрать, а с большой долей вероятности поиметь массу проблем при встрече с патрульным или военным кораблем. Но они прилетели. Почему?
 Авантюра? Сомнительно. Точный расчет? Это более вероятно. Но тогда возникает вполне закономерный вопрос: "Откуда батарианские работорговцы узнали, что в Асгарде они не попадутся патрульному или военному кораблю, смогут беспрепятственно набрать рабов на ничем не примечательном булыжнике и потом - улететь без лишних приключений?".
 Встречу свою будущую собственность, обязательно поинтересуюсь.
 Третье "но" касается весьма странной системы обороны этого булыжника, которая доставляет проблемы и нам, и прилетевшим батарианцам. Кто ее включил? Батары? Сомнительно. Это надо ЗНАТЬ, что она есть! И знать, как она включается. Но ладно бы с информацией, ее можно у пленных получить. Включать защиту глупо просто потому, что активная система ПКО доставит больше всего проблем именно батарианцам! Вылетающий из доков беззащитный корабль, не имеющий для ВИ пометки "свой", будет закономерно сбит. А если защиту включили не батарианцы, а кто-то другой, то почему этот "кто-то" не подумал, что эта самая защита помешает тем, кто пришел помочь, это самое "помочь" сделать?
 Или "помочь" не предполагалось?
 Явление "Нормандии" предусмотреть не могли ни при каких раскладах. То, что мы здесь оказались именно в тот узкий промежуток времени, когда еще можно хоть как-то повлиять на ситуацию и предотвратить катастрофу - случайность на грани с четкой волей реальности. Опоздай мы хотя бы на полтора часа, и все... Смогли бы только понаблюдать за Апокалипсисом планетарного масштаба.
 Вопросов много. И та картинка, в которую они складываются, мне очень не нравится!
 Я задумчиво посмотрела на стоящего рядом Аэтериоса, терпеливо ожидающего моих действий. Напряжен, насторожен, держит себя в кулаке, но я чувствую, как он медленно переходит в состояние предбоевого транса: слишком долго он держал свою натуру в железных тисках воли. Сейчас асур может сорваться из-за пустяка, из-за любого неосторожного действия или неожиданно попавшегося под руку врага.
 Тоже проблема. Серьезная, смертельно-опасная проблема! По счастью, я сталкивалась с подобными существами и знаю, что нужно делать, чтобы такое создание было психически стабильно и не доставляло ненужных проблем. Надо всего лишь давать ему возможность своевременно удовлетворять инстинктивные потребности, а не тянуть до срыва, после которого всегда следует кровавая и чрезвычайно жестокая резня. Сегодня я дам ему возможность немного размяться и утолить накопившуюся жажду действий и, буду говорить откровенно, крови. Чужой, своей - не важно.
 Полностью это его не успокоит: уровень противника не тот, но хоть немного собьет напряжение и взвинченность. А если Аэте попадутся варрены - вообще прекрасно! Если они будут модифицированы и хорошо натасканы - еще лучше. Чем опаснее противник, чем тяжелее бой, тем в более благостном состоянии будет наш монстрик после убийства.
 Мелькнула мысль: надо найти какое-то удаленное и безлюдное место, лучше вообще высадиться на необитаемой планете, и как следует размяться с Аэте. Я в боевой трансформе могу сражаться с асуром на грани и за гранью его сил, а это как раз то, что ему нужно для душевного спокойствия и психической стабильности.
 Спустит пар, расслабится, мы проведем бои на пределах его немалых возможностей... ладно, чего уж, мы безобразно подеремся как два диких полуразумных хищника... возможно, еще и поохотимся друг на друга, если местность позволять будет, после - вернёмся на корабль и какое-то время асур снова будет милым и обаятельным пареньком. А если мне удастся в схватке довести до его полусмерти от ран или истощения - вообще прекрасно. Можно даже серьезно покалечить. Тоже подойдет. И он не обидится, даже если я ему когти в живот до позвоночника воткну и повырываю все, что смогу. Скорее, попытается сделать то же самое, пока от ран и потери крови не отрубится. Потом я его откачаю и вылечу, Аэте успокоится, займется тренировками и снова будет милым, добрым и покладистым.
 Раз уж меня свела воля реальности с этим кровавым монстром, значит, это для чего-то нужно. А раз мне это нужно, то зачем его мучать и заставлять себя насиловать?
 Аэте, конечно, сдержится, сожмет когти самоконтроля на своей сути до судорог, жестко удерживая себя в границах отведенных рамок, но зачем ТАК над ним издеваться? Он уже дважды разбивал в кровь руки о стены нашей каюты, сбивая острой болью накатывающую ярость и желание убивать от случайно услышанных неосторожных слов.
 Так же когда-то давно делал мой друг и бессменный напарник Ссира"Дисс, до кости закусывая свою же руку, захлебываясь собственной кровью, только чтобы не сорваться на запах крови раненного соратника и не убить его. Я помню, как его ломало, пока иллитири, в насмешку и ради унижения обращенный в вампира, сражался с самим собой, не давая себе превратиться в обезумевшего монстра, и сумел обуздать сжигающую его изнутри вампирскую Жажду.
 Увидеть это еще раз, но в другом исполнении, я не хочу.
 Если мне нужен Аэтериос... Нет, не так. Если мне удастся спасти Сарена, мне будет нужен и Аэте. А Сарен мне нужен. Очень-очень нужен. Живой, здоровый, психически стабильный и... лояльный. Хотя бы лояльный.
 И я точно знаю, что Сарен мне не простит, если что-то случится с его асур-тар.
 Я же не простила мучений Ссира... а ведь он был всего лишь напарником с крайне говнистым характером, из-за которого мне не раз хотелось его убить своими руками. Тогда как Аэтериос Сарену абсолютно, бесконечно предан.
 - "Аэ, я не запрещаю тебе убивать."
 Асур вскинул голову, подобрался, настороженно ожидая продолжения.
 - "Я разрешаю тебе убивать." - добавила я, осторожно, ласково касаясь взбудораженного разума и делясь своим отношением к сказанному. - "Так, как тебе... необходимо."
 Он понял, что я хочу ему сказать, и заполыхал яркой радостью и предвкушением. В этот момент асур выглядел как... Я толкнула ему образ его же самого с оттенком укора. Аэ тут же выпрямился, чуть ли не по стойке смирно встал, но хоть перестал напоминать повадками и манерой движения голодную высшую нежить, учуявшую живую кровь.
 Да уж... Хорошо хоть Рамиро занят разглядыванием низинки, а не наблюдает за подозрительным парнем. Ему бы хватило мозгов оценить увиденное и выводы сделать. И так Виктор в ступоре глазами хлопает, но полностью в увиденное не поверил. И хорошо, что не поверил, а то ассоциации у него возникли очень правильные!
 Правы мудрые разумные: против СУТИ не попрешь. И отказ от нее, подавление внутренних потребностей, никогда до добра не доводил.
 Все же турианцы сделали невозможное: они смогли социализировать таких существ, привить им хотя бы слабый налет моральных принципов и приучить жить в обществе обычных разумных.
 - "Единственная просьба: постарайся на глазах Джейн вести себя в бою... аккуратнее."
 Аэте склонил голову, соглашаясь с моим замечанием, что нельзя пугать малышку, и одновременно давая обещание стараться сдерживаться. Не то, чтобы это сильно удержало его в горячке боя, особенно поначалу, но я уже решила, на ком он оттянется. Жаль, конечно, но меня вполне устроит ОДИН корабль. Второй...
 Что ж поделать: психическая стабильность бо... асура для меня важнее, раз уж его привязки, способного одним своим присутствием гасить кровавые инстинкты, рядом нет.
 Чем-то приходится жертвовать. Или кем-то.
 Рамиро опустил бинокль и задумчиво на меня посмотрел, быстро обмозговывая то, что он только что увидел. Прекрасно. Рада, что я в нем не ошиблась, и он тоже заметил замаскированный шлюз.
 До нашей цели еще километр довольно ровного пространства, но мы его не пройдем, пока не отключим или не уничтожим эти проклятые турели. По крайней мере, не пройдем по поверхности, но в главный комплекс можно попасть другим путем. Менее хлопотным. Как раз тем, который с неподдельным интересом рассматривает Аэтериос через призму восприятия "Химеры". И тем, который только что заметил Рамиро.
 В этой части здоровенного космического булыжника ценная порода залегала недалеко от поверхности, и после ее добычи осталось немало шахт, которые во время монтажа модулей в основной каверне приспособили под технические и вспомогательные туннели, перекрыв мощным шлюзом. Добраться до цели через один из основных входов для нас - это задача на уровне чего-то нереального, то вот через такой туннель... Совсем другое дело!
 - "Вскрыть сможешь?" - спросила я асура, рассматривающего расположенный в небольшой низинке между холмами массивный шлюз, окрашенный под окружающие его камни.
 - "Надо смотреть." - отстраненно ответил он. - "Выбить точно смогу."
 Выбить и я смогу. Но лучше бы вскрыть его без вандализма: нарушение функциональности шлюза может привести к разгерметизации отсека и срабатыванию аварийных протоколов по всему комплексу.
 С дальнейшими нашими действиями я определилась: кроме проникновения в комплекс через технический туннель других приемлемых вариантов у нас нет, если не использовать мои возможности мага и весь потенциал асура. Ни первое, ни второе без действительно серьезной причины я светить не хочу.
 - Рамиро, подойди. - произнесла я, поворачиваясь спиной к нашей цели. Посмотрим, что мне интересного расскажет аналитик Карамелек.
 Бойцы Джейн тут же напряглись и как по команде повернулись. Ну надо же, какая синхронность и слаженность! Что в действиях, что в эмоциях: совершенно одинаковое непонимание, настороженность и подозрительность. А уж Рамиро-то как всполошился и занервничал при внешне каменной морде, хорошо видимой сквозь прозрачное забрало шлема!
 - Спектр?
 Боец подбежал и замер, всем видом изображая готовность внимать. Верю-верю. Если бы не чувствовала эмоций и не видела, как мечутся мысли в поверхностном слое, точно поверила бы. Наверное.
 - Идеи?
 От такого простого вопроса мужчина опешил и откровенно растерялся, но практически мгновенно подобрался.
 - Почему вы спрашиваете меня? - настороженно спросил он, судорожно обдумывая причины столь странного вопроса на боевом задании.
 Интересно, как ты отреагируешь...
 - А почему я не могу спросить аналитика отряда? - спокойно ответила я, с каким-то изуверским удовлетворением наблюдая за резко меняющимся эмоциональным откликом итальянца. - Только не говори мне, что у тебя нет идей, как нам с наименьшими потерями времени и сил попасть в комплекс.
 Рамиро хмыкнул, склонил голову набок, чуть сощурился и посмотрел на меня совсем другим взглядом.
 - Это проверка? - прямо спросил он.
 Зачем мне его проверять? Я и так знаю все, что меня интересует на данный момент. Понадобится узнать что-то еще - узнаю.
 - Нет. - спокойно ответила я. - Я хочу услышать твое решение проблемы.
 Не поверил. А зря.
 Надо бы приучить своих людей, что я им не лгу. Я вообще предпочитаю не лгать: жизнь в магических мирах и общение с разного рода... существами быстро приучает говорить правду, а теперь, когда я связала свою жизнь с представителями удивительно-честной расы, лгать я не могу по определению. Другое дело, что правду я могу подать очень интересным образом. Так, как это делает, к примеру, Аэтериос.
 Повторять вопрос мне не потребовалось: Рамиро качнул головой и лаконично ответил:
 - Технический туннель.
 Пошел на контакт. Молодец.
 - Шлюз открыть сможешь?
 - Не знаю. Надо смотреть. - практически теми же словами, что и асур, ответил мне аналитик.
 - Пошли посмотрим. - пожав плечами, произнесла я. - Аэ!
 Рамиро плеснул опасением и концентрированной подозрительностью, но ничего не сказал, глядя, как я спускаясь по склону вслед за асур-тар.
 Зря он нервничает. Я не собираюсь его разводить на откровенность. Мне это не нужно. Сам расскажет, когда придет время. Я не собираюсь его сдавать ни ВКС Альянса Систем, ни кому бы то ни было еще. Вдруг отберут или сам попытается сбежать, если угрозу почувствует. Зачем это мне? Светлые, они такие нервные... Даже если аура у них клубится такой мглой, что не всякий темный сравнится.
 Пока мы спускались, Аэтериос уже успел осмотреть шлюз, проверить возможность взлома, о чем и сообщил:
 - "Могу открыть."
 Вслух после установления ментальной связи Аэте говорил мало, предпочитая более ёмкое и быстрое мысленное общение, способное передавать не только слова, но и чувства, образы, целые воспоминания. Вот и сейчас вместе с двумя словами я получила полную и подробную информацию о том, как именно он может вскрыть шлюз и сколько это займет у него времени.
 - "Посмотрим, что Рамиро скажет."
 Рамиро решил не слишком светить своими возможностями: после осмотра шлюза, он дипломатично ответил, что открыть его без применения грубой силы можно, но это потребует времени.
 - Аэте, вскрывай. - приказала я, выслушав осторожный ответ аналитика, который, вроде как не техник и взламывать системы уметь не должен.
  И ведь понимает, паразит, что я знаю его возможности или как минимум о них догадываюсь. Проверяет. Пытается прощупать и заново оценить. Мой образ у него уже развалился на несостыковывающиеся друг с другом куски информации, и теперь аналитик пытается сложить из этой мозаики цельную картинку.
 Пусть пытается. За ним очень интересно наблюдать, как и за асуром, опустившимся на колено возле управляющей панели.
 Шесть секунд, и массивная плита ушла в паз, открывая нам доступ в небольшой шлюзовой тамбур.
 
 Шахта технического туннеля вывела нас в широкий коридор, ведущий к главному комплексу через технические модули. Плана застройки астероида у нас не было, так что пришлось разведывать самостоятельно. Но то ли из-за сложившейся ситуации, то ли еще из-за чего, никого живого нам не встретилось, пока мы быстро осматривали силовую подстанцию и небольшой то ли административный, то ли жилой модуль. Что именно тут планировалось разместить, мы с Аэтериосом так и не поняли, но это и не важно. Время начинало поджимать: блуждания по однотипным коридорам и проверки помещений сожрали минут двадцать, но в конце концов мы вышли к коридору, заканчивающемуся массивным шлюзовыми воротами. За ними - наша цель: проход к докам и главному комплексу.
 - Аэ!
 Асур вскрыл шлюз за пару секунд, уже не тратя время на подбор кодов и взлом системы безопасности: его тактический комплекс связи с внутренней сетью астероида не терял, и наше продвижение ощутимо ускорилось. Массивная створка закатилась в паз, Аэте тут же проскользнул внутрь, игнорируя недовольство бойцов, для которых он до сих пор оставался техником, малолеткой, ушедшим в одиночку вперед группы в неразведанную и потенциально опасную территорию. А я его не остановила и не потребовала вернуться, что не вызвало понимания у бойцов.
 Виктор полыхнул недовольством, осторожно, но быстро заходя в небольшое помещение тамбура с уже взломанной и открытой второй дверью, Рамиро и так на взводе, Джейн недовольна и встревожена, Диего и Северу на седого отморозка в общем-то плевать, хотя его гибель их не порадует. И то, только потому, что это расстроит их командира.
 Наивные...
 Неожиданно меня накрыл острый всплеск азарта, кровавого возбуждения и искренней радости, огненной волной пронесшийся по обостренному восприятию, который столь же быстро угас, принеся ленивое удовлетворение.
 Кого он там уже придавил втихаря?
 - "Здесь варрен. Был." - пришла через пару минут мысль-образ, показывая мне здоровенную зверюгу, безвольной тушей засунутую за ящики, куда ее закинул довольный первым убийством асур. - "Я проверю?"
 Я прикрыла глаза, унимая болезненно-остро вспыхнувшую резонансом собственную кровожадность. Вид изломанной туши мощного зверя, на свою беду столкнувшего с более сильным хищником, взбудоражил темные инстинкты, вкрадчиво напоминая, что не только Аэтериос нуждается в жестокой схватке... Я тоже хочу вновь ощутить, как трещат чужие кости под моими руками, как лопается прочная шкура и медленно утекает чужая жизнь...
 Тряхнув головой, я уняла расшалившиеся инстинкты. Люди такое не оценят.
 - "Нет." - коротко, жестко отрезала я.
 Искренняя, детская обида расстроившегося асура меня повеселила.
 - "Не спеши, Аэте." - мягко, вкрадчиво произнесла я, отправляя ему волну поддержки и понимания. - "Я тебя не обижу. Ты получишь свою жертву. Подожди."
 Как и Ссира в свое время, Аэтериос ответил согласием и подчинился, терпеливо ожидая моего разрешения убивать. Они удивительно похожи: иллитири, обращенный в вампира, и асур-тар. Красивые и восхитительно-жестокие белобрысые монстры, умело скрывающие свою темную, кровавую сторону за внешней очаровательностью и обаятельностью.
 Мы прошли тамбур и короткий коридор, заходя в большое квадратное помещение с четырьмя дверями, ведущими в заставленные ящиками и какими-то малопонятными мне устройствами служебные комнатушки. Аэтериос с видом искренней невинности копался в терминале у стены возле открытой и кем-то заклиненной двери, судорожно подергивающейся в попытке закрыться.
 Подняв голову, это чудо радостно выдал:
 - Я планы комплекса нашел! Этого.
 Счастливым, по-детски наивным голосом, подрагивающим от обуревающих его чувств. Только не от тех, о которых подумали люди...
 Виктор укоризненно покачал головой, так и не озвучив вертящееся в голове "Мальчишка!", Рамиро хмурился, Джейн была раздражена безответственностью Аэ, который мог нарваться на противника и погибнуть, Руне было безразлично, а Диего, наоборот, заинтересованно рассматривал асура, неосознанно проведя параллели с собой и своим положением негласно опекаемого пацана.
 Хорошо, что у шлема брони Аэтериоса забрало односторонней прозрачности, и никто не видит мечтательное выражение его лица и эту добрую-добрую улыбку. Жуткое выражение и жуткую улыбку. И полностью черные глаза, в которых ярко светится багровая радужка...
 Хорошо, что Аэ убил без свидетелей: варрен переломан в два удара. Ни одному человеку не хватит силы раздробить ударом руки позвоночник трехсоткилограммового мощного зверя, проломив при этом о пол грудную клетку, и раскрошить прочный череп, превращая голову в неопрятное месиво...
 Хорошо, что маленькое служебное помещение не слишком ярко освещено и сильно захламлено и трупа не видно, а бойцы, заметив пару размазанных кровавых пятен на полу, оставшихся после того, как асур отволок тушу, не связали их со счастливым Аэтериосом...
 И плохо, что в этом проклятом булыжнике работает система жизнеобеспечения, есть воздух, а батары притащили своих демоновых варренов!
 
 
 
 
 

Глава 42: Х57: приоритетная задача


 
 
 - И это ваши хваленые варрены? - громовой рык вошедшего в раж Рекса прокатился по просторному помещению под аккомпанемент жалобного скулежа здоровенного зверя, распростертого у него под ногами.
 Громыхнул дробовик, скулеж прервался, махина крогана скрылась за металлическими контейнерами.
 - Останавливать не будешь? - поинтересовался Октавиус, переводя взгляд на сородича.
 Найлус покачал головой.
 - Зачем? Пусть развлекается. Теперь у батарианцев есть большая агрессивная проблема, а у нас - свободный проход к машинному отсеку. Рекс на себя соберет все, что только сможет. Нам останется зачистить тех, кто будет у терминала.
 - Резонно. - согласно кивнул инженер.
 - Ему не требуется поддержка или прикрытие? - осторожно спросил Дэрг, прислушиваясь к грохоту взрывов и стрекоту выстрелов, раздающихся где-то в другом конце помещения.
 - Мастер Войны - опытный воин и чрезвычайно опасный противник. - дипломатично ответил Татум. - Полагаю, он прекрасно знает границы своих возможностей.
 Найлус хмыкнул и пояснил более понятным языком:
 - Рекс не оценит, если мы вмешаемся и испортим ему веселье. - в отдающем металлом голосе явственно прозвучала привычная ирония. - Батарианские работорговцы - не тот противник, который может доставить наемнику уровня Урднот Рекса хоть какие-то сложности. - ощутив непонимание и недоумение людей, Спектр добавил: - Вы слабо представляете себе истинный боевой потенциал кроганского Мастера Войны. Их не зря так мало. Не каждый доживает, не каждый достигает вершин мастерства и получает этот громкий титул. У Мастеров колоссальный опыт тысяч лет сражений, стычек, драк или банального мордобоя, и соответствующее мастерство. Кроганы намного превосходят людей по голой физической силе и выносливости, их броня намного прочнее и массивнее, она несет более мощные кинетические щиты. Его регенерацию можно не упоминать: Рекс не допустит повреждений новенькой брони, а ваше беспокойство может воспринять как сомнения в его силе. Это его, скажем так, оскорбит.
 - Тысяч лет? - уточнил Кайден. - Он же говорил, что ему около семи сотен лет.
 Найлус усмехнулся и вкрадчиво произнес:
 - Рекс говорил в привычных ему, родных тучанских годах, не делая скидку на разницу в восприятии: чужие ошибки в понимании - не его проблема. А год на Тучанке...
 - Шестнадцать земных лет! - полыхая досадой, произнес Дилан.
 Кайден навскидку пересчитал возраст с учетом поправки на продолжительность года, присвистнул, Дэрг, сделавший те же расчеты, ошарашенно выдохнул:
 - Да он древний, как дерьмо мамонта в вечной мерзлоте!
 - Буквально. - хмуро добавил аналитик, спешно меняя свое восприятие утопавшего развлекаться наемника.
  Найлус развел руками, ухмыляясь. Дэрг переглянулся с Диланом, пожал плечами и выкинул из головы крогана, разносящего комплекс где-то дальше по коридору.
 
 
 
 * * *
 
 
 - Джон, если Вакариан там погиб, мне страшно представить, что с нами сделают Спектры. - меланхолично произнес Николаус по приватному каналу, глядя, как оседает на вершине холма каменное крошево, поднятое взрывом ракеты.
 В который раз его посетило очень яркое понимание, что если этот турианец погибнет, жить не будет не только он, Вилант Николаус Аккер, но и все, кто участвуют в этой высадке. Потому как если он правильно интерпретировал случайно увиденный, непредназначенный ему жест и взгляд, им не простят его смерть.
 Понять-то поймут. Но не простят. Никогда.
 - Как думаешь, что они сделают? - тем же меланхоличным и подрагивающим тоном задал встречный вопрос Джон, тоже прекрасно осознающий, что ему не оставят просто так гибель отданного под его командование высококлассного диверсанта в очень высоком звании.
 - Крайк-то, может, просто пристрелит, а вот на что способна богатая фантазия Спектра Шепард, я сказать затрудняюсь.
 - А причем тут она? - буркнул Джон. - Мясник Торфана, насколько мне известно, - ксенофоб и... немного не в себе.
 Николаус промолчал, не желая хоть как-то комментировать это высказывание, гипнотизируя медленно оседающее крошево камня, взметнувшееся на месте снайперской позиции, откуда буквально за секунду до взрыва был сделан выстрел, подорвавший последнюю турель. Иногда избирательная слепота командира его убивала. Как и вера в лозунги, чужие слова и стереотипы.
 - Я чего-то не знаю? - осторожно спросил Джон, правильно интерпретировавший тяжелое молчание.
 - Это и есть та информация, которой я пока не готов с тобой поделиться, командир. - медленно проговорил Нико, про себя добавив: "По крайней мере, до конца этого задания. Нервничать меньше будешь".
 По общей отрядной связи раздался усталый голос сержанта Эшли:
 - Цель подавлена?
 - Подавлена. - автоматически ответил Вивьен, сидящий на камне и обнимающий свою винтовку.
 Джон встрепенулся.
 - Вы целы? - тут же спросил он.
 - Мы живы. - поправил спокойный голос с характерной вибрирующей подгармоникой.
 Нико прикрыл глаза, медленно вдохнул, выдохнул, унимая разошедшееся воображение и приглушая ненужные сейчас мысли. Потом он обдумает то, что сейчас осознал. Потом он поговорит с командиром и в очередной раз мягко намекнет, что не все так, как кажется. Безрезультатно, как всегда, но он хотя бы попробует. А вдруг что-то его проймет? Ну хотя бы в этот раз! И удастся вбить в непрошибаемую, пусть и светлую голову коммандера хоть немного житейской мудрости, развить внимательность и здравый скепсис в том, что не относится к бою.
 К позиции отряда вышли эраз Вакариан и сержант Уильямс, идущая возле своего неожиданного напарника.
 - Ранен? - тут же спросил Джон, сделавший из уточнения турианца закономерный вывод.
 - Плечо повредил. - тем же спокойным доброжелательным тоном ответил снайпер. - Травма не критичная.
 Внешне на черно-синей броне никаких следов видно не было, наплечник даже не поцарапало, но правой рукой турианец практически не двигал.
 - Стрелять можешь?
 Гаррус шевельнул травмированным плечом, едва заметно вздрогнул и ответил:
 - Да.
 Джон медленно кивнул, оставив сомнения при себе.
 - Двигаемся.
 Отряд потянулся со склона к лишившемуся защиты комплексу маршевого двигателя.
 
 Гаррус двигался в хвосте отряда, как единственный раненный, осторожно спускаясь по каменистому склону, стараясь держать спину прямо и лишний раз не шевелить рукой. Плечо остро дергало сильной, режущей болью, немного приглушенной медикаментами и легким обезболивающим, и практически полностью потеряло чувствительность, отдаваясь тяжелыми ноющими валами в одеревеневшей спине. Близкий взрыв, который в обычных условиях размазал бы его по окрестным камням, на лишенном атмосферы астероиде лишь отшвырнул, и он неудачно ударился о камни.
 Конечно, можно было отступить с позиции и отойти, но подвижная турель осталась бы неповрежденной, а запас ЭМИ-пуль подходил к концу. У обоих. Он решил рискнуть, сделав ставку на собственную скорость и разницу в поражающих свойствах взрыва ракеты в безвоздушном пространстве, успев за время постоянного обстрела рассчитать безопасную зону. Он не ошибся. Точно вычислил мощность взрыва. Вовремя среагировал. Не учел одно - случайность, принявшую вид запнувшейся о треснувший от частых взрывов камень сержанта Уильямс. Люди - слабее, медлительнее и не так проворны. И не настолько крепки и живучи. Он успел поддержать напарника, все это время прикрывавшего его и занимавшегося отстрелом ракетных дронов, выдернул из зоны поражения, но сам немного... не успел, из-за чего теперь едва способен вести бой и плетется в хвосте отряда под встревоженным взглядом Эшли.
 Настороженная, полная тревоги мысль ласково коснулась сознания, успокаивая нервы:
 - "Ррус, ты как?"
 Непроизвольная улыбка расцвела сама собой. Искренняя забота близкого... приятна. И знание, что кто-то его ждет, побуждает внимательнее относиться к своей жизни и просчитывать шансы на выживание несколько более тщательно, чем обычно.
 - "Взрывом зацепило." - признался он. - "Плечо повредил. Ничего страшного."
 Имрир с этим заверением согласна не была, но никак не прокомментировала, окутала ощущением заботы и ласковой поддержки с легким привкусом доносящейся по ментальной связи тревоги Найлуса, прекрасно знающего, что может означать в его понимании определение "ничего страшного".
 - "Будьте осторожны: батарианцы привезли варренов, и они бесконтрольно бегают по комплексу." - четкая, яркая мысль-предупреждение прозвучала в голове. - "Не знаю, есть ли они в вашей части астероида."
 - "Понял." - ответил он.
 Варрены... Плечо вновь дернуло острой болью, на мгновение сбив дыхание и принеся обеспокоенность близких. Это не вывих: боль слишком острая, сильная и исходит не от сустава. Сломал лопатку? Или ребра? Не важно.
 Плохо. На Новерии он будет... бесполезен.
 - "Не надо нервничать, Ррус. Вернемся на корабль - вылечу. Мне хватит двух суток перелета." - ласковый, окрашенный заботой и искренним переживанием ментальный голос Имрир смыл тяжелые мысли о последствиях допущенной ошибки. - "Я даже упрошу Карин не укладывать тебя в лазарет." - тут же добавила она с легким весельем.
 Невысказанная просьба: "Постарайся быть осторожнее" промелькнула как эхо, отголосок мысли.
 Ощущение присутствия угасло: ментальная связь вновь перешла в фоновый режим. Короткий разговор занял едва ли мгновения, но принес облегчение и вернул спокойствие. Гаррус ускорил шаг. Острая боль в плече уже не так сильно занимала его: это временно, и на его боеспособность на Новерии не повлияет. А сейчас... Придется быть чуть более внимательным и аккуратным.
 
 Километр до комплекса отряд прошел без проблем и непредвиденных приключений. Николаус, глянув на турианца, сам занялся взломом электронного замка, и дверь, возмущенно мигнув огоньками, ушла в паз, пропуская группу в шлюзовой тамбур.
 - Коммандер. - тихий вибрирующий голос раздался по общей связи. - Спектр Шепард предупреждает о присутствии на астероиде варренов.
 Джон, заходящий в тамбур, от такой новости едва не споткнулся и приглушенно выругался.
 Николаус остро глянул на Гарруса: его оборудование не заметило ни входящего, ни исходящего сигнала, хотя все переговоры по внутриотрядной связи фиксировалось. Можно было, конечно, сделать предположение, что у Спектров есть какая-то особая защищенная линия, но... личный опыт и интуиция нашептывали, что это не совсем так. Еще одна странность добавилась в копилку вопросов и была отложена до более спокойных времен.
 После короткой паузы, словно он к чему-то прислушивался, снайпер уточнил:
 - Модифицированных.
 - Понял. - коротко произнес коммандер и снял с захватов мощный дробовик, повесив обратно штурмовую винтовку. Переведя оружие в боевое положение, уточнил: - Имплантатами или генетически?
 - Генетически.
 Шепард вновь беззвучно выругался.
 ВИ комплекса провела привычную, хоть и бесполезную дезинфекцию, закачала воздух и услужливо открыла вторую створку.
 В предшлюзовом помещении царила тишина и пустота. Вдоль стен стояли боксы с легкими скафандрами, полупустой стеллаж, заставленный разнокалиберными ящиками с пометками на боках: оборудование и инструменты, постоянно требующиеся для работы в вакууме и мелком ремонте, дополнительные блоки системы жизнеобеспечения скафандра, капсулы с воздухом и прочее. Единственная дверь, ведущая во внутренние помещения, закрыта, но не заперта: индикатор на замке горит зеленым.
 Бойцы заняли позиции, и по короткому жесту командира, Раймонд стукнул кулаком по сенсорной панели, запуская протокол открытия двери. Створки дрогнули, с характерным шипением резко ушли в стены, открывая вид на большое квадратное помещение с высоким потолком. И группу существ, расположившихся практически напротив входа у противоположной от двери стены.
 Два варрена, только что рвавшие на части труп человека в спецовке техника, моментально вскинулись, низко, утробно зарычав, один батарианец резко развернулся, вскидывая оружие, второй резво спрятался за ящики.
 Бой начался мгновенно.
 - Харак! Чект! Чект! - выкрикнул сидящий на корточках работорговец, натравливая варренов, и метнулся под защиту огромного металлического контейнера.
 До ящика он долетел в виде трупа с развороченной грудиной: Николаус открыл огонь. Два зверя большими скачками рванули вперед, проворно меняя траекторию движения, заскакивая за укрытия и не давая людям хоть как-то прицелиться. Стремительные, мощные, проворные и очень сильные, четко знающие, как именно надо настигать вооруженную цель и как ее вскрывать острейшими когтями, покрытыми для крепости особым сплавом. Будто мало этого, батарианцы облачили свое зверье в броню с кинетическими щитами, достаточно мощными, чтобы выстрелы дробовиков Джона и Раймонда, штурмовых винтовок Кристиана, Николауса и Эшли не смогли сходу пробить эфемерную голубую пленку, защищающую тела проворных генетически модифицированных и натасканных на двуногую дичь хищников.
 Громыхнул "Дротик" Вивьена, один из варренов, почти добежавших до дверей, рухнул на пол: пуля снайперской винтовки, обладающая на таком расстоянии огромной пробивной силой и убойной мощью, продавила ослабленный попаданиями щит и разворотила череп. Второй хищник стремительной тенью метнулся в сторону и тут же словно споткнулся, кувыркнулся, проскользил по инерции и затих, пару раз в агонии дернув лапами под тихий, но гулкий выстрел "Гарпуна".
 Гаррус, стоящий в безопасности у стены, левой рукой вскинул тяжелую винтовку на нужную высоту и выстрелил в варрена, попавшего в поле его зрения. Безошибочно вычислив тот единственно-верный момент, когда оружие замирает в высшей точке траектории и на долю мгновения теряет свой вес. Развернувшийся Джон успел заметить, как опускается по нисходящей дуге замаха тактическая винтовка, упираясь дулом в пол, а ее хозяин замирает без движения, пережидая вспышку боли: поврежденное плечо остро и категорично высказало свое недовольство на отдачу, тряхнувшую по телу.
 - Добейте батаров. - коротко приказал Джон.
 Нико и Реймонд проскользнули в помещение, Вивьен перебрался под защиту высокого массивного ящика с синей пометкой строительных материалов, у которого очень удобный выступ. Кристиан зашел с другой стороны, Эшли заняла позицию под прикрытием опоры, просматривая вьющийся вдоль стены пандус, хорошо видимый с ее позиции.
 - Одного - живым. По возможности. - едва слышно поправил вибрирующий голос турианца.
 Шепард согласно кивнул.
 - Клаус.
 Присевший за ящиком Нико неопределенно качнул кистью и исчез из вида.
 
 Вернулись бойцы быстро: Раймонд, волочащий за шиворот слабо брыкающегося раненного батарианца без шлема, подошел и бросил скрипнувшую зубами жертву на пол, Кристиан до командира не дошел, остановившись у другой опоры, контролируя двери в служебные отсеки и коридор, ведущий вглубь комплекса. Нико отсутствовал.
 Джон подошел, пнул батара в простреленный бок, сухо задав вопрос:
 - Сколько вас в этом комплексе?
 Батарианец презрительно скривил разбитые губы, оскалился и буквально выплюнул:
 - Люди! Я ничего вам не скажу. Вы...
 - Скажешь.
 Тихий, спокойный голос с вибрирующей двойной подгармоникой прервал батарианца, словно удар под дых. Гаррус отлепился от стены, без усилий удерживая "Гарпун" левой рукой, подошел, остановился в паре метров.
 - Мне - скажешь.
 Джон приглашающе дернул головой и привычно скрестил руки на груди, всем видом показывая, что он не будет мешать снайперу и не вмешается в допрос, который тот намерен провести.
 Из-за ящиков вышел Николаус, окинул взглядом картину, подошел к своему командиру и точно так же демонстративно замер, заложив руки за спину, заинтересованно наблюдая за происходящим.
 - Турианец? Здесь? - неизвестный батарианец очнулся от ступора, приподнялся на локте, удивленно глядя на того, кого не должно быть в человеческом пространстве и в человеческом отряде.
 Снайпер стоял не шевелясь, лишь тяжелая, неуклюжая винтовка чуть заметно покачивалась в его руке, словно в предвкушении водя дулом.
 - Как видишь. - привычно-спокойным, даже в чем-то доброжелательным голосом произнес Гаррус. - Сколько вас в комплексе маршевого двигатели?
 Батарианец приподнял губу в оскале, демонстративно завалился на бок, подминая руку. Гаррус по-птичьи склонил голову набок, поигрывая винтовкой.
 - Я ничего тебе не...
 Гулкий выстрел прозвучал неожиданно. "Гарпун" вспорхнул. Ровно настолько, насколько требовалось, чтобы тяжелая пуля попала в руку батарианца, превращая запястье в кровавое месиво с торчащими из развороченной плоти белесыми костями. Работорговец заорал, схватился за руку, скрутился, прижимая к груди практически оторванную выстрелом кисть. Диск неактивной гранаты проскользил по полу, оставляя за собой прерывистую кровавую дорожку.
 Гаррус оцепенел, мелко, медленно дыша, пережидая острую вспышку боли в спине и плече, спровоцированную отдачей "Гарпуна". Зрение уже знакомо расслоилось, окутывая окружающий его мир цветастым заревом аурного восприятия, заваливая разум множеством новой информации: у стены черно-багровое пятно боли и страдания - съеденный заживо варренами человек; серые пятна свежего ремонта, на которые еще не успела осесть информация; стоящие вокруг люди, даже те, кого он не мог видеть глазами, полыхающие широким спектром эмоций от легкой заинтересованности Николауса до неприятия и отвращения у сержанта Уильямс; практически у ног - раненный батарианец, подвывающий на одной ноте. Его аура полыхала темно-багровыми цветами боли и страдания, ярко-алыми - гнева, фиолетовыми и черными - страха и безнадежности и тающими на глазах синими - решимости.
 - "Смотри на флёр". - разума коснулась мягкая мысль Имрир, отдающаяся прохладой и щекоткой заработавшего энергетического канала.
 Боль угасла, тупо дергая одеревеневшую спину, восприятие заострилось, разноцветные пятна распались более сложными оттенками.
 - "Страх. Он тебя боится." - мурлыкнул родной голос. - "Он знает, о чем ты спрашиваешь. Он почти готов сказать. Видишь, как угасает синий цвет решимости, подавляемый страхом?"
 - "Я вижу." - ответил Гаррус, выравнивая дыхания и вновь поигрывая винтовкой в расслабленной руке. - "Знаю. Он скажет. Мне - скажет."
 Тихий смешок и еще одно ощутимое почти физически прикосновение, словно по скуле скользнули тонкие прохладные пальчики.
 - "Он скажет, даже не говоря вслух. Смотри на реакцию ауры. Ты поймешь."
 И снова - волна поддержки и понимания с едва уловимым налетом одобрения и поддержки. Ни тени неприятия или неприязни: Имрир вид пыток полевого допроса нисколько не смущал и не был чем-то недопустимым или отвратительным, как для сержанта Эшли Уильямс, завороженно смотрящую на искалеченную руку батарианца.
 - Лучше тебе ответить. - неожиданно произнес Николаус добрым, покровительственным тоном, бросив внимательный и встревоженный взгляд на все еще стоящего неподвижно Гарруса. - Он же тебе ПООБЕЩАЛ...
 Аура работорговца полыхнула насыщенным фиолетовым маревом ужаса.
 - О, неужели вспомнил, что турианцы всегда выполняют свои обещания? - продолжал изгаляться Нико, заметив панику в глазах жертвы.
 - Я не... - подрагивающий голос утонул в гулком выстреле и сорвался на дикий вопль, заметавшийся под потолком огромного помещения.
 Мощные двери, способные удержать воздух при разблокировке, отлично глушат звук... Об этом прекрасно знали не только люди, но и на свою беду выживший в бою батарианец.
 - Ты да... - еще ехиднее поправил воющую от боли жертву Нико. - Лучше скажи. Хоть сдохнешь быстро и безболезненно. - с искренней, отеческой заботой в голосе добавил аналитик. - А мы все равно найдем твоих, сколько их там...
 - Одна... Три... нет... две группы. - неожиданно произнес чуть охрипший вибрирующий голос. - Да, две.
 Нико вздрогнул, батарианец оцепенел, поднимая помутненный болью взгляд всех четырех глаз на стрелка. Странный голос. Словно отстраненный... потусторонний. Турианец повернул голову, словно он с интересом разглядывал что-то, находящееся где-то под полом. Что-то, видимое ему одному.
 - Две группы в комплексе. - легкий вопрос Гарруса сменился уверенностью в сказанном. - По трое в каждой. И варрены...
 - Нет! Это не та...!
 - Ложь. - спокойный, безжалостный приговор прозвучал эхом выстрела и растворился в воплях.
 Локоть батарианца взорвался ослепительной болью, огненными волнами отдаваясь по телу, заволакивая кровавым маревом мир, в котором мягко и вкрадчиво, но ужасающе холодно звучал приказной голос с характерной двойной подгармоникой:
 - Говори.
 Батарианцы - сильные существа. Сильнее и выносливее людей. Работорговец сумел обуздать острую боль, возвращая разуму способность мыслить, когда турианец вновь заговорил, размеренно роняя слова:
 - Медицинская система брони не даст тебе умереть. - равнодушно произнес безэмоциональный голос. - Она же не даст тебе потерять сознание: вы, батарианцы, хорошие медики. И вы делаете хорошие медицинские системы для своей брони. - тихий хмык, от которого батарианец вздрогнул. - А если ресурсы подойдут к концу, здесь есть, у кого взять неистраченные медикаменты. - дуло винтовки чуть шевельнулось, словно собираясь вновь взвиться в воздух по короткой дуге, в верхней точке которой последует выстрел. - Говори. Времени у нас... достаточно.
 Батарианец дернулся всем телом и... заговорил, направляемый короткими скупыми фразами высокого турианца, лениво покачивающего снайперской винтовкой в расслабленной руке. Массивное, неуклюжее оружие, требующее фиксации и прицеливания перед стрельбой, но которое было использовано владельцем как обычный пистолет... для стрельбы навскидку.
 Допрос завершился закономерным финалом: Николаус поднял пистолет и всадил пулю в голову работорговца, всего на пару мгновений опередив Гарруса, собравшегося вновь вскинуть винтовку.
 Джон неприязненно покосился на труп упертого батарианца, передернул плечами. Он не любил полевые допросы, хоть и понимал их необходимость. Эшли сумрачно поджала губы: любые пытки вызывали у нее негодование, неприязнь, отвращение и неприятие. Остальные оставались безразличны.
 - Двигаем. Времени почти не осталось.
 Гаррус был прав: в комплексе обнаружились еще две группы по три батарианца и три варрена. Одна группа, как сказал так и оставшийся неизвестным работорговец, встретилась в узком коридоре и была без лишних экивоков подорвана из гранатомета. Грохот взрывов эхом прокатился по комплексу, встревожив варренов, но батарианцы его не услышали: низкий мощный гул работающих двигателей забивал почти все звуки, и стоящие у контрольного терминала бойцы не заметили приглушенное мощным шлюзом громыхание, пока не стало слишком поздно.
 
 Николаус оттащил массивную тушу варрена, загораживающую проход на площадку с терминалом.
 - Отключить сможешь? - спросил он, подходя к турианцу.
 - Смогу. - ответил тот, протягивая Нику "Гарпун".
 - Помощь нужна?
 Гаррус покачал головой, одной рукой активируя сенсорные панели.
 Николаус отступил на пару шагов и отошел вбок, чтобы не маячить за спиной разумного хищника и не раздражать его инстинкты. Перехватив тяжелую снайперскую винтовку удобнее, он наблюдал, как работает турианец и по вбитой долгими годами привычке анализировал каждое действие, делая выводы сразу или оставляя в памяти закладку обдумать заинтересовавший, но не нашедший здравого объяснения момент в спокойной обстановке.
 Пока увиденное его в равной степени озадачивало и не радовало, вызывая опасения вкупе с сумбурным, пока еще не прошедшим полное осознание чувством какой-то крупной тайны. Чего-то он не знал. И чего-то ОЧЕНЬ важного!
 То, что турианец ранен, он понял по его оговорке "мы живы". Насколько серьезно, смог оценить сейчас, наблюдая за тем, КАК Гаррус Вакариан работает: осторожно, медленно, только левой рукой и не двигая правой, стараясь избегать резких или быстрых движений. При непроизвольных рефлекторных рывках турианец ощутимо дергался и вздрагивал, после чего замирал на середине движения, словно пережидал сильную боль.
 Значит, ранение гораздо серьезнее, чем он сказал.
 "Травма некритичная" - обтекаемое выражение, не являющееся прямой ложью, но и не говорящая ничего конкретного. Вакариан не солгал ни единым словом. Зато очень красиво съехал с темы, отделавшись общими фразами.
 Ник хмурился, но ничего не говорил, коротким резким покачиванием головы пресекши попытку Джона подойти. Ради разнообразия коммандер проявил удивительное понимание и остался на месте.
 Больше всего вопросов у Николауса вызывали краткосрочные замирания, словно турианец во что-то напряженно вслушивался, и только потом продолжал работу. Пару раз Нико заметил непроизвольные медленные кивки, словно тот с чем-то соглашался или что-то подтверждал, по привычке ограничившись жестом. Но в эфире царила тишина.
 Наконец, Гаррус широким размашистым движением кисти повернул голографический рубильник на сенсорной панели, запуская процесс остановки маршевого двигателя.
 - Готово. - коротко произнес он, отступая от консоли.
 Низкий рокочущий гул начал медленно угасать по мере отключения систем огромного двигателя, пока, наконец, не опустилась тишина, разгоняемая тихими потрескиваниями и писками оборудования, шипением остывающего металла и мерным рокотом силовой станции.
 Гаррус подошел к Николаусу, ожидая возвращения оружия, но Аккер качнул головой.
 - До корабля как-нибудь донесу.
 Снайпер на мгновение растерялся.
 - Моя травма...
 - Некритичная. Я помню. - иронично отозвался Нико, совершенно не собираясь возвращать оружие владельцу. - В замкнутых помещениях нет необходимости в тактическом снайперском комплексе, а в случае какого-то нападения, полагаю, пистолет будет в ваших руках не менее эффективным, эраз Вакариан.
 Турианец явственно хмыкнул и приподнял руку в интернациональном жесте послушания. Хотел он что-то на это ответить или нет, осталось неясным, так как в тишине огромного помещения удивительно-громко прозвучал треск помех и приглушенный женский шепот, доносящийся из внезапно заработавшего связного узла машинного отсека:
 - Вы остановили двигатель!
 Николаус резко повернулся, Гаррус ограничился поворотом головы, Джон быстрым шагом подошел к терминалу, но благоразумно ничего трогать не стал.
 - Это вы? Вы меня слышите? - вновь прозвучал настороженный шепот.
 - Кто вы? - задал вопрос Джон, переглянувшись с Нико.
 Женщина, услышав английскую речь и явно человеческий голос ответила охотно и с облегчением:
 - Меня зовут Кейт Боумен. Я инженер. Работаю на этом астероиде. Вчера на нас напали батарианцы. Мне удалось спрятаться.
 Гаррус медленно повернулся.
 - Кейт, помещение, в котором вы находитесь, запирается? - спросил он.
 Женщина, услышав явно нечеловеческий голос, испуганно ойкнула.
 - Не бойтесь, Кейт. - тут же мягко сказал Джон. - Этот турианец со мной. Ответьте.
 - Здесь вообще нет дверей: отсек открыт. - несколько недоуменно ответила инженер.
 Турианец покачал головой, а потом четко, внятно и жестко спросил:
 - Возле вас есть батарианцы?
 - Да. Недавно проходила группа.
 - Слушайте меня внимательно: вы прямо сейчас выходите и сдаетесь. - еще жестче рыкнул Гаррус, приподнимая руку и требуя тишины. - Если вам не удастся сразу найти батарианцев, вы находите какое-то высокое и труднодоступное место, залезаете на него, ждете первого попавшегося батарианца и сдаетесь ему. Ни в коем случае не ходите по комплексу!
 От такого поворота женщина опешила, Джон вскинулся, повернулся к турианцу, но резко поднятая рука Николауса прервала возмущения коммандера: аналитик понял причину столь странного приказа.
 - Но... - растерянно промямлила инженер. - Но как же... Я же могу вам помочь!
 - Вы ничем нам не поможете. - сухо отрезал Гаррус. - Если вас будут о чем-то спрашивать, отвечайте честно, что вы не знаете, кто отключил двигатель. Вы этого действительно не знаете. Не молчите. Ваши слова никоим образом нам не повредят, но вот ваше молчание может стать причиной смерти. Вашей или кого-то другого. Героизм сейчас неуместен. Не надо провоцировать батарианцев неповиновением.
 - Но почему? - чуть ли не плача спросила женщина. - Зачем мне сдаваться им?
 - Потому что по астероиду бегают варрены, приученные к мясу разумных, а вы находитесь в открытом помещении! - коротко, жестко рыкнул турианец. - Попадетесь зверю, и он вас порвет на части или съест заживо.
 Кейт испуганно ахнула.
 - Вы меня поняли?
 - Я... Я поняла! - поспешно ответила она.
 Джон тяжело вздохнул и включился в разговор:
 - Действуйте осторожно и аккуратно. Ждите. Все будет хорошо, мы вас спасем.
 - Я... - женщина запнулась. - Сюда кто-то идет!
 Связь со щелчком пропала.
 - Надеюсь, она не натворит глупостей. - буркнул Николаус. - Вроде игры в молчанку или попытки геройствовать.
 - Закончим зачистку - узнаем. - флегматично отозвался Гаррус.
 Джон недовольно дернул щекой.
 - Вакариан, Аккер, мы могли бы узнать у нее нужную нам информацию!
 - Мы и так это узнаем. - тем же флегматичным тоном ответил Нико. - А если эта Кейт попадется варрену, будет еще один поеденный труп на полу. Ты ЭТОГО хочешь, Джон?
 - Я хочу знать, что происходит на этом астероиде! - недовольно ответил коммандер. - И заметьте, она вполне успешно пряталась эти сутки.
 - Это может означать лишь то, что кроме нее были и другие люди, первые попавшиеся варренам или батарианцам. - спокойно произнес Гаррус. - О состоянии дел на Х57 мы узнаем от группы Спектра Шепард.
 Джон недовольно дернул щекой, но спорить с турианцем не стал: логика в его словах была.
 - Есть информация о группе Спектра Крайка? - спросил коммандер.
 - Запускают тормозной. Потерь нет. - коротко ответил турианец после краткой паузы.
 Джон, поняв, что продолжения не будет, переключился на другую тему:
 - Планы комплекса есть?
 Гаррус подошел к терминалу и вывел план в виде объемной карты.
 - Заблокируй этот шлюз. - Джон ткнул пальцем в начало длинного коридора, соединяющего машинный отсек с основной частью внутренней территории астероида. - А мы проверим то, что осталось не перекрыто. Эшли, Кристиан, остаетесь с Гаррусом у терминала. Остальные - за мной.
 
 Батарианцев в комплексе маршевого двигателя не оказалось, но повторная проверка территории дала неожиданный результат: в помещении, где совсем недавно был уничтожен первый отряд, обнаружился... высокий темноволосый человек, сидящий за некрупным пластиковым ящиком и сжимающий в руках пистолет.
 Николаус и Джон, рассматривая не замечающего их сородича, одетого в легкую броню, переглянулись. На вопросительно склоненную голову командира, Нико недоуменно развел руками, показывая, что понятия не имеет, как этот человек тут оказался и откуда вообще взялся. Джон нахмурился, помрачнел, вышел из-за укрытия, включил встроенные динамики шлема и громко окрикнул подозрительного мужика:
 - Эй! Ты!
 Незнакомец на окрик резко развернулся, вскидывая пистолет, но выстрелить не успел: Николаус и Джон среагировали на резкий рывок вооруженного разумного и поднимающуюся руку с оружием мгновенно и совершенно одинаково. Человек заорал, обхватывая простреленную кисть, пистолет с гулким стуком упал на пол.
 Николаус выругался, опуская оружие, Джон поморщился. Хорошо еще что не из дробовика засадил, а то спрашивать было бы некого.
 - Вивьен, помоги ему. - буркнул коммандер, убирая пистолет на захват.
 Снайпер снял аптечку и занялся раненным. Пока его приводили в чувство и обрабатывали развороченную выстрелами кисть, Джон зло выговаривал накачанного успокоительным и обезболивающим мужчину по имени Саймон Этвелл, оказавшимся главным инженером:
 - Нельзя бездумно стрелять во все, что движется! Вам повезло, что живы остались!
 Саймон понуро ответил:
 - Простите. Я думал, вы из тех...
 - Вы или слепой, или идиот! Батарианец не стал бы вас окрикивать! - Джон ругнулся. - Нико, отведи его к терминалу.
 Инженер дернулся от прострела боли, когда Николаус рывком поставил его на ноги, вскрикнул, и быстро затараторил:
 - Послушайте, у нас не так много времени! Батарианцы включили двигатели. Нужно их отключить, пока мы не упали на Терра-Нову!
 Нико к крикам человека оставался глух, как и Джон, расщедрившись на ворчливое замечание по внутриотрядной общей связи, что если двигатели просто отключить, то астероид гарантированно упадет на планету. Сам по себе в космосе огромный булыжник, уже начавший падение в гравитационный колодец планеты, не остановится НИКОГДА! Саймон, не получив ожидаемой реакции, продолжил говорить:
 - Там проживает четыре миллиона человек! Я, моя семья... Они живут в Аронасе! Дети и внуки. Приятный городок, хорошая школа...
 Попытка надавить на жалость успехом не увенчалась. Джон перехватил дробовик, кивком головы призывая бойцов следовать за ним.
 - И что будет, если мы не остановим астероид? - с вялым любопытством спросил Вивьен, идя на небольшом расстоянии.
 Саймон оживился и начал рассказывать страшилки:
 - Х57 вдвое больше астероида, который стер с лица Земли динозавров. Это будет как одновременный взрыв миллионов атомных бомб. Миллионов! Жар будет такой, что за тысячу километров сгорит вся одежда! - разорялся инженер, не замечая, как скривился от такого способа подачи информации Николаус. - Возникнут пожары по всему свету. Ударная волна сплющит все на сотни километров от взрыва. Терра-Нова погибнет! Не только сама колония - вся планета! Климат радикально изменится. Массовые вымирания видов. Экосистема не оправится за тысячи лет! А может, и миллионы!
 Джон тяжко вздохнул, но не стал мешать человеку изливать душу.
 - Что за ерунду он несет? - недовольно буркнул по отрядной связи Вивьен. - Он же не дошкольникам объясняет!
 - А если он упадет в океан, есть какая-то надежда? - невинно спросил Николаус, нажав на кнопку открытия шлюзовых ворот.
 Саймона, накачанного химией по самые уши, немного развезло. То ли от действия препаратов, то ли от проявленной Нико заинтересованности, он заметно взбодрился и продолжил стращать:
 - Будет еще хуже! На сушу обрушится цунами, сметая все на своем пути со скоростью несколько сотен километров в час. В районе столкновения испарятся миллионы тонн воды. Вся планету покроет толстый слой облаков! Погибнут все растения, об экосистеме сразу можно забыть. Конкретных цифр назвать не могу, но поверьте: это будет настоящая катастрофа!
 Вивьен скривился, Раймонд фыркнул и тихо добавил по внутренней связи:
 - А белобрысый цифры назвать смог сходу. Очень даже конкретные. И объяснил то же самое нормальным языком, не пытаясь рассказывать детские истории о конце света. - испанец зло рыкнул. - Джон, он нас за идиотов держит?
 Коммандер Шепард ничего не сказал. Только поморщился, хмуро поглядывая на заливающегося инженера, охотно отвечающего на задаваемые Николаусом вопросы с подковыркой.
 Джон - авантюрный, склонный к рисковым операциям, любящий нестандартный подход человек, но не дурак, неспособный свести концы с концами в разговоре. Странности этой миссии и порождаемые ими вопросы множились, собираясь огромным вонючим комом, готовым погрести их всех под лавиной не самых приятных выводов. И ответов Джон пока не находил. А те мысли, которые непроизвольно возникали, ему не нравились. Слишком уж некрасиво все это выглядит.
 - Пусть говорит. - произнес коммандер. - Николаус, вытряхни из него все, что сможешь. Но мягко. Нам не нужны проблемы, если он действительно просто главный инженер.
 
 
 * * *
 
 
 Чем дольше мы находимся на этом астероиде, тем больше у меня возникает вопросов. И тем сильнее я хочу, нет, жажду пообщаться с батарианским работорговцем и узнать, какого они тут забыли. Как им вообще пришла в голову идея приземлиться на этом малопривлекательном булыжнике с целью набрать рабов?
 Набрать! Рабов! На! Астероиде! НА АСТЕРОИДЕ!!!
 Когда под нами практически беззащитная планета, на которой хватает удаленных городков и поселков, вообще лишенных защиты! Приземляйся и набирай рабов в свое удовольствие! Быстро, беспроблемно и, главное, рабы будут на любой вкус: мужчины и женщины, взрослые и дети, разные профессии и внешность. Прилетел, набрал, свалил. Но нет, они поперлись на астероид.
 Логика где?
 А она должна быть! Работорговля - это прежде всего бизнес. И как любой бизнес, подчиняется определенным правилам, в первую очередь преследуя выгоду. Выгоду! Не удовлетворение мести, не политические или религиозные убеждения, не авантюризм или тягу к риску. Выгоду! Только и исключительно ее! А в действиях батарианцев я не вижу выгоды. Одни проблемы с сомнительным результатом.
 Невыгодно приземляться на Х57: шансов набрать нужное количество рабов немного. Про шанс найти полезного или ценного раба я не говорю.
 Невыгодно сбрасывать на Терра-Нову астероид: ни один работорговец не будет уничтожать свои возможные угодья. Про то, какой политический резонанс пойдет в случае гибели колонии, я молчу. А если узнают, что в этом замешаны батарианцы... В Пространстве Цитадели такое начнется... И при любых раскладах пострадают прежде всего Гегемония и батарианцы, а выиграют...
 Мысль прошла осознание и предстала передо мной во всей своей неприглядной красе.
 Я сбилась с шага, обдумывая выкристаллизировавшийся вывод.
 Прав Эстус. Надо искать не причины, не мотивы, не возможность и повод. В политике, за крайне редким исключением, они вторичны. Надо искать только одно - кому выгодно и кому нужно. Кому выгоднее больше всего. Того, кто получит профит от гибели колонии на Терра-Нове. Особенно, если всплывет причастность батарианцев.
 При всей широте выбора вариантов не так много. А если точнее - только один.
 Да, можно попытаться притянуть за уши к этому делу азари и саларианский ГОР. Но...
 Азари? Они действуют более утонченно и мягко. Более... мирно, что ли. Им от людей надо кое-что иное. На другую расу они их натравливают. Сознательно. Неспешно. Аккуратно. Чутко и бережно пропихивая угодных разумных, создавая нужные послабления и проталкивая сомнительные законы и поправки. Это видно даже при поверхностном анализе истории, политических маневров и полученных результатов. Батарианцы уже давно непривлекательны: они сошли с галактической арены и более не представляют для азари интереса. Мелочная мстительность за отобранную силой, когда-то давно для других и совсем недавно для синеньких девочек, планету - удовлетворена. Батарианцы теперь никто и звать их никак. Они скатились на задворки политической жизни и уже ни на что толком не влияют.
 Саларианцам это невыгодно: лично им гибель Терра-Новы ни к чему, как и та волна дерьма, которая поднимется политиками Альянса Систем под это дело с громкими воплями о терроризме и нападениях на них, бедных и несчастных, никем не защищаемых.
 Как ни цинично, больше всего выгоды от гибели тысяч людей на Терра-Нове получит сам Альянс Систем. Он и только он.
 Я только навскидку могу перечислить три пункта: Скиллианский Край, огромные контрибуции и возможность законно начать интервенцию на территорию ослабленного соседа, оправдывая свою жадность чужими смертями. Как было сделано после Элизиума. Если подумать, можно найти и другие причины, но даже этого достаточно.
 Войны начинали и за меньшее.
 А что касается морали... Гибель мирных жителей? Досадно, конечно, но когда политиков останавливали чужие смерти? Мировые войны унесли вдесятеро больше народу, чем живет на всей Терра-Нове вместе взятой.
 Надо будет посоветоваться с Найлусом и Гаррусом. Посмотрим, что они скажут на эту тему. Сейчас их отвлекать не стоит: Ррус ранен и конкретно в этот момент занят отключением двигателей. Най скучает возле Октавиуса, с интересом наблюдая, как Рекс приручает варрена. Варрен приручаться отказывался категорически, но когда крогана смущали такие мелочи, как нежелание какой-то зверюги подчиняться? До паники генетически модифицированного хищника он уже довел, теперь пытался заставить зверя реагировать на его приказы не скулежом, а как-то иначе. Безрезультатно, но Рекс пылал энтузиазмом и сдаваться совершенно не собирался.
 Бедный варрен...
 Я перевела взгляд на Аэтериоса, взламывающего двери, ведущие на причальные площадки. Поскольку за его действиями с интересом наблюдал Рамиро, асур работал в среде инструментрона, что его несказанно раздражало и злило.
 Ничего. Еще немного, и наш монстрик получит возможность немного... успокоить инстинкты. Он не сорвется: обещал Сарену держать себя в руках, а обещание, данное привязке, асур-тар выполняет безукоризненно.
 Да, его привязка... Сарен. Мне очень хочется узнать ЕГО мнение о ситуации в этом кластере. Вот кто-кто, а он об Альянсе Систем и "Цербере" знает больше всех. Не зря же Удина как слюной брызгал от бешенства при виде Легенды Спецкорпуса и так яро настаивал на его ликвидации. Видать, последний Артериус порядочно им дерьма в вентилятор накидал.
 - Готово! - облегченно выдал Аэте, прерывая мои размышления.
 Синяя голограмма инструментрона погасла, асур аккуратно нажал на кнопку открытия дверей. Створки стремительно ушли в стену, являя нам... удивленно хлопающего всеми четырьмя глазами батара, держащего в руках штурмовую винтовку.
 Аэтериос среагировал моментально. Инстинктивно. Не задумываясь ни на мгновение. Он шагнул вперед и резко, с силой ударил противника в грудь, пробивая насквозь. Рука вошла в тело захрипевшего батарианца по локоть, проламывая ребра и разрывая сердце. Короткий обратный рывок, и мертвый боец в темно-коричневой броне кулем рухнул под ноги асуру, содрогаясь в агонии и заливая пол кровью.
 Две с половиной секунды.
 - Ой... - выдал Аэ, виновато потупившись, и... вытер руку о ближайшую стену, оставляя кровавые полосы и слегка процарапав металл когтями. - Не рассчитал. Они такие... э... мягкие.
 Я прикрыла глаза, булькнув ругательство. Мягкие они...
 - Я не специально... - еще виноватее добавил он.
 Выглядело это... феерично. Аэтериос - высокий, телосложение у него довольно мощное, хоть и лишено массивности, что прекрасно подчеркивает тяжелая броня, а сейчас, в боевой обстановке, он двигается так, как привык: мягко, плавно, с грацией хищника и экономной эффективности опытного убийцы. Но своим поведением, интонациями и позой ребенка, застуканного над ополовиненной банкой с вареньем, асур-тар на корню уничтожал саму возможность его верно оценить. И что самое страшное, бойцы на это... покупались.
 Прав Аэтериос: подобные ошибки в оценке других разумных для живущего войной недопустимы ни при каких раскладах.
 - А... может, дальше... это... пойдем? - робко предложил Аэ.
 Виктор отмер и расхохотался, чуть согнувшись и уперев руки в бока. Рамиро прикрыл забрало шлема рукой в крайне характерном жесте, Джейн ошарашенно молчала, растерянно переводя взгляд с кровавой размазни на стене, на труп, с мертвого батарианца на асура, спрятавшего окровавленную руку за спину и не знала, как на это реагировать.
 - Ну, дальше... - еще тише и осторожнее уточнил парень.
 Молот зашелся еще громче, взрывая чувствительный слух раскатистым хохотом с истерическими всхлипываниями, щедро доносимыми наушниками.
 - Аэ прав. Идем. - коротко сказала я.
 Бойцы потянулись на причальные площадки, поглядывая на испачканную стену и царапины на металле. И только Рамиро присел возле трупа, осмотрел его, полыхнул ярким изумлением и тяжелой задумчивостью, окрашенной беспокойством.
 Ну хоть кто-то заметил очевидное.
 - Аэте, держись рядом. - мягко сказала Джейн, скрывая легкое недовольство и опасение за жизнь сильного, тренированного, но ужасающе беспечного техника.
 Аэтериос расплылся лужицей умиления и счастливо выдал:
 - Хорошо!
 Вот же сволочь! Только что он на их глазах грохнул несчастного батарианца, но лишь укрепил бойцов во мнении, что он - малолетка, неспособный трезво оценивать ситуацию, в которой оказался. И ведь Аэ это вполне устраивало! Он получил нужный ему результат. И что с того, что пострадала его оценка в глазах бойцов? Укрепил репутацию взбалмошного малолетки? С его опытом и знаниями, подобное отношение умиляло и приводило в благостное расположение духа. И это в какой-то мере хорошо: если Аэтериос отбросит это ребячество и искреннюю непосредственную реакцию, став тем, кем он является на самом деле, всем вокруг станет ОЧЕНЬ... скажем так, неуютно.
 - "Начинаешь приручать?"
 Аэ ответил довольно быстро, самостоятельно синхноризировавшись с моим разумом:
 - "Я помню уговор."
 Легкая обида от самой мысли, что я могла усомниться в его верности данному слову, настороженность и собранность: идя чуть позади Джейн, асур внимательно отслеживал происходящее, совершенно не выпадая во время ментального общения из реальности.
 - "В отсутствии у тебя проблем с памятью я не сомневаюсь." - отправив ему волну точно такой же легкой обиды, я вошла в небольшое служебное помещение, ведущее к причальным площадкам, быстро сканируя огромное четырехсекционное помещение за массивными дверями. - "Я не об этом."
 Аэте меня понял сходу:
 - "Ей это нужно."
 Резонно. И правильно. Джейн действительно нужно то, что этот обаятельный седой отморозок собирается сделать. Довольно распространенное явление в среде таких как он: осторожное приручение. В принципе, нечто подобное сделала и я с учетом специфики приручаемых: неосознанно с Найлусом и сознательно с Гаррусом.
 - "И только?" - иронично поинтересовалась я. - "На ближайшей площадке батарианец и два варрена у опор корабля. На соседней - четыре батарианцы и два варрена. Третья пустая. На четвертой шесть батарианцев."
 Что-либо добавлять или отдавать приказы надобности не было: Аэтериос прекрасно знает, что от него требуется и какова у него задача в этой высадке.
 Асур пропал с поля зрения Джейн единым плавным движением, буквально растворившись в полумраке причальной площадки, избегая резких рывков и жестов, привлекающих внимание.
 - "Нет. Это нужно мне. Помогает держать себя под контролем." - бесшумно продвигаясь вдоль стены к дверям ответил Аэ, возвращаясь к нашему беззвучному разговору. - "Тебя чем-то пронять сложно, Найлус меня знает, Ррус представление об асурах имеет: это не стимулирует у меня желание сдерживаться. Я знаю, что вы воспринимаете меня без иллюзий. В отличии от Джейн. Я не хочу ее... напугать."
 Логично. Присутствие Карамельки вынуждает Аэ сдерживать инстинктивные порывы и вести себя помягче. Заодно дает повод ознакомиться с человеческим социумом, раз ему так приглянулась женщина, выросшая в этом социуме. Хороший стимул.
 Аэ обошел Виктора, не выходя из его слепой зоны, безошибочно, инстинктивно высчитав угол обзора человека, степень внимательности, манеру движения и даже ритм, в котором боец осматривался, в нужный момент отвлекши внимание щелчком когтей. Виктор резко развернулся на едва слышных звук, но асур уже был за его спиной и беспрепятственно ускользнул за огромный контейнер с пометкой "корабельное оборудование", так и не попав в поле зрение человека.
 Именно поэтому такие создания настолько смертоносны и опасны. Как вампиры, как любая нечисть, многократно превосходящая человека по силе, скорости, реакции и интуиции. Не зря их... нас называют тварями. И боятся. До дрожи, до жути, до животного ужаса, истребляя при любой возможности, не пытаясь наладить контакт и попытаться приручить.
 А зря. Если кто-то сможет получить доверие боев... такого создания, он получит самого верного и искреннего друга. Или не только друга. Все зависит от собственных желаний и потребностей. Такие создания могут дать очень и очень многое: они верные, они искренние, они никогда не предадут и не бросят, они ВСЕГДА будут рядом и отдадут своему избраннику все, что смогут. Надо всего лишь честно осознать их суть и принять такими, какими они являются. Без иллюзий и самообмана.
 - "Ты прав. Ее пугать не стоит. Она милая, но..." - я не стала договаривать, отслеживая по ауре перемещения Аэте, успевшего пересечь просторное служебное помещение, аккуратно взломать замок на двери и выйти на причальную площадку.
 В лишних словах не было нужды: асур мог смотреть в души столь же чутко, как и я.
 - "Да, я знаю." - мысли Аэте полыхнули азартом: заметил первого варрена, чуть отошедшего в сторону и напряженно принюхивающегося.
 - "В таком случае должен понимать, что если тебе удастся задуманное, Джейн сможет тебя понять и сумеет принять таким, какой ты на самом деле, не тот образ, который ты создал: предпосылки к этому у девочки есть. Но при этом она к тебе прикипит душой." - в моих мыслях было то же спокойствие и безмятежность. - "Если это произойдет, я не позволю тебе умереть, даже если Сарен пустит себе пулю в голову у тебя на глазах."
 Тихий ментальный смех и искристое... хм... предвкушение было весьма своеобразным ответом.
 - "Я уверен: ты не допустишь подобного."
 Даже так? Его уверенность в моих силах, несомненно, льстит и греет мое эго, но асур говорит то, что думает, не пытаясь сглаживать слова. И это тешит мое самолюбие еще больше, хоть и вызывает закономерные опасение: признание чужой полезности и ценности у темных существ, к которым в полной мере относится Аэтериос, обычно предшествуют накладыванию тяжелой собственнической лапы. Прямо или опосредованно.
 - "Отчего такая уверенность?"
 Стремительный рывок асура, один-единственный мощный удар, и парализованный варрен падает на пол с перебитым позвоночником. Рокот работающего оборудования немного сгладил шум удара. Второй встревожился, батарианец обернулся, но, заметив отсутствие второго зверя, немного успокоился: его вера в боевых зверей была непоколебима.
 - "Сарен тебе нужен." - отозвался Аэтериос, сворачивая шею животному и заталкивая труп под опору корабля.
 - "Нужен." - согласилась я.
 - "Ты сама говорила: живым, здоровым и психически стабильным..." - тихий ментальный смешок. - "Как и мне."
 С этим сложно поспорить. По этому вопросу у нас полное взаимопонимание. Да, я никогда не видела Сарена живьем, но то, что я узнала о нем от Найлуса и самого Аэтериоса создало вполне ясный образ легендарного Спектра. Очень интересный образ.
 - "Ты же понимаешь, мы можем и не найти общий язык."
 Асура мое высказывание... позабавило. Ирония и лукавство сгладили льдистое спокойствие накатывающего хараза.
 - "Вы? Не найдете общий язык?" - Аэте не сдержал яркий скепсис, приближаясь к стоящему у дальней опоры батарианцу и нервничающему варрену. - "Только в случае, если ты сама не захочешь достичь взаимопонимания. Но этого не будет."
 Удержаться от язвительности я не смогла:
 - "Уверен?"
 Тихий-тихий ментальный смех.
 - "Ты сама сказала: Сарен тебе нужен." - спокойная констатация осмысленного и принятого как данность факта, не вызывающего никакого негатива или неприятия. - "Ты такая же, как и я." - вкрадчиво продолжил асур. - "Не умеешь делиться тем, что считаешь своим. Ты не захочешь делиться. Ты не откажешься."
 Сволочь седая. Уже успел вычислить, что я такое и какова моя суть. Четко провел аналогии с собой и особенностью психики своего народа. Правильно понял. И теперь использует это знание, поворачивая в разговоре нужной ему стороной для получения желаемого результата: гарантии выживания своей привязки. И ради этого он сделает не просто многое... Аэтериос сделает ВСЁ, чтобы Сарен выжил и не тронулся рассудком.
 Конечно, я могу взбрыкнуть, показать норов, сделать в пику, наоборот, из уязвленной гордости и самолюбия. Но зачем? Это же глупо: делать хуже себе и окружающим только из детского мелочного желания продемонстрировать свой характер. Моя гордость, как и мое самолюбие нисколько не уязвились: Аэте прав. Если я не ошиблась в выводах и анализе ситуации, делиться я не захочу. Это противоречит моим инстинктам и мировоззрению.
 А демонстрировать свой норов, крав и характер через мелочное, глупое сопротивление и противопоставление... я уже давно не ребенок, и не нуждаюсь в подобных нелепых актах самоутверждения.
 Вопрос в другом:
 - "А ты готов поделиться?" - скептически спросила я.
 Ответ пришел мгновенно. Такой, какой я предполагала:
 - "А мне не придется." - искренне, с долей недоумения на саму идею делиться своей привязкой, ответил полностью довольный Аэтериос.
 Ментальное общение более быстрое, чем разговорная речь и не мешает в бою. Если привыкнуть. А у асура привычка была вбита изначально.
 - "Я могу пойти и другим путем." - моя мысль была окрашена иронией и заинтересованностью: я давала понять, что это лишь праздный интерес.
 Аэ меня понял вполне правильно: ментал осыпало искрами веселья.
 - "Можешь. Но не пойдешь. Ты слишком похожа на меня."
 Очень наблюдательная, умная, беспринципная сволочь с огромным жизненным опытом.
 Бойцы проверили прямоугольное, несколько захламленное помещение, подошли к массивным шлюзовым дверям, помаргивающим нам зеленым огоньком взломанной системы замка.
 - Где Аэте? - растерянно спросила Джейн, заметившая отсутствие асура.
 - Работает. - ответила я, нажимая светящуюся зеленым клавишу, краем сознания слушая разговор Гарруса с Кейт Боумен через призму его восприятия.
 Створки с тихим шипением ушли в пазы в стенах, пропуская нас на слабо освещенную причальную площадку. Бойцы тут же рассыпались, разошлись, проверяя территорию, осторожно приближаясь к стоящему на опорах небольшому батарианскому кораблю. Единственный, кто остался стоять рядом со мной - Рамиро. Чуть в стороне столбом замер Виктор: он, как и аналитик, заметил едва уловимое движение у дальней опоры работорговца. Чувствительное восприятие ошпарило изумлением и оторопью. Боец опознал в стремительной тени пропавшего из вида "техника" и теперь пытался понять, как асур попал на причальную площадку раньше них. И почему они этого не заметили.
 Пусть думает.
 - Удивительное зрелище, не правда ли? - сказала я по приватному каналу, настраиваясь на частоту итальянца.
 Рамиро согласно кивнул, не отрывая взгляда от Аэтериоса, снявшего с захвата меч. Только эмоции резко взбурлили: настороженность, подозрительность, недоверчивость, опаска. Понимает, что подобные слова не говорят просто так. Знает, что он меня заинтересовал. Знает, что у меня на него какие-то планы, но не может понять, что мне от него надо, и потому нервничает.
 Молниеносный удар клинка, и батарианец без единого звука падает на пол: клинок пробил основание шеи, убив мгновенно. Тут же - резкий разворот и сокрушительный удар по варрену.
 Виктор завернул за опору корабля, присвистнул, опустил дуло винтовки. Аэте даже не повернулся, стряхнул кровь с клинка и повесил оружие на захват, раз уж вытереть меч не обо что.
 - Техник? - тихо спросил Рамиро.
 - Аэте - хороший техник. - тем же тоном ответила я.
 Итальянец медленно повернул голову.
 - Но ведь он не только техник.
 Я улыбнулась. Меня так и подмывало ответить: "Так ведь и ты не только снайпер", но я подавила мелочный порыв подколоть взведенного человека, ограничившись нейтральным:
 - Он вырос в Иерархии.
 - Исчерпывающий, но многозначительный ответ. - итальянец хмыкнул. - Полагаю, вы знаете?
 Риторический вопрос не требовал ответа. Конечно, я знаю, что из себя представляет беловолосый асур, вытирающий сейчас меч небольшим кусочком ткани, молча переданным ему Виктором.
 - Вы чрезвычайно умный и наблюдательный человек, Рамиро. - доброжелательно произнесла я. - Если вам потребуется обсудить сделанные выводы или вы захотите услышать ответы на свои вопросы, приходите.
 - Благодарю, Спектр. Я запомню.
 Еще бы он не запомнил!
 Рамиро придет. Не сразу. Какое-то время он будет присматриваться, пытаться найти ответы самостоятельно, а когда это у него не получится, он придет ко мне с вопросами. Не потому, что его так уж сильно гложет любопытство. Не потому, что ему так уж нужны эти ответы. Нет. Рамиро прекрасно понимает, что есть информация, которая может разделить события на "до" и "после". Он придет потому, что несет ответственность за других: за своего подопечного, за Джейн, за Виктора и Севера, даже если они искренне считают обратное.
 Но важно не только это. Важно другое. Аналитик с повадками наемного убийцы прекрасно понимает, что деваться им с космического корабля некуда. Так получилось, что он и его подопечный Диего вляпался в сферу интересов Спектров Совета. Если у других еще есть какие-то иллюзии относительно возможностей оперативников Специального Корпуса Тактической Разведки, то Рамиро четко знал, какой властью мы обладаем и какими ресурсами можем оперировать. И прекрасно осознавал, что если нам действительно потребуется, мы их найдем где угодно.
 - Я так полагаю, на причальной площадке врагов уже не осталось? - в мягком голосе Рамиро проскользнула ирония.
 - Аэте хорошо выполняет свою работу. - нейтрально ответила я.
 Ворчливый голос Руне, раздавшийся по внутриотрядной связи, подвел черту под нашим разговором:
 - Чисто!
 - Джейн, бери своих людей и зачисти этот корабль. По возможности обойдитесь без убийств. Батарианцы мне еще нужны. - сказала я. - Проверьте отсеки с рабами и отметьте в списке персонала, кого вы там обнаружите.
 Рабы на корабле были, я это ощущала очень четко. Конечно, я могла бы сама пересчитать и назвать всех поименно, как и всех шестнадцатерых батарианцев из экипажа корабля "Ит"Атараль". Но зачем? Не надо все делать самой, если есть подчиненные: это вредно для подчиненных.
 - Вас поняла. - коммандер глянула на меня, на невозмутимого Аэте, уже успевшего вновь подключиться к системе безопасности комплекса, но вопрос сдержала.
 - Когда возьмете корабль под контроль - сообщите.
 - А вы?
 Все же, не удержалась, спросила. Хорошо. Начинает оттаивать.
 - А я буду выполнять свою работу Спектра.
 Спорить Джейн не стала, коротко кивнула, махнула своим людям и побежала к услужливо опущенному трапу корабля. Но легкая обида все же промелькнула, окрашенная раздражением и злостью.
 Я не сдержала улыбки, идя к двери. Аэте прав: она милая.
 Створки скользнули в пазы, пропуская нас в просторное помещение второй причальной площадки, о чем и сообщила огромная белая цифра, нанесенная на стену непосредственно у входа. Мы зашли, двери закрылись.
 - Аэ. Они твои.
 Асур вскинул голову. В эмоциях льдистое спокойствие и настороженное ожидание.
 - Пленников по возможности оставь в живых, но они не должны ничего увидеть. Когда закончишь - убери трупы на корабль так, чтобы их сразу не нашли. И постарайся не слишком... напачкать.
 Он резко, рвано кивнул.
 Я приоткрыла свой разум, позволяя асуру погрузиться в поверхностные мысли и эмоциональный план, но жестко перекрывая ментальный канал в сторону Найлуса и Гарруса. Не стоит им ЭТО ощущать. Не сейчас.
  Аэте замер, широко распахнул глаза, аура забурлила, рассвеченная всполохами эмоций, словно зеркало реагируя на мое состояние. Сейчас он... нестабилен, балансирует на грани самоконтроля и глубокого срыва, из которого сам уже не выйдет. Ментальная спарка создает слабую имитацию присутствия привязки и позволит асур-тар удержать разум, стабилизироваться и убережет от падения в хараз, а мне даст возможность остановить его в случае необходимости.
 - Спасибо... - едва слышно прошептал он, дублируя в мыслях.
 Положив ладонь на нагрудные пластины его брони, я позволила взбудораженному асуру ощутить прикосновение отсвета моей души. Темного, насыщенного, клокочущего от переизбытка энергии, разом сбивая напряжение и вынуждая расслабиться.
 - Это состояние ненадолго. - тихо сказала я, наблюдая, как немного успокаивается раздерганная жестким самоконтролем аура. - Иди.
 Аэтериос снял шлем, осторожно обхватил пальцами мою кисть, плавно опустился на одно колено, прижал тыльной стороной ладони ко лбу и на долгую минуту замер, словно оцепенел. А потом резко встал и ушел к кораблю, сняв с захвата пламевидный клинок, за сам факт обладания которым во времена Меча убивали на месте.
 Шлем так и остался лежать на полу, выскользнувший из разжавшихся пальцев.
 
 Когда я подошла к двери и нажала на клавишу, услужливо светящуюся мне зеленым светом, ментал прошила вспышка чужой боли и острой жажды крови, а наполненная рокотом работающего оборудования тишина огромного ангара разбилась криками, рычанием и визгом варренов, звуками стрельбы и невнятными возгласами растерявшихся батарианцев. Створки за моей спиной мягко сомкнулись, разом обрубая все звуки.
 За жизнь Аэтериоса я не переживала: слишком велика разница в уровне. Асур не терял головы даже в таком состоянии, оставаясь высококлассным воином, а мощный силовой щит, чей генератор занимал один из браслетов, позволял вести бой одним мечом даже против вооруженного стрелковым оружием противника.
 Всегда чем-то приходится жертвовать.
 Накатывающие эмоции асура сбивали восприятие и расшатывали самоконтроль: яркие, мощные, чистые и абсолютно искренние, без малейшего намека на попытку подавить столь недостойные разумного существа чувства. Асур убивал с наслаждением, всем естеством отдаваясь вакханалии контактного боя, когда под руками трещат кости врага, когти перчаток разрывают броню и вспарывают чужую плоть, а теплые брызги чужой крови щедро орошают лицо, стекая по губам...
 Тряхнув головой, отстранилась от восприятия Аэте. Мне нужна холодная голова. Нас двоих в таком состоянии этот булыжник не выдержит.
 Надеюсь, этот белобрысый монстрик догадается воспользоваться благами цивилизации на батарианском корабле и приведет себя в порядок...
 
 Причальная площадка с небольшим грузовым чартером с логотипом компании на борту встретила меня тишиной и пустотой. Просканировав огромное помещение, я пошла дальше. Никого и ничего.
 По телу пронеслась обжигающая волна незамутненного бешенства, сбивая с шага. Что могло случиться такого, чтобы Аэ пришел в такую ярость? Прикрыв глаза, настроилась на разум асура, с головой окунувшись в его эмоции, глядя на мир через призму его восприятия.
 Аэте поднялся на корабль и зашел в отсек рабов. Вдоль стен - боксы с накачанными наркотиками людьми, уложенными в индивидуальные капсулы. Логично. Зачем возиться с остающимися в сознании пленниками, если можно из сложить как бревна и довести до места назначения в виде молчаливых и несопротивляющихся тушек. Аэтериоса разозлили не упакованные багажом пленники, не избитый до беспамятства человек, не забившаяся в угол девчонка, с ужасом в глазах смотрящая на орошенного кровью седого убийцу. Нет. Асура взбесило иное.
 - "Аэ?" - мысль-вопрос, дополненная волной спокойствия и искреннего переживания за него сбила кровавую ярость, возвращая намеки самообладания.
 - "Они посссмели..." - прошипел асур, рывком поворачивая голову.
 Вот оно что... Еще один разодранный труп. Молодой парень, лет двадцати на вид, не больше, смотрящий в потолок уже остекленевшими глазами. Рядом - разорванный буквально на части варрен и переломанный батар. Такую искреннюю ярость и незамутненное бешенство вызвало не то, что батарианцы натаскивают своих зверей на людей, позволяя питаться пленниками, а то, что от умершего на глазах асура паренька шло четкое, чистое ощущение СВОЕГО! Для Аэтериоса варрен задрал не просто человека, зверь жрал заживо ЕГО СОРОДИЧА! Юного, необученного, неизвестного, но сородича!
 Такие как Аэте своих вычисляют безошибочно.
 - "Не теряй головы!" - льдистая аура моего гнева немного отрезвила асура. - "Всему свое время. У тебя сейчас другой приоритет!"
 Аэтериос прикрыл глаза, медленно вдохнул воздух, выдохнул.
 - "Я знаю. Я подожду."
 - "Умница." - я мысленно погладила его по голове, отчего Аэ улыбнулся и чуть расслабился. - "Заканчивай с зачистой."
 Ярость вновь забурлила, но холодно, расчетливо, без пламени накатывающего хараза. Аэтериос будет убивать осознанно. Немного не то, что надо, но лучше, чем сорвавшийся в кровавое безумие асур.
 - "Когда закончишь, сними с корабля что-то мелкое. Что-то такое, без чего он никуда не полетит, но что можно быстро поставить на место, если потребуется."
 - "Сделаю".
 Я снова послала Аэтериосу волну поддержки. С меня не убудет, а ему приятно.
 - "И еще, Аэ, прошу, оставь пилотов живыми. По возможности."
 - "Я постараюсь..." - затухающая мысль-ответ.
 Я отстранилась от его разума, с трудом восстанавливая собственное спокойствие. Вот же... заряд бодрости...
 Створки дверей, ведущих на последнюю, четвертую причальную площадку открылись, и я сразу ударила, гася сознание разумных, стоящих у входа. Два батарианских солдата без звука ссыпались на пол. Эти мне нужны целенькие, без травм и смертей. Мне с их командиром еще предстоит договориться. Полюбовно, а не так, как я буду договариваться с моей будущей собственностью.
 Мастеру-менталисту нет нужды устраивать зрелищный бой. Зачем? Я прекрасно ощущаю четверых батарианцев, стоящих попарно у небольшого скоростного фрегата ВКС Гегемонии. Я вижу их мысли, ощущаю эмоции, и мне ничего не стоит воздействовать на их разум и погрузить подчиненных Балака в сон, близкий к коме, из которого они без моего вмешательства не выйдут никогда.
 Корабельный шлюз закрыт. Параноики... Ну да не важно! Короткая ментальная команда "спать", подкрепленная широкополосным ударом погрузила двадцать семь разумных в крепкий беспробудный сон. Явится Балак - поговорим. А говорить ему придется: оба пилота спят в своих креслах. Вчиталась в спящее сознание... Да, пилотов на корабле всего двое. Никуда без них Ка"Хаирал не улетит...
 Можно оставлять как есть. Пусть Балак посмотрит, проникнется, осознает. Вот он, неподалеку: яркий, мощный разум в окружении соратников, которым доверяет, и сородичей, вызывающих раздражение и брезгливость. Я присмотрю за ним чтобы попавший в безвыходное положение военный офицер не натворил глупостей.
 Развернувшись, пошла обратно. Подожду, пока Аэте закончит резню и придет в себя. Ну и прослежу заодно, чтобы никто из людей не пришел в неподходящий момент.
 - "Мрир, тебе это может быть интересно." - неожиданно раздался ментальный голос Рруса с ощущением острой дергающей болью в спине.
 - "Что-то случилось?" - спросила я, настраиваясь на его сознание.
 - "Джон нашел... выжившего." - с некоторой иронией ответил он.
 В разговор включился скучающий Найлус, заостряя внимание на зафиксированной бинтами руке темноволосого чуть побледневшего мужчины:
 - "Больше похож на пленного."
 Ррус согласился.
 Я зашла на вторую причальную площадку и села на опору корабля, чутко вслушиваясь в творящееся на его борту, одновременно слушая через восприятие Рруса разговор с инженером, представившимся Саймоном Этвеллом. А разговор разворачивался чрезвычайно занятный, больше напоминающий завуалированный допрос...
 - Мне одно непонятно. - сказал Нико, подталкивая человека в спину. - Батарианцы особой щепетильностью не отличаются, но они во всем ищут выгоду. Зачем им уничтожать планету? Что это им даст?
 Хороший вопрос. Нам всем это интересно.
 Инженер охотно решил поделиться своими мыслями на этот счет:
 - Я слышал всякое. Как из людей делают рабов и обращаются с ними хуже, чем с животными. Как пираты сжигают дотла колонии. Но чтобы так... - человек всплеснул руками.
 До нас донеслась язвительная ирония Найлуса:
 - "Реалии рабовладельческого общества он знает из сплетен. Ни один работорговец не будет портить свою собственность." - ментальный аналог фырканья и яркий образ какой-то разгромленной базы в джунглях ненаселенной планеты. - "Пираты никогда не сжигают колоний, они их ГРАБЯТ! В отличии от Корсаров."
 - "Сталкивался?" - спросил Ррус.
 - "С Корсарами? Я - нет. Сарен - да." - кратко ответил Най, заинтересованно слушая продолжение беседы. - "С пиратами иметь дело приходилось."
 Николаус счастливо оскалился и взялся за жертву активнее:
 - Есть какие-то мысли насчет того, кто за всем этим стоит? Кто у них командир? Возможно, тогда станет яснее...
 Ответ оказался неожиданным. Для всех.
 - Я слышал, как двое из них упоминали какого-то "Балака". Похоже, он у них главный. Вроде бы, им не очень нравится происходящее, но они его боятся и выполняют все, что он скажет.
 Оп-па! И где это мы умудрились подслушать разговор двух батарианцев? Притом так, чтобы не попасться варрену, а чуйка у генномодифицированных хищников на высоте.
 - "Конечно, выполняют! Выбора-то у них нет!" - буркнула я. - "Балак - военный офицер в высоком звании. Мне одно интересно, откуда он вообще узнал это имя? Услышал? Из переговоров батаров? Он что, в главном комплексе был? Или взломал их частоту?"
 Ментальный ответ наставника подтвердил мои мысли:
 - "Я вообще не понимаю, что они забыли на этом куске камня." - недоумение и подозрительность Найлуса щедро сдобрила язвительность. - "Гораздо проще и прибыльнее приземлиться у небольшого городка на планете и набрать рабов там."
 Спектр с огромным опытом пришел к тем же выводам, что и я, озвучив их одним предложением. Ррус с нами согласен. Он тоже не понимает логику действий батарианцев. Никто не понимает. А она должна быть.
 - "Встречу Балака - обязательно спрошу." - хмыкнула я. - "Все равно он никуда без моего разрешения не полетит."
 Найлус оживился.
 - "Уже взяли корабли?"
 - "Да. Подчиненные Балака спят на своем фрегате. Один корабль работорговцев берет Джейн и ее люди." - я прислушалась к ментальному плану, переключив внимание на происходящее в соседнем ангаре. - "Скоро закончат. А второй..." - пожала плечами и ненадолго позволила турианцам ощутить то, что творилось над моей головой. - "Аэте нашел своего сородича. Среди пленников. Его очень расстроило, что паренька задрал варрен..."
 Пока мы общались, чудом спасшийся от внимания батарианцев и, главное, их зверья, инженер продолжал изливать свое видение ситуации:
 - Конвенции Цитадели запрещают направлять астероиды на планеты! Я думал, что батарианцы до этого не дойдут...
 - Я тоже думаю, что они до этого не дошли. - невозмутимо и как всегда добродушно согласился Гаррус. - Я прекрасно помню, как перед нашим приходом группа батарианцев безуспешно пыталась получить доступ к консоли управления двигателями.
 Выражение рожи Джона, прекрасно видимое через прозрачное забрало, погрело не только мою темную душу, но и несказанно порадовало Найлуса.
 Инженер от такой ремарки растерялся.
 - Может, они их включили из главного комплекса? - мягко произнес Нико, не прошедший мимо такой возможности. - Саймон, это же возможно?
 Подстреленный ответил:
 - Если знать коды и протоколы запуска - да, можно.
 Николаус расцвел, но его опередил вопрос Рруса:
 - Интересно, откуда у батарианцев могут быть коды и знание протоколов запуска? - не меняя интонации произнес он.
 Следователь за работой... С поддержкой такого же как и он высококлассного диверсанта и аналитика. Или еще кого-то - Нико полон талантов.
 - Я... не знаю. - растерялся Саймон.
 - Может быть - пытки? - выдвинул очередное предложение Николаус.
 С этим предположением инженер согласился:
 - Возможно. Эти батарианцы такие жестокие. Я видел, как они разбивают скафандры у тех, кто работал в вакууме. Да еще эти варрены... По-моему, они не всегда дожидаются, когда люди станут... трупами, прежде чем покормить варренов.
 Гаррус и Нико переглянулись и уставились на Саймона, до которого не дошло, что именно он ляпнул.
 - Скажите, Саймон, а где вы видели, как батарианцы разбивают скафандры работающим в вакууме людям? - вкрадчиво, четко копируя интонации Гарруса, спросил Николаус.
 - И где вы видели, как они скармливают варренам людей?
 
 Приближающаяся к дверям причальной площадки аура Рамиро вернула меня к реальности, заставляя отвлечься от крайне интересного и познавательного разговора. Вот чего ему не терпится? Он - не вовремя: Аэте еще не закончил на корабле.
 Или вовремя?
 Рамиро уже увидел достаточно странного, чтобы у него возникли подозрения и сомнения. Вопросы в светлой голове итальянца множились, накладывались друг на друга, порождали гипотезы, которые внимательно рассматривались и в большинстве своем отметались острым разумом прирожденного аналитика. Конечно, можно вмешаться и свести его любопытство к минимуму, но... зачем? Любопытство сгубило очень многих разумных, вынуждая их добровольно соваться туда, куда они бы никогда не полезли. Рамиро умен. Но он любопытен. И он сам, добровольно влезет в информационный капкан, из которого уже не выберется. А если влезет он, за ним потянутся остальные.
 Улыбка сама собой расплылась на губах. Любопытство - страшное свойство разумного существа. Опасное. Многогранное. И на него так легко ловятся умные, осторожные и даже недоверчивые люди.
 Яркая вспышка боли где-то над моей головой, оттененная холодным удовлетворением асура, добившего последнюю жертву, совпала с шипением открывающейся двери. На причальную площадку вошел Рамиро, принеся с собой флер настороженности.
 Посмотрим, насколько он оправдывает свое многозначительное имя...
 - Вы закончили? - спросила я, привлекая внимание аналитика.
 - Заканчиваем. Корабль захвачен, экипаж взят в плен. Потерь в отряде нет, у батарианцев трое погибших. - коротко отрапортовал подошедший итальянец, покосившись на шлем Аэтериоса в моих руках.
 - Прекрасно. - умиротворенно произнесла я. - Возвращайтесь к отряду. Убедитесь, что пленные не смогут освободиться.
 Рамиро глянул на открытый шлюз батарианского корабля.
 - А...
 - Мы уже закончили зачистку. - тем же мирным тоном ответила я на незаданный вопрос. - Идите, Рамиро. Мы скоро подойдем.
 
 
 
 
 

Глава 43: Х57: батарианцы


 
 
 - Это все, что я знаю. - Саймон развел руками.
 - Значит, ваш непосредственный начальник дал вам это поручение перед своей смертью от варрена? - въедливо уточнил Николаус.
 Инженер понуро кивнул.
 - Да.
 - И вы согласились на такой... бессмысленный план? - уточнил Гаррус.
 Саймон вздохнул и ответил:
 - Я был против. Я ему говорил, что батарианцы не глупы. Если они официально признают это нападение, Совет это не оставит без последствий. Я так думаю, они действуют не с ведома своего правительства. Наверное, они сами по себе.
 - И что ответил вам Сэм?
 - Он сказал, что если четырехглазые сами не могут усмирить своих фанатиков, придется это сделать нам.
 Джон нахмурился.
 - И вы?
 - С этим я согласен. - Саймон покачал головой и пояснил свою точку зрения: - Не хотелось, чтобы партия Терра Фирма использовала угрозу моему миру как повод вторгнуться на чью-то планету.
 - И это все? - уточнил Нико.
 - Все. Пока я надевал скафандр и спускался на нижний ярус, Сэм должен был обойти протокол безопасности и включить защиту астероида с системой зачистки комплексов маршевых двигателей. Защиту он включил, но запустить протокол карантина не успел: зверь выскочил внезапно. Сэм даже не успел среагировать, когда варрен на него прыгнул и выбил из рук пистолет. Он еще кричал мне: "Стреляй!", но я же не умею! Пока я понял, как его перевести в боевое состояние, Сэму уже горло порвали.
 Саймон не лгал: изрядно поеденный варенном труп Сэма Уиндерса был найден на сетчатом пандусе тремя ярусами ниже.
 - Как вы выжили? - задал вопрос Гаррус.
 - Я стоял на пандусе на уровень ниже, и пистолет ко мне просто упал: его выбило из рук Сэма. Когда варрен на меня побежал, я успел залезть на техническую лестницу, ведущую в одну из штолен. Их под технические выходы приспособили после окончания разработки породы. Так и сидел там, пока еще батарианцы не пришли, и мне пришлось выйти на поверхность, иначе меня бы заметили: варрен не уходил и сидел под лестницей.
 Николаус беззвучно присвистнул.
 - И сколько вы провели на поверхности?
 - Четыре часа. Уже кислород стал заканчиваться. Потом увидел, как поднялись турели. Вас заметил, когда вы внутрь заходили. Пока спустился, пока дошел... - Саймон запнулся и всплеснул здоровой рукой.
 - Извините за руку. - вступил в разговор Джон.
 Инженер тяжко вздохнул.
 - Я понимаю. Сам виноват. Не надо было размахивать оружием, которым не умеешь пользоваться. - понуро произнес он. - Но я тогда был напуган, вот и...
 Мужчина поморщился.
 - А почему вы с нами, как с идиотами говорили? - полюбопытствовал Раймонд.
 Саймон смущенно потупился.
 - Многие люди не смотря на то, что мы уже тридцать лет как вышли к звездам, слабо понимают небесную механику и даже базовые физические законы. Я сталкивался с подобным, когда общался с бойцами из службы охраны. Простите, сработал стереотип.
 Джон хмыкнул.
 - А мы уже начали думать всякое, когда вы нам говорили отключить двигатели.
 - Я рассчитывал, что пока вы будете отключать двигатели по одному, астероид успеет развернуться: расстояние между комплексами немалое.
 Бойцы переглянулись. Инженер так и не догадался, что группа на астероиде не одна.
 - И еще: перед атакой я выслал на участок группу инженеров. - неожиданно добавил Саймон, встрепенувшись. - Это плановая проверка состояния каменной оболочки астероида. Мы их проводим каждые три дня: проверяем на наличие или отсутствие трещин, прочность и внутренние напряжения. Боюсь, как бы с ними что не случилось. Они эти сутки не выходили на связь.
 - Где могут находиться инженеры? - тут же загорелся Джон.
 - Они отправились проверить оборудование на поверхности. Я отмечу расположение контрольных стан...
 Неожиданно пол дернулся, задрожал, покачнулся, словно астероид вздрогнул, споткнулся обо что-то. Саймон заполошно вскочил, попытался было подбежать к консоли, но его перехватил Николаус.
 - Успокойтесь. - аналитик практически насильно усадил инженера. - Это включили тормозной двигатель.
 - Тормозной? - растерянно пробормотал тот. - Простите, я думал...
 Джон покачал головой, но человеку ответил Гаррус:
 - Одна группа не успела бы ни остановить, ни развернуть астероид. Расстояние между маршевыми двигателями слишком велико, чтобы его пересечь за срок, оставшийся до входа Х57 в верхние слои атмосферы. Если бы миссия была лишена шансов на успех, группы не стали бы высаживаться.
 - Но тогда бы...
 Саймон прижал к груди травмированную руку, не находя слов, способных выразить его чувства.
 - Спасение Терра-Новы не является частью нашей задачи. - спокойно ответил турианец. - Мы могли и должны были отправить сообщение ближайшему военному кораблю Альянса Систем о происходящем в Асгарде, и продолжить нашу миссию. То, что мы здесь - это случайность и решение Спектра Совета.
 Глаза инженера были полны растерянности и искреннего недоумения.
 - Так вы не из Альянса?
 Саймон переводил взгляд с Гарруса на Джона. Вернее, на знак подразделения N7, прикрепленный на нагрудной пластине брони.
 - Я - нет. - усмехнулся турианец. - А коммандер и его люди - военные Альянса Систем, переданные в подчинение Спектру Совета.
 Пока инженер обдумывал сказанное, в разговор вновь включился Николаус:
 - Скажите, Саймон, вы знаете женщину по имени Кейт Боумен?
 Тот оживился.
 - Да, конечно. Это один из моих лучших инженеров. Она записалась сюда с братом. Кажется, его зовут Аарон. Я точно не могу сказать: не особо интересовался. Знаю только, что он из службы охраны.
 - Что вы можете сказать о Кейт?
 - Очень умная девушка. И смелая. - тут его посетила какая-то мысль, мужчина запнулся и осторожно спросил: - А почему вы спрашиваете?
 - Она с нами на связь выходила. Недавно. Мы перехватили ее сигнал при выходе из ретранслятора, так что именно ее можете потом поблагодарить за наше присутствие на Х57.
 Инженер облегченно вздохнул.
 - Надеюсь, она хорошо спряталась. Если ее найдут... Ах, Кэти. Лишь бы ты не сделала никакой глупости.
 - Если она последует совету офицера Вакариана, с ней все будет хорошо. - флегматично произнес Николаус, потерявший интерес к инженеру.
 Гаррус промолчал, покосившись на свой "Гарпун" в руках Нико, но требовать винтовку обратно и не стал: аналитик все равно ее не отдаст, в очередной раз проигнорирует мягкое замечание владельца оружия, а отдавать приказ, который будет выполнен, он не спешил.
 
 
 Окрашенный обеспокоенностью напряженный ментальный голос асура отвлек меня от наблюдения за разговором с Саймоном, передаваемым мне Гаррусом:
 - "Имрир, мне нужна помощь."
 - "Сейчас буду."
 Что там у Джейн и ее бойцов? А, как раз заканчивают разбираться с пленными на батарианском корабле, стоящим на соседней площадке. Еще какое-то время они провозятся. Хорошо.
 Встав, я поставила шлем Аэ на опору корабля - он сейчас не нужен и будет мешать, и поднялась по опущенному трапу в трюм через узкий шлюзовой тамбур, полностью отсутствующий на "Нормандии". Асур-тар находился в отсеке рабов, сияя ярким комком взвешенной ярости, злости, тревоги и вины. Рядом с ним ощущались ауры спящих людей, четкие эманации недавней мучительной смерти и ослепительный сгусток чужого страха с едва уловимыми взблесками доверия.
 Когда я зашла в просторное, провонявшее запахами крови, пота и нечистот помещение, Аэтериос резко развернулся, одним движением вставая с окровавленного пола. Чужой страх полыхнул ярче, окрашиваясь ужасом и отчаянием.
 - Что случилось, Аэ? - мягко спросила я, подходя к балансирующему на грани срыва асуру, вглядываясь в щедро орошенное чужой кровью красивое лицо и абсолютно черные глаза, в которых ярко сияла багровая огненная радужка.
 - Помоги, прошу. Я не умею... лечить. - едва слышный голос, низкий, тягучий, с тяжелым, очень характерным рокотом, который никогда не проявляется в спокойном состоянии.
 Он отступил на шаг, давая мне возможность увидеть того, вернее, ту, что жалась к стене за его спиной. Девушка, без двух месяцев двадцать лет, невысокая, тоненькая, еще сохранившая подростковую нескладность и худобу. Острое личико с высокими скулами и пухлыми, разбитыми в кровь губами, огромные, широко распахнутые серые глаза, затянутые знакомой черной дымкой, чуть заметно курящейся в уголках. И четко различимые искры безумия, колкими осколками проблескивающие в ментальном плане.
 Бедолага... Вот так попасть под каток событий, потерять родного человека, погибшего на ее глазах страшной смертью...
 - Я помогу. - тихо ответила я, сняв свой шлем и передав его в руки асура, подошла к испуганной девчонке и опустилась в кровавую лужу, растекающуюся из-под разодранного варрена. - Аэте, убери отсюда трупы. - глянула на окаменевшее лицо, уточнила: - Паренька оставь.
 Короткий рваный кивок был мне ответом. Асур поставил мой шлем на край неиспользуемой капсулы, подошел к варрену и с силой воткнул пальцы в спину переломанного зверя, пробивая металлическими когтями шкуру и плоть, подцепляя за позвоночник, второй рукой подхватил труп батарианца за ногу и вышел из отсека, унося тела. За тушей животного широкой масляно-блестящей лентой разматывалась кровавая полоса.
 Мда. Милаха белобрысая. Хорошо хоть Джейн его сейчас не видит... И Рамиро.
 - Как твое имя?
 Мой вопрос привлек внимание девушки, заставляя ее отвлечься от происходящего. Тьма в глазах сгустилась, настороженность усилилась, но не перешла в недоверие: поведение асура четко дало понять, что меня он знает и мне можно доверять.
 - Кира. - тихонько прошептала девчонка.
 - Имрир. - протянув руку, я осторожно тронула испуганно дернувшуюся девчонку за плечо.
 Аура юной девушки, попавшей на этот булыжник вместе со старшим братом, чье еще не успевшее остыть тело лежит рядом в крови, всколыхнулась, давая четкий, болезненно-яркий отклик на отданный мною сгусток энергии, приоткрылась и охотно отозвалась на мое присутствие, резонируя с аурой асура. Аэтериос не ошибся: Кира действительно его рода. Латентный асур, чей геном пробудился на волне стресса, очищаясь от генетического мусора по инстинктивному приказу агонизирующего разума, начавшего падение в безумие, когда на глазах девушки боевой зверь рвал пытавшегося ее защитить брата.
 - Прости, что задержались и не успели.
 Кира вздрогнула всем телом, из глаз покатились слезы.
 Было ли мне жаль ее? Нет. Жалость ей сейчас не нужна: жалость бессмысленна и бесполезна, она унижает того, кого жалеют, усугубляет душевный нарыв и боль, лишь ускоряя распад. Кире нужны лечение, помощь и поддержка. Обучение, приближенное к жесткой дрессуре. Но в первую очередь ей нужен новый Якорь. Тот разумный, который удержит ее в мире живых и не даст сойти с ума. И этот Якорь она должна выбрать сама. Я могу только поддержать ее и помочь дотянуть до этой встречи, если она произойдет. Если нет... Асуры своих сородичей, бесповоротно впавших в холодное, взвешенное безумие хараза и неспособных себя контролировать в этом состоянии, уничтожают без колебаний. Как уничтожили бы Аэтериоса, если бы он в нужный момент не встретил Сарена и не стабилизировал психику.
 - Не надо. - осторожно вытирая катящуюся по щеке слезу, сказала я. - Он будет жить в другом мире.
 - Я не верю в загробную жизнь. - буркнула девчонка, выныривая из захлестывающих эмоций.
 - Правильно не веришь. Ее не существует в том виде, в котором это преподносят современные человеческие религии.
 Кира резко, рывком вскинула голову, напряглась всем телом. О, пошел отклик! Даже повадки начали проявляться. Хорошо.
 - Я говорю о другом. - между моими пальцами промелькнули яркие огненные искры активирующего диагностического плетения. - Смерть тела - не конец всего. Душа цела и будет жить. Переродится в другом мире или другой реальности.
 Серые глаза пораженно распахнулись, когда плетение окончательно сформировалось, мучительно-медленно, вытягивая из меня лишние силы.
 - Поверь мне. Я знаю, о чем говорю. - сгусток структурированной энергии сорвался с пальцев, окутывая засиявшую угрожающим алым светом девушку. - Не оставляй на нем ДОЛГ: это не даст ему спокойно жить. Отпусти брата с миром и живи сама.
 Сомнительное утешение для не осознающей своей сути асуры, на глазах которой убили Якорь ее личности. То, что она себя считает человеком, ничего не меняет: мало ли в истории примеров, когда люди сходили с ума после гибели дорогих им разумных, сознательно уходя из жизни вслед за ними? Но если она примет мои слова и поверит в то, что любимый брат будет жить, пусть и где-то далеко, это удержит ее психику в относительной стабильности, пока не появится другой Якорь, вокруг которого пересоберется заново личность. А брат жить будет: механизм перерождения никто не отменял и для разумных, теряющих память о прошлой жизни.
 При одном условии: если я справлюсь, и эта реальность не схлопнется, уничтожая вместе с собой всех своих обитателей. И меня в том числе.
 Подошел Аэте, вопросительно склонил голову. Красавец. Вся броня в кровище, на когтях остались куски плоти, снежно-белые волосы приобрели бурый цвет и слиплись, глаза все так же затянуты Тьмой, но самоконтроль он удерживает.
 - "Ты как умудрился так изгваздаться?" - иронично спросила я, посылая Аэ вид его же самого.
 Асур моргнул, глянул на окровавленные перчатки, вновь чисто по-детски спрятал руки за спину, в эмоциях плеснуло досадой.
 - "Оторвал голову батарианцу, натравившему варрена на моего сородича." - честно ответил асур-тар. - "Я был зол и немного... не рассчитал." - вина полоснула по нервам. - "Мог бы успеть..."
 - "Мог. Но кто ж знал..."
 - "Как она?"
 Ответила я уже вслух:
 - Физические травмы невелики: сломана нога и рука, трещина в ребре, небольшие внутренние повреждения и легкое сотрясение мозга. Сейчас все поправлю. - ответила я на его незаданный вопрос. - С психикой хуже: гибель привязки не проходит без последствий, сам знаешь.
 Аэ кивнул. Кира слушала меня внимательно и настороженно. То, что у нее психика скоро пойдет вразнос, разума ее не лишило, как и способности здраво оценивать происходящее: мои слова она услышала и теперь судорожно пыталась понять, что же я имею ввиду.
 - Аэтериос, переложи ее на пол. Кира, придется немного потерпеть.
 Девушка коротко кивнула, шмыгнув носом. Асур легко поднял ее на руки, аккуратно, бережно положив на относительно чистый участок пола, помог лечь на спину. Кира тоненько вскрикнула, когда Аэте выровнял сломанную ногу и руку, закусила до крови и так разбитую губу.
 - Прибери пока на корабле: убери трупы так, чтобы их не увидели при беглом осмотре. - буркнула я. - И воспользуйся благами чужой цивилизации: кровь смой! Приведи себя в порядок, а то мои бойцы твой нынешний вид оценят... превратно.
 - Мрир, почисти ты, прошу. Не хочется мокнуть... - умильно заглядывая мне в глаза попросил Аэте, мгновенно превращаясь в нашкодившего, но обаятельного пацана.
 Вот же...
 - Ладно. - я пульнула в него светящийся сгусток очищающего плетения. - Постарайся не изгваздаться в крови еще раз, монстрик ты наш.
 Аэтериос виновато потупился, глядя, как проносится по броне мягкая волна тусклого света. На определение "монстрик" возражений у него не было, скорее, легкая ирония.
 - Иди уже. У тебя есть минут пять-семь, пока Рамиро снова не прискачет. А я пока подлечу девчонку.
 Кира, что занятно, никак не прокомментировала происходящее, но жгучее любопытство, свойственное асурам и подобным им созданиям, вымело страх и настороженность. Боль физическая отошла на задний план, боль от потери родного человека утратила остроту: открыто творимая магия вызвала ступор и конфликты в сознании, и так трещащим под активировавшимися инстинктами, чуждыми обычному человеку.
 Прикрыв глаза, я медленно выдохнула, сбрасывая напряжение. Проклятье, с этими неожиданными подгонами от реальности можно заикой стать... Постоянно держать себя в когтях жесткого самоконтроля напрягает. Я тоже хочу попсиховать и побеситься, но мне нельзя!
 Ладно, вернемся на корабль, можно будет немного расслабиться в окружении близких. А пока... Что там? Да, точно, лечение девчонки.
 Аэтериос очень нервно и близко к сердцу воспринял произошедшее с сородичами, и теперь мелкую не оставит без присмотра. И правильно. Ему по статусу положено за своими присматривать, даже если он пока не заявил на права, лишь имя подтвердил. Этого уже достаточно.
 Темная дымка окутала ногу девчонки, Кира тонко вскрикнула, когда кость встала на место, собираясь из обломков в единое целое. Еще один болезненный вскрик, и предплечье вновь цело. Кость еще какое-то время будет слабой, но за неделю прочность восстановится до нормального состояния. Последствия сильного удара головой убрала цепочка из трех угловатых рун, нанесенных мною на сгиб локтя. Символы свое отработали и затерялись в крови, щедро покрывающей худенькую фигурку. Остальное - не критично.
 Протянув руку, сказала:
 - Пробуй встать.
 Кира послушно обхватила мою ладонь и осторожно встала на подрагивающие ноги.
 - Ногу не напрягай: кость еще слабая.
 Короткие, простые приказы воспринимались разумом и исполнялись инстинктивно, без конфликта с сознанием. Хорошо. Теперь посмотрим, что в ее голове сейчас творится.
 - Кира.
 Девушка оторвала взгляд от тела брата и вопросительно глянула мне в глаза. Контакт возник моментально, стоило мне встретить ее взгляд и настроиться. Я глянула в ее разум, и... на какое-то время связные мысли меня покинули.
 Это...
 Эм... Да...
 Аккуратно отстранившись от того, что я увидела в черноволосой головке хрупкой девушки, я устало помассировала виски. Думала, у Рруса в голове кошмар творится? Какая я наивная, оказывается...
 - "Аэ, что с малой делать собираешься?" - осторожно спросила я.
 Ответ пришел мгновенно. Жесткий, бескомпромиссный, не подразумевающий отказа или иного развития событий:
 - "Заберу ее с собой."
 Сейчас со мной говорил не милый обаятельный паренек Аэтериос, а тот, чье отражение я видела при первом общении с асуром в моем разуме.
 - "Берешь под покровительство?"
 - "Пока - под защиту."
 Хорошее уточнение. Разумное. Но защита может перерасти в протекторат, если девочка оправдает надежды покровителя. Но сделает она это или нет, зависит не от нее. От меня и самого Аэтериоса. Самостоятельно Кира не справится, как бы ни старалась.
 - "У нее начались конфликты пробудившейся сущности, личности и воспитания. Психика может не выдержать. Возможно придется пойти на полноценную коррекцию."
 - "Не возражаю."
 И весь ответ. Он только что дал мне право делать с разумом девчонки все, что мне заблагорассудится, лишь бы на выходе получилось адекватное разумное существо, принявшее пробудившуюся сущность и осознающее себя. Без оглядки на желания самой юной асуры. И ведь Аэте в праве принимать подобные решения.
 - Что-то случилось? - настороженно спросила меня Кира.
 - Ничего сверх ожидаемого. - вздохнув, ответила я. - Идем отсюда.
 Подхватив шлем, я приглашающе махнула рукой. Кира глянула на меня, на тело брата.
 - Аэте сделает как должно.
 Девчонка сглотнула, мелко кивнула и пошла за мной, опустив голову и скрывая слезы.
 Выйдя из корабля, мы устроились ждать, сидя на краю трапа. Спешить сейчас смысла никакого: разворот астероида начат, риск непосредственного столкновения с планетой нивелирован. Скоро снова запустят маршевые двигатели, уводя опасный булыжник подальше от населенного мира. Батарианцев осталось немного, высококлассных бойцов в их среде - это только бойцы Балака, но он за работорговцев особо вступаться не собирается. Вот кто-кто, а Ка"Хаирал подоплеку произошедшего и возможные проблемы понимает не хуже меня. Вот он, комок злости, раздражения, бессилия и отчаяния, подходит к причальной площадке, полный решимости прорываться с астероида.
 К дверям вновь подошел Рамиро, переключая на себя мое внимание, но на этот раз в компании Джейн и Диего. Виктор и Руне остались у батарианского корабля, чей хозяин находился на два уровня ниже в окружении людей. Владелец вырезанного асуром судна со своей группой на третьем двигателе.
 Индикатор на двери мигнул, створки резко разошлись. Кира на шелест открывающихся дверей отреагировала всплеском страха, настороженности и злости, вскочила на ноги, сжала кулачки, готовясь защищаться от возможного противника. Я осталась сидеть, придерживая руками два шлема: свой и Аэте.
 - Это мои бойцы. Успокойся. - спокойно сказала я. - Садись и жди.
  Девчонка послушно села на пандус трапа, поджала травмированную ногу, обхватила руками коленку и замерла, недоверчиво наблюдая за приближающимися людьми.
 - Корабль захвачен. Батарианцы обездвижены. - кратко отчиталась Джейн, кося на насупленную, покрытую подсохшей кровью девушку, молчаливо сидящую подле меня.
 Прекрасно.
 - Что с людьми? - задала я необходимый, ожидаемый, но ненужный вопрос.
 - Остались в капсулах. Я посчитала нерациональным их сейчас приводить в сознание: могут быть лишние проблемы.
 Джейн меня радует здравомыслием. Пока люди в капсулах, они не доставляют лишних проблем. Мы спокойно выполним свою работу и покинем этот булыжник, а с пленниками батарианцев пусть разбираются другие. Желательно после того, как мы улетим.
 - Командир, каковы дальнейшие наши действия? - спросила Карамелька, проглотив мой статус "Спектр" и заменив более нейтральным обращением, хмуро погладывая на насупленную, сжавшуюся компактным комочком Киру.
 - Ждать.
 Люди от такого ответа растерялись.
 - Разворот астероида начат. - спокойным, размеренным тоном произнесла я. - Батарианцев не так много: экипаж военного фрегата остался на его борту, в комплексе только командир и четверо его бойцов. На "Ит"Атараль", который вы только что взяли, было тридцать семь батарианцев и двенадцать варренов. - проигнорировав полыхнувшее яркой вспышкой любопытство Рамиро и подозрительность Джейн, продолжила вещать. - Шестнадцать разумных - экипаж, они оставались на борту перед началом зачистки, один - у трапа с двумя варренами. На "Ки"Садаль", - я хлопнула ладонью по трапу, на котором сидела, - сорок два батарианца и шестнадцать варренов, из них восемнадцать - экипаж, который не покинул корабль, четверо стояли на страже с двумя варренами. Итого на астероид высадились двадцать один разумный с "Ит"Атараль" и двадцать четыре с "Ки"Садаль", плюс офицер ВКС Гегемонии Ка"Хаирал Балак и четверо его бойцов, которые не участвовали во всем этом, прибыв с опозданием в шестнадцать часов из-за задержки на станции разрядки. Варренов, соответственно, двадцать восемь: военные зверье на корабле не держат. Причальные площадки покинули по двадцать бойцов с каждого корабля-работорговца и всего двадцать один варрен.
 Люди слушали меня со смешанными чувствами. Рамиро, быстро прикинув по моим подсчетам что делается на астероиде, кивнул своим мыслям.
 - При зачистке комплекса первого маршевого двигателя группа Джона Шепарда уничтожила десять батарианцев и семь варренов. Группа Найлуса Крайка - двенадцать батарианцев и шесть варренов. - продолжила занудствовать я. - На этом булыжнике всего осталось восемнадцать батарианцев и восемь... семь варренов. Считая тех, кто находится у третьего маршевого двигателя: девять батарианцев и четыре варрена. Итого здесь остался Балак со своими бойцами и девять работорговцев с тремя варренами.
 - Почему семь? - уточнил Рамиро.
 - Одного убил Аэ на входе в административный комплекс. - любезно пояснила я.
 Виктор удивленно покосился на нахмурившегося Руне. Рамиро вновь полыхнул досадой на свою невнимательность, но спрашивать, откуда у меня точные данные, не стал, хотя вопрос очень настойчиво крутился в поверхностных мыслях.
 По трапу спустился Аэтериос с какой-то небольшой деталью в руке, разом притягивая к себе внимание. Из-за жесткого самоконтроля шаг немного деревянный и неестественный, глаза полуприкрыты, из-под густых ресниц едва заметно курится темная дымка, практически неразличимая в скудном освещении огромного помещения, смотрит асур в пол, не особо нуждаясь в зрении для ориентирования в пространстве.
 - Ты закончил?
 Он кивнул, поставил снятую с корабля деталь на пол и вновь ушел, не поднимая глаз и избегая смотреть на людей. Вернулся через пару минут, неся на руках тело паренька: оставлять мертвого сородича людям асур не собирался. Даже если его сородич среди людей вырос.
 Кира всхлипнула, с трудом сдерживая слезы, глядя на изуродованное тело брата, осторожно уложенное на металл пола. Аэте подошел, положил закованную в броню ладонь на макушку девушки, легонько поглаживая черноволосую голову. Он не сказал ни слова, но в словах не было необходимости. Кира уткнулась лбом в броню, вновь всхлипнула и затихла.
 - Аэ, сними со второго корабля такую же деталь.
 Он кивнул, взъерошил волосы на голове девчонки и ушел, не поднимая взгляда. Плохо. Аэте на взводе. Ожидаемой разрядки не произошло. Погибший сородич послужил катализатором и лишь усугубил ситуацию. Дело даже не в самом факте гибели, к ней Аэ и весь его народ относится равнодушно, дело в том, как именно погиб пацан. Необученный, неизвестный ранее сородич, малолетка по меркам Аэтериоса, вышедший из спящего состояния в момент смертельной опасности, и... задранный животным по приказу какого-то работорговца.
 А тут еще Кира. Девчонку людям асур не оставит. Да и нельзя ее оставлять в таком состоянии без присмотра: когда конфликт между личностным базисом, человеческим воспитанием, моралью и пробуждающимися инстинктами асура войдет в высшую стадию своего развития, малая рванет. И "тихим психом" она не будет...
 Совсем рядом ярко засияли чужие чувства: недоумение, непонимание, легкое опасение, перерастающее в страх за другого. О, Балак зашел на причальную площадку и обнаружил своих бойцов в коматозном состоянии. Хорошо. Пусть побегает, посмотрит корабль. Дозреет. А потом мы поговорим. Теперь его упускать из-под наблюдения нельзя, а то еще сделает какую-то феерическую глупость.
 Так, а это у нас кто?
 Я всмотрелась в метущийся разум, пришедший вместе с Балаком. О, это моя собственность. Имя будущей жертвы легко считалось с поверхностных мыслей: Ти"Рокаар Чарн. Потомственный работорговец, получивший семейный бизнес в наследство от отца. Каскадом пронеслись мелкие, но важные факты из жизни батарианца, выстраивая его личность и психопортрет. Отлично. Есть с чем работать.
 Двести сорок шесть метров пустого пространства для менталиста - не расстояние. На Эгросе нас учили работать с армиями, с целыми городами, накрывая своим воздействием населенные пункты, растянувшиеся на километры. На Х57 практически идеальные для работы условия: минимум разумных существ, полное отсутствие любой другой жизни, могущей дать наводки, и небольшое расстояние. При желании можно накрыть весь астероид и контролировать всех, кто на нем находится. Но в этом состоянии любой менталист предельно уязвим, а способы обойти нас в трансе есть. Простые, эффективные и редко дающие осечку: таких как я на войне старались выбить в первую очередь. Любыми путями и любой ценой.
 Прикрыв глаза, я погрузилась в ментальный план чуть глубже, чем до этого. Рядом - клубок раздерганных чувств, вспыхивающий и угасающих без всякой системы - Кира. Чуть в стороне холодный интерес и настороженная собранность Рамиро. Джейн мечется из крайности в крайность, не понимая мое поведение, столь сильно отличающееся от привычного ей поведения командиров-людей. Я действую... странно. Но пока эффективно. Впрочем, размышления о моих странностях все быстрее уступали любопытству и желанию пойти и посмотреть, что происходит на корабле, на трапе которого я сижу.
 Не самое удачное желание. Нечего ей там делать. И ЭТО видеть ей тоже не стоит!
 Надо мной черно-кровавый, напоенный застарелым страхом, ужасом, отчаянием и болью сгусток корабля, от которого уже начало тянуть холодком массовой жестокой гибели. Слева - еще один подобный сгусток, но лишенный набирающей силу некроэнергии. Второй работорговец. Справа - ярко-алый боевой фрегат. Фиолетовых пятен страха на нем очень мало, боли практически нет, но много гнева и застарелого отчаяния, окрашенного синими разводами решимости. Военный корабль как военный корабль, ничего особого. "Нормандия" не слишком отличается. Только у фрегата Балака жизненная аура полностью сформирована: судно давно на ходу и экипаж, подобранный лично Ка"Хаиралом, на нем не менялся годами. Военные - это тоже каста, попасть в которую чрезвычайно сложно.
 А вот и он сам со своими бойцами. Разрываются от противоречивых чувств: страх за пребывающих в странной коме сослуживцев, непонимание и одновременно облегчение от того, что все живы. Накатывающая злость и решимость спасти своих, раздражение и ярость на жадных идиотов, полетевших на чужую территорию и вляпавшихся во все это.
 Так-так... А вот это уже лишнее: взорвать комплекс я не позволю. Зачем же сразу такие крайние меры и суицидальные мысли? Закладка на разум легла без особого сопротивления: Балак жить хочет. И своих спасти из этой ловушки тоже хочет. Очень-очень хочет. Вот и молодец. Усилим это желание, дадим надежду и поддержим решение поговорить с тем, кто вырубил его подчиненных. Последний штрих - на грани осознаваемого разместить навязчивое желание проверить, что с двумя кораблями работорговцев.
 - "Ты же собиралась с ним договариваться мирно." - донеслась до меня исполненная иронии мысль Найлуса.
 - "Так я с ним и договорюсь. Мирно. А закладки лишь гарантируют эти мирные переговоры и отсутствие лишних проблем. Подчинять его или программировать разум я не буду. Так, легкое вмешательство."
 - "Да-да, я так и понял. Исключительно мирным путем."
 - "Именно!" - поддержала я заданный тон. - "Никакого физического насилия или угроз!"
 Ирония усилилась, дополнившись любопытством: Найлусу нравилось наблюдать, как я работаю с чужим разумом. Что забавно, никакого внутреннего противоречия от моих действий у него не было.
 Ментальный аналог смешка донесся от Гарруса вместе с мыслью: "Понятие "мирные переговоры" для меня приобрело новый смысл". Высказавшись, наше сокровище вновь затих, с интересом ожидая результаты моего воздействия. Они проявились довольно быстро.
 Закладка отработала первую фазу и вышла во вторую: Балак связался с владельцем "Ки"Садаль", Горзом, и в ультимативной форме потребовал возвращения всей его группы на корабль. Работорговец спорить с военным офицером не рискнул.
 Зачем нам рисковать понапрасну, топать пешком километры до третьего двигателя и выбивать отряд батарианцев, если они и так могут прийти туда, куда нам надо и где мы их будем ждать? А тот двигатель отключать не обязательно, можно вновь запустить два других.
 Дальнейшая судьба этого куска камня меня мало волновала: после нашего отлета люди могут вернуться к выполнению своих обязанностей и получат прекрасную возможность самостоятельно решить судьбу Х57. Далеко он при всем желании не улетит: мощность у двигателей не та.
 - "Я не сторонник лишних трудностей. Зачем напрягаться, если можно решить проблему проще и без лишних телодвижений?" - ответила я на невысказанный Найлусом вопрос. - "Горз пойдет по внутренним туннелям."
 - "Перехватить?" - молниеносная мысль-вопрос, тянущая за собой стремительные размышления о следующих действиях.
 Ауру Балака залило синим: решение принято, офицер с четверкой бойцов покинул борт корабля и направился к нам.
 - "Зачем? Никуда они не денутся, явятся к своему кораблю." - мой ответ прервал уже практически принятое решение и оборвал дальнейшую разработку плана перехвата. - "У меня есть вопросы к Горзу, и я очень хочу получить на них ответы."
 - "Собираешься отпустить все корабли?" - уточнил Гаррус.
 - "Балака и свою собственность - да. А Горз..." - я не сдержала циничную иронию. - "Кто-то же должен понести наказание? Если я не ошиблась в своих предположениях, мы услышим крайне любопытные откровения."
 - "А если ошиблась?"
 - "Он скажет то, что потребуется. Мне не нужна сейчас эскалация конфликта Альянса Систем с Гегемонией. И второй Скиллианский Блиц мне тоже не нужен."
 Усмешка явственно донеслась по связи, и ментальный канал перешел в фоновый режим. Вовремя. Аэтериос возвращается вместе с Виктором и Руне. Пора освободить территорию: Чарн пошел к своему кораблю в обход, не слишком горя желанием находиться рядом со взбешенным Балаком. Вот и чудесно. Пусть посмотрит, проникнется. Заглянет к соседу за запчастями. А я проконтролирую весь процесс: при работе с враждебными разумными я предпочитаю не полагаться на случайность.
 Я встала сразу, как только створки дверей пришли в движение, пропуская на причальную площадку двоих людей и асура. Деталь нес Виктор, Руне с готовым к бою оружием в руках шел чуть позади.
 - Пора.
 Бойцы подобрались, Кира напряглась, настороженно глядя на меня.
 - Командир? - осторожно и неопределенно переспросила Джейн.
 - Пора пообщаться с батарианцами. - с усмешкой ответила я. - Кира, держись возле Аэте. Диего, возьмешь одну деталь. Аэ... ты знаешь, что делать.
 Асур молча кивнул, одной рукой подхватывая тело парня и снятую с корабля небольшую, но массивную деталь. Виктор, глядя на это, покачал головой, хмыкнул и вручил точно такую же фигурную железяку охнувшему от ее веса молодому итальянцу. Джейн с недоумением смотрела, как Аэ бережно поправил тело, не понимая, зачем мы берем с собой труп и необученную девчонку. Почему не оставим. И тело, и гражданский - обуза. Если присутствие девчонки еще можно оправдать опасностью для нее, то вот тело... Трупу-то все равно. Может и полежать до конца миссии.
 Хорошо хоть Джейн оставила свои вопросы при себе. Рамиро же подобными вопросами не интересовался, понимая, что если это сделано, значит, на то есть какие-то причины. И эти причины его волновали куда больше кажущейся неоправданности моих действий.
 Балак как раз вошел в соседний отсек.
 В самый раз.
 
 Когда мы вошли на причальную площадку номер три, пятеро батарианцев в полной броне вышли из-за массивного толстоносого грузового корабля и увидели нас на расстоянии атаки. Почти канонная встреча... Только варренов нет: они остались с хозяевами. И канонное же начало:
 - Вы, люди!
 Балак канонно груб, хамит, в голосе - раздражение и отвращение, близкое к брезгливости. Хорошая маска, скрывающая то, что он не желает показывать даже своим подчиненным.
 - Вы доставляете слишком много проблем.
 Ментальный план показывает истинные эмоции без искажений и наводок, независимо от желания или нежелания разумного: он... боится. Не за себя. За своих подчиненных, за свой народ, за свое государство. Он в отчаянии, не знает, что делать и как вывернуться из того дерьма, в которое его втянули двое сородичей-работорговцев, но закладка работает, ненавязчиво отклоняя даже малейшие намеки на суицид и агрессию в любом его виде, усиливая желание жить.
 Прекрасно. Гордый офицер готов к употреблению.
 - Ка"Хаирал Балак. Какая встреча. - я растянула губы в подобии улыбки, больше смахивающей на оскал. Еще бы зубки заострить, вообще красота была бы.
 Балак дернулся всем телом, услышав свое имя из уст человека. Сюрприз... Притом, неприятный и грозящий массой проблем.
 - Не могу сказать, что неожиданная: я ждала, когда же вы соблаговолите явиться на причальные площадки. - тем же ровным тоном я продолжала загонять батарианца в ловушку, результат срабатывания которой я получу в будущем.
 Балак полыхнул яростью.
 - Я покидаю этот астероид, человек. Если попробуешь остановить меня, я...
 Мой тихий смешок оборвал его экспрессивную и угрожающую речь, вынуждая подобраться.
 - Ты - что? - я хмыкнула, с интересом разглядывая чужака. - Что ты сделаешь, Ка"Хаирал? Экипаж твоего корабля без сознания, пилотировать ни ты, ни кто-либо из бойцов, стоящих за твоей спиной, не умеете. Как ты собираешься покинуть этот булыжник? М? Хочу добавить, что два других корабля тоже захвачены. И они никуда не улетят без моего разрешения.
 Балак оцепенел, с трудом подавляет гнев, перемешанный с опасением и ненавистью: меня он узнал. Еще бы, Мясник Торфана - крайне одиозная фигура Альянса Систем. Да и внешность у меня приметная. А еще он понял, что за детальки держат в руках мои подчиненные. Вон как ярость заполыхала и глазки сузились: он как раз без шлема, так что выразительную рожу хорошо видно.
 Я хмыкнула, заложила руки за спину, с интересом разглядывая пятерых батарианцев.
 - Я не могу отпустить тебя просто так, Балак. Не после того, что произошло.
 Меня, как и предполагалось, офицер понял превратно:
 - Это ничто! Вы, люди, доставили батарианцам гораздо больше вреда!
 Туго закрученная пружина не выдержала. Балак вспылил, выплескивая копившиеся долгий-долгий срок, очень болезненные мысли и выводы:
 - Нас вынудили удалиться в изгнание! Довольствоваться крохами. И так целые десятилетия!
 Резонно. То, что было сделано на Элизиуме и последующий Блиц - знатная подстава, где больше всего потеряли батарианцы. У Ка"Хаирала есть все причины ненавидеть. Но не будем лишать его удовольствия выговориться. Тем более, мне.
 - А причем тут эти люди? - полюбопытствовала я, покачиваясь на пятках. - Они же ничего не сделали ни тебе, ни другим батарианцам.
 Есть накрытие и попадание! Ментал аж заштормило от бури эмоций!
 - Ничего не сделали? - буквально выплюнул Ка"Хаирал, нервно расхаживая взад-вперед. - Всего лишь колонизировали нашу планету? И только забрали наши ресурсы?
 Согласна, войны начинали и за меньшее. А понятие "невиновный" - крайне расплывчатое.
 - Нам ничего не оставалось, как защищаться! - продолжал говорить офицер. - Но люди сильнее нас, мы это знали. И Совет знал. Но это никого не волновало. Это все вы. Вы и ваши соплеменники - единственная причина, по которой мы оказались в таком положении.
 Это так мило: батарианский офицер жалуется на людей Мяснику Торфана. Прелестная ситуация! Специально не придумаешь такой поворот!
 Но не могу не согласиться с Ка"Хаиралом. Жадность и амбиции правящей верхушки Альянса - далеко не единственная причина начала войны между союзными на тот момент государствами. И да, Гегемония уступала Альянсу Систем как в военной силе, так и в навыках ведения войн: батарианцы прекрасные медики, но не военные. При всей своей кажущейся агрессивности, они не являются воинственным видом. В отличие от людей. Отсюда становится все любопытнее вопросы о Мендуаре...
 Как говорится, а был ли мальчик?
 - Разве убийство невинных решит эти проблемы? - мягко спросила я, формируя очередную закладку. Балак как раз дозрел до ее установки.
 Реакция была вполне ожидаемой: гнев, бессильная злость, ненависть, безнадежная, бессмысленная попытка высказаться в лицо врага.
 - Могу задать встречный вопрос. Сколько невинных батарианцев погибло на Торфане? Или вы уже забыли об этом?
 Я пожала плечами.
 - Политики назвали Торфан расплатой за атаку на Элизиум. Удобный повод для начала войны за территорию с соседом, которому эта территория принадлежит.
 Терпение Балака лопнуло:
 - Хватит! Наверное, вы так и не поймете... Вы и не хотите понимать. Мне уже жалко тратить на вас слова!
 - Ка"Хаирал, скажи мне, будь любезен, у тебя проблема с логическим мышлением или это эмоции застлали твой разум? - спокойно спросила я, разом ломая разговор. - Я ожидала от потомственного кадрового военного офицера Гегемонии большей... сдержанности, внимательности и умения здраво оценивать события.
 Балак резко остановился, словно врезался в незримую стену, медленно повернулся, впился в меня тяжелым взглядом. Мои слова ударили его в самое больное, разом сбивая с мысли и вынуждая и без того хлипкие ментальные щиты просесть под валом эмоций.
 Закладка легла на взбудораженный разум легко и естественно, растворяясь в инстинктивном и неосознаваемом.
 - Полагаю, холодной логики мышления я не увижу: эмоции застилают твой разум сильнее, чем это допустимо.
 Четверо бойцов за спиной Ка"Хаирала переглянулись. Меня они тоже узнали. Первоначальная ненависть сменилась недоумением: Мясник Торфана оказался не таким, каким они меня представляли. Прекрасно.
 Закладка начала работу, подавляя и приглушая ненужную сейчас эмоциональность. Включая и недоверчивость, и подозрительность, и упертость: это ведь тоже эмоции, не более того. Мне нужно поговорить с разумным, а не кидающимся из крайности в крайность отчаявшимся существом. Балак слишком эмоционален. Сейчас это... неуместно.
 - Итак. Поправь меня, если я в чем ошибусь. - я улыбнулась батарианцу плотоядной улыбкой, отчего он непроизвольно приподнял верхнюю губу, показывая частокол острых игольчатых зубов. - Патрулируя пограничные системы, ты заметил два корабля работорговцев, уходящих к территории людей. Решив узнать, куда это понесло твоих соплеменников в такие смутные дали, ты, задержавшись на станции разрядки в Скиллианском Крае из-за очередной атаки корабля Корсаров, вами же и уничтоженного, прибыл с большим запозданием, и на начало всего этого, - я широко обвела руками пустой ангар, - опоздал. Зато обнаружил, что твои драгоценные сородичи по каким-то непонятным резонам решили набрать рабов на ничем не привлекательном булыжнике, хотя под нами незащищенная толком планета. Я права?
 Балак поморщился, но согласно кивнул. Благодаря работе закладки здравая мысль об источнике столь занятной информации так и не проявилась. И не надо. У него еще будет время и возможность заняться анализом нашего разговора: перегоны, они такие длинные...
 - Прекрасно. Когда включилась система защиты?
 Закладка вновь сработала, вынуждая батарианца говорить:
 - Незадолго после нашего приземления.
 - Двигатели уже работали? - не меняя ни тона, ни интонации задала я самый важный вопрос.
 - Нет.
 Ожидаемо.
 - Кто их включил?
 - Не знаю. - ответил Ка"Хаирал, сузившимися глазами глядя на меня. - К чему эти вопросы, человек? Чего ты добиваешься?
 - Я? Добиваюсь? - я усмехнулась. - Ка"Хаирал Балак, я всего лишь выполняю свою работу Спектра Совета: храню мир в галактике.
 - Это ложь! - вскинулся батарианец. - Спектров-людей не бывает! Ты...
 Моя безмятежная, добрая улыбка вынудила его прерваться. Наконец-то у него появились здравые сомнения и опасения.
 - Надо чаще смотреть новости, офицер. Узнал бы много интересного. Оторванность от цивилизации и полеты по дальним маршрутам - не повод оставаться в информационном вакууме. Тем более, по таким вопросам.
 Я сделала паузу, давая возможность батарианцу прожевать и осмыслить сказанное, и только дождавшись осознания моих слов, продолжила:
 - Но, раз уж ты настолько недоверчив и у тебя такие пробелы в информации, ты можешь сообщить свою частоту, и мой куратор, Спектр Совета турианец Найлус Крайк выйдет на связь. Только не говори ему, что он мертв - он на это... нервно реагирует.
 Моя доброжелательность выбивала его из колеи: Балак ждал чего угодно, но не такого мирного разговора. Тем более от меня, проклятого Мясника. А я вот так... Да еще и с такими новостями.
 - Это он отключает двигатели? - хмуро спросил Балак.
 - Он присутствует в группе, которая отключила двигатель. - миролюбиво поправила я.
 Закладка окончательно интегрировалась в разум Ка"Хаирала. Она не даст никаких побочных эффектов, не затронет личность и убеждения, не потревожит мировоззрение. Она сделает лишь одно: если ему потребуется выйти на связь с каким-то Спектром, первым именем, которое всплывет в его памяти, будет мое. Оно же - последнее и единственное. Если у Балака возникнут вопросы или ему потребуется помощь, он обратится именно ко мне и только ко мне. А еще закладка гарантирует, что он таки выйдет на связь, а не начнет страдать ерундой, привлекая внимание своими действиями. Притом, не то внимание, которое нужно.
 Балак колебался недолго, но частоту все же назвал. Вслух мне ее повторять не пришлось: Найлус весь разговор слушал через мое восприятие и практически сразу связался с нервничающим батарианцем.
 - Ка"Хаирал Балак. - холодный, отдающий металлом голос с характерной для турианцев двойной подгармоникой разнесся по причальной площадке: Балак поставил вызов на громкую связь. - Спектр Совета Найлус Крайк на связи. Что вы хотели от меня услышать?
 О, Най в своей излюбленной ипостаси высокомерного сволочного говнюка, на которую в свое время купилась моя реципиент. В голосе так и сквозит это столь раздражающее разумных высокомерие и холодная отстраненность, чаще всего принимаемая за надменность и гонор. Еще и слова цедит для пущего эффекта.
 - Спектр Крайк, я бы хотел получить подтверждение статуса Мясника Торфана. - сухо, но вежливо произнес Балак.
 От окончательно утратившего эмоции голоса наставника потянуло космической стужей.
 - Я подтверждаю, что лейтенант-коммандер ВКС Альянса Систем Имрир Шепард, известная так же как Мясник Торфана, с недавнего времени является действующим оперативником Специального Корпуса Тактической Разведки. Этого достаточно?
 - Да, Спектр.
 Найлус отключился, не дожидаясь дальнейших слов Балака. Не слишком вежливо, но Ка"Хаирал воспринял нормально. Даже внимания не обратил: особенности жизни в кастовом обществе накладывают свой отпечаток.
 Собственно, я получила то, что хотела. Можно отпускать Балака на свободу. Но это же не помешает мне его дожать и выдушить последние соки? Я ведь имею право на оплату своего труда. Даже если эта оплата - моральное удовлетворение.
 - Спектр Совета. - Балак поджал губы, проглатывая горькие слова, рвущиеся с языка. - И что же желает получить Спектр-человек?
 Прелестно. Сказанное он усвоил и сообразил, что я не лгу. Закладка на это не влияла: мне нужно, чтобы Балак сам дошел до нужного мне вывода и решения.
 - Информацию.
 Батарианский офицер, наконец-то, обуздал эмоции и смог успокоиться. Относительно.
 - В обмен на что?
 Вот это уже деловой разговор. И мирный, что характерно. Никаких принуждений. Главное - правильно мотивировать.
 - На возможность улететь. - пожав плечами, безмятежно ответила я. - Беспрепятственно. Тебе, твоим подчиненным, и твоему кораблю.
 - А остальные?
 Моя улыбка была более чем ясным ответом, но я все же решила дополнить словами:
 - Кто-то же должен ответить за все это, не так ли? Глупость и излишняя доверчивость всегда были наказуемы.
 Добавлять, что выживание Горза не оценит Аэтериос, я не стала. Не знаю, как там выйдет с Сареном, но асур мое уважение заслужил и вошел во внутренний круг. Не семья, конечно, но недалеко. А своих я предпочитаю не расстраивать, независимо от цены, которую придется за это заплатить другим. Вот такая я эгоистичная, предвзятая сволочь.
 По ментальной связи пронеслась ирония и теплая поддержка Найлуса, успокаивающее касание разума Рруса, и угасающая обжигающая льдистая ярость Аэте, от которого я эту мысль не скрывала.
 Ка"Хаирал поморщился, сощурил верхнюю пару глаз и, наконец-то, произнес нужные мне слова:
 - Я отвечу на твои вопросы.
 - Прекрасно. Твои подчиненные выйдут из состояния коматозного сна через одиннадцать минут. Последствий не будет: это я гарантирую.
 Все четыре глаза подозрительно сузились, но высказывать досаду на свою поспешность батарианец не стал, а я не стала уточнять, что без моего разрешения эти одиннадцать минут тянулись бы очень и очень долго. Ка"Хаирал предполагал, что сон его людей - это воздействие какого-то вещества или оружия. Пусть. Правду он все равно не узнает.
 - Полагаю, нам хватит времени на разговор. - тем же миролюбивым и доброжелательным тоном добавила я.
 Балак раздраженно приподнял тонкую губу и буквально выплюнул:
 - Задавай вопросы... Спектр.
 Гегемония вышла из состава Пространства Цитадели, но статус Спектра Совета даже на ее территории не является пустым звуком, и с оперативниками этой конторы старались лишний раз не связываться. Во избежание.
 
 Разговор получился донельзя забавным и интересным, принес много крайне любопытной информации. Рамиро вообще в экстазе от словленного куша, чувствую, вернемся на корабль, и скрытный итальянец впадет в предкоматозное состояние, при котором будет каждое слово разговора чуть ли не по молекулам разбирать, анализировать все жесты, мимику лиц, обертоны голоса и оттенки интонации, вылавливая скрытые смыслы и подтексты. Джейн задумчива, перетряхивает свои старые воспоминания, касающиеся нападения на Мендуар, вытаскивает старые сомнения и не получившие ответа вопросы. А их у единственной выжившей в колонии предостаточно, все - не самые красивые. И ужасающе неудобные.
 Остальные бойцы прикидывались частью декора помещения и молча слушали, делая свои выводы. Кто-то верные, кто-то нет. Кира держалась за спиной Аэтериоса, а сам асур так и стоял молчаливой и неподвижной статуей, все так же глядя в пол... вернее, в тело погибшего сородича, которое он все так же держал на руках. И медленно зверел.
 Балак, выложив интересующие меня сведения, убыл на корабль. Взлетать прямо сейчас ему никто не даст: система безопасности еще активна, и батарианский фрегат будет закономерно сбит. О чем я его честно предупредила. Пусть посидит до конца маневра, потом Татум отрубит эту защиту и даст возможность Ка"Хаиралу нас покинуть, а "Нормандии" - приземлиться. Они как раз примерно одного размера. А если не вовремя заявятся военные Альянса Систем... Что ж. У меня есть для них пояснение присутствия военного корабля Гегемонии на этом куске камня, так что договор будет выполнен: Балак улетит без урона репутации и без грозящего немалыми неприятностями обвинения Гегемонии в теракте.
 - "Вот видите, переговоры прошли исключительно мирно." - отправила я мысль обоим турианцам в ответ на ироничное любопытство Найлуса.
 - "Заметил." - ирония плеснула явнее. - "И продуктивно."
 - "Естественно. А иначе смысл был их затевать?" - благостно ответила я, окончательно успокаиваясь и расслабляясь: очередной этап пройден, завершившись успехом. - "Что у вас?"
 - "Редко с кем из людей батарианцы говорят как с равными." - добавил Най и продолжил, скидывая мне имеющуюся у него информацию: - "У нас тихо. Ждем окончания маневра."
 Глянула полученный пакет данных. Тормозной двигатель проработает еще восемнадцать минут, после чего будет отключен за ненадобностью, а вот два маршевых вновь включат, и Х57 начнет свой путь прочь от Терра-Новы. При всей своей мощности, большого ускорения двигатели дать не могут, и огромный пустотелый кусок камня неспешно полетит в направлении неизвестных далей под углом к плоскости эклиптики системы. Нам осталось решить вопросы с работорговцами и можно улетать: дальнейшая судьба астероида меня не интересует. Это уже проблемы людей. Заходят - вернут, нет... Ну нет так нет.
 - "Горз доберется до причальных площадок через пол часа, не раньше: пешком быстро шестнадцать километров он не пройдет даже с учетом внутреннего монорельса в осевом туннеле."
 Мои слова о собственности Найлус не забыл и не отказал себе в удовольствии мелкой подколки:
 - "Как раз успеешь со вторым разобраться?"
 - "Надеюсь. С Чарном придется повозиться." - я не сдержала досаду. - "Программирование разума - это всегда утомительно, особенно, если оно проводится в процессе разговора и очень быстро. И на чужих глазах. Грубо ломать нельзя: мне Чарн нужен в здравом рассудке и без потери инициативы и самостоятельности."
 Ласковая волна поддержки, понимания и веры в меня щедро плеснула по ментальному каналу, умиротворяя и смывая тревоги. Приятно... Особенно приятно, что мне доверяют... И это учитывая, что именно я только что сделала и что собираюсь делать!
 - "Что с Аэте?" - задал волнующий его вопрос Найлус.
 Объяснять, что произошло, я не стала, ограничившись информационным пакетом. ЭТО объяснить словами вообще довольно проблематично: слишком многое завязано на эмоциональную и психологическую составляющую. Тем более, у нашего монстрика. С Аэтериосом вообще сложно иметь дело: он слишком резко переключается между своими, скажем так, ипостасями. А"тарэ... Нет, не так. Полностью осознавший себя а"тарэ асур-тар. Тем более, ЭТОТ. Мда.
 Закрадывается вопрос: это судьба у Сарена такая, вляпываться в существ подобного класса, или он просто по жизни невезучий?
 Ррус информацию охарактеризовал емким "О!", Найлус высказался куда как экспрессивнее и велеречивее, а я пополнила запас турианского фольклора.
 - "Придется девчонку забирать с собой." - выговорившись, буркнул Най.
 - "Вариантов не так много." - согласилась я. - "Или забрать и взять на обучение под постоянным присмотром, или убить."
 Что занятно, оба турианца больше склонялись именно ко второму варианту. И были совершенно правы. В обычных условиях у девчонки шансов на стабилизацию и выживание немного. Это если ей ОЧЕНЬ повезет вовремя встретить привязку. И если она сумеет принять пробуждающуюся сущность.
 - "В крайних мерах нет необходимости: я смогу сохранить ей рассудок."
 - "А личность?" - хмуро уточнил Ррус.
 Резонное уточнение.
 - "Личность неизбежно подвергнется изменениям."
 - "Но сохранится?" - Найлус заинтересовался.
 - "Естественно, сохранится. Не зря же меня столько лет учили. Распад сознания при потере главного императива - не такая уж редкость. Причины могут быть разные, но суть-то та же."
 Совсем неподалеку ослепительно полыхнули сочные, насыщенные эмоции, прерывая беззвучный разговор: Чарн добрался до второго корабля. Я тут же свернула беседу: пора работать. Батарианцу потребуется какое-то время, чтобы осмотреть судно и обнаружить отсутствие той же детали, что была снята с ядра его корабля. Минут десять ему на все про все хватит. Как раз дозреет до нужной кондиции и пойдет искать Балака. Как бы Чарн ни относился к офицеру, но военный - это военный, а произошедшее на "Ки"Садаль"... Аэтериос не сдерживался, когда убивал.
 Кстати о нем.
 - "Аэ, люди такой вес держать долго не могут." - мягко напомнила я. - "Хотя бы деталь положи на пол."
 Аэте молча выполнил требуемое, чуть ли не уронив сорокакилограммовую железяку, глухо грюкнувшую о металл пола. Люди вздрогнули, повернулись на звук, но асур вновь выпрямился и замер в той же позе, легко удерживая на руках тело сородича. С окаменевшим, безмятежным лицом и полуприкрытыми глазами. Шлем он так и не стал надевать, отдав девчонке: личный заскок, не более того.
 С ним надо что-то делать, и делать быстро.
 
 Пока Чарн обшаривал корабль и приходил в себя после обнаруженного небольшого могильника, не слишком аккуратно организованного асуром в каюте капитана, я готовилась к работе, изучая Ти"Рокаара. Расстояние в сорок метров - ничтожно, наводок немного, разум жертвы практически беззащитен и открыт, а мощные эмоции и внутренний раздрай от увиденного только облегчают мне задачу, открывая то, что обычно скрыто самоконтролем.
 Ничего особого или неожиданного я не обнаружила. Личность как личность. От людей не отличается ну ничем. Те же проблемы, те же желания и чаяния. История жизни, не особо выделяющаяся среди таких же историй людей, живущих в кастовом рабовладельческом обществе в любой другой реальности, с поправками на уровень технического развития.
 Ти"Рокаар Чарн родился в небольшом маленьком городке захолустной колонии на Килате. Отец - потомственный работорговец, мать - медик. Два старших брата смогли перейти в касту военных и теперь служат на флоте, старшая сестра пошла по стопам матери и практикует в госпитале родного города, а Ти"Рокаару после гибели отца в одном из рейсов достался семейный бизнес вместе с обязанностями старшего в клане, включающими в себя заботу о младших: двух сестрах и брате, еще не достигших совершеннолетия. Наследство небольшое: дом, куча долгов, которые с трудом сумели погасить, и как самая большая ценность - старенький корабль "Ит"Атараль", после капитального ремонта, сожравшего остатки налички, ставший единственным источником дохода семьи.
 История как история, сколько я их видела за свои жизни. Разве что те корабли ходили под парусами по морям, а не рассекали космические просторы. Но суть-то от этого не меняется. Работорговля - обыденное, распространенное явление в менее развитых мирах, не особо зависящая от вида и расы: в определенный период истории разумными приторговывают с разной степенью активности все расы без исключений. Разве что у некоторых эта торговля держалась под контролем государства и разумные, приговоренные к казни, продавались в лаборатории.
 На этот астероид Ти"Рокаар попал вместе с компаньоном, Горзом, который и был инициатором полета, где-то раздобыв информацию о самом Х57 и его обслуге. Поскольку последние годы дела у Чарна шли откровенно плохо, он решил рискнуть и согласился поучаствовать в этой сомнительной авантюре. Когда понял, во что вляпался, было уже поздно. Явление Ка"Хаирала окончательно его добило: властный, резкий, мстительный военный офицер, имеющий не то что зуб, а полноценную клыкастую челюсть на людей, построившего своих сородичей так, что они и пискнуть против боятся... скажем так, несколько усугубило и без того непростую ситуацию.
 Что ж поделать, иногда случаются и неудачные рейсы, из которых обычно не возвращаются. Вот этот как раз из их числа.
 Ти"Рокаар сам по себе неплохой разумный, но так уж сошлись пути судьбы, что он оказался по другую сторону и попал в сферу интересов более сильного существа. Меня. Ситуации присуща некоторая ирония: кому-то не везет, и он попадает в рабство батарианцам, а сейчас батарианскому работорговцу не повезло, и вскоре он попадет в рабство ко мне. То, что рабство не физическое, сути дела не меняет.
 Пространные размышления ничуть не мешали мне работать: крохотные, практически незаметные и по отдельности бесполезные закладки опутывали разум выбранной жертвы, создавая базис для более серьезного вмешательства. Своеобразный фундамент, опорные точки, на которые встанет основная конструкция. И встать она должна так, чтобы не вызвать конфликтов и отторжения: легко и естественно, вписавшись в личностный базис, желания, инстинкты и планы на будущее.
 В этом и есть высшая грань мастерства менталиста: подчинить разумного так, чтобы он этого не понял и никогда не смог осознать, но в нужный момент он сделает так, как мне надо, самостоятельно найдя оправдание своему выбору. Оставаясь полностью свободным, пока не догадается о своем рабстве или не возникнут серьезные конфликты с базисными установками разума, он будет действовать со всей самоотдачей. Искренне и честно. А я достаточно хороший менталист, чтобы не требовать того, что вызовет подобные конфликты.
 У Ти"Рокаара есть на чем сыграть. Есть, чем взять за живое, есть, на что надавить, чтобы получить его бесконечную и добровольную верность. Притом, этого можно добиться и без всякой менталистики, ведь он так сильно любит свою семью...
 Впрочем, я никогда не воздействовала на других через угрозу их близким. Единственное исключение - месть. Скорее, я действую наоборот... через помощь. Это куда эффективнее. И от подобных предложений гораздо сложнее отказаться.
 - "Жестоко." - констатировал Гаррус.
 От своих мужчин мысли я не скрывала, позволяя при желании наблюдать, о чем я размышляю. Найлус этим пользовался довольно часто, Ррус еще стеснялся без приглашения заглядывать в мой разум, но иногда любопытство перевешивало природную тактичность и стеснительность. Как сейчас.
 - "Бесспорно." - согласилась я, выплетая тончайшую систему понятийных и причинно-следственных связей, закрепляя на уже существующие в разуме жертвы приоритеты и знания. - "Но я своё не обижаю. Никогда. Раз уж Чарн будет действовать в моих интересах, я буду о нем заботиться. По-своему."
 Ментальный смех Найлуса искристой волной пронесся по восприятию, унимая взбудораженные темные инстинкты.
 - "Не знаю, стоит ли этот батарианец сочувствия, или ему повезло получить редкий шанс, но прежней его жизнь не будет."
 - "Однозначно." - согласился с сородичем наше светлое сокровище.
 Моя жертва, наконец-то, покинул корабль-могильник и теперь быстро приближался к нам. Скоро я выполню еще одну поставленную перед собой задачу, и останется совсем немного: Горз и завершение всей этой мутотени. И можно продолжить полет на Новерию.
 Чарна мы встретили, стоя под человеческим грузовозом: не самое удобное место, но боя сейчас не будет. Бойцы Джейн попытались было дернуться, но поднятая мною рука прекратила ненужные телодвижения. Батарианец явился в сопровождении четверых подчиненных и двух варренов: довольно существенная сила против семи бойцов, один из которых вроде как не готов к бою и держит на руках тело.
 - Стойте, где стоите! - громко выкрикнул Чарн, демонстративно опуская винтовку дулом в пол. - Не хочется лишний раз пачкаться в крови.
 Варрены за его спиной угрожающе зарычали. Аэтериос резко, рывком поднял голову, глядя сузившимися черными глазами на резко заткнувшихся хищников. У животных очень развиты инстинкты...
 Выйдя из-под громады корабля, я пошла к жертве. Когда расстояние между нами сократилось до трех метров, Чарн поднял руку и произнес:
 - Не подходи ближе.
 Я остановилась. Окинув меня внимательным взглядом, лишенным всякого узнавания, батарианец довольно спокойным тоном сказал:
 - Мы можем разобраться по-плохому или решить все мирным путем.
 Нравится мне его подход! С таким отношением, работать гораздо проще!
 Встретив настороженный взгляд четырехглазого чужака, я без малейшего сопротивления со стороны жертвы подключилась к его разуму, уже по-настоящему получив доступ не только к сознанию, но и ко всему остальному: подсознанию, памяти, неосознанному и даже к пласту инстинктов и рефлексов. При таком контакте я могу перепрошить его личность, а он этого даже не заметит...
 - Это угроза или приглашение к мирным переговорам? - мягко спросила я, начиная развертку конструкта.
 Чарн поморщился, но ответил честно:
 - Послушай, я просто выполняю свою работу. Лично я вовсе не собирался захватывать этот кусок камня. - Ти"Рокаар взмахнул досадливо рукой. - Я всего лишь хотел немного заработать. По-быстрому раздобыть рабов, и ничего более.
 Люди в нашу милую беседу не вмешивались, но очень внимательно слушали. Не буду их разочаровывать.
 - Это уже не набег за рабами. Под угрозу были поставлены миллионы жизней.
 Тонкая верхняя губа приподнялась в раздражении:
 - А то я не знаю! Я просто выполняю приказы! Будь моя воля, мы бы давно улетели!
 Предельно честный ответ. Ти"Рокаар не юлит и не лукавит: его эта ситуация очень... напрягает, если не сказать, что приводит в тихий ужас. Он не глуп, понимает, во что вляпался. И понимает, что всё повесят на него... если выживет.
 - Возможно, есть смысл забрать своих людей и улететь? - вкрадчиво спросила я.
 Конструкт развернулся и начал интеграцию в инстинкты и неосознанные рефлексы, закладывая нужную для будущих действий базу в подсознание жертвы. Моя доброжелательность являлась ключом, своеобразным катализатором, помогающим Чарну не воспринимать меня как врага, переводя в статус того, кто искренне хочет помочь.
 Ти"Рокаар покачал головой и с досадой произнес:
 - Балак с меня шкуру живьем сдерет. А потом продаст.
 Эмоции полыхнули яркой вспышкой, взбудоражив ауру и мгновенно скрыв поверхностные проявления моего творчества, полностью поглощая посторонние элементы и перенося их в разряд естественно-возникших. Прекрасно. Доверие ко мне начинает крепнуть, как и желание высказаться. Что не замедлило произойти:
 - Псих ненормальный! Все пошло наперекосяк, а отвечать мне!
 Очень удачно. Теперь - последние штрихи.
 - И почему ты его слушаешься?
 Резонный вопрос... для человека, незнакомого с социумом Гегемонии. В кастовом обществе представитель низшей касты не может ослушаться приказа представителя высшей. А каста военных куда выше касты обычных работорговцев... У Чарна пропала возможность выбора с того момента, как на Х57 прибыл Балак.
 - Хороший вопрос. - Ти"Рокаар проглотил замечание, что он, обычный торговец, мало что может противопоставить военному офицеру. Ответил он другое: - У меня были плохие предчувствия с момента посадки. А теперь Балак хочет вас прикончить. А он всегда добивается того, чего хочет. Я с этим ничего не могу поделать.
 Я хмыкнула.
 - Тебе не придется ничего делать: я уже решила вопросы с Ка"Хаиралом Балаком, и мы пришли к... взаимопониманию.
 От такого поворота несчастный батарианец растерялся. Еще бы, такие неожиданные новости: кто-то смог о чем-то договориться с Балаком... А я на волне этой растерянности прикрутила еще одну мелкую, практически ни на что не влияющую закладку, единственное назначение которой - не дать забыть этот момент.
 - Вам будет позволено покинуть этот астероид. Условия нашего договора с офицером Балаком тебя не касаются: они не входят в сферу твоих интересов. От тебя требуется выгрузить спящих людей так, чтобы им не было причинено вреда вашим стартом.
 - И это все? - недоверчиво спросил Чарн.
 - За право улететь? Да. - я усмехнулась и добавила: - А вот за то, чтобы мы отдали вам вот ту фигурную железяку, стоящую у ног моего бойца, я хочу получить честные ответы на свои вопросы.
 Ти"Рокаар бросил настороженный взгляд на Аэтериоса, встретил его взгляд, вздрогнул всем телом и согласно кивнул. Что самое забавное, на Диего, у ног которого стояла точно такая же деталь, батарианец даже не глянул.
 - Задавай вопросы, человек. Я на них отвечу. Но отдай нам деталь: чтобы ее установить, требуется время.
 Против подобного поворота я ничего не имела: Чарн не будет отматывать назад наше соглашение. Увиденное на "Ки"Садаль" подействовало очень... отрезвляюще. Да и закладки уже не позволят, не допуская самого формирования идеи меня обмануть или подставить.
 - Аэте, будь любезен, передай Ти"Рокаару Чарну его же собственность.
 На собственное имя бедолага отреагировал еще более нервно, чем до него - Балак. Но куда более сильное впечатление на него произвел Аэтериос, подхвативший тяжелую деталь одной рукой, и все так же удерживая тело паренька на руках, без единого звука подошедший и уронивший гулко загремевшую железяку на пол у ног работорговца. Особенно, острые когти, венчающие пальцы перчаток брони.
 Мгновение взгляда в глаза, асур развернулся спиной и вернулся на то же самое место.
 - "Не стоит."
 Асур прикрыл глаза, соглашаясь с моими словами. Знает, что не стоит, но это знание помогало мало. Злость закручивалась тугой пружиной, перерождаясь в льдистую ярость и взвешенный гнев. Представители этого народа убивали за гораздо меньшее. Да о чем я... Они цивилизации уничтожали за меньшее.
 - "Всему свое время." - мне пришлось надавить силой, вышибая его разум из кровавого марева.
 Аэтериос медленно втянул воздух и столь же медленно выдохнул. Кровавая ярость улеглась, свернулась жгучим комком, асур вновь спокоен и рассудителен. Вот только на милого паренька уже никак не похож: лицо окаменело, глаза закрыты, из уголков едва заметно курится Тьма. И движения деревянные, неестественные, ломанные...
 Особенность психики подобных созданий во всей красе: за своих убьют не задумываясь, но чужое горе их не трогает совершенно. С равнодушием уничтожат цивилизацию, но гибель неинициированного подростка своего народа - трагедия... которая может привести к уничтожению этой самой цивилизации. А ведь стоит Аэте сказать несколько слов в коммуникатор, и батарианцы очень быстро исчезнут как вид.
 Ладно, Аэтериос вроде как немного успокоился, можно возвращаться к настороженно ожидающему моих действий Ти"Рокаару. С асуром буду разбираться уже по возвращению на корабль.
 - Кто был инициатором этого рейда? - задала я вопрос встрепенувшемуся Чарну.
 - Горз. - ответил Чарн. - Судя по тому, что я обнаружил на его корабле, вы об этом знаете.
 Я улыбнулась холодной, неприятной улыбкой, от которого батарианца пробило холодом, Аэтериос чуть сильнее сжал губы, глянув на вздрогнувшего работорговца. Вот мне интересно, у этого народа интуиция настолько развита, или это конкретно Чарн сообразительный и сходу понял, кто именно вырезал все живое на корабле его коллеги, не тронув только дух пилотов?
 - Мне по статусу положено много знать. Иначе я не смогу эффективно выполнять свою работу. - спокойно ответила я. - А то, что вы могли наблюдать на "Ки"Садаль" - следствие необдуманных действий его владельца по отношению к... моим сородичам.
 Намек был понят правильно: Чарн бросил верхней парой глаз короткий взгляд на тело паренька на руках Аэтериоса, сжал губы, проглатывая рвущийся вопрос, и спросил совершенно иное. То, что следовало узнать в самом начале нашей беседы.
 - С кем я говорю?
 - Спектр Совета Имрир Шепард. - представилась я. - В следующий раз советую узнать личность собеседника не в конце разговора, а в его начале: это позволит избежать некоторых... недоразумений.
 Мое имя и указанный статус вызвали срабатывание последнего эшелона причинно-следственных связей и закладок, завершая формирование сложной системы ментального контроля, проникшей во все участки сознательного и подсознательного, укрепившись у последней вуали, защищающей ядро личности. Постепенно их воздействие скажется и на нем. Не сразу, внося изменения потихоньку, на ничтожные доли смысла, на нюансы, на которые так редко обращают внимание, и через какое-то время Ти"Рокаар Чарн сам того не понимая станет моим верным сподвижником.
 - Скажи, Ти"Рокаар, как вам вообще пришла в голову идея набирать рабов на этом куске камня? - задала я мучавший меня вопрос.
 На что получила занятный ответ:
 - Я сам был удивлен. Этот рейд планировал Горз. Он уверял, что получил точную информацию: налет будет быстрым, выгодным и без последствий. Деталей я не знаю, Спектр.
 - Благодарю за ответы, Чарн.
 Совершенно неожиданно в разговор вступила Джейн:
 - Скажи мне, Чарн, кто из ваших стоит за нападением на Мендуар.
 От такого поворота батарианец откровенно растерялся.
 - Человек, в то время Гегемония и Альянс Систем являлись союзниками, и работорговцам было запрещено проводить рейды на территории людей. Я не знаю, кто мог бы решиться ослушаться прямого запрета.
 Джейн задумалась.
 - Это все, Чарн. - сказала я. - Возвращайся на корабль. Когда будет безопасно взлетать - я сообщу. А пока займись выполнением условий сделки.
 Испытывать судьбу батарианец не стал. Махнув своим бойцам, он покинул причальную площадку. Деталь забрал один из его подчиненных.
 - Вы его отпустите, Спектр? - спросила Джейн, все еще погруженная в свои воспоминания о Мендуаре.
 - Да, отпущу. Наказание понесет тот, кто был инициатором этого рейда.
 - Хорошо бы еще узнать, откуда к нему попала информация об Х57. - тихо произнес Рамиро себе под нос, но в огромном пустом помещении с отличной акустикой, да еще при снятом шлеме, эти слова были услышаны.
 - Узнаем. Если ему самому это известно. А пока он штурмует километры коридоров, у вас есть время присмотреть за разгрузкой... выгрузкой... короче, переносом людей с работорговца.
 Виктор не сдержал смешок, Диего сделал вид, что он не здесь. Руне рассмеялся в открытую, а Джейн поморщилась: мысленно она была далеко, вспомнив то, на что раньше не особо обращала внимание. На Мендуаре не было варренов.
 
 Ожидание - утомительно, даже если точно знаешь, где находится тот, кого ждешь. Джейн со своими бойцами наблюдала за работой батарианцев, приставая к Чарну с вопросами, уточняя смущавшие ее нюансы того рокового нападения. Ти"Рокаар прямо послать приставучую девчонку не рискнул, терпеливо отвечая на вопросы и косясь верхними глазами на молчаливого Аэтериоса, стоящего у дверей и все так же державшего на руках тело погибшего паренька. Кира держалась рядом с ним, исподлобья следя за Чарном и его людьми. А я наблюдала за всем этим с соседней причальной площадки, сидя на трапе "Ки"Садаль". Через восприятие Аэте, благо, он не возражал.
 К кораблю неслышно подошел Рамиро, глянул на меня и, не дождавшись реакции, шагнул на трап.
 - Не стоит. - не поворачиваясь, произнесла я.
 Рамиро замер, повернул голову, ожидая продолжения.
 - Ты не найдешь на этом корабле того, что тебе хотелось бы видеть.
 Итальянец согласно прикрыл глаза, но сказал не то, что думал:
 - Я должен.
 - Твой выбор. Я тебя предупредила. - тем же ленивым тоном ответила я.
 Аналитик стиснул зубы, отчего по лицу заходил желваки, но ответ был дан тем же спокойным тоном:
 - Вы запрещаете?
 - Нет. Зачем? - я развела руками и приглашающе махнула в сторону трапа. - Полагаю, ты знаешь о способности информации... скажем так, проводить грань.
 - Знаю.
 - И понимаешь, каковы могут быть последствия? - тем же мирным голосом задала я очередной вопрос, от которого у аналитика встала дыбом шерсть на загривке.
 - Вполне.
 Ответ настороженный, но твердый.
 - Тогда - иди. Иди, если хочешь.
 Колебался он недолго, но, все же, поднялся по трапу и скрылся в недрах корабля. Пусть идет. Информационная ловушка прекрасна тем, что вступив в нее, очень сложно отказаться от соблазна пройти путь до конца ради обретения Знания. И я уверена, что скрытный сицилиец этот соблазн не переборет. Не потому что не сможет, а потому что не захочет. И долг перед доном здесь совершенно не при чем.
 Отсутствовал Рамиро недолго, минут шесть, не больше, но когда спустился, ограничился одним взглядом в мою сторону и тяжелым молчанием. Вопросов он не задавал. И даже не обдумывал то, что увидел. Он запрещал себе сейчас заниматься анализом, переключившись на действительность, которая уже приближалась к нам, полыхая всем многообразием злости, страха и некоей доли отчаяния.
 - Рамиро, позови Аэте. И проследи, чтобы на эту причальную площадку никто не зашел без моего разрешения.
 Короткий кивок, да Россет ушел. Минутой спустя подошел Аэтериос и Кира: девчонку от себя асур не отпускал, предпочитая лично за ней присматривать. Хорошо. Ей будет полезно понаблюдать.
 - Горза не убивать: у меня к нему вопросы. Остальные... - я улыбнулась. - Но так, чтобы на полу следов не осталось. И учти, Аэте. Убьешь всех сразу - людей выгружать с корабля будешь сам.
 Асура подобная перспектива нисколько не смутила: полтора десятка бессознательных тушек для него перенести проблемы не составляло вообще.
 - Вы его отпустите? - хмуро спросила Кира.
 - В какой-то мере. Жить он не будет: ему придется взять на себя вину за произошедшее. И заплатить за это. - пояснила я девушке. - Не то, чтобы я слишком близко к сердцу приняла произошедшее на этом булыжнике: Горз просто попал под раздачу. Его кто-то хорошо попользовать, и я хочу знать кто. Умрет он не за нападение на Х57, а за то, что кто-то из его людей поднял руку на твоего брата. Все остальные мне безразличны.
 Девчонка поняла меня правильно:
 - Чем мы отличается от других?
 - Вы - сородичи Аэтериоса, а он очень трепетно относится к своему народу.
 Батарианцы пересекли причальную площадку и подошли к двери.
 - Аэ...
 Повторять не пришлось: асур бережно положил тело на пол, встал, снял с захвата клинок, активировал щит, встроенный в наруч и пошел к дверям. Легкой, текучей, скользящей походкой, беззвучно, словно призрак, ступая по металлу пола.
 
 Когда двери разошлись, батарианцев встретил один-единственный молодой седоволосый парень с мечом в руке...
 
 
 
 
 

Глава 44: Объекты исследований


 
 
 - Вы не имели на это права! - громкий недовольный голос человека вызывал глухое раздражение. - Как вы могли отпустить батарианских террористов! Вы...
 Капитан патрульного фрегата Альянса Систем, вывалившийся из перегона как раз тогда, когда к ретранслятору подошли корабли Балака и Чарна, уже минут двадцать сношал мне больной мозг, изливая свое видение моего проступка. Особенно после того, как корабль Горза разлетелся красивым ионным облаком после детонации Ядра, оставив их без виноватого: военным Альянса Систем батарианские корабли после Скиллианского Блица не сдавались.
 То, что я лейтенант-коммандер, капитан патруля, оказывается, знает: реципиент имела неудовольствие как-то раз служить в десантной группе на корабле этой эскадры. А вот то, что я Спектр Совета, пропустил мимо ушей, продолжая разоряться о вмешательстве инопланетян во внутренние дела Человечества и сподвигая меня пересмотреть свой отказ на его требование "подняться на борт". Но то ли здравая мысль, что корабль-могильник - это совершенно ненужное мне достижение до злополучной Алкеры, то ли желание побыстрее все это закончить и уйти в лазарет, где меня ждет раненный Ррус, то ли его молчаливая поддержка вкупе с присутствием Найлуса рядом со мной, удерживали от необдуманных и непоправимых действий.
 А хотелось. Очень хотелось. Особенно после того, как этот идиот, который вместо того, чтобы находиться на подконтрольной территории, где-то шлялся, проморгав прибытие трех батарианских кораблей и все веселье с астероидом, зато сейчас, после того, мы всё сделали, резко вспомнил о своих обязанностях и прилетел как раз тогда, когда уже было бы поздно что-либо делать.
 За происшествие на Х57 прежде всего спросят именно с капитана патрульного корабля, который отвечает за Скопление Исхода. В скоплении всего две системы: Утопия и Асгард, между ними для корабля этого класса восемь часов полета по прямому короткому перегону. Но после происшествия на Иден Прайм в Утопии сейчас базируется Второй Флот, и система в патрулировании не нуждается из-за блокады военными кораблями. Оставался только Асгард. Но... Как показала практика, Асгард остался без охраны почти на двое суток. И это - внутренние территории Альянса Систем! Где все это время шлялся патрульный фрегат, история умалчивает, а его капитан не распространяется.
 - Лейтенант-коммандер, вы должны...
 Я крепко стиснула зубы, давя порыв подробно объяснить этому придурку, чуть не просравшему планету, свое видение ситуации. Злость и раздражение взбурлили, клубясь и наливаясь силой.
 Должна-должна-должна...
 Еще не успела в этом мире прожить и двух месяцев, а я уже, оказывается, кому-то из людей крупно задолжала в частности и Альянсу Систем в общем. Интересно, за что? Это какую ссуду я у них у всех брала? Да я даже своему реципиенту НИЧЕГО не должна: оплата прерванной жизни проходит автоматически! И очень, очень щедрая оплата, за которую обитатели реальностей-тюрем с замкнутым циклом перерождения, готовы заплатить ЛЮБУЮ цену! Все, что угодно за шанс вырваться и уйти на перерождение в Мультиверсум, даже если от их души останется только оголенное ядро. Про тех, кто живет в воплощенных реальностях - речи не идет. Они обречены с самого начала на развоплощение. Имрир же получила возможность вырваться из этой ловушки и уйти жить в другой мир с колоссальными отступными! Она даже память может сохранить, если захочет. И это за какой-то год жизни до Алкеры с сомнительными шансами на воскрешение на станции "Лазарь" и огромными проблемами в сумрачном будущем.
 И тем более я ничего не должна Альянсу Систем! Я и так сделала то, что они от меня хотели: дала им прецедент с первым Спектром. На каком основании они предъявляют мне непонятные долги? За что? Они и с моим-то реципиентом не рассчитались! Что уж обо мне говорить. Свой Долг я определяю САМА! И по отношению к тем, к кому САМА сочту нужным!
 В этот мир я прихожу "чистой": без клятв и обязательств. На меня не распространяются даже Родовые Долги и проклятия. Особенности любого перерожденца: непричастность к событиям прошлого и как результат - отсутствие любых привязок к миру в виде присяги, долга, обязательств, обещаний, клятв и прочих ограничивающих и сдерживающих факторов. Иначе я не смогу сделать то, что должна сделать. Все обязательства, которыми я обрастаю в миру, я беру на себя осознанно и самостоятельно. И к ним никак не относятся претензии этого человека, пытающегося надавить на меня каким-то Уставом и присягой, которую Я не приносила! Мой же реципиент, Имрир, эту присягу исполнила до конца: погибла, дав МНЕ возможность прийти в эту реальность. Технически, дав шанс своему миру на выживание. А вот выживет этот Цикл или нет - это уже зависит от меня, моего желания и моих действий.
 Я смотрела сузившимися глазами на молодцеватого офицера, прикидывая, а надо ли ему напомнить, что в их любимой присяге был пунктик о "защите Человечества"? Не Альянса Систем. Человечества! И я, что самое смешное, выполню этот пунктик. Если не допущу Жатву, которая унесет миллиарды людских жизней.
 - "Найлус, Мрир сейчас сорвется."
 Окрашенный болью тихий ментальный голос Гарруса, наблюдающего за происходящим через наше восприятие, немного отрезвил и ослабил закручивающуюся тяжкую пружину злости и поднимающейся ярости. Еще немного, и мои эмоции начнут проявляться вполне реально, отдаваясь на окружающих меня людях, а это... недопустимо.
 - "Уже не сорвусь. Спасибо, Ррус." - я окончательно подавила гнев, но раздражение все еще кипело в душе. - "Най, прошу, поговори с ним ты, а..." - я не удержала злости и уныния. - "Пожалуйста. А то я его прокляну... чем-то смертельным... с отсроченным исполнением... И у меня это получится, не смотря на отсутствие таланта малефика!"
 Ласковая волна поддержки приятной прохладой пронеслась по обостренному восприятию, сглаживая и утихомиривая не самые светлые эмоции, позволяя мне вернуть самообладание и спокойствие, сильно расшатанное общением с капитаном патрульного фрегата. Мы только-только вернулись с Х57, по корабельному времени середина ночи, люди устали и вымотались морально, а тут такой подарок заявился. И сходу начал сыпать обвинениями, даже не удосужившись поинтересоваться, а что именно здесь произошло. Хорошо хоть Балак и Чарн успели войти в перегон до того, как патруль сообразил, что происходит, а то с него бы сталось открыть огонь.
 - Капитан Веллер. - холодный вибрирующий голос прервал человека, уже набравшего воздух для очередного потока с его точки зрения оправданных обвинений. - С вами говорит Спектр Совета Найлус Крайк, куратор Спектра Совета Имрир Шепард. У вас есть к нам какие-то претензии?
 Патрульный подобного поворота не ожидал: все время разговора на маячившего за моей спиной мощного турианца внимания он не обращал, посчитав за обычного наемника. А зря. Сейчас Найлус пребывал в своем любимом амплуа высокомерной сволочи, на которое в свое время так легко повелась моя реципиент. Отдающий металлом холодный голос, окрашенных ядовитой язвительностью и иронией лишь усугублял общее впечатление. Капитан патруля, как и подавляющее большинство флотских ВКС Альянса Систем, с инопланетянами дел не имел и в турианской мимике не разбирался совершенно, чем Найлус беспардонно пользовался. Настроение у нас было примерно одинаковое и колебалось между усталым отупением и злобой. Куда оно качнется - вопрос открытый.
 - Спектр Совета? - подозрительно уточнил человек.
 Найлус риторический вопрос проигнорировал, а капитан патрульного корабля резко сбавил обороты.
 - У вас есть какие-то дела в Асгарде?
 Найлус посмотрел на человека нечитаемым взглядом и холодно ответил:
 - Никаких. Мы собирались пролететь эту систему транзитом, но откликнулись на сигнал бедствия. Вы полагаете, нам следовало продолжить путь и проигнорировать этот сигнал, избежав тем самым, как вы выразились, вмешательства во внутренние дела человечества?
 От такой постановки вопроса капитан Веллер растерялся, с немым возмущением глядя то на невозмутимого Найлуса, то на меня, то на весело скалящуюся Джейн, получающую от этого разговора массу удовольствия, то на хмурого Джона, которому происходящее совершенно не нравилось. Технически, прав капитан патрульного фрегата: мы приперлись неизвестно откуда, без разрешения и предупреждения провели боевую высадку, перебили кучу батарианцев и нескольких людей, отпустили батарианские корабли, а теперь собираемся спокойно улететь по своим делам, игнорируя требование развернуться и проследовать к базе. Но тут всплывает много любопытного.
 Во-первых, батарианский военный корабль прибыл с большим запозданием и в нападении не участвовал, что подтвердили выжившие и аппаратура причальных площадок. Благодаря предупреждению Гарруса, Кейт не попала Ка"Хаиралу под горячую руку, но ее брат все равно погиб: они не восприняли предупреждение турианца всерьез и решили погеройствовать. Как результат, Аарона задрал варрен, а сама Кейт оказалась в тяжелом состоянии в медицинском блоке с пулевыми ранениями. Так что приписать Балаку ничего сверх незаконного пребывания на территории другого государства патруль не мог. Но тут вступал в силу один из законов Пространства Цитадели: военный корабль, вправе проследовать за сородичем-нарушителем для перехвата, если в зоне пересечения границы отсутствует патруль государства, чья граница была нарушена. К моменту прибытия патруля Альянса Систем, корабль Чарна уже находился под конвоем военного фрегата.
 Во-вторых, даже обвинение в незаконном пролете на чужую территорию можно оспорить, поскольку сеть масс-ретрансляторов повсеместно считается нейтральной зоной и блокировать пролет кораблей запрещалось. Оба батарианских корабля на момент появления патрульного фрегата находились непосредственно в нейтральной зоне у реле и готовились уйти в прыжок, а корабль Горза, который болтался неподалеку от Х57, сейчас не соберут даже при очень большом желании.
 Вот такая незадача. И как сомнительный бонус, в системе болтаемся мы: экспериментальный фрегат ВКС Альянса Систем "Нормандия", находящийся под юрисдикцией Специального Корпуса Тактической Разведки. Задержать нас законным путем без прямого указа Совета невозможно, а добровольно выполнять требования патруля, мы отказались. Есть еще и в-третьих: именно наше вмешательство позволило избежать планетарной катастрофы на Терра-Нове. И в-четвертых: патруль отсутствовал в подопечной системе больше суток, что делало его косвенно виновным в возникновении угрозы населенной планете.
 - У вас есть ко мне еще какие-то вопросы, капитан?
 - Никак нет, Спектр. - сухо ответил мужчина.
 Найлус чуть развел мандибулы в усмешке.
 - Конец связи.
 Получив положенный ответ, оператор прервал вещание. Джокеру, с любопытством греющему уши, отдельного приглашения не требовалось: как только пропал сигнал связи, "Нормандия" продолжила путь к ретранслятору, готовясь уйти в предпоследний перегон. До Новерии чуть меньше двух суток пути. Буду надеяться, что больше никаких накладок по дороге не возникнет.
 Убедившись, что от меня больше ничего на БИЦе не требуется, я развернулась и покинула командную палубу.
 Прессли уже давно перестал дергаться от моего появления на его вотчине. Привык уже, что если я захожу, то только для того, чтобы сообщить ему какую-то очередную новость, обсудить дела на корабле, если это требуется, или просто прохожу БИЦ транзитом по направлению шлюз-лестница или лестница-рубка. Отдав Чарльзу права и обязанности капитана, в его работу я не вмешивалась, а он философски относился к тому, что моим произволом на корабле с завидной регулярностью появляются непонятные, но полезные разумные, и в итоге мы достигли полного взаимопонимания. Он спокойно выполняет свою работу, корабль своевременно получает полное обеспечение, обслуживание и ремонт, а у меня есть мобильная база, за которой мне не надо присматривать лично. Все довольны: Джокер пилотирует обожаемый корабль, экипаж спокойно работает, Прессли этим всем командует, а мои люди на здесь живут без лишнего мозгоклюйства. Экипаж Прессли называет капитаном за глаза, тогда как мои бойцы дополнение "исполняющий обязанности" благополучно опускают даже при прямом обращении, благо, звание Чарльза это позволяет.
 Если у меня все получится, и Чарльз Прессли переживет катастрофу над Алкерой, подарок "Цербера" пойдет под его руку. Надо будет, сделаю официальный запрос через Спецкорпус: хорошими капитанами не разбрасываются.
 Ладно, до Алкеры время у меня есть, а вот накопившиеся проблемы надо решать сейчас. Немедленно! Одна из них под именем Кира сейчас сидит в лазарете, накачанная медикаментами по самую макушку. Вторая проблема - Аэтериос, застывший в харазе - сидит статуей там же, рядом с подопечной, и вообще на окружающий мир слабо реагирует. Третья - отряд Джейн, состоящий из умных и наблюдательных людей. Четвертая - Ррус с переломом лопатки и ребер, тоже сейчас скучающий в лазарете: Карин нас встретила в трюме и сходу вычислила, кому требуется медицинская помощь. Глаз у нее наметанный... Пятая проблема - Дэрг, которого тоже понесло. Сейчас он тихо бесится в лазарете под присмотром встревоженного Дилана и невозмутимой Карин. Причина та же, что и у Аэтериоса, только результат другой: обида на весь мир, болезненный вывих плеча и испорченная броня.
 Зайдя в тамбур лазарета, я тяжко вздохнула, вспоминая, как это случилось.
 Когда "Нормандия" приземлилась на причальную площадку на Х57, освобожденную для нее кораблем Чарна, отряды уже успели подойти к главному комплексу. Снятые с батарианских судов люди должны спать еще часов семь как минимум, и на момент отлета Ка"Хаирала и Ти"Рокаара находились в медицинском отсеке главного комплекса, перенесенные туда батарианцами и моими бойцами, поскольку оставлять их на причальных площадках нельзя: погибнут, когда автоматика воздух откачает. Балак был столь любезен, что выделил десяток своих подчиненных нам в помощь, лишь бы свалить отсюда побыстрее.
 Как раз, когда они заканчивали переносить людей с корабля Чарна, прибыла группа Найлуса. Дэрг и Дилан тут же были направлены в помощь носильщикам, но так уж получилось, что первый разумный, кого они встретили, был не батарианец, не спящие люди, а плачущая Кира. Дэрг - добрый, и пройти мимо молоденькой девушки, молча льющей слезы над чьим-то телом, не смог, а Кира на вопросы бойца ответила честно...
 Взбешенный Дэрг полуобморочного от жесткого ментального подчинения Горза не убил только потому, что его вовремя перехватил Аэтериос, очень доходчиво пояснивший младшему и более слабому сородичу, что старшим надо подчиняться, а командира ненужными убийствами расстраивать нельзя, даже если убить очень-очень хочется. Мягкий, вкрадчивый рокочущий голос, абсолютно черные глаза с тускло светящейся багровой радужкой, железная хватка и острая боль в медленно выворачиваемом несмотря на тяжелую броню плече подействовали волшебно.
 Автоматика закончила дезинфекцию и пропустила нас с Найлусом в лазарет. Диспозиция особо не изменилась: злой и обиженный Дэрг с фиксирующей повязкой на плече, нахохлившись и поджав ноги сидел на койке, рядом с ним сидел Дилан. Через пустую койку практически в той же позе сидела настороженная Кира возле неестественно-безмятежного асура, а Карин осматривала сохраняющего внешнюю невозмутимость Гарруса. Идиллия, чтоб их...
 - Спектры. - Карин даже не повернулась.
 В спокойном голосе - мягкий укор и неодобрение, в эмоциях - оторопь, непонимание, настороженность и недоумение, клокочущие под внешним спокойствием.
 - Каково их состояние? - спросила я, подходя к доктору.
 Карин развернула большой голографический экран, показывающий результаты сканирования Рруса.
 - У Вакариана сложный перелом лопатки, а также трещины в трех ребрах, еще два сломаны. - она указала на места переломов. - Требуется операция и установка штифтов на лопатке. - доктор укоризненно посмотрела на Гарруса. - Вот как можно было так упасть?
 - Я старался. - ответил Ррус.
 Карин развернулась и в упор посмотрела на наше сокровище.
 - Сломать кости?
 - Покинуть зону поражения...
 - В следующий раз, офицер Вакариан, старайтесь лучше.
 - Хорошо. - честно пообещал он.
 Стараться-то он будет, но не факт, что сделает. Карин, которая познакомилась с менталитетом турианцев еще на Шанси, это прекрасно понимала, а потому просто махнула рукой.
 - Что с остальными? - спросила я, сбивая ее с мысли об операции: лечить я буду сама, тем более, ни для кого из присутствующих в лазарете подобное не будет новостью.
 - У Дэрга небольшие гематомы и остаточные последствия вывиха плеча. У Киры залеченные переломы и сотрясение мозга. - при этих словах доктор выразительно на меня посмотрела. - Остальные - здоровы.
 - Дэргу требуется находиться под вашим присмотром?
 - Нет. Он может быть свободен, но пока он в таком состоянии я не могу его выпустить из лазарета.
 Дэрг насупился, мрачно глянул на Аэте, и перевел на меня взгляд полностью черных глаз, потом вновь уставился на асура, который тут же открыл точно такие же черные глаза, в которых раскаленным металлом сияла багровая радужка, и улыбнулся. Дэрга от этого хищного оскала передернуло, он покосился на пребывающего в ступоре Дилана. Тот тоже смотрел на Аэтериоса. Подозрительно и непонимающе.
 Я вздохнула, показала кулак асуру, на что тот виновато потупился, пряча жуткий, пробирающий до глубины души взгляд. Драгоценности артефактного комплекса ярко переливались в свете белых ламп лазарета, рассыпая брызги преломленного света в седых волосах. "Химера" работала во всю мощь, вываливая на своего носителя огромный объем информации и вынуждая его разум и организм работать на запредельной нагрузке. Хорошо. Энергосистема начинает раскачиваться, подстраиваясь под возросшие требования и запросы организма.
 - Я так понимаю, самостоятельно Дэрг успокоиться не может? - иронично поинтересовался Найлус, с интересом разглядывая насупленного бойца.
 Карин отодвинула голографические экраны в сторону, глянула на молчаливого асура, на выразительное лицо Крайка и задала занятный вопрос:
 - Полагаю, вы знаете, что необходимо делать в подобных случаях?
 - Дрессировать их надо. - хмуро ответил Аэтериос.
 Я согласно кивнула практически синхронно с Найлусом. Аэ вроде как изъявил желание начать дрессуру нежданных сородичей? Вот может уже начинать. И он займется чем-то полезным, и у Дэрга времени ни на что больше не останется. Даже на психи.
 - Вот и займешься. Трюм по ночам в вашем распоряжении.
 Дэрг с Диланом переглянулись и уставились на по-доброму им улыбающегося Аэтериоса.
 - Аэ, я только закончил ремонт и настройку "Мако"... - обреченно произнес Ррус.
 - Понял. - покладисто закивал асур. - Мы аккуратно.
 - Вот это меня и беспокоит. - еще обреченнее буркнул снайпер.
 Найлус хмыкнул, Аэтериос чисто по-детски насупился и нахохлился, сидя на койке, Кира недоумевающе переводила взгляд с него на Рруса, на меня, на доктора, на Найлуса, на Дэрга с Диланом, и снова на асура. В эмоциях - недоумение. Почему? Ах, ну да. Она же еще не видела Аэте в амплуа милого, доброго и безобидного паренька...
 - Ррус, мы БУДЕМ аккуратными. - быстрый многообещающий взгляд на Дэрга. - Мы не испортим твою работу.
 - Вот теперь я начинаю беспокоиться за крогана.
 Аэте удивленно моргнул, а потом беззаботно отмахнулся:
 - Они живучие.
 - О чем я и говорю. - Гаррус тяжко вздохнул и вздрогнул от острой боли в спине.
 Карин нахмурилась.
 - Вакариан. В операционную! Возражений я слышать не желаю!
 Ррус в операционную не хотел, но спорить с доктором не рискнул.
 - Карин, если ВЫ не возражаете, давайте обойдемся без операции. - мягко сказала я. -Гаррус нужен мне в отряде на Новерии.
 Вот что мне нравится в Карин: ей не требуется пространно объяснять очевидные вещи. Укоризненно склонив голову, доктор произнесла:
 - До Новерии двое суток пути. Вы успеете? В прошлый раз подобное лечение очень сильно по вам ударило, Имрир.
 - Я в полной силе, и заниматься таким извращением, как лечение через канал энергетической подпитки не буду. Есть куда более простые и эффективные методы.
 - Я бы хотела это увидеть. - тоном, не допускающим возражений, припечатала Карин.
 Возражать я не стала. Хочет - пусть смотрит. Но понимания будет столько же, сколько у остальных, даже если я объясню, что будет сделано.
 - Объяснение требуется?
 Карин кивнула и уточнила:
 - Сканер не помешает?
 - Нет.
 Доктор приглашающе махнула рукой, быстро обклеив Гарруса дополнительными датчиками. Ррус смешно шевелил носом, но молчал, стоически принимая происходящее.
 После коротких колебаний, я остановила выбор на все той же магии крови. Мы находимся на космическом корабле, под завязку набитом чувствительной и хрупкой электроникой, а использование любой более-менее мощной магии может давать мелкие колебания констант и, соответственно, вызывать сбои в работе. Одно дело развлекаться на огромной станции, до краев заполненной инертной разнополюсной энергией, способной погасить фон даже от мощных ритуалов, а совсем другое дело - мелкий корабль. Впрочем, ничего особо мощного мне не требуется. Стандартный круг на сращивание костей. У Рруса организм крепкий, сильный, энергии полно, так что отработает быстро.
 Я села на койку за спиной Гарруса, положила пальцы правой руки ему на позвоночник чуть ниже последнего шейного позвонка, практически сходу подключаясь к его нервной системе. По телу тут же дерануло острой режущей болью в онемевшей спине, пульсирующей тяжелыми, тугими волнами ноющей боли в перенапряженных до судорог мышцах.
 - Выровняйся.
 Он послушно выпрямил спину, я второй рукой принудительно довернула пострадавшее плечо, блокируя все ненужные нашему светлому сокровищу ощущения от этого процесса.
 - Замри.
 Ррус замер, словно окаменел, крепко сжав пальцы на краю койки.
 - Не знаю, Карин, помогут ли вам мои объяснения... - я прокусила кожицу на кончике указательного пальца левой руки.
 - Я бы все равно хотела их получить. - доброжелательно отозвалась Чаквас, застраивая медицинское оборудование. - Считайте это профессиональным интересом.
 Хмыкнув, я быстро начертила нужный мне рисунок на плотной ороговевшей коже, прикрывающей естественной броней поврежденную лопатку: две дуги, соединенные в круг двумя символами: один сверху, второй - снизу. Короткое усилие, кровь мгновенно впитывается в кожу.
 - Это простейший концентратор, задающий область работы. - спокойно сказала я, активируя рисунок. - Процесс лечения не зависит от расы, вида или биохимии: ритуал обращается к генетическим маркерам организма, разгоняет на короткое время регенерацию в указанной области. Символы задают объект воздействия. В данном случае это восстановление костной ткани. Дальше уже срабатывают природные механизмы восстановления.
 На экране медицинского сканера было отчетливо видно, как зарастает сломанная кость: медленно, собираясь в единое целое из разрозненных осколков.
 - Есть небольшие нюансы. Перед работой желательно собрать обломки кости в кучу, хотя бы приблизительно выставив на места, иначе придется контролировать сращивание и самостоятельно сдвигать осколки. Если этого не сделать, кость может срастись неправильно, все же, ритуал простейший и не предполагает лишних изысков вроде самоориентирования кусочков кости. Моя кровь является высокоэнергетическим катализатором, через который я могу управлять процессом, если в этом есть необходимость.
 Про то, что кровь истинного метаморфа - это прежде всего полностью подконтрольный мне мощнейший мутаген, с помощью которого я могу воздействовать на чужой организм на генетическом уровне, я благоразумно умолчала.
 В лазарете царила гробовая тишина, едва разгоняемая фоновыми шумами корабля и звуками работы медицинского оборудования. Даже дыхания слышно не было. Все разумные завороженно смотрели на большой экран, глядя, как восстанавливается сломанная в двух местах лопатка. Аэте, Ррусу и Найлусу я передавала свое восприятие этого занимательного процесса, считывая информацию напрямую.
 - Сейчас я поддерживаю прямой контакт с организмом Гарруса, подавая дополнительно энергию для ускорения восстановления костной ткани и блокируя неприятные ощущения: скоростное лечение всегда очень болезненно, особенно, когда затрагивает нервы. Если используются более-менее серьезные медицинские техники, необходимости в блокаде нет: в них анестезия входит по умолчанию, иначе пациент умрет от болевого шока. Как видите, Карин, ничего особо волшебного. Все основано на обычной биологии.
 - Если не считать того факта, что вы, Имрир, можете заменить полноценный госпиталь. - спокойно произнесла доктор Чаквас.
 А вот этот вывод мне совершенно ни к чему!
 - Не могу! Карин, масштабы не те, чтобы одного мага с госпиталем сравнивать. Учитывая, что исцеление - это не моя специализация. Я больше как-то по убийству ближних и дальних.
 Моя попытка преуменьшить возможности магического лечения разбилась о практичность:
 - Результаты впечатляющие. Традиционными методами такая травма будет лечиться не меньше месяца. Вы же справитесь минут за... - Карин кинула взгляд на монитор, - минут десять.
 Пожав плечами, согласилась:
 - У каждого пути есть свои плюсы и минусы. Идеал только в их совмещении, но это уже вершина развития цивилизации, когда фундаментальная магия перерастает в технологию, или технологии переходят границы науки, охватывают магию и превращаются в маготехнологии.
 - Это возможно? - осторожно спросил Дилан.
 Какой интересный вопрос. Можно даже сказать, удачный. Все равно пора бы расставить знаки препинания над частью текста, раз уж у меня на корабле три необученных асура и асур-тар в состоянии контролируемого хараза.
 - Конечно. Вы сами можете посмотреть на результат.
 - "Мрир?" - осторожная мысль-вопрос обоих турианцев.
 - "Сейчас самое время разводить доктора на разговор. Скрывать асурские гены у Дэрга и Киры, сам понимаешь, бессмысленно. Сходство налицо. Вернее, на глаза." - ответила я, окутывая встревоженного напарника теплом. - "Вопрос асуров как расы Иерархии я затрагивать не буду - это ваши внутренние дела, но вот о том, что они такое, сказать стоит. Если в Альянсе Систем есть еще такие как Дэрг, нам надо об этом знать."
 - "И до того, как асуры решать самостоятельно разобраться с вопросом неучтенных сородичей!" - добавил Ррус, совершенно не смущаясь того факта, что Аэ его прекрасно слышит.
 Найлус резоны понимал не хуже.
 - "Согласен." - донеслась едва уловимая усталая мысль. - "Знает Аэте - знает Флот. Вопрос в сроках реакции."
 - "Я постараюсь убедить повременить." - я перевела взгляд на асура. - "Аэтера, ты ведь подождешь, если я попрошу?"
 Легкая улыбка приподняла уголки губ, взгляд пылающих глаз смягчился.
 - "Подожду." - ответил он.
 Мысленный разговор - скоротечен и прошел мимо внимания присутствующих в лазарете.
 Дилан растерянно моргнул, а Дэрг ошарашенно спросил:
 - Где?
 - В зеркале! Как раз все приметы на лице. Вернее, в глазах! - иронично сказала я. - Ну, можешь попялиться на Дилана, но он себя хорошо контролирует и его состояние не отражается так явно. Если хочется яркого примера, посмотри на Киру или, еще лучше, на Аэте.
 Асур молча поднял на меня удивленный взгляд, Дэрг опешил, Дилан нахмурился, Кира растерянно смотрела на меня.
 - Вам известно, кто они? - негромко спросила Карин, глядя не на меня, а на Найлуса.
 - Полагаю, вам тоже это известно. - тем же тоном задал встречный вопрос он, ставя на стол давно активную пирамидку.
 Магия была забыта: разговор свернул на очень скользкую для всех нас тему.
 - Мне известно, что Дилан и Дэрг, если говорить с точки зрения биологии, уже не относятся к виду homo sapience из-за пробуждения ранее нам неизвестного рецессивного генома. - произнесла Карин. - Как и Кира Волдар . Но кем они становятся, я не знаю. В отличие от вас. - развернув дополнительный экран, доктор вывела стандартную медицинскую карту. - Вы знаете, что я провожу полное обследование всех, кто находится длительный срок на борту.
 Найлус согласно кивнул, все так же сохраняя внешнюю невозмутимость и спокойствие. Карин, наоборот, начала расхаживать по лазарету, вертя в руках датапад.
 - Проверка Аэте Дхар выявила тот же геном, что и у Дэрга, но в чистом виде, без каких-либо исторических генетических наслоений. Он изначально доминантный. Я не знаю, кто такой Аэте, но он не был человеком с самого рождения.
 Аэтериос хмыкнул и довольно кивнул. На выразительной физиономии Дэрга проступило настолько чистое и незамутненное обалдение, что мы с Найлусом не смогли удержаться от смешков, а асур - от наглой лыбы, вызвавшей у бойца яркую вспышку злости и детской обиды на весь мир. Карин посмотрела на нас с укоризной, фоня весельем.
 - Полагаю, я могу смело говорить о представителе другого биологического вида. - женщина остановилась у стола. - И, полагаю, для вас это новостью не является.
 Найлус молчал, с вежливым вниманием глядя на нервничающего доктора. В ментале разливался сложный конгломерат эмоций. Яркий, насыщенный, активный, но на удивление монолитный: легкий страх, настороженность, собранность и... интерес. Куда ж без него. Дэрг откровенно растерялся, Дилан медленно впадал в безэмоциональность транса, превращаясь в живой ИИ.
 - Карин, скажите, много ли таких как Дэрг? - прервала я затягивающееся молчание.
 - Достаточно много. - уклончиво ответила доктор, а в ее поверхностных мыслях против воли замелькали крайне интересные воспоминания...
 - О них известно? - задал вопрос Найлус.
 Карин покачала головой.
 - Нет. Нам удалось избежать огласки.
 Значит, я оказалась права. Пробуждение генома произошло на небольшой территории в замкнутом сообществе. И этот факт удалось скрыть.
 - Что вы знаете?
 Вопрос был задан жестко, четко, прямо. От нашего ответа на него будет зависеть последующее развитие беседы.
 - Доктор Чаквас, я не могу дать вам исчерпывающий ответ: это внутренние дела Иерархи, и я не имею права сообщать вам эту информацию в полном объеме без разрешения Примарха. - спокойно ответил Найлус. - Для меня было неожиданностью встретить сородичей Аэте среди людей. Я не был уверен в своих выводах относительно видовой принадлежности Дэрга и Дилана, но сейчас скрывать очевидное бессмысленно.
 Карин тяжело вздохнула, но согласилась:
 - Бессмысленно. Я могу сделать сравнение генетических маркеров, но, полагаю, в этом нет надобности: налицо принадлежность к неизвестному мне биологическому виду, генетически совместимому с homo sapiens вплоть до сохранения полноценной репродуктивных свойств полукровок. - быстрый взгляд на меня. - Учитывая некоторые исключительные возможности Имрир, полагаю, разговор пройдет с некоторой...
 - Долей доверия. - со вздохом закончила я. - Дипломатические маневры в нашей ситуации неуместны. Нам всем придется поделиться информацией.
 - Согласен. - Найлус хмыкнул, шевельнул мандибулами. - Особенно учитывая, что в замкнутом пространстве корабля находятся четыре асура, трое из которых нуждаются в полноценном обучении и тренировках, а один - на грани срыва.
 - Я себя контролирую. - вяло отмахнулся Аэте.
 - Я не сказал, что ты себя не контролируешь! Я сказал, что ты на грани срыва! - язвительно сказал Найлус. - По глазам видно, что ты УЖЕ в состоянии хараза, и неизвестно, сможешь ли из него выйти самостоятельно.
 Аэтериос подумал, согласно кивнул и выдал, обаятельно при этом улыбнувшись:
 - Не смогу.
 Ррус вздрогнул всем телом, отчего мы синхронно охнули, Най экспрессивно выругался, используя такие обороты, что инструментрон тактично промолчал, а в ассоциативных цепочках промелькнули крайне любопытные образы...
 - "Не переживайте, я помогу ему вернуться в адекватное состояние." - мягко сообщила я по общей связи.
 Гаррус расслабился, Найлус еще раз выругался, но уже мысленно, Аэтериос полыхнул благодарностью и предвкушением, окрашенным смутным беспокойством.
 - Асуры? - задала резонный вопрос Карин, когда поток турианского фольклора иссяк.
 - Самоназвание. - со вздохом пояснил Най. - Карин, вас ничего не удивило в Дэрге и Дилане? Или в других известных вам рецессивных асурах?
 Доктор устало прикрыла глаза.
 - Удивило? Это не совсем верное определение. Мы до сих пор в шоке. - короткое покачивание пепельноволосой головы и усталость в ментале. - Полагаю, вам известно, что любое изменение генома взрослой особи в большинстве случаев ведет к ее гибели или к мутациям, несовместимым с нормальной жизнедеятельностью?
 Мы закивали, а Дэрг сделал вид, что тоже это всегда знал.
 - Пробуждение генома асуров - исключение из этого правила: очень быстрая, лавинообразная мутация, захватывающая все без исключения клетки организма, проявляющаяся в высокой температуре и лихорадке, длящейся от трех до семи дней в зависимости от возраста. Естественных механизмов подобной сверхскоростной доброкачественной мутации нам не известно, выделить их из генома асуров оказалось невозможно. При пробуждении генома, результатов два: или гибель при начале мутации, или полное изменение. Осечек не бывает. Все, что не подходит под эталон, выгорает и уничтожается. Промежуточных этапов еще ни разу не было, как и неполноценных мутаций.
 - У нас не бывает полукровок. - флегматично произнес Аэте. - Геном всегда передается в полной мере, но может спать. Если кровь слишком разбавлена, смесок не переживает ее пробуждение.
 Карин согласно кивнула.
 - Людей с рецессивными генами асуров мало: тех, у кого ген может пробудится, примерно один на пять-шесть тысяч, но их крайне сложно вычислить: если не знать, на что обращать внимание, геном обнаружить практически невозможно. Мы втайне проводим исследования уже шестнадцать лет, и появилась определенная закономерность: все, у кого есть такой геном, оказались совершенно неспособны к спокойной размеренной мирной жизни. - доктор вновь принялась расхаживать взад-вперед. - Подавляющее большинство людей с геномом асуров сосредоточены в боевых подразделениях, в преступности и в тех сферах жизни, которые подразумевают регулярный риск для жизни в любой его форме. Таких людей принято называть адреналиновыми наркоманами. По какой-то причине, они всегда инстинктивно держатся друг друга.
 - У нас есть чувство своего. - пожав широкими плечами, пояснил асур. - Я могу вычислить сородича безошибочно. На этом корабле еще семеро смесков. Двое не переживут пробуждение крови даже в нашем лазарете, троих можно инициировать только под присмотром, остальные сами справятся.
 - "Эти?" - я сбросила асуру два образа.
 От Аэте пришло согласие.
 Наш доктор, наконец, немного успокоилась и присела на стул. Раз первая информация переварена и принята к сведению, можно дальше развивать чрезвычайно актуальную для нас тему и переводить ее в практическое русло.
 - Карин, асуры отличаются от людей не только физически. Не менее серьезные отличия в их психике. - мягко сказала я. - Полагаю, вы уже заметили это, раз работаете с ними столько времени.
 Доктор кивнула.
 - Это сложно не заметить.
 Еще бы. Примеры гнездятся на койках и смотрят на нас черными глазками. Даже у Дилана тьма порой проглядывает.
 - Аэте прав: им нужна жесткая дрессура.
 Дэрг возмущенно выпрямился, но я подняла руку, вынуждая его заткнуться.
 - Причина? - краткий прямой вопрос.
 Ритуал отработал, и кровавые символы бесследно исчезли с серой ороговевшей кожи. Лопатка залечена, за двое суток окрепнет окончательно: для этого всего-то потребуется нужное питание и парочка знаков. Снова надкусив палец, я нанесла пять угловатых рун на спину Ррусу, активировала цепочку и кровь впиталась в кожу не слишком аккуратной татуировкой.
 - Повернись. Еще два ребра.
 Гаррус повернулся ко мне левым боком и откинулся немного назад, опираясь на руку.
 - Карин, вы назвали их самостоятельным биологическим видом. - произнесла я, возвращаясь к разговору и рисуя на коже Рруса несколько модернизированную версию того же простого чертежа лечения простых переломов. - Это не так.
 Доктор скрестила руки на груди.
 - Искусственность их происхождения очевидна.
 Еще бы она не была очевидной. Природа такое не делает никогда.
 - Верно. Существует даже универсальное название для созданий такого класса, независимо от того, как и где они созданы.
 - И как нас называют? - сумрачно спросил Дэрг, проигнорировав укоризненный взгляд напарника.
 - Боевые химеры.
 Дэрг подавился дальнейшими вопросами, Дилан удивленно моргнул и задумался, Кира переводила растерянный взгляд с меня на Аэте, Карин нахмурилась, оба турианца промолчали.
 - Асуры - это самая совершенная форма боевых химер, какая мне известна. - кровавый рисунок активировался, на мгновение блеснув багрянцем, и впитался в кожу. - По сути - живое оружие, созданное каким-то неизвестным мне Мастером-химерологом на основе человеческого генома. Хочу уточнить, Карин: химерологом, а не генетиком. Ни одна чистая генетика, как бы ни была развита наука, неспособна создать такое существо.
 - Откуда такие выводы?
 - Они энергетически активны. - не слишком понятно ответила я, и уже мысленно добавила для своих: - "Магического ядра у асуров нет, но есть все механизмы, необходимые для его самостоятельного формирования и полноценного развития, пребывающие в спящем состоянии, если энергетический потенциал окружающей среды не достигает нужного уровня. У Аэте ядро уже начало формирование, и где-то месяца за полтора разовьется окончательно. Может, быстрее. Создать такие механизмы может только грамотный маг-химеролог."
 Аэте встрепенулся, расплываясь в предвкушении и азарте. Магия его восхитила, задела за самые глубинные струны души, отзываясь в глубинах естества. Это нормально. Потому что есть еще две особенности асуров, буквально кричащие о том, что их создал не просто гениальный маг-химеролог, а существо, пожалуй, уже утратившее обозначение "смертный". То, что он сделал... это... Я даже не представляю, каким надо обладать могуществом и объемом знаний, чтобы такое провернуть! Одна из этих особенностей порождает в среде асуров феномен а"тарэ, примером которого является Аэтера. Вторая особенность... Это даже не особенность, это... Да это посвящение целого вида Первооснове! Той самой, чья Печать лежит и на моей душе. Может, именно потому я изначально воспринимаю Аэтериоса как своего? Но об этих нюансах я никогда не скажу постороннему. Слишком уж информация важная и опасная.
 - Аэ, прекрати ты так лыбиться! - буркнул Найлус. - Ощущение, словно я на цели орбитального удара сижу.
 Аэте мордашку опустил, но лыбиться не престал, фонтанируя довольным предвкушением. В лазарете вновь воцарилась тишина. Как в древнем некрополе: тяжелая, тревожная, полная ожидания, в которой мой голос звучал удивительно громко.
 - В создании химер на основе человеческого организма нет ничего удивительного: это распространенная практика в любом более-менее развитом магическом мире. - пожав плечами, добавила я. - Люди чрезвычайно распространены по Мультиверсуму именно потому, что геном чистой ветви homo sapiens очень пластичный, в меру нестабильный и легко изменяемый, что делает его привлекательной основой для создания более совершенных существ, но в то же время это его свойство становится причиной множества проблем у самих людей. Малейшие изменения условий жизни, состава пищи или радиационного фона приводят к мелким изменениям и, как результат, к развитию огромного количества недоброкачественных генетических мутаций и наследственных заболеваний.
 Карин согласно кивнула, подтверждая мои слова.
 - Люди - хрупки. - негромко произнесла она.
 - Безусловно. Из-за этого и возникает базовый инстинкт человеческой расы - фанатичное неприятие любого отклонения от нормы, вбитое на уровень безусловного рефлекса и инстинкта. У рас со стабильным геномом ксенофобии чаще всего нет как класса, если она, конечно, не появилась из-за культурных или религиозных особенностей общества. - продолжила я, по-прежнему держа руку на загривке Рруса, блокируя острую боль в ребрах и одновременно легонько поглаживая пальцами бархатистую кожу, не прикрытую естественной жесткой защитой.
 Все равно никто не видит, мне очень приятно, а турианцы краснеть не могут чисто физиологически. Ну подумаешь, сидит генерал Вакариан с безэмоциональным каменным лицом, прикрыв глаза и глядя куда-то в сторону нижней палубы... А то, что мандибулы крепко прижаты к щекам, челюсти сжаты и носовые пластинки судорожно подергиваются, ну так кто кроме Найлуса и откровенно веселящегося Аэтериоса разбирается в таких мелких нюансах турианской мимики?
 - "Мрир..." - полыхая смущением и неловкостью, едва слышно пронеслось по ментальной связи.
 Аэте нагло лыбится, Найлус держит невозмутимое лицо, но в глазах плещется веселье, приборы показывают легкую нервозность, но и только.
 - "Тебе неприятно?" - умиротворенно полюбопытствовала я, зная, что это не так.
 Смущение можно было уже сцеживать из ментала и закатывать по баночкам, настолько концентрированным оно было. Ну ничего не могу с собой поделать: Ррус невероятно мил в такие моменты, а у болевой блокировки есть занятное побочное действие: любые другие ощущения усиливаются на порядок, и легкое невинное поглаживание давало изумительный результат.
 - "Никто не видит, успокойся." - пришла полная иронии мысль Найлуса. - "Расслабься."
 - "Но..."
 Внятно сформулировать мысль Ррус не смог, а потому, смирившись, утих. Впрочем, смущение и легкая неловкость совершенно не мешали ему получать массу удовольствия, а мы этим нагло пользовались, млея в теплой и ласковой ауре нашего светлого сокровища. Наши эмоции эхом докатывались до Аэте, передавая отголосок этого живого тепла и создавая легкую иллюзию присутствия привязки, что сильно помогало ему удерживать самоконтроль и полностью погасило злость, гнев, и тяжелую ледяную ярость хараза.
 - Имрир, как пластичность генома влияет на распространение людей по Мультиверсуму?
 - Старшие расы с собой по мирам и реальностям развозят. - ответила я. - Люди хорошо приспосабливаются, магически нейтральны, быстро плодятся и легко воспитываются. Кто-то рассматривает людей как привычных напарников, кто-то, вроде вампиров и всякой нечисти, как жратву, кто-то чисто по привычке за собой в новый мир тащит. Кто-то увозит как слуг, кто-то как "нулевую расу" для создания нужных в будущем существ. Тут люди местные, но кто-то использовал их для создания оружия.
 Карин покачала головой, удивленно глядя на умиротворенного Аэтериоса.
 - Оружие?
 Асур пожал плечами и согласно кивнул. То, что они всего лишь совершенное оружие, асуры прекрасно знали и воспринимали как нечто естественное, вообще не напрягаясь искусственностью своего происхождения.
 - Живое разумное оружие со всеми его особенностями. - флегматично и умиротворенно поправила я. - Тот, кто их сделал, прекрасно знал, что именно и для каких целей он делает, и как с такими созданиями надо обращаться, чтобы избежать широко распространенных ошибок и их итога: бессмысленной, беспощадной жестокой кровавой резни. По какой причине этот Мастер бесследно исчез, оставив своих созданий в свободном плавании, мне непонятно. Но результат мы видим перед собой.
 - Оружие? - как-то странно булькнул Дэрг, с полном ступоре глядя на меня.
 Прямое, не предусматривающее двоякой трактовки определение его сути вошло в клинч с его человеческим мировоззрением. И это мировоззрение начало трещать.
 Дэрг - не дурак, как бы он ни пытался выглядеть как тупоголовый дуболом, разумом его природа и гений создателя не обидел, мозги работали очень хорошо, и сейчас он непроизвольно анализировал свои же повадки, безжалостно проявляя множество странностей, на которые раньше боец старался закрыть глаза...
 - А что тебя смущает? - иронично спросила я. - Когда войдешь в силу, ты станешь на порядок сильнее человека, быстрее, ловчее, проворнее, у тебя будет феноменальная память и скорость реакции. Боевые навыки у асуров на высоте. А если у тебя пробудится генетическая память, вообще свойственная боевым химерам, то узнаешь очень много интересного.
 - А в чем подвох? - хмуро спросил Дилан.
 - Психика.
 Бойцы переглянулись и уставились на Аэ. Тот вопросительно склонил голову набок в чисто турианском жесте.
 - Не надо так на него смотреть. В отличии от вас, Аэтериос четко знает, что он такое. Это у вас еще есть какие-то иллюзии. У него нет. Вы еще не приняли свою сущность, из-за чего в будущем будет множество проблем и конфликтов в психике: когда геном начинает пробуждаться, он автоматически привозит к изменению инстинктов, безусловных рефлексов и автоматических реакций. Дэрг, ты, конечно, хорошо научился мимикрировать под человека, но запомни: против сути не попрешь. Даже если ты ее не знаешь, она проявится и напомнит о себе.
 - В чем наша суть? - тихонько спросила Кира, подспудно опасаясь ответа.
 - Вы - оружие, прежде всего предназначенное для убийства. Асуров создал гений, спроектировавший не только тело, но и подходящий менталитет, вбив его в базовый инстинктивный пласт. Чем чище становится геном, тем полнее разворачивается ментальный пакет.
 Говорила я спокойно, но без ненужных экивоков. Они должны четко понять, чем являются. Некоторые иллюзии надо разрушать сразу, как бы болезненно это ни было.
 - Не надо бояться: ваша личность и память не пострадают, но пройдет переосмысление жизненных ценностей. Вас перестанут интересовать некоторые привычные людям грани жизни. Например, вы полностью утратите желание вести оседлую спокойную жизнь, зато в вас проснется авантюризм, вас перестанет интересовать тот же спорт: в нем нет риска и будоражащего кровь азарта, все жестко регулируется правилами. Это не значит, что вы не сможете спокойно проводить время или отдыхать, нет, но ваши повадки приобретут черты, присущие крупным хищникам. В том числе и леность, и нежелание подчиняться, и крайнюю нетерпимость к любым формам покушения на то, что вы считаете своим.
 - Собственнический инстинкт? - уточнил Дилан.
 - В обостренной форме. - согласно кивнула я. - Делиться своим вы не умеете совершенно. И не хотите, находя миллион причин, почему этого делать не стоит. К примеру, Дэрг сделает что угодно и придумает любое оправдание своим поступкам, но он тебя никогда не отпустит.
 Дэрг открыл было рот, чтобы привычно огрызнуться, но Дилан положил руку ему на плечо и чуть сжал пальцы, вынуждая замолчать. Самого Дилана несколько странные и неестественные повадки Дэрга в его отношении уже давно перестали напрягать, как и ненормальная заботливость напарника, ставшая в свое время причиной множества похабных шуточек, на которые сам Дэрг реагировал крайне агрессивно.
 - В чем причина? - спросил Савьер.
 Ответил ему Найлус:
 - У асуров крайне гибкая и пластичная психика. У некоторых - до нестабильности.
 Дилан покосился на хмурого напарника, Дэрг недовольно заворчал.
 - Нас называют асур-тар. - добавил Аэтериос. - Мы нуждаемся в стабилизаторе психики и личности - в привязке. Дэрг, Дилан частично взял на себя функции твоей привязки, но полноценно выполнять их не может - он нашей крови. Именно поэтому ты ему противоречишь и споришь, оспариваешь его решения и не можешь полностью себя контролировать даже в его присутствии. Вам нужен общий стабилизатор. Найдете себе третьего и стабилизируетесь оба: ты перестанешь беситься, а у Дилана пропадут проблемы с неестественной работой мозга, при которой он превращается в искусственный интеллект. Полноценная привязка всегда другого вида, и его приказы неоспоримы. Это заложено в наши инстинкты.
  - Почему? - тихонько спросила Кира.
 - Потому что иначе мы не остановимся. - мягко ответил ей Аэте. - У нас не будет причины.
 Кира вздрогнула, обхватила себя за плечи. Карин молчала, но в ментале разливался шок. Спокойный, мягкий, в чем-то даже добродушный тон лишь подчеркивали смысл сказанного, и от этого становилось еще более жутко.
 - Если асур-тар впадает в хараз и начинает убивать, он будет убивать, пока не погибнет или пока не останется единственным разумным на планете. - вздохнув, пояснил Найлус.
 - Это если у него нет корабля и на планете нет других асуров. - хмуро добавил Гаррус, хорошо знающий, как именно их раса столкнулась с асурами. - Если есть, он полетит дальше, пока не встретит того, кто его остановит: или не убьет, или не станет привязкой.
 Аэтериос согласно кивнул.
 - То есть, хочешь сказать, что ты можешь вырезать целую расу просто потому что... -чисто из чувства противоречия буркнул боец, запнувшись на окончании фразы.
 - Просто потому, что некому будет сказать мне "остановись"? - мягко переспросил Аэтера. - Могу. Но Рен просил меня этого не делать и слушаться командиров, а расстраивать свою привязку даже в мелочах я не хочу.
 - Только из-за этого? - неверяще переспросил Дэрг.
 Встретив пылающий взгляд, боец вздрогнул. Здесь и сейчас не было милого и обаятельного паренька Аэте, а был тот, чье отражение я видела в своем разуме - Аэтера.
 - Карин, вы понимаете, почему меня так волнует вопрос об асурах, выросших в вашем социуме? - устало спросил Найлус.
 Доктор кивнула.
 - Ваше счастье, что ни один из них не вошел в полную силу.
 - Вы в этом уверены?
 - Если бы это произошло, люди как вид были бы уничтожены. - спокойно пояснил Аэтера. - Мы не принимаем привязкой расу-основу - люди слишком непостоянны и ненадежны. Только тех, кто достаточно силен, чтобы нас контролировать, тех, кто нам подходит. У Дэрга пробудился геном, но без нужных тренировок он никогда не раскроет свой настоящий потенциал и не станет полноценным асуром.
 - Самовольное вхождение в силу...
 - Невозможно. - отрезал Аэте, прерывая Дилана. - Этот механизм контроля у нас срабатывает еще жестче инстинкта поиска привязки. Пробуждение генома - это лишь первый этап, который позволяет запустить весь цикл. Если не повезет, кто-то может пройти еще один-два этапа.
 Карин устало прикрыла глаза и потерла ноющие глаза.
 - Что происходит с теми, кто застрял на пол пути?
 - Безумие. - лаконичный ответ.
 - Причина?
 - Конфликты инстинктов и полученного воспитания.
 Кровавый ритуал отработал, и рисунок исчез с кожи Рруса, но руку я убирать не спешила, продолжая легонько поглаживать его по спине. Меня это успокаивало.
 Ментал звенел от мощных эмоций Карин, Дэрга и Киры. Дилан принял новости гораздо спокойнее и философски, не слишком забивая себе голову.
 - Карин. Психика и физиология - это не все проблемы. - вздохнув, сказал Найлус.
 Доктор непроизвольно передернула плечами.
 - Что еще мы не знаем?
 - Асуры - это боевые химеры. - мягко сказала я. - Живое разумное оружие.
 Карин вопросительно приподняла бровь, всем видом показывая, что ей не стоит повторять дважды.
 - А для того, чтобы эффективно выполнять свою работу, оружие не должно иметь собственных моральных ценностей и принципов. - вкрадчиво произнесла я.
 Доктор прикрыла глаза и вздрогнула всем телом.
 - Вы хотите сказать, что они...
 - Абсолютно аморальные урожденные убийцы, не имеющие никаких иных тормозов и ограничений, кроме тех, которые им задает раса-привязка. - закончила я.
 Карин сказанное оценила и... содрогнулась.
 - Расой-привязкой стали вы? - тихо спросила доктор, глядя в глаза Найлусу.
 - Мы.
 - Как вам это удалось?
 - Понятия не имею. - честно ответил Най и развел руками. - Никто не знает, асуры не говорят.
 - Мы сами выбрали. - как само собой разумеющееся выдал Аэте. - Они нам подходят. И понравились.
 Разговор сам собой увял. Карин была в полушоковом состоянии. Да, она работала с пробужденными полукровками, но одно дело работать с людьми, получившими некоторые способности, а совсем другое дело узнать правду. Неприглядную правду.
 - Аэтериос... Это твое имя? - негромко спросила доктор.
 - Да.
 Карин вздохнула.
 - У меня есть один вопрос. - доктор вновь скрестила руки на груди в непроизвольном жесте защиты.
 - Какой?
 - Упоминания у людях с нечеловеческой силой и возможностями встречаются на протяжении всей письменной истории. Мы предположили, что ваши сородичи на Земле существуют тысячелетиями.
 - А что не так?
 - Сколько тебе лет?
 Аэте бросил вопросительный взгляд на Найлуса, получил его кивок и ответил:
 - В земных годах - тридцать пять.
 Дэрг ошарашенно уставился на Аэтериоса.
 - Сколько? Да ты выглядишь лет на двадцать! Двадцать пять максимум!
 В ответ - нахальная лыба и уже однажды озвученный ответ:
 - Никто не дает мне мой истинный возраст.
 Дилан игру слов оценил, чуть заметно дернув уголками губ в легкой усмешке.
 - Ты родился на Земле? - вновь спросила Карин.
 Аэте покачал головой.
 - Нет. Я родился на борту военного корабля Иерархии.
 - Через год после того, как люди обнаружили на Марсе следы нуль-элемента... - тихо прошептал Дилан.
 Тихий смех асура разнесся в тишине лазарета.
 - Выводы сделать несложно, не так ли?
 Выводы сделать было действительно несложно. Не только из последних слов Аэтериоса, но и из особенностей его поведения. И выводы сделаны были. Правильные.
 У этого разговора было несколько целей. Как явных, там и неявных. Явные достигнуты: Карин ознакомилась с сутью своих подопечных, мы получили нужную нам информацию и фактическое признание доктора в том, что она работает с группой людей, у которых есть что скрывать. И я точно знаю, что одним из командиров этой группы является Стивен Хаккет. Это хорошо. Выходы на замкнутого адмирала мне нужны.
 А еще Карин окончательно увязла в наших делах. Информационная ловушка сработала безотказно, поймав очередную жертву. Карин не откажется от дальнейшего сотрудничества с нами: ей нужна информация об асурах. Особенно ей нужны методики пробуждения их генома и тренировок, которые гарантируют на выходе психически-стабильное существо.
 Неявных целей было гораздо больше, и отдача от их достижения появится не сразу. Но мне и не требовался немедленный результат. Я его получу тогда, когда он потребуется. Пусть дозреют...
 - "Жестоко." - донеслась мысль млеющего Рруса.
 - "Зато эффективно." - отозвалась я, убирая руку.
 Пальцы скользнули вдоль позвоночника до пояса по жесткой ороговевшей коже. Гаррус едва заметно вздрогнул.
 - Дэрг, Дилан. Аэтериос совершенно не шутил, когда говорил, что вас нужно дрессировать. - мягко сказала я, подводя черту под предыдущим разговором.
 Дэрг подозрительно покосился на обаятельно улыбающегося асура.
 - "Тебе нужна сейчас разрядка?" - отправила я мысль-вопрос Аэте.
 - "Не обязательно. Я спокоен и полностью себя контролирую, но из хараза выйти не могу." - легкая ирония. - "Не переживай, я их не убью."
 - "Даже если убьешь, у тебя будет пять минут, чтобы их ко мне принести."
 Аэтериос тихо рассмеялся.
 - Разрешаешь?
 - А почему я должна тебе запретить заниматься обучением сородичей? Ты, главное, им мозг не повреди и ко мне живыми донеси, а я их быстро вылечу. Как раз к следующему занятию будут готовы. - глянув на вытянувшиеся рожи, добавила: - Я про мозг, который в голове: память потом тяжело восстанавливать. А хребет можешь ломать, разрешаю.
 Аэте стек с койки, придирчиво осмотрел бойцов и направился к дверям со словами:
 - За мной. - жесткий, не подразумевающий отказа приказ.
 Дэрг растерянно смотрел то на меня, то на Карин, то на Найлуса с Гаррусом, в спину Дилана, уже направившегося к двери, но понимания не нашел.
 - Что? Сейчас?
 - А что тебе не нравится? - иронично спросила я. - Найлус, глушилку отключи.
 Пирамидка покорно погасла и была убрана.
 - Джокер.
 Любопытствующий пилот ответил практически мгновенно:
 - О, Спектр Имрир Шепард, вы вспомнили про несчастного меня? - проныл он.
 - Джефф, не переживай, про тебя мы никогда не забываем.
 Жизнерадостное ржание было мне ответом.
 - Что от меня требуется? - веселье исчезло, Джокер серьезен.
 - Проследишь, чтобы никто не спустил в трюм, пока в нем будут проходить тренировки? - попросила я. - Если кто-то будет приближаться, предупреди.
 - Лифт и лестницы заблокировать? - тут же подал он рациональную идею.
 - Не стоит.
 - Понял. - короткая пауза и ожидаемый вопрос: - А понаблюдать можно?
 - Можно. - милостиво разрешил Найлус.
 Микрофоны радостное улюлюканье донесли до нас со всеми подробностями.
 - Дэрг, не спи. Догоняй.
 Аэтериос зашел в тамбур и выразительно поманил сородичей. Зло рыкнув, Дэрг тряхнул голову и потопал к будущему наставнику, мгновение спустя присоединившись к Дилану, и двойная дверь закрылась.
 - Доктор, мы можем идти? - спросила я.
 - Вы - можете. Кира остается в лазарете: ее состояние неудовлетворительное.
 Мы встали и едва Ррус потянулся к снятому верху поддоспешника, как Карин произнесла:
 - Гаррус, еще пара тестов.
 Видя наши выразительные лица, доктор Чаквас улыбнулась и добавила:
 - Отпущу в течении получаса.
 Недосказанное ироничное "живым" повисло в воздухе.
 - Карин, у тебя скоро будет два, - я глянула на Киру, - три пациента, которым регулярно будет требоваться наблюдение врача.
 - Предлагаешь обмен? - приподняла брови Карин, не удержав улыбку. - Я согласна. Но с подробным объяснением и моем присутствии при лечении пострадавших.
 - Идет. - я замялась. - И Карин. Мне потребуется свободное место примерно два с половиной метра в диаметре.
 - В операционной как раз есть. Зачем?
 Пользуясь тем, что доктор согласилась его отпустить, Ррус облегченно отклеил от себя последний датчик и начал быстро облачаться в броню.
 - Лечить придется часто и сильные травмы. Нужно кое-что сделать, чтобы помехи на оборудование не шли.
 - Я освобожу подсобное помещение. Подойдет?
 - Вполне. А я подготовлю материалы.
 Гаррус не был бы Гаррусом, если бы тут же не предложил свою помощь, застегивая зажимы на кирасе:
 - Я помогу вам освободить помещение: насколько я помню, контейнеры тяжелые.
 - Аэте нам на что? У него хорошая грузоподъемность. - хмыкнул Найлус. - Молчи уже, объект исследований.
 Ррус растерянно заморгал, а Кира неожиданно тихо-тихо спросила:
 - Доктор, а почему мне кажется, что для вас все на этом корабле - это объекты исследования.
 Легкая улыбка Карин Чаквас была более чем ясным ответом.
 - Ой...
 Найлус рассмеялся.
 - Карин, мы свободны?
 - Идите уже. - милостиво отпустила нас на свободу доктор.
 Ррус тут же подорвался, подхватил бронированные перчатки, которые он еще не успел на себя натянуть и быстрым шагом направился к двери.
 
 
 * * *
 
 Беловолосый асур расхаживал вокруг замерших сородичей, словно крупный хищник вокруг агрессивных подростков. Плавные грациозные движения, исполненные смертоносной экономности и скупости, легкий, текучий, беззвучный шаг, при котором звенящую тишину трюма не нарушал ни шелест ткани, ни лязг металла о металл. Ни единого звука, словно седой парень был иллюзией, неспособной контактировать с материальным миром. Лишь голос звучал неестественно-вкрадчиво, наполненный тяжелым рокотом и едва уловимым рычанием:
 - Вы выросли и прошли становление личности в чужеродном для нас социуме. Как было допущено появление рецессии на вашей планете - сейчас не важно. - мягкий бархатный голос на долю мгновения перешел в тяжелый рокочущий рык, от которого Дэрг непроизвольно дернулся. - Факт есть: в нулевом виде существуют рецессии. Я это учту. - светящиеся глаза на мгновение остановились на Дилане. - Но сейчас это уже не важно.
 - Причина? - лаконичный вопрос.
 - Вы - есть. - столь же короткий ответ.
 - Это проблема?
 Асур на мгновение остановился, покосился на них, но продолжил расхаживать по трюму взад-вперед.
 - Если оставлять вам жизнь - да. Это проблема. - он по-туриански склонил голову набок. - Вы не осознаете, что вы такое.
 Дэрг поморщился.
 - Уже рассказали. Оружие. Живое.
 Тихий хмык четко дал понять, насколько ошибочно высказанное мнение.
 - Ты услышал, но не понял. Не осознал. - асур покачал головой. - Даже сейчас ты не оцениваешь меня здраво и не воспринимаешь серьезно, по-прежнему видя перед собой молодого и безобидного парня по имени Аэте. - тембр голоса изменился, став ниже. - Для воина подобные ошибки недопустимы.
 Аэтера исчез из поля зрения странным рваным движением, словно растворяясь в тенях, чтобы в следующее мгновение оказаться за спиной ошарашенного бойца, перехватить его под шею, одним рывком обездвиживая.
 - Считай, ты уже мертв или покалечен. - произнес асур. - Ты не смог отследить мое движение и не сумел среагировать на атаку. Для нашей расы это неприемлемо.
 Дэрг замер, не в состоянии пошевелиться от пробившей тело боли. Он только и мог что стоять и хватать ртом воздух, а из-за спины доносился спокойный голос:
 - Мрир мне вас отдала на срок, необходимый для полноценной инициации, тренировок и обучения.
 Сильные пальцы вновь коснулись шеи, и Дэрг с сипом рухнул на пол, судорожно хватая ртом воздух. Боль угасла так же стремительно, как и появилась.
 Аэте присел на корточки возле сородича.
 - Дэрг, Дилан, у вас достаточно чистый геном, чтобы он мог пробудиться в полной мере, а я не привык разбрасываться сородичами. Мне безразлично, кем вы были до того, как попали мне на глаза. Сейчас вы - необученные асуры на пути пробуждения крови, и раз уж я не могу провести вас через полноценную инициацию, придется идти к тому же результату этапами.
 Аэте легко поднялся на ноги, рывком вздернул Дэрга и утвердил на ногах. Дилан стоял и внимательно слушал, не вмешиваясь и не говоря ни слова.
 - А в чем проблема? - буркнул Итор, разминая шею.
 Тихий хмык.
 - Проблема в тебе. Ты - неконтролируемый и нестабильный асур-тар, с неполноценной привязкой.
 Дэрг едва слышно зарычал
 - Не злись, это факт. - беловолосый асур поморщился. - Дилан не может тебя контролировать, поскольку сам является рецессией и тоже нуждается в стабилизации. Но ты сделал выбор, привязка сформировалась и закрепилась. Ты уже не сможешь от него отказаться. Никогда.
 Боец насупился, но возражать не стал, а асур продолжил говорить:
 - Вам придется найти общую привязку. Кого-то третьего, другого вида. Того, кого вы примете оба.
 - Иначе? - хмуро спросил Дэрг.
 Асур пожал плечами и буднично ответил:
 - Иначе я вас обоих убью.
 Бойцы переглянулись.
 - Вы не сможете контролировать себя: сорвется один, сорвется другой. Ты, Дэрг, впадешь в холодную ярость, в которой будешь убивать всех, кто попадет тебе на глаза. Без исключения. - взгляд пылающих глаз перешел на Дилана. - У тебя окончательно отключатся эмоции, разум будет работать на износ, пока не начнут отмирать клетки мозга.
 - Почему это у Дилана начнет отмирать мозг? - тихо спросил Дэрг.
 Аэте пояснил:
 - Он - асур-исс. Мы, асур-тар, - Военная Ветвь, такие как Дилан - аналитики. Психика у него всегда стабильна, не смотря на то, что он смесок.
 - Но? - хмуро спросил Дилан.
 - Нынешние возможности твоего организма значительно ниже тех, которые должны быть.
 - Организм не выдерживает?
 - Мозг не выдерживает. - поправил его Аэте. - Когда пройдешь инициацию, проблемы с отмиранием клеток не будет, но...
 - Проблема с харазом останется. - закончил за него Дилан и вздохнул.
 Асур развел руками.
 - Ты смесок. Обычно мы стараемся не допускать смешение разных Ветвей - проблем много. У тебя доминирует геном асур-исс, но от Военной Ветви ты получил повышенные физические характеристики и склонность к харазу. Но проявляться он будет иначе. Как именно - неясно. У каждого своя вариация. - осмотрев бойцов, Аэте вздохнул и добавил: - Вы не уникальны: смески встречаются нечасто, но и редкостью не являются. Так же, как и триады асур-тар-привязка-асур-исс. Частично вы в состоянии друг друга удерживать в адекватном состоянии, но только частично. Ищите общую привязку.
 Бойцы переглянулись.
 - Как? - буркнул Дэрг.
 - Ты поймешь, когда встретишь подходящего разумного.
 Дилан задумался, а Дэрг вспылил:
 - А ты? Ты быстро нашел свою привязку?
 Аэтериос неожиданно весело улыбнулся и честно ответил:
 - Нет. Я встретил Рена, когда окончательно сорвался. Столкнулся в коридорах крейсера и чуть не убил. - тихий ироничный смешок. - Запомните, отклик можно блокировать, если тот, на кого он сработал, вам не понравился или не подходит.
 - Как?
 - Сами сообразите. Это невозможно объяснить... - видя откровенный скепсис, асур рассмеялся. - У нас очень хорошие инстинкты. Мрир права: нас создал гений.
 Дэрг от очередного напоминания собственной искусственности зарычал, Дилан сощурился и спросил:
 - Ты блокировал?
 - Трижды. - Аэте кивнул. - Я с выбором тянул очень долго.
 - Почему?
 - У меня были причины подходить к выбору привязки крайне придирчиво. - ответил асур, резко разворачиваясь. - Но хватит обо мне и о Рене. Вас должны интересовать поиски ВАШЕЙ привязки. Я-то свою уже нашел.
 - Да, но почему-то его рядом с тобой нет. - язвительно фыркнул Дэрг, и в следующее мгновение подавился словами.
 - Никогда не вмешивайся в отношения асур-тар и его привязки. - мягким, доброжелательным тоном произнес асур, глядя в расширившиеся от боли глаза сородича.
 Дэрг захрипел, пытаясь вдохнуть воздух, но сильные пальцы, пережавшие гортань, не давали сделать полноценный вдох.
 - Я терпелив, но лишен терпимости. - пальцы разжались, Дэрг судорожно, с сипом вдохнул воздух. - Не надо проверять меня на прочность. Вам не понравится результат.
 Дилан помог напарнику встать, но ничего не сказал. Лишь укоризненно посмотрел на беловолосого сородича. Дэрг открыл было рот, но не сказал ни слова: напарник с силой сжал пальцы на его плече.
 - Слушайся своего асур-исс. Он умный. - Аэтера усмехнулся.
 - Это ты так сказал, что я - дурак? - язвительно спросил Дэрг.
 Тихий смешок.
 - Нет. Это я так сказал, что ты слишком порывист и не всегда думаешь головой.
 Дилан непроизвольно кивнул, заработав обиженный взгляд напарника, и спросил:
 - Чему ты нас будешь учить?
 - Учить я вас буду потом. - Аэте покачал головой. - Сейчас я вас буду дрессировать.
 От такой формулировки бойцы вновь переглянулись, но Дэрг удержался от демонстрации скепсиса: горло до сих пор болело, отдаваясь тягучими ноющими толчками в гортани.
 - Вы должны перейти на грань инициации, как это сделала Кира. Когда это произойдет, у вас активируются скрытые инстинкты и начнутся изменения в психике.
 - Перейти грань? - подозрительно переспросил Дэрг, закономерно ожидая какой-то подставы.
 И Аэте ее озвучил:
 - Ты должен будешь сорваться в хараз. - глядя в черные глаза сородича, асур уточнил: - Полностью. До потери контроля над разумом.
 Напарники переглянулись.
 - Я?
 - Ты. У всех смесков асур-исс другие принципы обучения, и они не подразумевают срыва: до инициации хараз для них смертелен.
 Дэрг дернулся.
 - Но как же...
 - А для этого есть я. - мягко произнес Аэте. - Мне хватит силы удержать тебя от... непоправимых поступков.
 - И когда ты собираешься меня доводить до срыва? - скептически переспросил Дэрг.
 - Сегодня. - мягко произнес асур. Полюбовавшись на вытянувшиеся рожи, добавил: - У нас не так много времени, чтобы я мог позволить вам тратить его на бесполезную ерунду. - губы дрогнули в улыбке. - Дэрг, сорвешься в хараз сейчас, как раз до утра отлежишься и придешь в себя.
 Дилан подозрительно сощурился, глянул на напарника и спросил:
 - Как ты добьешься полного срыва?
 Пылающие пламенем глаза сузились.
 - Ударив по тебе.
 Дилан удивленно моргнул, а потом медленно кивнул, соглашаясь с решением сородича. А вот Дэрга эта идея не порадовала, как и спокойствие напарника.
 - Что? - неверяще выдохнул он.
 - Я его убью, если ты мне не помешаешь. - мягко произнес Аэтера. - И буду убивать, пока ты не сможешь меня остановить. Что скажешь, Дэрг Итор? Жизнь твоего друга и твоей привязки - Дилана - достаточно весомый стимул для обучения?
 Дэрг от такой постановки вопроса растерялся.
 - Убьешь? Ты...
 - Мы сильные и выносливые. Сразу не умираем. - со смешком произнес асур. - Начали, Дэрг. Попробуй защитить свою привязку от смерти.
 Впервые Дэрг воспринял сказанное беловолосым пареньком всерьез: он подошел к напарнику, настороженно следя за расслабленный асуром, лениво расхаживающим по трюму перед ними. В свете сказанного, слова Имрир приобрели совсем иное значение: мозг человека после клинической смерти еще какое-то время живет...
 Аэте ударил без предупреждения: короткий стремительный рывок, сильный, резкий удар, отчетливый хруст ломающейся кости, и не успевший среагировать Дэрг с криком падает на пол со сломанной ногой.
 - Отвратительно. - Аэ держал одну жертву в захвате, хмуро глядя на вторую - балансирующего на грани срыва сородича, пытающегося подняться на ноги.
 Дилан замер, встав практически на цыпочки: захват вывернул руки, вынуждая прогибаться в спине.
 - Вставай, Дэрг! - прорычал Аэтера.
 - У него сломана нога! - прохрипел Дилан.
 - Меня подобные мелочи никогда не останавливали! - рыкнул асур. - Перелом закрытый. Ходить и сражаться какое-то время можно! Вставай!
 Дэрг выматерился, попытался встать, но острая вспышка боли швырнула его на пол. Аэте сощурился.
 - Поставлю вопрос иначе...
 Асур оттолкнул от себя Дилана.
 - Что..? - Дэрг на мгновение замер, оцепенел, неверяще глядя на старшего сородича. - Ты же не... Нет! Не надо! Не смей!
 Короткий подшаг, резкий удар, и Дилан захлебнулся воздухом и кровью: сложенные щепотью пальцы пробили ему живот до позвоночника.
 - Заставь меня остановиться! - рыкнул асур, рывком выдергивая окровавленную руку.
 Дилан зажал обеими руками глубокую рваную рану, с оторопью и неверием глядя на седого отморозка, на напарника, на стекающую по пальцам черную в тусклом освещении кровь... Он попытался что-то сказать, но не смог вытолкнуть ни слова: второй хлесткий удар повредил гортань.
 - Дилан! Нет... Нет... Нет!
 Умирающий на глазах напарник вымел из головы Дэрга все лишние мысли: в этот момент он не вспомнил ни о словах асура, ни о Имрир, которая обещала вылечить и вытащить практически с того света, Дэргу не пришла в голову здравая мысль, что Аэте обещал учить их обоих, что гарантировало выживание Дилана. Он ни о чем не вспомнил. Вся его вселенная сузилась до истекающего кровью напарника, зажимающего обеими руками страшную рану в животе. И на того, кто эту рану нанес.
 Ноги Дилана подкосились, и с едва слышным хрипом он упал на металлический пол. Мир для Дэрга потемнел, окрасился кровью, и внезапно стал очень четким, ярким, выверенным, словно в голове что-то с едва слышным хрустом сместилось. Режущая, перехватывающая дыхание боль отошла куда-то на задний план, и вся вселенная сузилась до умирающего напарника и того, кто его убил. Все остальное - не важно и несущественно. В голове билась одна мысль: спасти того, кто дороже жизни. И уничтожить угрозу, стоящую на пути...
 
 * * *
 
 
 Ментальный план бурлил и клокотал, наполненный дикой, первобытной яростью и болью, жгучим гневом и бессилием, отчаянием, страхом и ненавистью: Аэте взялся за дрессуру сородичей. На какое-то мгновение мне даже стало их жаль... на какое-то очень-очень краткое мгновение.
 Если я правильно поняла Аэтериоса, мое присутствие вскоре потребуется: сейчас он должен довести Дэрга до срыва в хараз, чтобы запустить второй этап перестройки организма. Гризли при всей свой вспыльчивости и бешеном характере, в руках себя держит крепко и порывы души контролировать научился, значит, чтобы прошибить его и добиться взрыва, требуется ударить по больному. По тому, что, вернее, кого он будет защищать до последнего. В общем, как всегда, пострадает Дилан.
 - "Мрир, спустись в трюм." - раздался окрашенный тревогой и досадой ментальный голос Аэ, сбивая меня с мысли. - "Нужно лечение."
 Уже довел до состояния полутрупов? Быстро он.
 - "Иду." - ответила я, вставая из-за стола.
 Ррус, заваривающий в этот момент эрг, повернулся и вопросительно склонил голову набок. Я указала пальцем на пол, он понятливо кивнул и вернулся к прерванному занятию, а я подошла к аварийной лестнице, открыла люк и соскользнула в трюм.
 - Закончил? - спросила я, осматривая погруженное в полумрак помещение.
 - Пока да. - донесся ответ Аэте.
 Зрелище мне предстало фееричное: помирающий Дилан, валяющийся в луже крови, рядом с ним - вырубленный Дэрг с неестественно вывернутой ногой и рукой и стоящий возле них асур.
 - Сурово. - оценила я этот натюрморт.
 Асур недовольно поморщился и проворчал:
 - Он меня не воспринимал всерьез, пока я не пробил его привязке живот.
 - А потом сорвался? - спросила я, присаживаясь возле Дилана на корточки, пока он и правда не превратился в "мёртвую натуру".
 Аэтериос тяжело вздохнул, бережно приподнял Дэрга, укладывая его ровнее.
 - Сорвался... Мне пришлось медленно убивать на его глазах напарника, чтобы он шевелиться начал!
 Как я и предполагала: пока не пострадал напарник, Дэрг серьезно к предупреждению не отнесся. И как Дилан его до сих пор сам не грохнул?
 - Все думал, что ты шутишь?
 Аэте кивнул, выпрямляя ногу с открытым переломом.
 Для Дэрга настали... тяжелые времена. Но Аэ прав: его надо учить, а времени немного. Скоро мы улетаем на Вермайр, и непонятно, когда вернемся. И вернемся ли в том же составе. Нет, не так. Вернется ли с нами Аэте...
 - Джокер, вызови сюда Карин. - с вздохом сказала я, зная, что пилот нас видит и слышит: ментал звенел от оторопи и шока.
 - Я уже вызвал. - раздался приглушенный ответ. - Еще когда Дилану... ну... - приглушенный голос увял.
 Асур фыркнул. Да, методы обучения у него драконьи. И со стороны выглядит крайне неаппетитно...
 - Имрир, а они... - Джефф запнулся.
 - Нет, не помрут. - со смешком ответила я, быстро рисуя кровью Дилана контур Круга Подавления.
 Пилот что-то невнятно булькнул, но найдя слов, чтобы сформулировать мучающий его вопрос.
 Заработал лифт. Я замкнула внешнее кольцо и активировала Круг. Как раз, когда защитный контур завершил настройку, створки распахнулись, а Карин Чаквас вышла из-за короба лифта.
 Увиденная картина ее не порадовала: доктор поджала губы, встревоженно глядя на истекающего кровью Дилана.
 - Все с ним будет в порядке. - ответила я на незаданный вопрос.
 Карин нахмурилась, но вмешиваться не стала: трюм - не лазарет, оборудования здесь нет, а я как раз закончила довольно громоздкий чертеж. Проверив еще раз целостность Круга, я активировала темную лечилку. Магия крови при таких повреждениях будет лечить дольше, да и зрелище уж очень неприятное. Темная дымка окутала живот Дилана, запуская процесс лечения, а я подсела к Дэргу.
 Аэте уже успел выровнять ему ногу и свести кость, подготовив жертву к лечению. Я выпустила коготь и распорола штанину, быстро нарисовав на коже бойца незамкнутый круг с парой символов. Подумав, добавила еще два. Быстрее будет. Рунное кольцо активировалось, лечение началось, а Дэрг заворочался и открыл уже нормальные, не затянутые Тьмой глаза: ему я боль не блокировала, иначе весь педагогический эффект пропадет. И первое, что он сделал, как только мир перестал водить хороводы перед его глазами, это сел и нашел глазами Дилана.
 - Ди!
 Попытку рвануть к привязке прервал на корню Аэте, буквально насильно усадивший сородича обратно на пол.
 - Успокойся, он жив.
 Дэрг попытался взбрыкнуть, что у него закономерно не получилось. Он зарычал, наливаясь яростью и гневом, а асур тихо рассмеялся.
 - Не кипятись. Так было нужно. - очередную попытку встать пресекло нажатие на нервный узел и полный паралич. - Дилан живой, скоро будет полностью здоровым, ты сорвался в хараз, запустив процесс перестройки организма, я тебя из него вывел. Можно начинать твое обучение.
 Довольный тон асура плохо сочетался с напряжением и настороженностью, разливающимися в ментале: реакция Дэрга Аэ не порадовала. Не то, чтобы тот совсем уж выводов из произошедшего не сделал, но нужный результат достигнут не был. У Гризли еще остались какие-то иллюзии: он все никак не мог понять, что седой отморозок может на самом деле убить, если результат будет не тот, который нужен.
 - Только мое? - недовольно проворчал Дэрг, подтверждая опасения Аэ.
 - Дилана доводить до срыва надо иначе. Я этим займусь позже. - с тяжким вздохом отозвался Аэте, хмуро разглядывая затылок молодого сородича.
 - Сволочь. - буркнул боец.
 Асур, не слишком-то впечатленный его словами, пожал плечами, начал дважды на нужные точки вдоль шеи, снимая паралич, обошел жертву и ответил:
 - Сделаю вид, что этого не слышал.
 - Могу повторить. - зло рыкнул Дэрг.
 Тихий смешок был ему ответом.
 - Я тоже.
 Дэрг замер. Аэте улыбнулся доброй улыбкой раздраконенного хищника, от которой бойца передернуло, и пояснил очевидное:
 - Угроза Дилану стимулирует тебя сражаться с полной самоотдачей и на пределе возможного. Если потребуется, я буду убивать его у тебя на глазах по тех пор, пока ты не начнешь делать то, что требуется. Хочешь уберечь его от лишней боли? Работай лучше.
 Дэрг зарычал, подобрался, медленно, но уверенно сказываясь в очередной хараз, но тут темная лечилка отработала, и Дилан, судорожно закашлявшись, очнулся. Аэтериос был тут же забыт: боец подковылял к напарнику, осторожно его приподнял, помогая сесть, и тихо спросил:
 - Ты как?
 Дилан прижал руку к животу, мотнул головой, не сдержав приглушенный стон, содрогнулся в приступе судорожного кашля.
 - Живой... - сплюнув кровь, пробормотал он. - Вроде...
 Дэрг резко втянул воздух, резко выдохнул.
 - Аэтериос, ты...
 - Не рычи. Твоя привязка жив и здоров. - устало отмахнулся асур. - Сейчас вы пойдете и приведете себя в порядок. До утра осталось не так много времени. Вам нужно выспаться и отдохнуть. Идите.
 Дэрг окинул Аэте сумрачным взглядом, помог напарнику встать и, заметно припадая на еще неокрепшую ногу, практически силой уволок того к лифту, распространяя в равной степени злость и тревогу.
 Доктор проводила их задумчивым взглядом.
 - Карин, не думаю, что есть смысл бегать в трюм из-за каждого перелома. - тихо сказала я, вновь переходя на неофициальное общение. - Аэте постоянно будет их калечить.
 - В этом есть необходимость? - негромко спросила доктор, глядя на Аэтериоса.
 Асур поморщился и кивнул.
 - Они слишком привыкли к человеческим методам тренировки. Нам такая система обучения не подходит: слишком щадящая. Дэрг не привык в учебном бою бить в полную силу, насмерть, он не ждет, что ответный удар может покалечить или убить. Он не сражается так, как может. И как должен. Это - недопустимо. - Аэ зло рыкнул. - Я не собираюсь угробить сородичей из-за жалости к ним! Если для того, чтобы они развили свой потенциал мне требуется превращать их в кровавый фарш на каждой тренировке, я буду это делать!
 Карин недовольно поджала губы: Дэрг и Дилан - ее подопечные, она отвечает на их жизнь и здоровье, а сейчас некий белобрысый рукодельник сообщил, что собирается сознательно калечить этих самых подопечных, раз за разом ставя на грань гибели. Это ее не порадовало, но спорить с асуром доктор Чаквас не стала, осознавая его правоту.
 - Аэтериос, я была бы признательна, если бы Дэрг и Дилан пережили твои тренировки.
 Асур усмехнулся.
 - Они переживут. Я не заинтересован в их смерти.
 - Очень на это надеюсь. - Карин перевела взгляд на меня. - Имрир, я полагаю, вы знаете, что делаете.
 Я улыбнулась.
 - Карин, все будет в порядке. - глянув на насупившегося Аэте, добавила: - Я поддерживаю Аэ и не собираюсь из-за жалости гробить своих бойцов. Если Дэргу для лучшего усвоения материала требуется видеть потроха Дилана на полу, он их там увидит. Со своей стороны, я сделаю все, чтобы у Аэтериоса каждую тренировку была возможность эти потроха выпускать.
 Карин скрестила руки на груди, посмотрела на асура и негромко произнесла:
 - Не забывайте, кем они были.
 Слова о том, что Дэрг и Дилан выросли в другом социуме, и подобное жестокое обучение может негативно на них сказаться, сказаны не были, но очень явственно подразумевались. Но это неважно: психика будет меняться вместе с телом. Ментальные пакеты, вшитые в генетическую память - основа создания ЛЮБЫХ химер. Без соответствующих инстинктов и, главное, изменений психики любые физические изменения бессмысленны: на выходе все равно получится человек, притом, изуродованный морально с разной степенью безумия или психоза. Необученные молодые вампиры тому прекрасный пример. Сколько было проблем из-за того, что начинка не соответствует упаковке, когда телом хищника управляет разум обычного среднестатического человека, начисто отметающего мораль того социума, в который он автоматически вошел, и трепетно холящего и лелеющего свои предубеждения и общечеловеческие моральные принципы, пригодные разве что для рафинированного толерантного общества таких же общечеловеков. Подобных уродов обычно убивали сразу: они все равно нежизнеспособны, но могут легко стать причиной гибели сотен разумных.
 Ситуация с моими бойцами не настолько запущена: у них изначально крайне гибкая психика и довольно специфическая мораль. Но проблемы с ними будут, и немалые. Особенно, когда начнется развертка ментального пакета: асуров спроектировал настоящий гений, и нужные императивы прошил на уровне подсознательного и инстинктивного. Изменения будут проявляться постепенно, исподволь, мягко и ненавязчиво меняя казалось бы непоколебимые принципы, взгляды и мировоззрение, пока не перейдут черту невозврата и кардинальной смены психопрофиля. Кира уже начала меняться. Скоро начнутся первые изменения в логике и поведении Дэрга. Дилана это затронет в последнюю очередь.
 Проклятье, не корабль, а виварий какой-то...
 - Карин, я прослежу, чтобы у парней не было лишних проблем. - сказала я. - Но в их тренировки вмешиваться не буду: Аэте лучше нас знает, как правильно дрессировать сородичей. И он прав. Второго шанса не будет. Если их сейчас пожалеем, мы их изуродуем.
 Аэтериос сумрачно смотрел на громадную лужу крови, масляно блестящую черным пятном в полумраке трюма, и молчал.
 - В таком случае, я ограничусь обследованиями сержантов Итора и Савьера. Держите меня в курсе дела.
 Мы синхронно кивнули. Куда ж мы денемся...
 Карин неожиданно улыбнулась и добавила:
 - Надеюсь, вы сможете выбить из Дэрга тягу к сомнительным экспериментам. Или, хотя бы, привьете здравый смысл и осторожность.
 - Сомнительно, что это вообще возможно, - честно сказала я, - но мы попытаемся.
 Доктор милостиво нам кивнула, развернулась и пошла к лифту. Ничего для нее интересного здесь уже не осталось, а нам еще предстоит убрать следы произошедшего.
 Проводив женщину взглядом и дождавшись, когда лифт поедет до верхней точки и остановится, я тихо сказала:
 - Аэ, с тебя убрать кровь.
 Парень удивленно заморгал.
 - Нечего было жертв так быстро отпускать! - буркнула я. - В следующий раз заставь Дэрга вымыть пол. Ему полезен физический труд, а тебе будет меньше грязной работы.
 Белобрысый монстрик досадливо дернул уголком губ, но кивнул, принимая закономерное наказание за недогадливость и непредусмотрительность.
 - Понял.
 Я усмехнулась.
 - Инвентарь найдешь в кладовке возле кухни. Там же - звуковой очиститель. А Дэрга можешь заставить драить пол вручную. Тряпкой.
 Оставив мечтательно улыбающегося асура гипнотизировать взглядом лужу крови, я по той же аварийной лестнице покинула трюм.
 До подъема оставалось три часа...
 
 Аэте задержался.
 Уборка много времени у него не заняла, он справился минут за десять, но после того, как отнес звуковой очиститель обратно, он вернулся в трюм и провел там больше часа, сидя на "Мако" в темноте и тишине, в одиночестве, раздираемый на части сумбурными чувствами и тревогами. Дэрг с присущей ему бестактностью напомнил Аэ о его собственных проблемах, и асур болезненно-остро вспомнил, в каком состоянии сейчас ЕГО привязка: находящийся под постоянным жестким контролем со стороны могущественного существа калека, не способный прожить и десяти минут без имплантатов и нанитов Жнеца, с висящим над головой обвинением в предательстве и реальным шансом закончить жизнь так, как я показала.
 Кто знает, сколько он бы там сидел, если бы в трюм не вышел проснувшийся ранним утром Рекс. Общаться с жизнерадостным и отвратительно-бодрым кроганом асур не пожелал, и по-тихому покинул потерявшее уединение помещение.
 В нашу общую каюту Аэ пришел тихим и подавленным, молча подошел к свое койке и сел, сгорбившись, утопив лицо в ладонях. Отчаяние, боль и глухая обреченность разрывали ментал, вышибая дух и подавляя своей остротой.
 Найлус судорожно разжал стиснутые до судорог пальцы, медленно повернул голову, в упор глядя на друга. Ррус растерянно переводил взгляд с асура на меня, на Найлуса: чтобы понять его состояние, не требовалось никакой эмпатии.
 - "Дэрг напомнил ему про Сарена." - блокировав канал к асуру, ответила я на незаданный вслух вопрос.
 Найлус устало прикрыл глаза, беззвучно выругавшись, Ррус понимающе кивнул, а я встала и подошла к Аэте. Нельзя оставлять его в таком состоянии... Он поставил меня на один уровень с Сареном, на время дав власть над собой. Полную, абсолютную, безоговорочную... Такую, какую над ним имеет только одно живое существо. Его ось мира. Привязка.
 Аэ вздрогнул всем телом, когда моя ладонь легла ему на голову, эмоции как-то резко угасли. На мгновение он окаменел, а потом - качнулся вперед, уткнулся лбом мне в живот и замер, а я легонько, едва касаясь седых волос, гладила его по голове...
 - Скажи, что ты не допустишь его смерти...
 Тихий, практически беззвучный шепот, отчаяние и безнадежность: знает, что просит невозможного...
 - Все, что в моих силах, Аэ. - столь же тихо произнесла я, все так же легонько гладя доверчиво склоненную голову, пропуская под ладонью элементы боевой системы. - Я сделаю все, чтобы он жил... без пятна предательства, сохранив рассудок и личность.
 Проклятье, Сарен! Я еще не видела тебя вживую, я не знаю, предал ты свой народ или делаешь все возможное для его спасения, я не представляю, что из себя представляет настоящий Жнец и что он от тебя хочет, но я уже готова сделать все от меня зависящее, чтобы ты выжил! Вот как так вышло, а?
 - Аэте, тебе стоит отдохнуть. До подъема меньше двух часов осталось.
 От поднял голову, моргнул, виновато глядя на меня.
 - Я потерял счет времени, прости.
 Я улыбнулась, аккуратно разжала зажимы и сняла "Химеру" с головы асура: не стоит ему спать с активным боевым комплексом, все же, на мозги он давит, особенно, с непривычки. По себе помню, какие могут давать наводки такие артефактные комплексы, если носить их не снимая длительный срок.
 - Мы можем позволить себе поспать подольше: все же, миссия закончилась далеко за полночь. - я осторожно расплела плотную косу и взъерошила всклокоченные седые волосы, растрепывая пышную волнистую гриву. - Отдыхай. Послезавтра с утра мы прибываем на Новерию, учитывай это, если хочешь завтра ночью продолжить дрессуру.
 Уголки губ дрогнули в легкой улыбке.
 - Завтра я их трогать не буду: изменения еще не успеют пройти. На полную перестройку потребуется дня три.
 Неудачно... Я рассчитывала их взять на Новерию.
 - Они сохраняя дееспособность? - спросила я.
 Аэ кивнул.
 - Можешь спокойно брать их на боевое задание: самые серьезные изменения пройдут этой ночью и, частично - завтра. Послезавтра они будут в форме. Я предупрежу Себастьяна: Дэргу потребуется обильное питание и большое количество белка. Нужные витамины ему вколет доктор Чаквас.
 - Бедолага. - в моем голосе не было даже тени сочувствия. - Кстати, Дэрг на тебя обиделся.
 Химера фыркнул.
 - Скоро он меня возненавидит.
 Мы рассмеялись. Болезненная тема была временно задвинута подальше, и мы разошлись спать. Времени на отдых практически не осталось.
 Надеюсь, реальность позволит мне вытащить из собственноручно выкопанной могилы эту высокомерную властную сволочь по имени Сарен Артериус, иначе шансы на то, что мне удастся удачно завершить свою работу и спасти этот Цикл от Жатвы резко упадут.
 Как так вышло, что из совершенно безразличного мне чужака, он стал ключевой фигурой, своеобразной осью, вокруг которой закручивается будущее, утягивая за собой и нас? Да кто б знал! События словно сами собой выстраиваются и завязываются на одного-единственного разумного, и я не могу позволить ему сдохнуть! Слишком уж многое на него завязано! Слишком многие от него зависят, слишком он важен, чтобы я могла позволить ему помереть, даже если он сам этого будет желать всем сердцем! А он будет, если я в нем не ошиблась.
 Потребуется, и я выжму из Цитадели всю энергию, которая накапливалась на этой станции миллионами лет! Надо будет, и я искусственно создам Сарену стимул жить! Да я ему мозги наизнанку выверну, но сдохнуть не позволю!
 В конце концов, у него есть ради кого жить!
 С такой мыслью я и заснула, чтобы через какие-то три часа меня подкинуло на койке от ревуна боевой тревоги, а корабль содрогнулся всем корпусом от прямого попадания...
 
 Пока мы облачились в броню и поднялись на командную палубу, уже все почти закончилось: космические бои скоротечны, тем более, при такой разнице в огневой мощи. Тревогу отменили, а захлебывающийся негодованием Джокер рассказал нам, как их "чуть не поимели в дюзы на станции разрядки две пиратские развалюхи". Как на мой взгляд, наш ершистый пилот был глубоко возмущен первым и единственным попаданием по его трепетно любимой девочке, а не самим фактом попытки гоп-стопа на разрядке. В это время и на абордаж можно нарваться, дело насквозь житейское. Корабль-то ловить не надо, подойдет к нужной точке как миленький, никуда не денется. Но горе-пиратов подвело незнание последних новостей: "Нормандия" - прототип, уникальный боевой корабль, второго такого пока не существует, вот и ошиблись немного, недооценили потенциальную жертву, приняв за небольшой пассажирский корабль премиум класса. Ошибка вполне понятная: типовые фрегаты Альянса Систем крупнее, имеют совершенно другие обводы и по одиночке обычно не летают. Патрульных кораблей немного, и все они известны. "Нормандия" же на стандартный военный корабль не походила, пометки имела человеческие, оружие скрыто... Чего удивляться, что нас посчитали легкой целью?
 А потом эта "легкая цель" без особых хлопот распылила два вооруженных грузовых корыта, на которых обычно и промышляют нижние слои пиратского общества на границах человеческих территорий. Даниэль даже толком не успел развлечься, накрыв цели в два залпа. Не зря он с Гаррусом тратили столько времени на калибровку и отладку орудий корабля...
 - Нет, ну ты представляешь, Имрир, они моей девочке в корму залп влепили! - продолжал негодовать Джокер, кипя и булькая от злости.
 - Что, краску поцарапали? - раздался за спиной исполненный язвительности отдающий металлом вибрирующий голос.
 Пилот от возмущения такой несправедливостью аж булькнул от злости.
 - Спектр Крайк! Как вы могли подумать, что я...
 Ну все, понеслось! Найлус и Джефф опять зацепились и теперь будут капать друг на друга ядом, упражняясь в язвительной высокопарной словесности: это доставляет им обоим огромное удовольствие. Най подтрунивает над Джеффом, тот, горя праведным негодованием и гневом, будет долго и пространно возмущаться. И так весь полет до реле. И пилот делом занят, и обоим не скучно. Правда, сейчас Найлус устал и не выспался, так что вряд ли он будет все четыре с половиной часа развлекать Джеффа.
 Пользуясь моментом, я сбежала. Время раннее, делать мне особо нечего, я удачно вовремя сгрузила на Прессли все заботы по кораблю, так что можно продолжить столь бесцеремонно прерванный сон. Аэте вон уже вернулся в каюту, успел раздеться и снова вырубиться. Последую его примеру. А с патрульным кораблем, как раз нарисовавшимся в системе, Чарльз и Найлус прекрасно разберутся и без меня.
 По дороге к каюте встретила полуобморочную Карамельку, с закрытыми глазами топающую на полном автомате к каюте. Сонный Рамиро с опухшей физиономией направлял одной рукой командира, второй придерживал под локоть заспанного Диего. Невнятно булькнув что-то вроде приветствия, итальянцы, загрузив Джейн в ее каюту, ввалились в свою. Пока нас всех не подняла боевая тревога, поспать им удалось около четырех часов - как раз короткий перегон до станции разрядки перед последним суточным прыжком на Новерию. Мне, Аэте и обоим турианцам - и того меньше, всего каких-то неполных три часа...
 Да чтоб этим космическим гопникам на том свете икалось! И сами сдохли, и другим отдохнуть не дали... Содрав броню, я с невнятным стоном завалилась на койку, подгребла подушку и отрубилась раньше, чем додумала последнюю мысль.
 
 
 
 
 

Глава 45: Куда вы смотрели?


 
 
 В каюте царила звенящая тишина, нарушаемая едва слышным рокотом двигателей и недовольным сопением Диего, получающего от Рамиро очередную выволочку за невнимательность и неумение замечать очевидное. Руне развалился на койке, заложил руки за голову и делал вид что спит, Виктор с интересом разглядывал сослуживца, получая массу удовольствия от созерцания скорбной рожи сицилийца, с укором смотрящего на хмурого Диего, а Джейн по уже закрепившейся привычке сидела на краю намертво прикрученного к полу стола и терпеливо ожидала, когда аналитик закончит выедать мозг подопечному и перейдет к анализу последней миссии.
 - Диего, скажи, я что, непонятно объясняю или слишком многого от тебя требую? - печально поинтересовался Рамиро, дергая себя за украшенную деревянными бусинами косичку. - Почему ты делаешь все возможное для того, чтобы мне по возвращению домой было стыдно смотреть в глаза дону?
 - Да что такого я сделал? - взорвался вконец задолбанный парень.
 - Ничего. - еще печальнее произнес Рамиро. - И в этом проблема. Я чему тебя столько лет учу? - карие глаза опасно сузились. - Что мне нужно сделать, чтобы ты, наконец-то, стал внимательнее относиться к происходящему вокруг тебя? До анализа ситуации тебе еще далеко, к моему глубокому сожалению. Я тактично промолчу про способность делать выводы и учиться на допущенных ошибках. Хотя бы на своих. - выразительная пауза и трагичное выражение лица. - И это меня ужасно огорчает.
 Виктор не сдержал смешок.
 - Молот, ты бы вообще на комплимент не нарывался. - тут же буркнул аналитик, устало поведя плечами: ночь была утомительной, из-за боевой тревоги поспать толком не удалось, время сейчас позднее, что не добавляло бодрости.
 - А я-то уже что натворил? - с нескрываемым интересом поинтересовался мужчина, не припоминая за собой особых проступков.
 На что тут же получил ответ:
 - Например, ты не заметил, как мимо тебя прошел Аэте.
 Виктор поморщился, но справедливость замечания признал.
 - А ты почему не сказал, если видел, как этот пацан вперед всех двинул?
 - Потому что я, ты удивишься, тоже не заметил, как этот "техник" прошел мимо нас. - вкрадчиво ответил сицилиец. - Я! Не! Заметил! - печатая каждое слово, повторил он, резко выпрямляясь.
 Бойцы переглянулись. Способность Рамиро замечать мельчайшие нюансы, на которые большинство не обращает внимания, и его невероятное чутье было чем-то привычным, своеобразной аксиомой, не требующей подтверждения. И тут, внезапно, это безошибочное чутье... сбойнуло.
 - Он же стоял у меня за спиной. - прошептала Джейн. - Как он мог обойти нас всех и оказаться на той причальной площадке первым?
 Тот пожал плечами.
 - Как-как, пешком. - язвительно рыкнул итальянец. - Ты же не думаешь, что он телепортацией передвигается?
 - То есть, ты не знаешь. - подытожила коммандер, нахмурившись.
 Рамиро покачал головой, дернул за косичку.
 - У меня есть предположения, как он мог это сделать и почему мы его не заметили, даже есть причины к этой мысли склоняться, но они вам не понравятся. Они и мне не нравятся. Но это единственное, что может объяснить замеченные странности.
 Бойцы подобрались, Руне сел, перестав изображать спящего, Джейн приглашающе взмахнула рукой.
 - Что ты заметил? - коротко спросила она, предлагая аналитику поделиться своими выводами.
 - Заметил - не совсем верное слово. Я УВИДЕЛ немало вроде бы незначительных мелочей. По одиночке они хоть и вызывают вопросы, но укладываются в пределы допустимого. А вот вместе... - аналитик поджал губы, помрачнел. - Мне очень не нравится то, что я вижу: картинка вырисовывается неприглядная.
 Он замолчал, сумрачно глядя на командира.
 - Знаешь, Джейн, ты права. - после затяжной паузы пробормотал он. - Этим переводом командование решило нас угробить.
 Девушка пожала плечами.
 - Это было очевидно с самого начала.
 - Но меня больше интересует, почему командование так жаждет угробить своего первого и пока единственного Спектра? - словно не услышав слова командира, продолжил размышлять аналитик, глядя перед собой расфокусированными глазами. - И мне не нравится, что этого Спектра хотят убрать нашими руками, пусть и опосредованно.
 Бойцы переглянулись.
 - Откуда такие выводы? - тихо спросил Виктор.
 Рамиро моргнул, перевел на него взгляд.
 - Сам посуди. Что известно о лейтенант-коммандере Имрир Шепард? Нелюдимая ксенофобка с проблемами с психикой, Мясник Торфана, по какой-то непонятной мне причине выдвинутая как кандидат в Спецкорпус от Альянса Систем.
 - Насколько мне известно, ее выбрал Крайк. - пожав плечами, сказала Джейн.
 Сицилиец скривился, раздраженно передернув плечами, словно у него зачесалась спина.
 - Чем руководствовался Найлус Крайк, делая такой выбор, мы можем узнать только у него самого, поскольку на мой взгляд Имрир Шепард - самая неудачная кандидатура из вас троих. При условии, если выбор делать, опираясь ТОЛЬКО на официально известную информацию. - аналитик поморщился. - То, что эта информация совершенно не соответствует действительности, мы все уже поняли.
 Люди кивнули.
 - Смотрим дальше. По какой-то причине первому Спектру нашей расы выдали необкатанный корабль-прототип, построенный на совмещениях технологий двух видов, имеющих огромную разницу в уровне развития и опыте космических перелетов. Про проблемы "Нормандии" вы уже знаете: Спектр была столь любезна, что нам это пояснила лично.
 Бойцы снова кивнули.
 - Я пообщался с инженерами. - Рамиро покачал головой. - Мне на этом корабле летать было бы страшно, если бы на нем не присутствовал инженер Адамс и создатель двигателей и ядра "Нормандии" - Октавиус Татум.
 - Все настолько плохо? - удивленно спросил Виктор.
 - Сейчас, после двух волн ремонта и перестроек, не настолько: основные дефекты выявлены и убраны. У нас хотя бы лазарет полностью укомплектован и в наличии нужное количество индивидуальных средств защиты. - итальянец поморщился. - В первом рейсе у них даже дыхательных масок на всех не хватало! И камбуза не было: вместо него только те автоматы с питательной пастой.
 Джейн, которая попробовала интереса ради эту "еду", перекосило.
 - Добавлю, что командование оставило на корабле в виде десантной группы Эшли Уильямс и Кайдена Аленко. Солдата-ксенофобку, служившую только в планетарных гарнизонах и ни разу не участвовавшую в полноценных боевых действиях, и штабного лейтенанта-биотика с L2, страдающего мигренями. - дав сослуживцам оценить сказанное, Рамиро добавил: - Сержантов Итора и Савьера на корабль перевели только после прямого запроса Спектра Совета.
 - Иными словами, Имрир оставили без бойцов. - подбила итог Джейн, помрачнев еще сильнее.
 - Не только. - передернул плечами аналитик. - Если верить тому, что мне рассказали члены экипажа, ей даже документы на корабль не передали, и она не могла подтвердить вступление в должность. Спектр затребовала электронные копии, и получила их минут за пятнадцать до старта! И у меня есть серьезные причины предполагать, что про эти документы Имрир узнала и смогла их получить только благодаря своевременной помощи турианцев: вы должны помнить, что эраз Вакариан - законник, служивший в СБЦ следователем, а Спектр Крайк не только прекрасно знает права и возможности оперативников Спецкорпуса, но и умеет ими пользоваться.
 Виктор присвистнул, переглянулся с Руне.
 - Ей что, документы вообще не отправили?
 - Ну почему же? Отправили военной почтой Альянса... - Рамиро фыркнул. - По словам сержанта Савьера, задержись они хотя бы на шесть часов, и доктор Лиара Т"Сони погибла бы в силовой ловушке в протеанских руинах: девушка провела в пузыре четверо суток и находилась на грани смерти от истощения и обезвоживания.
 Виктор присвистнул.
 - Повезло малышке.
 Рамиро кивнул.
 - А теперь давайте посмотрим со стороны, что происходит на этом фрегате. На должность капитана прототипа, который вообще не должен был покидать тестовых полос, назначили человека, никогда не командовавшего кораблями. Неграмотный и неопытный командир на боевом корабле, как правило, приводит его к гибели. Но Спектр выкрутилась, передав командование старшему помощнику Чарльзу Прессли, официально и юридически грамотно обставив его назначение исполняющим обязанности капитана "Нормандии".
 - Снова помощь Снайпера? - хмыкнула Джейн, устраиваясь удобнее.
 - Очевидно... да. - аналитик прикрыл глаза. - Как на корабле оказался Мастер Войны Урднот Рекс для меня до сих пор не понятно, учитывая, что его наняли на бессрочную службу за еду и кофе еще до первого вылета с Цитадели. Хочу уточнить: наняли на корабль, где уже присутствуют два турианца, один из которых, Гаррус Вакариан, в прошлом едва не убил Рекса во время одной из операций СБЦ.
 - Откуда данные? - подобрался Молот.
 - Он сам рассказал. - пожал плечами Рамиро.
 - Турианец? - удивилась Джейн.
 Итальянец настолько укоризненно посмотрел на командира, что та потупила взгляд.
 - Кроган. - мягко уточнил да Россет. - Он охотно рассказывает интересные вещи, если к нему найти подход: очень умен, но крайне тщеславен и самолюбив. С ним чрезвычайно интересно общаться. Я узнал из этих бесед очень многое.
 - К примеру?
 - К примеру, что Тали"Зора - дочь кварианского адмирала. И у нее в имени приставка "вас Нормандия". - не найдя на лицах бойцов понимания, аналитик пояснил: - По законам Мигрирующего Флота для девчонки "Нормандия" стала ДОМОМ, а ее капитан - первым после Бога! В данном случае - вторым. Первой является Имрир Шепард, которая умудрилась заполучить девчонку, правильно ее оформить и возвысить в глазах сородичей, взяв в свой отряд. Напомню, что служить в Спецкорпусе - крайне престижно, и кварианцы на ИД-карте невзрачный серый значок не имели со времен закрытия посольства.
 - Девочка вошла в элиту. - кивнул Виктор.
 - Именно. Отношение к кварианцам ненамного отличается от отношения к цыганам на Земле в старые времена. Они занимают примерно ту же нишу.
 - А Спектр Шепард знает, что они тащат на свой Флот все, что могут стащить? - иронично поинтересовался Руне.
 - Знает. - Рамиро хмыкнул. - А еще она знает, что кварианцы не воруют со СВОЕГО корабля, а "Нормандия" для Тали - это ДОМ. При любых других раскладах с большой долей вероятности девчонка украла бы как минимум чертежи.
 - И тут подстраховались. - Джейн качнула головой, перебросила аналитику бутыль с водой. - Что еще?
 Рамиро благодарно склонил голову и продолжил говорить:
 - Мы. Два сработавшихся малых отряда со своими командирами. Ты с Джоном на ножах еще с учебки, командование не могло этого не знать, но все равно прислало именно вас двоих, тем самым... - итальянец выразительно замолк, предлагая им продолжить фразу.
 - Тем самым создав постоянную точку конфликта. - со вздохом закончила коммандер.
 - Именно! Вспомни про психическую нестабильность Имрир и ее вспыльчивость. Добавь сюда штабного лейтенанта, который должен раздражать Джона, и Эшли Уильямс, которая гарантировано достанет и тебя, и ее. Что мы получим в итоге?
 - Нестабильную обстановку и десантную группу, в которой постоянные конфликты и дрязги. - с тяжким вздохом ответила Джейн. - Ни о какой нормальной совместной работе и речи не будет.
 Рамиро согласно кивнул.
 - Дальше. Пилоты. Особенно Крук, который в свое время, скажем так, имел конфликт с Джеффом Моро. И конфликт на тему "Нормандия", которую Джокер обожает.
 - Более того, эраз Татум не в восторге от пилотских качеств Круга. - добавила Шепард. - Он вроде как обещал ему руки оторвать, если к штурвалу потянется.
 - Именно! Кто ж знал, что посредственный пилот окажется хорошим артиллеристом, и конфликт с первым пилотом сам собой рассосется, как только Даниэль перейдет под руку эраза Вакариана и встанет за орудия?
 - Конфликт в среде пилотов... - Диего рыкнул.
 Рамиро покосился на подопечного, но ничего не сказал.
 - Характер у Джокера отвратительный, он очень мнительный и обидчивый. Стычки были бы. Командование не могло не знать о конфликте между Джеффом Моро и Даниэлем Круком: об этом знали ВСЕ, кто был на Арктуре в то время. Добавь ко всему этому несовершенный остеогенез пилота.
 - Прекрасно. - Виктор потер затылок. - Как на ядрен батоне летаем...
 Итальянец согласно кивнул и прикрыл глаза, откидываясь за любовно взбитую подушку.
 - Возможно, это лишь случайности, и я - параноик с манией величия, но ситуация мне не нравится.
 - Судя по действиям Имрир, она тоже параноик с манией величия. - буркнула Джейн.
 - И достаточно умна, чтобы прислушиваться к советам куратора и специалистов, которыми она себя окружает. - добавил Рамиро. - Я, при всем желании придраться, не смог найти в ней психической нестабильности или предвзятости к чужакам. А вот Альянс Систем Спектр откровенно не любит, так что ее лояльность оказалась такой же сказкой, как и ее психическая неуравновешенность и вспыльчивость. И это уже нам грозит немалыми проблемами.
 - Конфликт между приказом командования и ее приказами. - со вздохом подтвердила выводы аналитика коммандер. - Она заранее потрудилась предупредить нас о подобной возможности.
 - Меня больше интересует, о каком шансе она говорила. - буркнул Виктор.
 - Это мы узнаем со временем. - Рамиро привычно перекатывал между пальцами бусины на косичке. - Нам даже выбора делать не пришлось: я связался с доном...
 Диего удивленно заморгал.
 - Что сказал отец?
 Аналитик прикрыл глаза, довольно улыбнулся.
 - Он согласился с моими выводами и одобрил наше решение.
 - Твое решение. - въедливо поправил парень.
 Бойцы переглянулись. Рамиро очень редко упоминал о доне, которому принадлежит его верность. Если дошло до прямого обращения...
 - Это настолько важно? - осторожно спросила Джейн, даже не пытаясь понять, как сицилиец умудряется связываться с Землей, находясь на борту "Нормандии".
 Тот согласно кивнул, улыбка стала шире и ехиднее.
 - Альянс Систем очень сильно хотел получить своего "карманного" Спектра. Они его получили, но так и не поняли, что именно они получили, и что такое "Спектр Совета". Я специально интересовался Спецкорпусом и полномочиями его оперативников.
 - Они действительно настолько... обширны, как говорят? - неопределенно взмахнув рукой, поинтересовался Руне.
 - Да.
 Короткий односложный ответ. И после короткой паузы, укоризненное добавление:
 - Информация о правах Спектров Совета и их полномочиях есть в экстранете в свободном доступе. ВСЕ жители Пространства Цитадели об этом знают.
 Осмотрев выразительные лица сослуживцев, аналитик продолжил:
 - С того момента, как лейтенант-коммандер Имрир Шепард получила подтверждение своего статуса Спектра Совета, она уже не является кадровым военным Альянса Систем и ей могут приказывать только и исключительно советники. Командование ВКС может ПРОСИТЬ решить какие-то проблемы, поскольку Альянс Систем не входит в Совет Цитадели, и ТОЛЬКО Имрир решает, откликнуться на просьбу или нет. - удостоверившись, что до них дошло сказанное, добавил: - Спектры стоят выше званий и должностей. Они выше закона. Деятельность Спектра не может быть противозаконной по определению. Все, что делает Имрир Шепард, если это одобрено Советом, - законно.
 Виктор присвистнул:
 - Лихо.
 Рамиро отмахнулся.
 - Это - обыденно. Лихо - это то, что я имел удовольствие увидеть на астероиде. - его взгляд резко похолодел и потяжелел. - И то, что некоторые проморгали!
 Диего тяжко вздохнул.
 - И почему сразу я?
 - А почему ты решил, что ТОЛЬКО ты? - язвительно отозвался Рамиро. - Виктор тоже очевидного не заметил...
 - Ты о чем? - спросила Джейн.
 - Скажите, какие вы сделали выводы из первой встречи с батарианцами? - вопросом на вопрос ответил аналитик.
 - Это ты про того неудачника, которому белобрысый пацан умудрился проломить грудину? - уточнил Виктор.
 Итальянец кивнул.
 - Да, про этого. Вы все это видели. И какие выводы сделали?
 Бойцы переглянулись. Сама постановка вопроса предполагала, что они что-то не заметили. Или заметили, но не поняли.
 - Встреча с батарианцем была для парня неожиданностью. - осторожно произнес Руне.
 - Верно.
 - Но ударил он без колебаний. Случайность?
 - При его словах "Не рассчитал?" - иронично приподнял бровь аналитик. - Случайностью была только сила удара. Силу он не рассчитал, согласен.
 - Хороша у него случайность... Я такого не сделаю. - буркнул Молот. - Батар же в броне был, ее так просто не проломить.
 Аналитик милостиво кивнул.
 - И они крепче людей. - добавил Руне.
 Еще один кивок подтвердил правильность уточнения.
 - А еще у них реакция быстрее, чем у людей. - тихо-тихо сказал Джейн. - Турианец может убить батарианца в рукопашную, но человек... Только спец по рукопашному бою.
 - Правильно. - вновь согласно кивнул Рамиро. - И каковы ваши выводы?
 Люди переглянулись.
 - Парень рос на флоте Иерархии... - начала размышлять вслух девушка. - Обучить рукопашному бою его могли. Броня у Аэте армаксовская, с когтями на перчатках, тяжелая, но усилителей в ней нет, как и экзоскелета. Это обычная броня, отличающаяся от моей только классом и большей массивностью. И, естественно, качеством. Но это все равно не объясняет, как человек мог проломить одним ударом нагрудные пластины батарианской брони и грудную клетку.
 - Верно, человек - не мог. - сицилиец хмыкнул. - Поверь моему опыту, проломить даже незащищенному человеку ребра - не так просто. Мы не настолько... как он там выразился про того батарианца? Мягкие?
 - Ага. Мягкие. - буркнул Виктор. - Особенно, в броне.
 - Но у него же когти на печатках были. - напомнил Диего.
 Рамиро поморщился и взглядом пообещал подопечному заставить его на практике проверять, какого это - проламывать рукой в перчатке что-то, по прочности и сопротивлению материала соизмеримое с броней, надетой на тело.
 - Но физиономия у него была как у нашкодившего щенка: растерянная и виноватая, словно он сам от себя этого не ожидал. - после короткой паузы добавила Джейн, словно продолжая какую-то свою мысль. - Или сделал что-то... не то.
 Она резко замолчала, нахмурилась.
 - Это все замечательно, но выводы какие? - вернул разговор в нужное русло аналитик. - Вы всё видели сами, вместе со мной. Я жду.
 Подопечный вновь его огорчил:
 - Да мы уже поняли, что белобрысый - отличный боец. Ты хоть раз видел хоть одного плохо дерущегося турианца?
 Рамиро устало прикрыл глаза.
 - Диего, Аэте - не турианец. Он человек, если ты этого не заметил.
 - Но его же турианцы воспитывали. - не сдавался парень, хоть и понимал, что сморозил ерунду, за которую его сейчас прилюдно морально поимеют.
 - И-ии-и? - насмешливо протянул аналитик.
 - И... ну... - Диего растерялся, покосился на хмурого Виктора, на Руне, на сумрачную злую Джейн, и выдал: - Ну и научили, как правильно...
 - Диего! - рыкнул Рамиро. - Ты меня расстраиваешь!
 Парень примирительно вскинул руки.
 - Ладно-ладно. Понял, глупости говорю. Я не знаю, как пацан смог это сделать. - сдался тот. - Но он смог завалить батара одним ударом, а потом сам растерялся от того, что сделал. Значит, не ожидал такого результата.
 - Ожидал он результата. - с тяжелым вздохом аналитик прикрыл глаза. - Именно такого. Он не задумывался, бил на рефлексе. Отработанном, автоматическом. А потом он вспомнил, что за всем этим наблюдаем МЫ. И вот ЭТО вызвало у него досаду, смущение и вину. - тихий хмык. - Это мне напоминает историю с Ссевола, одним из киллеров дона.
 - Это когда он грохнул цель прямо перед костёлом? - уточнил Диего.
 Рамиро кивнул.
 - Что он сделал, когда обнаружил увидевшего убийство падре?
 - Сказал, что хочет покаяться... - уныло ответил парень, понявший, куда клонит его напарник.
 - Да, в грехах. - добавил Рамиро. - Особенно в одном, только что совершенном.
 Бойцы заржали. Джейн прикусила губу, но уголки подрагивали.
 - И он точно так же виновато прятал пистолет за спину. - припечатал итальянец враз заледеневшим голосом.
 Смех резко стих.
 - Вспомните реакцию Спектра Шепард.
 - Это же Мясник Торфана. - буркнул Виктор. - У нее не было никакой реакции. Она даже внимания не заостряла. Убил и убил.
 Карие глаза прикрылись, смуглые пальцы стиснули бусину до белизны и вновь расслабились. Даже ЭТОГО не заметили...
 - Хочу вам напомнить, что за то время, пока мы впятером зачищали один корабль, Имрир Шепард и Аэте Дхар вдвоем взяли остальные. Включая ВОЕННЫЙ фрегат, на котором обошлось без смертей! И я предполагаю, что фрегат зачищала Имрир. - тихим безмятежным голосом произнес сицилиец, прикрыв глаза. - Хочу вам так же напомнить, как именно этот "белобрысый пацан" убрал батарианцев в ангаре: мечом, не поднимая лишнего шума. И вспомните варренов.
 Джейн вздрогнула.
 - Да, командир. - мягко, вкрадчиво произнес аналитик. - Тех самых, трехсоткилограммовых, генетически модифицированных зверей, которые в состоянии порвать вооруженного крогана в тяжелой броне! Тех самых, которых натаскивают на охоту на разумную дичь! На вооруженную разумную дичь! Тех самых варренов, одному из которых этот "паренек" сломал хребет и свернул шею, а второго перерубил почти пополам на моих глазах! - под конец голос Рамиро сорвался в рычание. - Без усилий!
 Бойцы молчали.
 - Что еще ты увидел? - тихо спросила Джейн.
 - Я поднимался на корабль. - спокойным, даже умиротворенным голосом ответил сицилиец, а его пальцы вновь потянулись к косичке.
 - Ты о... - девушка запнулась.
 Рамиро кивнул, прикрыл глаза, а в памяти ярко всплыли образы залитых кровью коридоров. Восстановить в воображении произошедшее труда не составило: кровавые следы были свежими и очень... наглядными. А то, что он нашел в каюте капитана...
 - Да, я о "Ки"Садаль", о том батарианском корабле, с которого Аэте вынес мертвого пацана, чье тело сейчас находится в криогенной капсуле в лазарете. - карие глаза чуть сузились, уголок губ дернулся.
 Диего, прекрасно знающий своего напарника и наставника, подобрался, Джейн нахмурилась, Руне и Виктор удивленно переглянулись. Еще на астероиде их удивило трепетное отношение Аэте к совершенно незнакомой девчонке и к ее мертвому брату. Еще удивительнее было решение Спектров: они выполнили просьбу паренька без вопросов. Словно так и должно быть, словно это нормально, потребовать забрать на корабль гражданского и тело, которое теперь занимает одну из пяти криогенных капсул.
 - Что было на том корабле? - мягко спросила девушка. - Что там было, Рамиро?
 Он криво усмехнулся, перекатывая кроваво-красную бусину между пальцами.
 - На том корабле живыми остались только пилоты. Всех остальных перебили. - тихий смешок сыпанул холодом. - Знаете, современное стрелковое оружие убивает аккуратно, практически не повреждая тела. О холодном оружии такого сказать нельзя. Особенно, говоря о мечах... - Рамиро улыбнулся мягкой, чуть рассеянной улыбкой, сощурил глаза. - Оружие Дьявола, так его называли в Средние Века. Пламевидный клинок. Фламберг.
 - Такой как у Крайка? - уточнил Виктор.
 - И у Аэте. - добавил Диего.
 Еще один кивок.
 - Да. Такой, как у Найлуса Крайка и Аэте Дхара. Полноценный полуторный фламберг с разведенной волной лезвия, созданный по новейшим технологиям на заказ. Именное оружие, гарантированно убивающее жертву даже с нашей медициной. Нераспространенное. Понятно почему.
 - Им надо уметь пользоваться. - буркнул младший итальянец.
 - Не в том дело. - Рамиро качнул головой. - Владеть мечом и использовать его в бою - не одно и то же. Надо уметь сражаться с вооруженным стрелковым оружием противником или с биотиком. Надо уметь сближаться. Это не так просто, поверьте мне.
 Оспаривать слова профессионального киллера мафиозной семьи никто не стал. Навыки улыбчивого веселого сицилийца в отнимании чужой жизни в отряде прекрасно знали и... ценили. Как и его аналитический ум, как и способность видеть то, на что все остальные не обращают внимания, как и умение вдолбить в головы сослуживцев важную информацию независимо от желания жертвы. Если его так впечатлило произошедшее, что он не раз тыкнул их носом в странности обаятельного беловолосого паренька, значит, они действительно стоят внимания.
 - Какие ты сделал выводы? - спросила Джейн.
 - Выводы можно сделать разные, сделать предположение об имплантатах, о генетической коррекции и прочем подобном, но я склоняюсь к мысли, что Аэте Дхар - не совсем человек. - спокойно ответил Рамиро, пристально глядя в глаза командиру отряда.
 Бойцы промолчали, удивленно переглянулись, не зная, как на это высказывание реагировать. Да Россет на их памяти не ошибался никогда, но...
 Джейн коротко спросила:
 - Причина?
 - Ни один человек не обладает такой физической силой.
 Видя непонимание и скепсис на лицах сослуживцев, аналитик сухо пояснил:
 - Он снял распределитель вращения ядра. Такая небольшая, как там выразилась Спектр? Фигурная железяка, за которую батарианский работорговец так круто прогнулся. Помните?
 Виктор кивнул.
 - Аэте снял ее с "Ки"Садаль" в одиночку. Потом сделал то же самое на втором корабле, на "Ит"Атараль". Тоже в одиночку. Сам распределитель весит сорок килограмм, вы сами его поднимали, вес оцениваете.
 - И?
 - Чтобы его вытащить, нужно сперва снять кожух, закрывающий механизм вращения, а потом АККУРАТНО снять с креплений балансиры, не повредив их и не расшатав, иначе корабль больше никуда не полетит. - проигнорировав Севера продолжил говорить Рамиро. - Я спрашивал у Адамса, может ли это сделать один человек без специальной техники.
 - Ответ был "нет"? - с тяжким вздохом предположила Джейн.
 - А какой еще должен быть ответ, если один балансир весит сто двадцать шесть килограмм?!! Кожух на кораблях такого класса - от трех до четырех центнер в зависимости от типа ядра! - прорычал аналитик, резко подаваясь вперед. - Может, я что-то не понимаю? Или я в чем-то ошибся? Тогда объясните мне, как он это сделал? Как человек может снять трехсоткилограммовую железяку, разобрать механизм вращения ядра и вытащить распределитель за восемь минут?!! Батарианцы с помощью подъемных механизмов собирали ядро почти сорок минут! На каждом корабле!
 Рамиро глубоко вдохнул, резко выдохнул, сел удобнее, поерзал, закапываясь в подушки, и продолжил говорить:
 - Это не единственные странности.
 - Что еще?
 - Гаррус Вакариан на миссии получил серьезную травму плеча, но уже утром от перелома лопатки не осталось и следа. Джефф Моро. Перелом руки и пальцев. За два дня смог вернуться за штурвал, хотя на ноге до сих пор компрессионно-дистракционный аппарат. Это самые явные и не поддающиеся логическому объяснению. Особенно, травма Джокера. У первого пилота несовершенный остеогенез. Такие переломы у него заживать должны месяцами с постоянными смещениями и трещинами. - Рамиро устало потер виски. - Я не могу понять, что здесь происходит, но Имрир Шепард была столь любезна, что предложила мне прийти за ответами.
 Джейн удивленно моргнула.
 - Что?
 - Дословно: "Если вам потребуется обсудить сделанные выводы или вы захотите услышать ответы на свои вопросы, приходите". - точно копируя вкрадчивую интонацию Спектра произнес аналитик.
 Диего нахмурился, Виктор покачал головой.
 - Звучит как ловушка. - буркнул Север.
 - Это и есть ловушка! - раздраженно рыкнул Рамиро. - Может, Спектр и агрессивный психопат, но не дура! Она знает, что я рано или поздно приду за ответами. Когда такие странности накопятся, а я не смогу найти им объяснение! - в голосе промелькнула ярость. - Мы не в том положении, чтобы позволять себе слепоту и иллюзии! Спектр это знает, она позволяет нам замечать то, что нам не предназначено, дает возможность самостоятельно разобраться и сделать к выводы.
 - Зачем это ей? - коммандер нахмурилась.
 - У нее на нас есть какие-то свои планы! Какие? Не знаю! Но они точно никак не связаны с Альянсом Систем.
 Виктор открыл было рот, но, встретив бешеный взгляд карих глаз, заткнулся.
 - Забудьте то, что вы там себе придумали! Нас всех просчитали еще до того, как мы на этот корабль попали! Вспомните начало знакомства, эти предупреждения и оговорки. Вспомните поход в СБЦ. Вспомните ее разговор с Андерсоном. И забудьте уже свои фантазии по поводу этих трех Спектров!
 - Трех? - осторожно уточнила Джейн.
 - А вы еще не поняли? Вакариан - тоже Спектр. Получил звание как раз незадолго до нашего отлета. - Рамиро помрачнел, с силой стиснул бусину. - Что же у них за задание, если на него отправили троих Спектров?
 - Сарен?
 Итальянец отмахнулся.
 - Это официальная причина. Больше - отмазка для Альянса Систем. Иначе приказ был бы не "найти" Спектра Сарена, а "уничтожить" в любой формулировке. Я не знаю, что накопал Крайк и во что они ввязались, но это как-то связано с тем нападением на Иден Прайм. Турианский советник их поддерживает, это очевидно. Но как это связано с Артериусом?
 Рамиро на какое-то время замолк, напряженно обдумывая пришедшую в голову мысль.
 - Вы знаете, я стараюсь быть в курсе всего, что вокруг нас происходит.
 Бойцы закивали.
 - Но в этот раз я впервые уперся в стену. Информации нет. Даже у Теневого Посредника не купить: нечего покупать. - он резко сел, наклонился вперед, опираясь локтями на колени. - Я НЕ ЗНАЮ, какое на самом деле задание у Спектров!
 - Но что-то же ты узнал? - задала риторический вопрос Джейн: поведение аналитика ясно говорило, что узнал.
 - Скорее, подтвердил свои выводы. - поморщился Рамиро. - Официальная информация о Имрир Шепард уже недостоверна. До Иден Прайм это один человек. После - совершенно другой. Возможно, так повлиял протеанский маяк, но это маловероятно: слишком велики изменения.
 - Так говоришь, будто это уже не Мясник Торфана. - буркнул Диего.
 - Именно это я и сказал. - согласно кивнул Рамиро, с удовольствием созерцая вытянувшиеся рожи. - Я смог получить записи с учебки N7. У нынешней Имрир другая моторика движений, другие повадки и жесты. Другая манера речи. Другие приоритеты и мировоззрение.
 - Подмена? - короткой вопрос от Виктора.
 - Сомнительно. Это произошло на борту "Нормандии" во время последнего перегона на пути к Иден Прайм. Я узнавал у ее бойцов: незадолго до выхода коммандера нашли в ее каюте без сознания. Через сутки глубокого сна проснулась уже нынешняя Имрир Шепард. Изменения в поведении начались сразу, но никто этому не придал значения: списали на последствия контакта с маяком. - сицилиец поморщился. - Это будет одним из вопросов, который я задам Спектру.
 - Полагаешь, ответит? - скептично поинтересовалась Джейн.
 Рамиро кивнул.
 - Учитывая формулировку предложения - ответит.
 - Но?
 - Но после этого разговора обратно я отыграть не смогу. - карие глаза сузились. - Выбор делать придется.
 Джейн тяжело вздохнула.
 - Да какой у нас выбор, Рамиро? Ты с Диего еще можешь вернуться на Землю: ваша семья не даст Альянсу Систем угробить вам жизнь, а нам возвращаться некуда. - короткий взгляд на Виктора. - Кому-то грозит пожизненное, если сорвется со службы. Для меня "Нормандия" - единственный шанс. Возвращаться на гарнизонную службу в какую-то дыру вроде Интай"сей, с которого нас сюда дернули, я не хочу. Я этого не выдержу. Это еще если позволят вернуться, а не под трибунал отдадут.
 - А мне на Земле делать нечего. - пробасил Север. - Дома нет, семьи нет, жилья и денег тоже нет. На планете жить могут или очень богатые, или совсем нищие. Не люблю я гетто, так что... - мужчина развел руками.
 - Посмотрим, что покажет Новерия. - подвела черту в разговоре Шепард, хлопнув ладонью по столу. - И будьте внимательны. После миссии еще раз переговорим и тогда уже будем решать, как быть.
 - Согласен. - Рамиро подпер подбородок кулаком и неожиданно признался: - Дон хочет наладить контакт со Спектром. Я передал ему все наблюдения, аналитики семьи проверили мои выкладки. Они считают, со Спектром Шепард нужно работать. Пока она дает такую возможность.
 Джейн вздохнула, поджала губы. Мнение отца Диего - существенный довод. Дон не делает поспешных выводов и не принимает необдуманных решений.
 - Вот на обратном пути и решим, как нам быть. А сейчас мы все дружно топаем в столовую, и не будем раздражать нашего повара. Он нас слишком вкусно кормит.
 Под тихие смешки принятие решения и поиск ответа на животрепещущий вопрос "Что делать?" были отложены на обратную дорогу.
 
 
 * * *
 
 
 - Джон, успокойся. Спектр Шепард имеет право на подобные действия. - меланхолично произнес Нико. - Я же тебе говорил: Спектры подчиняются ТОЛЬКО Совету Цитадели. Альянс Систем уже двадцать один год как входит в Пространство Цитадели и подчиняется общим законам. В том числе и закону о правах оперативников Специального Корпуса Тактической Разведки, к которому теперь принадлежит Имрир Шепард.
 Раздраженно расхаживающий по свободному пятачку каюты Джон резко развернулся, холодно глянул на подпирающего стену Николауса.
 - Ты одобряешь ее действия?
 - Как я могу одобрять или не одобрять действия нашего командира? - немец скрестил руки на груди. - Но с политической точки зрения, Спектр поступила верно: она убрала возможность раздуть скандал, результатом которого будет обострение ситуации в Скиллианском Крае и еще большее ухудшение отношений с Гегемонией.
 - Батарианцы должны были понести наказание за этот теракт! - буквально выплюнул коммандер.
 - А почему ты решил, что именно они в этом виновны? - не меняя интонации полюбопытствовал Нико, устало глядя на злющего командира.
 Джон замер, уставился на аналитика.
 - Что ты имеешь в виду?
 Николаус вздохнул.
 - Командир, работорговля - это бизнес. Любой бизнес должен быть прибыльным, а этот рейд неоправдан. Я бы на их месте приземлился возле какого-то поселения на планете, набрал рабов и улетел бы задолго до того, как прибыла бы "Нормандия" или любой другой корабль. Но они по какой-то причине высадились на астероиде. - не найдя понимания, уточнил: - На безлюдном каменном булыжнике, Джон! Каковы шансы набрать на нем рабов?
 - Мизерные. - вынужден признаться Шепард.
 Нико кивнул.
 - Работорговцы не занимаются терроризмом: это невыгодно, и грозит огромными проблемами дома.
 - А как же Балак? Он ненавидит людей.
 - Прежде всего он - военный офицер. Как думаешь, что бы с ним сделали на родине, если бы Альянс Систем раздул скандал галактических масштабов? И какие проблемы бы получила Гегемония за этот... акт агрессии?
 Джон открыл было рот, чтобы возразить, но, представив себе возможное будущее незадачливого офицера, закрыл. Нико кивнул, чуть заметно поморщился.
 - Не забывай, Балак прибыл с опозданием на шестнадцать часов. И летел он вслед за кораблями работорговцев. Его действия оправданы логически: он увидел сородичей, улетающих на чужую территорию, и проследовал за ними.
 - И? - недовольно протянул Джон.
 Коммандера несказанно раздражала эта манера Николауса цедить информацию, разжевывая, словно он с идиотом разговаривает, но он прекрасно знал: никакое его негодование не заставит скрытного немца говорить иначе.
 - И потом на астероиде каким-то образом включилась система защиты, гарантирующая, что ни один чужой корабль не взлетит. После этого заработали двигатели. - аналитик покачал головой. - Что-то не сходится, Джон, не находишь?
 Шепард сощурился.
 - На что ты намекаешь, Клаус?
 - Я? Ни на что.
 Нико едва сдержал смачный зевок: спать хотелось неимоверно, но пока Джон не угомонится, поспать вряд ли получится.
 - Джон, в этом и состоит работа Спектров Совета: хранить мир в галактике. Спектр Шепард это и сделала: в результате ее действий планета не пострадала, политическая ситуация не накалилась. Еще она получила в должники батарианского офицера и работорговца.
 - Как ты объяснишь взрыв третьего корабля?
 Нико пожал плечами.
 - Это очевидно, Джон: кто-то же должен был понести наказание? Инициатор этого нападения был уничтожен. Демонстративно. Это предупреждение для батарианцев, но сделано оно в такой форме, чтобы не вызвать ненужной агрессии и желания мстить.
 - Почему она не отдала его...
 - Патрулю Альянса Систем? - уточнил Нико. - Потому что это - гарантированный скандал на всю галактику. Ты не хуже меня знаешь, какую бурю подняли бы политики, чтобы получить контрибуции. А это уже дестабилизация политической ситуации, которая может привести к началу военных действий, что и должны предотвращать Спектры Совета.
 Николаус развел руками и вновь скрестил их на груди, терпеливо ожидая, пока его командир и подопечный осмыслит сказанное.
 - Допустим, ты прав. - с тяжким вздохом буркнул Джон.
 Аккер это высказывание пропустил мимо ушей.
 - И что ты предлагаешь?
 - Выполнять свою работу командира десантного отряда. - флегматично ответил он. - И не лезть в дела Спектров Совета.
 Видя, что Джон вновь начал заводиться, Николаус примирительно поднял руки.
 - Джон. Ты не знаешь, какое задание получили от Совета Спектры.
 - Что значит, не знаю? - вскинулся коммандер. - Его нам обрисовали ясно: арестовать Спектра-предателя Сарена Артериуса.
 Нико прикрыл глаза, потер тонкий нос, тяжело вздохнул.
 - Джон. Задание звучало как "найти".
 - И?
 - Что, "и"? - рыкнул, не сдержавшись, Нико. - Найти! А что дальше они будут делать - неизвестно. Они могут как убить его, так и помочь! Полагаю, решение будет принимать Спектр Крайк.
 От такого поворота Шепард нахмурился.
 - Я бы на твоем месте, командир, поменьше верил словам посла Удины и капитана Андерсона, у которого есть личные мотивы и старая неприязнь к Спектру Артериусу. - вновь возвращаясь к привычному флегматичному тону, произнес немец.
 Коммандер поморщился: в искренности капитана Андерсона он не сомневался.
 - И, Джон, прошу, будь внимательнее! И осторожнее в высказываниях.
 Не найдя на физиономии подопечного понимания, Николаус вздохнул. В некоторых моментах Джон Шепард удивительно твердолоб и страдает избирательной слепотой, не позволяющей ему рассмотреть очевидное и понятное любому здравомыслящему человеку.
 - Джон, нас ждут в столовой.
 Коммандер коротко кивнул, развернулся на месте и покинул каюту. Николаус покачал головой, вновь устало потер нос, повел плечами и потопал вслед за командиром.
 Очередной разговор прошел впустую.
 
 
 
 

Глава 46: Новерия: прибытие


 
 
 - Внимание по кораблю: выход из перегона. Три. Два. Один...
 Голос Джокера и мягкий толчок ознаменовали проход "Нормандии" через ретранслятор и прибытие в систему Пакс. Почти прилетели...
 - Джефф, сколько еще до Новерии? - глухо булькнула я, не открывая глаз и не шевеля даже пальцами.
 Пилот меня услышал и тут же бодро ответил:
 - Три часа сорок две минуты.
 Почти четыре часа... Хорошо. Хоть оклематься можно будет. Вчерашний день оказался на диво выматывающим и нервотрепным, хоть прошел в перегоне и в относительной тишине. Да... В очень относительной.
 Не проспавшиеся после ночной высадки бойцы за каким-то демоном встали рано с утра, еще до нападения пиратов, хотя ночь у нас была утомительная, а я на соблюдении режима для десантной группы в перелетах вообще не настаиваю. Но нет... Джон, как истинный сын Армии и ВКС не мог проспать подъем. Как и Эшли, разбудившая своим копошением Джейн. Карамелька какое-то время стойко сопротивлялась, но сержант Уильямс проявила редкую настойчивость, а потом прозвучала та злополучная боевая тревога, поднявшая на ноги весь корабль. Попытка повторно завалиться спать разбилась о всю ту же Эшли, и озверевшая от такого "доброго утра" и прослушанных нотаций на тему соблюдения режима Конфетка быстро дошла до кондиции, поругалась с Эшли и выползла из каюты злобная и агрессивная, как свежеобращенный упырь. После недолгих тыняний по столовой, пошла будить своих бойцов, ибо нечего спать, если командиру не дают. Хорошо хоть Рамиро, четко уяснивший правила, установленные на "Нормандии", и прекрасно знающий характер и повадки командира, быстро уложил ее спать на обычно пустующую койку. Джейн продрыхла до середины дня, выползла в столовую как раз к обеду, встретила там злого и не выспавшегося Джона, Шепарды по обыкновению поцапались, а потом понеслось...
 Я в эти свары не вмешивалась: внешне все было вполне пристойно, а у моих однофамильцев слишком много старых счетов, чтобы их можно было так просто сгладить. Да, я могла б воспользоваться своей властью и прекратить из грызню, но... Что значит внешнее благополучие, если реально ситуация только усугубится? Партизанские войны на уничтожение мне на корабле совершенно ни к чему, так что пусть решают свои разногласия самостоятельно и по мере появления, пока они не накопились критической массой.
 - Десантная группа уже встала? - потерев переносицу, спросила я.
 - Только Джон и его люди. - Джефф хохотнул. - Джейн спит и на внешние раздражители в лице сержанта Уильямс не реагирует, Дэрг... - пилот хмыкнул. - Дэрг жалуется, что не может пошевелиться.
 - Передай ему, что я скоро зайду и приведу его в порядок. - раздался сонный голос Аэте. - Пусть лежит и не психует. Его состояние нормально.
 Джокер, привычно проворчав, что он вроде как пилот, а не секретарь и не комендант летающей общаги, отключился с демонстративным щелчком. Это он так показал, что больше не слышит и не видит, что делается в нашей каюте? Угу, верю. Не видит он только тогда, когда глушилка работает.
 Впрочем, за все время Джефф ни разу не прокомментировал увиденное, даже если очень-очень хотелось. Договор соблюдался, а чрезмерное любопытство пилота и его моральные терзания нас волновали мало. Найлуса, наоборот, порой забавляло над ним подтрунивать: эмоции нашего Недремлющего Ока сдавали его с потрохами.
 - Как думаешь, его еще надолго хватит? - раздался негромкий голос Найлуса над головой, а его пальцы привычно закопались мне в волосы, легонько поглаживая по голове.
 - Посмотрим. Его любопытство начинает подходить к черте, за которой последуют вопросы. Много вопросов. - шевелиться мне было откровенно лениво.
 Зашелестела ткань, скрипнула койка и послышались практически бесшумные шаги босых ног: Аэте встал и поплелся в душ. Судя по неровному шагу и эмоциональному стазису, спит на ходу. Тихое шипение закрывающейся двери, приглушенный шум воды, ойканье и легкая обида, смешанная с досадой: спросонья асур забыл выставить температуру, и его окатило ледяной водой, льющейся при нулевых настройках. Зато проснулся и взбодрился.
 Иногда он такой забавный.
 - Какие планы? - тем же расслабленным и ленивым голосом спросила я, приоткрыв глаза. - Ррус, не дергайся. Время еще есть.
 Попытавшийся было встать Гаррус вновь расслабился. Вот и замечательно, а то начал нервничать непонятно из-за чего. У нас есть три часа на то, чтобы привести себя в порядок, проснуться и взбодриться. Ну, минут десять сожрет брифинг. Максимум.
 - По прибытию зайдем к администратору, узнаю, где сейчас Бенезия. - дождавшись, пока Гаррус затихнет, ответил на мой вопрос Найлус, сев удобнее и поджав одну ногу.
 - А скажет? - полюбопытствовала я, вспоминая, как в каноне Анолеис отбортнул протагониста.
 - А куда он денется? - тихий жесткий смешок.
 - Разве права Спектров позволяют требовать сотрудничества? - спросил Ррус.
 Когтистая рука взъерошила мне волосы, аккуратно убрала пряди с лица и вновь закопалась пальцами в шевелюру.
 - Договор между условно-нейтральными мирами вроде Новерии и Пространством Цитадели вынуждает их сотрудничать с оперативниками Спецкорпуса, но и мы должны быть... аккуратнее. И не наглеть.
 Какая-то недосказанность повисла в воздухе, и я задала резонный вопрос:
 - Но?
 - Но кто сказал, что я прибуду на Новерию только как Спектр Совета? - иронично произнес Найлус.
 О!
 - Най, так ты... - я запнулась, не зная, как бы правильно сформулировать крутящиеся в голове мысли.
 Он рассмеялся.
 - Мрир, Сарен, при всей своей гениальности и расчетливости, не мог быть в нескольких местах одновременно. Сама понимаешь, одному разумному уследить за большим количеством проектов физически невозможно.
 Логично. А если вспомнить, что Найлус - ученик и друг Сарена, то несложно догадаться, кто был его правой рукой. Тяжко вздохнув и посетовав на свою недогадливость, не давшую мне сделать логичный вывод из очевидного, я с некоторым трудом села. Потерев лицо, хмуро посмотрела на лукаво улыбающегося Найлуса.
 - И ты...
 - Для Анолеиса я буду не Спектром Совета Цитадели, а одним из инвесторов. Если меня-Спектра он еще может попытаться отправить дальним космосом, сославшись на установленные Советом Директоров законы и правила, то мне-инвестору он не имеет права отказать в требовании посетить станцию, которую арендует мой компаньон.
 Скребущаяся в голове мысль, наконец, оформилась, и получила свое воплощение в простом вопросе, до которого я раньше как-то не додумалась:
 - Сарен входит в Совет Директоров Новерии? - тихо спросила я.
 Найлус ухмыльнулся и кивнул.
 - Да, как один из крупнейших инвесторов. Я его официальный компаньон, обладаю практически теми же правами, что и он, и могу подменять Сарена на любых официальных мероприятиях. Это если не касаться лично моих проектов. Так что не переживай, администратор не рискнет отказать мне в праве посещения нужной нам лаборатории. Осталось только узнать, куда именно необходимо попасть.
 - "Расселина". - ответила я. - Но туда только...
 - Монорельсом с "Вершины-15". Знаю. - Найлус улыбнулся. - У меня там есть лаборатория.
 Мда. Как все просто оказалось. Никакой нервотрепки и мозговыносительства, обходных путей и плясок с бубном. Всего лишь законное требование от того, кто имеет на это право.
 - Что в ней разрабатывают? - тихо спросил Гаррус.
 - Генетические модификации и имплантаты. - охотно ответил Най. - Не то, чтобы они мне были особо нужны, но разработки этой лаборатории приносят стабильный доход. И позволяют найти очень много... любопытного.
 Интересно, сколько дерьма всплыло во время работы этой лаборатории? И сколько из того, что всплыло, послужило причиной вмешательства Найлуса как Спектра Совета? Вообще, идея интересная: самому вести незаконную деятельность для того, чтобы иметь выходы на других разумных, ведущих ту же деятельность. Вопрос в другом...
 - Найлус, ты же вроде как довольно известная личность.
 Он кивнул.
 - И что, никто не сопоставил твою деятельность Спектра Совета и те проблемы, которые возникали у других разумных из-за твоей работы?
 - Ну почему же? - зеленые глаза блестели иронией и лукавством. - Имрир, знать мое имя, это не то же самое, что узнать меня при встрече. Ты же знаешь, что представители других рас плохо нас различают. Особенно люди и девы-азари. - тихий смешок. - Даже Сарена, когда он был еще без имплантатов, умудрялись путать с другими турианцами. И это при его довольно приметной внешности.
 - Э...
 На большее меня не хватило. Как можно спутать Сарена с кем-то еще - понятия не имею. У него же вообще физиономия уникальная! По крайней мере, за все время я не увидела на Цитадели ни одного а"тура.
 - Имрир, Новерия - это легализированные полузаконные лаборатории, едва прикрытые видимостью допустимых исследований. Ликвидация исполнителей и зачистка следов вплоть до подрыва самой лаборатории - распространенная практика. - голос Найлуса потяжелел, срываясь на низкое рычание, металлический отзвук стал явнее. - Мои действия как инвестора не выходят за рамки принятых на этой планете норм, а те суммы, которые проходят через финансовые системы Новерии, позволяют мне очень многое. В таких мирах правят информация и деньги.
 Я улыбнулась, поцеловала его в нос, отчего он забавно пошевелил носовыми пластинками, и сказала:
 - Я не об этом. Я удивлена, что никого не смущает твой официальный род деятельности.
 Напряжение сменилось облегчением.
 - Большинство разумных удивительно эгоистичны, и их мало волнуют чужие неприятности. - Найлус хмыкнул. - Возможно, тебя это удивит, но мне иногда сливали компромат на конкурентов, прикрываясь заботой о благе Пространства Цитадели и гражданском долге, выражая надежду, что подобные личности, так явно нарушающие закон, будут соответствующим образом наказаны. Лживые продажные твари... - зеленые глаза сузились. - Подсиживание, подставы и предательство на Новерии и подобных ей мирах - распространенное явление и никого не удивляет, а убрать конкурента руками Спектра - идеальное решение, устраивающее все стороны, кроме той, которую сдают. Другое дело, что в итоге можно накопать гораздо больше, чем хочется всем сторонам инцидента...
 Найлус приподнял верхнюю губу, оскалив клыки, ярко полыхнув презрением и брезгливостью.
 - И часто такое происходит?
 - Как когда. Иногда информация передается в военное подразделение. Возможно, закон о военном вмешательстве еще не отметили, не смотря на все попытки азари это сделать, именно потому, что этот закон очень удобен для сведения счетов и подстав коллегам. - он тяжело вздохнул. - Мрир, знала бы ты, сколько всего я обнаружил, работая на Новерии, Хадоре и Саверьене...
 Зашипела дверь санузла, и в каюту вместе с клубом пара вывалился мокрый и довольный жизнью Аэте. Получив уже привычное плетение магической сушки прямо в лицо, замер и забавно заморгал, пока его не обсушило и не перестало искрить перед глазами. Вреда никакого, но мир на время работы плетения приобретает довольно необычный светящийся окрас из-за краткосрочной смены видимого диапазона и активации ослабленного аурного зрения.
 - А... - начал было Аэ, но, получив вдогонку небольшой информационный пакет с подробным описанием этого феномена, закрыл рот и начал одеваться.
 - Возможности магии воистину безграничны. - лениво ответила я. - У некоторых бытовых заклинаний есть забавные побочные эффекты, которые были обнаружены студентами, проводящими опыты над ближними и дальними своими. Вот это - один из них. Слизистую плетение сушки не затрагивает, зато воздействует напрямую на зрительные нервы. Результат ты только что наблюдал: на время работы плетения можно видеть ауры.
 Найлус, хмыкнув, ушел в душ: ему, как старшему в нашей компании и единственному, кто знаком с Новерией и ее особенностями, еще предстоит подготовить брифинг для бойцов, пока мы тут возимся. Не то, что людей ждет развернутый доклад на тему нейтральных миров, но кое-какие основные пункты им расскажут, чтобы те не попали в глупое положение. Ррус тоже встал и занялся нашей броней, раз уж у него есть свободное время. Вот не может он спокойно отдыхать! Зато Аэ протопал босыми ногами по довольно холодному металлическому полу, оставляя мокрые следы, взял со стола заранее приготовленный гребешок, подошел и уселся на край моей койки.
 Реалии плотно упакованной общаги во всей своей красе: очередность пользования благами цивилизации и попустительство по отношению к соседям по жилплощади. Наш быт уже установился и приобрел некоторые своеобразные привычки, повторяемые каждое утро: Аэ занимал душ первым, следом за ним шел Найлус, потом - Гаррус, а пока оба турианца ополаскивались, я успевала заплести асуру волосы и надеть артефактный комплекс. После мужчины одевались и расходились по делам, а я спокойно приводила себя в порядок и выползала из каюты с запозданием. Зато меня всегда ждал горячий эрг и какая-то вкусность. Подобный распорядок нас всех устраивал, ничьи моральные принципы не травмировались, а у кое-кого они вообще отсутствуют как класс, так что мы не видели причин нарушать или как-то менять этот самый распорядок. Вот и сейчас асур протянул мне костяной гребешок и повернулся спиной, нисколько не озадачиваясь тем фактом, что из одежды на нем только тоненькие контактные браслеты-имплантаты от лежащего на столе тактического комплекса.
 - Что с Дэргом случилось? - спросила я, аккуратно расчесывая седые волнистые волосы.
 Гребешок привычно покалывал пальцы остаточными эманациями некроэнергии и ужаса. Прелестная вещица. Он эту кость что, живьем из кого-то выдрал?
 Аэ поджал под себя одну ногу, устраиваясь удобнее, и ответил:
 - У него закончилась первая перестройка организма. Мышцы не в тонусе, потому и пошевелиться не может. Таких перестроек будет еще несколько: организм изменяется постепенно, чтобы выработать привыкание и убрать резкий скачок. Если делать перестройку сразу, ему придется заново учиться моторике тела.
 - Но это возможно?
 От разомлевшего Аэ пришло согласие.
 - Да. На Флоте так и делали, если полукровки не могли сразу выйти на нужный уровень. Но на наших кораблях есть возможность обучать не умеющего пользоваться собственной силой сородича. "Нормандия" такого не выдержит: слишком хрупкая. - он вздохнул и честно признал: - Было бы хорошо вообще убрать их с корабля, но...
 - Пока это нереально. - согласилась я. - А с Кирой что? Она развивается иначе.
 - У нее началась лавинообразная перестройка. Такое иногда случается, если инициация началась при сильном стрессе. - Аэте передернул плечами. - Ее нельзя оставлять без присмотра: процесс необратим, его невозможно ни замедлить, ни приостановить. В отличии от Дэрга, Кире нужно постоянное присутствие старшего: примерно через дней десять-пятнадцать у нее начнутся изменения психики.
 - А если на ваш Флот отправить?
 Досада, смешанная с тревогой пронеслась по менталу, но быстро утихла. Идея отправить девчонку на Флот асуру не понравилась.
 - Только если ты полетишь вместе с нами.
 Гаррус вздрогнул и резко повернул голову, пристально глядя на асура. Тот кивнул, подтверждая сделанные им выводы.
 - Причина? - коротко спросила я, отложила гребешок, привстала на колени и начала плести косу.
 - При подобной лавинообразной перестройке организма и психики проходит запечатление на наставника. - послушно ответил Аэ. - Этот эффект временный, но очень сильный: он вынуждает полукровку слушаться старшего даже в невменяемом состоянии. Иначе они были бы необучаемы и неконтролируемы.
 Логичное продолжение "и их бы всех уничтожали", он вслух не произнес, но это было очевидно.
  - У Киры прошло запечатление на меня, как старшего, и на тебя, как на того, кому я подчинялся в момент возникновения этого эффекта. Лечение и твои действия при первой встрече закрепили эффект. Ты теперь для нее будешь старшей и после завершения перестройки. Как и я.
 - Иными словами, чтобы у девочки не сорвало резьбу, мы должны находиться неподалеку? - уточнила я.
 - Да. Наставник у полукровки есть всегда. Иногда это совершенно случайное существо, оказавшееся рядом при начале изменений.
 Вот как... Своеобразный поводок для химеры на период, когда у нее идут изменения в психике, а критическое мышление и логика сбоят, принимая странные формы. Хороший защитный механизм.
 - В таком случае Флот отпадает. - сказала я, мысленно ставя жирный крест на идее отправить девчонку сородичам. - Раз уж Кира нам будет подчиняться, не вижу причин, почему она не может нас сопровождать. Заодно будет с кем размяться и потренироваться.
 Нервное напряжение, баламутящее ментал, резко утихло.
 - О, не стоит так нервничать, Аэ. - я подцепила когтем белую прядь, вплетая в косу. - Я взяла девчонку на свой корабль и автоматически взяла на себя ответственность за нее. Как и за тебя, между прочим, когда согласилась с щедрым предложением на время стать твоим Якорем. Ты же не думаешь, что я просто так отношусь к тебе как к одному из близких? Ты принял меня как Якорь и дал власть над собой, я впустила тебя во внутренний круг.
 Асур хмыкнул, но его эмоции говорили куда яснее слов: он доволен. Ему все нравилось, и то, что я фактически прямо сказала, что, пока не появится Сарен, он - моя личная собственность, нисколько седого отморозка не смутило. С его точки зрения, все правильно. Все так и должно быть. И я имею полное право им распоряжаться так, как мне того захочется. До того момента, как он встретится со своей настоящей привязкой.
 Логика и мотивация химер отличается от логики и мотиваций людей. Особенно в том, что касается столь скользкого понятия, как "свобода".
 Человек носится с этой своей свободой, как дурак с гранатой, путая это понятие со "вседозволенностью", не желая понимать, что его свобода заканчивается там, где начинается свобода другого. И этот человек делает все возможное, чтобы отобрать чужую свободу. Или сам порабощает себя, придумывая сотни глупых правил, законов и запретов, ограничивая мышление множеством "нельзя" и "невозможно", убивая малейшие намеки на свободомыслие всяческими "не положено" и "недопустимо". Из поколений в поколения, грезя о мифической свободе, закабаляет сам себя и окружающих все крепче и крепче. До тех пор, пока туго закрученная пружина не взрывается гнойным нарывом, выплескиваясь в уродливых формах общественного протеста. И так по кругу: как только подзабывается прошлый взрыв, а забывается он быстро - память у людей коротка, история повторяется.
 У химер подобных проблем нет в принципе: им не нужна личная свобода. Они свободны с рождения, лишенные стопоров и рамок человеческого воспитания. Развитая генетическая память убивает саму идею перевоспитать этих созданий и прогнуть под себя. Но они сами ищут того, кто станет смыслом существования и стимулом к развитию. Сами по себе химеры вполне самодостаточны и не нуждаются в бессмысленном накопительстве благ, чаще всего довольствуясь необходимым для выживания минимумом. И не важно, какие это химеры: подобные существа слабо различаются в психическом плане, если, конечно, их делал адекватный разумный, а не идиот, дорвавшийся до генетики. У таких рукодельников получаются только монстры или изуродованные разумные, щедро страдающие всеми гранями сумасшествия. Или безумия.
 Вопреки расхожему мнению, у грамотно созданных химер запечатление не бывает спонтанным и беспричинным. Быстрым? Несомненно, иначе химера, особенно боевая, убьет потенциальный Якорь. Случайным? Никогда. Химера в состоянии за доли секунды оценить разумного, на инстинктивном уровне считывая информацию из ноосферы, и принять решение: подходит или нет. Ошибки в оценке случаются, но крайне редко.
 Асуры - отличный пример. Можно даже сказать - классический. Будучи полностью самодостаточными созданиями с высоким уровнем развития технологии, они все равно искали себе расу-привязку, крайне придирчиво подходя к выбору. А когда нашли, быстро подмяли под себя и, проявив бездну понимания, терпения и терпимости, ассимилировали расу-избранника. Иерархия необратимо изменилась после встречи с асурами. А вот асуры - нет. Разве что чуток помягче стали, чтобы привязке было комфортнее. Их Создатель был воистину гениальным химерологом, раз предусмотрел даже возможность...
 Я замерла.
 Мысль, долгое время навязчиво витавшая на грани осознания, наконец, проявилась во всей своей красе, разом отметая многие мои теории и объясняя множество странных и смущавших меня моментов. Огромный паззл медленно складывался, переворачивая мое понимание асуров и причин, по которым они стали тем, кем являются. Но, если я не ошиблась, это же... Это же...
 - Мрир?
 Обеспокоенность Аэте полоснула по нервам.
 - Он знал! - выдохнула я, очнувшись от ступора. - Ваш создатель изначально знал, что вы будете развиваться самостоятельно, без его контроля! Он это знал!!! Знал о том, что происходит! ЗНАЛ, что не сможет воспользоваться собственноручно созданным оружием!!! И спроектировал вас так, чтобы вы могли со временем...
 Я запнулась, не в состоянии сейчас облечь в слова ту бездну информации, которую тянуло за собой понимание этого простого факта. Это же переворачивало все, что я знаю об этой реальности! Если я права, это не обычная воплощенная реальность! Это Отражение! Великий и Неделимый, ОТРАЖЕНИЕ!!!
 - "Что случилось?" - донеслась настороженная и напряженная мысль Найлуса, ощутившего всплеск моих эмоций.
 - "Я ошиблась!" - ответила я. - "Мы живем не в обычной воплощенной реальности! Да, правила те же: не изменю основной канон, и реальность погибнет, но есть несколько отличий! Важных отличий!"
 Я доплела косу и аккуратно закрепила кончик.
 Как я могла забыть об этой разновидности воплощенных миров? А ведь Эстус мне говорил, что такое бывает! Говорил! Предупреждал, что надо в первую очередь обращать внимание на малозаметные и вроде бы незначительные мелочи, потому как в общем совпадение есть всегда! Но именно мелочи могут быть ключом к пониманию! Потому что ошибиться нельзя! Отражения не прощают ошибок, но крайне щедро вознаграждают!
 - "У любого эгрегора есть занятная особенность: то, что не предусмотрено каноном, но и не запрещено прямо, то.."
 - "Возможно?" - закончил Ррус.
 - "Да!" - я едва удержала сильный всплеск эмоций, не давая ему пронестись по общей связи. - Подай, пожалуйста, "Химеру". Она на столе лежит.
 Гаррус передал мне бокс с артефактным комплексом.
 - "Чем это чревато?" - он задал вопрос, как только я забрала из его рук украшенную рунами металлическую коробку.
 - "Гибелью это чревато!" - рыкнула я. - "Любой эгрегор пластичен: ни одна канонная история не бывает прописана и проработана от и до, она всегда полна неточностей и условностей, иногда - ошибок и взаимоисключающих утверждений. Воплощенные реальности появляются постоянно, и так же быстро мрут, если не происходит чего-то, что кардинально изменяет течение истории. Но не всегда это изменение происходит из-за работы Перерожденного! Иногда случаются..." - я запнулась, пытаясь подобрать определение. - "Да случайности и случаются! Любые! Кто-то из Высших мимо проходил и одним своим присутствием повлиял на формирование очередного недолгоживущего клона, где-то прошел Шторм Вероятности или какой-нибудь другой катаклизм, внесший незапланированные изменения, и тогда появляется Отражение эгрегора, принявшее вид измененной воплощенной реальности. И уже это Отражение, после перехода в статус самодостаточной Грани, начинает плодить реальности с тем же самым отличием, становясь при этом Якорем целой Ветви! Прародителем и новым эгрегором!"
 В ментальном канале звенела оторопь и тишина.
 - "Я никогда раньше не сталкивалась с воплощенными Отражениями, но мой наставник, Эстус, рассказывал о таких мирах. Их стабилизировать очень сложно: они сопротивляются, пытаются вернуться к материнскому эгрегору, но если угадать тот единственно-верный вариант развития событий, который гарантирует спасение, то награда будет соответствующей! Для всех, кто в этом участвовал! И поверьте мне, награда действительно достойная!"
 Гаррус, как всегда, вычленил главное:
 - "Единственный вариант?"
 - "К сожалению - да. Если обычная воплощенная реальность подразумевает несколько путей схода с канонных рельс, то Отражения - только один."
 - "Почему?" - спросил Аэте.
 Сама бы хотела знать! Но Эстус тогда меня отбрил, как обычно сославшись на то, что мне рано забивать проблемами строения и развития Мультиверсума свою голову, и так пухнущую от обилия информации. Хорошо хоть Наставник был столь любезен, что вообще пояснил, что такое счастье случается, и что надо делать, если я вляпаюсь в Отражение.
 - "А я знаю? Я только сейчас поняла, что мы живем в Отражении. Намертво забыла о такой разновидности миров! А ведь асуров не было в изначальной истории. Как не было и субрас у туринцев."
 Я дала время осознать сказанное, и продолжила:
 - "Но! История канона содержит провалы и откровенные, мягко говоря, странности, на основе которых стало возможно появление этого Отражения. Достаточно самого факта существования Найлуса и Сарена для возникновения соответствующих субрас: это ДОПУСТИМО, поскольку прямо не противоречит прописанной истории, в которой облик описан довольно четко. Достаточно быть неточностям в хронологии, чтобы появилась возможность Иерархии стать такой, какой она есть сейчас: огромной мультивидовой империи, растянувшейся на два кластера. Одна оговорка, что у турианцев всего один-единственный протеанский артефакт, и тот был продан волусами, привела к тому, что ваша раса развивалась самостоятельно! Не опираясь на Архивы протеан, как все остальные! Просто потому, что у вас их быть не может. Артефакт-то один. И продан волусами. Понимаете? Предугадать, как именно проявилось Отражение и на чем оно основано, невозможно!"
 Я не стала добавлять, что практически невозможно угадать, что именно Отражение считает оптимальным для себя путем развития. Надо обращать внимание на намеки и мелкие признаки. И очень внимательно! У меня было много вариантов, я могла пойти разными путями, в том числе, и самым легким, но... Верный только один.
 По спине пронесся озноб. Что там Эстус говорил об Отражениях?
 Цитадель Памяти послушно явила короткий разговор с древним эльфом, на какое-то время вырывая меня из реального мира и погружая в старое воспоминание, уже смазанное прожитым и произошедшим, а разум выдергивал ключевые, важные фразы, раскрывающие передо мной всю сложность стоящей передо мной задачи.
 
 Отражение жаждет жить, дитя, но сурово наказывает за малейшее отступление от ключевой истории, отдаляющее ее от материнского эгрегора, поскольку каждое такое отступление лишает энергии, обрывая крохотную питающую нить. Запомни, Отражение хочет жить! И потому жестоко наказывает за потерю бесценной подпитки. Чем существеннее внесенное тобой изменение, тем сильнее получаемый откат, но, как только изменение будет вплетено в ткань истории, ты получишь награду. Если ты угадаешь, если верно поймешь подсказки и намеки, даже самый мощный откат пройдет без лишних потерь. Потому что Отражение желает жить, а ты - шанс на выживание. И тебя, как бесценный инструмент, будут беречь. Но сперва ты должна доказать, что ты полезна. Проведи первое Изменение правильно, и ты начнешь получать подсказки и намеки.
 У реальности нет личности и разума, не питай иллюзий. С ней нельзя договориться и что-то пояснить. Это дикий безмозглый зверь, загнанный в угол и обезумевший от страха, реагирующий на инстинктах, отвечающий ударом на любое неосторожное движение. Приручи этого зверя, дай то, что ему нужно, и он тебя возблагодарит.
 Но если ты ошиблась, если позволила произойти непоправимому, последствий не будет, и реальность перестанет реагировать на твои действия. И вот тогда уже поздно что-либо менять. Тогда надо бежать.
 
 Похоже? Похоже. Я вовремя подстраховалась, и выживание Найлуса не затронуло событийный ряд первой ключевой точки. Но как только информация стала известна Хэймону, понеслись откаты. Притом такие, что меня до сих пор в дрожь бросает, когда я вспоминаю, сколько раз Ррус оказывался обеими ногами в могиле! После возвращения с Терума я ничего криминального не сделала, история прошла по основным пунктам, и я полетела, как и полагается, на Новерию. И откатов не было. Не считая того, что Джефф чуть не свернул себе шею из-за этой проклятой протеанской башни. Но информация была своевременно придержана, в мир ушла ложь, и... И все.
 А потом пошли намеки. Жирные такие намеки, прямые, ясные. И самый ясный намек сейчас сидит передо мной и млеет от того, что я аккуратно массирую ему голову. Мне не сложно, а ему приятно, и не важно, как это со стороны выглядит! Раз уж я вляпалась в боевую химеру, раз уж мне было оказано ТАКОЕ доверие...
 Каковы шансы на то, что служащий на другом краю галактики асур-тар случайно услышит сплетни о своей привязке, притом, такие сплетни, что сорвется с боевого задания, стоило только упасть на почву последнему врагу? Каковы шансы на то, что Хэймон, поверив сомнительному обещанию "слушаться Найлуса", отпустит неконтролируемую химеру с двумя пьяными в хлам Спектрами, а не упакует в стазис-капсулу до лучших времен? Каковы шансы на то, что мы сможем найти с ним общий язык, а он - не сорвется от полученной информации и согласится помочь в поисках его же привязки? Каковы шансы на то, что эта самая химера нам поверит и добровольно отдаст мне такую власть над собой, фактически приравняв к Сарену, за которым меня послали?
 Какие шансы... Да нулевые! Однако, это произошло. Да, можно списать на серию случайностей и пойти наперекор, угробив легендарного Спектра, но... Что-то мне не хочется ставить подобный эксперимент, а потому Сарен будет жить. Хочет он того или нет! А чтобы эта гордая, властная и высокомерная сволочь остался жив, а не пустил при первой удобной возможности пулю в свою, несомненно, гениальную башку, мне нужно... Да много чего мне нужно сделать!
 Всплеск страха и нервозности утих, сменяясь азартом. Я никогда раньше не попадала в Отражение! Раньше всегда были обходные пути и варианты, как можно выкрутиться. Но сейчас... сейчас у меня только одна попытка. Зато награда... Приоткрыв глаза, бросила быстрый взгляд на встревоженного Рруса. Награда будет великой! Для всех нас! Я уже получила то, чего мне так хотелось.
 Что это? Стимул, награда или поводок?
 А, какая разница! За Рруса и Найлуса я что угодно сделаю. Все, что угодно, лишь бы получить шанс вытащить их из всего этого дерьма, и утянуть в другие жизни! Если Отражению нужен живой Сарен, он будет жить. Даже если мне придется собирать его чуть ли не вручную, воссоздавая организм из кровавого фарша, а разум и личность - из ошметков.
 Ладно, посмотрим, что нам Новерия принесет. Если я права, Бенезия будет на "Расселине" вместе с Королевой рахни, которую я очень-очень-очень хочу. Навязчивое желание, приравненное к прямому приказу, которого мне не хочется ослушаться. Хочет Отражение это разумное насекомое? Оно ее получит.
 - Откинься чуть назад. - попросила я, легонько наклоняя седую голову.
 Аэте послушно подчинился, а я продолжила прерванный моими метаниями разговор:
 - "Есть еще один нюанс: воплощенная реальность зарождается в момент старта канонной истории."
 Из рук Гарруса выпала перчатка и с приглушенным грюком шлепнулась на металлический пол, от Найлуса полыхнуло искренним, незамутненным изумлением. Аэте отреагировал довольно спокойно, разве что градус заинтересованности еще больше подскочил.
 - "Погоди, ты хочешь сказать, что..."
 - "Да, Най. Эта реальность существует всего сорок четыре дня." - с яркой иронией ответила я. - "Но есть один нюанс: она развивается не только в пространстве, но и во времени. И в этом ее парадокс. Фактически, в чистом виде воплощенная реальность - это крохотный и нестабильный огрызок пространства без прошлого и будущего. Иногда вся реальность - это один-единственный мир с иллюзией огромной вселенной, в котором существует одно государство и нестабильная территория вокруг его границ. Но если мир разовьется, иллюзия станет материальной, и эта огромная вселенная действительно появится."
 Ррус заморгал, прикрыл глаза, переваривая сказанное.
 - "Поэтому реальность не выживает?" - уточнил он, поднимая перчатку.
 - "Огрызок не может существовать. Это естественно."
 Аэте, по-птичьи склонив голову набок, выдал:
 - "Если идет развитие во времени, то, получается, нашего прошлого еще не существует? Оно только в нашей памяти?"
 - "Выровняйся." - буркнула я, и асур сел ровно. - "В некотором роде - да." - я защелкнула зажимы, и артефактная основа плотно обхватила его голову, фиксируя волосы. - "Прошлое развивается по мере того, как оживает реальность. Чем больше мы ее раскачиваем, чем больше вносим изменений, тем глубже, развитее и насыщеннее прошлое, притом, развивается реальность с учетом того, что уже произошло, вполне самостоятельно воссоздавая все нужные предпосылки и событийные цепочки, приводящие в итоге к нужному результату. Так что если ты о чем-то помнишь, это произойдет. К примеру: вы - существуете. Это - факт. Значит, по мере развития истории, произойдут ВСЕ события, приведшие к нынешней ситуации. И в нужное время неизвестный мне химеролог окажется в прошлом несуществующей реальности, создаст вас - автономный, способный к самостоятельному существованию социум боевых химер, вложит в вас нужные знания и создаст базис, благодаря которому вы смогли так быстро развиться и выйти в космос. И произойдет это независимо от желания или личной мощи самого химеролога! Вот такой парадокс."
 - "И он окажется в нашей реальности задолго ДО того, как она родится... появится... начнет существовать?" - уточнил Аэ, с трудом подбирая нужный термин.
 Дверь санузла открылась, пропуская в комнату Найлуса. Кинув в него уже привычное заклинание сушки, я ответила:
 - "Да."
 Вывод из всего сказанного асур сделал довольно занятный, хоть и правильный:
 - "Так наш создатель - пришлый?"
 Гаррус отложил броню и ушел приводить себя в порядок.
 - "Точно сказать не могу, сам понимаешь. На то похоже." - честно ответила я, аккуратно закрепляя сегменты ментального защитного комплекса, пересекающего голову от затылка до макушки ажурной, усыпанной мелкими искрящимися камушками цепи из крупных плоских звеньев. - "Меня все время смущал едва уловимый, слабый, но четкий отголосок Первоосновы, идущий от тебя." - последнее звено встало на свое место, замыкая рунную цепь и вплетаясь в общую систему. - "Не бывает в обычной воплощенной реальности отмеченных Печатью Первостихий или, тем более, Первооснов! Даже если предрасположенность прописана в эгрегоре, Печать не проявляется. А у тебя Печать на душе стоит, притом, Печать полноценная, установленная по всем правилам, хотя ты местный и даже успел переродиться."
 Не дождавшись реакции на эти слова, я уточнила:
 - "Не просто уйти после смерти на перерождение, как это происходит со всеми живыми и наделенными душами существами, а полноценно переродиться!"
 - "Феномен а"тарэ." - понимающе произнес он.
 Я улыбнулась, застегивая последний элемент и запуская "Химеру" на самобалансировку.
 - "Именно! Это нельзя объяснить срабатыванием генетической памяти. Это нечто иное, ведь память вида проявляется у всех асуров без исключений, а вот а"тарэ у вас немного."
 - "Двести сорок один на весь вид." - фиолетовые глаза сузились. - "Что ты знаешь?"
 - "Только предположения."
 Химера приглашающе взмахнул рукой, распространяя яркое любопытство.
 - "Ваш создатель превосходит меня по уровню личного развития и силы на порядки."
 Удивление щедро разлилось по менталу.
 - "Откуда такие выводы?" - спросил Найлус.
 - "Создать химер с подобным феноменом мог только тот, для кого механизм перерождения не является тайной." - пояснила я свое видение ситуации. - "А для меня этот механизм - тайна."
 Объяснение было понято верно: удивление сменилось тяжелой задумчивостью.
 - "Но если он пришлый, как и ты, то почему он не смог внести изменения?" - удивленно задал логичный вопрос асур.
 - "Потому что нельзя изменить то, чего еще не существует." - ответила я, не сдержав иронии. - "Изменения могут быть внесены только ПОСЛЕ рождения реальности, иными словами, после старта канонный событий. Но никак не ДО этого светлого момента. Что бы ваш создатель ни делал, реальность извернется, и к нужному времени все встанет на свои места. Неважно, какие сумасшедшие совпадения произойдут: старт канонный событий жестко прописан, и его не изменить. Никак."
 В ментале вновь воцарилось тяжелое молчание.
 - "Суть ситуации вы поняли правильно." - я легонько хлопнула вздрогнувшего асура по плечам, возвращая из виртуального пространства активировавшегося артефактного комплекса к бренному миру. - Готово.
 - Спасибо.
 Химера обаятельно улыбнулся, щедро делясь по-детски чистыми эмоциями: искренней благодарностью и незамутненным удовольствием от происходящего. А у меня вновь сама собой возникла мысль: "А так ли случайно было прибытие асура на Цитадель, как мы думали?" Впрочем, не важно. Решение уже принято, осталось только придумать, как бы его воплотить в реальность.
 - "У нас есть текущие дела, которые требуют внимания, так что, оставим пока прошлое и вернемся к настоящему!" - произнесла я, и уже вслух спросила, переводя разговор на другую тему: - Найлус, что собираешься давать на брифинге?
 Надевающий поддоспешник Найлус, не поворачиваясь, ответил:
 - Общую информацию о Новерии. Чтобы примерно представляли, куда мы направляемся и как на этой планете надо себя вести. У твоих людей много стереотипов и заблуждений.
 Сложно не согласиться.
 - Ты только слишком сильно их нежную психику не травмируй. - усмехнулась я. - У них впереди еще много-много потрясений будет.
 Аэте повернулся, удивленно посмотрел на меня и осторожно спросил:
 - Потрясения?
 - Аэ, реальность, порой, сильно отличается от того, как ее себе представляют обитатели. - цинично ответила я. - К примеру, у Джона еще есть иллюзии относительно меня. - я не сдержала смешок. - А еще его ждет много разочарований в людях и в его любимом Альянсе Систем. Очень много. И довольно жестоких. У Конфетки тоже полно иллюзий. В том числе, по поводу некоего милого и обаятельного белобрысого паренька. И развеивать их надо осторожно, чтобы не травмировать ранимую девичью психику.
 Асур фыркнул, но в душе со мной согласился. Джейн ему действительно понравилась. Насколько вообще посторонний разумный может понравится боевой химере, уже имеющей привязку. Мда...
 - Так что не надо раньше срока доводить их до нервного срыва. Еще успеем.
 На это высказывание Найлус усмехнулся, но ничего не ответил, быстро облачился в броню и покинул нашу каюту. Буквально через пару минут ушел Аэ, застегивая на ходу плотную толстовку: он до сих пор умудрялся сохранять впечатление милого безобидного паренька, не смотря на недавнюю миссию и откровенно шарахающегося Дэрга. Особенно, после того, как эта седая отморозь отловил его и в принудительном порядке запнул в столовую, вынудив съесть всю подготовленную порцию. Дэрг попытался было сопротивляться, но... В общем, со стороны это выглядело довольно забавно: Аэте тихонько уговаривал набыченного мощного бойца доесть свою порцию, а тот, надувшись и мрачно зыркая, запихивал в себя какую-то листву и слабо обжаренное мясо. Хорошо хоть Кира тоже сидела в этот момент в столовой и потребляла практически то же самое.
 Мда... Кира. А ведь ее еще даже не расселили. Вторую ночь в лазарете ночует. Не хорошо. Но куда ее девать? Ладно, потом решу.
 Выкинув из головы лишние мысли, я ушла в освободившуюся душевую, обсушив Рруса и чмокнув его в нос. Он такой милый, когда смущается... А еще он покладистый: даже наклонился послушно, стоило только потянуть его за шею. Да... в домашних условиях Гаррус покладистый и милый, а вот на службе, на работе или, что хуже, в боевой обстановке...
 Я прикоснулась к кнопке, запуская подачу воды, и блаженно сощурилась: казалось, теплые тугие струи вымывают душевное напряжение и затаенный страх, возвращая уверенность в себе и в успехе задуманной авантюры. Все будет хорошо. Надо только быть внимательнее.
 
 
 Три часа пронеслись как-то незаметно, сожранные бытовыми хлопотами, сборами и подготовкой к скорой высадке. Бойцы тоже особо не спешили, но за час до прибытия десантная группа в полном составе собралась в зале брифингов, рассредоточившись вдоль вогнутых стен.
 Найлус, как всегда, начал без предисловий и лишнего словоблудия:
 - Мы прибываем на Новерию ради встречи с матриархом азари. Миссия планируется как небоевая, но всегда возможны... случайности. Десантная группа должна быть в броне и при оружии.
 Окинув бойцов взглядом, он перешел к неприятной части брифинга:
 - Новерия относится к условно-нейтральным мирам. На планете власть принадлежит Совету директоров Новерианской Корпорации Развития, многие законы Пространства Цитадели недействительны, некоторые соблюдаются условно.
 Джейн удивленно приподняла бровь, но вопрос так и не задала, хотя очень хотелось. Впрочем, Найлус на ее выразительную мимику внимание обратил, как и на хмурую физиономию Джона.
 - Не буду углубляться в особенности законов, действующих на этой планете, но хочу обратить ваше внимание на несколько важных моментов. Первое, что вам необходимо запомнить: на Новерии правят информация, деньги, сила и НКР. Правила, установленные Советом директоров, приравнены к непреложному закону. Ни о каком равенстве, правах личности и прочем подобном речи не идет. Это - не Альянс Систем, и не Пространство Цитадели. Это территория Корпораций. Вы на планете никто и прав у вас ровно столько, сколько я готов подтвердить.
 Джон помрачнел. Рамиро сказанное принял как нечто естественное и нормальное, Ник тоже не удивился. Аэте было интересно. Рекс скучал. Остальные восприняли с разной степенью негодования или досады. Джейн приподняла руку, привлекая внимание, и, получив разрешающий кивок, спросила:
 - Каковы наши задачи?
 - На данном этапе - сопровождение.
 Карамелька удивленно моргнула.
 - Простите, Спектр, мы будем всего лишь статусным сопровождением?
 Найлус усмехнулся.
 - Новерия - необычное место, и законы тут... специфические. Большое внимание уделяется созданию имиджа и репутации. Вас не знают, соответственно, ни оружие, ни броню пронести вы не сможете. Имрир - Спектр Совета, но многие могут посчитать Спектра-человека не более чем сплетней. Это добавит проблем. По местным законам Спектр может пройти в сопровождении двух вооруженных разумных, не более того. Вы - военные Альянса Систем, и ваша ценность в глазах обитателей Новерии ничтожна. В таких мирах прежде всего важна личная репутация. У вас ее нет, и пока вы ее не заработаете, уважительного отношения не ждите. В лучшем случае - нейтральное: военных Альянса Систем не любят, но и не трогают. У наемников прав и привилегий больше, особенно, у настолько известных как Урднот Рекс.
 Кроган расплылся в наглом оскале.
 - Нам ждать проблем? - спросил Николаус.
 Найлус шевельнул мандибулами, сощурился.
 - Серьезно задевать вас не будут: для всех вы будете моими людьми, а я не приветствую наезды на своих подчиненных. У меня с некоторыми офицерами "Эланус Риск Контрол Сервис" не слишком хорошие отношения. Меня трогать не рискнут, но с удовольствием отыграются на вас.
 Рекс фыркнул, обдав нас ядреным запахом кофе.
 - Ты, Крайк, мстительная высокомерная сволочь, и охранка на Новерии тебя не любит. Особенно из людей.
 Най на это высказывание никак не отреагировал, а кроган, закинув в пасть жменю зерен, продолжил:
 - Спектров будут вежливо игнорировать, но задирать не станут. У вашей конторы методы убеждения... неприятные. - он хмыкнул, ткнул пальцем в асура и добавил: - Белобрысого тоже трогать не рискнут: слухи о людях Иерархии по нейтральным территориям гуляют давно.
 Люди как по команде уставились на Аэте, а он им смущенно улыбнулся, потупив глазки. Сама милота и наивность. Дэрга от этого зрелища перекосило.
 - Его не спутают с нами? - с легким скепсисом спросил Джон.
 - Его? С вами? - Рекс заржал. - Разве что другие люди.
 Вот же сволочь древняя!
 - Идиотов везде хватает. - сухо произнес Найлус, бросив предупреждающий взгляд на веселящегося крогана.
 Тот ухмыльнулся и оскалился.
 - У меня есть определенный статус на Новерии, и я могу прибыть с вооруженным отрядом в десять бойцов. Джейн, Джон, ваши отряды будут моим сопровождением.
 Коммандеры кивнули.
 - Дэрг, Дилан, вы будете сопровождать Имрир и всегда должны быть рядом, иначе это вызовет ненужные вопросы. Рекс, у тебя контракт, так что цепляться не станут. Аэте, на время этой миссии ты - мой напарник.
 Асур согласно прикрыл глаза и едва заметно кивнул.
 - Кайден, ты закончил работу с документацией? - спросил Найлус, переведя взгляд на жертву мигреней, растекшуюся по стене.
 Аленко отрицательно покачал головой и тут же непроизвольно поморщился от прострела боли. Смазливая мордашка приняла совсем уж несчастное выражение со вселенской тоской в карих глазах, заметно поблескивающих от накопившихся слез. Трое суток за экраном еще ничьим глазам на пользу не шли, как и постоянное чтение мелкого текста. Из-за постоянных мигреней Кайден толком не спал, и сейчас напоминал не особо свежее умертвие. Хорошо хоть Ррус вовремя заметил состояние нашего штабника и перенастроил мерзопакостный оранжевый цвет, стандартный для интерфейсов Альянса Систем, на приятный дымчато-серый с легким синим оттенком, который не раздражал глаза. Но вред уже был нанесен, и теперь Кайден спасался от рези в глазах выданными Карин каплями. Маломощное плетение, кинутое вчера вечером ему в спину, уберет все последствия за два дня, а куда более мощный темный лечебный каскад сглаживает боли от зверской мигрени, длящейся уже четвертые сутки.
 Надо что-то делать с этим его L2. И как еще мозги не поплыли от постоянных и чрезвычайно сильных мигреней?
 - Остаетесь на корабле. - мягко произнесла я. - Заканчивайте работу. И зайдите к доктору Чаквас! Сейчас. Свободны.
 Кайден понуро кивнул и покинул зал брифингов. Собственная неполноценность как бойца его задевала, но он прекрасно понимал, что в таком состоянии от него толку никакого.
 Как боец десантной группы он нам не особо нужен, а вот как штабной офицер - очень даже необходим. Сейчас ему еще предстоит закончить формировать для отправки через коммуникационный буй информационные пакеты с кучей документации, отчетами, актами и прочей электронной макулатурой, сопровождающей любой военный корабль. Поскольку "Нормандия" все равно оставалась прототипом ВКС Альянса Систем, технические отчеты от Адамса и его группы тоже надо нужным образом оформить и отправить туда, куда они должны попасть. Корабельная ВИ к документации не допускалась. Отдельной статьей шла личная переписка экипажа и бойцов группы высадки со внешним миром. Эти сообщения тоже нужно упаковать, пометить как личную почту и отправить в военное ведомство. А все это занимает время, причем, немалое.
 Подумав, мы пришли к мнению, что профессиональных убийц у нас теперь много, а хороший штабник, способный разобраться с этой кучей документации, правильно ее расфасовать, подписать и разослать по всем нужным ведомствам - один. Кайден, снимающий большой пласт работы с помощника капитана, ценен на своем месте, и нечего ему носиться под пулями с мигренью.
 - Гаррус, Лиара будет под твоим присмотром. Сержант Уильямс, вам придется выполнять роль компаньонки и охраны девы Т"Сони.
 Эшли к нашему общему удивлению молча кивнула, не проявив ни капли негодования, чем вызвала откровенное удивление у Найлуса. Неужели ксенофобские замашки нашего сержанта затрещали после общения со злющей и невыспавшейся Карамелькой? Скользнула по поверхностным мыслям. Нет. Тут другое. Тяжелая задумчивость и неуверенность. Хм... Вина? Это с чего бы Эшли чувствует себя виноватой перед Ррусом? Ладно, сейчас не место и не время заниматься копанием в голове подчиненного. Вернемся, посмотрю, что делается с нашим главным корабельным ксенофобом. Может, поговорю с ней о делах наших скорбных. Может даже толк будет.
 - Десантной группе быть готовой к высадке. Шлемы снять: ходить по порту Ханьшань в броне и при оружии можно, но ношение шлема не поощряется и приравнивается к пренебрежению или к агрессии. - подняв голову к потолку, Найлус спросил: - Джефф, сколько до планеты?
 Пилот ответил мгновенно:
 - Двадцать три минуты, плюс время на заход в атмосферу и причаливание.
 - У вас двадцать минут на сборы. Свободны.
 
 
 Ровно через двадцать минут бойцы были готовы, а я и Найлус стояли в рубке над душой Джокера и слушали его общение с диспетчером.
 - Диспетчерская, это фрегат "Нормандия". Укажите вектор и место причаливания.
 - "Нормандия", ваше прибытие не запланировано. Наша оборонная система активна и отслеживает вас. Назовите цель визита.
 - Цель визита - дела Цитадели. На борту Спектр Совета. - коротко ответил Джефф, выводя корабль на орбиту планеты.
 Пока не придет информация о коридоре снижения и месте причаливания, в атмосферу фрегат не войдет. Впрочем, долго ждать не пришлось. Ответ диспетчера пришел без задержки:
 - "Нормандия", причаливание разрешено. Учитывайте, по прибытии мы проведем идентификацию ваших личностей. Если ваши слова не подтвердятся, корабль будет реквизирован.
 Связь со щелчком пропала. Джокер недовольно поморщился и буркнул:
 - Как тут весело! Надо будет обязательно провести здесь следующий отпуск!
 - Если тебе этого так хочется, я могу это устроить. - иронично произнес Найлус.
 Джефф вывел голограмму с информацией о планете, демонстративно ткнул пальцем в данные о температуре и выразительно посмотрел на веселящегося турианца. Тот развел руками, напоминая, что это была не его идея. Он лишь предложил ее воплотить в реальность. Джефф тяжко вздохнул, поправил как всегда идеально сидящую кепку, глянул на занятого работой Кляйна, на приборы, и не слишком вежливо пробурчал под нос:
 - Нет, чтобы пригласить на тропическую планету с прекрасными пляжами и мягким климатом, так вы меня тащите на ледяной булыжник.
 Мы переглянулись, а Найлус тихо произнес:
 - Кто знает, Джефф. Может, попадешь ты на такую планету. Тропическую, с прекрасными пляжами и мягким климатом. - шевельнув мандибулами, язвительно добавил: - А пока придется довольствоваться ледяными булыжниками.
 - Мы войдем в атмосферу через две минуты, Спектры. - буркнул Джефф, намекая, что нам пора освободить рубку и не мешать ему выполнять свои непосредственные обязанности.
 Найлус ухмыльнулся, и мы свалили, а острый слух позволил различить едва слышные недовольные слова:
 - Ненавижу этого типа!
 Ухмылка стала шире, превращаясь в оскал. Подобные мелкие подколки доставляли им массу удовольствия, да и Джокер потихоньку привыкал к мысли, что мы не только его непосредственное начальство, но и разумные, претендующие на статус "друг".
 Корабль заметно тряхнуло, из рубки докатилась волна гнева, смытая напряжением: "Нормандия" вошла в атмосферу и спустилась ниже облачного покрова, заходя на посадку в порт Ханьшань. Эмоциональное состояние Джокера резко изменилось. Веселье, баловство и ребячество, так безмерно раздражавшие капитана Андерсона, бесследно исчезли. Джефф собран, напряжен, полностью поглощен пилотированием любимого корабля в агрессивной среде мощного урагана.
  Нас вновь тряхнуло, сильнее, чем в первый раз. Аэтериос настороженно вслушивался в звуки корабля, дотронувшись кончиками пальцев до металла переборки и полыхая тревогой.
 - "Не переживай, Джефф - отличный пилот." - я толкнула асуру волну поддержки и спокойствия.
 Аэ приоткрыл глаза, бросил быстрый взгляд на внешне невозмутимого Найлуса, и осторожно ответил:
 - "Корабли людей... хрупкие. Они не предназначены для полетов в такой агрессивной среде."
 Согласна. "Нормандия" - космический корабль, и сконструирована она именно для полетов в безвоздушном пространстве. Да, фрегат может передвигаться в атмосфере, но не в ураган же, в котором даже атмосферные челноки предпочитают не летать!
 - "Аэ, Джефф действительно гениальный пилот. Не переживай. За штурвалом он творит чудеса."
  Асур бросил взгляд в сторону рубки и прикрыл глаза, давая понять, что меня понял. Тяжелая тревога медленно гасла, сменившись спокойствием. Зато Джон при очередной встряске занервничал.
 Внимание само собой зацепилось за яркие поверхностные мысли. Оп-па, так Джонни - пилот! Неожиданные новости, Не знала... Странно, в его личном деле нет упоминаний о навыках пилотажа, как нет информации о летной лицензии. С чего бы это? Глянула внимательнее, вызвав срабатывание ассоциативной цепи. А, вот оно что... Летать-то умеет - друзья-пилоты научили, а лицензию не получил. Учту.
 
 Последние минуты тянулись бесконечным потоком тряски и маневров, от которых фрегат вздрагивал всем корпусом, но вот, наконец, этот кошмар закончился, и "Нормандия" влетела в крытый док. Магнитные захваты принайтовали корабль, намертво закрепив у причальной площадки, а наш пилот медленно откинулся на спинку кресла и расслабленно положил руки на подлокотники. В ментале - эмоциональный стазис: эмоции словно отрубило, в голове затишье. Даже поверхностных мыслей нет. Краткий период ступора, когда организм избавляется от захлестнувшего напряжения. Такая себе эмоциональная перезарядка.
 А вот в эмоциях второго пилота - уважение с долей восхищения. Только что Джефф наглядно продемонстрировал Кляйну, почему именно он занимает своей хрупкой задницей кресло первого пилота экспериментального фрегата, а не кто-то другой.
 Отходняк у Джокера закончился, эта язва пошевелился, глянул на приборы, встрепенулся, и радостно выдал:
 - Командир, вас встречают!
 - Выпускай нас. - приказал Найлус.
 На этой высадке командует он. Я с Новерией знакома только по канонной истории, которая, как показывает практика, мало схожа с реальным миром. Когда дойдет дело до Бенезии, право командовать перейдет ко мне.
 - Блокировка со шлюза снята. - отозвался пилот.
 Индикатор на панели управления шлюзов сменил цвет с красного на зеленый, створки разошлись, пропуская нас в небольшой тамбур. ВИ корабля привычно забубнил про начало процедуры дезинфекции, а меня в который раз посетила мысль о том, чем думали конструкторы, проектировавшие корабль.
 Это кто вообще придумал, размещать единственный верхний шлюз на командной палубе? Притом, между рубкой и отсеком операторов с БИЦем?
 И шлюз маленький. За раз помещалось шесть бойцов в полной выкладке. Итого, в нашей десантной группе шестнадцать разумных плюс Лиара. Допустим, она мелкая, втиснется седьмой, но все равно, корабль покидать приходится в три захода. И пока первая партия проходит обязательную дезинфекцию, остальные толпятся на входе в БИЦ и мешают экипажу работать. Все же, бойцы в броне и с оружием занимают удивительно много места.
 Голубенькая полоска силового поля доползла до стены и исчезла, а ВИ, наконец, милостиво позволила нам покинуть корабль и открыла внешнюю створку шлюза.
 
 
 Новерия встретила нас лютым морозом, кружащимися в воздухе крохотными колкими кристалликами замерзшей влаги и звенящей тишиной, в которой прекрасно слышны завывания ураганного ветра за массивными бронированными створками внешнего шлюза. На пустынной причальной площадке, рассчитанной на один корабль легкого класса, царил мягкий сумрак рассеянного тусклого освещения, сгущающийся до густых теней там, куда не дотягивался белый свет небольших прямоугольных ламп. Небольшой сканирующий дрон висел в трех метрах над металлическим полотном пандуса и просвечивал доступную ему территорию яркими в снежном сумраке голубыми лучами.
 Дэрг непроизвольно поежился, неприязненно передернув широкими плечами. Броня поддерживала комфортный для владельца климат, но без шлема голова закономерно мерзла в... прислушалась к себе, считывая температуру окружающей среды... минус тридцать шесть на закрытой площадке. Снаружи может быть все сорок-сорок-пять мороза. А стоять нам тут минут шесть, пока вся группа не выкатиться из шлюза: дезинфекция занимает ровно минуту. При каждом открытии шлюза. И после того, как нас выпустило на причальную площадку, автоматика заново запустила процесс, перед тем как открыть внутренние створки и впустить новую партию жаждущих покинуть корабль. Итого по две минуты на каждую группу, плюс по пол минуты на открытие-закрытие дверей и загрузку людей.
 Время у меня есть. Как раз успею познакомиться с планетой. Закрыв глаза, я сняла все ограничения и блоки в восприятии, погружаясь в ментальный план. Очень активный, клокочущий и бурлящий от множества ярких эмоций множества разумных. Вопреки предупреждению Джокера, никто нас не встречал, но трехстах метрах в стороне ощущалось присутствие группы разумных. Две женщины-человека, три турианца, один кроган. Насторожены, недовольны, женщины ощутимо подмерзли. Одна из них злится, раздражена и... Я всмотрелась внимательно. Не верит поступившей информации о прибытии Спектра Совета на корабле ВКС Альянса Систем. К Спектрам относится... негативно, если говорить мягко. Троим турианцам все безразлично: они вместе с кроганом работают по контракту с охранной компанией на правах наемников. Высококлассных и довольно хорошо оплачиваемых. Все четверо в полной броне, так что лютый холод им никакого дискомфорта не доставляет. К начальству относятся прохладно, но приказы не оспаривают. Больше на причальной площадке никого не было.
 Следующая группа разумных находилась довольно далеко и высоко. Клубок непонимания, настороженности и тревоги: Джанна Паразини. Нервничает, занята работой. Проверяет пристанные ей данные. Островки спокойствия - охрана той же компании. Подавляющее большинство - турианцы. Людей меньше на порядок. Кроганов - единицы. Тут ничего необычного.
 И опять зона пустоты. Второй рубеж обороны, отгораживающий порт Ханьшань от нежданного вторжения.
 Шипение открывающейся створки выдернуло меня из сканирования. Свернув восприятие, чтобы не проваливаться в разум стоящих рядом разумных, я открыла глаза. Ага, Джейн со своим отрядом и Лиара с Эшли.
 Выйдя на мороз, Конфетка выдохнула облачко пара, оценила его насыщенность и скорость исчезновения, поморщилась, полыхнув досадой, но больше никак не проявила свое отношение к морозу. А вот Лиара, одетая в легкую гражданскую броню, зябко повела плечиками. Ее костюм броней назывался довольно условно, и по уровню защиты к нашим доспехам не приближался даже близко. И в открытый космос в нем выходить не рекомендовалось.
 - А где встречающие? - негромко буркнула Джейн, ни к кому конкретно не обращаясь.
 Найлус усмехнулся и ответил:
 - У лифта ждут.
 Темная кожа немного побледнела и посветлела. Ррус тоже побледнел, но молчал, прижав мандибулы к щекам. И мелко дышал, не вдыхая морозный воздух полной грудью.
 Группу Джона ждали в молчании. Рекс прохаживался по широкому металлическому пандусу, распространяя волны недовольства: холод он тоже не любил, хотя переносил гораздо легче, чем Гаррус и Найлус. Я рассматривала просторный док, Рамиро глазел на плавающий в воздухе дрон, Аэте изучал территорию и поглядывал на стоящего статуей Рруса. Найлус расхаживал взад-вперед, наливаясь ядом. И я даже догадываюсь, на кого первого этот яд закапает концентрированным сарказмом и язвительностью. Эшли благоразумно молчала, но заметно побледнела: тоже, оказывается, мерзляк. У нее даже губы за какую-то минуту пребывания на морозе начали синеть. Дилан был сама невозмутимость, а Дэрг все еще кипел злостью: его гордость сегодня утром была жестоко ущемлена и попрана вместе с чувством собственного достоинства. Что ж поделать, Аэтера иногда бывал на редкость беспардонным и тактичностью по отношению к младшим сородичам не страдал, так что Дэрг узнал о себе много интересного, пока старший приводил его в порядок и разминал мышцы. Вот и бесится, гипнотизируя взглядом асура, а тот ему мило и наивно улыбается чуть смущенной улыбкой с бездной детского недоумения и непонимания на обиженной смазливой мордашке, чем доводит до остервенения. Дилан за этим наблюдает с укором в глазах, но не вмешивается. Все ждет, когда до напарника дойдет, что его сознательно бесят.
 - "Не увлекайся."
 Аэтера улыбнулся еще шире, фиолетовые глаза чуть сузились, на какое-то мгновение изменив выражение. Дэрг вздрогнул всем телом, едва удержавшись от того, чтобы не отшатнутся. Ярость и злость исчезли, сменившись настороженностью и опаской.
 - "Ты его заикой сделаешь." - с укором добавила я.
 - "Мы не страдаем подобными дефектами." - отмахнулся Аэ. - "Зато теперь он готов к боевой высадке. Злость и лишние эмоции рассеивают внимание и приводят к ошибкам. В бою разум должен быть холоден и чист. Он слишком ярко отреагировал на свое состояние и мои действия. Это недопустимо."
 Аэте, ощутив мое согласие, довольно сощурился, осмотрел подозрительно на него смотрящего младшего и одобрительно прикрыл глаза. Дэрг про себя матюкнулся и мысленно обозвал седого отморозка сволочью: понял, что только что произошло.
 Тихое шипение отходящей створки сопроводил едва слышный недовольный комментарий Джейн "Ну наконец-то!" и яркое чувство облегчения всех, стоящих на площадке. Выпустив бойцов, бронированная створка вновь закрылась, сливаясь с обшивкой корабля, а мы выдвинулись к ожидающему нас комку ярости и злости. Женщины в легкой броне как раз успели хорошо подмерзнуть.
 
 
 
 
 

Глава 47: Новерия: теплая встреча


 
 
 - Достаточно!
 Высокая темноволосая женщина вскинула руку в универсальном останавливающем жесте. Я сбавила шаг и остановилась, не доходя трех метров. Две турели, плавающие в воздухе возле створок лифта, перешли на боевой взвод и развернулись к нам, охрана подобралась. За моей спиной остановились Дэрг и Дилан. Найлус с Аэ встали рядом, по левую руку. Рекс, как и было обговорено заранее, присматривал за Лиарой, стоящей возле Гарруса. Отряды выстроились где-то за нашими спинами. Красота.
 Коротко стриженная блондинка, как там ее... скользнув по краю сознания, считала имя - Кайра Стирлинг, баламутила ментал яркими негативными эмоциями и сверлила подозрительным взглядом: наш отряд ей не понравился. Да и с чего бы ей должна понравиться толпа вооруженного до макушки народу, явившегося без предупреждения на непонятном корыте незнакомой модификации с маркировками фрегата ВКС Альянса Систем? Да еще и под командованием Спектра Совета.
 Но когда меня останавливало негодование чужого и, соответственно, безразличного мне разумного?
 - Что-то не так? - приподняв бровь, спросила я, глядя в глаза командиру группы.
 Я уж не знаю, что в нас так задело реальную Кайру, но ответ был хоть и ожидаемый, но довольно странный, хоть обращалась я не к ней:
 - Надейтесь, что нет.
 А злости-то, злости! Чего это она так бесится? Встретив злой взгляд серых глаз блондинки, я без какого-либо усилия погрузилась в ее поверхностные мысли. Замерзла? Мы-то тут причем? Можно подумать, она не знает климат планеты, на которой служит. Что там еще ее так взбесило? То, что от дел оторвали? Ну так, милочка, это твоя работа, за которую платят немалые деньги. Спектров не любит? Как сказал Най, мы не девочки-азари, чтобы всем нравиться. Я вообще людей и эльфов не люблю, но не гноблю же всех подряд по расовому признаку. По крайней мере, без серьезной на то причины.
 Я уж думала, что в реальности такого не будет, но... Кайра Стирлинг нас... нет, конкретно меня невзлюбила в момент.
 Капитан Мацуо покосилась на своего подчиненного, и ответила:
 - Вы прибыли вне графика.
 - Не знала, что на Новерии есть график ее посещения Спектрами Совета. - нейтрально отозвалась я, с интересом наблюдая за женщинами.
 Выражение лица Мацуо не изменилось ни на йоту, в эмоциях полыхнула досада и раздражение, а вот Кайра откровенно завелась.
 - Мы здесь закон! Не зарывайтесь!
 Найлус оскалился настолько плотоядно, что мне даже как-то стало жаль вспыльчивую немку. Вот серьезно, чего ее так переклинило? Вроде бы не дура, вроде как профессионал. Она что, не с той ноги сегодня встала, или это так законы эгрегора влияют, вынуждая творить откровенную ерунду? Так эгрегор не настолько на мозг давит: при малейшем изменении стартовых данных идет закономерная волна мелких искажений. А тут... Изменения есть, а результат тот же: неприязнь, граничащая с ненавистью и хамство.
 Я очень не люблю, когда мне хамят. Тем более, беспричинно.
 Ладно, разберемся.
 - Надо же, я считала, что Закон на Новерии - это Совет директоров НКР. - еще мягче произнесла я. - Вы, насколько я понимаю, наемники "Эланус Риск Контрол Сервис", охранной компании, занимающейся обеспечением безопасности порта Ханьшань по контракту с Советом директоров. Разве не так?
 Вежливость еще никому не вредила, но вот ее отсутствие породило огромное количество кладбищ по всем без исключения вселенным. И если Кайра не возьмется за ум и не начнет использовать голову чтобы думать, у нее есть хорошие шансы пополнить число фатально пострадавших из-за банального неумения себя вежливо вести по отношению к незнакомому разумному. Мало ли на какое существо можно нарваться...
 Темноволосая полукровка досадливо дернула уголком губ и представилась:
 - Капитан Мацуо Маэко, "Эланус Риск Контрол Сервис".
 - Сержант Кайра Стирлинг. - произнесла немка и недовольно поджала губы.
 - Спектр Совета Имрир Шепард. - представилась я и мило улыбнулась.
 Кайру перекосило:
 - Чушь собачья!
 Недосказанные слова: "Спектров-людей не бывает" повисли в воздухе. Я хмыкнула, с интересом рассматривая злющую блондинку, но ничего не говорила и не пыталась тут же доказывать свою принадлежность к Спецкорпусу. Зачем? Скоро мой статус подтвердит Джанна Паразини. А я пока получу массу удовольствия от этого бурлящего коктейля не слишком-то светлых эмоций.
 Маэко нахмурилась.
 - Нам нужно подтверждение. - миролюбиво сказала она.
 Я кивнула, продолжая улыбаться, Кайра закипала все сильнее, эмоции становились ярче и насыщеннее, и, как результат, улыбка на моей физиономии расплывалась всё шире и шире, создавая замкнутый круг бесконечного цикла.
 М-да, права народная мудрость "Улыбайтесь, это всех раздражает!", ничего не скажешь. Я вроде как веду себя вежливо, не хамлю, а сержанта от бешенства чуть ли не трясет от одного моего вида. Маэко в растерянности. Спектров-людей до сих пор не существовало, но вот так легко отмахнуться от моих слов ей не позволяли природная осторожность, здравый смысл, профессионализм и два турианца, стоящие возле меня. Я прилетела на военном корабле ВКС Альянса Систем, обвес на мне и моих бойцах недешевый и непростой, производства явно не Альянса Систем. Логотипов Спецкорпуса, ясное дело, нигде нет, но в них не было нужды: класс брони и оружия говорил за себя. Вот и колебалась капитан, ожидая подтверждения наших личностей от СБ порта.
 - На Новерии запрещено ношение оружия. - наконец, сказала Маэко, решив, пока подтверждение или опровержение не придет, следовать протоколу. - Сержант, примите у них оружие.
 Жизнерадостное ржание Рекса было настолько неожиданным, что женщины вздрогнули. Мастер Войны искренне и открыто веселился, похлопывая себя рукой по бедру, ярко представив себе довольно стройную Кайру с нашим оружием в руках. Со ВСЕМ нашим оружием...
 Я не сдержалась и хохотнула, вызвав ничем незамутнённую вспышку откровенного бешенства, бальзамом полившейся на мои натянутые нервы.
 Видимо, от названного братца я за ту долгую жизнь набралась больше, чем предполагала. Или это начали проявляться обещанные им изменения? Спустя всего восемь жизней? Вроде как рановато еще.
 - Рекс, не стоит провоцировать... конфликты. - мягко сказала я, удавливая эгоистичное и недопустимое сейчас желание довести немку до срыва.
 - А почему бы и нет? - проржавшись, спросил кроган. - Мне надо разогнать кровь. Здесь холодно.
 Холодно. Не спорю. Но убийство сержанта охраны сразу по прибытию мне совершенно ни к чему. Я вообще предпочту обойтись без стрельбы на территории порта, если это будет возможно. Да и Рекс подраться, конечно, любит, но прежде всего он высококлассный профессиональный наемник, и эти высказывания по большей части относились к разряду "грубый юмор", так что воспринимать их серьезно не стоит.
 Встревоженный женский голос, раздавшийся по громкой связи, поставил точку в этом этапе наших препирательств:
 - Капитан Мацуо! Отставить! Их личность подтверждена! Спектры имеют право носить оружие!
 Капитан отреагировала мгновенно: пара коротких жестов, и ее бойцы тут же успокоились и отошли к дверям. Кайра, кипя и булькая от гнева, промолчала, зло сверля меня глазами. Я ей мило улыбалась, чем доводила до осатанения.
 Ничего не могу с собой поделать! Мое состояние сейчас ненамного лучше, чем у Аэте: до срыва, конечно, далеко, но хладнокровие меня благополучно покинуло, оставив наедине с растревоженной сущностью, мало чем отличающейся от сущности боевой химеры.
 Прав Аэтера: мы слишком похожи...
 - Их сопровождение? - коротко спросила Маэко.
 - Они могут проходить, капитан. - спешно добавила Джанна, а это могла быть только она.
 Громкая связь со щелчком отключилась.
 - Надеюсь, в дальнейшем мы избежим конфронтации. - нейтрально произнесла капитан.
 - Это зависит от вас и ваших подчиненных. - ответила я, бросив красноречивый взгляд на окаменевшую от злости Кайру.
 Мацуо понимающе прикрыла глаза.
 - Паразини-сан встретит вас наверху.
 Кайра не смогла удержаться и добавила:
 - Ведите себя хорошо.
 Громкий шепот откровенно веселящейся Джейн, мгновенно невзлюбившей немку, разнесся в звенящей тишине причальной площадки:
 - Обязательно, мамочка.
 Дэрг булькнул приглушенным смешком, Аэте усмехнулся, щуря излишне темные глаза. Джон посмотрел с неодобрением и укором, но был уже привычно проигнорирован. Ррус на все это взирал с невозмутимостью. Остальные... Кто веселился, кто отнесся с неодобрением. Хорошо хоть Найлус удержался и не высказал вслух вертящиеся у него на языке слова, а то Кайра точно рванула бы к моему огромному удовольствию.
 - "Куда дальше?" - беззвучно спросила я, направляясь к единственным дверям.
 Ненормальная агрессивность по мере удаления от причины ее возникновения медленно угасала, я успокаивалась в теплой ласковой ауре встревоженного моим состоянием Рруса и возвращалась в стабильное состояние.
 - "В лифт. Он поднимет на контрольно-пропускной пункт." - ответил Найлус, бросив на меня полный тревоги взгляд. - "Там нас встретит Джанна, если верить словам Маэко."
 Лифт услужливо распахнул створки, стоило мне к нему приблизиться. Не слишком вместительный: за раз влезет человек семь, не больше.
 - "Мои знания об этой женщине начинаются и заканчиваются смутным воспоминанием, что она вроде бы что-то хотела получить от Лорика Ки"Ина из "Синтетик Инсайтс", чей офис закрыт по какой-то непонятной причине Анолеисом." - в моем мысленном голосе явственно промелькнули вина и досада, которые я и не собиралась скрывать. - "Но вот что она хотела - не помню. Не уделила в свое время этому эпизоду нужного внимания. Помню только, что у Лорика есть какая-то информация на Анолеиса. Полагаю, компромат, благодаря которому порт гарантировано сменит администратора."
 Мы загрузились в лифт в том же составе и порядке, в каком покидали "Нормандию": по размерам кабинка немного больше шлюза, но набиваться мы не стали.
 - "Это вполне вероятно. Джанна Паразини - следователь Службы Безопасности НКР. Один из лучших. Если она здесь, значит, расследование уже идет." - произнес Найлус. - "Я бывал здесь больше года назад: обычно я причаливаю к другому порту, поскольку основные арендуемые мною комплексы располагаются ближе к экватору планеты. В этом секторе я держу только одну лабораторию, так что о разбирательстве с администратором Анолеисом не знал, хотя слухи о проблемах порту Ханьшань доходили."
 Створки сомкнулись, и мы поехали куда-то вверх. Я расслабилась, млея на пересекающихся аурах Гарруса и Найлуса, стараясь не погружаться в тугой клубок эмоций Аэтеры, иначе у нас может сработать резонанс, а это не то, что сейчас стоит допускать.
 - "На Новерии лаборатории строятся секторами." - продолжил объяснять напарник. - "Ближе к полярному кругу располагаются комплексы биологических и генетических исследований."
 - "Холод - одна из линий защиты?" - уточнила я.
 Зеленые глаза чуть заметно согласно прикрылись.
 - "Верно. Температура в этой части планеты не поднимается выше минус сорока по Цельсию, если перевести в человеческие единицы. Полноценной защиты, естественно, холод не даст, но время для зачистки выиграть позволит."
 - "Отключаем отопление и ждем, пока то, что разбежалось, само замерзнет?" - иронично полюбопытствовал Ррус.
 - "Где-то так." - от Найлуса донеслась легкая волна неприязни и брезгливости. - "Эта область исследований мне... неприятна. Расследование деятельности незаконных лабораторий Сарен взял на себя. Я предпочитаю разбираться с работорговлей и похищениями разумных. Довольно часто мы работали на стыке интересов: лаборатории и работорговцы неразрывно связаны друг с другом."
 Резонно. Где-то же эти "ученые" берут подопытный материал.
 - "Моя лаборатория в этом секторе специализируется на разработке боевых имплантатов."
 - "Най, это же незаконно..." - едва слышно донеслась окрашенная усталым укором мысль Гарруса.
 - "Абсолютно незаконно." - подтвердил Найлус. - "Но ты бы знал, сколько всего я смог обнаружить за время ее работы..."
 Лифт остановился, прерывая беззвучный разговор, створки послушно скользнули в стороны, выпуская нас в небольшой холл, ведущий двумя лестницами к контрольно-пропускному пункту.
 
 Первое, что бросилось в глаза - полное отсутствие широкого пандуса с текущей по нему водой. Вместо этого на мой взгляд ненужного в холодном климате мокрого излишества - неровно обтесанные каменные плиты, спускающиеся массивными ступенями, и идущие по обе стороны этого сомнительного архитектурного элемента лестницы. Сомнительности этим плитам добавляли орудийные люки, без особого труда различимые на поверхности грубо обработанного камня. Высота подъема была как раз такой, чтобы гипотетические нападающие не видели, что делается на верхней платформе, зато попадали под обстрел турелей, величаво плавающих в воздухе у дальней, торцевой стены.
 Любят на Новерии незваных гостей...
 Дожидаться остальную группу Найлус не стал, жестом приказав следовать за ним.
 - "Джанна меня знает." - пришла его напряженная мысль. - "Я довольно крупный инвестор. В Совет Директоров, как Сарен, не вхожу, но как его официальный компаньон обладаю довольно значительными привилегиями и властью. Помимо собственного влияния."
 - "Хочешь посмотреть, как она себя поведет?"
 Найлус ответил всплеском согласия и добавил:
 - "Предоставим ей возможность начать разговор. Не хотелось бы помешать работе следователя."
 - "Делай как считаешь нужным." - ответила я. - "Мои познания о Новерии блистают своей скудностью. Если что-то вспомню - скажу, а так..."
 На это мое высказывание он лишь усмехнулся, быстро поднимаясь по лестнице. Рядом с ним по левую руку - Аэтериос, по правую - я. За нашими спинами - Гаррус, Лиара и Рекс. Дэрг и Дилан замыкали процессию.
 
 Нервничающая Джанна встретила нас, стоя в компании двух бойцов в полной броне за высокой стойкой из вездесущего грубо обработанного камня. Притом, эта самая стойка располагалась так, чтобы даже поднявшись по лестнице, нападающие не могли сходу выбить стоящих за них разумных. Паранойя строителей порта меня уже впечатлила, как и установленные системы защиты из летающих турелей, которых оказалось шесть: две у торцевой стены и еще по две по обе стороны небольшого коридорчика. На подходе к стойке - дроны-сканеры, заоравшие дурным ором, стоило нам пересечь лазурную завесу.
 Мисс Паразини всполошилась, склонилась над скрытым за стойкой терминалом, и ор прекратился. Найлус с доброжелательной рожей за всем этим наблюдал, Аэте с бездной любопытства на выразительной мордахе рассматривал плавающие в воздухе турели, совершенно не скрывая своего интереса, Рекс скучал, Лиара нервничала, Дэрг, как и Аэте, глазел по сторонам, Гаррус и Дилан - сама невозмутимость.
 - Я Джанна Паразини, помощница администратора Анолеиса. - представилась очаровательная смуглая девушка, скользнув внимательным взглядом по нашей колоритной компании. - Приносим извинения за инцидент в стыковочном отсеке.
 Найлус склонил голову, принимая извинения и смакуя насыщенные эмоции.
 - Да, это было крайне... профессионально. - в отдающем металлом голосе плеснула язвительность. - Полагаю, сержант работает на Новерии не так давно?
 На лице Джанны не проявилось и следа взвихрившегося опасения и нервозности: доброжелательные слова несли в себе много неприятного скрытого смысла, в том числе и невысказанное удивление самому факту подобного инцидента: корпоративные правила поведения довольно строги.
 - Она серьезно относится к своим обязанностям. Это ценный сотрудник компании.
 На это высказывание Найлус хмыкнул и иронично сощурился. Нервозность Джанны подскочила еще больше.
 - "Не доводи ее до нервного срыва." - укоризненно произнесла я.
 - "Она не знает, чего от меня ждать." - согласился он, сощурив глаза. - "И меня очень интересует ее реакция на мое прибытие."
 Да, реакция и правда занятная. И Джанна действительно не знает, что именно привело в порт Ханьшань инвестора Крайка сразу после того, как сюда же прилетела леди Бенезия в качестве посыльного от члена Совета Директоров Сарена Артериуса, который, вот такое забавное совпадение, наставник, друг и компаньон зеленоглазой язвы, с доброжелательным выражением на роже треплющей сейчас нервы одним фактом своего присутствия.
 - Мисс Паразини, - вмешалась я, прерывая подвисшую паузу, - раз уж сержант Стирлинг настолько ценный сотрудник, возможно, капитану Мацуо стоит провести с ней дополнительную беседу о правилах вежливости и корпоративного этикета? Вежливость, она еще никому не вредила, но вот ее отсутствие... - я улыбнулась, а Джанна непроизвольно вздрогнула, - может привести к... печальным последствиям.
 Завуалированное предупреждение, что если эта идиотка не образумится, я ее пристрелю независимо от возможных гипотетических проблем, было понято правильно: темные болотно-зеленые глаза девушки чуть заметно расширились, нервозность усилилась, но быстро сошла на нет, переплавляясь в злость на сержанта, доставившую лишние сложности из-за своего неумения контролировать язык и правильно себя вести.
 - В любом случае, благодарю вас за своевременное вмешательство. - я вновь мило улыбнулась той же людоедской улыбкой.
 - Это моя работа, Спектры. - ответила девушка, подавив непроизвольное желание поправить тугой воротничок строгого алого платья.
 - "Мрир, ты ее доведешь до нервного срыва раньше меня." - мысленный голос Найлуса, ярко окрашенный иронией и весельем, ласково пронесся по взбудораженному восприятию.
 - "Должна же я соответствовать званию Мясника Торфана и репутации твоего наставника?" - тем же тоном ответила я. - "Сарен со своей индокринацией и жутким видом множественных имплантатов вызывает у Джанны весьма... неоднозначные и противоречивые эмоции, тебя она опасается и не знает, чего ждать. Я же сейчас органично дополняю этот ассоциативный ряд: мисс Паразини знает, что я - твой ученик."
 - В мои обязанности входит помощь новоприбывшим. - практически мгновенно произнесла Джанна. - У вас есть вопросы?
 Я предпочла промолчать, поскольку доставать девушку не собиралась, так что ответил ей Найлус:
 - Матриарх Бенезией должна была уже прибыть на Новерию. Мне необходимо с ней встретиться.
 Формулировку следователь оценила правильно и выводы сделала те, которые нам были нужны: Найлус знает о прибытии представителя своего наставника и прилетел на Новерию ради встречи с ней.
 - Леди Бенезия прибыла в порт Ханьшань несколько дней назад. - подтвердила Джанна.
 - Она еще в порту или уже отбыла на "Расселину"? - тем же доброжелательным тоном спросил Крайк, укрепляя женщину в правильно сделанных, но в корне неверных выводах.
 - Леди Бенезия отбыла в исследовательский комплекс "Вершина 15" сразу по прибытию. Насколько я знаю, она еще там. - вымученно улыбнувшись дежурной улыбкой, Джанна добавила: - Из-за непогоды по приказу администратора порта Анолеиса движение всего транспорта приостановлено. Никто не может выехать без его разрешения или пропуска.
 Найлус искренне удивился:
 - Он остановил даже монорельсы?
 - Монорельсы, ходившие по направлению к основному административному городу и исследовательским комплексам, остановлены уже восемь суток назад из-за обрушения туннелей в шести километрах от порта. - Джанна развела руками. - Пока не пройдет ураган, мы не можем начать восстановительные работы.
 Даже так?
 - "Как-то очень вовремя у них обвалился этот туннель." - буркнула я, скользя по поверхностным мыслям девушки, метущимся подобно вампирам в открытом поле на рассвете. - "Джанна сама не верит, что это могло произойти без посильной помощи мощной взрывчатки."
 - "Мрир, эти туннели построены так, чтобы выдерживать постоянные лавины и обвалы." - в ментальном голосе явственно звучал отголосок рычания и поднимающегося гнева вкупе с тревогой. - "Чем больше я узнаю о том, что здесь происходит, тем ярче у меня желание встретиться с Лориком и поговорить об администраторе этого порта."
 - "Я бы с ним и так встретилась. Занятный он."
 Аэте на это высказывание удивленно приподнял бровь и заинтересовался, Найлус хмыкнул.
 - "Если хочешь - встретимся." - донеслась до меня его мысль.
 - "Хочу."
 - "Тогда встретимся." - покладисто согласился напарник.
 Подтянулась Джейн со своим отрядом, комфортно и беспардонно распространившись по небольшому помещению. Мордашка у Карамельки была полна любви к ближним, в глазах плескалась незамутненное желание кого-то убить извращенным образом с особой жестокостью, так что прелестная девушка с медовыми волосами в нашей компании смотрелась очень гармонично. Как оказалось, ее тоже Кайра достала: Джейн, как и я, не терпела хамства.
 Пока ждали Джона, Найлус развлекался пространной беседой с Джанной, но как только наш отряд в полном составе забился в предбанник КПП, живо свернул треп, поблагодарил следователя за помощь и избавил ее от нашего присутствия.
 
 К моему огромному удивлению, от КПП до самого порта Ханьшань добирались мы на поезде монорельса, и ехали довольно долго. Чувствуя мое изумление и непонимание, Найлус вопросительно склонил голову, глядя мне в глаза.
 - "Я думала, мы уже находимся в порту." - пояснила я причину своего непонимания. - "А это, оказывается, были только причальные площадки и пост таможенного контроля."
 Ментальный смешок осыпал меня весельем и привычной иронией.
 - "Мрир, любой космопорт - это всегда территория риска. Никто в Пространстве Цитадели не строится возле причальных площадок: взрыв ядра даже мелкого корабля очень разрушителен."
 - "А как же Цитадель?"
 Ответил мне Ррус:
 - "На Цитадели стоят щиты, отделяющие причальные площадки от жилых районов. Станция построена из сверхпрочного материала, многократно превосходящего самые совершенные наши аналоги."
 - "Этот материал залп главного калибра "Пути Предназначения" даже не нагрел." - добавил Найлус. - "Скальная порода такими свойствами не обладает, и порт Ханьшань был построен в соответствии с правилами безопасности: в сорока трех километрах от стартовых площадок за горным хребтом."
 - "Не знала..."
 А ведь это действительно логично. Даже обычные аэропорты должны строиться на значительном отдалении от города и жилых районов, что уж говорить о космопорте. Но почему-то раньше я об этом не задумывалась. А должна была! И то, что я никогда раньше не жила в технически развитом мире, меня не оправдывает.
 - "Порт Ханьшань. Что ты можешь о нём рассказать?"
 Найлус ответил не сразу. Какое-то время он молчал, задумчиво глядя на меня, вспоминая виденный год назад порт, посещенный мимоходом по дороге к своей лаборатории, в которой срочно потребовалось его личное присутствие.
 - "Ханьшань построен по однотипному проекту, как и остальные порты на Новерии: крупный холл, можно сказать - центральная площадь, административное крыло, зоны отдыха и общие гостиницы для прибывающих на планету наемников и желающих найти работу или заключить контракт, технические сектора и ангары для наземного и воздушного транспорта, крыло корпоративных гостиниц и занимающие больше половины территории порта служебные и жилые блоки для персонала и службы охраны. Поскольку расположен Ханьшань за полярным кругом, практически всё построено внутри скального массива. На поверхность выходит только центральная площадь. Под куполом из сверхпрочного прозрачного полимера."
 Здравое решение. Погода в этой части планеты не располагает к длительным прогулкам на свежем воздухе.
 - "Здесь есть офисы компаний?"
 - "Только мелкие представительства. Основные офисы располагаются в крупном городе на экваторе планеты вдалеке от риск-лабораторий." - ментальный голос окрасился язвительностью. - "Корпорации не горят желанием попасть под орбитальный удар, если в чьей-то лаборатории разбегутся или разлетятся результаты исследований."
 - "И часто бомбят?" - заинтересовался Аэте.
 - "Пару раз в год стабильно. Иногда чаще." - Найлус полыхнул раздражением и досадой на чужое растяпство, доставляющее массу проблем окружающим. - "Но обычно для зачистки хватает внутренних систем безопасности. Орбитальный удар - крайняя мера, и до нее стараются не доводить. Это признак дурного тона."
 - "Но бомбят все равно регулярно?" - чуть заметно приподняв тронутую сединой бровь, уточнил асур.
 - "Иногда уничтожение всей лаборатории - всего лишь способ ее очистить. Некоторым корпорациям дешевле отстроить ее заново или возместить ущерб НКР за разрушенное имущество, чем проводить полную зачистку по окончанию исследований."
 Резонно. Иногда, как бы ты ни старался, но ПОЛНОСТЬЮ вычистить территорию невозможно. Сжечь весь комплекс - неплохая альтернатива риску что-то упустить. Подобные меры популярны везде, где существуют лаборатории генетиков или химерологов.
 Не зря огонь называют очистительным...
 Поезд начал сбрасывать скорость. Странно, в округе ни одной живой души. Зато дальше - огромное скопление жизни и мощный, застарелый ментальный пласт.
 - "Приехали?" - спросил Аэте.
 - "Еще немного накатом проедем и прибудем в Ханьшань."
 Накатом мы катили больше десяти минут, но вот, наконец, состав затормозил и остановился окончательно, выпуская нас на практически идентичный контрольно-пропускной пункт. Вместо Джанны нас встретила очаровательная азари, мило улыбнулась, полыхая тревогой, пожелала приятного пребывания и напомнила о правилах ношения оружия на территории порта, которые можно сократить до банального: "Не безобразничайте".
 
 * * *
 
 - Они не прилетят. - тихо произнесла женщина, бросив клатч на журнальный столик.
 В помещении воцарилась тишина.
 - Что значит, они не прилетят? - вскинув голову, спросил Святослав.
 Злата устало опустилась в кресло, сумрачно глядя на мужчин.
 - То и значит. На корабль напали пираты на границе нейтральной зоны. Никто не выжил. - женщина дернула плечом, губы предательски подрагивали. - Посол Удина мне час соболезнования выражал, сволочь... И предлагал помощь... как незнакомым с политической ситуацией людям.
 Михаил едва слышно зарычал.
 - Откуда он узнал? - спросил Святослав.
 - О гибели дипломатического корабля ему сообщил патрульный фрегат Альянса Систем. - сумрачно ответила Злата.
 - А что со вторым кораблем? Китайцы должны были встретиться с нашими на границе Пространства Цитадели.
 - От них ничего не слышно уже вторые сутки. Обломков нет, из перегона в точке встречи они не выходили, сигнала бедствия не подавали. - Злата поморщилась. - Поднебесная пока молчит.
 В комнате воцарилась тишина.
 - Что делать будем? - после затяжного молчания озвучил общий вопрос Михаил.
 - Ждать и делать вид, что все под контролем. - буркнул Святослав. - Злата, с метрополией связывалась?
 Женщина кивнула.
 - Сказали тянуть время. К нам на Таррию должна через три недели залететь патрульная эскадра Иерархии. Попросят сопроводить дипломатический корабль до Цитадели. Турианцы вряд ли откажут.
 - Три недели, значит... - Святослав нахмурился. - И еще как минимум дней пятнадцать на полет. Чуть больше месяца. Ничего, протянем.
 - Поиграем в дипломатов? - фыркнула Злата. - Сам же знаешь, опыта политических маневров у нас нет, еще сделаем что-то... не то.
 - Есть варианты?
 - Крайк, вроде бы обещал нам отдать ту девочку, Лиару... - серые глаза сощурились. - Она же дочь матриарха, очень известного матриарха. Не может она ничего не знать.
 - Ну, она считает, что ничего не знает. - хмыкнул Михаил.
 - То, что она так думает, это же не значит, что она и правда ничего не знает. - цинично усмехнулась Злата. - У тебя остался тот номер, который Крайк нам оставил на случай возможных проблем?
 Михаил кивнул, включил инструментрон и переслал короткое сообщение подруге.
 - Будешь звонить?
 - Не знаю... - тихо ответила Злата, гипнотизируя длинный номер и короткое двусложное имя.
 Она колебалась, решая, стоит ли обратиться к незнакомому ей разумному, или, все же, попытаться справиться со свалившимися на них неприятностями самостоятельно. Просить помощи не хотелось: это подставит ее государство и сделает обязанным неизвестному им разумному.
 - Не знаю, стоит ли.
 - Но? - вопросительно приподнял бровь Святослав, правильно истолковав задумчивость подруги.
 - Но я не уверена, что в нашей ситуации уместна гордость. Пока еще тихо, но кто знает, что произойдет за этот месяц? Давай смотреть правде в глаза: мы не политики, но сейчас именно мы - представители Руси, и нам нельзя ошибиться, оступиться или дать повод Удине смешать наше государство с дерьмом.
 - О да, он это сделает. С удовольствием. - поморщился Михаил.
 - Если уже не делает. - добавил Святослав.
 Злата согласно кивнула, едва сдержав ярость и брезгливую гримасу от одного воспоминания о гостеприимстве посольства Альянса.
 - Нам необходимо отреагировать на инцидент с уничтожением дипломатического корабля... - глухо произнес Святослав.
 Злата вновь кивнула.
 - Надо. Но как?
 Вопрос подвис в воздухе. Классический, не теряющий актуальность вопрос "Что делать?". На вопрос "Кто виноват?" ответ напрашивался сам собой: тот, кому это выгодно.
 Михаил встал, подошел к женщине, опустил руку на плечо в молчаливом жесте поддержки.
 - Знаешь, Злат, звони. - произнес он. - Мы Найлусу и так уже обязаны с этими документами и помощью на Совете. Одним долгом больше, одним меньше... - он пожал широкими плечами. - Крайк, конечно, порядочная сволочь, но он не подставит и в спину не ударит. Если рекомендовал с кем-то связаться, значит, надо связаться. Я лучше буду по гроб жизни должен этому язвительному засранцу и его знакомому, чем напортачу и подставлю своих.
 Злата перевела взгляд на Святослава, тот согласно кивнул, присоединяясь к мнению друга.
 - Хорошо.
 Решение принято. Женщина активировала инструментрон и вновь открыла короткое сообщение. На экране ровным рядком светились цифры номера связи и простое двусложное имя: Виан.
 
 
 * * *
 
 - Простите, я не могу с вами говорить, это может стоить мне работы. - развела руками миловидная женщина. - Руководство предупреждало нас на ваш счет.
 Найлус на подобное высказывание только неопределенно шевельнул мандибулами и сощурился. Моя попытка поговорить с местными закончилась специфическим провалом: никто не желал иметь с нами дел.
 Количество вопросов и претензий к зарвавшемуся администратору все прибавлялось...
 
 По порту сейчас мы гуляли вчетвером, оставив всех остальных на верхнем этаже одного из баров в корпоративном крыле. Туда нас провел Найлус, воспользовавшийся своим статусом. Нам предстоит побегать по Ханьшань, решая свои дела, и группа высадки за спиной совершенно ни к чему. Сперва хотели оставить с ними и Аэте, но его эта идея очень расстроила, а мы пошли у него на поводу и забрали химеру с собой, здраво рассудив, что бойцы - люди взрослые, и посидеть в баре, не нарвавшись на проблемы до нашего возвращения, вполне в состоянии.
 Выражение физиономии Джона в тот момент было непередаваемо! А уж как просело и так не слишком высокое мнение об асуре... Аэте это прекрасно понял, добив совершенно детской счастливой улыбкой и окончательно закрепив у Героя Элизиума ошибочные выводы. Дэрга от этого зрелища перекосило, но Гризли здравомысляще промолчал, предпочитая не напрашиваться на... дополнительные тренировки. Дилан укоризненно посмотрел на старшего сородича, но был величественно проигнорирован. Джейн с искренним недоумением наблюдала за этой пантомимой, Рамиро хмурился, глядя в поблескивающие багровыми искорками фиолетовые глаза: у аналитика Карамелек образ наивного паренька окончательно рассыпался в прах после увиденного на Х57, но истинный облик пока не сформировался. Не мог Рамиро еще свести в единый завершенный образ множество мелких фактов и вроде бы незначительных оговорок, слишком многого он не знал. Николаус тоже не повелся, но завис в подвешенном состоянии: информации у него было на порядок меньше, и окончательные выводы он делать не спешил. Ну а Джон... Полагаю, на этом задании его будет ждать сюрприз: на "Расселину" он отправится с нами, а Джейн и ее людей я оставлю охранять монорельс на "Вершине-15". Не хочется мне, случись что, застрять на "Расселине" на неопределенный срок.
 
 - "И что дальше?" - спросила я, когда мы отошли от встревоженной нашим вниманием женщины.
 - "Я очень сильно хочу поговорить с Анолеисом." - от злости мысленный голос Найлуса окрасился рычанием. - "Мне чрезвычайно интересно, на каком основании он вводит подобные запреты!"
 Мне тоже это интересно. И быстро же, сволочь лупоглазая, отреагировал! С момента сообщения о присутствии Спектра на борту и нашей высадки прошло от силы полчаса, а уже весь порт знает, что с нами говорить нельзя.
 Интересно, а почему это нельзя? Почему Анолеис так боится внимания именно Спектра Совета? По идее, его больше должно напрягать внутреннее расследование от Совета Директоров, но никак не мой прилет, а поди ж ты... Или он еще в блаженном неведении? Увижу эту жабу вживую, узнаю.
 Занятая такими мыслями, я топала за своим темным сокровищем, ведущим нас быстрым шагом в административное крыло, по привычке сканируя округу. В поверхностные мысли разумных не погружалась, так, считывала фон и общие настроения. А настроения довольно занятные. Тот еще виварий, этот порт Ханьшань...
 Внешне все очень красиво: строгий, добротный, даже в чем-то богатый интерьер крытой площади, красиво выложенные глыбы камней, над головой - прозрачный потолок, дающий возможность полюбоваться на ярящуюся метель, стоящая охрана в броне и при оружии, неспешно передвигающиеся или общающиеся разумные. Чинная атмосфера делового центра высокого уровня. Все вежливы, мило улыбаются друг другу и приветствуют при встрече, но в ментале... О да! Ментальный план, как всегда, показывает истину. Изнанку этого вроде бы красивого места.
 Интриги, подсиживания, подставы, жертвы, захваты, ложь и провокации. Все, что только возможно, вплоть до заказного убийства. Наемников на Новерии хватает, и заказы им поступают регулярно. Рекс перед высадкой упоминал, что в свое время выполнил немало частных заказов в порту Ханьшань... Как он там говорил? "Местные улыбаются тебе в лицо и вонзают нож в спину" и "Лучший способ сделать здесь карьеру - это уничтожить того, кто над тобой". Слова крогана очень точно характеризуют это место.
 - "Имрир, не спи, мы пришли." - окрашенный искренней заботой и тревогой ментальный голос Рруса выдернул меня из состояния легкого транса.
 Я моргнула, осмотрелась. Мы стояли перед дверями в помещения администратора порта под внимательными взглядами двух турианцев из ЭРКС. Вовремя меня дернули...
 Прозрачные створки разошлись, пропуская нас в неоправданно-огромное пустое помещение холла. Вдоль стен - скамеечки для гипотетических посетителей, шесть терминалов непонятного назначения, пара растений в больших кадках и, у дальней, торцевой стены, стойка ресепшн, за которой нас уже ждала... Джанна Паразини. Быстро она прибыла с КПП у причальных площадок к своему рабочему месту в администрации Анолеиса!
 В ментале штормило от ярких и противоречивых чувств: Джанна - умная женщина, наблюдательная, выводы из увиденного делать умеет, а понять, что Найлус сейчас в бешенстве, даже особой наблюдательности не требуется.
 Ярость сквозила в каждом его жесте, в летучем шаге, в суженных от злости глазах и крепко прижатых к щекам мандибулам. Чистая, искренняя, незамутненная, переправляющаяся в холодный расчетливый гнев. Она собиралась долго, настаивалась, набирала мощь и силу. Часами накапливались тревога и страх за друга, попавшего в жернова событий, собственное бессилие и невозможность помочь усугубляли ситуацию, а каждый новый факт, каждая крупица знаний, приоткрывающая завесу тайны над происходящим, лишь усиливали эти чувства. Найлус боялся... опоздать. Боялся, что не сумеет помочь, что все его усилия окажутся тщетны, и он не сможет спасти одного друга и потеряет другого. Этот страх порождал агрессию и льдистую ярость на любую задержку, сейчас Спектр не будет пытаться понять кого-то, стоящего у него на пути со своими проблемами, интригами и политическими маневрами, терпение и терпимость испарились еще на выходе из корабля. Найлус Крайк - туго взведенная пружина, затянутая до пределов возможностей материала. И лучше бы Анолеису не пытаться затягивать ее еще туже...
 Мы остановились перед стойкой. Я вышла вперед, доброжелательно улыбнулась Джанне. Найлус молчал, стоя за моим плечом агрессивной мрачной громадой, передав мне право разговора со следователем Службы Безопасности НКР, очень профессионально играющую роль обычной секретарши.
 - Чем я могу вам помочь? - любезно поинтересовалась она, скользнув по нам внимательным взглядом, не задерживая его дольше, чем допускает этикет, вежливость и здравый смысл при общении с агрессивным злым хищником.
 - Я хочу поговорить с администратором Анолеисом. - тем же спокойным тоном ответила я, специально выделив, что поговорить хочу именно Я.
 Джанна - умничка, поняла меня прекрасно.
 - Одну минуту.
 Мило улыбнувшись, она включила комлинг.
 - Мистер Анолеис?
 Ответ пришел мгновенно раздраженным тараторящим голосом:
 - Да! Что? Что!
 Встретив мой взгляд и правильно поняв практически беззвучно произнесенный желаемый статус, сказала:
 - С вами хочет встретиться коммандер Шепард.
 - Да! Да! Хорошо! Входите!
 Прекрасно. Стартовые данные заданы: саларианец ждет именно коммандера Шепарда, человека, волей случая получившего статус Спектра Совета, но так и не понявшего, что именно он получил, и какой властью теперь обладает. Он не будет ждать подвоха. И пусть лучше не ждет до самого конца...
 Связь со щелчком прервалась.
 - "Найлус, зайди с Аэте с небольшим запозданием." - я перешла на ментальную речь, сбивая накал гнева напарника. - "К Анолеису первыми пойдем мы с Гаррусом."
 Невысказанный вопрос пронесся по общей связи, обжигая удивлением и тревогой.
 - "Я хочу посмотреть на его реакцию." - пояснила я. - "Если не врет мое послезнание, это будет забавно, а у тебя появится прекрасная возможность взять его за жабры."
 Ничего против напарник не имел, и потому ответил согласием, давая мне возможность делать то, что я считаю нужным.
 - "На Новерии о людях Иерархии известно?" - уточнила я смущавшую меня мелочь.
 - "Слухи ходят." - подтвердил Найлус.
 Слухи... Значит, ТОЧНЫХ данных ни у кого нет. Конечно, Зерно в ритуальном зале от мира не утаишь, информация рано или поздно просочится, но пока Иерархии удается скрывать существование асуров от широкой галактической общественности Пространства Цитадели. Мне же достаточно и слухов о странных людях, служащих вместе с турианцами.
 - "Прекрасно. Значит, присутствие Аэтеры за твоей спиной будет оценено правильно."
 Аэте удивленно моргнул, перевел взгляд на меня, сощурился и... полыхнул циничной иронией, прекрасно поняв, в какой своей ипостаси он мне сейчас нужен. Асур будет тем завершающим штрихом, который дополнит картину и даст мне нужную реакцию у администратора, ведь слухи ходят о таких как он крайне... занятные.
 Как сильно меняют восприятие разумного вроде бы незначительные мелочи... Аэте ведь тот же, что и мгновение назад, но... Но! Ровнее спина, высокомерно вздернут подбородок, прямой разворот широких плеч, царственная осанка, иное выражение враз похолодевших сузившихся фиолетовых глаз, пропала с губ легкая мягкая улыбка, чуть заострились скулы, и милый обаятельный паренек Аэтериос стал тем, кем является на самом деле.
 Восхитительно! А теперь проверим, насколько мои предположения правдивы.
 - "Най, займи Джанну содержательной беседой на пару минут." - мурлыкнула я и произнесла вслух, отвлекая женщину: - Благодарю, мисс Паразини. С вами очень... приятно работать.
 О, как взвихрились эмоции! Удивление, опаска, настороженность с оттенком надежды. Джанна - умная и проницательная женщина, намеки понимает сходу и правильно. Поняла, что я ЗНАЮ о ее настоящем роде деятельности и нынешнем задании. Удивлена, но тут же нашла пояснение моей излишней осведомленности в чужих делах. А заодно невысказанное предложение "поговорить" было тоже понято, как и мой намек на возможность помощи по ее расследованию.
 Не то чтобы ей сильно эта помощь нужна: Джанна сама докопается до правды, но почему бы не помочь, если представится возможность?
 Мы с Ррусом направились к дверям кабинета Анолеиса, а за спиной раздался голос Найлуса:
 - Мисс Паразини, я давно не был в порту Ханьшань. Не могли бы вы мне кое-что объяснить...
 
 Анолеис встретил нас... невежливо, если не сказать - хамски. Совершенно недопустимое поведение для сотрудника Корпорации, занимающего столь высокую должность как администратор одного из портов. И тем более подобное поведение недопустимо по отношению к оперативнику самой могущественной спецслужбы этого кластера. Ведь кто знает, с какими целями мы прилетели? И в каком сопровождении...
 Сам кабинет администратора практически не отличался от безликой приемной, разве что по размерам был втрое меньше. У торцевой стены напротив перегородки, прикрывающей двери, располагался большой стол, за которым и гнездился обитатель этого террариума в окружении двух активных терминалов. Огромное окно только дополняло сходство с террариумом, а уж ментальный план...
 В ментале плавал СТРАХ! Всё остальное, даже жадность и тщеславие, меркло перед этим чувством. Оно было многогранно и обширно. Страх потерять занимаемую должность, страх утечки информации, страх расплаты, надвигающейся с неумолимостью горной лавины, страх потерять то, что он уже имеет, включая жизнь, ведь Корпорации не умеют прощать, и за такие провалы наказывают очень... жестоко. Много чего было в этом сложном, насыщенном оттенками чувстве. Много что уже застарело и было подавлено более яркими чувствами, но всё это создавало единый, монолитный пласт необычайно мощных эмоций, от которой у меня, эмпата, рвало стопоры и сносило самоконтроль. Потому что передо мной сидела... ЖЕРТВА! Загнанная в угол, опасная, огрызающая, но - жертва, уже почувствовавшая на загривке дыхание преследователя. А то, что Анолеис так и не понял, КТО под него копает, лишь усугубляло ситуацию.
 Инстинкты работают без осечек у всех, даже у таких как я. Особенно у таких, как я. Даже зная, что эти чувства - результат срабатывания инстинктов и бессознательных реакций, я не могу им противиться. И не хочу. Зачем? Поднимающийся азарт захлестывал с головой, вызывая непроизвольную реакцию организма: всплеск гормонов, готовность к немедленной атаке при малейшем неверном движении жертвы, желание добить сопротивляющуюся добычу и получить свой законный приз. И ведь я действительно сделаю это! И что с того, что Анолеис - не моя добыча? Прав тот, у кого больше прав. И достаточно силы, чтобы заявить эти права. Нет, я не буду отбирать у Джанны ее добычу, зачем? Зачем лишать ее удовольствия вкусить законную награду? Она ее заслужила. Но что мешает МНЕ получить удовольствие от охоты? Ничего. И так же ничего не мешает мне получить награду: Лорик не забудет помощи, как и Джанна. Их хорошее отношение - это и есть МОЯ добыча в этой охоте, а жертва... Жертва достанется тому хищнику, который ее выследил и загнал.
 Моя кратковременная заминка была оценена неверно: как робость или неуверенность. Анолеис положил лапки на стол и выдал:
 - Простите, что не встаю. - длинные пальцы уперлись кончиками в стол, саларианец высокомерно выпрямился, глядя на меня и Гарруса свысока. - Мне некогда развлекать беженцев из дыры под названием Земля.
 Беженец, значит? Из дыры под названием Земля? Это он так обо мне? А Рруса, который к Земле никакого отношения не имеет, не заметил или намерено оскорбил?
 Ментал обожгло холодной злостью Найлуса, прекрасно оттененной тяжелым гневом Аэтеры. Асуру очень не понравилось, что какое-то земноводное смеет так отзываться о нас и о мире, на котором когда-то давно неизвестный мне химеролог создал их народ. Случайность это или нет - не важно. Земля - не просто булыжник, плывущий в космосе по орбите вокруг ничем не примечательного низкоактивного переменного желтого карлика. Эта планета принадлежит им! Это их РОДНОЙ мир, и пусть асурам не свойственна сентиментальность и ностальгия, но СВОЕ они защищать умеют...
 - Я вижу, вы просмотрели мой послужной список. - мягко произнесла я, скрестив руки на груди в классическом защитном жесте.
 Провокация удалась на удивление легко: Анолеис посчитал меня ПРОСЯЩЕЙ стороной, пришедшей к нему со своими проблемами. Зря. Просить мы не намерены.
 - Только глупец вступает в переговоры, не зная склонностей другой стороны. - милостиво произнес саларианец, лупнув темными влажными глазами.
 Согласна. Но отчего ж ты, драгоценная не моя жертва, не догадался, что прозвище "Мясник" солдату дают не за красивые глаза, а за что-то иное? Почему, просматривая мое досье, не обратил внимания на психопрофиль, достоверно рисующий образ отмороженного на всю голову убийцы-ксенофоба с нестабильной психикой? Почему так быстро расслабился? Не посчитал угрозой мелкую человечку, не достающую макушкой молодому турианцу даже до ключицы?
 Какое... фатальное... даже не знаю, как и назвать... недомыслие, что ли.
 - Мистер Анолеис, у нас есть к вам вопросы. - чуть дрогнувшим голосом произнесла я, закрепляя сделанный вывод, глядя снизу-вверх на сидящего на высоком стуле чужака. - Я бы хотела получить на них ответы.
 Мой голос звучал мягко, можно даже сказать - просительно. Я ведь действительно ПРОШУ его ответить на наши вопросы. Пока еще прошу... И пока мы даем ему эту возможность: ответить на вопросы ДОБРОВОЛЬНО.
 - Это очень приятное начало. - продолжил он, вновь превратно меня поняв. - Я буду сотрудничать с вами настолько, насколько это потребует Совет Директоров.
 Будешь... Конечно, будешь. Куда ж ты теперь денешься...
 - "Найлус, Аэтера. Будьте любезны... присоединитесь к нашей занимательной беседе." - против воли в мысленный голос просочились отголоски моих эмоций, вызвав мгновенный отклик у турианцев и химеры, ведь все мы - хищники.
 Анолеис посчитал, что я достаточно прониклась ситуацией, полыхнул облегчением и предвкушением, выпрямился, положил кисти рук на стол и начал вещать:
 - Разумные прилетают сюда, чтобы избежать волокиты с галактическими за...
 Комлинг вновь ожил.
 - Мистер Анолеис...
 - Да? Да! Что? - раздраженно выпалил саларианец.
 - К вам Спектр Совета. - раздался голосок Джанны.
 Анолеис смерил нас уничижительным взглядом. Ну а что?
 - Это наш наставник с напарником. - мило улыбнувшись, пояснила я, не уточняя, чьим именно напарником является Аэтера. - Немного задержался.
 - Пусть входит!
 Связь со щелчком пропала.
 - Каждая минута моего простоя обходится компании в двенадцать кредитов. Надо будет начать вести подс...
 Шелест открывающихся дверей прервал администратора на полуслове. Синекожий саларианец раздраженно втянул воздух, недовольно сузил глаза, но все резкие слова застряли в горле, когда он увидел, КТО вошел в его кабинет. Саларианец, не первый год работающий на Новерии, мгновенно оценил степень опасности двух мужчин в тяжелой броне и при оружии. И испугался. Не того, что к нему в кабинет вошли два высококлассных убийцы, нет. Страх вызвало иное.
 Найлуса Анолеис узнал мгновенно: яркий, осязаемый, почти физически ужас полыхнул черной вспышкой. Напарник оскалился, яркие, практически светящиеся на черном белке глаза хищно сузились, усугубляя ситуацию. Но боялся Анолеис не столько самого Найлуса, сколько... Сарена Артериуса. Именно легендарный Спектр наводил на это земноводное столь яркий ужас, переносимый на стоящего перед ним Найлуса одним фактом дружбы и совместной работы с синеглазым кошмаром.
 Почему? Откуда такой животный ужас? Артериус при всём своём тяжелом нраве - сдержан и чётко умеет разделять работу и личные желания, не позволяя им влиять на свои действия там, где это недопустимо. Не думаю, что Сарен ставил за цель запугать саларианца. Слишком мелко. Ему нет дела до какого-то администратора, пока тот не переходит ему дорогу.
 Чтобы попасть в разум перепуганного саларианца, мне не требовалось никаких усилий. И так практически отсутствующая защита окончательно рухнула под давлением эмоций, и на меня темным комком вывалились страхи и мысли этого существа. Больше времени и усилий потребовалось на сортировку этого клокочущего коктейля, бурлящего, словно варево в котле плохого зельевара.
 Анализ ассоциативных связей выявил истинную причину: все тот же страх, возведенный в абсолют. Чистая случайность: реальность дала отклик на личные страхи. Сарен Артериус - член Совета Директоров НКР, а, значит, непосредственное начальство Анолеиса, обладающее правом решать его судьбу в пределах Новерии. Это послужило базисом формирования: страх и робость перед вышестоящим существом. Статус Спектра Совета вкупе с мрачной славой самого Спецкорпуса, которым, порой, пугали малолетнего саларианца, добавили свои штрихи, а потом, тогда еще молодой служащий администрации порта Ханьшань, узнал кровавую репутацию "этого турианца". И здесь начали работать инстинкты. Сарен - высокий, мощный, для щуплого невысокого саларианца - огромный агрессивный хищник в тогда еще относительно-белой броне. Безжалостный и беспощадный убийца, обладающий правом убить на месте любого, кто вызовет его гнев. Нравы на Новерии далеки от благородства, так что... Одно наложилось на другое, и вот он - результат. Особый колорит образу добавили множественные имплантаты, уродующие и без того жуткое существо. Светящиеся от индокринации глаза, исполосованное шрамами и имплантатами лицо, рука-протез, развороченная грудь, на которой между пластинами брони вполне различимые огоньки имплантатов там, где должно быть легкое и сердце. В восприятии молодого саларианца Спектр Артериус был кем угодно, но не обычным живым существом.
 Вот так случайности и ассоциации превратили калеку в оживший кошмар. Характер и властность Сарена завершили формирование этого образа. Информация о проведенных им ликвидациях, так или иначе попавшая в руки Анолеиса, вступившего в должность администратора, а потом и личное общение сделали свое дело - сформировали устойчивый рефлекс, которым мы сейчас с огромным удовольствием и пользой для себя воспользуемся.
 - Администратор Анолеис... - протянул Найлус, удивительно-сильно напоминая в этот момент Сарена.
 И ведь он это делает неосознанно. Так, обычная, привычная манера разговора в подобные моменты, подхваченная у наставника и друга. Но саларианец этого не знал.
 - Инвестор Крайк,..
 - Спектр Крайк. - резко поправил его Найлус и вновь вернулся к предыдущей манере речи. - Меня очень интересует, почему вы запретили служащим порта Ханьшань со мной общаться? Не знал, что Совет Директоров подписал соответствующий указ.
 - Задача администрации порта - сделать все возможное для защиты клиентов. - булькнул саларианец. - Прибытие Спектра Совета...
 - Касается только Спектра Совета и того, к кому у него дело. - отрубил Найлус, подходя ближе и становясь возле меня. - Значит, указа от Совета Директоров не было... - зеленые глаза опасно сузились. - А я уж подумал, это Тела в очередной раз что-то подписала сгоряча. Полагаю, вы отмените этот... - он неопределенно шевельнул закованными в броню пальцами, словно не мог подобрать нужное определение, - запрет?
 - Да. Да!
 Еще бы он не отменил... Если информация о подобном произволе дойдет до Совета директоров НКР, а она имеет все шансы до него дойти, то Анолеиса ждут немалые проблемы и без уже идущего разбирательства. Корпорации обладают колоссальной властью, на Новерии - абсолютной, но они не стремятся явно переходить дорогу Спецкорпусу и, тем более, Совету Цитадели. Иногда даже риск огромных убытков не сможет защитить от карающей длани Совета. А если дело дойдет до военного вмешательства... Кому это нужно? Никому. Ни Корпорациям, ни самому Совету Цитадели.
 - Это было бы... благоразумно. - клыкасто улыбнулся Найлус. - У меня много дел, и я не хочу тратить бесценное время на решение проблем, возникших из-за какого-то... недоразумения. Вам ли не знать, насколько дорого наше время.
 Двусмысленный вопрос и крайне размытое определение "наше время".
 - Да, конечно. Спектр. - затараторил в привычной саларианцам манере Анолеис. - Чем могу вам помочь?
 М-да, и никакого сопротивления. Анолеис сдал назад мгновенно. А всего лишь надо было заглянуть к нему в гости Спектру Совета Найлусу Крайку. Очень и очень известному Спектру, который прекрасно знает свои права и отлично умеет пользоваться полномочиями и теми ресурсами, которые предоставляет Спецкорпус своим оперативникам.
 - Леди Бенезия, представитель моего наставника и компаньона Сарена Артериуса, прибыла на станцию "Расселина". Мне нужно с ней встретиться.
 Я уж не знаю, чего было больше во взвихрившихся чувствах: облегчения или досады. Подумать только, как быстро отлегло от трусливого сердца этой жабы, стоило только ему узнать, что мы приперлись на его вотчину ради собственных дел... Какой наивный, подумать только... Не было бы этих запретов и попытки нам помешать, и мы бы даже не задержались ради возни с компроматом и прочей ерундой: для нас время - важный, решающий фактор, ведь на кону стоит жизнь нужного нам всем разумного.
 А досада? Так теперь надо как-то нас сбагрить отсюда. Идеально - если мы там и загнемся. Эта мысль была очень яркой и четкой, как и надежда, что мы не сможем добраться до "Расселины" и загнемся где-то по дороге в горах.
 Наивное земноводное! Мы же еще и вернемся.
 - Спектр, из-за погоды сообщение с исследовательским комплексом остановлено. - жаба отмер. - Челноки не могут летать в ураган.
 Ага, пытается нас отправить по объездной горной дороге... Ну-ну.
 - А наземный транспорт? - вкрадчиво уточнил Найлус.
 Полыхнуло радостью. Разговор идет по нужному пути.
 - Монорельсы остановлены. Авария в туннеле. - лупнув глазами, ответил саларианец.
 Аэте хмыкнул, с каким-то не совсем понятным мне плотоядным интересом рассматривая нервничающего администратора.
 - Анолеис, не надо меня убеждать, что в крупный исследовательский комплекс нет второстепенных дорог. - мягко произнес напарник, склонив голову набок. - На Новерии во все комплексы есть несколько путей доступа, не считая воздушных трасс и наземного основного грузового и пассажирского пути.
 - Есть дорога. Объездная. Горная. - выпалил саларианец.
 - Но? - любезно подсказал нужное направление Найлус.
 Поколебавшись, Анолеис все же решился предупредить, чтобы прикрыть себя на случай, если мы возьмем и вернемся.
 - Опасная. Да. Горная дорога. Без защиты.
 Никого из нас опасность пути не впечатлила. Главное - другое.
 - Проехать можно? - спросил Аэте.
 - Да. - коротко ответил саларианец, бросив неприязненный взгляд на беловолосого "человека".
 Найлус сощурился.
 - "Так и должно быть?"
 - "Да, по горной дороге мы бы и поехали, но пропуск эта сволочь так просто не дал бы. Но сам понимаешь, мир реальный, а от лавины в горах никто не застрахован." - послав аналог ментального пожатия плеч, ответила я. - "Риск есть. Но будут ли геты, я подсказать не могу."
 Про детали канонной высадки на Новерию я рассказала заранее, все уже давно обсудили, решение принято.
 - Прекрасно. Полагаю, вы предоставите бригаду техников, чтобы они подготовили наши машины для поездки по заснеженной дороге? - в вопросе Найлуса не было ни тени просьбы.
 Анолеис крепко стиснул пальцами край стола, но ответил тем же тоном:
 - Да. Да. Бригада будет. Я отдам указания. Обратитесь к главному технику.
 - Прекрасно. В таком случае, администратор Анолеис, не будем вам мешать работать. Ваше время так дорого... - в вибрирующем голосе явственно прозвучала едкая язвительность.
 Анолеис не сказал больше ни слова, молча проглотив откровенную издевку. Он сам дал причину подобному высказыванию, не слишком вежливо встретил нас с Гаррусом, а Найлус дал понять, что это знает и не забудет. Вежливость, она помогает избежать очень многих проблем, а вот ее отсутствие их порождает, и хамливый зарвавшийся администратор скоро это прочувствует на собственной земноводной шкуре.
 Мы покинули кабинет, а спину нам сверлил настороженный и подозрительный взгляд. Нечистый на руку саларианец вполне здраво опасается ответных мер; репутация у Найлуса как у мстительного и жестокого существа, а репутацию надо поддерживать. Вот и размышлял Анолеис, как и чем ему отольется эта мстительность, втайне надеясь, что мы назад не вернемся.
 Какое доброе земноводное...
 А ведь он прав: мы отомстим. Просто поможем Джанне выполнить ее работу. Так сказать, тройное удовольствие: и девушке поможем, и Лорику приятное сделаем, и Анолеису нагадим.
 - "Ну что, пошли делать гадости этой жабе?" - весело поинтересовалась я, мило улыбнувшись встревоженной Джанне.
 Эта идея вызвала живую поддержку у Найлуса и Аэте, а вот Гаррус... тоже поддержал, но все же считал, что мелочная мстительность не совсем достойна. Хотя любой проступок должен быть наказан.
 - "А куда?" - с живой непосредственностью полюбопытствовал Аэте.
 - "Как куда?" - искренне изумилась я. - "В бар, конечно! Там Лорик скучает. Надо же ему день разнообразить? И вообще, радовать надо незнакомых разумных! Вот и порадуем Лорика, поможем че... турианцу решить проблемы, возникшие из-за незаконных действий администратора порта."
 Искристая радость и предвкушение химеры колкими иголочками пробежалась по моему восприятию, поддержанная не слишком светлым предвкушением Найлуса и спокойствием Рруса. На этой благостной ноте мы вывалились из административного крыла.
 
 
 
 
 

Глава 48: Новерия: права и возможности


 
 
 Не смотря на первоначальные планы, в бар мы попали не сразу. Вмешалась случайность: на глаза Аэте попался... ханар. Наш химера тут же заинтересовался, а мы не стали отказывать ему в такой мелочи как удовлетворение любопытства и дружно свернули к небольшому залу ожиданий у неработающего монорельса, в котором в гордом одиночестве и отиралась полыхающая унынием медуза по прозвищу Опольд.
 Явление нашей колоритной компании, целеустремленно двигающейся в его направлении, ханар воспринял с неожиданным воодушевлением и откровенной радостью, осветившей ранее серый и мутный личный ментальный план. Странно, с чего бы это такая реакция на толпу вооруженного народа? Он нас что, за наемников принял? Сейчас посмотрю...
 Глубоко погружаться в разум этого существа я не стала: ханар мыслит и воспринимает мир иначе, чем гуманоидные разумные. Разобрать, конечно, можно, но зачем? Для моих целей достаточно эмоций и слоя поверхностных мыслеобразов.
 Как бы ни думало существо, каким бы языком ни пользовалось в разговорной речи, насколько бы оно ни было чуждо, его мышление, глубинное мышление, всегда образно. Мысли облекаются в слова только когда их "проговаривают" про себя. Во всех остальных случаях в разуме мелькают собирательные или конкретные образы с поправкой на восприятие и видение мира. И ханар не являлся исключением из этого правила. Проблема лишь с пониманием и правильной интерпретацией этих образов.
 Ассоциативный ряд, вызвавший заинтриговавшие меня чувства, оказался простой и будничный, умещающийся в одну логическую цепочку "контрабанда-таможня-Спектр-полномочия-просьба-услуга". Все образы абстрактные, и понимались легко.
 Стоило нам приблизиться и затормозить, как ханар, качнувшись в воздухе и пошевелив щупальцами, выдал:
 - Торговец вас приветствует. Вы тот Спектр, что прибыл в порт Ханьшань?
 Мы переглянулись, Аэте удивленно хлопнул глазами.
 М-да, вот так сходу в оборот решил взять. И, что самое забавное, в точке интереса медузы была именно я. Найлус и Гаррус по какой-то странной причине Спектрами не воспринимались и считались обычными наемниками, как и Аэтериос. Почему? Я потянула нужную мне ассоциативную цепочку. А-аа... Вот оно что. Сообщение было о прибытии одного Спектра Совета на человеческом военном корабле. Информация, что Спектров трое, в общий доступ не попала.
 Джанна - умница.
 - Слухи здесь распространяются быстро. - нейтрально ответила я, выходя вперед.
 Ханар плавал в воздухе, словно на воде покачивался, а не левитировал.
 - И в самом деле, достопочтимый Спектр. Здешние компании не слишком рады вашему прибытию. - прогудел он, нервно полыхая сиянием.
 Здешним компаниям на меня плевать. Максимум что их интересует, так это причина, по которой меня сюда принесло. Но Опольд прав: радости мой прилет никому не доставил. Слишком уж проблемным может быть Спектр-новичок, полыхающий энтузиазмом и исполненный желания нести справедливость в массы, но не знающий местной кухни. Слишком много может доставить хлопот.
 Ханар колебался, мялся, но, все же, решился:
 - Вы могли бы облегчить бремя, лежащее на плечах торговца? Если вы согласитесь, торговец вас вознаградит.
 Найлус от такого прямолинейного подката опешил: для опытного Спектра просчитать суть происходящего не составило труда.
 Медуза, неправильно истолковав мое молчание, продолжил вещать:
 - Торговец добыл для одного покупателя особый предмет. Этот предмет не разрешается ввозить в порт. Но вы могли бы пронесли его через таможню.
 - Вы хотите использовать мои права для контрабанды? - прямо спросила я, тихо изумляясь беспардонности ханара, смиренно ожидающего ответа.
 На что он выдал:
 - Это вполне точно.
 Слов нет. Меня, Спектра Совета, только что ханар-торговец прямо попросил протащить на Новерию контрабанду за "вознаграждение". Что это? Наглость, самомнение, отсутствие инстинкта самосохранения или полное ко мне пренебрежение?
 Аэтера озадаченно рассматривал ханара, по-птичьи склонив голову набок. Гаррус молчал, но его изумление подобной наглостью щекотало нервы. Найлус с интересом ждал развития событий, предоставив мне решать, что делать с этим забавным торгашом.
 А сделать с ним можно много всего разного и интересного.
 Можно предоставить Найлусу решать эту проблему, но скорее всего напарник медузу проигнорирует.
 Найлус полыхнул иронией и согласием. Медуза и правда его совершенно не интересовала: подобной мелочевкой он не занимался, а контрабанда на Новерии не была чем-то неестественным. Так, обычный промысел нижней прослойки местного общества, на который местная СБ закрывает глаза, пока они не зарываются и не пытаются протащить на планету что-то действительно запрещенное. Про то, чтобы вывезти с Новерии контрабанду, речи не идет: за этим служба безопасности НКР следит особо тщательно.
 Можно сдать Опольда Анолеису, но мне это невыгодно и неинтересно: если выбирать между саларианцем и ханаром, то я, скорее, предпочту помочь ханару.
 Ррус вздохнул, укоризненно на меня посмотрел, но никак не прокомментировал. Для законника и следователя службы безопасности контрабандист - природная жертва и враг. Гаррус же вел расследования о контрабанде, а тут такой поворот. Но Новерия законам Пространства Цитадели практически не подчиняется, с нее вообще никакой контрабанды не идет, так что проводить вмешательство из-за какой-то мелочевки и светить статус Гарруса пока не стоит.
 Но опять всплывает одно "но". По собственному опыту знаю, что подсказки от реальности иногда принимают крайне странные формы, а, живя в Отражении, пренебрегать любыми, даже самыми неявными намеками - смерти подобно. Еще мне банально интересно, для кого такого "страшного" эта медуза хочет протащить... Что она там хочет протащить? Действительно, военные модификации и оружие.
 Помогать ханару я не буду. Из-за уважения к Ррусу. А еще я не хочу стать причиной чье-то смерти от рук наемника, которому это оружие и модификации предназначены.
 Можно торговца проигнорировать и оставить самостоятельно разбираться со своими проблемами, но тут уже встает в позу моя природная любознательность и привычка совать нос во все дыры. Кто знает, что можно вытянуть из вроде бы ни на что не влияющей ситуации? И самое главное: что лично я и мои близкие можем с этой ситуации поиметь и каких проблем мы сможем избежать, обратив внимание на просьбу наглого торгаша.
 Вот и посмотрим. Отказать можно всегда.
 Ах да. Еще можно отдать ханара Аэте, но что-то мне подсказывает, что это будет жестоко по отношению к несчастному медузу, да и население порта это не оценит. Или, наоборот, оценит так, как нам не надо.
 - "Извини, Аэ, я тебе другую медузу отдам. Этот мне нужен."
 Асур ничуть не расстроился: его интерес к ханарам пока был чисто исследовательский.
 - Хорошо. Я посмотрю, что смогу сделать. - ответила я терпеливо ожидающему моего ответа Опольду.
 Облегчение щедро плеснуло в ментал, медуз взбодрился.
 - Торговец смиренно благодарит Спектра. Пакет будет доставлен на ваш корабль. Вам только нужно принести его торговцу. - полыхнув нервным лазурным свечением и пошевелив щупальцами, ханар добавил: - Пожалуйста, не упоминайте об этом при администраторе Анолеисе. Торговца могут... - он запнулся, вспоминая нужное определение, - "оштрафовать".
 Чего-чего? Просто оштрафовать за контрабанду оружия? Я удивленно заморгала, глянула на не менее удивленного Рруса. У меня как-то другие были мысли на тему наказания за нарушение закона. Да и у нашего законника тоже. А тут... Какой-то штраф? Судя по реакции Найлуса, наказание должно быть куда жестче.
 Интересно другое.
 - Я хочу знать, кому предназначен этот "пакет".
 Опольду такой поворот не понравился.
 - Клиент торговца предпочитает сохранять анонимность. - тем же синтетическим вежливым голосом вокалайзера пробубнил медуз.
 Ясное дело, что неизвестный мне "страшный" наемник предпочтет сохранить анонимность! А вот я предпочту знать, кто это так жаждет получить оружие. Вытащить образ из головы ханара - не проблема, но вот правильно опознать по этому странному изображению конкретное разумное существо...
 - Торговец, я полагаю, ваш клиент очень хочет получить свой "пакет", а вы очень не хотите, чтобы информация о вашей договоренности стала известна администратору порта. - мурлыкнула я, заложив руки за спину и покачиваясь на широких ребристых каблуках бронированных ботинок. - Или вы мне говорите, кому этот "пакет" предназначен, или... - я демонстративно развела руками.
 Вот такая я сволочь! Нагло пользуюсь стесненным положением бедного несчастного контрабандиста, чтобы выбить из него банальным шантажом нужную мне информацию о каком-то наемнике, который меня не интересует.
 - "Ну конечно, "не интересует"." - ехидно протянул Ррус.
 - "Совсем-совсем не интересует?" - иронично полюбопытствовал Найлус, окутывая меня ярким весельем и лукавством.
 - "Конечно!" - невозмутимо ответила я. - "Меня ну совсем не интересует этот наемник! Его цель - другое дело!" - улыбка медленно превращалась в оскал. - "И вообще, это вроде как незаконно, контрабандой оружие в порт проносить..."
 Гаррус хмыкнул, качнул головой, но... ничего не имел против моих развлечений. Сам бы он решил вопрос куда жестче. И быстрее. Но меня уже начало заносить...
 Медуз очнулся от мучительных размышлений и выдал:
 - Ваши слова не лишены смысла. - недовольно пробурчал он, дернув щупальцами.
 Желание придушить меня читалось без труда. А ведь ханары очень сильные. Могут и крогана задушить...
 - Клиент - кроган по имени Инаморда. - Опольд дошел до кондиции и начал выдавать информацию, а я едва сдержала неприличное ржание. - Охотник за головами с дурной репутацией и взрывным характером.
 Кроган, значит. Охотник за головами...
 - Благодарю, торговец. - я вежливо склонила голову, скрывая расползающуюся по физиономии лыбу.
 - Торговец умоляет Спектра поторопиться. Покупатель не любит ждать.
 - Не переживайте. Я все сделаю.
 Я развернулась и немного деревянной походкой потопала к выходу из стеклянного аквариума зала ожиданий. Потороплюсь, конечно я потороплюсь! Я вообще не склонна растягивать удовольствие! А тут такая возможность...
 
 Неестественное веселье, вызванное именем наемника, покинуло меня, когда мы уже подходили к дверям какого-то, выбранного наугад бара. В порту этих баров вообще было много, но, здраво рассудив, что Лорик не просто так бухает день напролет, а тянет время до прибытия своих, и он не будет нарываться на лишние проблемы и отираться в совсем уж сомнительных заведениях, рискуя нарваться на драку или пулю наемника, мы пошли в один из ближайших к офису Синтетик Инсайтс корпоративных заведений.
  - "Что собираешься делать?" - спросил Найлус, когда я немного успокоилась.
 - "Хочу забрать этот "пакет"." - честно ответила я, останавливаясь перед массивными дверьми. - "Отдавать контрабанду ни Опольду, ни, тем более, Инаморде я не собираюсь. Сдавать их Анолеису - тоже. Но я хочу знать, что собирались моими руками протащить в порт Ханьшань. И кого этим "что-то" хотят грохнуть."
 Аэте удивленно приподнял бровь, а Ррус уточнил:
 - "Тебя же это не волнует."
 Я поморщилась, рассматривая вездесущих охранников ЭРКС: двух людей и турианца, стоящих у дверей. Люди подозрительно на нас посматривали, турианец стоял статуей и внешне никак не проявлял своей тревоги при виде группы вооруженных разумных.
 - "Меня не волнует чужая жизнь, тут ты прав, но если цель, скажем, Лорик, то меня это категорически не устраивает: в качестве нового администратора этого порта он будет смотреться куда лучше Анолеиса."
 Двери провернулись, пропуская нас в длинный коридор. Музыка стала громче.
 - "А если серьезно?" - фиолетовые глаза сощурились. Аэте шел рядом, искоса на меня поглядывая.
 - "А если серьезно, меня взбесило это пренебрежение..." - в ментальном голосе промелькнул отголосок моей злости и раздражения. - "Аэтера, а как бы ты отреагировал, если бы тебя посчитали таким идиотом?"
 Аэ ничего не сказал, но на долю мгновения от него полыхнуло такими чувствами...
 - "Вот и я не в восторге."
 Коридорчик закончился, и мы вошли в... бар. Ну или в заведение, которое скрывалось за этим никчемным названием, поскольку то, что мне открылось, на бар не походило никоим образом.
 Трехярусный комплекс помещений. Первый этаж: стойка ресепшн с улыбающейся миленькой азари, по правую сторону от нее - лифты, ведущие в корпоративные гостиницы, возле которых стоял саларианец-швейцар в строгом деловом костюме. Чуть дальше - широкая лестница на второй этаж. По левую сторону - проход в служебные помещения и уборные. На втором этаже располагался самый настоящий ресторан, притом, высокого класса. И ресторан - корпоративный, но со свободным доступом, в отличие от гостиницы, куда попасть мог только тот, у кого есть счет на Новерии. Что располагалось на третьем этаже, я не поняла: от входа была видна только неширокая то ли галерея, то ли еще что-то, скрывающееся за глухим бортиком перил, над которыми маячила голова какого-то крогана.
 Стоп! Кроган! А не Инаморда ли это?
 Сощурилась, всматриваясь в гребенчатую голову и настраиваясь на его поверхностные мысли. Точно. Инаморда! И настроение у гордого представителя воинственного и не слишком дружащего с головой племени не самое радужное: злоба, раздражение, гнев, гордыня. Самое то для знакомства!
 - "Надо же! Угадали!" - радостно выдала я. - "Если тут торчит Инаморда, значит, где-то в баре Лорик сидит!"
 Найлус покосился на меня, но ничего не сказал, вполне здраво оценивая мое неестественно-радостное и бодрое состояние и странную логику, Ррус пытался успокоить, но сейчас его ласковая и теплая аура на пересечении с пылающей неутихающим гневом аурой Найлуса и окрашенной кровавыми отголосками хараза - Аэте, бодрила и вызывала нестерпимую жажду деятельности. Хотя злоба, кипевшая после встречи со Стирлинг на причальной площадке, Анолеисом и Опольдом в порту, угасла.
 - "Найдите Лорика Ки"Ина. Как он выглядит в реальности, я представляю смутно. Анолеис его своими глазами не видел. Только на записях." - ментальная оплеуха, отвешенная самой себе, отрезвила и вернула способность здраво мыслить, не скатываясь в состояние радостной бесшабашности, в котором так легко отключается здравый смысл и стопоры, зато просыпаются инстинкты.
 - "А что его искать?" - искренне удивился Ррус. - "Вон он сидит. Единственный турианец, который ничего не делает в рабочее время."
 О... Как всё просто-то...
 - "Отлично! Поговорите с ним, а мы с Аэ сходим на третий этаж, поболтаем с кроганом... отвлечем его."
 Обоих турианцев идея отпустить меня на пару с химерой общаться с кроганом не слишком порадовала, вызвав закономерные сомнения в бескровности предстоящего знакомства, но возражать они не стали. Особенность менталитета: мы имеем полное право делать так, как хотим, если готовы нести за это ответственность.
 - "Постарайтесь его не убить." - мягкий ментальный голос Рруса окрашен флёром беспокойства и тревоги.
 - "Или, хотя бы, сделайте это по-тихому, не поднимая шума." - добавил Найлус с тяжелым вздохом.
 Под такое напутствие мы с Аэ резво потопали по лестнице.
 - "Парни, мы не настолько отмороженные на голову, чтобы сорваться из-за какого-то пустяка и начать убивать всех вокруг." - отправила я окрашенную легкой обидой мысль, заворачивая к подъему на третий этаж.
 - "Мрир, я знаю, что ты в состоянии держать себя под контролем, когда в этом есть необходимость." - ироничный ответ Найлуса пришел вместе с ласковым теплом Рруса. - "Но мне приходилось сталкиваться с молодыми кроганами, и я вполне в состоянии предугадать его поведение и вашу реакцию на его слова и действия."
 Аэ озадаченно моргнул.
 - "А...?"
 - "Вы поймете, о чем я." - ирония стала ярче и насыщеннее, дополнившись отголоском гнева и злости. - "И у вас нет необходимости сохранять ему жизнь."
 Гаррус полыхнул укоризной: Найлуса только что, последним своим высказыванием фактически разрешил нам прибить Инаморду. И Най прав: необходимости сохранять жизнь крогану нет. Он никому из нас живым и здоровым не нужен. Да и мертвым тоже... Будет он жить или нет, зависит только от него самого.
 Наше целеустремленное приближение Инаморда заметил. Сложно не заметить, учитывая, что с относительно небольшого балкончика деваться некуда. Только в маленькую комнатку, вход в которую маячил за спиной наемника.
 Я уже настроилась на разговор, когда...
 - Проваливайте! - низкий рычащий голос, источающий злость, раздражение и презрение сбил меня с шага.
 От такого "вежливого" приветствия я замерла на месте, с недоумением глядя на это условно-разумное рептилоидное. Аэте вообще опешил, растерянно заморгал, с неприкрытым изумлением таращась на агрессивного молодого наемника, который вот так, сходу, нахамил двум незнакомым разумным. Вооруженным разумным!
 - Я сказал, проваливайте! - еще громче рыкнул кроган, когда мы не отреагировали.
 Мы переглянулись и уставились на Инаморду. Что это? Глупость? Самомнение? Отсутствие инстинкта самосохранения? Или вообще клиническая тупость?
 - Что? - мягко спросила я.
 Аэтера сощурился, чуть склонил голову набок, удивительно-спокойно глядя на массивного и здоровенного крогана, по какой-то странной причине решившего, что если он больше, то сильнее, и может позволить себе неприкрыто хамить незнакомым разумным, которые мельче его и вроде как слабее.
 Какое опасное заблуждение...
 - Найди себе занятие, тупое млекопитающее! - кроган завелся. - Если вы не отвалите, я сброшу вас с балкона.
 Вот значит как... С балкона нас сбросит...
 
 
 * * *
 
 - Лорик Ки"Ин?
 Тихий вибрирующий, отдающий металлом голос прозвучал над головой, едва слышимый в громкой музыке. Лорик поднял голову, с удивлением глядя на двух сородичей, подошедших к его столику. В броне, при оружии. Эмблемы ЭРКС нет. Броня нестандартная, "Армакс" для внутреннего использования. Гарантированно - не наемники ЭРКС. Вооружение? Класс тот же. Над плечом молодого турианина... нет, а"тура-полукровки, возвышался приклад снайперского комплекса "Гарпун" в небоевом положении, на бедре на захватах - полуторный меч, созданный под личные требования будущего владельца, и массивный пистолет. Левый глаз прикрывает полоса визора уникальной модификации. Профессиональный снайпер. Второй турианец, чистокровный нерос, был чем-то знаком. Где-то он его видел.
 - Да. Я могу вам чем-то помочь?
 - Найлус Крайк. - нерос коротко склонил голову в приветствии. - Гаррус Вакариан. - представил он своего молодого спутника.
 Найлус Крайк? Погибший полтора месяца назад Спектр? Информация, почерпнутая из новостей, вновь оказалась недостоверной.
 - Рад знакомству. - произнес он, жестом предлагая сородичам присаживаться. - Спектры.
 Отказываться они не стали.
 - Я слышал предупреждение о прибытии Спектра Совета в порт Ханьшань, но не ожидал, что это вы. - произнес пожилой турианец, и, не сдержавшись, ехидно добавил: - Нам разослали совсем иной портрет.
 Найлус удивленно приподнял надбровную пластину.
 - Портрет? - уточнил снайпер, опасно сузив глаза.
 - Молодая женщина-человек. Прибыла на военном корабле Альянса Систем. Первый Спектр своего вида. - Лорик хмыкнул. - Нас всех предупредили, что разговор с ней - основание для разрыва контракта.
 - Вот как... - Найлус помрачнел, крепко прижал мандибулы к щекам. - Админи... - он запнулся, вскинул голову, всматриваясь в то, что прямо сейчас происходило на балконе третьего этажа.
 Снизу обзора никакого, но маячившая весь день голова кроганского наемника внезапно исчезла, сверху раздался потонувший в громкой музыке вскрик, приглушенная злая ругань, едва различимая острым слухом турианцев, прервавшаяся на полуслове. Найлус усмехнулся, Гаррус покачал головой, тяжко вздохнул, но никак не прокомментировал происходящее у них над головой. Лорик заинтересованно склонил голову в немом вопросе.
 - Моя ученица, Спектр Шепард, и ее напарник несколько... несдержанны, и не любят, когда им хамят. - ответил Крайк. - Я так полагаю, их разговор с кроганом-наемником перешел в более... контактную форму.
 Лорик сцепил пальцы в замок, оценивая реакцию сородичей. Спектров вероятная стычка девушки-человека с агрессивным кроганом нисколько не взволновала. Старший настолько в ней и в ее напарнике уверен? Молодой турианин тоже тревоги не проявлял, наблюдая за происходящим на третьем этаже через визор.
 - Они сейчас спустятся. - добавил снайпер, отводя взгляд от балкона.
 Он оказался прав: через три минуты с широкой лестницы спустились двое людей. Невысокая девушка с яркими рыжими, практически алыми волосами и высокий широкоплечий беловолосый парень. Оба - в тяжелой армаксовской броне. Для внутреннего использования. Той, которая разработана для... второй основной расы Иерархии.
 - Ваши? - Лорик вопросительно качнул рукой, хотя в уточнении надобности не было: Спектр-человек легко узнавалась по официальному снимку, разосланному администратором порта.
 Найлус коротко кивнул.
 - Имрир Шепард, первый Спектр от Альянса Систем, моя ученица и напарник. Аэте Дхар. - представил Крайк подошедших.
 Девушка приветливо улыбнулась и села на последний свободный стул, парень встал за ее спиной, что-то держа в правой руке и с неприкрытым интересом разглядывая незнакомого ему турианца.
 - Лорик Ки"Ин. - представился он. - На данный момент - менеджер "Синтетик Инсайтс".
 Беловолосый вежливо склонил голову в привычном для любого жителя Иерархии приветствии.
 - О! Приятно познакомиться. - девушка оживилась. - А почему "на данный момент"? У вас что-то случилось? - взгляд ярких зеленых глаз на мгновение метнулся к балкону. - Я слышала о каких-то проблемах "Синтетик Инсайтс" с администратором этого порта.
 Ответил Лорик не сразу. Какое-то время он изучал двух людей, и чем дольше он их изучал, чем ярче возникали сомнения в соответствии внешности сути, и в правдивости полученной из новостей и экстранета информации о первом Спектре-человеке. После закрытия офиса делать оказалось нечего, а новости и экстранет сглаживали ожидание. Сейчас же, глядя на сидящую перед ним молодую женщину, он понял, насколько настоящий Спектр Шепард не похожа на то, что о ней говорят. И в официальной информации, и в слухах. Ее напарник, Аэте, на человека Альянса Систем не походил вовсе: повадки, манера движения, взгляд, поведение, реакция на слова. Люди ведут себя иначе. Люди такие украшения не носят. Воспитанник Иерархии или...
 Лорик перевел взгляд на Крайка, вновь на Аэте. Возможно... Вполне возможно. Но почему тогда он напарник человека?
 Разговор позволит получить ответы.
 - Анолеис закрыл мой офис. - произнес Ки"Ин, отвечая на вопрос девушки, всматриваясь в подвижное, эмоциональное лицо. - Якобы расследует обвинение в коррупции в мой адрес.
 Шепард расслабленно откинулась на спинку стула, сложила руки на животе, с интересом разглядывая собеседника. Слова Лорика нисколько ее не впечатлили и не удивили.
 - Да, я слышала. - она закивала. - Как интересно звучит... - губы изогнулись в хищной усмешке. - "Расследует обвинение в коррупции"...
 Аэте фыркнул.
 - Согласна, - девушка вновь кивнула, словно отвечая на невысказанный вслух вопрос. - Учитывая репутацию Анолеиса, ходящие вокруг него слухи и то, что я успела узнать о вашем виде... - она приподняла руку, неопределенно покачала растопыренными пальцами в воздухе. - Я, скорее, поверю, что Анолеис использует вас, чтобы прикрыть какие-то свои грешки. А еще этот забавный невежливый кроган, который так ждал свое контрабандное оружие...
 Шепард запнулась, виновато глянула на голубоглазого турианца, беловолосый парень опустил глаза с таким же виноватым выражением на лице.
 - Он хоть живым остался? - с тяжелым вздохом спросил Крайк.
 Аэте закивал, а девушка уточнила:
 - Когда мы ушли, он был жив. - тон, которым это было сказано, ясно показал, что жить крогану осталось недолго.
 Снайпер укоризненно посмотрел на двоих... людей, бросив выразительный взгляд на балкон. Найлус, постукивая когтем по столу, неожиданно спросил:
 - Аэ, что у тебя в руке?
 Вместо ответа парень молча положил на стол... кроганский гребень. Массивный, темно-зеленый, еще не сросшийся до конца, темнеющий ближе к лобовой части до черного. Без внешних повреждений.
 - За что? - с легкой усталостью и долей укора спросил Спектр Вакариан.
 - За хамство. - пожав плечами, ответила девушка. - Обещал сбросить нас с балкона... - в ярких зеленых глазах полыхнул гнев.
 - Он соврал. - тихо произнес Аэте. - Сказал, что пьет человеческую кровь с корицей. А там был ринкол.
 - Ты что, отобрал у него стакан и проверил? - уточнил снайпер с едва уловимой усталостью в голосе.
 Беловолосый кивнул и вновь виновато потупился.
 - Мы же "тупые млекопитающие". - раздраженным, злым, срывающимся на свистящее шипение голосом добавила девушка. - Нам можно.
 Спектры переглянулись. Крайк усмехнулся, Вакариан тяжело вздохнул, вновь глянул в сторону третьего этажа, укоризненно покачал головой.
 - Мне стало интересно, какая на вкус кровь у кроганов. - неожиданно добавил беловолосый. - Как-то никогда не приходило в голову попробовать.
 - И? - с нечитаемым выражением на лице спросил Крайк.
 Парень дернул плечом, скривился.
 - Гадость. - припечатал он.
 Лорик изумленно моргнул.
 - Горчит. - пояснила девушка. - Сильно. - подумав, добавила, непроизвольно сглотнув и поморщившись: - И привкус остается отвратительный.
 Так они...
 
 * * *
 
 Выражение лица Лорика - бесценно! Такого искреннего изумления и оторопи на вроде как малоподвижном турианском лице я давно не видела! А уж какие эмоции! Все заготовленные слова - забыты, все простроенные варианты разговора - вылетели из головы. Особенно его добили наши высказывания на счет вкуса кроганской крови.
 Люди так себя не ведут.
 Найлуса Лорик знает, пусть и не лично, по ходящим о нем слухам и сплетням. Гаррус особого внимания не удостоился, лишь была определена его специализация, возраст и раса. Об истинном состоянии дел в родном государстве Лорик тоже знает: хоть военный ранг у него невысок, и так и остался на уровне соара, примерно соответствующее младшему лейтенанту, зато гражданский очень высок. Аэте однозначно не воспринимается человеком, но Лорик еще не решил, кто он: просто воспитанник Иерархии или асур. Смущала его оговорка, что Аэте - МОЙ напарник. Он ведь и правда МОЙ... На время, пока не встретимся с Сареном.
 Только что я разбила сложившийся у Лорика образ первого Спектра-человека на множество маленьких, колких осколков, и теперь мужчина пытается понять, что же я такое. Мой новый образ еще не сложился, но некоторая информация, щедро распространяемая в СМИ Альянсом Систем, уже признана ложью. И это - отлично! Теперь - добить и закрепить у будущего администратора этого порта нужный образ меня, родимой. На всякий случай. А вдруг потребуется с ним работать в будущем?
 - Прошу прощения, мы несколько на взводе. - мило улыбнувшись, произнесла я. - На этой планете удивительно невежливые разумные.
 Лорик опер голову о сцепленные руки.
 - Кроганы редко бывают вежливы.
 Я пожала плечами.
 - Раз они считают возможным мне грубо хамить только потому, что я не произвожу впечатления опасного существа, это исключительно их личные проблемы. В конце концов, безнаказанность развращает. Как и чувство собственной неуязвимости или неприкосновенности. Иногда полезно напоминать, что все живые существа - смертны. И всегда есть рыбка крупнее... Это крайне благоприятно воздействует на мозг. В нем разум просыпается.
 - У этого крогана ничего не проснется. - язвительно, с ехидцей произнес Гаррус. - Он уже остывает.
 - "Язва!" - буркнула я, но улыбки удержать не смогла. - Зато проблем больше не доставит.
 Ррус с моими доводами согласился, Аэте усмехнулся, согласно прикрыл блеснувшие расплавленным металлом хараза глаза. Лорик подобрался. Увидел. Понял правильно. Восприятие Аэте изменилось, приняв окончательное решение: асур-тар в состоянии контролируемого хараза.
 - А еще здесь восхитительно-наглые разумные. - искренне умилилась я, чуть запрокидывая голову и опираясь затылком о стоящего за моим стулом асура. - Вы представляете, мне предложили пронести в порт контрабанду! Вот так, сходу! В лоб, прямо, даже не пытаясь хоть как-то завуалировать!
 Лорика это ничуть не удивило.
 - Мне стало жуть как любопытно, и я решила посмотреть, кому же эта контрабанда предназначалась. - демонстративно поджав губы в негодовании, я прижала руку к груди. - Вы не представляете мое разочарование, когда это невежливое условно-разумное рептилоидное... - я бросила взгляд на балкон третьего этажа, - решило, что может позволить себе безнаказанно оскорбить двух незнакомых ему разумных. Мы ужасно, можно сказать - смертельно расстроились...
 Мы действительно ОЧЕНЬ расстроились. Нас, можно сказать, оскорбили в лучших чувствах. Я ведь не хотела Инаморду убивать... Так, поговорить, узнать цель.
 В принципе, она и так очевидна с учетом творящегося в порту, послаблений в наказании за контрабанду, работы "на стороне" некоторых бойцов ЭРКС, усугубляющейся ситуации у Анолеиса, ожидание прибытия уже давно работающего следователя СБ НКР, и прочего-прочего, закручивающегося в единый, плотный ком событий, связанных одной цепью. На этом фоне даже как-то поутихла привычная корпоративная грызня: все затаились, ждут, чем закончится эта история, и кто сядет в кресло администратора Ханьшаня. То, что Анолеис уже приговорен, понимают все, включая самого саларианца. Вопрос лишь в наказании, которое НКР посчитает достаточным для зарвавшегося администратора.
 Анолеис сейчас очень опасен. Возможно, именно информация, собранная Лориком, может качнуть наказание от обычного штрафа с поражением в правах до казни. Притом, "казнь" - понятие условное. Для каждого вида оно свое, у саларианцев это прежде всего - удар по семье и клану. Это у некоторых людей есть иллюзии относительно системы наказаний, принятых на нейтральных территориях, местные же прекрасно понимают, что именно здесь твориться, и чем всё может закончиться. Не зря саларианец так дергается, не просто так идя на такие нарушения и еще сильнее усугубляя свое положение. А тут еще мы приперлись. Спектры Совета. Не поверю, что Анолеис не попытается решить хотя бы часть своих проблем за наш счет.
 По лестнице быстрым шагом протопали четверо бойцов ЭРКС и какой-то саларианец в медицинской форме. О, уже обнаружили труп...
 Лорик сощурил глаза, с неподдельным интересом за мной наблюдая, а в его голове формировался мой новый образ. Такой, какой нужно. Правильный образ.
 - Контрабанда предназначалась крогану-наемнику? - уточнил Ки"Ин, полыхнув обеспокоенностью.
 - Ага. - благостно ответила я. - Инаморде. Молод, вспыльчив, глуп, не умеет здраво оценивать противника, беспринципен, со скверным характером. В посылке - оружие и модификации к нему. Какие именно - посмотрим, когда "пакет" принесут к кораблю.
 Лорик положил руки на стол, пристально глядя на меня.
 - Вы не собирались передавать контрабанду торговцу.
 Я пожала плечами и кивнула. Конечно, не собиралась.
 - Зачем тогда согласились?
 Я хмыкнула, с интересом рассматривая сидящего напротив мужчину. Умен, жесток, недоверчив, подозрителен, прекрасный аналитический ум. Боевое прошлое хорошо заметно, но Лорик уже давно никого не убивал и вообще не участвовал в боях, решив, что в таком возрасте стоит заняться чем-то более мирным. К примеру, поработать в крупной Корпорации. И я не удивлюсь, если до Новерии он был следователем или частным детективом. Очень уж манера разбора ситуации похожа на привычки Рруса...
 - Я не соглашалась доставить "пакет". Я сказала, что посмотрю, что можно сделать. - спокойно ответила я. - Глупость и невнимательность - наказуемы. Хамство - наказуемо вдвойне. Наглость - не всегда второе счастье, иногда это хороший способ нажить себе проблем на ровном месте. Попытка на мне нагреться понимания у меня не вызвала. Прежде чем выдвигать подобное предложение, торговцу стоило узнать, а не будет ли просьба пронести контрабанду оскорблением для меня. Или для тех, кто входит в мое окружение.
 Мой ответ Лорика не удовлетворил, хотя он верно вычислил, о ком я говорила. Кого из нас может оскорбить предложение пронести контрабанду.
 - И только?
 Я не сдержала улыбки.
 - Я очень, очень любопытна. И не привыкла отказывать себе и моим... друзьям в мелких прихотях и личных заскоках. С другой стороны, что нам мешает сделать приятное малознакомому разумному, если он произвел на нас хорошее впечатление?
 Лорик удивленно моргнул, перевел настороженный, напряженный взгляд на Найлуса, покосился на молчащего Рруса, глянул на благосклонно улыбающегося Аэте, и вновь перевел взгляд на меня. Он очень хотел задать навязчиво крутящийся в голове вопрос, но вежливость и чувство такта не позволяло.
 - Администратор Анолеис меня... нас неприятно удивил. - ровно произнесла я, косвенно отвечая на этот вопрос.
 Лорик внешне - само спокойствие и доброжелательность, но я уже научилась замечать внешние проявления нервозности у турианцев. Без оглядки на ментальный и эмоциональный план, которые штормило от ярких и противоречивых чувств. Меня он понял правильно, выводы тоже сделал правильные, но... не мог понять причины, по которой мы решили ему помочь.
 Работа на Новерии доверчивость и веру в разумных выбивает быстро.
 - Администратор - интересный разумный. - осторожно произнес Лорик, справившись с бурей эмоций и решившись-таки обратиться к нам за помощью. Оценил наши заинтересованные взгляды. - Сильно разбогател с тех пор, как получил в ведение арендную плату.
 Гаррус сощурился.
 - Откаты? - тихо спросил наше светлое сокровище.
 - Именно. - Лорик поджал мандибулы. - Я собрал материалы о... не совсем законной деятельности администратора. Чтобы их найти, Анолеис нанял громил и перевернул мой офис вверх дном.
 Еще бы он не нанял! Еще бы он не перевернул, когда ему в загривок дышит следователь СБ НКР! Учитывая драконьи методы наведения порядка у Корпораций, страх Анолеиса понятен. А Лорик - любопытен. Это только звучит просто: "собрал материалы". На самом деле собрать такое количество компромата, чтобы Анолеис так резво задергался, - долгая, утомительная и опасная работа.
 - Я правильно понимаю, он ничего не нашел? - поинтересовалась я.
 - Вы правильно меня поняли.
 - Данные еще в офисе? - короткий, жесткий вопрос от Найлуса.
 Лорик кивнул.
 - Мы можем их достать. - доброжелательно сказала я. - И принести вам. - не сдержав некой хулиганистости, уточнила: - И даже отдам!
 Турианец откинулся на спинку стула, чуть расслабился, улыбнулся, оценив игру слов. Предложение было выдвинуто, мы его приняли.
 - Пожалуй... я поверю, что Спектр сможет достать эти данные. Особенно, столь... известный. - темные серые глаза на мгновение задержались на мне и перешли на Найлуса.
 - У вас есть... предположение, как нам удовлетворить свое желание заполучить эту информацию?
 - Несомненно. - мужчина раздвинул мандибулы в легкой усмешке. - Однако есть одна... как там звучит это милое земное выражение? "Ложка дегтя в бочке пива?"
 - Меда. - мягко поправила я. - Ложка дегтя в бочке меда. Так что же это за мерзкая субстанция, которая грозит нам испортить всю сладость обладания столь ценной информацией?
 Лорик от нашего разговора получал откровенное удовольствие, смакуя фразы и игру слов, подчеркивающих или вуалирующих смысл.
 - Администратор нанял головорезов из службы безопасности Ханьшаня. Он платит им из-под полы. Мисс Мацуо не знает об их работе на стороне. Велика вероятность, что к ним придется применить силу.
 От Гарруса полыхнуло презрением и брезгливостью, на которых медленно поднималась волна ярости.
 - Бойцы ЭРКС подрабатывают рэкетом? - холодно, с едва уловимым презрением спросил он.
 - Некоторые.
 - Как-нибудь мы решим эту проблему.
 Лорик встретил полный добра и понимания взгляд Гарруса, вздрогнул, перевел взгляд на столь же полную любви к ближним физиономию Найлуса, прямо-таки лучащуюся всепрощением, бросил взгляд на третий этаж, покачал головой.
 - Я подозреваю, что вы прибыли сюда не ради того, чтобы полюбоваться на административный комплекс?
 Найлус кивнул.
 - Значит, ваша цель за пределами порта. - Ки"Ин дернул мандибулами в молчаливом раздражении. - Анолеис не даст вам свободно покинуть порт. Если вы достанете мне данные, я отдам вам свой пропуск.
 - Почему Анолеис его не аннулировал? - спросила я.
 Этот вопрос давно меня интересовал, и логического объяснения найти я не могла.
 - А для чего это ему? - искренне удивился Лорик. - Снаружи нет ничего кроме снега и голодных натхаков.
 И всего-то?
 - С удовольствием посмотрю на голодных натхаков. - промурлыкала я. - А Анолеис не будет нас задерживать. Он под конец разговора был столь любезен, что предоставил нам допуск в гаражи и даже выделил бригаду техников. Они должны будут подготовить наши "Мако" для поездки по вспомогательной дороге.
 Мужчина подобрался.
 - Объездная дорога опасна.
 Найлус нахмурился.
 - Насколько?
 - Буран идет уже дней шесть, дорога может быть непроходимой. Если ее засыплет за вами, вы можете не вернуться обратно.
 Я не сдержала циничный смешок.
 - Администратор искренне на это надеется...
 Облезет эта жаба от такого счастья! Мы вернемся, даже если мне придется пробивать нам дорогу тяжелыми площадными или таранными заклинаниями. Я смогу! И сделаю! Мне НУЖНА Бенезия и координаты базы Сарена! Мне НУЖНА королева рахни! И я их получу, даже если для этого мне придется пробить сквозной туннель через эти горы до самой "Расселины"! И плевать на любопытные глаза! В "Мако" не слишком-то и поглазеешь: в десантном отсеке нет окошек и прочих излишеств, и отделяется от кабины перегородкой.
 Возьму в нашу машину Карамелек: они с головой дружат, и ничего лишнего не ляпнут, даже если я буду колдовать при них. Все равно им никто не поверит... даже если, вдруг, по какой-то непонятной причине, Джейн или ее люди решат сдать меня Альянсу Систем. Иногда способность людей отказываться верить другим на слово крайне удобна!
 - Полагаю, посылку уже доставили к нашему кораблю. - я резко сменила тему. - Зачем заставлять разумных ждать? Нам еще необходимо встретиться с главным техником порта и договориться о подготовке наших "Мако" к поездке по заснеженной дороге в буран. Лорик, вы не возражаете, если мы заглянем к вам в гости?
 Турианец усмехнулся, достал из кармана ключ-карту, положил ее на стол и толкнул ко мне. Карта проехала по металлу и затормозила у моей руки.
 - О, благодарю. - я была сама любезность.
 - Материал находится в моем компьютере. Шифровальный ключ - на этом ОНД. Вставьте его в привод, все запустится само.
 Я сгребла устройство и сунула в набедренный бокс. А ведь Лорик работает в компании, занимающейся разработкой искусственного интеллекта... Интересно, кем он был до того, как остался единственным сотрудником "Синтетик Инсайтс" в порту Ханьшань и "временно" стал менеджером?
 - Ах да, и постарайтесь не заляпать ковры кровью. - иронично добавил Ки"Ин, усмехаясь.
 - Мы будет очень аккуратны! - я мило улыбнулась.
 На этом мы попрощались с Лориком, я сгребла приборчик и любезно предоставленный пропуск в офис "Синтетик Инсайтс", и мы покинули это гостеприимное заведение.
 
 
 * * *
 
 - Лидер, восстановление данных с аварийного буя завершено.
 Хрупкая черноволосая женщина плавно повернулась.
 - Причина взрыва звезды? - мелодичный голос льдистым хрустальным перезвоном разнесся в тишине.
 - Подрыв масс-ретранслятора.
 Тонкие пальцы дрогнули.
 - Флот? - короткий, лаконичный вопрос.
 - Ушел в гиперпрыжок. Флагман выиграл для них время.
 Говорить что-либо сверх сказанного нужды не было. Суть произошедшего в погибшей звездной системе понималась без труда.
 - Где "Дхар"?
 - Флагман погиб перед взрывом сверхновой. Буй получил автоматическое подтверждение вместе с информационным пакетом от Разума "Дхара" перед его уничтожением. - короткая пауза. - Командующий был на борту.
 - Где сейчас Флот? - новый вопрос опасно-мягким, вкрадчивым тоном.
 - Неизвестно, лидер. - ответил мужчина. - Взрыв сверхновой разрушил ретрансляторную станцию. Система коммуникационных буев повреждена. Если сигнал с новыми координаторами места дрейфа был передан, мы его не получили.
 Женщина медленно вдохнула, выдохнула, перевела взгляд на огромный обзорный экран, показывающий прекрасную туманность, раскинувшуюся на месте погибшей звездной системы, где их должен был ждать Флот. Изумительно-красивая, насыщенно-фиолетового цвета с бело-багровыми жилками, растекшимися, словно раскаленный металл от слепящего белого ядра уничтоженной звезды.
 - Продолжайте поиски. Информацию с аварийного буя - на мой терминал. Свободен.
 Боец склонил голову, развернулся и ушел.
 - Данные на экран. - мелодичный голос разнесся по огромному помещению.
 Синие глаза прикрылись, подрагивающие губы сжались, лицо окаменело. Мгновения слабости прошли.
 
 
 * * *
 
 Посылка от предприимчивого ханара нас уже ждала: когда мы добрались до причальной площадки, у переходного шлюза обнаружился скромный и неприметный металлический бокс без надписей и маркировок, приткнутый за границей сканирования висящего в воздухе дрона. Честно подождав, пока Аэте смотается на корабль и закинет трофей в каюту, мы, вручив химере довольно увесистый бокс, бодро двинули обратно. Настроение у меня вновь резко подскочило к неестественной бодрости и веселью, причина подобного состояния, спешно вызванная караульными, как раз вышла из лифта, а в моей больной голове живо оформлялся план, как решить проблему Лорика вообще без стрельбы, уговариваний и каких-либо лишних телодвижений. Зачем напрягаться, если все может сделать за меня другой разумный, которому по должности положено следить за своими людьми, сейчас представляющими для нас проблему?
 - Капитан Мацуо! - радостно, с искренним восторгом выдала я, останавливаясь напротив двух женщин.
 От такого приветствия Кайру передернуло, а Маэко насторожилась, вполне резонно ожидая какой-то гадости. Взгляд миленькой японки сам собой прикипел к боксу в руках асура.
 - Спектр Шепард...
 - Да? - охотно отозвалась я.
 Подозрительность Маэко клубилась плотным коконом, постреливая настороженностью и опаской.
 - Надеюсь, вы не ввязались ни в какую сомнительную деятельность? - осторожно спросила она, косясь на благостную рожу Аэте и непроницаемые лица Найлуса и Гарруса.
 - А почему вы спрашиваете? - тут же полюбопытствовала я.
 Капитан вздохнула и тем же спокойным тоном ответила:
 - Меня всего лишь интересует погрузка и выгрузка товаров. В особенности тех, которые... потенциально могут быть незаконными. - она глянула на злополучный бокс, который мы и не собирались прятать.
 - Ну а если, чисто теоретически, - да, что бы вы сделали?
 Мне это действительно интересно.
 - Если бы вы во что-то ввязались, то мне пришлось бы произнести вам нудную речь, после чего попросить удалиться. Давайте поймем друг друга?
 Я удивленно заморгала, недоверчиво покосилась на довольную физиономию Найлуса.
 - "Погоди, так что, я могу внаглую пронести контрабанду, и мне за это ничего не будет?" - оторопело спросила я.
 - "Права Спектра." - ехидно ответила эта зеленоглазая язва, усмехаясь.
 О... Неожиданно...
 - Капитан Мацуо, переходя от теории к практике...
 От такого начала женщина нахмурилась, но ничего не сказала, ожидая, что я выдам дальше.
 - Представьте себе мое изумление, когда ко мне, Спектру Совета, обратился один из местных торговцев с предложением пронести в порт контрабанду. С неприкрытым предложением, лишь слегка завуалированным высокопарной речью.
 Образ Опольда у Маэко всплыл мгновенно. Как и у насторожившейся Кайры, которой происходящее откровенно не нравилась, и она нервничала, но ее попытку что-то сказать, прервали предупреждающий взгляд и поднятая в универсальном жесте "Стоять!" рука непосредственного начальства.
 - И что вы сделали?
 - Как это, что? - искренне изумилась я. - Конечно, я согласилась "сделать что-нибудь"!
 Лицо Маэко вытянулось, Кайра поджала губы.
 - Мне очень любопытно, что хотят моими... - бросив взгляд на довольно улыбающегося Аэтериоса, держащего "пакет", поправилась: - нашими руками протащить в порт. Нам всем очень любопытно. Полагаю, капитан, вам это тоже интересно.
 - Весьма. - согласно кивнула японка, чуть расслабившись и едва заметно улыбаясь одними уголками губ.
 Поняла, что я собираюсь сделать. Это представление резко начало доставлять ей такое же удовольствие, как и мне. А вот Кайра что-то нас не поддерживает. Никак переживает за судьбу контрабанды...
 Я даже смотреть не стала, что там ее беспокоит.
 - Давайте вместе и посмотрим! Будем считать, что я, как законопослушный оперативник Спецкорпуса, - от этого словосочетания Маэко улыбнулась еще шире, - решила помочь службе безопасности порта Ханьшань в борьбе с контрабандистами, а вы, как представитель и начальник этой самой службы безопасности, поддержите мою инициативу и конфискуете незаконный товар.
 - С удовольствием. - облегчение Мацуо стерло липкое опасение и подозрительность, освежая эмоциональный план. - В таком случае, предлагаю проследовать в отделение. Оно неподалеку, и я не займу много вашего времени.
 Я согласно закивала, мило улыбнулась плотоядной лыбой дернувшейся злющей Кайре. Все же, насколько правдиво выражение: "Улыбайтесь! Это всех раздражает!".
 
 Отделение СБ, вернее, небольшая караулка, обнаружилась сразу за лифтом, поднявшим нас к станции монорельса, ведущего к порту. Попытки Кайры слинять остановил приказ Маэко, и злющая немка была вынуждена наблюдать, как мы с Аэ бодро распотрошили бокс, достали его содержимое и красиво разложили на столе. Действительно, оружие и модификации к нему: дробовик и противопехотные заряды, гарантирующие гибель жертвы.
 Дав Кайре полюбоваться на эту прелестную композицию, я вновь обратилась к Маэко, не давая ей заняться непосредственной работой и избавиться от нас, передав кому-то из ее бойцов:
 - Капитан Мацуо!
 Женщина повернулась, вежливо мне улыбнулась дежурной улыбкой.
 - Я могу вам чем-нибудь помочь, Спектр?
 - Да! Можете! - радостно выдала я, отчего капитан растерялась. - Я бы хотела, чтобы вы уделили мне часик вашего времени. Это возможно?
 Мацуо насторожилась. Кайра тоже. Аэ развлекался, Найлус наблюдал за происходящим, получая огромное удовольствие, смакуя чужие эмоции. Ррус предпочитал молчать, но происходящее и моя идея нашла у него понимание: присутствие Маэко избавит нас от лишних хлопот, и позволит получить требуемое не нарушая законов.
 - Конечно. - осторожно спросила капитан, покосившись на сержанта. - Что от меня требуется?
 Я снова улыбнулась. Кайру от злости уже трясло.
 - Мне нужно, чтобы вы сопровождали меня как представитель ЭРКС и службы безопасности порта Ханьшань. - честно ответила я, отбрасывая ребячливость. - В местный офис "Синтетик Инсайтс", закрытый администратором Анолеисом.
 Накрытие и попадание! Маэко растерялась, Кайра полыхнула злостью, паникой и откровенной ненавистью. Да-да, я тебя тоже очень люблю! Цени мою доброту, дура! Живой останешься! Наверно.
 - Простите, Спектр...
 - У меня есть разрешение и пропуск. - я достала карточку и продемонстрировала ее Маэко. - Все законно, от "Синтетик Инсайтс" проблем не будет. А контрабанду оформить может сержант Стирлинг.
 Я мило улыбнулась едва дышащей от злости немке. Да, это мелочно. Да, я злопамятная сволочь. И да, я ОЧЕНЬ не люблю, когда мне хамят! Пусть радуется, что я ее не пристрелю в том офисе...
 - Капитан Мацуо... - вкрадчивый голос Найлуса звякнул металлом.
 Он больше ничего не сказал, но больше и не требовалось: приказы члена Совета Директоров НКР или, в нашем случае, его официального компаньона, обладали приоритетом перед приказами администратора порта.
 - Я в вашем распоряжении. - разведя руками, произнесла Маэко. - Сержант Стирлинг, проведите оформление контрабанды и лично сдайте ее в арсенал. Приступайте. - взгляд карих глаз перешел на меня. - Спектры...
 Ненависть Кайры была ощутима физически. Как она хотела меня убить, не передадут никакие слова! Я не сдержала усмешки. Давай, сержант, поспеши. У тебя еще есть возможность прибыть чуть раньше нас...
 Двери за нашими спинами с шипением сомкнулись, а я не смогла сдержать смешка.
 - Меня иногда изумляет, насколько разумные могут быть... неразумны. - отозвалась я на вопросительно-настороженный взгляд капитана.
 Маэко молчала, пока мы шли к монорельсу, и только когда состав тронулся, произнесла:
 - Простите за мою грубость при первой встрече. Я не хотела вас оскорбить.
 От такого начала я даже как-то растерялась. С чего бы мне оскорбляться? Маэко была удивительно вежлива и выполняла свои должностные обязанности и приказы непосредственного начальства.
 - Я отвечаю за безопасность и сохранность частной жизни здешних Корпораций. Мы не ожидали прибытия боевого корабля Альянса.
 Ах, вот оно что...
 - С учетом имевшейся на тот момент информации...
 Я подняла руку, жестом прерывая Мацуо. Вот что-что, а ее извинения нам не нужны.
 - У нас к вам нет претензий, капитан. - вмешался в разговор Найлус.
 - Вы были в своем праве. - добавила я. - Должностные обязанности никто не отменял. Но меня интересует другое: почему вы, капитан "Эланус Риск Контрол Сервис" и начальник СБ порта, находитесь на причальной площадке?
 - Приказ администратора порта. - коротко ответила Маэко.
 Мы переглянулись, Найлус приподнял надбровный щиток в немом удивлении, Ррус нахмурился. Аэте было по барабану, кто там кого что заставил сделать.
 - Простите? - переспросила я. - Приказ Анолеиса?
 Маэко вздохнула.
 - У каждой компании есть свои тайны. Часть из них занимается не вполне законными делами. Присутствие здесь Спектра их нервирует. Анолеиса-сама засыпали просьбами вышвырнуть вас с планеты.
 Я фыркнула.
 - Это администратор вам такое сказал? - язвительно поинтересовался Найлус. - Он бы еще сказал, что кто-то из людей корпораций хочет напасть на военный корабль, принадлежащий Спектру Совета.
 Красноречивое молчание было нам ответом. Ррус хмыкнул, покачал головой, но никак это не прокомментировал.
 - Это наша работа - предотвращать инциденты между сотрудниками компании и... - она запнулась, пытаясь подобрать правильное определение.
 - И пришлыми нарушителями спокойствия? - иронично закончил Найлус. - Капитан, ни один сотрудник Корпорации не будет предпринимать каких-либо действий, которые могут навредить этой Корпорации. И, тем более, никаких действий, не одобренный Советом Директоров НКР. Капитан Мацуо, никто не будет трогать корабль Спектра.
 Маэко развела руками.
 Разговор свернул с Новерии и общих проблем: капитана очень интересовала, как так получилось, что я стала Спектром, ведь до сих пор людей даже не рассматривали как кандидатов в Спецкорпус. Мы отказывать женщине в удовлетворении любопытства не стали, поведав официальную историю с небольшими дополнениями и исправлениями. Найлус не удержался и поязвил на тему собственной покойности, обойдя причину тяжелого ранения, чуть не сведшего его в могилу, а Маэко рассказала о порте Ханьшань. То, что не нарушало множество подписок и наложенных на нее ограничений.
 Под разговор дорога до порта пролетела незаметно, Маэко расслабилась и даже начала получать удовольствие от общения с нами, непроизвольно выведя нас из категории "проблема". И это - замечательно! Вполне вероятно, в будущем нам предстоит работать вместе, и мне бы не хотелось, чтобы капитан СБ порта считала нас врагами. Зачем мне это? Наживать лишних врагов. Хватит тех, которые и так появляются естественным путем на конфликтах интересов. Вроде той же Стирлинг.
 
 Все же, идея взять с собой капитана Мацуо была правильной! Я это оценила, когда мы, поднявшись на лифте в офис "Синтетик Инсайтс", прошли короткий коридорчик и вошли в просторный холл. Выражение физиономий бойцов ЭРКС, когда они увидели входящее в закрытый офис их непосредственное начальство в компании Спектров Совета - бесценно! А уж какой разнос раздраконенная Маэко, оскорбленная происходящим до глубины души, устроила подчиненным...
 Вишенкой на торте было явление запыхавшейся, злой и встревоженной Стирлинг со своими людьми. Сержант опоздала на какие-то шесть минут... И попала как раз на пик ярости капитана. Выражение лица сержанта я не забуду никогда! Это одно из воспоминаний, которые будут радовать мою темную душу еще многие жизни в моменты меланхолии и дурного настроения. А уж слова, которыми Маэко награждала подчиненных... Какая экспрессия, какие выражения и обороты!
 Прелестно!
 Нам ничего не потребовалось делать. Мы ничего не говорили. Просто стояли и с интересом наблюдали за происходящим... гарантируя, что капитан Мацуо Маэко не погибнет от случайной, шальной пули, прилетевшей незнамо откуда. А ведь подобные мысли у некоторых разумных пробегали... Наивные! Можно подумать, я позволю убить Маэко. Нет-нет! Сейчас здоровье капитана для меня очень-очень важно!
 По счастью, дело до стрельбы не дошло: часть бойцов, которым не слишком нравилось происходящее, приход капитана восприняли с облегчением и радостью, а те, кто был не слишком рад начальству... Впрочем, их мнение уже никого не волновало.
 Но наибольшее удовольствие я получила, когда на глазах у всех скачала так нужные им данные с обыкновенного рабочего терминала, стоявшего на столе Лорика Ки"Ина... Как на меня смотрела Стирлинг! Какое у нее было выражение! А уж какое было выражение на лицах бойцов, безуспешно искавших данные, все это время находившиеся в терминале у всех на виду...
 И никаких перестрелок, никаких лишних трупов и проблем с бойцами ЭРКС!
 - Капитан Маэко, благодарю за помощь. - сказала я, глядя, как в офис входит отряд бойцов ЭРКС, вызванный капитаном Мацуо. - Полагаю, наше присутствие уже излишне.
 Маэко согласно кивнула, уже вся поглощенная будущими разборками.
 - В таком случае, мы вас покидаем. - подкинув на ладони переданное Лориком устройство, я мило улыбнулась Стерлинг. - Удачного дня.
 
 
 
 
 

Глава 49: Новерия: полезные знакомства


 
 
 Офис "Синтетик Инсайтс" я покидала в приподнятом настроении, чуть ли не лучась от радости. Разборки Маэко с проштрафившимися людьми меня несказанно порадовали, а уж лицо Стирлинг... М-мм... Это - бесценно!
 Наверное, именно поэтому я не сразу обратила внимание на встревоженную Джанну, мнущуюся у стены.
 - О, мисс Паразини! - я встрепенулась, мило улыбнулась очаровательной кареглазой брюнетке. - Что привело вас в этот прекрасный... эм... коридор?
 Тревога сгустилась, кристаллизировалась в опаску и какое-то глухое отчаяние. Я даже удивилась. Чего это Джанна так нервничает? Мы же вроде как не давали повода ей нас опасаться. А потом до меня дошло...
 Джанна знает, что мы общались с Лориком, и сопоставить наш разговор и последующее посещение офиса в компании капитана службы безопасности порта проблем для этой чрезвычайно умной и сообразительной особы не составило. А Джанна очень, очень умная женщина. Она прекрасный следователь и аналитик. Чего только стоит ее восхитительный развод Анолеиса, который не заметил следователя Совета директоров НКР у себя под боком!
 - Мисс Паразини, не надо так нервничать. - тут же добавила я, не давая открывшей было рот женщине произнести то, что навязчиво крутилось у нее в поверхностных мыслях и считывалось без труда. - Никто не пострадал! По крайней мере, не пострадал физически. - я не сдержала фырканья. - Потому как мне сложно предположить, что сделает капитан Мацуо с подчиненными, пойманными на незаконных и несанкционированных действиях в офисе крупной корпорации.
 - О, Спектр, я слышала, в офисе "Синтетик Инсайтс" у вас были какие-то проблемы. - произнесла Джанна, покосившись на устройство, которое я держала в руках и даже не собиралась скрывать.
 - Что вы! Никаких проблем. - я снова мило улыбнулась и развела руками, перебросив устройство из руки в руку, а Джанна отчего-то чуть сбледнула. - Какие могут быть проблемы у Спектров Совета и капитана ЭРКС, выполняющего свои прямые должностные обязанности? Тем более, наше посещение офиса было санкционированно сотрудником корпорации, которой этот офис и принадлежит, так что со стороны "Синтетик Инсайтс" никаких санкций не последует.
 Яркая досада прелестно оттенялась насыщенными чувствами расстроившейся Джанны, которая очень рассчитывала на эти данные, вызывая у меня приступ неконтролируемого умиления. Знаю, это чувство ненормально и неестественно, оно вызвано моим состоянием и общей неуравновешенностью, но менее приятным оно от этого не становилась. Джанна у меня сейчас вызывала бездну умиления! До чего же она... миленькая! Молодая женщина очень красива: длинные темно-карие, практически черные волосы убраны в плотный строгий пучок, овальное лицо с тонкими правильными чертами лица, пухлые губы, глаза редкого насыщенного болотно-зеленого, словно бутылочное стекло цвета, чуть раскосые, с пушистыми черными ресницами, тонкие брови вразлет, точеная фигурка. Если Джанна немного сменит имидж, сбросив строгую наледь делового этикета, она станет неотразима! Но дело не только в ее внешности, пусть и приятной глазу. Больше всего восхищала ее суть: настоящий боец, не отступающий перед сложностями и проблемами, пробивающий себе путь, ни считаясь с чужим мнением. Мне понятна ее суть, мне приятна ее суть, так почему я не могу ей немного помочь? Просто потому, что я так хочу.
 - Мисс Паразини, не соблаговолите ли вы составить нам компанию? - тем же мягким, чуть мурлыкающим голосом проговорила я, заложив лапки за спину и покачиваясь на широких каблуках бронированный ботинок брони.
 Гаррус полыхнул тревогой, Аэте насторожился, а Найлус... Най получал массу удовольствия от происходящего: он отлично понял, что я собираюсь делать. И поддерживал мое решение: Лорик в кресле администратора порта Ханьшань устраивал нас обоих.
 - "Мрир?" - ментальный голос Рруса вибрировал от тревоги и опасения.
 За меня. Он отлично видел, что меня начинает заносить. И чем дальше, тем больше.
 - "Все хорошо. Не переживай, я умею сдерживаться и могу себя контролировать в таком состоянии." - отозвалась я, хотя спокойствия во мне не было даже близко.
 Единственное проявление тревоги, которое себе позволяла Джанна - это нервно прикушенная губка. На какое-то короткое мгновение. Но вот она мило улыбнулась и произнесла:
 - Конечно, Спектр. Я могу вам чем-то помочь?
 Моя умильная лыба вызвала у нее закономерные вопросы в моей вменяемости, но следователь их держала при себе, очень быстро припомнив психопортрет моего реципиента: агрессивного психопата с кровавым прошлым, нестабильной психикой и привычкой решать вопросы... радикально. А еще она как-то резко вспомнила, что совсем недавно в одном примечательном баре кое-кто убил крогана.
 - Можете. - пауза тяжело подвисла в воздухе, а я подхватила Джанну за локоть. - Я очень хочу вас познакомить с одним интересным мужчиной. - тем же милым, с придыханием голосом сообщила я опешившей от такого поворота Джанне. - Я уверена, у вас будет очень долгое и плодотворное знакомство!
 Ментал сотрясло от вспышки концентрированного веселья, полного аналога громкого заливистого смеха. Найлус не заржал в голос только потому, что ему происходящее доставляло не меньшее удовольствие, чем мне: лицо Джанны было непередаваемо! Ррус отнесся с юмором: наше светлое сокровище тоже язва порядочная и обстебать окружающих может ничуть не хуже. Аэте откровенно веселился и ничуть этого не скрывал.
 - А...
 - Джанна, не переживайте так! - я, благополучно наплевав на все нормы приличия, потащила растерявшуюся женщину за собой с целеустремлённостью буксира, ведущего на прицепе легкую яхту. - Мы вас представим в лучшем виде! Вам определенно понравится это знакомство!
 Женщина смиренно вздохнула, но решила, что с психованным Спектром Совета лучше не спорить и сделать так, как мне хочется. Как говорится, чем бы я не тешилась, лишь бы кровавую баню не устраивала. А я улыбалась и тащила по коридорам быстро перебирающую ногами, семенящую из-за длинного узкого алого платья Джанну, всем видом поддерживая этот образ свихнувшегося психопата.
 Это так мило!
 
 Конечная цель нашего маршрута стала Джанне понятной, когда я ее затащила в лифт, и мы поехали к прекрасно знакомому ей бару. Уныние и досада была столь концентрированной, что мне даже захотелось ее по голове погладить, чтобы успокоить, но делать этого я, естественно, не стала. Зачем так сильно травмировать хрупкую психику? И так присутствие активного и деятельного Спектра со столь специфичной репутацией в непосредственной близости радости не представляло. Особенно с учетом того, куда я ее тащу. И к кому. О том, как именно может состояться это знакомство, Джанна старалась не думать. И совершенно зря!
 Когда лифт нас выпустил, я прямой наводкой направилась к столику Лорика, получив массу удовольствия от выражения рож окружающих разумных: вид секретарши администратора порта, которую за локоть тащит мелкая рыжая девка в полной броне, впечатление производил непередаваемое! А уж как на нас смотрел Лорик! Особенно на меня и Джанну, переводя взгляд на его же устройство хранения данных, зажатое в моей руке.
 - Мы вернулись. - радостно сообщила я, усаживая Джанну на стул перед ним и кладя устройство на стол. - И даже ковры кровью не заляпали!
 Лорик на это заявление моргнул, вопросительно склонив голову набок.
 - Знаете, капитан Маэко - удивительная женщина! Она знает так много интересных речевых оборотов, и так хорошо умеет их применять в педагогических целях, что это невозможно передать словами! - я усмехнулась. - Вы не представляете, как она расстроилась, когда увидела своих бойцов там, где они не должны находиться... и какими словами это расстройство выразила.
 Турианец иронично сощурился, посмотрел на Найлуса, получающего не меньше удовольствия от происходящего, перевел взгляд на лыбящегося Аэте.
 - Рад это слышать, Спектр. - настороженный взгляд на Джанну. - Мисс Паразини?
 - О, простите мою невежливость! - я виновато потупилась. - Лорик Ки"Ин, позвольте вам представить столь выдающуюся леди, мисс Джанну Паразини. Она была столь любезна, что не смогла отказать мне и согласилась составить нам компанию.
 Лорика это двусмысленное высказывание позабавило, Найлус хмыкнул.
 - Имрир, тебе вообще сложно отказать. - он иронично сощурился. - Особенно, когда ты чего-то очень хочешь и столь настойчиво добиваешься совершенно не считаясь с мнением окружающих.
 Я хмыкнула, сощурилась и громким, слышимым на всю округу шепотом сообщила любопытствующим:
 - Джанна, я же обещала тебя познакомить с очень интересным мужчиной!
 На прелестную женщину уже смотрели с долей сочувствия: мою физиономию знали если не абсолютно все обитатели порта, то почти все, с моими общераспространенными характеристиками ознакомились, так что сделать правильные, но в корне неверные выводы проблемы не составило. Последнее, что сохранится в их памяти, так это Спектр-психопат, занимающийся сводничеством и несчастная секретарша администратора, которая в силу служебных обязанностей вынуждена это все терпеть, поскольку ни послать этого деятельного отморозка, ни остановить она не может.
 Прекрасно. Что может быть приятнее официально подтвержденной сумасшедшинки? Это так хорошо развязывает руки и позволяет творить запредельную ересь с милой улыбкой на лице!
 А теперь...
 Окружающие резко потеряли к нам интерес, проскальзывая взглядами мимо нас: банальный, но никогда не теряющий актуальность "отвоз глаз" действовал удивительно эффективно. А камеры... Камеры - это, несомненно, проблема, но я не собираюсь покидать порт в ближайшие пару часов. Пока техники подготовят наш транспорт, можно очень многое успеть сделать. Анолеис... никуда уже он не денется. И ничего не сможет сделать.
 Всё. Поздно.
 - Репутация больного на голову отморозка-психопата невероятно удобна для работы. - проникновенно прошептала я на ушко Джанне. - Все ожидают от меня проблем, и когда они по какому-то недосмотру происходят, это никого не удивляет и не расстраивает. Зато как все радуются, когда знакомство со мной проходит без эксцессов, не передадут никакие слова. Правда, это прекрасно?
 Джанна осторожно кивнула.
 - Разумные так любят обманываться, обращая внимание на внешний облик, забывая, что выверенная маска может скрывать очень и очень многое... Не так ли, мисс Паразини?
 Женщина вздрогнула, Лорик сощурился.
 - Лорик, Джанна, ваше знакомство будет очень и очень плодотворным: у вас есть общая точка интереса. - переведя взгляд на наблюдающего за нами со сдержанным интересом турианца, я ему улыбнулась. - Соар Ки"Ин, вы же поможете этой милой леди?
 Обращение по званию четко дало понять насторожившемуся мужчине, что всё это представление касается работы, а не просто моя блажь и желание травмировать нежную психику окружающих и поиздеваться над бедной секретаршей администратора.
 - И чем я могу помочь мисс Паразини? - вежливо поинтересовался Лорик, откидываясь на спинку стула и заметно расслабляясь.
 Какая умница! Ки"Ин меня радует все больше и больше: очень умный мужчина. Вместе с не менее умным следователем Совета директоров НКР он прекрасно поработает против общего противника. Тем более, понятие справедливости этой расе не чуждо... как и мстительность.
 - У людей есть такая замечательная поговорка: если у одного дрова, а у другого спички, то вместе они разведут костер, чтобы... не замерзнуть в холодной ночи.
 Джанна аналогию с кострами Инквизиции поняла совершенно правильно: вон как глазки сузились, а на губах улыбка заиграла.
 - Полагаю, дрова у меня. - Лорик взглядом указал на устройство хранения данных.
 Я согласно кивнула.
 - Именно. А у очаровательной мисс Паразини - спички, и она может разжечь прекрасный огонь...
 Острый, тяжелый взгляд Лорика метнулся с меня на невозмутимого Найлуса, перешел на Джанну.
 - А как же вы? - с искренним любопытством поинтересовался Ки"Ин.
 - А я считаю, что отбирать чужую добычу, если в этом нет необходимости, как минимум некрасиво. - с мягким укором произнесла я и, резко переходя на малораспространенный турианский диалект, на котором говорил Аэте с Найлусом на "Нормандии", добавила: - Я не хочу лишать очаровательную мисс Паразини радости самолично добить загнанную ею жертву. В конце концов, она это заслужила.
 - Лорик Ки"Ин, позвольте вам представить следователя Совета директоров Новерианской Корпорации Развития мисс Джанну Паразини. - едва слышно произнес Найлус на том же языке, чуть склонившись к столу.
 Широко распахнутые в изумлении глаза Лорика порадовали меня не меньше, чем оторопь Джанны и ярость на лице Кайры Стирлинг. А уж какие взбурлили эмоции! М-мм...
 Но это все, конечно, прекрасно, но у нас впереди много работы, а время, как всегда, поджимает.
 - К моему глубочайшему сожалению, мы вынуждены вас покинуть: нам еще предстоит договориться с техниками порта о подготовке наших "Мако" к переезду по заснеженной дороге. - с искренним сожалением произнесла я, вежливо склонив голову. - Соар Ки"Ин, мисс Паразини, до скорой встречи.
 - Мы будем с нетерпением ждать вашего возвращения в порт Ханьшань. - с иронией и весельем в голосе ответил Лорик. - Мисс Паразини, я могу вас угостить?
 Джанна чуть заметно улыбнулась и... согласилась.
 Прелестно. А то, что за этой милой беседой будет скрываться обычная работа... Ну так кого это касается? Результаты вскоре будут доступны для осознания общественности: тянуть с арестом Джанна не будет, особенно, когда у нее на руках будут нужные доказательства.
 Да, в этих данных есть и компромат на "Синтетик Инсайтс", и Лорик их отдаст не слишком охотно, но он отдаст, поскольку Совет директоров на мелкие грешки корпораций закрывает глаза, пока они остаются в пределах приличий и не раскачивают общую лодку. Это всем известно, в том числе и самому Лорику, а Джанна может быть убедительной, если ей это надо. Анолеис чашу терпения переполнил, и помощь в расследовании будет зачтена на счет корпорации. На что-то еще будут закрыты глаза, корпорация получит какое-то мелкое послабление, а со стороны "Синтетик Инсайтс" не будут выдвинуто никаких обвинений и не будет требоваться компенсация за неправомерное закрытие офиса. Так сказать, услуга за услугу. Все довольны, интересы обеих стороны соблюдены, а виновный в раскачивании лодки будет... наказан.
 
 
 * * *
 
 
 - Ты бы видел, что он творил! - протянул восхищенный голос, привлекая внимание идущего по коридору офицера-турианца в привычной черно-синей легкой броне сотрудника Службы безопасности Цитадели. - И ведь ни разу же не промахнулся!
 - Младший Вакариан всегда здорово стрелял. - согласился вибрирующий голос. - Скольких он положил?
 - Да что-то около тридцати семи. - ответил человек. - Может и больше, точной информации нет. Это те, кого гарантированно он грохнул.
 Высокий турианец резко остановился, недоуменно глядя на приоткрытую дверь, за которой болтали оперы СБЦ.
 - Гаррус же едва на ногах стоял! - скептически переспросил турианец.
 Ответом ему было обиженное сопение и экспрессивное:
 - Ну да! Я видел записи с камер!
 - Так вроде бы это отметили как дела Спецкорпуса? - удивленно прожурчал грудной голос азари. - Они же все записи изъяли!
 - Да отметили, конечно, и изъяли. - оперативник фыркнул. - Но, Лиани, эти записи не по волшебству появляются в архивах Спецкорпуса! Кто же это видео должен изъять из общего информационного потока, обработать, переписать и отправить в эти архивы. Вот ребята это и делали.
 - Но тебе показали? - иронично поинтересовался турианец.
 - А я им помогал просматривать. - фыркнул человек. - Там же двенадцать камер висит, время, как всегда, поджимало. - еще один фырк. - И вообще, об этом знают все, кому было интересно: свидетелей - уйма!
 - Но записи все равно изъяли.
 - Ага. - расстроенно пробормотал опер. - Но Вакариан - это что-то! Пьян в хлам, едва на ногах стоит, а ни единого промаха. Точно в голову!
 Разумные помолчали.
 - Жаль, что он ушел. - тихонько произнесла азари.
 - Это да... Лучший наш снайпер. - со вздохом согласился человек. - Правда, врагов он себе за время службы нажил немеряно.
 Короткая пауза.
 - С его характером и мировоззрением - не удивительно. - согласился турианец.
 - Как его тогда не пристрелили? - раздался второй человеческий голос: более низкий, басистый.
 - Так его два Спектра прикрывали. - возразил с легкой завистью в голосе человек. - Трупы с Рынка пол ночи свозили. Говорят, еще куча народу в больничке загнулось.
 - Да, слышал. - фыркнул обладатель раскатистого баса. - Одному брюхо так вспороли, что он сдох не сразу.
 - Это его Крайк так приласкал. Остальные-то померли на месте. Распластал как рыбу, и никакие щиты не помогли. Парни до сих пор матерятся, как вспоминают. Им пришлось все это собирать. А там - кровища, кишки и дерьмо по полу размазаны...
 Турианец с синими родовыми татуировками очнулся от ступора, резко развернулся и быстрым шагом пошел обратно, едва не срываясь на бег.
 Знакомые до последнего пятна на стенах коридоры промелькнули мимо сознания, он остановился перед одинокой дверью в торце, тронул кнопку вызова. Короткая пауза, и спокойный голос спросил:
 - Кто?
 - Киррус Вакариан.
 Короткая пауза и слегка устало:
 - Заходи.
 Дверь ушла в сторону, пропуская Вакариана старшего в кабинет директора СБЦ. Паллин поднял взгляд от терминала, осмотрел старого друга, кивнул на стул.
 - Садить. Что случилось?
 Высокий турианец присел на край стула, сумрачно глядя на друга.
 - Во что ввязался мой сын? - тихо спросил он.
 - В Спецкорпус он ввязался! - неожиданно зло, резко ответил Паллин, хмуро глядя на своего офицера. - Не знал?
 - Нет. Гаррус... избегает общения.
 Венари вздохнул. Конфликт старшего и младшего Вакарианов в СБЦ ни для кого не был секретом. Три года продолжаются их прятки: старший пытается отловить сына, а младший с достойным лучшего применения мастерством избегает отца. Пока не сбежал так, что достать его стало невозможно.
 - Скольких он убил? На Рынке?
 Паллин дернул мандибулами, но ответил:
 - Тридцать семь. Выстрел в голову. И один с перерезанным горлом.
 Помолчали. Киррус хмурился, Венари ждал.
 - Причина? - тихий спокойный вопрос.
 - Самооборона. Когда его опознали, перестрелка завязалась сразу. - глава СБЦ покачал головой. - Ты же знаешь, как к твоему сыну относятся в Нижнем Городе.
 Киррус стиснул пальцы на краю стола.
 - Знаю. Последствия?
 - Никаких. Он был с двумя Спектрами. Они взяли на себя ответственность за произошедшее.
 Вакариан удивленно моргнул.
 - Советник об этом знает?
 - Знает.
 Голубые глаза сощурились.
 - И что он сделал?
 - Он сделал твоего сына Спектром! - взорвался Венари Паллин.
 Киррус Вакариан окаменел.
 - Когда?
 - Утром, сразу же после происшествия, по инициативе советника Спаратуса прошло назначение нового Спектра Совета. Гарруса Вакариана. Куратор - Найлус Крайк. - сказал директор СБЦ, глядя в растерянные голубые глаза своего подчиненного. - Я тебя предупреждал, что рано или поздно это произойдет? Предупреждал! Спецкорпус присматривался к твоему сыну шесть лет, но не трогал, уважая твое решение. Бойня на Рынках Нижнего Города и требование об инициации расследования и обвинения Гарруса Вакариана стала хорошей причиной для Спаратуса вмешаться и получить то, что он хотел.
 - Где сейчас Гаррус?
 Паллин остро глянул на сородича.
 - Восемь дней назад он улетел вместе со Спектрами Имрир Шепард и Найлусом Крайком на борту фрегата Альянса Систем "Нормандия".
 Спрашивать "Куда?" старший Вакариан не стал: работа Спектров не предполагает точных маршрутов и конкретных сроков.
 Киррус встал, выдавил что-то вроде благодарности и покинул кабинет, провожаемый тяжелым взглядом Паллина.
 
 Ужасающе медлительный лифт впервые вызывал дикое раздражение, выматывая нервы под мерзкую для чувствительного слуха музыку. Киррус Вакариан стоял без единого движения, сверля тяжелым взглядом дверь. Мысли сами собой возвращались к давнему разговору, легшему бездной между ним и сыном. Что ему стоило уступить? Почему он тогда вновь уперся, пытался побить стену непонимания? Ради чего давил? К чему всё это, если единственный сын молча развернулся и исчез из его жизни? Три года он пытается встретится с ним и просто поговорить... объяснить... но Гаррус раз за разом исчезал, с поразительным упорством избегая даже мимолетней встречи.
 Киррус сжал кулаки. Когти пропороли кожу. Темная кровь сорвалась каплей с кулака и бессильно разбилась о металл пола.
 
 
 * * *
 
 Я уж не знаю, по какому произволу сценаристов в каноне Ли отирался без дела в коридоре в гордом одиночестве, но реальный Лилихьеракс обнаружился там, где и должен находиться главный механик порта: в огромном ангаре, командующий бригадами техников, которые, пользуясь непогодой, проводили внеплановые проверки атмосферных челноков.
 Какие там "двенадцать подчиненных" у Ли, как о том говорил в каноне его прообраз, знают те же самые сценаристы, но в огромном, разбитом на секции помещении народу было много-много-много раз по двенадцать! Атмосферные челноки - крупные транспортники, по размерам где-то с половину "Нормандии", способные перевозить не только пассажиров, но и тяжелые габаритные грузы. Сейчас, пользуясь вынужденным простоем, техники активно потрошили машины, спешно устраняя какие-то только им ведомые неполадки. И все это сопровождалось лязгом металла, гулом силовых систем, рокотом двигающихся по направляющим массивных кранов, которыми снимали части обшивки или тяжеленные детали, где-то трещала сварка, где-то визжала на высоких оборотах пила по металлу, где-то грохотал автоматический молот, что-то забивая, завывал двигатель на стенде, снятый с челнока в четвертом от нас боксе... И сквозь всю эту какофонию до нас изредка доносились резкие жесткие приказы, невнятные ответы, экспрессивная ругань и обрывки разговоров.
 Разумные были заняты делом и на нас внимания не обращали никакого. Подумаешь, приперлись какие-то типы... Только когда мимо нас пробежал взмыленный паренек-человек в рыжей спецовке, на нас обратили внимание. И то, потому что этот паренек вильнул к двум мужчинам, быстро что-то буркнул и умчался дальше, волоча за собой пучок гибкой изоляционной оплетки метров в шесть длиной, веселенькой такой полосатой раскраски. Разноцветной.
 К нам вышел один из бригадиров: мощный человек с коротким ежиком тронутых сединой волос и недельной чернющей щетиной на загорелой физиономии самого бандитского вида. Засаленная рыжая спецовка блестела свежими пятнами чего-то, похожего на солидол: явно руки об себя вытирал во время работы. Из накладных объемных карманов торчат ручки каких-то инструментов, засаленная тряпка, черная от смазки и технических масел. Высокие мощные боты пропылены, в липкой технической грязи. Рукава комбеза закатаны по локоть, на правом предплечье поблескивает браслет инструментрона. Серые глаза смотрят хмуро: недоволен, что оторвали от работы, но интерес пересилил раздражение: меня опознали. На Гарруса и Найлуса особого внимания мужик не обратил, разве что отметил оружие и броню. Аэте вызвал вспышку удивления и конфликт восприятия: красивая мордаха техника не обманула. И в заблуждение не ввела. А вот открыто носимый одноручный фламберг и пара мощных массивных пистолетов... В общем, нашего белобрысого милаху оценили правильно. Как опасного бойца, а не милого парнишку.
 - Чем могу помочь? - довольно доброжелательно спросил он, хоть в стальных глазах явственно читалось: "Чего приперлись?".
 - Нам нужен главный техник Лилихьеракс Даррин. - честно ответила я.
 Мужик хмыкнул, оценил, как я без запинки выговорила имя их местной достопримечательности, дернул щекой.
 - Сейчас позову.
 Мы ожидали, что этот колоритный тип вызовет начальство по связи или еще как-то даст знать, что у нему пришли, но он просто повернулся и рявкнул так, что я аж голову в плечи втянула:
 - Ли! К тебе пришли!
 Громовой бас разом перекрыл шумы огромного ангара. Мне даже показалось, что дисковая пила как-то нервно взвизгнула от этого рева, а размеренный грохот автоматического молота, ровнявшего вмятины на обшивке, сбился с ритма!
 - Сейчас придет. - мужик усмехнулся, с удовольствием созерцая наши окосевшие рожи.
 Ему явно нравится вот так шокировать непуганную публику! Мог же вызвать через инструментрон... но это же не так интересно.
 - После такого рева - не удивительно. - ехидно заметил Гаррус, тряхнув головой.
 Бригадир хохотнул.
 - У вас очень... сильный голос... - потерев ухо, сказала я и представилась сама: - Имрир Шепард. Спектр.
 И тут же представила своих спутников.
 - Да я в курсе: администратор уже всех предупредил. - серые глаза блестели иронией. - Я Герман Дарс. Бригадир местный.
 - Мне очень приятно познакомится. - совершенно искренне сказала я, чем несказанно удивила мужчину. - Я смотрю, у вас тут работа вовсю идет...
 Герман хмыкнул.
 - Челноки требуют постоянного присмотра и ремонта, а раз уж они в простое из-за бурана, чего б не воспользоваться? Аварийные ремонты на пользу технике не идут.
 Аэте согласно кивнул, с огромным интересом глазея на происходящее в ангаре.
 - А мы пришли отвлекать вас от работы. - несколько виновато призналась я. - Нам бы транспорты подготовить...
 Из-за дальнего челнока вышел турианец в такой же рыжей с синими вставками спецовке и быстрым шагом направился к нам, окутанный облаком тревоги и напряжения.
 - О, а это, наверное, Лилихьеракс? - спросила я, указав кивком на приближающегося к нам нервничающего мужчину.
 Герман повернулся, глянул на турианца и кивнул.
 - Да, это Ли.
 И мы дружно уставились на стремительным шагом пересекающего просторное помещение мужчину, вынуждая его нервничать еще больше.
 А колоритный тип, этот Лилихьеракс! И он совсем не похож на того добродушного мужика, каким его показали в каноне. Вообще.
 Его образ обычно запоминался игроками благодаря непередаваемой манере разговора, добродушию и ненавязчивому юмору, и мало кто обращал внимания на мимолетно сказанное уточнение: военный техник. Игроделы превратили его расу в нечто несуразное, по крайней мере, физиологически, но реальность, как всегда, имеет свое мнение, что мне уже было не единожды и очень наглядно продемонстрированно. Ли - лишь очередное напоминание, что иногда именно незначительные оговорки являются критично-важными. Как эта, о военном технике, потому как к нам стремительным летучим шагом приближался профессиональный военный, который в силу собственного желания в данный момент работает техником.
 Как и все турианцы, Лилихьеракс - очень высок, ростом превышая два метра на восемнадцать сантиметров. Почти столь же высок, как и Найлус, которому рослый Аэтериос едва доставал макушкой до подбородка. Расовую принадлежность Ли определить было затруднительно: он явный полукровка, в котором причудливо смешались гены нерос и туриан. Серая ороговевшая кожа на лице, как и Рруса, досталась от родителя-турианина, а вот темная, почти шоколадного цвета кожа - явный показатель генома нерос, как и мощное телосложение, и огромный рост. Оливкового цвета прямолинейные клановые татуировки, нанесенные только на мандибулы, практически не выделялись на фоне кожи, отчего казалось, что этих татуировок у Ли нет вообще. Темные серые глаза встревожены, эмоции яркие, сильные, клубятся четким маревом, прекрасно ощущаемым не только мной, но и Найлусом, который с неприкрытым интересом изучал незнакомого сородича. А меня как менталиста восхитил острый отточенный холодный ум и ясный гибкий разум.
 По первому впечатлению Лилихьеракс мне понравился. С ним можно иметь дело. С ним нужно иметь дело. А еще с ним стоит подружиться. Со временем: отчего-то не возникало сомнений, что на Новерию я еще не единожды загляну.
 - Чем могу помочь? - произнес Ли, подойдя к нам и внимательно ощупав каждого взглядом. - Спектры... - турианец запнулся, не зная, как бы ему правильно назвать асура.
 Наблюдать, как в его сознании формируются наши образы, собираемые по полученным стремительным анализом данным, - это восхитительно! И очень интересно, так что я не стала отказывать моим мужчинам в удовольствии наблюдать за этим процессом. Аэте я перекинула информацию отдельно, потоковым пакетом. Так, чтобы не мешать ему изучать Ли, пользуясь возможностями "Химеры". В конце концов, он же должен пользоваться возможностями артефактного комплекса?
 Уголок губ Аэте чуть дернулся в усмешке: он прекрасно слышал мои поверхностные мысли по установившейся за последние дни связи, очень напоминающей его связь с Сареном.
 - Нам необходимо подготовить два бронетранспортера "Мако" для переезда по второстепенной дороге к исследовательскому комплексу "Вершина-15". - четко оттарабанила я после того, как мы ему представились.
 Ли вежливость оценил, раздражение угасло окончательно, а вот тревога, наоборот, усилилась. Особенно после слов о дороге.
 - Боюсь, эта дорога сейчас вряд ли проходима. - низким хриплым голосом произнес он, хмурясь. - Метель метет семь суток без остановки, аппаратура фиксировала сходы лавин. Если попадете под лавину, не выживете.
 Ли прав: в такую погоду ехать по заснеженным горам - извращенный способ самоубиться всем отрядом, но беда в том, что нам НУЖНО оказаться на "Вершине-15". Любой ценой. Не смотря на преграды вроде непогоды и лавины, засыпавшей горную дорогу.
 - Это мы понимаем, но ждать, пока утихнет буран, не можем. - сказала я, разводя руками.
 - Администратор Анолеис дал разрешение на выезд и подготовку машин. - негромко добавил Найлус.
 Ли с Германом переглянулись. Разрешение администратора выглядело очень... странным. Мягко говоря. Но нас поняли вполне правильно: нужда заставляет идти и не на такие самоубийственные выходки, а мы здесь явно по какому-то делу. Срочному, раз готовы так рискнуть.
 - Мы можем подготовить ваши машины. - после недолгой паузы произнес Ли. - Но их потом придется разбирать и пересобирать заново, если хотите ездить по почве.
 Невысказанное вслух "если доберетесь", осталось витать в воздухе.
 - Это неважно. - тихо сказал Аэте. - Пересоберем.
 - Самое главное - доехать до комплекса. - добавила я. - У нас нет времени ждать, когда утихнет буран и можно будет воспользоваться челноком.
 Ли развел руками.
 - Я жду ваши машины.
 И тут до меня дошло, что есть одна маленькая проблема...
 - А как их можно пригнать сюда с нашего корабля? - несколько растерянно спросила я. - Он же в доках... эм...
 Аэте по памяти оттарабанил номер дока и его местоположение по широте и долготе планеты, на что Герман удивленно приподнял бровь, а Ли хмыкнул, окончательно удостоверившись, что наша милаха к людям не относится. Что очень резко подняло статус нашей миссии: асуры редко покидали Иерархию.
 - Свяжитесь с капитаном вашего корабля, я пришлю к доку людей, и они помогут вам пригнать машины на техническую площадку.
 Сказано - сделано. Я вызвала Чарльза Прессли, сообщала ему о том, что скоро на площадку прибудут техники за нашими "Мако", дала переговорить ему с Ли, и... и завертелось. Гаррус отправился с техниками к "Нормандии", Найлус остался в технической зоне, а я, захватив Аэтериоса, потопала за своей незаслуженно забытой в баре группой высадки.
 Интересно, Карамелька Джону мозг уже сожрала или так, слегонца понадкусывала, доведя до состояния тихого бешенства? А то уж очень у нее была вдохновенная и предвкушающая мордашка, когда мы их в этом баре оставляли.
 
 
 * * *
 
 
 - Тебе что-то не нравится, Джонни? - ядовитая язвительность сочилась в мелодичном голосе сидящей на столе молодой женщины.
 - Джейн, ты...
 - Да-да, знаю, я позорю собою вооруженные силы Альянса Систем, я подрываю авторитет командования и все в таком же духе. - она фыркнула. - Чего ты нервничаешь, Джонни? На этом булыжнике всем срать и на ВКС Альянса Систем, и на командование этого ВКС, на его репутацию, да и на весь Альянс Систем тоже всем насрать. Это нейтральные территории, тут Корпорации правят! Вспомни, что нам на брифинге Спектр говорил.
 - Я помню брифинг. - медленно произнес взбешенный Джон.
 - Ну и что ты с него запомнил? - еще ядовитее поинтересовалась Джейн, болтая ногами в воздухе.
 Николаус устало прикрыл глаза.
 - Джон...
 - Клаус, их поведение - непозволительное!
 Нико покосился на стоящий у дальней стены столик, за которым саларианец со смаком поедал что-то, активно пытающееся уползти из его тарелки, и довольно громко при этом чавкал, на что малочисленные окружающие не обращали ни малейшего внимания: у каждого вида свои культурные особенности.
 - А что не так в их поведении? - осторожно спросил Вивьен.
 - Да они ведут себя как... как... - у коммандера от злости не нашлось нужных слов, чтобы выразить всю глубину негодования.
 - Как наемники, которыми мы являемся... по легенде. - милостиво закончила мысль Карамелька, мило улыбнувшись меланхоличному французу. - Вивьен, ты просто не понимаешь: как же так, мы не соответствуем высоким стандартам офицеров Военно-Космических сил Альянса Систем! Какой кошмар!
 Джона перекосило от ярости, но разродиться очередным потоком нотаций ему не дал Рекс:
 - Ты забавный, Шепард. - кроган причмокнул. - Малая права: всем на вас насрать. У вас нет статуса, и ваше поведение ничего не изменит.
 - Это не оправдывает...
 Мастер Войны заржал, хлопнул себя по бедру.
 - В этой натхачьей норе правят деньги. И сила. Вы, люди, им не интересны. Сейчас все следят за Крайком и Шепард. Особенно, за Шепард.
 - А почему? - мило улыбнувшись крогану, спросила Джейн.
 - Первый Спектр вашего вида. Это - статус! У нее есть репутация. - Рекс причмокнул, качнул головой. - Хорошая репутация.
 - Имрир Шепард - Мясник Торфана. - сухо уточнил Джон.
 Морда крогана расплылась в ухмылке.
 - Я и сказал: хорошая репутация.
 Джейн прикусила губку, что-то активно обдумывая, а потом расплылась в умильной улыбке и спросила:
 - Рекс, ты говорил, что Аэте с нами не спутают.
 - Говорил. - согласно кивнул кроган, но багровые глаза глянули очень остро.
 - А почему? - еще умильнее улыбнулась девушка, смущенно потупив глазки.
 В этот момент Джейн очень сильно напоминала беловолосого парня, который совсем недавно с точно такой-же умильной мордашкой заглядывал в глаза Спектрам, чтобы его взяли с собой. Кроган хмыкнул, чуть повел плечом.
 - Потому что они - одна из рас Иерархии. Там же не только волусы. Те - дочерняя раса. К ним относятся как детям. Делают поблажки. А у турианцев есть равные им.
 - Такие как Аэте? - уточнила коммандер, бросив быстрый взгляд на Рамиро.
 Рекс кивнул.
 - Да. Может, есть еще кто-то, но их никто не видел. А эти встречались. Работают с турианцами в нейтральных зонах.
 - А ты с ними встречался? - тут же полюбопытствовала Джейн.
 Матер Войны поморщился, причмокнул и... кивнул.
 - Встречался. Один раз. - зыркнув на развесивших уши людей, кроган выдал: - Малая, хочешь подробностей - спрашивай Крайка или Вакариана. Или Имрир спроси. Она тоже знает.
 - Так они ж не знают, как ты с ними встретился. - обиженно протянула Карамелька, насупившись. - А мне интересно!
 Мастер Войны скривился.
 - Ничего интересного, малая. Я с ними не дрался. - древний кроган фыркнул. - Я - наемник. Мне не платили за них. Хочешь историю, поговорите с...
 - А если бы заплатили? - хмуро спросил Дэрг, перебив Рекса.
 Кроган повернул голову, встретил внимательный взгляд бойца, багровые глаза сощурились, всмотрелись в темные-темные глаза, тяжелая голова качнулась.
 - Я не дурак связываться с такими, как этот белоголовый.
 Джейн удивленно заморгала, Дэрг досадливо поморщился, Дилан бросил на него укоризненный взгляд.
 - И это правильно! - раздался радостный голос Имрир Шепард.
 Спектр стояла на лестнице и с неподдельным интересом рассматривала замерших бойцов. Рядом с ней стоял объект обсуждений, мягко улыбался и рассматривал Мастера Войны холодными, чуть прищуренными глазами.
 Все впечатление испортила подскочившая Лиара с полным искренней радости возгласом: "Имрир!".
 
 * * *
 
 Вот любопытные! Все им расскажи, все знать хотят. Интересно, а что бы они делали, если бы узнали правду? Сильно бы им полегчало? Неведение - благо! Иногда.
 Я покачала головой, глядя на эту замершую столбами композицию "Не ждали". Особенно меня умиляла Карамелька: сидит, паршивка, на столе с довольной лыбой и глазками стреляет с меня на Аэте и обратно. А асуру она вообще глазки строит, мило улыбаясь. И прекрасно же знает, что сделала! Смотрит-то подозрительно, все ждет какого-то ответа от меня.
 Ну-ну... Будет ей ответ! Как там говорили мои друзья из Теневой Гильдии? Не выдержишь приговор - не иди на дело. А кто-то об этом святом правиле несколько призабыл...
 - "Знаешь, Аэ..." - протянула я, улыбаясь и глядя в глаза насторожившейся девчонке.
 Химера даже не моргнул, но его любопытство и невысказанный вопрос толкнули по ментальной связи.
 - "Я так подумала... Тебе Джейн нравится?"
 Он прикрыл глаза, чуть заметно улыбнувшись. Нравится. Знаю же, что нравится... насколько вообще запечатленной боевой химере может нравится другой разумный.
 Джейн не просто миленькая. Она светлая, притом очень необычная светлая. Интересная. С огоньком. И гибкая, почти как темные. Что удивительного, что она заинтересовала Аэтериоса?
 - "Прекрасно!" - благостно сообщила я. - "Назад мы будем лететь дней восемь... Еще день-другой на Цитадели, пока не закончим дела..."
 Аэ мило улыбнулся Джейн, смущенно потупив глазки... чтобы деточка не видела то, что видеть не стоит: хищный интерес и азарт.
 - "Разрешаешь?" - в ментале - настороженный вопрос, окрашенный удивлением и недоумением: он прекрасно помнил наш разговор.
 - "А почему я должна тебе что-то запрещать?" - искренне удивилась я. - "Ты же меня сейчас как привязку воспринимаешь?"
 По ментальной связи донеслось согласие и четкий отпечаток того, как он меня воспринимает. Я чуть не подавилась воздухом на вдохе, Найлус, разговаривающий с Ли, запнулся на полуслове, а Гаррус... Короткий информационный импульс наглядно продемонстрировал моему светлому сокровищу, что я на эту тему думаю, и что собираюсь сделать по возвращению на корабль... И вообще, Ррус невероятно мил, когда смущается.
 Аэте едва подавил улыбку: постоянно вися на общей ментальной связи он за нами наблюдал с огромным интересом.
 Но вернемся к нашей очаровательной паршивке, любящей дергать дракона за крыло и мило при этом улыбаться.
 - "Аэ, Джейн - девушка взрослая и умная. Раз она тебе так активно глазки строит... Наверное, она знает, чего хочет и... может получить?" - я сделала выразительную паузу и цинично добавила: - "Зачем ее разочаровывать и расстраивать игнорированием?"
 Аэтера усмехнулся, окинул Карамельку внимательным оценивающим взглядом и... согласился.
 Джейн, милая ты наша, не стоит провоцировать хищника, даже если он это милостиво позволяет. А вдруг этот процесс увенчается успехом?
 Я не сдержала циничного смешка. В конце концов, длительный недотрах еще никому на пользу не шел! Особенно молодой и красивой девушке.
 
 
 
 
 
 

Глава 50: Новерия: Дорога сквозь бурю


 
 
 Ли нас честно предупреждал, что после "подготовки" машины к переезду по заснеженной дороге ее придется пересобирать заново, я и сама понимала, что переделка будет серьезной, но мне даже в голову не пришло, насколько эта "переделка" будет глобальной и масштабной!
 Первые подозрения возникли, когда ребята Ли сняли с бронетранспортеров обшивку. Вcю, частично разобрав корпус и десантный отсек. Следом было безжалостно снято все вооружение и броневые пластины. Турели, ракетная установка, мощная пушка. С машины снималось вообще все, что можно было снять, бронетранспортер максимально облегчался и готовился для одной-единственной задачи: доехать по занесенному снегом горному серпантину до исследовательского комплекса, расположенного в двухстах сорока километрах от порта Ханьшань.
 Двести сорок километров!!! По заснеженной дороге! В буран! Под сильным ветром, с постоянным риском схода лавины!
 Когда до бойцов группы высадки дошло, что мы собираемся сделать, они впали в ступор, а Джейн лаконично охарактеризовала предстоящую поездку:
 - Это самоубийство!
 Мы ничего на это не ответили. А что тут скажешь? Это и есть самое настоящее самоубийство! И мы все равно это сделаем, потому как время поджимает. Мне очень, очень нужно попасть на "Вершину-15", а потом - на станцию "Расселина". Ах да... Нам же еще обратно выбираться. По той же дороге...
 Пока бойцы переваривали новости, техники, направляемые громогласным басом Германа, принялись за ходовую.
 - По-моему, проще было взять другую машину. - тихо пробормотала я, глядя, как двое мужиков укатывают в сторону огромное колесо.
 Ли согласно кивнул.
 - Проще, но у нас нет тяжелых многоместных снегоходов. Мы используем одно-двуместные машины: они легкие, и у них более высокая проходимость.
 Сейчас, когда работа уже кипит, а его личное присутствие не столь необходимо, Ли смог выделить немного бесценного времени для нас: главный техник - занятой разумный, особенно сейчас, когда идут множественные ремонты. Но Лилихьеракс здраво рассудил, что его "двенадцать подчиненных", а именно - старшие бригадиры со своими бригадами, прекрасно справятся без его начальственного присутствия.
 С "Мако" сняли все колеса и выставили аккуратным рядком у стены. На какое-то время работа замерла: мужчины изучали ходовую бронетранспортеров, уже давно оставшихся без брони, и прикидывали, как к этой ходовой прикрутить то, что как раз подвезли тягачи: лыжные и гусеничные подвески.
 - А это вообще реально? - осторожно спросила мнущаяся рядом Джейн.
 Мужики оживились и продолжили потрошить "Мако", взявшись, по-моему, уже за несущий мост.
 - Конечно. - Ли добродушно улыбнулся, разведя мандибулы. - Сейчас парни поменяют часть моста и подвесят гусеничные траки и лыжные колеи.
 - А откуда эти, ну, подвески, если вы не пользуетесь тяжелыми снегоходами? - спросила я.
 - Да это запчасти от "Игрисов", остались у нас после прокладки туннелей. - ответил нам Герман, подошедший к начальству. - Слышь, Ли, там лыжа не садится: ходовая слабовата и маловата. Нужно переварить часть моста, но тогда уже хрен разберешь: это намертво.
 Ли перевел вопросительный взгляд на меня.
 - Делайте как считаете нужным. - отозвался Найлус. - Нам проще будет новые машины взять, чем эти обратно переделать.
 Герман согласно кивнул, хмыкнул и утопал к бригаде. Посыпались зычные и совершенно непонятные нам команды, техники забегали, подкатили мощную сварку, какие-то массивные железяки и понеслось...
 Что там творили с нашими многострадальными машинами, ни я, ни Найлус не понимали, лишь смутно представляли, что мужики каким-то мистическим образом превращают колесные бронетранспортеры в снегоходы. Бойцы группы высадки вообще смотрели на эту вакханалию и надругательство над техникой с оторопью. Зато Аэте с Гаррусом прекрасно понимали, что там происходит, и получали массу удовольствия, наблюдая за работой слаженных бригад.
 - Я так полагаю, переделка затронет не только ходовую? - спросила я у Ли.
 Турианец благодушно кивнул, но не стал подробно рассказывать, что еще предстоит сделать: он уже понял, что в технике мы не особо разбираемся, а тем, кто разбирается, и так рассказывать не надо - сами все увидят.
 - Расскажите об этой дороге. Что нам ждать.
 Благодушие разом покинуло главного техника. Мужчина помрачнел, нахмурился, и подробно нам поведал, в какую задницу мы намереваемся добровольно влезть...
 По его словам, между портом Ханьшань и Вершиной-15 есть второстепенная дорога, и даже не одна, но, как он выразился, "непопулярна" из-за своей сложности. Ехать нам чуть больше трехсот километров: придется сделать небольшую петлю и заехать на станцию, чтобы проверить машины, сбить снег и наледь, которая естественным путем образовывается на ходовой во время работы двигателя. А еще нас честно предупредили, что быстро мы до исследовательского комплекса не доберемся.
 - Дорогу должно сильно замести. - говорил Лилихьеракс низким вибрирующим голосом с непередаваемой хрипотцой, столь ярко запомнившейся у прообраза. - За семь суток метели снежный покров может превышать шесть метров, так что если провалитесь сквозь наст, уйдете в снег целиком. На дороге не тормозите, но не гоните. Старайтесь не шуметь и не провоцировать лавину. Езжайте осторожно, избегайте резких рывков или торможений. Любых, чтобы не спровоцировать сход снега. Лавина может и не пойти, но если под вами поползет снег... Пропасть там глубокая, вас никогда не найдут, даже если искать будут.
 Джейн поежилась, Аэте перспектива погибнуть не слишком впечатлила, его больше волновала неудача: на кону ведь стоит очень важная для него жизнь. Найлус слушал молча, не задавая лишних вопросов: он прекрасно знал, что нас ждет. Ррус просто слушал и запоминал: во вторую машину водителем сядет он. Нашу, головную, поведет Найлус.
 - Зверья местного можно не опасаться: в такую погоду они по норам сидят. Если где натхаки и встретятся, так это на станции. Они любят в гаражах прятаться. Да, еще могут в крытых туннелях попасться, но живность на машины обычно не нападает.
 - Я полагаю, натхаки - это наименьшая наша проблема. - тяжело вздохнула я.
 Ли кивнул.
 - Переоборудование машин займет еще несколько часов. Пока все поставим, пока протестируем ходовые, пока корпус соберем.
 - Если мы вам не сильно мешаем, мы бы лучше тут посидели. - я хмыкнула. - Не поверите, как это интересно, наблюдать, как работают другие...
 Лилихьеракс усмехнулся и... согласно кивнул. А потом вежливо напомнил, что у него много работы и свалил куда-то за челноки.
 Правильно, в общем-то. У главного техника действительно много работы и мало времени, часть которого и так мы у него и его людей забрали. Я чисто автоматически отслеживала его перемещения: турианец разрывался между ремонтом атмосферных челноков и снегоходов, нашими "Мако" и своими обязанностями, которые с него никто не снимал. В соседнем ангаре на ремонте стоял поезд монорельса, поврежденный обрушением туннеля, который только недавно выкатили из-под обвала, доперли до ремонтного бокса, разобрали и подготовили к ремонту. Теперь Ли и его бригаде нужно оценить степень повреждений, распределить работу между бригадами, выделить людей в помощь группе, разбирающей завал и проследить за восстановительными работами на самой станции. А еще над головой висели работы по обслуживанию системы жизнеобеспечения порта, проверки системы микроклимата, поврежденной бураном, плановые проверки оборудования причальных площадок, осмотр и мелкий ремонт поездов монорельсов, так удачно остановленных из-за неудачного обвала... и еще много-много других дел, часть из которых - важная, часть - критично-важная, а часть надо было уже сделать и сдать!
 
 Работы над нашими "Мако" продлились почти пять часов, которые мы просидели в ангаре, наблюдая, как подчиненные Ли делают невозможное: превращают обычный армейский бронетранспортер, совершенно не предназначенный и неприспособленный к передвижениям по снежной территории, в мощный снегоход, способный при доле везения довести нас до Вершины-15 и вернуть обратно в порт Ханьшань. Получив от нас добро, техники буквально заново переварили несчастную машину, полностью поменяв ее внешне! В гладких остроносых аппаратах, стоящих на платформах, "Мако" не узнать даже с хорошо развитой фантазией!
 Сейчас техники заканчивали какие-то только им ведомые тесты, впереди предстояли ходовые проверки по небольшому расчищенному участку дороги, и только потом нам вернут машины. Но, не смотря на всю спешку, мы молча жевали пайки, доставленные с "Нормандии", и терпеливо ждали.
 
 - Мы закончили.
 С такими словами к нашей колоритной компании подошел Лилихьеракс.
 - Прекрасно! - я взбодрилась, но хмурое лицо и тяжелая тревога техника быстро прибили весь энтузиазм. - Что-то не так?
 - Смеркаться начинает. - коротко ответил техник. - Тут темнеет очень быстро, ночи - непроглядные, прожекторы и габаритные маяки вдоль дороги завалило снегом. По-хорошему, вам бы дождаться утра, но вы не успеете доехать за световой день. Так что лучше выезжайте сейчас: доедете до перевалочной станции уже ночью, там дорога проще. Дождитесь рассвета, и тогда уже езжайте к Вершине: после перевалочной станции дорога петляет. Много опасных участков, их лучше проходить засветло.
 - Спасибо. Вы нас очень выручили.
 Моя искренняя благодарность мужчину не особо порадовала: слишком хорошо он знал эту дорогу и здраво оценивал наши шансы.
 - Это меньшее, что я могу для вас сделать. По возможности, будьте на связи. Частоту я вбил в ваш передатчик на головном транспорте. - тяжело вздохнув, добавил: - Мы смонтировали вам штормовые прожекторы на носу и на корме: из-за метели видимость нулевая, так хоть сможете видеть друг друга. В багажном отсеке - тросы, лебедки и подъемники. Если машина начнет сползать - сможете вытянуть. Или вытащить, если под наст провалитесь. Вместо турели поставили гарпунную лебедку. Длина троса достаточная, чтобы добить до скалы. Но ей пользуйтесь с осторожностью и как крайнюю меру: можете потревожить снег. От лавины лебедка вас не спасет.
 Даже гарпун сделали... Прижав руку к груди, я с искренней благодарностью поклонилась этому мужчине, который сделал все от него зависящее, чтобы мы смогли живыми доехать до пункта назначения. Мы не просили о подобных мелочах: мы о них даже не задумались, а он со своими людьми не только подумал, но и сделал. Мелочи, которые могут сохранить нам всем жизнь.
 Ли смущенно отвел взгляд и тихо добавил:
 - Герман с ребятами сделали для вас лыжи и снегоступы. Если что-то случится с машиной - бросайте ее и возвращайтесь. На машинах мы закрепили по двуместному снегоходу: может пригодиться для проверки дороги. У них есть на корме длинный трос - можно будет подстраховать с основной машины. Они легкие, его ваш даже руками вытащит вместе с водителем, если с обрыва свалится. - Ли кивком указал на Аэтериоса, о чем-то говорящего с техниками у одного из наших снегоходов.
 Называть "Мако" получившийся транспорт у меня не поворачивался язык.
 - Мы вам карты залили на бортовой компьютер. - громыхнул басом подошедший Герман, вытирающий руки черной от смазки тряпкой. - Там найдете пометки перевалочных точек, крытых туннелей, опасных мест и прочего такого.
 - Когда вернемся, с меня - проставиться. - выдохнула я. - На всех!
 Техники переглянулись, Герман громогласно заржал, осторожно хлопнул меня по плечу.
 - Идет! Вы, главное, вернитесь, а там эту вашу сумасшедшую поездку отметим!
 По клубящимся сумбурным эмоциям Найлуса я четко поняла: если все пройдет успешно, мы не только проставимся по возвращению в порт!
 - Мы вам обязаны. - тихо сказал Гаррус.
 - Вы сперва назад вернитесь, а там поговорим. - хмыкнул Герман, которому польстила наша благодарность и искреннее восхищение проделанной работой.
 Расшаркивания прекратил Ли:
 - Вам пора. До темноты осталось совсем немного.
 
 Провожали нас как своих: техники выкатили снегоходы, спешно что-то допроверяя и перепроверяя, нам желали успеха, давали наперебой советы, судорожно вспоминая все, что они знали об этой дороге, все, что удалось узнать от системы датчиков, раскиданных вдоль края. Даже не знаю, почему наш самоубийственный вояж эти, по большому счету, незнакомые нам разумные, так близко приняли к сердцу, но... это было приятно. Но все подходит к концу, и мы, загрузившись в машины, выехали в метель.
 
 
 * * *
 
 - Ты отказываешься? - подрагивающим от гнева голосом уточнила очаровательная юная азари в желто-синей броне с легко узнаваемой эмблемой на груди.
 - А что, после последней "посылки" это не понятно? - язвительно ответила другая азари, мило улыбаясь. - Вам еще одну прислать? Для наглядности.
 Удар достиг цели, молодые азари с эмблемами "Затмения" загомонили, выкрикивая оскорбления и угрозы, их цель - еще более юная девушка, одетая в строгий черный костюм военного покроя, все так же мило улыбалась. А за нее прятались двое человеческих детей: мальчик одиннадцати лет и девочка - шести.
 - Девочки, я вам уже говорила, что мне не нравится, когда подобными словами выражаются при детях? - промурлыкала дева, разминая пальчики. - Говорила. - игнорируя нарастающее негодование, продолжила она говорить, окутываясь сияющим свечением активной биотики. - Я вам уже сообщила свое мнение на ваше предложение отдать их вам?
 Глава местного подразделения "Затмения" высокомерно вздернула подбородок.
 - Ты одна, Тария! Нас восемь! - выкрикнула азари с сиреневыми татуировками на лице.
 - Ой, правда? - неискренне изумилась дева. - Какой ужас! Вас восемь! Прогресс! В прошлый раз пришло три идиотки!
 - И что ты собираешься делать, Тария? - жесткий голос лидера перекрыл гам.
 - То, что хорошо умею. - спокойный, несколько равнодушный ответ совпал с массовым ударом, отбросивших насторожившихся членов самой известной банды в стороны.
 Бой не занял много времени: как бы ни были сильны девы, опыта реальных боевых столкновений у них не было, как и серьезного оружия. Чего нельзя было сказать об их противнике, имеющей и оружие, и опыт боев. Не тренировочных, настоящих, когда смерть пролетает над головой, когда кипит в жилах кровь и чужая жизнь обрывается не под вопли о пощаде, а под крики ярости.
 Тария вытерла клинок, брезгливо осмотрела место боя и буркнула:
 - А прав Крайк: нож, он в уличной драке удобнее пистолета... особенно, против биотика. - пухлые красивые губки изогнулись в презрительной гримасе. - Идиотки...
 Запрос на связь ушел на вбитый в быстрый дозвон номер, ответ пришел практически сразу: инструментрон осветился, показывая знакомое лицо. Тария виновато потупила глазки, мужчина на эту пантомиму лишь тяжко вздохнул и задал один-единственный вопрос:
 - Сколько?
 - Восемь. - девушка повернула руку так, чтобы место бойни попало в кадр. - Напали, когда я возвращалась домой с детьми. - голубые глаза опасно сузились и нехорошо посветлели. - Меня вербуют в банду, Исари! Это уже шестое предложение вступить в "Затмение"! И они хотят получить детей, за которых я несу ответственность!
 Офицер СБЦ тяжко вздохнул, задумчиво шевельнул мандибулами, и ответил:
 - Парни сейчас приедут. Оформите как обычно... - еще один тяжкий вздох. - Рейз Тария, будь аккуратнее, прошу.
 - Иса! Да я не специально! - с искренним негодованием ответила девушка, взмахнув зажатым между тонкими пальчиками длинным ножом, для нее - коротким мечом. - Они же сами лезут! И что мне с ними делать, если слов они не понимают? Они мне не верят, когда я говорю, что я боевой офицер с опытом боев! Они считают, что ЭТО - всего лишь побрякушка!!!
 Дева постучала острием клинка по серебристой эмблеме, поблескивающей на ее груди. Ярость клокотала в душе, смешанная с обидой и злостью. Расчерченное строгими линиями клановой татуировки милое личико окаменело, губы сжались в полоску.
 - Я это понимаю, Тария. Но прошу, воздержись от убийств. Хотя бы на какое-то время.
 Дева помрачнела.
 - Не могу обещать, сам понимаешь. Если нападут - я буду бить насмерть. - биотика полыхнула по телу и пропала. - Они ждали меня, Иса. Знали, что я здесь пройду! А я ходила, между прочим, по вызову службы социальной опеки!
 Турианец нахмурился.
 - Я проверю.
 - Спасибо.
 Мужчина ободряюще улыбнулся, и связь погасла. Тария зло стиснула зубы, сжимая в пальцах рукоять ножа, покосилась на детей, которых совершенное у них на глазах убийство совершенно не впечатлило, тяжко вздохнула и едва слышно пробормотала себе под нос:
 - Что же это за место, если дети привыкли к смерти... - и уже громче: - Лукас, Амира, идите сюда. Сейчас приедут дяди из Службы Безопасности, мы с ними поговорим, они запишут ваши показания, и мы пойдем домой.
 - Хорошо, тетя Тария! - девочка отвернулась от мертвой азари и подошла к няне. - А мы можем по дороге зайти к дяде Наради?
 - Конечно, маленькая.
 - Я не маленькая! - тут же насупилась девочка, глядя в яркие голубые глаза девы. - Мне скоро семь!
 Тария, боевой офицер "Кабала" пятидесяти двух лет от роду, совсем еще юное дитя по меркам своего вида, мягко улыбнулась девочке, погладила ее по голове.
 - Да... Ты совсем взрослая...
 Улыбка подувяла, замерцавшие неоновым светом глаза сузились, губы дрогнули, нехорошо глядя на появившихся из-за поворота улицы разумных, пальчики чуть расслабились, обхватывая рукоять слишком большого для нее ножа.
 Главарь мелкой местечковой молодежной банды "Железные кулаки", разглядев эмблемы на броне убитых азари, медленно поднял руки в примирительном жесте, получил в ответ милостивый разрешающий кивок, и группа подростков, пятясь, исчезла со всей возможной быстротой.
 
 
 * * *
 
 
 Сделать логичное предположение, что обычный колесный "Мако" никоим образом не проедет по заснеженной дороге, много ума не требовалось: это очевидно любому, кто хоть раз ездил зимой во время сильного снегопада и представляет, как легко можно встрять в снежном завале. Но вот полноценно оценить сложность маршрута я смогла уже в пути. Практически нулевая видимость, сильный ветер, сносящий в пропасть, и прочие мелочи - это было ожидаемо, а еще Ли вполне точно описал, что нас может ждать: за неделю метели и обильного снегопада и без того не слишком-то просторную дорогу замело так, что иногда мы эту дорогу находили по карте и легкому изгибу снега на склоне горы. Хуже другое: крытые туннели совершенно неожиданно стали не помощью и защитой, а серьезной проблемой на пути. И если первый мы проехали без особых сложностей, поскольку из-за защиты нависающей над головой скалы его не слишком сильно замело, то на втором мы встряли намертво.
 На каком-то шестьдесят третьем километре трассы!
 Непереводимая турианская матерная идиома, высказанная Найлусом, когда он ударил по тормозам, полностью характеризовала то, что мы увидели в свете прожектора: выезд из туннеля перекрывала сплошная стена плотного, уже слежавшегося снега.
 - Приехали... - буркнула я.
 В кабину заглянул Аэте, оценил картину и сделал логичный вывод:
 - Я пойду, сниму снегоход. - произнес, и убрался из кабины.
 Остановился второй транспорт: даже связываться не надо. И так видно, что дальше мы никуда не поедем, пока не придумаем, как пробиться сквозь снег.
 В салоне нас встретили настороженные и вопросительные взгляды: в нашем снегоходе ехал отряд Джейн и Дэрг с Диланом. Джон с его людьми, Эшли, Рекс и Лиара - во второй машине, которую вел Гаррус с Николаусом.
 - Выход из туннеля снегом завалило. - ответила я на молчаливые вопросы. - Съездим, разведаем, что там снаружи.
 Люди переглянулись и промолчали. А что тут скажешь? Сидим и радуемся. Хорошо хоть в самом туннеле встряли: крепкая постройка защищает от ветра и снега. И она же защитит от лавины. Скрывать информацию от бойцов я смысла не видела никакого: не маленькие, чтобы паниковать и под руку лезть, прекрасно понимают, куда мы сунулись. А осознание глобальности задницы способствует шевелению мозгов! Вот пусть сидят и думают, пока мы съездим и посмотрим.
 Снять снегоход много времени не требовалось: Аэте сдвинул защитный кожух на корпусе бывшего "Мако", отщелкнул замки и спокойно снял двухместную машину с опор, совершенно не напрягаясь немалым весом. Круглые глаза высунувшегося из десантного отсека Рамиро четко дали понять: вопросы у аналитика всё множатся и множатся, и сейчас добавился еще один, поскольку асур на его глазах переставил снегоход на борт транспорта, спрыгнул на землю, а потом снял неподъемную для человека машину, спустив на присыпанный снегом пол туннеля.
 Рамиро что-то невнятно булькнул, Аэте повернулся, вопросительно вздернул бровь, иронично глядя на итальянца.
 - Что-то не так?
 Аналитик захлопнул рот, хмыкнул, покачал головой и полюбопытствовал:
 - А не тяжеловато?
 Аэте усмехнулся. Вопрос риторический, и ответ на него не требовался: наш двухместный снегоход весит чуть больше трех центнеров.
 - Нет. - мягко ответил химера, заводя двигатель и надевая шлем. - Имрир?
 Я села за его спиной, обхватила одной рукой за талию, второй вцепилась в специальную ручку возле сидения.
 - Поехали.
 Зарокотал мотор, снегоход с противным скрипом покатился по полимерному покрытию пола туннеля, оставляя за спиной клубок оторопи, изумления, непонимания и тяжелой задумчивости.
 На разведку территории поехали только мы двое. По двум причинам. Во-первых, мы самые физически сильные в отряде. А во-вторых, я, все же, не только метаморф, но и маг. И мне надо своими глазами увидеть, что там творится, чтобы оценить, как это все расчищать. А без магии или тяжелой техники снежный завал не разобрать. Никак. Даже если очень постараться: пока будешь копать, метель насыплет сверху еще столько же.
 
 Маленький снегоход смог довезти нас только до другого конца туннеля: склон на входе приближался к понятию "отвесный", и подняться на него не вышло даже по наваленному снегу. Ну да и то хорошо: не пришлось три километра крытого туннеля пешком топать.
 - "Да-а, тут без вариантов." - буркнула я, задрав голову, разглядывая едва видимый в метели верх туннеля. - "Надо пробивать выход."
 Ни Найлус, ни Гаррус ничего не сказали: переданный образ был вполне красноречив.
 - "Мы поднимемся наверх. Пройдем до края, посмотрим, что там. А вы пока отгоните снегоходы от края."
 Непроизвольная просьба быть аккуратнее и осторожнее промелькнула по связи и растворилась в сумбурных эмоциях: за нас переживали. Приятно... Беспокойство и тревога близких сподвигает с большей аккуратностью и внимательностью отнестись к собственной безопасности. А не так, как я это делала обычно, часто проскакивая на грани фола...
 - Нечего лыбиться, Аэ. - вслух сказала я, зная, что химера меня прекрасно услышит: у нас постоянно работает внутренняя связь. - Как подниматься будем?
 Асур мне не ответил. Он просто подошел к отвесному склону и... проворно полез наверх по обледеневшей скале, ободранной ветром от снега, иногда упираясь в массивные крепления туннеля. А я стояла и хлопала глазами: скалолазание никогда не было моим любимым видом деятельности. Я вообще горы не люблю.
 - Держи.
 Сверху упал трос, утонув грузилом в снегу, шесть секунд спустя меня подняли на крышу туннеля.
 - Как все просто оказалось...
 Легкая ирония Аэтеры промелькнула и угасла, сменившись спокойствием. Время работать.
 До начала завала мы доехали с комфортом: как оказалось, под мощными перекрытиями проходил узкий технический туннель, специально сделанный для техников. Чтобы им было удобно работать с оборудованием туннеля. Тут же находились станция связи, небольшое подсобное помещение с каким-то оборудованием, щитками и центром управления освещением, габаритными огнями и еще какими-то непонятными нам функциями. Ничего трогать мы не стали, просто заглянули в небольшое помещение, утопленное в скалу, и проехали мимо. Поднять снегоход вообще проблемы не составило: закрепленная на массивной балке лебедка с этим отлично справилась. Аэ оставалось только через край машину перетащить и на пол поставить.
 - Аэ, тормози.
 Снегоход послушно затормозил, противно заскрипев лыжами по металлу.
 - Вот тут и выйдем... - пробормотала я, осматривая сквозь толстенное остекление плотную снежную массу, услужливо подсвеченное узким лучом светляка.
 - Как?
 Тоже мне, проблему нашел... Дырку в стене проковырять, даже в металлической, это не выкопать тонны снега!
 - Сейчас сделаю. И да простит меня Ли за этот вандализм...
 Маркеры направленного взрыва заняли свое место, подать энергии, руны зло взблеснули, и кусок металла ввалился внутрь вместе к приличным комом снега. В технический коридор ворвался с завыванием ветер, принося с собой отголоски метели. И лютого мороза, неощутимого в герметичной броне.
 - Делов-то! - я высунулась наружу, оценила стену снега, пластами поднимающуюся правее пробоя. - Аэте, у меня проблемы только с созидательными действиями. Разрушать я умею хорошо! Лучше только убивать получается.
 Тихий смех боевой химеры и его же яркая ирония прекрасно сочетались с невероятным любопытством: только что он впервые увидел применение магии в ситуации, приближенной к боевой. Ведь точно так же можно проломить и обшивку корабля, и стену крепости. Все дело в размерах пробоя и во вложенной силе.
 - Потом научу. Когда у тебя разовьется ядро и выйдет на нужную мощность энергетический потенциал организма.
 А это радостное событие произойдет довольно скоро... учитывая, с какой скоростью и как стремительно изменяется организм асура, попавший в высокоэнергетическую среду... Всего-то нужно немного подсобить, дать резкий энергетический всплеск, так сказать - толчок. И я знаю, как это можно сделать легко и без лишних сложностей. И когда. Но да это дело будущего! Которое наступит уже во время посещения Вермайра и после встречи с Сареном. Как бы она не прошла, и к каким бы результатам ни привела...
 Еще раз осмотрев стену снега, я досадливо поморщилась и попросила:
 - Аэ, подсади, а...
 Еще один смешок, какое-то непонятное мне умиление, химера подошел, присел, опустившись на колено, сцепил пальцы в замок, я наступила ногой ему на ладони, придерживаясь за плечо, а он, рывком выпрямляясь, буквально закинул меня на снежный пласт.
 - Ли говорил, что буран длится уже семь дней. - пробормотала я, закарапкиваясь на огромный подледеневший сугроб из плотного, уже усевшегося снега. - Надо было еще спросить, а когда же закончился предыдущий...
 - Был промежуток в девять суток. - спокойно ответил асур, забираясь ко мне. - Я спрашивал. В это время постоянно штормит. Дорогу они начнут чистить не раньше, чем через полтора месяца...
 Какая прелесть... И чем мы думали, когда решили ехать?
 - И долго длятся бураны?
 - Полторы-две декады, как когда. - обрадовал меня Аэте, усмехнувшись. - Ехать бы пришлось...
 Мы синхронно фыркнули и полезли дальше, штурмуя огромный сугроб. Если мы, химера и метаморф, здесь не пройдем - никто не пройдет.
 
 Как мы перелазили через огромный завал не передадут никакие слова! Даже маты не смогут правильно охарактеризовать этот процесс. Но мы пролезли, чуть не скатившись по заледенелому насту в пропасть, перебрались через спрессованный между опорами снег и вышли на уже слежавшуюся лавину, накрывшую почти километр дороги и часть туннеля. Дальше дорога поворачивала, и снег на нее не попал, скатываясь в бездонную пропасть.
 - Они здесь не проедут. - сделал очевидный вывод Аэтериос из открывшейся перед нами картины.
 Мощный магический светляк освещал территорию, до дрожи напоминающую Ледяные Равнины Инферно, прошибая густую метель тонкими острыми лучиками белого света. Сходство - поразительное. Такая же вечная метель, непроглядный мрак, лютый мороз и бездонные пропасти, уходящие в Бездну... Гор там не было, зато были торосы и каскадные бесконечные разломы.
 Я встряхнулась, отгоняя жуткое видение. Не стоит сейчас вспоминать о ТАКИХ местах... Особенно, когда столь велико сходство.
 - Если не подготовить дорогу - не проедут. - согласилась я, сплетая заклинание сейсмической разведки, которым мы проверяли надежность древних строений. - Сейчас посмотрим, что там внутри...
 Заклинание отработало и принесло результаты. Довольно ожидаемые: под нами шесть метров слежавшегося снега, под которым - туннель, высотой десять метров и двенадцать - в ширину. А перед нами - снежный массив на всю эту глубину. Справа - скала, слева - пропасть. Прекрасные условия для работы, ничего не скажешь.
 Я плюхнулась в мягкий сугроб, свеженанесенный метелью, откинулась назад и задумалась, изучая результаты сканирования. Рядом в сугроб завалился асур.
 - Что делать будешь? - хмуро спросил он, вполне здраво оценивая сложность стоящей перед нами задачи.
 - А что тут еще остается делать? Сносить все это буду. - проворчала я. - Только очень нежно... Не дай Всетворящий эта пакость начнет слоиться по рыхлым слоям и сползать...
 - Мрир, снегоходы не пройдут по лавине.
 Я поморщилась, глядя в ночное небо и ярящуюся метель.
 - Да куда они денутся? Пройдут! Но нам для этого придется поработать...
 Тело приятно гудело: мышцы перестраивались, организм разгонялся, готовясь к предстоящему выматывающему труду. А работать нам надо будет очень много, долго и тяжело, хоть сам процесс до отвращения прост. Надо всего лишь вырезать дорогу в плотном снегу, а потом прорезать наклонный выезд из туннеля.
 - Аэте.
 Асур сел, прижимаясь закованной в броню спиной к скале. Чтобы не сдуло.
 - Вот что я предлагаю...
 План был предельно прост и вполне осуществим. Прорезать снег - не проблема. Арсенал темных боевых плетений очень обширен, и найти что-то вроде режущей нити - не так сложно. Для этого подойдет и "Плеть", и "Струна", да даже простейшее "Лезвие Тьмы", изучаемое на первом курсе! Все боевые заклинания Тьмы не дают лишней температуры, как огненные, не создают вибраций и колебаний, как плетения воздуха или земли. Проблема только в том, что отрезанное надо как-то с места сдвинуть, а масса у слежавшегося снега очень велика. И сдвигать надо так, чтобы самому следом в пропасть не слететь.
 - Если сейчас все получится, дальше останется только механическая работа. - уже веселее произнесла я. - Аэ?
 - Готов.
 - Готов, так готов...
 Закрепив страховочные тросы на опорной балке, мы занялись тем, чем развлекались детишки в магических мирах: вырезанием "домика" из снега. Только во взрослых масштабах...
 Лезвие Тьмы сформировалось легко, даже - охотно, словно реальность рада воплощать в себе проявления активной магии: темное, чуть дрожащее на краях полотно, марево черной дымки, практически прозрачное, невидимое в ночном мраке, бесконечно-острое, словно мономолекулярный силовой клинок.
 - Я буду резать, ты - сдвигай.
 Асур кивнул.
 - Ну, начали, что ли...
 Мглистое лезвие легко обтесывало снег, внешние пласты с рокотом и скрежетом сползали в пропасть под собственным весом, а я после каждого надреза замирала, вслушиваясь на пределах чувствительности аппаратуры шлема и собственного слуха: не раздастся ли тревожный треск, не пойдет ли неконтролируемая реакция, не нарушится ли целостность сошедшей лавиной снега... Но нет, лавина хранила молчание, и первоначальная обработка склона прошла без эксцессов. Теперь - сделать пологий наклон на всю глубину наноса - шесть метров до уровня верха туннеля. Так, чтобы учесть будущий подъем на завал. И дальше уже - до поворота дороги.
 Колоссальный труд...
 Я старалась срезать снег тонкими пластами, под углом, чтобы он как можно дольше сходил сам собой. Но в один не самый прекрасный момент, отрезанный пласт накренился, но... так и остался на месте.
 - Аэ...
 Темное лезвие поднялось вертикально, я отошла к краю скалы, пропуская асура. Аэте примерился, уперся руками в снежную глыбу, тяжело, с натугой сдвигая ее с места.
 - Резать меньшими кусками?
 Аэ покачал головой, отходя мне за спину и придерживая за страховочный трос: порывистый ветер бил в спину, ощутимо снося к краю.
 - Не надо: дольше провозимся. Мне хватит силы...
 Лезвие срезало очередной пласт, расслоилось и разбило его на отдельные куски. Огромные. Неподъемные даже для асура.
 - Я помогу.
 Прикинув массу глыб, Аэте кивнул, повел плечами, кивнул и занялся работой. Тяжелой. Выматывающей. Опасной. Вместе со мной.
 - Знаешь, понятие "уборка снега" для меня приобрело новую грань понимания. - проворчала я, упираясь руками в снег.
 - Знаю... - с приглушенным рыком выдохнул асур. - Для меня тоже...
 Глыба неохотно поползла вперед, накренилась и ухнула во мрак.
 И я, и Аэтериос - очень сильны физически. Несоизмеримо сильнее человека. У нас огромная грузоподъемность: глыбы снега, которые Аэте своими силами сдвигал с вырезаемой мною дороги, иногда превышали массой десять тонн! Но мы - легкие и маленькие относительного того груза, который приходилось сдвигать. Я даже не представляю, сколько бы времени заняла эта работа у обычных людей, если мы, высококлассная боевая химера и истинный метаморф, потратили на создание дороги так много времени и сил... Это ведь только звучит красиво: вырезать Лезвиями Тьмы в снегу дорогу. В реальности - это утомительная, тяжелая, выматывающая работа. И очень опасная. Под бьющим в спину резким ветром, во мраке бурана, едва разгоняемого мощным штормовым светляком, на скользком снегу, на краю обрыва, в который так легко соскользнуть вслед за внезапно поехавшим куском снега. Сколько раз Аэте вытаскивал меня обратно на обрыв, сколько раз я его удерживала от падения в пропасть? Да кто считал...
 Время за работой летело незаметно, подспудно накапливалась усталость. Даже мои силы не безграничны, даже колоссальная выносливость химеры имеет свои пределы, и когда пласт снега ухнул в туннель, а ночной мрак прорезал яркий свет прожектора, мы едва стояли на ногах.
 - Аэ...
 Мутную усталость пробили искры любопытства.
 - А нам еще обратно ехать...
 Химера вздохнул, повел ноющим плечом, чуть не вывернутым, когда неудачно сорвалась очередная куча снега, по прочности напоминающая легированную сталь.
 - Проедем.
 Недосказанное "даже если придется все эти горы срыть" вызвало улыбку. Нравится мне его настрой. А еще больше мне нравятся искреннее восхищение Найлуса, тревога Рруса и оторопь любопытного Рамиро, вышедших к нам навстречу.
 - Мрир... мы снегоход там оставили...
 Первая мысль: в Хаос этот снегоход! Но я подавила этот мелочный порыв: транспорт может пригодиться, а за ним вернуться - не так сложно.
 - Выкатывайте "Мако", а мы вернемся, заберем наш транспорт. - сказала я по общей связи. И тут же добавила мысленно: - "Мы его оставили в техническом туннеле за завалом."
 Нам никто ничего не сказал, только приглушенное бульканье "Как?!!" изумленного до глубины души Рамиро, глазеющего на дорогу, погрело мою душу.
 Как-как... Руками!
 Пока мы пробирались через завал и возвращались по основному транспортному туннелю. Первый "Мако" уже перевели по вырезанной нами дороге, которую имел возможность созерцать весь отряд. В бывшем бронетранспортере находился только водитель. Все остальные шли своим ходом за машиной. Обычная ситуация при переходе опасных участков в горах: сперва самые тяжелые машины, максимально облегченные, а потом - люди. Последними проехали мы с Аэ, прибыв как раз к погрузке.
 Наш снегоход обратно на "Мако" грузили Рекс с бойцами, а мы с чувством выполненного долга забрались в машину, с огромным удовольствием слушая экспрессивные высказывания, раздающиеся по общей связи.
 
 - Сколько там до этой перевалочной станции? - спросила я, растекшись в кресле второго водителя, когда мы, наконец-то тронулись.
 - Еще тридцать восемь километров. - ответил Найлус. - Дорога идет почти ровно. Ли говорил, на этот отрезке проблем быть не должно.
 - Хочется верить.
 В принципе, проблем действительно быть не должно: дорога резко расширилась, поднялась практически на вершину хребта, идет довольно ровно, лавине прийти неоткуда, снега здесь немного: ветер сдувает. Да и буран чуть поутих, не так сильно сносит.
 - Отдыхай.
 Хорошая мысль. Аэте уже дрыхнет в десантном отсеке: вырубился практически сразу, стоило сесть и расслабиться. Не смотря на мою помощь, основную работу по уборке снега сделал он.
 - Разбудишь, когда до той станции доберемся. - пробормотала я, устраиваясь удобнее и закрывая глаза.
 - Разбужу. - тихий ласковый голос, едва слышимый в завываниях ветра и рокоте мотора. - Спи...
 Отрубилась я раньше, чем он закончил это простое слово, провалившись в ласковую тьму, убаюканная приглушенными подвываниями порывистого ветра и размеренным гулом двигателя.
 
 
 * * *
 
 - Слышь, Ли, как думаешь, они доедут? - приглушенный треском сварки бас бригадира прозвучал неожиданно, выбивая из тяжелых дум.
 Механик закончил заваривать трещину в металле, отключил аппарат и поднял щиток, закрывающий лицо, хмуро глядя на старого друга.
 - Не знаю, Герман. - Лилихьеракс покачал головой. - Сам же знаешь, что там твориться в это время. Дорога непроходима.
 Бригадир помрачнел.
 - Знаю... - пятерня, измазанная технической смазкой и застарелой жирной черной грязью, оседающей на подвижные части состава, прогребла короткую шевелюру. - От них недавно сообщение пришло. Дорогу к перевалочной станции завалило.
 Ли вздрогнул, а Герман кивнул, подтверждая опасения.
 - Крайк выходил на связь. Они прошли хребет и выехали на развязку. Говорил, подъедут ближе, посмотрят... - пожевав губу, чуть прикусывая потрескавшуюся кожицу, добавил: - Они собрались ехать через Ибраз, если перевал непроходим.
 Ли вздрогнул, втянул пресыщенный озоном воздух, выматерился.
 - Я их предупредил, чтобы были осторожнее: там же снега навалено на десятки метров! - быстро сказал Герман, словно оправдывался непонятно перед кем. - Но если проломят наст и провалятся...
 Он покачал головой.
 - Если они провалятся под наст, на поверхность они уже не выберутся. - закончил Ли. - Ждем. Если не выйдут на связь до утра - отправим беспилотник.
 - Ли, на том плато кого-то найти нереально!
 - У нас есть их маршрут. - отмахнулся механик.
 Человек проскреб щетину на подбородке.
 - Откуда?
 - Я поставил на их машины дальнобойные маяки. - спокойно ответил Лилихьеракс, глядя в стальные глаза своего подчиненного. - Ты же не думал, что я выпущу полтора десятка разумных в буран на непроходимую трассу без страховки?
 Герман хмыкнул, расплываясь в ухмылке, облегченно выдохнул.
 - Сразу сказать не мог, чтобы я себе нервы не трепал?
 Укоризненный взгляд старшого бригадир проигнорировал, сделав вид, что не понял этот жест искренней обиды и недоумения.
 - А, да, чуть не забыл! Ли, тебя там наш жаб видеть хотел.
 Лилихьеракс невозмутимо опустил защитный щиток на глаза, включил сварочный аппарат и невозмутимо ответил:
 - Схожу. Когда закончу.
 
 
 * * *
 
 
 Толчок резкой остановки и приглушенное проклятие Найлуса сдули дрему, выкидывая из полусна. Разлепив взгляд, я обозрела мутным взором кабину, глянула на сумрачного Аэте, с заспанной физиономией созерцающего изображение на экране.
 - Что случилось?
 - До станции мы не доедем. - проворчал Найлус, разворачивая снегоход. - Завалило намертво. Поедем напрямую.
 Я зевнула, потерла физиономию, глянула на карту, на которой мигал маркер нашего положения.
 - Это мы на петле, что ли?
 - Да. - Найлус развернул карту, показывая маршрут. - Мы здесь. Вот эта дорога ведет к станции, и оттуда можно было доехать до "Вершины" по восточному склону. - мерцающая полоса наглядно продемонстрировала возможный маршрут. - Но попасть к станции мы не можем, значит, придется ехать по западной объездной. Это удлиняет путь еще на пятьдесят километров.
 На карте появилась вторая линия, обрисовав вероятный маршрут. Какое-то время я тупо таращилась на экран, пытаясь сообразить, что там нарисовано, пока меня не осенило:
 - Погоди, так мы поедем через плато?
 - Да. - карта приблизилась. - Через пятнадцать километров будет съезд на плато. Еще сто двадцать - по нему, дальше - подъем на западную дорогу. Вот тут. Отсюда до "Вершины" останется километров с восемь.
 - Плато - это хорошо. - пробормотала я. - Там хоть в пропасть не нырнешь и проехать проще...
 Най согласно кивнул.
 - Верно. Но последний участок дороги, ведущий на подъем к "Вершине-15" сложнее. И заедем мы на него еще до рассвета, если проедем плато без проблем.
 - Значит, поедем в темноте. - буркнула я, вновь обмякая в кресле.
 Найлус улыбнулся, переключил передачи, и наш снегоход мерно покатил по дороге, заворачивая на запад. В конце концов, да какая разница, как именно мы попадем к "Вершине-15"? Нам главное до нее доехать!
 Примерно такие мысли крутились у меня в голове, пока наши верные "Мако" скользили по заснеженной дороге, ощутимо сворачивающей на запад, на горное плато, на дальнем краю которого располагалось промерзшее до дна озеро и исследовательский комплекс "Вершина-15".
 Что самое удивительное и подозрительное, ехали мы без проблем и лишней нервотрепки: к середине ночи снегопад приутих, и порывистый сильный ветер гонял в свете прожектора мелкую колкую снежную сыпь, нисколько не мешающую лидару работать, обрывистые склоны остались позади, как и присущие им опасности, а впереди нас ждало плато Ибраз.
 
 
 
 
 

Глава 51: Новерия: "Вершина 15"


 
 
 Никакие слова не передадут наши чувства, когда прожектор выхватил из тьмы блестящие наледью стены исследовательского комплекса "Вершина-15"! Самым ярким и мощным чувством, безраздельно властвовавшим в двух машинах, было облегчение. И искреннее, ничем не замутненное счастье!
 Переезд через плато, несмотря на тянущее чувство тревоги, прошел без серьезных происшествий. Трещащий под весом машин наст очень стимулировал не останавливаться и соблюдать пару простых правил. Особенно одно, сомнительное в плане безопасности, но очень действенное в нашем случае: не ехать гуськом. Снегоходы шли параллельным курсом на расстоянии в триста метров друг от друга, так, чтобы давать минимальную одномоментную нагрузку на наст. Иногда мы разъезжались почти на полкилометра, объезжая торосы и блестящие льдом проломы наста, иногда съезжались практически вплотную, но чаще всего удерживали дистанцию прямой видимости. Метель немного унялась, и резкий порывистый ветер гонял мелкое колкое снежное крошево, блестящее бриллиантами в свете прожекторов. Видимость стала ощутимо лучше, что помогало едущему впереди разведчику заранее обнаружить сложности на трассе и предупредить водителя идущего следом "Мако".
 Проблемы начались на выезде с плато, там, где наст оказался тоньше всего: ледяная корка перестала выдерживать вес тяжелого снегохода, но высокая скорость движения дала возможность убраться с просевшего под головной машиной льда до того, как он проломился. Однако, второй "Мако", которому пришлось снизить скорость из-за неровности трассы, не успел проскочить опасный участок, и когда под ним сломался наст, целиком ушел в огромный сугроб, вкопавшись в плотный снег на инерции движения. Одно радовало: не в воду ухнули.
 Почти пять часов ушло на то, чтобы обрушить предательски-тонкий наст до самых камней, раскопать и вытащить снегоход на плотный, слежавшийся, вмерзший в скалы снег дороги. Устали мы невероятно, перепсиховали и успели пройти все стадии от испуга и злости, перетекшей в бешенство, до мутного отупения, когда единственная мысль, долбящаяся в голову - это желание, чтобы все это, наконец, закончилось. И если бы не предусмотрительность Лилихьеракса и его людей, мы бы ни за что не справились без снегоступов, лыж, лебедок и того самого гарпуна, заменившего оружейную турель. А уж сколько искреннего счастья и радости было, когда "Мако", воя от натуги, вытащил на гудящих от напряжения тросах залепленного снегом потерявшего ход собрата, не передадут никакие слова!
 После этого радостного события мы больше часа потратили на то, чтобы под резким сильным ветром очистить ходовую спасенного снегохода от забившего ее снега и подготовить машину к поездке. Ну и успокоились немного: от пережитого и тяжелой работы колотило всех. На фоне произошедшего последний отрезок дороги с ее осыпающимися краями, снежными завалами и мелкими досадными неприятностями вроде скользкой наледи как-то прошел мимо сознания чередой незначительных проблем, легко решаемых подручными средствами.
 
 - Приехали!
 С такими сакраментальными словами я высунулась в десантный отсек. Бойцы оживились, дремавшая всю дорогу от плато Джейн тут же подскочила, захлопала сонными глазками, смачно зевнула, шмыгнула покрасневшим носиком, и совершенно по-детски причмокнула. Я не сдержалась и хихикнула, отчего девушка удивленно заморгала и чуть насупилась, став при этом еще очаровательнее. Джейн, все же, миленькая! Особенно, в такие моменты. Умильная мордаха Аэте и улыбки бойцов показали их полную со мной солидарность.
 Очаровашка!
 Дав возможность уставшим бойцам получить свою дозу радости от созерцания заспанного командира, я сообщила:
 - Центр связи комплекса исправен, ответа на запросы нет. - дождавшись осознания и появления понимания на рожах, добавила: - Готовьтесь.
 Легкий расслабон мгновенно исчез, бойцы зашевелились, проверяя броню и оружие. Диего передал Джейн ее шлем, надел свой. Вовремя: наш "Мако" плавно сбросил скорость, мягко затормозил и остановился у самых ворот под защитой огромных опор комплекса. Я глянула на экран. Второй снегоход остановился в десяти метрах дальше, почти у самой стены.
 - Аэте, вскроешь ворота. - приказала я, переходя на общую связь. - Дэрг, Дилан. На выход. Остальным - ждать.
 Асур коротко кивнул, рывком сдвинул дверь десантного отсека и спрыгнул на снег. Парой секунд спустя вслед за ним покинули машину Дэрг и Дилан. Рамиро тут же закрыл дверь и вернулся на место.
 Подозрительную рожу сицилийца я, конечно, не видела: шлемы у нас всех практически глухие, с визорами односторонней прозрачности, но мне и не надо видеть его лицо. Эмоции сдавали аналитика с головой. Рамиро Дитер Дуарте да Россет пребывал в тяжких раздумьях и все никак не мог уложить в голове то, что увидел за эти сутки. Слишком много странного, откровенно выходящего за грань человеческих возможностей. Пусть думает, анализирует, дозревает и доходит до кондиции. Скоро он упрется в стену непонимания и придет за ответами. И это - прекрасно. А еще лучше, что он понял причины такого моего решения и сейчас мучительно пытается понять, что мне от них всех нужно. Мысли о том, что мне нужно не "что", а "кто", все чаще посещают его гениальную голову, но аналитик упорно пытается найти другое обоснование моего интереса, ведь если допустить, что мне нужны они сами... Я усмехнулась.
 Джейн же, наоборот, на наши действия в пути внимания не обратила и ничего особо странного не заметила. А то, что увидела, не оценила так, как надо бы. Полагаю, Рамиро по возвращению еще не единожды выест мозги своим сослуживцам: есть у него привычка вдалбливать им в голову важную информацию и делиться наблюдениями. Вон как зыркает на Диего, постоянно перенося точку внимания с подопечного на командира. Изредка поглядывает на меня, пользуясь тем, что глухой шлем скрывает глаза. Но долго взгляд не задерживает. Зато Джейн меня буквально сверлит взглядом, хмурится и распространяет тревогу напополам с недоумением и беспокойством. Что бы она ни говорила, но странный седой парень не оставил ее равнодушной, и сейчас она за него банально переживает... по-прежнему не воспринимая асура как кого-то опасного. Даже зная, что Аэте не так прост и безобиден, как выглядит! Даже помня слова их аналитика! Ошибка восприятия: разум говорит одно, но все инстинкты уверяют в обратном, и, как результат, доводы разума остаются неуслышанными. Аэтера отлично умеет играть на чужих слабостях и инстинктах, и сейчас Джейн не понимает, почему я отправила вскрывать ворота потенциально опасного объекта всего лишь троих бойцов, оставив остальную десантную группу сиднем сидеть в машинах, откуда они не смогут оказать поддержки.
 Внутренняя связь предупредительно щелкнула, прерывая ленивый бег мыслей, и в наушниках раздался спокойный голос Аэте:
 - Я вскрыл ворота. Шлюзовой туннель открыт.
 Как и ожидалось, много времени на взлом системы безопасности он не потратил.
 Найлус тронул машину, наш снегоход закатился в просторный туннель, отделенный еще одними массивными воротами от основного ангара. Минута, и второй транспорт затормозил чуть впереди. Так, чтобы даже удар ракетой не накрыл обе машины одновременно.
 - Закрывай ворота и вскрывай следующие. - ответила я ждущему дальнейших указаний асуру и добавила по менталу: - "Первичная проверка и зачистка ангара на тебе."
 От Аэте пришло согласие, окрашенное азартом, и связь свернулась. У него не займет много времени пробежаться по просторному ангару и проверить его на наличие противников. Реальной опасности для асура нет: рахни боевой химере такого класса не противник, геты... геты доставить хлопот могут, но по скорости движения и реакции Аэте совсем ненамного уступает ИИ. Синтетиков уничтожать он умеет.
 С зачисткой исследовательского комплекса мы с Аэ вполне могли бы справиться вдвоем, без риска для жизни других, более слабых и уязвимых членов команды. Но... Но огромная личная сила и опыт - это не повод относиться снисходительно или, что хуже, пренебрежительно к представителям иных видов. Подобным забавным вывертом психики частенько грешат представители Старших Рас, недооценивая другие виды. Оскорбляя их покровительственным отношением. Не принимая всерьез. И этот же выверт подсознания Эстус из меня выбивал очень жесткими методами, буквально вколотив простые, но непреложные правила любого перерожденца, желающего ходить по жизням долго и без лишних проблем: "Не зарывайся", "Не недооценивай других" и "Не переоценивай себя".
 Найлус включил прожекторы, заливая двенадцатиметровый в ширину и восьмиметровый в высоту шестигранный туннель ярким светом. Как только откроются ворота, прожектор осветит ангар. Скрываться или таиться мы не собирались. От кого? От рахни или гетов? От выживших, если такие найдутся в комплексе? От рахни - бессмысленно. Все равно найдут. Если канон не врет, и эта раса - природные менталисты, от них спрятаться еще сложнее, чем от ИИ гетов. По колебаниям в ментале вычислят. А если кто-то выжил на "Вершине-15", мы окажем им помощь и возьмем под защиту, насколько это будет возможно.
 Аэте добежал до вторых ворот и замер у терминала. Дэрг и Дилан остановились неподалеку, но и не приближались к более сильному и опытному сородичу: дают пространство для маневра, если вдруг каким-то чудом на асура кто-то или что-то решит напасть. И действуют они автоматически, не задумываясь, на инстинктах и проблесках пробуждающейся генетической памяти выбирая удобное для них всех расстояние и расположение.
 - Готово.
 Аэте отошел на пару шагов, снимая с захвата пистолет, а многослойные створки дрогнули и быстро поползли в стороны, открывая доступ в ангар.
 - Проверьте ближайшую территорию и возвращайтесь. - произнес Найлус.
 Трое бойцов скользнули в огромное помещение и исчезли из виду.
 - Выгружаемся. - приказала я. - От машин не отходить.
 Много времени проверка ангара у Аэте не займет: он пробежится быстро, не тратя время на излишнюю осторожность, как это делают люди. Как раз успеем выгрузиться. Заводить снегоходы внутрь мы не будем: в шлюзовом туннеле "Мако" в полной безопасности, закрытые с обеих сторон мощными воротами. Кто знает, как передвигаются рахни, и сколько есть незаметных путей доступа в огромное, захламленное помещение ангара? Рисковать нашим единственным транспортом я не собираюсь. И повторять судьбу тех, кто сейчас загорает на "Расселине" по милости местной системы безопасности - тоже!
 Я прикрыла глаза и откинулась на спинку сидения, погружаясь в ментальный план огромного комплекса. У каждого свои способы поиска и разведки...
 "Вершина-15" полыхала и сияла сложнейшим конгломератом эмоций, формировавшим богатый ментальный план долгие годы существования комплекса. Чего здесь только ни было... Весь богатый спектр эмоций разумного существа от любви и счастья до ненависти и отчаяния. Мне это не нужно. Меня интересует другое: есть ли в комплексе живые.
 В ноосфере обжитого здания эмоции держатся долго, врастая в него и формируя плотную ауру, становятся неотделимой частью материального объекта. Даже разрушение самого комплекса не уничтожит эту ауру: она будет держаться очень долго и легко врастет в новое здание, построенное в ее зоне, перенеся на новое строение все признаки старого. Не зря существуют легенды о проклятых домах, чье проклятие не удается уничтожить даже снеся сам дом. Механизм тот же. "Вершина-15" на счастье существовала мирно: это исследовательский комплекс, риск-лаборатории дальше, на станции "Расселина", а потому ауры смерти и страданий в ярком ментальном плане нет. Но вот тонкий налет некроэнергии от внезапной смерти множества разумных чувствуется: этот легкий, едва уловимый на грани восприятия стылый холодок, заставляющий нервничать и искать скрытую опасность, даже если ее нет. Люди привкус смерти ощущают интуитивно: бойцы на взводе, шуточки и облегчение от прибытия в точку назначения давно прошли, оставив тревогу.
 Сместив восприятие, я сканировала огромный комплекс. Уровень за уровнем. От вгрызающихся в мерзлый гранит помещений до верхушки изящного светлого здания, возвышающегося над заснеженным горным хребтом. Проблески жизни были: небольшие скопления аур разумных и условно-разумных существ, рассыпанных по внутренней части комплекса. Одна, самая большая группа, однозначно воспринималась как рахни: около четырех десятков небольших существ, что-то активно делающих на уровень ниже реактора, где еще было тепло. Остальные, мелкие группки от двух до десяти особей не поддавались точной идентификации. Рахни разумны, и даже в безумном состоянии воспринимались именно как условно-разумные существа. Так же воспринимаются и спящие люди, особенно, если сон крепкий и мыслительная деятельность понижена.
 - "Жизнь в комплексе есть." - наконец, сообщила я, заканчивая сканирование. - "Но кто из них кто без глубокого сканирования сказать точно не могу. Около ста сорока сигнатур. Из них десятка четыре точно рабочие рахни: они активны, но мыслительной деятельности нет. Одни инстинкты."
 Найлус нахмурился, Гаррус принял информацию к сведению, оставаясь спокойным и собранным. Аэте оживился. Я скинула им информационный пакет с данными сканирования.
 - "Аэте, пробей по местной системе безопасности. Может, там есть информация о выживших."
 От асура пришло согласие, и больше я его не отвлекала, терпеливо ожидая окончания проверки территории.
 
 - Чисто. - прозвучал долгожданный ответ по общей связи. - Двери блокированы, ангар и прилегающие коридоры проверены. - короткая пауза, словно Аэте замялся, и продолжение: - Я нашел контрольно-пропускной пункт, ведущий во внутренние помещения комплекса. Доступ в систему безопасности и информационную сеть я получил. План комплекса сейчас загружу вам на инструментроны.
 Буквально через мгновение мелкая вибрация сообщила о получении информационного пакета. В ментале щедро растекалось удивление бойцов и искреннее недоумение Рамиро, не понимающего, как Аэтериос получил контактные данные его инструментрона. Почему-то он был свято уверен, что я этих данных асуру не давала. И он прав: не давала. Все инструментроны бойцов группы высадки имели общую надстройку, позволяющую им работать в единой сети, связываясь друг с другом через устройство командира подразделения. А уже мой инструментрон имел общую связь с инструментронами Джона и Джейн. Стандартная система. Которую Аэте милостиво проигнорировал и обошел, посчитав нерациональной и лично для него неудобной.
 - Следы боев есть? - спросила я, жестом отдавая приказ двигаться вперед.
 - Боев - нет. - пришел немедленный ответ. - Но есть следы крови и волочения тел.
 Значит, все же, рахни. Были бы геты, была бы стрельба и характерные следы.
 Бойцы вбежали в огромное полупустое слабо освещенное тусклыми аварийными лампами помещение, рассыпались неровным полукругом. Напряжение сгустилось.
 - Мы внутри. Закрывай ворота.
 Аэ ничего не ответил, но огромные створки за нашими спинами дрогнули и с тихим шелестом и шипением гидравлики сомкнулись, отсекая нас от машин. А мгновением спустя на сетчатом помосте второго этажа нарисовался сам асур-тар.
 Утруждать себя и обходить до узкой металлической лестнице, ведущий на вьющийся воль стены широкий решетчатый помост, он не стал. Просто перемахнул высокие перила и спрыгнул вниз, приземлившись мягко, как кошка.
 - Здесь никого нет, мы проверили. - произнес подошедший к нам асур, склонив голову в массивном шлеме чуть набок. - Из ангара ведет только один коридор через КПП. Все остальные двери - это складские помещения. Часть заблокирована. Остальные закрыли мы. Внешних повреждений решеток вентиляционных систем и подпольных технических туннелей я не обнаружил.
 Закованная в броню рука указала на дальнюю стену ангара с огромными воротами, едва виднеющуюся из-за массивной конструкции подъемного крана.
 - Ворота в другой ангар я заблокировал, внутрь не заходил и не проверял. Дэрг и Дилан проверили склады.
 Добавлять, что они никого не нашли, асур не стал. И так очевидно.
 - Веди на КПП. Что еще заметил?
 Аэте развернулся и пошел к широкому пандусу.
 - Нападение произошло внезапно, персонал не был готов к отражению атаки. Напали хищные звери. Стайные. И достаточно умные, чтобы не попадаться под внутреннюю систему охраны.
 Мы поднялись по пандусу, прошли помост. Аэте тронул кнопку, мощные двери ушли в стены, пропуская нас в узкий шестиметровый в длину и трехметровый в ширину коридор. Справа одна стена - гладкая черная поверхность с односторонней прозрачностью. Полагаю, само помещение КПП за ней. Пол - решетчатый, левая стена - бронированные плиты. Под потолком - две автоматические турели, смотрят в сторону комплекса.
 - Эти я обесточил. - произнес асур на мой немой вопрос.
 - Спрашивать, как ты это сделал, не стоит? - едва слышно буркнул Рамиро.
 На что последовал спокойный ответ, лишь самую малость окрашенный ехидством:
 - Я поддерживаю связь с внутренней сетью. Отключил дистанционно. - то, что он взломал корпоративную систему безопасности, он тактично умолчал. - Внутренняя система обороны активна: турели откроют огонь по любому объекту, попавшему в зону действия. Служебный план комплекса с расположением огневых точек я вам переслал. - Аэ дошел до конца коридора, дверь перед ним ушла в стену. - Отключать всю систему внутренней защиты я посчитал нерациональным: ее задача сдержать вырвавшихся на свободу существ, что не противоречит нашим задачам.
 Аэтера прав: отключать систему защиты комплекса глупо. Бесконтрольные полубезумные рахни на свободе нам совершенно не нужны, а если кто-то выжил, отключение автоматического оружия может стать для них приговором. Не то, что меня это слишком волнует, но зачем лишать кого-то шанса на выживание?
 - И кто же вырвался? - ворчливо спросил Виктор, хмуро глядя на неподвижные автоматические турели военного образца.
 - Те, кого они создали. - доброжелательно ответил асур.
 Коридор выходил в небольшое прямоугольное помещение, простреливаемое четырьмя турелями. Из него шли три двери: одна на КПП, вторая, открытая, в коридор, ведущий куда-то вглубь комплекса, третья была заблокирована, о чем выразительно сообщала красным индикатором на панели управления.
 - Там подсобные помещения. - ответил асур на мой невысказанный вслух вопрос. - И доступ к техническим лазам. Дверь я заблокировал: полностью перекрыть систему технических туннелей невозможно.
 Резонно.
 - Джон. - я кивком указала на открытую дверь. - За желтую линию не заходить.
 Искомая желтая линия разметки пересекала помещение примерно в метре от двери.
 - Эти турели активны. - предупредил Аэте на всякий случай.
 Коммандер коротко кивнул, его бойцы рассредоточились по помещению, беря под контроль коридор и выходы вентиляции, а мы зашли в просторное помещение контрольно-пропускного пункта, встретившего нас уже привычным тусклым оранжевым аварийным освещением, тихим треском поврежденного терминала и багровой кровавой размазней, щедро украсившей стену возле выхода вентиляционного туннеля. На "Вершине" они стандартные, и по ним без особых проблем может пролезть рослый мужчина-человек. Никого живого или мертвого в помещении не было, аппаратура не пострадала.
 Мелькнула мысль: интересно, а подобный цвет аварийного освещения специально сделан для того, чтобы только усугубить психическое состояние и подчеркнуть атмосферу катастрофы, или это просто странный выверт подсознания, проявившийся таким вот образом? Ведь что красный, что оранжевый цвет в сочетании с кровавыми пятнами очень сильно давит на психику и расшатанные нервы, ничуть не способствуя спокойствию и здравомыслию. А еще этот цвет создает прелестные глубокие тени, в которых можно спрятать что угодно. И лампы тусклые. Они что, жмотятся на яркое освещение? Да пусть даже красное, но какой смысл делать аварийные лампы настолько тусклыми, что они освещают едва ли пару метров вокруг себя?
 Не понимаю я логики разумных. В магических мирах аварийные светляки всегда белые или голубые. Яркие. Чтобы даже самое просторное помещение было хорошо освещено. И чтобы никакая тварь не смогла скрытно подобраться к выжившим или группе зачистки.
 А тут...
 И ведь реактор дает столько энергии, что этот комплекс можно осветить до искр перед глазами на минимуме его производительности! Даже моих куцых технических познаний достаточно, чтобы знать элементарные вещи: реактор - не то устройство, которое можно взять и выключить. Он не выключается просто так. Он продолжает работать в штатном режиме - это правила безопасности. Остановка реактора - процесс сложный и длительный. И раз остановленный реактор, даже местный - холодного синтеза, не включишь простым поворотом рубильника. Так что энергия в комплексе есть. Но нет, надо в экстремальной ситуации все повырубать. Это чтобы персонал гарантированно помер? Или в этом есть какой-то сакральный смысл, который от меня ускользает?
 - "Аэ, ты с рахни когда-нибудь сталкивался?" - спросила я, изучая щедро заляпанный кровью и обрывками плоти измятый металлический туннель.
 Аэтериос - а"тарэ Аэтера. Для него нет разницы между им-прошлым и им-нынешним: память-то и навыки он сохранил в полном объеме. Если асуры когда-либо сталкивались с рахни, он в силу своего статуса должен это помнить.
 - "Да, пару раз пересекались." - пришел окрашенный долей недоумения ответ. - "Давно."
 - "Насколько они опасны?"
 Асур задумался, глянул на гипнотизирующую сомнительное украшение на стене Джейн, на Найлуса и честно ответил:
 - "Сами по себе они не опасны: обычные рахни неагрессивны и проблем соседям никогда не доставляли. Но на них легко воздействовать через матку, и тогда они становятся... неудобным противником." - после короткой паузы, добавил: - "Без контроля Королевы, рахни - это всего лишь животные. Личное самосознание есть только у Королев и у ее защитников, пока они рядом с маткой. По отдельности защитники относятся к условно-разумным существам."
 Ну хоть здесь канон не солгал и подставы не сделал. С рахни можно договориться, если уберечь королеву от воздействия извне. Это радует. Вопрос в другом.
 - "Пролезть по вентиляции могут?"
 - "Рабочие и добытчики могут. Воины - нет. Они по размеру сопоставимы с кроганом в тяжелой броне." - бросив взгляд на кровавое пятно, асур добавил: - "Рахни слышат не так, как мы: диапазон уже. Для нас они шумные."
 Вообще прекрасно. Ничего особо опасного из вентиляции нам на голову не выпрыгнет. А если что по вентиляции и полезет, то мы об этом узнаем заранее.
 - "Как они в бою?"
 - "Как противник рахни не слишком сложный, но неприятный: очень живучие, боли не чувствуют, их воины - сильные и быстрые, могут легко проломить броню одним ударом ноги. Плюют кислотой." - после короткой заминки ответил Аэ. - "Но для нас они угрозы не представляют, если их не будет слишком много. Тогда задавят массой или возьмут измором. Любого. Они опасны числом и полным отсутствием инстинкта самосохранения у обычных особей: прут напролом." - подумав, асур добавил: - "Стандартное стрелковое оружие Пространства Цитадели против них малоэффективно: мелкие пулевые ранения заживают быстро и вреда практически не наносят. Хитиновый покров полностью восстанавливается за трое суток."
 Чем больше узнаю, тем неприятнее становится.
 - "Винтовки их не остановят. Нужен или дробовик как у Рекса, или как у меня оружие с экспансивными тяжелыми пулями. Любое крупнокалиберное оружие, наносящие обширные повреждения мягким тканям." - добавил Аэте. - "Скелет у рахни внешний, как у всех насекомых, одним выстрелом их не обездвижить. Хитин у воинов и защитников очень прочный и толстый, по крепости сопоставимый с броневыми пластинами."
 Очаровательные твари. Могу понять, почему они чуть не вырезали азари и саларианцев две тысячи лет назад.
 - "А гранатометы?"
 - "Гранатометы эффективны, но защитнику королевы хитин не пробьют даже прямым попаданием. Его возьмет только бронебойная пуля из "Гарпуна" Рруса, если бить по уязвимым местам." - честно ответил асур.
 Довольно специфическое понимание "не слишком сложного противника" у Аэте, ничего не скажешь. Судя по его описаниям, внезапная встреча даже с одним воином-рахни для отряда бойцов может стать фатальной. Особенно, если эта встреча произойдет внезапно и лицом к лицу, а не на расстоянии. А тут непонятно сколько этих тварей бегает!
 Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения.
 Беглый осмотр КПП показал, что ничего интересного для нас там нет. Ни следов тел, ни следов борьбы, словно человека убили у пульта одним броском и утащили в вентиляцию, оставив широкий кровавый след. Выглядит, конечно, неприятно и жутковато, но непосредственной угрозы нет. Рахни давно покинул это место.
 - Аэте, отключай турели. - коротко приказала я, выходя из КПП. - И найди нам маршрут до станции монорельса.
 Асур поднял левую руку, активируя тактический комплекс и разворачивая в воздухе объёмный план комплекса. Бронированный коготь, венчающий палец, ткнул в голограмму, убирая отображение лишних этажей и разворачивая план нашего уровня крупнее.
 - Мы здесь. Станция монорельса, ведущая к "Расселине" - здесь. - коготь провел практически прямую линию, лишь раз отклонившись с поворотом коридора. - Единственное препятствие - камера сжигания системы дезинфекции и биологической очистки. Я советую ее отключить полностью: если сработает какой-то аварийный протокол, нас испепелит плазмой. - и тут же добавил: - Обойти нельзя.
 Коготь пару раз стукнул по отделенному мощными дверями концу коридора, помеченного на карте глифом опасности. После короткого раздумья, асур уточнил:
 - Не могу сказать точно, что это за система.
 - На месте разберемся. Все равно других путей на станцию нет.
 Аэте кивнул. Других путей действительно не было. Кто бы ни проектировал исследовательский комплекс "Вершина-15", требования к безопасности соблюдены были в полном объеме. В том числе и зонирование важных участков с возможностью полной блокировки зон. К примеру, транспортные пути и доступ к ним мог полностью отрезаться от внутренних помещений. Не то, чтобы это сильно помогло персоналу, но за пределы комплекса рахни не вырвались, а нам будет гораздо проще зачистить небольшой участок комплекса, чем проверять его весь.
 - Выдвигаемся.
 
 Уж не знаю, чем там сейчас занимаются эти сто сорок сигнатур, но по дороге мы никого не встретили и ничего не нашли. Даже следов борьбы не было. И все было чудесно, пока мы не подошли к камере сжигания очистительной системы.
 Первая проблема встретила нас мелкими искрами поврежденного пульта управления и непроглядным мраком: ворота, ведущие внутрь комплекса, закрыты не были. Мощные многослойные створки, чуть заметно выгнутые, словно нечто огромное продавило их одним ударом, так и застыли на половине своего пути, открывая путь в погруженные во тьму коридоры. И как милый акцент, наглядно указывающий, куда ушла опасность - кровавая прерывистая полоса, в лучших традициях киношных ужастиков исчезающая в темноте за дверями.
 - Волшебно. - не удержалась я от ядовитого комментария.
 Джейн глухо буркнула что-то невнятное, сумрачно глядя на кровавую полосу. Для разнообразия - лиловую. Кровь азари. Джон молчал и держал лицо, но его тоже не прельщала перспектива идти и проверять темное помещение. Даже энтузиазм Дэрга поутих: инстинкт самосохранения прорезался. Остальные были удивительно солидарны: заходить в темное помещение желающих не было.
 Вторая проблема всплыла, когда Аэте попытался открыть двери в камеру сжигания: система безопасности его отбортнула, сообщив, что вся эта радость вышла из строя и двери заблокированы виртуальным интеллектом комплекса. Асура подобный подход несколько озадачил, и он попытался взломать двери принудительно, но результата не добился: мощные створки стояли намертво.
 Аэте развел руками и виновато произнес:
 - Двери блокированы механическими замками. Я не могу их убрать: нет питания на поворотном механизме. Эти системы контролирует ВИ комплекса, которая сейчас отключена физически, запустить удаленно не получится.
 Вот же... А я так надеялась избежать общения с Мирой. Видать, не судьба нам обойти стороной розовую барышню, младшую сестренку цитадельской Авины.
 - Где находится ВИ? - спросил Найлус.
 Вновь сумрак коридора прорезали четкие светящиеся линии, разворачивая перед нами план многоуровневого комплекса. Аэте замер на долгие семь минут, пока на голограмме не появилась россыпь пометок.
 - Здесь находится ВИ: ее ядро и хранилище данных. - коготь поочередно коснулся двух маркеров. - Добраться можно тремя путями. - синеву плана прорезали три полупрозрачные линии. - Теоретически, маршруты равнозначные.
 Недоговоренность подвисла в воздухе.
 - Но? - вслух спросила я.
 Аэте вскинул голову. Резким, рваным движением, совершенно чуждым человеку.
 - Но я бы выбрал этот путь. - после короткой паузы ответил он.
 Синяя линия мигнула.
 - Если все три пути равнозначны, то... не вижу смысла возражать и настаивать на другом маршруте. - сказала я. - Найлус?
 Найлус ограничился пожатием плеч и коротким кивком. Он вполне доверял интуиции и боевому опыту старого друга и тоже не видел смысла пренебрегать его советом. Разницы ведь действительно никакой: мы так или иначе опустимся на один и тот же уровень, но используя разные лифты и коридоры. Расстояние практически идентичное. Так зачем нам искать лишние приключения, если выбранный асуром маршрут проходил на расстоянии от самых крупных скоплений живых сигнатур?
 - Идем синим маршрутом. Аэте, разошли его по отряду.
 Короткий кивок, асур на мгновение задумался, глядя на расцветающую множеством маркеров карту. Десятки пометок с мелкими подписями, нанесенными резкими рубленными символами, которые на глазах сменялись английским текстом, множество мелких сносок и маркеров со стандартными знаками опасности, принятыми повсеместно в Пространстве Цитадели. Аэте решил поделиться полноценным планом, включающим всё, что он сумел найти в местной системе охраны. Расположение турелей, терминалов и пультов управления, через которые можно получить доступ во внутреннюю информационную сеть, пометки статуса дверей "открыто-закрыто", информацию о температуре в помещениях, считанную со внутренних датчиков, и множество других полезных данных.
 - Что это? - я указала на небольшой серый глиф, скромно притулившийся возле крупного значка реактора.
 Аэте ответил с задержкой: уточнял информацию.
 - Система климат-контроля. Отключена.
 Странно. Почему тогда именно в ее зале собрались рахни-рабочие? Ладно, это помещение далеко от нашего маршрута, мы не должны в него попасть. Если, конечно, добрый ВИ "Мира" не отправит нас туда ремонтировать что-то очень-очень важное, без чего она наотрез не сможет запустить монорельс. Помнится, побегать по ее заданиям пришлось изрядно.
 Иллюзии - это прекрасно, они помогают сохранить оптимизм. Но в работе и на боевом задании они недопустимы. Буду считать, что ВСЕ сто сорок сигнатур - это рахни. А если так... Бойцы должны знать, с чем они могут столкнуться. Нет никакого смысла хранить информацию, которая будет тайной лишь до первого столкновения: это может кому-то стоить жизни, а я не собираюсь терять своих людей.
 - Есть неподтвержденная информация, что на станции "Расселина" ученые корпорации "Байнери Хеликс" проводили исследования рахни. - без какого-либо предупреждения произнесла я по отрядной связи. - Видимо, часть образцов была на "Вершине-15".
 Лиара тихонько ойкнула, Рекс экспрессивно выматерился, люди промолчали, но ментальный план полыхал удивлением и долей непонимания. Лишь Николаус помрачнел, выплескивая тягучие волны тревоги.
 - Мы не знаем, сколько было воссоздано рахни и каким образом: естественным рождением или клонированием. Неизвестно, были ли внесены изменения в геном вырвавшихся на свободу особей. Так же непонятно, сколько именно особей было выращено, и какого они типа: рабочие, добытчики, воины или, что хуже, защитники королевы.
 Тишина сгустилась, как и напряжение. Варренов помнили все. А рахни куда опаснее бойцовых зверьков батарианцев.
 - Аэте, у тебя есть доступ в корпоративную базу данных? - спросил Найлус.
 Асур покачал головой.
 - Нет. Это автономная информационная сеть, и пока мы не найдем подключенный к ней компьютер, я не смогу установить связь. - задумавшись, добавил: - Можно еще получить доступ через виртуальный интеллект.
 - Спектр, наша задача та же? - задал вопрос Джон.
 - Да. Рахни - наша проблема, но не наша цель. - ответил ему Найлус.
 Коммандер коротко кивнул, заливая ментал ярким облегчением. Его совершенно не радовала идея заниматься отловом опасных стайных хищников, чуть не уничтоживших азари и саларианцев две тысячи лет назад. Хотя что такое рахни Джон Шепард представлял себе весьма смутно, хоть и изучал историю Пространства Цитадели в свое время.
 Как ни странно, в экстранете нет документальных съемок времен Рахнийских Войн. Я интересовалась. Информация о рахни крайне скупа, и получить реальное представление об этих существах сложно: немногочисленные картинки показывают довольно несуразное насекомоподобное существо, но не передают ни его скорости, ни проворства, ни смертоносности. Рекс об этих милых зверьках знает, но из него информацию выбить вообще малореально: слишком он хитрожопый и скрытный. Прихвастнуть любит, но ничего ценного не скажет, особенно, если это выставит его в некрасивом свете. Будет молчать, даже если эта информация жизненно-важная и ее отсутствие может стоить кому-то головы. О "людях Иерархии" он рассказал чисто так, чтобы посмотреть на реакцию Аэте, а получив результат - заткнулся и больше скользкую тему не затрагивает. Даже о своих "подвигах" кроган болтает, четко дозируя информацию, чтобы ничего ненужного или важного не ляпнуть. Не смотря на свое вроде как хорошее к нам отношение и доброжелательность, Рекс был и остается профессиональным наемником. Он с нами только до тех пор, пока это ему выгодно. Урднот Рекс нам не союзник, никогда им не был и не факт, что станет. И забывать об этом мелком нюансе нельзя ни при каких раскладах.
 Ладно, демоны с ним, с кроганом. У нас есть Аэтера, который о рахни знает, и информацию скрывать не будет, даже если обнародование этой информации может доставить лично ему какие-то проблемы или неприятности.
 - Вкратце о рахни. - после недолгого молчания произнес Найлус. - Маленькие, зеленые, примерно до середины бедра - это рабочие дроны. Расстреливать издалека. Они уязвимы и легко убиваются. При смерти могут лопнуть, разбрызгивая кислоту. Добытчики рахни. Вдвое крупнее, темно-зеленые, уже имеют щупы, способны плеваться кислотой. Воины-рахни. Ярко-красного цвета, размером с крогана. Не давать приблизиться любым путем. Используйте подствольные заряды. Винтовки неэффективны ни против добытчиков, ни против воинов.
 - А что делать, если мы встретимся с защитниками королевы? - тихо спросил Николаус, когда не дождался продолжения. - Как их убивать?
 Рекс что-то невнятно буркнул, передернув плечами, Аэте хмыкнул. Найлус покосился на этого юмориста и честно ответил:
 - Если вы встретитесь с защитниками королевы в этих коридорах, вы ничего не сможете сделать без тяжелого пулемета или гранатомета. Поверьте, узкий коридор не дает вам преимущества. Не с этими существами.
 Добавлять, что убивать таких тварей будут не они, Найлус посчитал излишним. Если мы по какой-то случайности столкнемся с этими монстрами, таиться я не буду. Тогда уже будет не до сохранения тайны, в которую никто не поверит. Тут бы своих не потерять.
 Пока люди переваривали полученную информацию и озвученные радужные перспективы, асур стоял и гипнотизировал меня взглядом. И не Найлуса, меня! Он ничего не говорил, но зачем слова? Я и так прекрасно знаю, чего этот лишенный инстинкта самосохранения и тормозов отморозок хочет.
 - Аэте.
 Молчаливый наклон головы, такой себе своеобразный вопрос.
 - Без фанатизма и ненужного экстрима.
 Быстрый резкий кивок. Я прямо вижу эту довольную мечтательную улыбку, расплывающуюся в оскал, когда я мотнула головой в сторону приоткрытых ворот...
 Асур снял с захватов меч, крутанул его в руке, перехватил обратным хватом, развернулся и неспешно потопал в темноту, провожаемый полными изумления и откровенной оторопи взглядами. Позер!
 То, что его отпустили на свободную охоту понятно без лишних объяснений. Правда, понятно только Найлусу, Гаррусу, Рексу и Рамиро. Дэрг с Диланом происходящее восприняли с долей смирения и скрытой радости: всё надеются, что, набегавшись, старший подобреет, расслабится и не будет их на тренировках доводить до состояния кровавого гуляша. Наивные какие. Николаус хмурится, с трудом совмещая узнанные факты, которые очень не хотят собираться единым образом. А факты, мягко говоря, странные. Да и образ выходит... забавненький. Джон в ступоре: бравый коммандер никак не может понять, как я вообще могла отпустить бойца на опасную территорию без поддержки. Тем более, после рассказа о рахни. Тем более малолетку, каким он упорно продолжает воспринимать Аэте. Джейн ярко полыхает тревогой и... страхом. Переживает.
 Аэте вошел в просторный зал, замер на мгновение на границе приглушенного тусклого света и откровенного мрака, повел плечами и в какой-то момент просто исчез из виду. Он проверит дорогу до перекрестка коридоров, а после - уйдет налево, в сторону машинного отсека комплекса. Мы же пойдем направо, к лифтам.
 - Джон, остаешься со своим отрядом здесь. Рекс, на тебе - защита Лиары. Ждите нашего возвращения.
 - Есть, мэм. - глухо ответил Джон.
 От такого обращения меня перекосило, хорошо хоть под шлемом рожи не видно. Демоны меня дери, "мэм"! Нет, ну это же надо... Отвыкла я что-то от уставного обращения, и привыкать что-то ну совершенно не тянет.
 Выматерившись про себя, я выкинула из головы лишние мысли, перевела винтовку в боевое положение я шагнула вперед, уходя с освещенного тусклым оранжевым светом коридора в темноту. Рядом со мной - Найлус. За спиной - Джейн со своими бойцами. Идут попарно: Виктор-Север, Диего-Рамиро. Гаррус рядом с Джейн. Дэрг и Дилан замыкающие.
 Автоматика шлема активировала режим ноктовизора. Мир окрасился зеленым, стал плоским и механически-четким, лишенным светотени и объема. Мертвенно-призрачным и тревожным, удивительно-сильно напоминая древние Некрополи, освещенные призрачным сиянием концентрированной некроэнергии в огромных накопителях и энерговодах. Легкая аура смерти лишь усиливала это тягучее ощущение.
 Улыбка сама собой изогнула губы, по телу пробежала колкая волна развернувшегося щита, вспышка жжения на ладонях, легкая резь в глазах. Тело само перестраивалось под привычные стандарты, а я не мешала, не подавляла эти изменения. Все же, есть кое-что общее у вымершего исследовательского комплекса и древних катакомб.
 
 
 * * *
 
 - Превосходно! Шаа"Ри, сегодня ты превзошла саму себя.
 Стилист-азари очаровательно улыбнулась, с полным удовлетворением от прекрасно проделанной работы изучала критическим взглядом неподвижно сидящую в кресле Злату.
 - Виан, твоя похвала меня несказанно радует. - стилист достала из коробочки тоненькую цепочку с крохотным кулончиком и надела на шею клиентки. - Это завершит образ.
 Злата терпеливо ожидала позволения открыть глаза, четко выполняя требования стилиста, и с трудом удерживала мелкую нервную дрожь. Вскоре их ожидает первый экзамен на профпригодность как послов нового и пока еще никому не известного государства: официальное мероприятие, на котором ей и Святославу предстоит говорить от лица Руси. И отсидеться не получится. Не так поймут, о чем им вполне ясно сообщила изящная турианка.
 - Можно смотреть. - милостиво произнесла азари.
 Злата открыла глаза. Из зеркала на нее смотрела совершенно незнакомая женщина. Высокомерная, властная, жестокая, с капризно изогнутыми губами, холодно взирающая на мир стальными глазами. Образ был создан гениально. Шаа"Ри - истинный художник, талантливо воспользовавшийся природными данными: правильно наложенные тени и чуть заметно подведенные глаза скрыли усталость, придавая взгляду полуприкрытых глаз высокомерие аристократа и холодную жесткость. Пудра и белила заострили скулы, начисто убирая природную мягкость черт, подчеркнули тонкие крылья прямого носа, великолепно спрятав легкую курносость, румяна убрали мертвенную бледность. Обводка и три оттенка помады изменили контур губ, придав им жесткость вкупе с капризностью. Мягкость испарилась, как и легкая припухлость.
 - Невероятно! - выдохнула женщина, вставая.
 Жесткое официальное платье в пол стягивало тело, физически не позволяя утратить царственную осанку. Тяжелые украшения фиксировали вроде бы простую строгую прическу, вынуждая держать голову ровно, чуть вздернув подбородок.
 - После окончания саммита вам потребуется помощь массажиста. - честно предупредила Виан.
 - Понимаю. С такой сбруей я к вечеру одеревенею. - с безмятежным лицом произнесла Злата.
 Косметика и прическа не предполагали иного выражения лица. И любая попытка сдвинуть брови или нахмуриться мгновенно будет наказана болью в натянутых волосах. Жестоко, но в ее ситуации - действенная мера контроля поведения. Не позволит ни на мгновение потерять лицо.
 - Почему вы нам помогаете, Виан? - тихо спросила Злата, когда азари покинула их, удовлетворенная внешним видом троих людей.
 Турианка улыбнулась.
 - Если отбросить личные мотивы, я вам помогаю потому что нам предстоит очень долго работать. Это в моих интересах. Ваш успех и укрепление позиций Руси в интересах Иерархии.
 В серых глазах промелькнуло удивление и настороженность.
 - Но дипломатический корабль прибудет через месяц, и мы... - начал было Святослав.
 - Никуда вы уже не денетесь. - мягко прервала светловолосого мужчину Виан. - У политики и преступности есть много общего. Особенно, одна черта: раз увязнув, из обоих сфер деятельности очень тяжело выйти.
 - Но мы же... Мы не политики! - растерянно произнес Михаил. - Мы не готовы!
 Турианка на мгновение оскалилась.
 - О, вы прекрасно справляетесь. А подготовить вас - не так сложно, как вы думаете. - женщина покачала головой. - Поймите. За этот месяц вы успеете примелькаться и стать официальным лицом вашего государства. Вы - яркие. Вы выделяетесь из общей массы. Вас запомнят. Никто не поймет вашего исчезновения и замену. Если бы вы сидели тихо - тогда да, вы могли бы покинуть политику, но вам этого не позволят. Расписание вы уже видели.
 Люди синхронно кивнули.
 - Они все знают? - удрученно спросил Святослав.
 Виан развела руками.
 - Конечно. Знают, что вы несведущи в политических играх, и всерьез вас воспринимать не будут. Воспользуйтесь этим. - короткая пауза, внимательный взгляд. - Ваше государство еще юно и предельно уязвимо. Многие попытаются навязать Руси кабальные договора, пользуясь лично вашими пробелами в знаниях. У вас нет постоянной связи с руководством, вы не сможете спросить совета и уточнить, что вы имеете право делать, а что - нет. Вы не встретите понимания. Считайте, что вы на территории врага.
 Злата чуть поджала губки, сощурилась и тихо спросила:
 - А какова позиция Иерархии?
 Ответ прозвучал со спины, от дверей, низким вибрирующим мужским голосом:
 - Иерархии нужна сильная и независимая Русь.
 Злата медленно, плавно развернулась, встречая одобрительный взгляд темных зеленых глаз высокого турианца, вошедшего в небольшую комнату.
 - Хэймон. - представился мужчина, склонив голову в привычном его расе вежливом приветствии.
 Люди представились, четко соблюдая протокол, о котором им совсем недавно рассказывала Виан, чем заслужили одобрительный кивок.
 - Найлус рассказал о вашей ситуации. - Хэймон оперся плечом о стену. - От себя лично могу лишь выразить соболезнования и пожелать вам терпения и крепких нервов. - мандибулы дернулись в гримасе и вновь прижались к щекам. - Будьте предельно осторожны. После саммита зайдите к нам, мы проведем проверку крови и подберем вам антидот.
 Михаил нахмурился, а Святослав чуть заметно побледнел.
 - Феромоны? - тихо спросила Злата.
 Турианец кивнул.
 - Защититься от подобного воздействия сложно, но возможно. У каждого вида свои способы добиться желаемого, и политики используют их без всякой жалости к противнику.
 - Даже вы? - сумрачно спросил Михаил.
 - Даже мы. - иронично склонил голову Хэймон, с интересом наблюдая, как появляется понимание на выразительном лице темноволосого человека. - Нам выгодна ваша сила. Нам выгоден наш союз. Причины вы узнаете несколько позже, и во многом они от вас не зависят. - тихий смешок. - И мы готовы оказать вам поддержку. Неофициально. Пока - неофициально.
 Злата чуть приподняла бровь.
 - Об этом мы с вами поговорим через месяц, когда прилетит ваш дипломатический корабль. - мягко сказала Виан. - У вас осталось совсем немного времени на подготовку. - турианка протянула информационный чип. - Изучите. Вам это поможет сориентироваться.
 На этом с ними попрощались и оставили одних. Злата нервно потерла пальцы, стараясь привыкнуть правильно держать голову. Чем быстрее она привыкнет, тем раньше стилист откажется от подобных садистских причесок.
 - Что там на чипе? - буркнул Михаил.
 Святослав неопределенно дернул плечом, ожидая открытия единственного файла. Но когда информация высветилась на экране, его лицо непроизвольно вытянулось. Злата подошла, с интересом глянула на экран. Прочитала краткое содержание...
 Люди переглянулись, Михаил пораженно выдохнул:
 - За ТАКУЮ помощь мы никогда не расплатимся...
 
 
 * * *
 
 Погруженные в прерывистый красноватый сумрак коридоры и залы комплекса могли бы быть прекрасными декорациями к какому-то фильму ужасов. Все атрибуты присутствовали в полной мере: тягучая, звенящая тишина, сумрак, переходящий во мрак, следы разгрома и панического бегства, кровавые пятна, выразительные прерывистые темные полосы размазанной крови. И никаких тел. Ничего, что могло бы пролить свет на произошедшую трагедию. Это только в посредственных развлекательных фильмах и в байках, которые развлечения ради травят друг другу разного рода чистильщики, чья работа - ликвидация последствий таких трагедий, герои со временем узнают правду, докапываются до истины, браво побеждают убившее сотни разумных зло, и еще после этого умудряются вернуться домой с телом полной комплектации и без лишних украшений вроде уродливых шрамов или неснимаемых проклятий. К сожалению, в реальной жизни все не настолько радужно, и чаще всего разведгруппы или отряды чистильщиков становятся очередными жертвами, пополняя число погибших, а наполненные смертью комплексы запечатывают или стирают с лица мира мощными площадными заклинаниями.
 Плетение-сканер пронеслось по огромному залу и исчезло при контакте со стенами. Живых сигнатур я не ощущала, но чисто теоретически нам могут встретиться геты, хотя что им тут делать? В засаде сидеть? А ради чего? Здесь же никого нет и не должно появиться. Мы - это исклю...
 За спиной раздался резкий скрип, удивительно-громкий в могильной тишине. Я рывком повернулась, вскидывая оружие. Диего, засранец, полыхая виной, осторожно снял ногу с листа пластика. Вот же... Разумом я понимаю, что для рахни этот звук слишком тихий. Они если нас и обнаружат, то не по шуму. Но привычки рейдера работают без осечек: в древних подземельях за такой промах прибили бы на месте. Сами. Чтобы всю группу под удар не подставлять.
 Едва удержавшись от острого желания отвесить паршивцу подзатыльник, я покачала головой, развернулась и пошла вперед. Нам надо пересечь этот зал, выйти в коридор, в конце которого будут лифты. Все турели на нашем маршруте Аэте отключил, двери разблокированы, а инструментрон Гарруса имеет прямое подключение к тактическому комплексу асура. Так, на всякий случай.
 Найлус добежал до дверей. Массивная створка плавно ушла в потолок. Короткая пауза. Тишина. Напарник выглянул в коридор, быстро осмотрел его и исчез из виду.
 - Чисто. - раздался его голос по отрядной связи.
 Группа пересекла зал, бойцы рассыпались по широкому коридору. Я и Дэрг с Диланом вышли вперед, замыкал отряд Гаррус с "Гарпуном" в руках. Дэрг добежал до поворота, выглянул, быстро осмотрел.
 - Чисто.
 Коридор после поворота расширился в прямоугольное помещение восемь метров на четыре, одну стену которого занимали четыре двери лифтовых шахт, умиротворенно светящиеся алыми индикаторами.
 Я остановилась, сумрачно глядя на очередное препятствие, которым нас порадовала "Вершина-15". Лифты не работали.
 - Дэрг, вскрой.
 Я указала на крайнюю справа дверь. Боец передал напарнику оружие, подошел к дверям, осмотрел их, примериваясь, подергал створки, пока не нашел удобную опору для пальцев.
 - Придержи. - буркнул он, дернув створку, вынуждая ее приоткрыться.
 Дилан всунул между створками винтовку, не позволяя им вновь закрыться.
 - Есть. - Дэрг рывком распахнул створки и отступил, давая доступ к лифтовой шахте.
 - Готовьте лебедки. Мы спускаемся на шесть уровней ниже.
 Звуки выстрелов раздались неожиданно: приглушенные расстоянием размеренные хлопки крупнокалиберного пистолета, прекрасно слышимые в звенящей тишине вымершего комплекса. Казалось, они доносятся откуда-то снизу, из лифтовых шахт, эхом разносясь по коридорам. Словно где-то там идет ожесточенный бой, но я прекрасно ощущаю эмоции асура: спокойствие и безмятежность с легким удивлением и заинтересованностью.
 Ровный ритм стрельбы сбился на дуплет, и выстрелы прекратились. А буквально через пару минул по внутренней связи раздался тихий умиротворенный голос:
 - Подтверждаю: в комплексе рахни. - короткая пауза, какой-то хлюпающий звук. - Генетически-модифицированные клоны.
 - В какую сторону? - спросил Найлус.
 - Непонятно. - Аэте запнулся, микрофон донес звук удара, хлюп и треск. - Вижу внешние проявления мутаций: упрочнен хитин, у дронов появились острия на конечностях. Заметил нарушение поведенческих паттернов. Эти рахни неразумны, неуправляемы и агрессивны.
 - Поняли.
 Связь пропала. Люди молчали, переваривая сказанное.
 - Спускаемся. - коротко приказала я.
 Закрепив зажим на тросе, Дэрг оттолкнулся от края и спрыгнул в лифтовую шахту, контролируя скорость спуска и считая этажи. Спустившись до нужного уровня, боец поставил на тросе стопор, отстрелил в опору персональную лебедку. Подтянувшись, вскрыл двери и исчез из виду.
 - Чисто. - раздался напряженный голос.
 Бойцы спускались по одному. Я - сразу за Джейн. Последними покинули нулевой уровень Найлус и Виктор.
 
 
 * * *
 
 
  Асур перевернул переломанное светлое зеленое тельце, аккуратно, чтобы не повредить надувшийся орган с концентрированной кислотой. Изменения в рабочей особи перевалили грань, укладывающуюся в рамки простой мутации. Все признаки указывали на сознательное и планомерное изменение генома в сторону увеличения бойцовских качеств вида. Но что пострадало?
 Чуткий слух уловил едва слышный стук. Размеренный, тяжелый. Ни дроны, ни рабочие ТАК не ходят... Аэтера плавно встал, не сводя взгляда со входа в просторное помещение, уже залепленное слюдянистой массой, застывающей на воздухе в прочное вещество. Дроны начали строить улей. Но для кого?
 Стук приближался. Асур терпеливо ждал, чуть склонив голову набок. С легким интересом и безмятежностью, слабо фоня в ментальном плане. Чуть покачивалось острие клинка, зажатого в левой руке. В правой - пистолет. На предплечье - массивная нашлепка активного генератора, формирующего метровый в диаметре сферический щит на небольшом удалении от эмиттера. Сейчас щит свернут, готовый в любое мгновение развернуться по приказу хозяина. Но в нем нет надобности.
 Источник стука дошел до дверей, вынуждая их распахнуться. Сияющие раскаленным металлом глаза удивленно распахнулись, когда генетически измененное создание зашло в помещение, и тут же сузились. Губы растянулись в оскале, пальцы обхватили рукоять клинка чуть плотнее, пистолет поднялся. Грохот выстрелов разорвал тишину: Аэте не стал дожидаться, когда вошедший воин-рахни заметит его и сам нападет. Тяжелые пули кучно вошли в небольшую голову существа, разрывая единственные уязвимые органы - основания четырех сяжек. Рахни взвизгнул, заверещал на высокой ноте, вскинул щупы, выстреливая кислотой туда, где всего мгновение назад находился враг. Откуда-то издалека донесся ответный визг: более низкий, многоголосый, агрессивный. Вскоре на помощь воину придут остальные...
 Стремительный рывок, удар, один из щупов, отсеченный у самого плеча, падает на пол. Двойной выстрел, экспансивные пули с бронебойным сердечником проламывают тонкий хитин на стыке броневых пластин там, где брюшко переходит в головогрудь, поражая спинной нервный узел, один из трех. Рывок заканчивается прыжком: асур запрыгивает на спинку рахни, на всей инерции движения вонзая клинок в уязвимое место: между мощных и толстых хитиновых пластин, пробивая небольшой орган, воссоздающий кислоту. Воин завизжал, когда едкое концентрированное вещество начало разъедать незащищенные внутренности. И тут же, на довороте, острый клинок прорезал второй нервный узел, парализуя опасное создание.
 Асур спрыгнул с обмякшей туши, обтер клинок о мягкое тельце мертвого дрона. Воин-рахни еще не сдох: эти существа очень живучи. Но опасности он уже не представляет. На какое-то время. Нанесенные раны регенерируют дней за пять, и это создание вновь будет готово к бою.
 Когти подцепили толстую хитиновую пластину, приподняли, открывая уязвимое основание: мягкий, белесый зазор между двумя накладывающимися друг на друга подобно пластинчатому доспеху пластинами. Асур пропихнул острие в зазор, навалился всей массой. Острие пробило упругую шкурку и вошло в тело. Насекомое дрогнуло, пару раз судорожно дернулось и затихло. На этот раз уже окончательно. А в коридоре приближался дробный перестук рахни, бегущих на помощь мертвому сородичу.
 
 
 * * *
 
 
 - Командир! - боец тронул за плечо спящего беспокойным сном человека, вынуждая его резко распахнуть глаза и подняться на локтях.
 - Да? - сонный хриплый голос был едва слышен в завывании ветра.
 - Кто-то взломал систему безопасности комплекса. - не повышая голоса произнес высокий турианец. - Ворион не смог отследить подключение. Мы заметили проникновение, только когда начали отключать турели.
 От осознаний сказанного мужчина подскочил.
 - Что? Кто-то отключил турели?
 Если систему защиты отключат, им конец! Боеприпасы на пересчет, и выживали они пока только благодаря четырем автоматическим турелям, простреливающим широкий коридор.
 - Нет. Не все. Часть. Уровень ноль. Уровень шесть. Прямой проход. - протараторил уставший саларианец.
 Сержант Итан Донован, волей случая принявший на себя обязанности командира группой бойцов, выживших после прорыва рахни семеро суток назад, устало потер лоб, пару раз моргнул, прогоняя сонливость и давящую усталость. Саррад, как-то сам собой ставший его негласным замом, молча протянул кружку с горячим кофе: отвратительной растворимой бурдой, которую они смогли выковырять из раскуроченного автомата.
 - Мы можем отслеживать их перемещение по мере отключения турелей и открытию дверей. - спокойно произнес турианец, передавая задерганному человеку упаковку с пайком.
 - Откуда взяли? - прохрипел Итан, беря плотный брикет в серебристой фольге.
 - Я с Дастаром спустился на продуктовый склад. - честно признался боец. - Продукты заканчиваются. Гражданских надо чем-то кормить.
 С этим доводом поспорить сложно. Солдат покосился на жмущихся в небольшом закутке выживших: пятерых азари, троих саларианцев и четверых людей. Почти все спали, компактно упаковавшись на ворохе упаковочной противоударной пленки, пол рулона которой удалось найти в одном из подсобных помещений. Только брат с сестрой сидели и о чем-то едва слышно переговаривались.
 - Откуда вода?
 - Лед и снег растопили. Помнишь? В столовке взрывом вышибло плексиглас. За ночь намело.
 Итор отломил кусок каменной галеты и сунул в рот.
 - Что узнали?
 - Практически ничего. - Саррад поморщился, раздраженно дернув мандибулами. - Это не группа зачистки и не спасательный отряд. Пока не пройдет буран, за нами никто не прилетит.
 - Если вообще прилетит. - буркнул сержант, с трудом разжевывая галету.
 Турианец кивнул.
 - Могут и подорвать весь комплекс. - после короткого молчания признал: - Я бы подорвал.
 - Я бы тоже. - нехотя согласился Итор, глянув на осунувшуюся физиономию сослуживца, с которым до катастрофы они терпеть друг друга не могли. - Надо отсюда выбираться. Если кто-то пришел, отсюда можно свалить.
 Саррад согласно кивнул.
 - Ворион предполагает, что они идут к ядру "Миры".
 Итор оживился.
 - Они хотят включить эту суку?
 - Им придется ее включить. - укоризненно поправил его турианец.
 Вытащив еще одну галету, Итан задумчиво осмотрел сомнительное лакомство, но подсасывающий от голода желудок возмущенным бурлением поставил точку в его сомнениях: организм хотел эту галету. Под ироничным, немного язвительным и понимающим взглядом бывшего недруга, ставшего в критической ситуации напарником, Итан опустил каменное печенье в горячий синтетический кофе. Чтобы хоть немного размокло.
 - Если им удастся включить "Миру", восстановится система внутреннего наблюдения. И мы сможем хотя бы узнать, кто это. А там уже посмотрим: выходить на связи или под шумок выбираться из комплекса своими силами.
 Саррад согласно кивнул, хлопнул его по плечу, резко встал.
 - Мы сходим, принесем еще еды. - встретив выразительный взгляд, фыркнул. - Мы будем осторожны. А ты пока придумай, что будешь гражданским рассказывать.
 Итора от перспективы общения с въедливыми саларианцами и довольно высокомерной ученой-азари перекосило.
 - Вот же ты сволочь!
 Турианец развел руками, соглашаясь с подобным определением. Итор скривился, но от привычных за долгие годы постоянных переругиваний слов удержался. И с каждым разом это получалось все легче... Привыкает он, что ли?
 Глянул на бойцов, спящих чуть в стороне, помрачнел.
 - В медотсек заглянуть сможете?
 - Туда пошли Лили и Сойра. Должны скоро вернуться.
 Сержант кивнул, сумрачно глядя в спину уходящего турианца и человека. Нога остро дернула болью: последнее нападение рахни удалось отбить большой кровью. Пятеро погибло, еще двое дополнили их небольшой лазарет. А он сам с тройным переломом бедренной кости из бойца превратился в балласт. Из ловушки комплекса надо выбираться, пока в их группе хоть кто-то способен сражаться и ходить самостоятельно.
 
 
 
 
 

Глава 52: Новерия: Выжившие


 
 
 Светловолосая девушка замерла на полушаге, вскинув руку в универсальном жесте "Стой!". Идущий следом высокий турианец, нагруженный большим металлическим боксом, ощутимо оттягивающим плечо, остановился, поставил поклажу на пол и снял с захвата тяжелый дробовик. На его вопросительный взгляд она пожала плечами и развела руками, давая понять, что не знает точно, что ее насторожило, и ткнула пальцем в сторону поворачивающего коридора. Полученные перед выходом инструкции соблюдались железно: при любом, даже мимолетном подозрении или дискомфорте, тут же предупреждать. Как показала практика и наблюдения, некоторые разумные могут рахни почувствовать. Как? Никто из них не знал. Но после долгих расспросов, выжившие вычислили, кто из них обладает этой уникальной способностью. Лили оказалась в числе таких счастливчиков.
 Мужчина нахмурился, переставил бокс с бесценным грузом к самой стене, и пошел вперед. Девушка отступила. Винтовка в ее руках помаргивала индикатором активных подствольных зарядов. И оставалось их лишь шесть: как раз хватит убить рахни-воина... если он будет один.
 Всего каких-то семеро суток, а у них уже выработались привычки и негласно принятые в группе выживших правила.
 Сойра подошел к повороту, выглянул из-за угла. Тягучее, полное тревоги ожидание, и вот, короткий летучий жест, показывающий, что все нормально. Девушка подняла тяжеленный бокс и семенящими мелкими шажками подошла к повороту, за которым уже скрылся боец. Бокс с медикаментами и жизненно-важными для выживания вещами был аккуратно поставлен на пол. Если в просторном холле есть рахни, Сойра заблокирует двери и уведет опасность, а столь необходимый раненным товарищам груз дальше понесет она.
 Если проход будет недоступен из-за рахни, ей придется идти в обход. Мимо реакторного отсека. Или возвращаться обратно, к лифтам. И уже там как-то добираться до одиннадцатого этажа комплекса. С тридцати шести килограммовым боксом на плечах. По аварийной вертикальной лестнице... В одиночку. Ведь если там будут рахни, Сой не вернется.
 Девушка вздрогнула, поежилась, в который раз успев проклясть себя за то, что вообще прилетела на эту планету и устроилась работать в этом проклятом Богом комплексе! А ведь как хорошо начиналось... Работа в "Байнери Хеликс" отлично оплачивается. Всего два года работы по контракту ей бы хватило, чтобы накопить денег на обучение в медицинском университете на Земле или в аналогичном учебном заведении в Пространстве Цитадели. Она заключила четырехлетний контракт, к окончанию которого у нее был бы опыт работы в научно-исследовательском комплексе высокого класса, а заработанных денег вполне хватило бы не только на учебу, но и на небольшую квартиру на Цитадели где-то в удаленном от центра жилом районе. И три года уже прошли! Осталось же совсем немного... Каких-то восемь месяцев! Всего восемь месяцев, и она смогла бы переехать на Цитадель, удрав, наконец-то, с забытой всеми богами колонии на Интай"сей и увезя с собой младшего братишку, вынужденного сейчас впахивать на низкооплачиваемой работе в порту, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Хорошо, что лекарства для матери оплачивает она, пользуясь привилегиями медицинского работника крупной корпорации. Всего восемь месяцев... Лили уже оформила покупку небольшой двухкомнатной квартирки на Цитадели, отдав за нее две трети накоплений. Брат получил документы и должен будет через девять месяцев прилететь с матерью на станцию. Она бы их встретила...
 Но случилось ЭТО!
 Тревога прозвучала посреди ночи, около трех утра, когда весь персонал, кроме дежурных, спал. Что произошло - никто из выживших не знал. Единственное, что известно: образцы как-то вырвались на свободу. Чья это была ошибка: программы, системы защиты или просто сработал непредсказуемый человеческий фактор - непонятно. Все, кто были рядом с закрытой лабораторией, погибли. Лили, следуя правилам эвакуации, отправилась к монорельсу, но... добраться до поезда ей не удалось: ВИ "Мира" отключил питание по всему комплексу, запустив аварийный протокол биологической опасности. Каким чудом она смогла продержаться трое суток, пока ее не встретили у разоренной столовой Сойра и Дассар? Наверное, чутье помогло...
 Девушка зябко передернула плечами. Становилось все холоднее. После отключения системы микроклимата несколько дней тепло держалось в практически герметичном комплексе, но когда стало тяжело дышать, бойцы выбили взрывом несколько окон в соседних помещениях. Появился приток свежего воздуха, заработала пассивная вентиляция, но температура начала быстро падать и уже опустилась ниже нуля. Сколько еще они так протянут? День? Два? Неделю? Бураны могут идти декадами, и за ними никто не прилетит. Они никому здесь не нужны. Раненные проживут дня три, может четыре. Тяжелые могут не протянуть даже до конца дня... Девушка сглотнула подкатывающие слезы, чуть слышно всхлипнула. Буран - их спасение. Пока он не пройдет, группу зачистки не пришлют. А орбитальный удар не нанесут, пока не скачают данные исследований.
 Створки дверей дрогнули, чуть разошлись: в комплексе они мгновенно не открываются. Лили спряталась за угол, прижимаясь спиной к ледяному металлу, морозящему даже сквозь плотную куртку. С тихим шелестом провернулся внутренний механизм, и дверь распахнулась.
 - Лили, это я. - раздался в могильной тишине едва слышный вибрирующий голос.
 Девушка шмыгнула носом, сглотнула, расслабленно обмякая. Сойра вернулся. Значит, там никого нет... и можно идти дальше. Турианец подошел, подхватил тяжеленный бокс, закинул на плечо так, чтобы он не слишком мешался.
 - Идем. - сказал он, ободрительно улыбнувшись. - Там можно пройти.
 Лили сунула замерзшие руки в карманы, хмуро глядя снизу-вверх на высокого инопланетянина. Что-то он недоговорил: она это чувствовала. Видела. Сойра совершенно не умеет скрывать эмоции, а за эти дни она уже настолько к нему привыкла, что научилась видеть эти мелкие признаки.
 - Сой?
 Мужчина тяжко вздохнул, укоризненно глядя в яркие голубые глаза девушки, покрасневшие от усталости, болезненно-яркие на фоне бледной кожи, окруженные темными кругами истощения. Молчаливый укор был проигнорирован: глазки сузились, приобретая нехорошую прозрачность, губки недовольно поджались.
 - Сой!
 - Кто-то там прошел до нас. Недавно. - досадливо дернув мандибулами, ответил боец.
 Выстрелы он слышал, но полагал, что они раздаются с другого этажа. В этом комплексе из-за сложной разветвленной системы вентиляционных туннелей и лифтовых шахт, звук распространялся какими-то своими путями, и правильно вычислить местоположение его источника довольно тяжело.
 - Рахни мертвы. Будь внимательна: там темно, не наступи в кислоту.
 Лили растерянно заморгала. Кто-то убил рахни? Как? Когда?
 - А... Хорошо.
 Она вообще не должна была выходить из охраняемой территории, но раненным нужны лекарства, а Лили - единственная, кто выжил из медперсонала. Что могла, она уже сделала. Без лекарств раненные обречены, а только она сможет определить, что нужно брать, а что не стоит потраченных на доставку усилий. Сойра должен был провести ее на склад, где хранятся месяц назад завезённые медикаменты, и вернуть обратно. Первая часть удалась: они дошли до склада, нашли нужные лекарства, заглянули по пути в лазарет за необходимыми ей инструментами, донорской кровью и перевязочным материалом. Осталось только вернуться.
 А еще после последнего нападения, на ногах осталось лишь шестеро бойцов. И боеприпасы заканчиваются.
 - Идем, Лили. Пока там безопасно.
 Девушка сняла с пояса небольшой военный фонарь, включила его на рассеянный свет и опустила лучом в пол. Подумав, просунула ладошку в петлю и отпустила фонарь: руки ей нужны свободными.
 - Готова.
 Сойра одобрительно кивнул, развернулся и пошел вперед. Лили за ним, на небольшом расстоянии. Не приближаясь и не удаляясь, как ее учили перед тем, как выпустить в опасный комплекс.
 За спиной с тихим привычным свистящим шипением закрылись двери, чуть слышно щелкнув замком. Девушка поежилась, до рези в глазах вглядываясь в тяжелый красный сумрак просторного холла, в котором когда-то было людно: отсюда персонал выходил из северного крыла к монорельсам, ведущим на станцию "Расселина" и к порту Ханьшань. Но сейчас...
 Приглушенный блеклый белый свет фонаря выхватил из темноты первое тельце, и лишние мысли покинули ее голову. Дрон рахни валялся в мутной луже кислоты: небольшое, около метра в высоте насекомое, покрытое эластичным мягким хитином, твердеющим на спинке, было почти цело. Только вытянутая голова размочалена.
 - Чем их убили? - едва слышно прошептала Лили, переступая лужу кислоты. - Пули так тела не разбивают.
 - Такие повреждения оставляют тяжелые экспансивные пули. - столь же тихо ответил Сойра. - У нас таких боеприпасов нет: "Байнери Хеликс" - корпорация людей и подчиняется вашим законам. Эти пули у вас запрещены уже больше двухсот восьмидесяти лет и до сих пор их военное применение остается под запретом, который, к моему удивлению, соблюдается. Азари и саларианцы такой вид боеприпасов не используют: они его не разработали. Иерархия оружие подобного класса в Пространство Цитадели поставляет только для Спецкорпуса и наших военных подразделений.
 Лили поежилась.
 - Как думаешь, кто это сделал?
 Турианец пожал плечами: его самого волновал этот вопрос.
 Девушка проглотила вопросы: они несвоевременные. Нельзя отвлекаться! Обходя тушки убитых насекомых, Лили вслушивалась до звона в голове в мертвую тишину, пытаясь вновь уловить то странное ощущение, легкую щекотку, словно в голове проводят крохотным перышком, и втайне надеясь, что это чувство не возникнет. Ведь именно так она ощущает рахни...
 Сойра остановился возле массивной грузной туши, тускло-красной в приглушенном свете. Лили таких уже видела: четверо похожих тварей убили пятерых при вчерашней атаке. И это под огнем автоматических турелей! Лили сглотнула, подошла ближе. Осмотрела насекомое и нахмурилась: серьезных ран не было. Только оторванные выстрелами сяжки.
 - Сой... А как его убили? Он же целый!
 Турианец, осматривающий пластины хитина, односложно ответил:
 - Мечом.
 Лили заморгала.
 - Мечом? - осторожно переспросила она. - Это который холодное оружие?
 Сойра кивнул.
 - Да. Пробили нервные узлы. Вот здесь. - он постучал по головогруди рахни. - И здесь. Второй удар был добивающим. Лезвие вошло между пластинами хитина, потому внешне повреждений не видно.
 Как можно убить такого монстра мечом, девушка представляла смутно: их и стрелковое оружие не очень-то берет. Она растерянно заморгала, но все вопросы застряли в горле, когда по спине протянуло холодком, а в голове появилось такое знакомое и пугающее ощущение летучей щекотки...
 - Сой!!! - шепотом крикнула девушка.
 Турианец вздрогнул, вскинул голову, всматриваясь в побледневшее лицо.
 - Они где-то рядом...
 Выстрелы раздались внезапно: гулкие, проносящиеся эхом по металлическим коридорам, резонирующие с низким рокочущим воплем рахни. Так не кричат дроны и рабочие: у мелких вопль высокий, пронзительный. Воины-рахни? Нет. Это что-то... Что-то куда крупнее!
 - Они идут!
 Сойра подхватил ее под локоть и потащил за собой. К стене. Туда, где возвышалась высокая стойка ресепшн.
 
 Они едва успели, когда оттуда, куда они собирались идти, показались воины-рахни. Семь красных тварей, стрекоча, пронеслись через широкий зал и исчезли за распахнувшей створки дверью, даже не заметив укрывшихся за металлической стойкой двух разумных. Выстрелы раздались вновь: гулкий грохот крупнокалиберного оружия, размеренный, спокойный. Тот, кто стрелял, не испытывал паники, не спешил, не сбивал ритм стрельбы.
 - Как в тире стреляет. - едва слышно прошептала Лили, завороженно вслушиваясь в визги и стрекот смертоносных насекомых.
 Сойра промолчал. Что происходило за закрытыми дверями можно было предположить лишь смутно. Острый слух позволял различать рахни, но лишь примерно, выделяя только подвиды, но не давая оценить количество особей. За эти дни ему довелось столкнуться с тремя их разновидностями: с мелкими слабыми дронами, которые не представляли опасности, с более крупными рабочими и с воинами-рахни - массивными быстрыми тварями с хитином красного цвета. Но особи этих подвидов не издают такой низкий вибрирующий визг.
 Какие именно разработки проводит "Байнери Хеликс" в своих лабораториях, из охраны комплекса "Вершина-15" и персонала, не вовлеченного напрямую в исследования не знал никто. И когда посреди ночи они столкнулись с озверевшими, безумными рахни, это незнание стало приговором. Внутренняя охрана лабораторий была немногочисленной, но хорошо вооруженной. Они знали, что за существа выводятся под покровом тайны, но... это знание не слишком им помогло. Погибли все.
 Сойра сжал пальцы на металле стойки, пристально глядя на закрытые двери. Если неизвестный стрелок не выйдет, он пойдет и проверит. Выстрелы давно прекратились, но бой еще шел: визги и стрекот насекомых различался вполне ясно. Пронзительно заорал неизвестный рахни и затих. Вскоре насекомые умолкли, и комплекс вновь погрузился в тишину.
 Лили, замерев без движения под эфемерной защитой металлической стойки, напряженно вслушивалась в эту звонкую тишину, все пыталась ощутить знакомое до дрожи, жуткое прикосновение невесомого перышка, но...
 - Ничего. Сой, я ничего не ощущаю!
 Турианец промолчал. Острый слух отчетливо донес приближающие размеренные шаги, выдаваемые лишь едва уловимым звяканьем металла о металл.
 Индикатор мигнул, створки дрогнули, чуть разошлись, замки отошли в нулевое положение, и дверь распахнулась. Сойра изумленно выдохнул, глядя на мощную фигуру одинокого бойца, вошедшего в холл. Высокий мужчина в тяжелой броне очень знакомой, характерной модификации. Такую он видел на Флоте. Как-то раз, когда узнал шокирующую правду о родном государстве и познакомился с представителями второй расы Иерархии. Равноправной. И очень... необычной.
 Темные синие глаза сузились, турианец прижал мандибулы к щекам. Что здесь делает асур? В том, что незнакомый воин - представитель именно этого вида, столь похожего на людей, Сойра не сомневался. Если знать, на что смотреть, ошибиться и принять его за человека невозможно.
 Воин подошел. Молча положил липкий от зеленой жижи одноручный фламберг на стойку, брезгливо тряхнул кистью, стряхивая склизкие капли на пол. Рядом с клинком лег пистолет: сверхмощный, крупнокалиберный, с огромной отдачей, военной модификации Иерархии, предназначенный для внутреннего использования. И так же молча боец стащил с головы разбитый шлем, небрежно отбросив потерявшую функциональность и начавшую мешать часть брони.
 Последние сомнения растаяли. Сойра приветственно склонил голову, глядя в горящие раскаленным металлом нечеловеческие глаза. Асур на приветствие ответил таким же кивком, а потом перевел заинтересованный взгляд чуть ниже. Как раз туда, где сидела спрятавшаяся за стойкой девушка.
 - Лили. - тихо позвал турианец. - Вставай. Угрозы нет.
 Про опасность Сойра тактично умолчал: пребывающий в харазе асур неуправляем и непредсказуем, а его привязки рядом не наблюдалось. Беловолосый парень понимающе усмехнулся и развел руками, улыбнувшись.
 Девушка осторожно выглянула из-за стойки, встретила пылающий взгляд незнакомца, тихонько ойкнула, прикрыв ладошкой бледные от холода губы. Асур фыркнул, светящиеся глаза сощурились, а на губах расползлась ироничная усмешка.
 - Сойра Дастиан. - доброжелательно произнес турианец, переключая на себя внимание опасного создания. - Боец из местной охранки. Лили Эверни, наш медик.
 - Аэте. - представился асур, с неподдельным интересом разглядывая хрупкую девушку, судорожно сжимающую в руках слишком большую и массивную для нее винтовку и переводящую растерянный взгляд с него на турианца.
 Сой немного расслабился: асур себя контролирует, хоть и пребывает в харазе. О таком ему рассказывали, но он никогда раньше не видел этих созданий в подобном состоянии. Он вообще сталкивался с асурами только когда бывал на боевых кораблях Флота, на которых проходил последние годы службы.
 "Байнери Хеликс" не могла прислать отряд, в котором служит асур: эти создания редко покидают внутренние территории Иерархии и никогда не служат в одиночку, без своей привязки. Не потому, что это запрещено. Потому, что им это неинтересно и совершенно ненужно. И тем более, асуры никогда не будут служить в боевом отряде, командиром которого является чистокровный человек: они просто не станут подчиняться. Тем более, такой, как этот...
 Сойра скользнул взглядом по простенькому синему символу, выбитому на нагрудной пластине брони. О тех, кто носит этот знак, предупреждали особо. А"тарэ. У них вообще с подчинением и моральными стопорами сложно. Но раз асур-тар а"тарэ здесь, значит, есть кто-то еще. Кто-то, кому это неуправляемое смертоносное создание по собственной воле отдало свою верность и дало право отдавать ему приказы.
 - Какие у тебя задачи?
 - Свободная охота. - ответил беловолосый.
 Лили удивленно заморгала на такое определение, а Сойра понимающе кивнул. Отпустить асура в вымерший комплекс - допустимо. Он соберет на себя всех рахни, каких найдет. Таиться он не будет. Не будет идти с осторожностью, пытаясь избежать фатальной встречи, как это делали они. И он достаточно силен, чтобы справиться с противником.
 - И все? - уточнил турианец.
 Асур согласно закивал и пояснил:
 - Основная группа должна включить местный ВИ: он заблокировал проход к монорельсам. А я за это время перебью рахни, Каких найду.
 В который раз Сойра убедился, что с инстинктом самосохранения у представителей этого вида не все в порядке.
 Парень бросил быстрый взгляд на массивный бокс, вопросительно склонил голову.
 - Медикаменты. - ответил Сойра, сохраняя спокойствие и доброжелательность. - У нас много раненных.
 - Провести?
 - Было бы неплохо.
 Аэте хмыкнул, включил связь на тактическом комплексе и кому-то радостно выдал:
 - Мрир! Я выживших нашел!
 Раздался тихий щелчок, и женский голос произнес:
 - Молодец. А чего такой довольный?
 На что последовал убийственный в своей честности ответ:
 - Просят помочь донести медикаменты. У них раненные.
 - Ну помоги. - короткая пауза и полный иронии вопрос: - А еще чем порадуешь?
 Асур задумался, зыркнул на испачканное оружие.
 - Я нашел одного защитника королевы.
 Сойра вздрогнул всем телом, когда понял, с кем он мог столкнуться в соседнем зале.
 - Я же просила без ненужного экстрима... - с легким укором в мягком голосе произнесла женщина. - Ладно. Проводи своих новых знакомых, а мы пока запустим местный ВИ. Уже входим в зал ядра.
 - Понял.
 Связь пропала. Аэте усмехнулся, глянул на оторопело слушающую эти занятные переговоры Лили, на невозмутимого Сойру, со спокойствием и смирением воспринимающего его выверты, мило улыбнулся, что смотрелось откровенно дико с сияющими пламенем глазами, и с детской непосредственностью задал оригинальный вопрос:
 - А вам куда?
 
 * * *
 
 Аэте - это нечто непередаваемое! Выживших он нашел, ну надо же... А сообщил так, словно приблудных котят подобрал. Я прямо представляю себе умиление на его выразительной мордахе. Учитывая, что связь была с его тактического комплекса через внешний микрофон, а не через гарнитуру шлема, то эту часть брони он благополучно снял. Или угробил, что вероятнее, учитывая его упоминание защитника королевы. Так что эти самые "выжившие" имели прекрасную возможность наблюдать физиономию Аэте, застывшего в харазе. Особенно, его глазки. И я серьезно опасаюсь, что на этот раз из хараза он не выйдет.
 Я покачала головой. Ладно, демоны с ним, с асуром. Пусть. Пока он так развлекается и строит из себя милого и безобидного паренька, все хорошо. Потому как в тот момент, когда а"тарэ Аэтериос станет тем, кем он является - Аэтерой - вот тогда всем вокруг станет очень плохо. За небольшим исключением.
 - Вскрывай.
 Гаррус активировал инструментрон, ввел какую-то команду, индикатор на заблокированной двери сменил цвет с алого на зеленый. Массивные створки дрогнули, центральная часть резко, рывком ушла вверх, боковые - скользнули в пазы в стенах, открывая нам проход в узкий высокий коридор, ведущий к отсеку с ядром ВИ "Мира".
 Это уже третий шлюзовой отсек, который мы проходим. Ничего подобного в каноне не было и близко. Да о чем я говорю? В этой секции был откачан воздух, и когда мы вскрыли первые ворота, нас чуть не всосало в короткий тамбур силком. Пришлось ждать, пока не выровняется давление. Второй шлюз ласково встретил четырьмя турелями. По счастью - отключенными. Этот уже третий, и вроде как никаких сюрпризов на плане не указано. Но кто их, этих параноиков знает?
 Как ни странно, но в этом шлюзе действительно никаких подстав не было: мы спокойно дошли до конца коридора, без проблем вскрыли ворота и ступили в круглый зал ядра. Просторное, около восьми метров в диаметре цилиндрическое помещение, высотой примерно метров двенадцать, в центре - трехметровая в сечении площадка, уходящая вниз расширяющимся тором. Видимо, именно здесь находится сам ВИ: по центру стоял одинокий голографический терминал. Решетчатый помост, на который мы вышли из туннеля, располагался примерно на середине высоты всего помещения и был надежно закреплен. Это мы проверили в первую очередь. А то мало ли что...
 - Ну здравствуй, Мира... - пробормотала я, заходя на площадку.
 Терминал не работал. При попытке включить его, мягкий женский голос порадовал нас новостями:
 - Критическая ошибка запуска. Интерфейс виртуального интеллекта отключен. Требуется ручная загрузка.
 - Почему, когда нам что-то нужно, оно или не работает, или у нас нет доступа, или его требуется ремонтировать? - буркнула я. - Или там бегают какие-то агрессивные хищные твари? Или вообще все вместе.
 Найлус хмыкнул и выразительно развел руками. И правда, что тут сказать...
 - Гаррус, включить принудительно можешь?
 - Сейчас посмотрю.
 Ррус поднялся на платформу, присел, свинтил какие-то зажимы и снял плиту обшивки. Я отошла, чтобы не мешать. Мои технические знания и навыки оставались на удручающе-низком бытовом уровне обычного обывателя. И не только у меня, так что нам всем оставалось лишь терпеливо ждать и не мешать, раз помочь мы не могли.
 
 Голограмма сестры-близнеца цитадельской Авины развернулась как-то неожиданно, мягко засияв и осветив погруженное в тяжелый сумрак техническое помещение веселеньким психоделическим ядрено-розовым светом. Бойцы встрепенулись и оживились, Джейн подошла ближе, с интересом глазея на ВИ.
 - Виртуальный интеллект реактивирован.
 Мягкий грудной голос азари чуточку сбивался на механический треск, но Ррус что-то подкрутил, и помехи исчезли.
 - Найлус... - я выразительно указала на терпеливо ожидающую наших действий голограмму.
 Напарник дикого восторга от перспективы общения с ВИ не испытывал, но послушно вышел вперед и задал риторический вопрос:
 - Ты - ВИ, управляющий комплексом?
 С этим порождением больного сознания неизвестного нам программиста общаться придется как с... да как с ВИ, лишенной инициативы и самосознания. Даже если это будет выглядеть как разговор идиота с имбецилом.
 - Верно. Система откликается на имя "Мира". - ровно ответила голограмма. - Позвольте узнать ваше имя.
 - Спектр Найлус Крайк. - четко и внятно произнес напарник.
 ВИ сделала попытку улыбнуться, что выглядело столь же кошмарно, как и подобные же гримасы в исполнении Авины.
 - Одну минуту, пожалуйста. - подвисла короткая пауза, пока ВИ сканировал стоящего перед ней турианца и проверял полномочия. - Полномочия Спектра Совета подтверждены. Вам разрешен особый доступ ко всем системам. Просьба учесть, что для доступа к корпоративным секретам требуется привилегированный доступ.
 Ну хоть что-то хорошее. Сразу не послали.
 - Кто обладает этим доступом? - спокойно спросил Найлус.
 - Сотрудники компании "Байнери Хеликс", занимающие руководящие должности. А так же научный персонал категории "А" и "Е". - любезно пояснила ВИ. - Эта система готова к обработке запросов. Вы можете связаться с Мирой через любой голографический интерфейс Вершины-15.
 Вот если бы еще эти интерфейсы работали... Она же сама их повырубала! Интересно, это такой юмор у программиста, который это все ваял, или просто недоработка? Или это ИИ Мира так над нами тонко издевается, прикидываясь обычным ВИ?
 Найлус полыхнул усталым раздражением и продолжил выжимать информацию из терпеливо ожидающего его действий ВИ:
 - Нам необходимо найти матриарха Бенезию. Где она находится?
 К нашему удивлению, ВИ ответил:
 - Матриарх Бенезия отбыла на монорельсе во вспомогательную лабораторию станции "Расселина".
 Оп-па! Вспомогательная лаборатория? Так это не сама "Расселина", а какая-то дополнительная пристройка? Не знала. Вопрос в другом: каким геморроем это нам грозит? Не придется ли еще и "Расселину" зачищать?
 Голограмма мигнула, и механический, безэмоциональный голос сообщил:
 - Вниманию пользователей! В настоящее время система монорельса не действует!
 Джейн фыркнула и тихо пробубнила: "Тут хоть что-то работает?", Рамиро промолчал. Бойцы тоже молчали, с интересом наблюдая за этим представлением.
 - Какова ситуация в комплексе? - спросил Найлус.
 - Одну минуту, пожалуйста. Идет диагностика. - пауза и снова невыразительный ответ механическим голосом: - Критический сбой: главный реактор отключен в связи с экстренными мерами безопасности. Требуется ручной перезапуск. - пауза. - Критический сбой: наземные линии связи отключены. Движение монорельса прекращено. Конец сообщения. - голос ВИ оживился. - Вы желаете ввести дополнительный запрос?
 - Требуется уточнение. Главный реактор остановлен или отключен от энергоцентрали комплекса?
 Хороший вопрос...
 - Главный реактор отключен. - мило ответила ВИ. - Требуется ручной перезапуск.
 Раздражение плеснуло по менталу, но в ровном голосе Найлуса не отразилось ни на мгновение:
 - Требуется ручной перезапуск реактора или других систем?
 - Требуется перезапуск систем главной энергоцентрали. - выдала нужную информацию ВИ.
 Ну это уже проще. Как-то я искренне сомневаюсь, что мы смогли бы запустить остановленный реактор. Это же розовая мечта инженера: солдатня, запускающая без какой-либо инструкции термоядерный реактор холодного синтеза...
 Бойцы были со мной солидарны: волна облегчения смыла раздражение и злость медленно закипающего Найлуса.
 - Почему главный реактор отключен от энергоцентрали?
 - Аварийное загрязнение лаборатории. - вежливо порадовала нас розовая дамочка.
 Какое обтекаемое определение...
 - Почему при аварийном загрязнении лаборатории отключается главный реактор? - терпеливо перефразировал вопрос Найлус тем же ровным голосом, хотя пальцы нервно дернулись.
 - Предполагается, что биологические загрязняющие объекты из-за падения температуры погибнут или утратят активность. - сообщила ВИ изумительную информацию.
 Интересно, только мне в ее голосе почудилась насмешка?
 Найлус глубоко вдохнул и медленно выдохнул, выплескивая в ментал злость и раздражение. Джейн фыркнула:
 - Отключаем отопление и ждем, пока то, что сбежало, замерзнет и само сдохнет?
 - Где-то так. - Гаррус покачал головой.
 Учитывая крайне широкий спектр среды обитания рахни, им эти пятьдесят градусов ниже нуля как для нас пять выше нуля: неприятно, зябленько, но не смертельно. Да и комплекс еще не успел промерзнуть, так что насекомые очень даже бодрые, активные и агрессивные. А еще они хотят жрать! Мясо!
 - Что нужно сделать, чтобы восстановить подачу энергии? - терпеливо спросил Найлус.
 - Необходимо убрать предохранители и возобновить подачу энергии. Это можно сделать с помощью элементов управления самой энергоцентрали.
 Звучит вроде бы посильно... Еще бы найти эти предохранители.
 - Что за наземные линии связи?
 - Наземные линии соединяют основной комплекс "Вершина-15" и мой центральный блок со вспомогательными подкомплексами и риск-лабораториями. Это обеспечивает сотрудникам удаленный доступ к базам данных и моему функционалу без необходимости покидать лабораторию. При возникновении чрезвычайных происшествий в риск-лабораториях, кабели автоматически отключаются.
 Только не надо говорить, что придется искать место отсоединения кабелей и подключать их вручную...
 - Как подключить линии связи обратно? - терпеливо задал новый вопрос Найлус.
 - Кабели находятся в подземном техническом уровне. Их необходимо подключить физически: при срабатывании аварийного протокола, кабели отстреливаются. - мило порадовала нас эта розовая... барышня. - Система управления связью находится на крыше операционного здания. Включите терминал, и система автоматически перезагрузится.
 Прелестно. Подземный технический этаж... Полагаю, немалый. Бойцы тихонько зашушукались по внутренней связи: их тоже перспективы порадовали. Стоят, обсасывают новости, пока их непосредственное командование выдавливает из ВИ информацию.
 - Что за существа послужили причиной гибели персонала? - спросил напарник.
 - Простите, Спектр. Эта информация требует привилегированного доступа. - мило сообщила Мира.
 Найлус выдохнул, вдохнул, проглатывая рвущиеся с языка идиомы. С ВИ спорить бессмысленно: все равно не продолбишь.
 - "Надавить как инвестор можешь?" - спросила я.
 - "На ВИ - нет. Разве что на живого представителя корпорации. Я компаньон Сарена и его напарник, но я не являюсь членом Совета Директоров НКР." - полыхая раздражением, отозвался Найлус и вслух буквально выплюнул: - Конец сеанса.
 ВИ вежливо попрощалась и отключилась, оставив нас переваривать полученную информацию.
 - С чего начнем, Спектр? - осторожно поинтересовалась Джейн, переводя точку внимания с меня на Найлуса.
 - Начнем мы с реактора. - ответила я. - Но сперва посмотрим, что за выживших нашел Аэте. Мне ужасно интересно, что тут произошло.
 По оживившемуся эмоциональному фону, я четко поняла: это интересно не только мне. А вот насколько там все ужасно, это мы узнаем, когда найдем выживших.
 
 * * *
 
 Сойра и Лили запаздывали. По их расчетам они уже давно должны были вернуться: спуститься на склады и подняться - это пара часов, максимум, даже если идти медленно и осторожно, даже если делать крюк. Прошло уже больше четырех часов. За это время можно весь комплекс обойти!
 Итан подхватил влажную тряпку и стер пот со лба, сглатывая тягучую слюну, горькую от таблетки. Его повело, мужчина схватился за край нависающего стола, судорожно стиснув пальцы на пластике.
 - Держи.
 Рядом подсел Хис, положил винтовку на пол, открутил крышку с бутылки с водой и протянул командиру.
 - Спасибо.
 Итан взял бутылку, отхлебнул воды.
 - У тебя опять жар. - широкая ладонь накрыла быстро покрывающийся испариной лоб сослуживца. - Я поищу жаропонижающие. Вроде бы оно еще осталось.
 - Не надо.
 Толку от этих жаропонижающих, если источник жара - онемевшая, пульсирующая болью и огнем нога? Жар - лишь симптом. Хис отвел взгляд, не зная, что сказать. Оба понимают: в их ситуации Итан - не жилец. Сложный перелом, раздробленная кость и множество осколков, отсутствие даже простейших медикаментов... Воспаление уже началось. Сколько потребуется времени, чтобы начали отмирать размозжённые ударом ткани и началась гангрена? День? Два?
 Действие обезболивающего подходило к концу, от сильной боли мутилось в голове и подкатывала тошнота, по лицу стекали капли пота, становилось тяжело дышать, словно грудь сдавливало стальным обручем. С каждым вдохом все сильнее и сильнее. Итан чуть запрокинул голову, тяжело, быстро, жадно вдыхая холодный воздух, чувствуя, как темнеет перед глазами.
 Дассар неожиданно встрепенулся, вскинул дробовик, наводя оружие на закрытые двери. Хис тут же поднял винтовку. На тихий свист из соседней комнаты выбежал только недавно вернувшийся Саррад.
 - Что там? - настороженно спросил Итан, с трудом сводя фокус и сглатывая.
 - Кто-то идет. - ответил темнокожий турианец.
 Индикатор на двери сменил цвет, створки дернулись и резко распахнулись. Дассар опустил дробовик: из коридора комком оптимизма и счастья влетела Лили с тревогой напополам с радостью на нахмуренной мордашке. Следом за ней в помещение вошел Сойра и... Итан удивленно моргнул, с недоумением глядя на вошедшего последним парня. Где они этого чудака подобрали? Вроде бы среди бойцов "Вершины" такого... оригинала точно не было. Он бы знал.
 Сойра передал металлический бокс в руки Дассару, Саррад склонил голову в привычном им кивке, приветствуя чужака. Стремный белобрысый парень ответил таким же кивком, улыбнулся и что-то тихо спросил с искренним недоумением в голосе. Саррад поморщился, ответил, и между ними завязался оживленный быстрый разговор на каком-то рычащем турианском диалекте. О чем они говорили осталось загадкой: в базах данных инструментрона этого диалекта не было.
 Хис открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал и молча закрыл, переведя недоуменный взгляд на командира. Итан дернул плечом, не зная, как реагировать на такой поворот: Саррад белобрысого узнал и явно был рад его видеть, хоть и не ожидал встретить. Удивление и растерянность в первые мгновения встречи были настолько сильными, что пробили у светлокожего язвительного турианца его привычную маску высокомерного засранца.
 - Аэ! - укоризненно произнес Сой, заметивший молчаливую пантомиму.
 Беловолосый запнулся на полуслове, виновато потупился и что-то ответил, на что Саррад тихо рассмеялся, язвительно прокомментировав.
 - Потом обменяетесь новостями. Наш командир ждет.
 Пацан бросил быстрый взгляд на Итана, опустил глаза и что-то едва слышно произнес на том же диалекте. Сойра вздохнул.
 - Ты можешь что-то с этим сделать?
 Тот помотал головой, отчего вычурные побрякушки заблестели под тусклым светом.
 - Ну так что теперь? - турианец покачал головой, перевел взгляд на сослуживцев, пару раз моргнул, сощурился, а потом спросил: - Хис, твой визор еще работает?
  - А зачем он тебе? - по привычке вопросом на вопрос подозрительно ответил тот.
 Сойра поджал мандибулы, подошел, жестом поманил к себе парня. И когда тот подошел, все так же глядя в пол, Сой подхватил пальцами его под подбородок, требуя поднять голову.
 - Глаза не спрячешь. - укоризненно сказал турианец. - Я знаю, что тебе не нужно зрение для ориентирования в пространстве, но выглядеть это будет очень странно.
 Парень хмыкнул и открыл глаза, глянув прямо в лицо отшатнувшегося с невнятным матерком Хиса.
 - Возможно. Но по крайней мере шарахаться от меня не будут. - иронично ответил он, криво улыбаясь и присаживаясь возле раненного. - Меня зовут Аэте. И я бы не отказался от визора.
 Итан сглотнул застрявшие в горле слова, глядя в глаза сидящего на корточках напротив него... существа. В черные-черные, жуткие, нечеловеческие глаза, курящиеся темной дымкой в уголках, с сияющей, словно расплавленный металл радужкой. От такого сюрреалистического зрелища даже боль в ноге поутихла.
 - Хис. Принеси ему визор. - справившись с первым шоком, хрипло сказал мужчина. - А то правда шарахаться тянет.
 Аэте на это лишь фыркнул. Хис молча кивнул, глянул нечитаемым взглядом на новоприбывшего и ушел.
 - Я - Итан Донован. Взял на себя командование выжившими.
 Светящие глаза чуть сощурились, на какое-то мгновение полыхнув ярче. Беловолосый молча изучал сидящего перед ним Итана, а тронутые сединой брови медленно поднимались в немом изумлении.
 - У тебя жар... зрачки расширены, тик... Болевой шок? - наконец, произнес странный парень, его взгляд прошелся по телу, замер на сломанной ноге. - Открытый перелом? Или раздроблена кость?
 Итан поморщился.
 - Второе.
 - А почему не обработали, не убрали осколки и не зафиксировали ногу? - еще удивленнее спросил он. - У тебя начался некроз. Скоро дойдет до гангрены.
 Итан скривился. Можно подумать, он этого не понимает?
 - Нечем обрабатывать. В медотсек не попасть. Осколки убирать не рискнули, чтобы не повредить артерию. Из медиков у нас только Лили, но она не хирург. - буркнул вернувшийся Хис, протягивая странному существу свой визор.
 Аэте взял устройство, надел на голову, закрепив обод между вычурных драгоценностей, подстроил визор под себя и включил. Светящаяся полоса голографического экрана перечеркнула лицо, скрывая глаза. Если не присматриваться, голубая голограмма искажает восприятие, и глаза у парня выглядят лишь чуть ярче и пронзительнее, чем у обычного человека. Никакой огненной жути на черном белке!
 - Так лучше? - спросил парень, поднимая голову и глядя на Сойру.
 Турианец оценил внешний вид, поморщился и честно ответил:
 - Все равно видно.
 - Но хоть не так в глаза бросается. - буркнул Хис. - Ты вообще кто? Уж извини, но человеком тебя назвать не поворачивается язык. - подумав, добавил: - Без обид, лады?
 Аэте на такое высказывание лишь усмехнулся.
 - Я не обижаюсь. Это - бессмысленно.
 Беловолосый сел на пол, поджав под себя одну ногу. Так, чтобы раненному человеку не приходилось задирать голову.
 - Не стоит надумывать лишнего: такой я от рождения. - с тихим смешком произнес парень, глянув на насупленного Хиса. - Надо мной не проводили никаких экспериментов. И опыты на мне тоже не ставили.
 Саррад фыркнул и что-то язвительно сказал на незнакомом языке. Аэте усмехнулся.
 - Ррад, ты его знаешь? - сумрачно спросил Хис.
 - Вместе служили. - ответил турианец. - Не стоит ждать от него подвоха: Аэте не лжет, как и мы.
 - А он так же умеет слова выкручивать, что сам десять раз обманешься на простой фразе? - ядовито буркнул Итан, наклонившись вперед.
 Его повело, он чуть не завалился вперед, но был тут же подхвачен сидящим перед ним белобрысым.
 - Можешь что-то сделать? - тихо спросил Сойра.
 - Могу. - спокойно ответил парень, осторожно придерживая едва дышащего Итана. - Обрабатывать раны я умею, ты знаешь. Но чуда не жди.
 - Аптечка у тебя стандартная или ваша? - едва слышно прошептал Саррад.
 Виноватый взгляд горящих глаз, четко видимый сквозь голограмму визора, был прекрасным ответом.
 - Я могу обработать рану и убрать осколки кости. Полевая хирургия мне известна. Это даст время.
 - А что это изменит? - хрипло спросил Итан. - Из этого комплекса не выбраться...
 Аэте хмыкнул.
 - Ну мы же сюда доехали.
 - И это - чудо. - сглотнув вязкую слюну, буркнул он. - Как вы проехали через горы?
 - По второстепенной дороге. - честно ответил Аэте, отстегивая аптечку.
 Молниеносный рывок Итан заметил, но сделать что-либо не мог: в какой-то момент в глазах потемнело, и он перестал быть...
 Когда мир вновь появился, вокруг уже были незнакомые люди, о чем-то негромко беседующие с его бойцами, а сам он лежал на сдвинутых столах, под голову кто-то заботливо подложил свернутый в валик упаковочный материал, нога, упакованная в какую-то странную конструкцию, тупо ныла, но острой боли, жара и чувства, что бедро распирает, уже не было. И лихорадить перестало. Что бы ни сделал Аэте, ему, Итану Доновану, стало ощутимо лучше.
 Хрупкая невысокая рыжеволосая женщина прервалась на полуслове, повернулась, чуть заметно улыбнулась.
 - Спектр Совета Имрир Шепард. - представилась она, подойдя. - Вы очень удачливы, Итан. Попади один из осколков чуточку левее, и мы бы с вами не разговаривали.
 
 
 * * *
 
 
 Сколько раз уже убеждалась: даже в самой страшной катастрофе кто-то да выживет. Даже там, где выжить вроде бы нереально. Вот и здесь, в медленно промерзающем исследовательском комплексе были такие удачливые счастливчики. Другой вопрос, насколько бы они пережили других, тех, кто погиб в самом начале. Без помощи и нормального лечения раненные долго бы не протянули. Один, самый тяжелый, до нашего прихода дожил каким-то чудом: у молодого парня-человека ударом щупа была проломлена грудина, пробито сломанным ребром одно легкое, уже схлопнувшееся, а сильная кровопотеря и воспаление лишь быстрее сводили его в могилу. Как он в таком состоянии протянул сутки - для меня загадка мироздания. Мальчишка, Рэй, не должен был протянуть и пары часов.
 Бросить без помощи этих людей, не сдавшихся и не позволяющих сдаться другим, у меня не поднялась рука и не позволила так и не сдохшая до конца совесть. Сколько раз ненужная жалость и милосердие выходили мне боком? Не сосчитать. Но... Но глядя на усталого бойца, ухаживающего за находящимся при смерти младшим братом, я не смогла не предложить помощь. Оборотная сторона эмпатии... Иногда очень, безумно сложно отвернуться и пройти мимо, когда чужое отчаяние и боль бьет в душу. Я легко убиваю, я могу уничтожить населенный город без лишних угрызений совести, но иногда, вот так столкнувшись с чужим горем, я просто не в состоянии заставить себя остаться безучастной, если могу помочь тому, кто вызывает у меня уважение. А сейчас я помочь могу! Ну подумаешь, увидит человек нечто странное... Кому он об этом расскажет? Кто ему поверит? А если и поверит... невелика беда. Мне важнее моя внутренняя гармония и душевное спокойствие, чем сохранение тайн, в которые никто не поверит.
 Джим, так представился едва стоящий на ногах молодой мужчина с потускневшими, угасшими серыми глазами, ни единым словом или жестом не прокомментировал то, что увидел. А увидел он много лишнего. Он молча выполнял все мои приказы, ухватившись за призрачный шанс на спасение для его брата, и не задавал вопросов. Кроме одного: "Что я могу сделать?".
 Такие как он или его командир, Итан, - украшение человеческой расы. Те, в ком честь и врожденное благородство не были подавлены низменными инстинктами. Те, кто способен взять на себя ответственность в критической ситуации, кто готов взвалить на себя заботу о незнакомых разумных, даже если они им неприятны, кто способен пожертвовать собой ради другого без раздумий. Просто так, без какой-либо выгоды или корыстной цели, ничего не требуя взамен. Потому что такова их натура, потому что это для них нормально, правильно и естественно. И иначе не может быть.
 Если бы таких людей было больше, человечество могло бы стать воистину великой расой. Но... увы. Такие люди - исключения, яркие огни, пылающие в давящей и уничтожающей их серой массе обывателей, не способных оценить полученный по какому-то недосмотру богов бесценный дар.
 - Его состояние стабилизировалось. - тихо сказала я, вытирая кровь с рук. - Ранение до сих пор тяжелое, но он хоть не стоит обеими ногами в могиле.
 Джим прикусил подрагивающую губу, осторожно, бережно убрал с покрытого испариной лба брата мокрые волосы. Он ничего не сказал. Да и какие слова смогут передать этот шторм, шквал эмоций, прорвавших мутный эмоциональный стазис, когда до него дошло, что брат, которого Джим уже почти похоронил, получил реальный шанс на выживание? Благодарить он будет потом. Когда сквозь мутную отупляющую усталость до него достучится, что именно было сделано.
 Критический порог пройден: паренек дышит ровно, без хрипов, переломанные ребра выправлены и скреплены, но они не выдержат даже самого легкого давления. Потерю крови частично компенсируют два пакета донорской крови, которая обнаружилась в металлическом боксе. Лили, девчонка из медперсонала, специально завернула в медицинский корпус, и для каждого раненного с серьезной кровопотерей была взята нужная кровь. Сейчас уставшая, издерганная девушка сидела в уголке и пила отвратительный синтетический кофе с шоколадкой, которую для нее Сойра выколупал из распотрошенного пищевого автомата по дороге через холл.
 Что интересно, канонная история умалчивает о выживших на "Вершине-15", словно их не было. Но они есть. Что это? Обычное отклонение, неосвещенный факт истории, прошедший мимо внимания протагониста? Или одно из тех важных неучтенных эгрегором отличий реального мира от выдуманного?
 - Джим, тебе стоит немного отдохнуть. - сказала я достаточно громко, чтобы привлечь внимание. - Пока мы не восстановим питание и линии связи, время есть. Пару часов мы точно провозимся.
 К нам подошел Саррад, внимательно осмотрел мерно дышащего бледного восемнадцатилетнего парня, склонил голову в молчаливой благодарности, подхватил под локоть сослуживца и буквально силком потащил его к свернутым из упаковочной пузырчатой пленки лежакам, совершенно не слушая вялые возражения очнувшегося от ступора человека.
 - Как давно произошел прорыв рахни? - тихо спросила я у Сойры, подходя к занятому раненным командиром турианцу.
 Тот ответил:
 - Дней семь назад, ночью. - порвав по перфорации бинт, он закрепил его, кивнул асуру, придерживающему под коленом ногу Итану. - Была еще одна группа в южном крыле, но их вырезали еще четыре дня назад. Мы - последние.
 Вот как... Возможно, эгрегор был не так уж неправ: сколько шансов выжить у группы разумных, у которых лишь шестеро бойцов на ногах, считая условно подходящую под это определение Лили, двенадцать гражданских и шестнадцать раненных, из которых больше половины в тяжелом и закритическом состоянии? Полагаю, не встреться Лили и Сойра с Аэте, мы бы так и не узнали, что в этом комплексе есть живые разумные, а они вряд ли дожили бы до прибытия группы зачистки. А если бы и дожили? Какова вероятность, что они не разделят судьбу любого ненужного свидетеля?
 В милосердие "Цербера", которому, как оказалось, принадлежит "Байнери Хеликс" или "Двойная Спираль", если перевести "говорящее" название, я искренне не верила.
 Аэте встал, прошелся по комнатенке, придирчиво ее осмотрев, подошел к чем-то приглянувшемуся ему столу и в два рывка оторвал у него ножки под изумленным взглядом Хиса и недоуменными - Джейн и ее бойцов. Осмотрев результат своего вандализма, это чудо достало меч и без особых проблем рассекло пластиковую столешницу на неширокие полосы. Турианцы, даже не знавший о существовании асуров Дассар, восприняли происходящее флегматично и с долей смирения. Зато рожа Диего - это нечто непередаваемое! А уж какими глазами он смотрел, как Аэте делает из пластиковых полос и металлических ножек жесткую шину-костыль для Итана...
 Полноценно такую травму в нашей ситуации не обработать, а кость не свести: она была раздроблена, и почти треть ее в виде окровавленных осколков сейчас возвышается аккуратной кучкой на куске упаковочной пупырчатой пленки. Нога у Итана держится только на мышцах и связках, и сейчас асур с помощью обычной плазменной зажигалки и мотка синтетической бечевки ваял странную конструкцию, которая должна послужить внешним скелетом для левой ноги бойца. Пластик он заваривал намертво, размягчая его зажигалкой и формуя пальцами. Потом, в нормальном лазарете, все это срежут, но сейчас Итан получит возможность хоть как-то ходить, а жесткая конструкция поможет уберечь ногу от лишних повреждений.
 - Готово. - Аэте перекинул зажигалку Хису, еще раз осмотрел свое творение. - Не слишком прочно, но ходить можно.
 То, что каждый шаг будет отдаваться крайне сильной болью, асур уточнять не стал: это ведь такие мелочи, право дело.
 - Надолго ты его вырубил? - спросил Найлус.
 Аэте помотал головой.
 - Сейчас очнется.
 Итан действительно очнулся довольно быстро. Как раз подтянулись те, кто занимался раненными. Даже уставшая, но довольная проделанной работой Лили сидела на столе и обсасывала каменную галету из пайка.
 Пока только-только пришедший в себя человек тупо на нас пялился, я изучала его ментальный фон. Конечно, можно не напрягаться, и просто приказать. Итан подчинится: мое звание выше, мой статус выше. Ему придется подчиниться. Но зачем мне это делать, если проще договориться, не прыгая на гордости и больных мозолях тяжело раненного человека?
 - Спектр Совета Имрир Шепард. - представилась я, подойдя к приподнявшемуся на локте сержанту. - Вы очень удачливы, Итан. Попади один из осколков чуточку левее, и мы бы с вами не разговаривали.
 Негласному командиру выживших потребовалось несколько долгих минут на то, чтобы прийти в себя и осмыслить, что он видит. Но когда он начал нормально соображать и перестал таращиться на плотный жесткий пластиковый чехол веселенькой серой окраски, покрывший его ногу, Итан рассказал много любопытного о произошедшем в комплексе. Что именно привело к катастрофе он не знал, но меня это волновало мало. А вот о станции "Расселина" и о вспомогательных лабораториях он знал немало, поскольку дружил с техниками, обслуживающими эти комплексы. И вот то, что он мне рассказал, мне совершенно не понравилось...
 "Расселина" не зря называлась станцией. Это и была станция монорельса, совмещенная с административным комплексом, курирующим целую сеть лабораторий. Главных и вспомогательных. И их там оказалось ой как немало! А вся эта радость соединялась в единую разветвленную систему не только монорельсами, но и прямыми туннелями, пробитыми в недрах гор. Через них и шел основной грузопоток, тогда как монорельсы - это исключительно пассажирская линия связи. Туннели перекрывались массивными воротами, способными сдержать тяжелую бронетехнику, но множественные технические коридоры и шахты делали подобную защиту не слишком эффективной против рахни и им подобным существ. Хуже другое: размазано все это добро по площади в пару сотен километров! Да даже от "Вершины-15" до "Расселины" сто восемнадцать километров! Ни пешком, ни на обычном наземном транспорте не добраться: территория между станцией и комплексом совершенно непроходима и других путей сообщения кроме воздушного транспорта и монорельса нет. Для грузопотока был построен отдельный монорельс - более массивный. Который тоже не работал.
 Задания "Миры" нам выполнить придется при любых раскладах: без позволения ВИ монорельс не заработает, даже если мы подадим питание напрямую. Там какая-то закавыка в программном ядре поезда.
 Досадно.
 - Что вы собираетесь делать? - отдышавшись, спросил Итан.
 - Включать питание, что нам еще остается. - тяжко вздохнув, ответила я. - У "Миры" для нас целый список заданий...
 Итан переглянулся с Хисом и осторожно заметил:
 - Вам придется много передвигаться по комплексу...
 Эк он осторожно намекает, что нас тут как бы сожрать могут. И сожрут, притом, с превеликим удовольствием.
 - Если вы о рахни, нам придется решить эту проблему. Или, по крайней мере, проредить их так, чтобы они проблемой быть перестали. - я прогребла волосы, хмуро глянула в настороженные глаза бойца. - Итан, давай смотреть на ситуацию реально: мы не будем брать вас с собой на "Расселину". Это бессмысленно и попросту опасно. У вас много раненных, и подвергать их еще большему риску я считаю... излишним.
 Итан на это высказывание согласно кивнул, но настороженность усилилась.
 - Оставлять без защиты - тоже не выход. Это будет гарантированным убийством. Примерно половина нашего отряда осталась у очистительной камеры, ведущей на станцию монорельса. Ваши раненные и гражданские будут оставлены под защитой: я не хочу застрять на "Расселине", если у "Миры" опять что-то перемкнет в ее электронных мозгах.
 - У нее может. - буркнул Хис.
 - Я предпочитаю не рисковать и не подставляться по-глупому. Так что здесь останется группа коммандера Джейн Шепард, с которой ваши бойцы уже успели познакомиться.
 Джейн на такое высказывание удивленно заморгала и нахмурилась.
 - Но я реально понимаю, насколько опасны рахни. Так что перед отбытием на станцию "Расселина" комплекс придется... почистить. - я бросила взгляд на мечтательно улыбающегося асура. - Мне не нужны жертвы, которых можно избежать.
 Итан открыл было рот, чтобы высказать свое мнение о моих планах и о том, насколько я недооцениваю рахни, но все его возражения завяли невнятным клекотом и судорожным кашлем, когда Аэте, это доброе, милое и обаятельное создание, вытащил из набедренного бокса неровно выломанный кусок хитина и молча кинул его на колени опешившему человеку. Хис издал что-то вроде невнятного придушенного мяуканья, оторопело глядя на толстый, сантиметров семь в толщину, пятнадцать в ширину и чуть более двадцати в длину кусок хитина красивой фиолетово-черной окраски.
 - Как? - выдохнул Итан, дрожащими руками поднимая с колен трофей.
 Аэте с недоумением в голосе ответил:
 - Руками. Выломал.
 О да... Дури и силы асуру вполне на такое хватит...
 - КАК? Как ты убил эту тварь?! - вспылил человек, сжав пальцы на куске хитина до судорог.
 - Мечом. - с еще большим недоумением ответил асур, словно в этом нет ничего странного или необычного.
 Итан прикрыл лицо рукой, вдохнул, выдохнул.
 - Каким, черти тебя дери, мечом?
 Аэте встал, снял с захвата фламберг и продемонстрировал его людям.
 - Этим.
 Итан открыл было рот, но, потрясши головой, закрыл, проглотив все слова, пристально глядя в яркие светящиеся глаза улыбающегося ему существа, лишь внешне похожего на человека.
 - И ты можешь убить других таких же?
 Асур закивал, но тут же уточнил:
 - Если их будет не слишком много. - в голове отчетливо прозвучала детская обида и расстройство: - Они очень сильные и живучие. Но не такие проворные, как красные. С теми возни больше.
 Итан молча переваривал сказанное, пристально глядя в глаза асура, непроизвольно поглаживая варварски выломанный кусок хитина.
 - А в чем подвох? - наконец, спросил он. - Почему ты был один, я понимаю. Чтобы не отвлекаться на защиту напарника.
 Аэте кивнул.
 - А что еще?
 - Эти рахни - генетически модифицированные клоны. - после короткого колебания ответил асур. - Обычные рахни-защитники - разумны, если были выращены под непосредственным контролем королевы. Эти же - полностью безумны. Не только из-за того, что их оторвали от королевы. Тот, кто их конструировал, допустил ошибки при вмешательстве в геном и разбалансировал естественный для рахни механизм генетической памяти. Это хорошо видно по нарушениям поведенческих паттернов. Как результат - рахни-защитники совершенно безумны, лишены разума и не "слышат" зов своей королевы. Но как компенсация ущербности разума, они очень сильны и живучи. А еще они обладают властью над низшими подвидами. Это все, что я успел заметить.
 Информация о вмешательстве в геном рахни никого не удивила: в душе они были готовы к подобному повороту.
 - Допустим, тебе хватит силы справиться с рахни. - медленно произнес Итан, переводя взгляд с Аэте на меня. - А что вы будете делать с гетами?
 Вот же... Я уже начала надеяться, что синтетиков тут нет...
 - Тут еще и геты есть? - оторопело спросила Джейн, ни к кому конкретно не обращаясь.
 Хис скривился и ответил:
 - Да, явились дня три назад. Откуда - непонятно. Засели в реакторном отсеке и что-то там делают. Проблем они нам не доставляют: если не заходить в реакторную, они не нападают и сами к нам не лезут. Их немного: штук пять-семь, не больше. Потому и сидят там, никуда особо не лезут и отстреливают рахни.
 - Если честно, они нам порядочно помогли: когда явились, на них сбежались все рахни в округе. - добавил Итан.
 - Но нам нужно к реактору... - задумчиво протянула я. - Вопрос в том, что именно гетам нужно? И можно ли с ними договориться хотя бы о ненападении? В принципе, делить нам сейчас нечего. У меня свое задание, у них свое. И лично я совершенно не намерена им мешать. Своих проблем хватает.
 Итан лишь развел руками.
 - Тут я вам ничем не помогу: мы к реакторной не приближались.
 - Тогда узнаем на месте. - подвела я черту в нашем разговоре. - Аэ, можешь валить на свободную охоту. Но загляни по дороге к кабелям и поставь их на место. Где это - знаешь?
 Асур согласно кивнул.
 - Свободен. Когда сделаешь - сообщи. - я вздохнула. - Постарайся найти и уничтожить других защитников. Но, опять же, без лишнего экстрима и фанатизма.
 Мягкая улыбка приподняла уголки его губ, асур прикрыл глаза, отключил визор и снял хрупкую вещицу, перебросив ее владельцу. Хис поймал, повертел в руках, покосился на безмятежно улыбающегося Аэте.
 - Вернешься - заберешь.
 Асур кивнул, развернулся и молча нас покинул, провожаемый внимательным взглядом бойцов. Чую, по возвращению на "Нормандию", у Джейн и ее людей появится очень много вопросов... Ну да это меня начнет волновать, когда мы на наш корабль вернемся.
 - Готовьтесь. Выдвигаемся через пятнадцать минут.
 
 
 * * *
 
 Николаус подпирал спиной стену и устало наблюдал за расхаживающим по коридору командиром, периодически поглядывая в темноту просторного холла. Информация о рахни его... озадачила. И, мягко говоря, не порадовала. А еще больше не радовал его непосредственный командир, исходящий на яд и злобу.
 - Джон, чего ты так психуешь? - флегматично спросил немец по личной связи.
 Коммандер резко остановился, развернулся, подошел к своему заму, остановившись всего в метре от него. От бешенства и злости Шепарда трясло.
 - Клаус, ты считаешь, ЭТО - нормально?
 Ник пожал плечами, скрестил руки на груди, уперся ногой в стену. В какой-то мере его происходящее полностью устраивало: Джон Шепард был вырван из привычного окружения и сложившегося военного социума, с которым был хорошо знаком и в котором чувствовал себя уверенно. Попав на корабль Спектра Совета, он оказался в совершенно иной среде, которая была лишь немного прикрыта привычными ему правилами. Но закавыка в том, что именно прикрыта и лишь немного. А Джон понимать этого не хотел, с удручающим упорством не желая видеть и понимать очевидное. Коммандер Шепард не мог понять, что творится на борту "Нормандии" в общем и в отряде Спектра Шепард в частности, а потому - бесился, раз за разом попадая в неловкие ситуации.
 - А что тебя смущает? Решение Спектра оставить часть группы с гражданским лицом в относительно-безопасной зоне возле конечной на данный момент точки маршрута - резонно. - тем же флегматичным унылым тоном отозвался аналитик. - Или ты так злишься из-за того, что она нарушает все писанные и неписанные правила?
 Джона перетряхнуло, кулаки сжались до скрипа.
 - Да причем тут правила, Клаус?!! Она разбила группу, хотя столкнулась с серьезным противником! А это... Да как можно было вообще отправить малолетку в комплекс в одиночку?!!
 Николаус поморщился. Вот на счет "малолетки" он волновался в последнюю очередь. Но Джону не докажешь...
 - Ты определись, что тебя больше злит: то, что нас оставили тут присматривать за пустым коридором, то, что вместо нас взяли коммандера Шепард и ее отряд, или то, что Спектр отпустила своего бойца на свободную одиночную охоту?
 Шепард подавился воздухом.
 - Свободная охота? Что за охота, Клаус? Ты вообще о чем? Да ему вообще никакого задания не давали, просто сказали...
 - Без фанатизма и ненужного экстрима? - Ник покачал головой. - Джон, я тебе много раз говорил: будь внимательнее. Я тебя предупреждал, что не все... столь однозначно, как кажется. А "свободная охота" - весьма распространенная практика. Но сейчас чаще применяется в космосе. Ты же должен это знать.
 - Я знаю, что такое "свободная охота"! - прорычал Джон.
 - Тогда я не понимаю, почему ты так злишься? - кисло спросил Ник, передергивая плечами.
 Неприятное ощущение, словно по спине водят кончиком пера, отчего по коже разбегались морозные мурашки. Аналитик выпрямился, перехватил оружие удобнее. Тьма за полураскрытыми створками притягивала взгляд сам собой. Словно там что-то есть. Что-то...
 - Что такое, Клаус? - настороженно спросил Джон.
 - Не знаю. Ощущение странное...
 Аналитик поднял винтовку и медленно пошел к дверям. Спина неприятно дергала, кончики пальцев покалывало, в кровь выплеснулась ударная доза адреналина, от чего сердце заколотилось с удвоенной силой. Бойцы, видя его маневры, рассыпались полукругом. Легкая расслабленность исчезла.
 Красно-багровая тварь выметнула из темноты с такой скоростью, что Ник не успел уйти с пути огромного насекомого, лишь рефлекторно выпустил короткую очередь. Рахни скрипуче завизжал, но не остановился, понесся вперед, сметя человека, одним ударом заостренной лапы отбросив в сторону как мелкую помеху. Джон вжал спусковую пластину, выстрелы проламывали хитин, нанося неприятные, но несущественные ранения, не способные остановить нечувствительное к боли насекомое.
 - Подствольные! - заорал он, переключая боеприпасы.
 Гулкий выстрел потонул в пронзительном визге: Раймонд всадил в бок рахни заряд. Миниатюрна ракета проломила взрывом хитин. Тварь резко развернулась, щуп метнулся вперед, отбрасывая бойца к стене. Второй выстрел, практически в упор, от Кристиана, разорвал головогрудь насекомого, разом ставя точку в стремительном бое. Рахни замер, острые лапы подогнулись, и огромная туша грузно рухнула на пол.
 - Вивьен! - Джон бросил взгляд на неподвижно лежащего Николауса. - Займись раненным. Кристиан! За мной.
 Вивьен уже склонился над сослуживцем, сняв с захватом аптечку. Джон стиснул зубы от злости: кроган даже не шелохнулся, все так же лениво опираясь спиной о стену. Только дробовик снял. Подбежала сержант Эшли с дробовиком.
 - Сэр?
 - Оставайтесь с раненными и помогите Вивьену. Кристиан...
 Кристиан осторожно шагнул в просторный холл, внимательно осматривая захламленное помещение, следом за ним - Джон. Но в сумрачном помещении никого не было, словно этот рахни нарисовался из воздуха.
 - Чисто. - буркнул Кристиан.
 - Назад.
 Вивьен, быстро осмотрев уже пришедшего в себя Раймонда и, не найдя серьезных травм, подбежал к неподвижно лежащему Николаусу, перевернул его на спину...
 - Командир!
 Джон резко обернулся на крик медика.
 - Нужна помощь!
 Связь щелкнула, и в наушниках бойцов раздался встревоженный голос Спектра:
 - Коммандер, что у вас происходит?
 - Столкновение с рахни. - скрипнув зубами ответил Джон, помогая снять с раненного броню. - Николаус ранен.
 - Насколько серьезно? - женский голос заледенел.
 Коммандер перевел вопросительный взгляд на медика. Вивьен, вколов мощное обезболивающее и панацелин, поднял голову и... молча покачал головой.
 На мгновение у Джона сперло дыхание, а пальцы сжались в кулаки. Как-то неожиданно-сложно оказалось выдавить из себя простое слово: "смертельно".
 Но говорить вслух ему не пришлось.
 - Делайте что угодно, но он должен дожить до моего прихода! - коротко рыкнула Спектр, и связь пропала.
 
 
 
 
 

Глава 53: Новерия: логичный итог


 
 
 Я бежала по коридорам вымершего комплекса со всей доступной мне скоростью, а в голове билась одна мысль: лишь бы успеть. Джон диагноз не озвучил, но по его выразительному молчанию и так понятно, что рана - смертельная. Вот как же так? А? На пару часов же оставила... Прыгнув, я ухватилась за лифтовой трос и соскользнула вниз. Одиннадцать этажей пролетели под визг металла о металл. Перчатка ощутимо нагрелась, я сжала пальцы, тормозя напротив нужного уровня, раскачалась и влетела в закрытые двери, в два удара выломав тонкие металлические створки.
 К демонам осторожность! У меня не больше пары минут! Если Николаус погибнет, у меня есть минут пять-шесть, чтобы восстановить подачу кислорода к мозгу. Гибель тела - некритична, все можно восстановить, главное, чтобы мозг не пострадал. А если опоздаю на восемнадцать минут... Тогда Николауса можно только в виде нежити поднять, пусть даже высшей, одушевленной и в какой-то мере живой: душа начнет рвать связи с телом, но процесс этот затянется дня на три, пока не распадется аурный слой и не пропадет последнее, что удерживает душу у мертвого тела. И чем дольше тянуть, тем мертвее будет поднятое существо и ближе к обычному зомбяку.
 Выбежав в коридор и юзом влетев в поворот, я вызвала Вивьена.
 - Состояние?
 Парень ответил с небольшой задержкой:
 - Спектр... - он замялся. - Нико проживет минуту, две... не больше.
 Коридор закончился как-то быстро, я нетерпеливо переминалась перед дверями, ведущими в холл. Как же они медленно открываются...
 - Этого хватит, Вивьен.
 Эмоции моих бойцов уже были ощутимы: растерянность и боль потери, отчаяние, бессилие, гнев людей, страх и ступор Лиары. И легкий интерес Рекса. Крогана чужая смерть не впечатлила.
 Створки, наконец-то, ушли в пазы, и я рванула вперед, пробежав длинный просторный холл за какой-то десяток секунд. А когда я выбежала в коридор, меня встретило вскинутое оружие.
 - Спектр. - Джон опустил винтовку.
 - Потом расскажешь, как это произошло. - рыкнула я, осматривая коридор. - Где... А! Вижу.
 Подбежав к лежащему у стены Николаусу, я упала на колени возле оцепеневшего Вивьена, статуей сидящего возле мертвого, уже - мертвого друга. Паренек перевел на меня пустой взгляд. Губы мелко-мелко подрагивают, его трясет, хочет что-то сказать, но не может: видно движение губ, а звука нет.
 - Когда? - тихо спросила я, ослабляя зажимы и сдирая перчатки, бросив их у снятого шлема.
 Вивьен глубоко вдохнул, зажмурился, резко, рвано выдохнул, беря эмоции под контроль, и хриплым голосом ответил:
 - Только что.
 Он вновь перевел взгляд на развороченную грудь. Тут и медицинского образования не нужно, и так понятно: с такими ранами не живут. Ребра проломлены вовнутрь, легкие - кровавые клочья вперемешку с кусками брони и обломками кости. Потери крови - колоссальные. Да тут даже если бы был лазарет под боком - не донесли бы... А даже если бы донесли? Раздробленный позвоночник, разорванный пищевод и бронхи, повреждение диафрагмы...
 - Вивьен! - тряхнув впавшего в ступор парня за плечо, внятно сказала я. - Пока мозг живет, Нико можно вернуть. Предел - восемнадцать минут. После - уже все.
 Парень удивленно заморгал, перевел на меня непонимающий взгляд. С его точки зрения, что-либо сделать уже невозможно. Даже будь у него под руками полноценный лазарет, спасти Николауса невозможно. Но за шанс, пусть и призрачный, он ухватился: руки перестали дрожать, он сглотнул подкатывающий ком, зло стер наливающуюся в уголке правого глаза слезу. Вивьен Лаббе готов работать.
 - Щупом пробило?
 - Да. - прошептал парень. - Первым под удар попал...
 По кистям пронеслась привычная золотистая волна обеззараживающего и очищающего плетения. Карие глаза француза удивленно расширились.
 - С этого момента у тебя начинается выборочная слепота и частичный склероз. - буркнула я.
 В голос против воли прорвалось низкое рокочущее рычание. Николаус мне нужен живым и здоровым. На том месте, где он обычно находится - рядом с Джоном, регулярно капающим бравому коммандеру на мозги, а не на кладбище!
 Кожа разошлась, переливающиеся золотым свечением красные капли сорвались с кончика пальца и закапали на развороченную грудь, смешиваясь с темной, почти черной кровью. У меня есть все необходимое для лечения: вот оно, ошметками в крови плавает. И кости, и легкие. И кровь. Надо лишь вернуть всё на свои места.
 Впервые в этой жизни я использовала прямой контроль чужого тела: положив ладонь на грудь погибшего бойца, подключилась к его организму как нечто среднее между симбионтом и паразитом. Легкая щекотка пронеслась по спине, когда я выбросила в еще не до конца мертвое тело сотни крохотных щупов, подключаясь к нервной системе, беря организм под контроль и подчиняя себе. На какое-то время мы станем единым целым, я возьму на себя все жизненные функции. Мои легкие обогатят кровь кислородом, а мое сердце погонит ее в подчиненный организм, обеспечивая всем необходимым для функционирования.
 Резануло болью, сменившейся чесоткой заработавшей регенерации и жжением. Щупы подсоединились к артериям, разрослись, формируя дополнительные кровеносные каналы, достаточно мощные, чтобы гнать кровь из одного тела в другое. Теперь надо запустить системы жизнеобеспечения подчиненного организма.
 Когда первый раз сократилось сердце Николауса, Вивьен моргнул. Удивленно. Неверяще. Подключённые к руке мертвого аналитика датчики показали появление пульса, которого не могло быть. Минута, другая, ритм выровнялся, спешно восстановленное сердце заработало в нормальном для него ритме, гоня кровь по организму и, главное, снабжая полученным от моих легких кислородом. Другое дело, что в кровеносную систему Ника пошла МОЯ кровь... Сверхмутагенная кровь метаморфа. Какое-то время наш аналитик будет маяться забавными побочными эффектами... А если его организм не сможет ассимилировать и перебороть мою кровь, если подчинится или среагирует, то у Виланта Николауса Аккера появятся очень... занимательные способности. Но он будет жить, а все вероятные мутации, если они начнутся, можно будет за пару дней свести к генетической норме.
 Регенерация разгонялась по мере того, как я подчиняла себе чужой организм, делая частью своего. Излечивались старые травмы, исчезали шрамы, восстанавливались поврежденные кости и зубы, исправлялись генетические дефекты. Организм выходил в свое эталонное, идеальное состояние. И медленно, очень-очень медленно восстанавливалась фатальная травма.
 - Вивьен, нужно повынимать из раны все осколки брони. - тихо сказала я. - И быстро. Можешь не сильно осторожничать, только поторопись.
 - Кость?
 - Не трогай. Буду восстанавливать.
 Надо отдать Вивьену должное: он ни единым жестом не показал той оторопи, даже ступора, в котором находился. А еще он очень быстро и аккуратно работал, безошибочно находил в кровавом месиве осколки металла и удалял их, стараясь ничего лишнего не задеть.
 - Вот еще.
 Кончик тонкого скола показался из раны, вытолкнутый восстанавливающийся мышцами. Вивьен осторожно его подхватил длинным пинцетом и извлек.
 - Прекрасно. Теперь самое сложное...
 Никакая магия крови не способна из ошметков мяса и крови собрать орган в исходном состоянии. Зато она в состоянии прирастить эти ошметки и восстановить их функциональность, если правильно сложить паззл. Магия может сотворить чудо, но четко определенное. И то, если правильно подготовиться.
 Реберную клетку я собирала долго. Минуты текли одна за другой, кусочки кости становились на свои места, схватываясь в единое целое, пока не была восстановлена задняя стенка, вывернутая лопатка и раздробленный позвоночник. Нытье регенерации притупилось и сконцентрировалось вокруг единственного поврежденного участка, дергая острой, режущей болью. Теперь - верхняя часть... И легкие. А потом - убрать лишнее...
 Что приятно, к нам никто не подходил и работать не мешал. Джон отошел и не приближался, глядя на наши с Вивьеном спины. И чем дольше мы возились, тем ярче разгоралась смутная надежда, появившаяся, когда в воздухе развернулся голографический экран медицинского сканера, показывающий прекрасно всем знакомую линию пульса.
 Вот ведь странный. Пока Николаус был жив, Джон его на дух не переносил, относясь с настороженностью, хоть и признавал его полезность для отряда. В лучшем случае - ровное уважение, окрашенное недоверием. Ни о каких дружеских чувствах и речи не шло! Ника вообще в отряде не любили, хоть и ценили за ум и профессионализм. Это только Вивьен искренне считал его другом, возведя чуть ли не в статус старшего брата, который о нем заботится, учит, защищает и помогает делом и советом.
 Но стоило Нику умереть, как до остальных очень резко дошло, что каждому из них этот въедливый, скрытный мужчина нужен, по-своему дорог и совершенно незаменим. Кристиан - мрачный, как грозовая туча, зол на себя за собственную глупость: перед высадкой успел поругаться с Ником за то, что тот ему менторским тоном в очередной раз проел мозг за нежелание ставить на винтовку дополнительную модификацию, хотя Гаррус предложил помощь в сборке оружия. Теперь грызет сам себя за то, что отказался, за то, что вспылил и наговорил гадостей. И за то, что так и не успел извиниться. Аарон Раймонд в шоке: неожиданная смерть сослуживца тараном ударила под дых. Эмоциональный и открытый испанец завис в ментальном стазисе: мысленная деятельность приглушена, эмоции выключились, проворачиваясь на холостом ходу. Это потом его накроет, когда придет полное осознание и понимание потери. Тогда он напьется до потери разума. И пить, судя по состоянию остальных, будет не в одиночестве. До Джона тоже дошло, насколько был незаменим Николаус. Пока бравого коммандера хватило принять только это. Мысль о том, что Ник - не только его излишне скрытный и непонятный подчиненный, но и просто - друг, пока в его мозги не продолбилась. Ну да не буду требовать слишком многого.
 Сильнее всего накрыло Вивьена: даже зная, что рана гарантированно смертельная, он до последнего пытался остановить кровь и спасти человека, который когда-то давно обратил внимание на сумрачного апатичного паренька, сумел пробиться сквозь эту апатию и вытащить из черной, медленно убивающей депрессии. Боюсь, если бы Ник и правда умер на его руках, уже надломленная психика еще одной потери не выдержала бы, и мы потеряли бы не только Николауса, но и Вивьена. Только не сразу, и погиб бы он не физически.
 С противным хрустом на место встали реберные хрящи. Восстановление скелета завершено. Легкие - частично. Еще немного...
 - Вивьен, начинай откачивать кровь и выбери все лишнее. Нужно полностью очистить плевральную полость. - я повысила голос. - Джон!
 Коммандер подошел, скосил глаз на Ника, вздрогнул. Пальцы дернулись.
 - Спектр?
 - В холле у левой стены есть автомат с водой. Вытащите из него бутыль и притащите сюда. - я прислушалась, чуть сощурившись. - Там никого нет.
 Джон кивнул, махнул Кристиану и исчез из виду.
 
 Восстановление шло своим чередом. Критический порог пройден: сейчас жизни Николауса ничего не угрожает, состояние стабильно, я удерживаю полный контроль над организмом, кровообращение было восстановлено вовремя, и никаких последствий клинической смерти не будет. Легкие успешно регенерировали, отдаваясь у меня жуткой чесоткой и ломотой. Что поделать, скоростное восстановление всегда имеет свои последствия, а сейчас боль Нико я ощущаю как свою. И это МОИ легкие чешутся и горят огнем...
 Вивьен вышел из ступора и оживился, отслеживая процесс восстановления с помощью портативного сканера. Вопросов у него - не счесть, но он понятливо молчит и держит их при себе. Джон с Кристианом притащили десятилитровую бутыль с водой, поставили у стены и сейчас терпеливо ждут, пока мы закончим. А еще Джонни мучительно пытается понять и осознать то, что видят его глаза. Вот только увиденное упорно не желает укладываться в привычную и такую понятную картину мира, разбивая ее на множество осколков.
 Коммандер - не дурак и не слепой идиот. Он отлично умеет делать выводы из увиденного, другое дело, что он не часто этим своим умением пользуется, чем несказанно раздражал Николауса. Шепард прекрасно понимает, что полученная Ником рана - смертельна. Никакая медицина неспособна спасти человека, которому навылет пробили грудь тридцатисантиметровым в диаметре копьем из прочного шершавого хитина. Но прямо на его глазах я делаю невозможное. Я спасаю жизнь погибшему бойцу, натуральным образом вытаскивая его с того света. Как? Этого он не знал и не понимал. Вивьен молчит, и Джон отлично понимает, что задавать вопросы парню бесполезно: ничего он не скажет. Спрашивать у меня? Эта мысль навязчиво крутится в голове коммандера, но... Но тут срабатывает забавная особенность его психики: Джон не в состоянии заставить себя подойти и прямо задать скользкий вопрос. Пока не припечет. Вот на волне гнева, аффекта, адреналина или любого подобного чувства, в запале задать неудобный вопрос он может. А вот когда успокаивается...
 Забавный он.
 Ничего, когда доварится в собственном соку до кондиции и дозреет, тогда и будем его танцевать. В смысле, вправлять мозги и выбивать отягощающие его светлую голову темным грузом предрассудков и пропаганды ненужные глупости. А пока пусть думает. Лишнего он не ляпнет. Не совсем же дурак. Да и Нико не позволит сделать откровенную глупость. Особенно теперь, когда в сохранении тайны собственного выживания он кровно заинтересован.
 Под моей рукой окровавленная грудь приподнялась в первом вдохе и медленно опустилась. Восстановленные легкие, наконец-то, заработали. Новый вдох и еще один выдох. Хрипов, сипов и прочих неестественных звуков нет: регенерировало полностью, Вивьен полость почистил отлично, убрав все, что там не должно находится. Можно отсоединяться, а то скоро Ник очухается.
 Я разъединила нашу кровеносную систему, медленно отключилась от нервной и эндокринной, но не прерывала полный контакт, пока не убедилась, что отделенный от меня организм не сбоит и явных побочных эффектов не наблюдается. Пока моя кровь заставляет тело работать на всю доступную ему мощь, очищает от ненужного мусора и убирает старые травмы, но вскоре пойдут первые последствия... Вопрос в том, как и что пролезет, учитывая наличие асурских генов у Нико в количестве, достаточном для самостоятельной инициации. Не пойдет ли лавинообразное очищение генома, как это произошло с Кирой? По идее, не должно, но как среагирует моя кровь со спящим геномом боевой химеры, созданной хаоситом, - предугадать невозможно.
 - Вот и все. - я встала, повела плечами, размяла шею. - Джон, слейте, пожалуйста, на руки: нужно смыть кровь.
 Джон очнулся от тяжких мыслей, бросил взгляд на Николауса.
 - Да, конечно...
 Пока я смывала кровь, подошел уставший, но искренне счастливый Вивьен, изгвазданный в крови по самые плечи. Я вежливо уступила парню место у импровизированного умывальника, а сама вернулась к наблюдению за подопечным.
 Ладно, пока Вивьен моется, а Николаус еще в отключке...
 - "Нико выжил." - отправила я мысль троим мужчинам.
 Облегчение напополам с тревогой у Найлуса и Гарруса было общим. Аэте факт выживания Николауса тоже порадовал: он был его сородичем, пусть и непробужденным, а за своих Аэтера готов на все. Но и требует он тоже ВСЁ, в чем Дэрг с Диланом успели уже убедиться.
 - "Насколько серьезным было ранение?" - спросил Ррус, переводя разговор в практическую плоскость.
 - "К моему приходу он был мертв." - ответила я, отправляя информацию о произошедшем. - "Рана смертельная при любых раскладах."
 Много времени просмотреть информацию и оценить возможные перспективы у них не заняло. Тревога Гарруса усилилась, дополнившись задумчивостью, Найлус с Аэте отреагировали удивительно похоже: азарт и предвкушение.
 - "И как на это отреагировал Джон?" - ирония и язвительность в голосе Ная прекрасно дополняли его заинтересованность и предвкушение очередной подставы.
 - "У Джона сломалась картина мира." - фыркнула я, наблюдая за объектом обсуждения. - "Только что я сделала невозможное, теперь он судорожно и мучительно пытается придумать этому логическое обоснование. Вот только оно что-то никак не придумывается."
 Смешок асура прекрасно охарактеризовал общую ситуацию.
 - "Могут быть проблемы." - окрашенная тревогой мысль Гарруса пронеслась колкой волной по восприятию.
 - "Ррус, радость моя, какие еще могут быть еще проблемы у первого Спектра Альянса Систем сверх того, что я огребу, если мне удастся задуманное?" - усмехнулась я, чувствуя смущение нашего светлого сокровища от обращения "радость моя". - "Да если всё получится, Удина на говно изойдется. Гадить он будет при любых раскладах: я же не собираюсь подчиняться и преданно заглядывать ему в рот, ожидая заданий. Наоборот, я буду выполнять свою работу Спектра Совета, что не слишком понравится "Церберу" и командованию ВКС Альянса Систем. А Джон..." - я не сдержала тяжкого вздоха. - "После Новерии вы улетаем на Вермайр и неизвестно, когда вернемся. У меня не так много времени, чтобы связать бравого коммандера по рукам и ногам, разбить или хотя бы надломить его слепую веру в придуманную им же картину мира и заставить, наконец, думать своей головой, а не уставом и патриотичными лозунгами лживого государства. В этом благом деле Ник мне поможет: поверь, он не захочет, чтобы тонкости его выживания оказались достоянием Альянса Систем или конторы имени трехголового стража загробного мира. Так и до подопытного зверька недалеко."
 Удивление и недоумение асура обожгло связь вместе с зарождающимся тяжелым гневом.
 - "Аэ, не принимай это так близко к сердцу."
 Тягучая злость нарастала, разгораясь холодной взвешенной яростью. Сейчас на общей связи был не обаятельный паренек Аэтериос, а Аэтера. И его узнанное расстраивало все больше и больше.
 - "Когда мы покинули родной мир и оставили его нулевому виду в идеальном состоянии, мы полагали, что они извлекли уроки из понесенного наказания." - ментальный голос асура приобрел нехорошее спокойствие и льдистый холод. - "Но я все больше убеждаюсь, что люди выводов не сделали и вновь ступили на тот же путь саморазрушения и деградации, как и когда-то. То, что я вижу, очень напоминает..." - Аэтера запнулся, прерываясь на полуслове.
 - "Люди и выводы из истории. Ты о чем вообще?" - я послала укоризну и недоумение, выбивая асур-тар из холодного гнева мягкими, ласковыми ментальными касаниями и отблесками моей души. Это на какое-то время его успокоит. - "Аэтера, люди искажают и переписывают историю все свое существование, лгут сами себе и упорно не желают взглянуть правде в глаза. Не думаю, что что-то изменилось с того дня, когда ты их видел в последний раз. А о наказании забыли за давностью лет."
 Кипящий гнев утих, оставив после себя усталое сожаление и искреннее непонимание.
 - "Даже суры, эти высокомерные двуличные моралисты, и те не позволяли себе подобного!" - в сердцах рыкнул асур.
 - "Полагаю, не позволяли они такого, потому как Дамокловым Мечом над ними висели вы?" - лукаво спросила я.
 Аэтера фыркнул, но веселье все же смыло гнев и ярость.
 - "И поскольку о сурах остались лишь невнятные легенды, Дамоклов Меч все же рухнул им на головы." - тем же тоном закончила я.
 - "Они перешли черту."
 Бесстрастный, спокойный ответ пришел с отблесками давних воспоминаний, непроизвольно поднятых из глубин памяти. Судя по искреннему удивлению Найлуса и тяжелой задумчивости Гарруса, асуры не посвящали свою расу-привязку в подобные тонкости своего прошлого. Насколько я поняла, они вообще крайне мягко и деликатно, проявив бездну понимания и благоразумия, знакомили турианцев с собой и своей сутью. А о чем их не спросили... того и не сказали. Зачем же нервировать и смущать привязку такими незначительными нюансами, как уничтожение цивилизации и поголовный геноцид? Первый раз, что ли? Да и какая разница, что они там делали в далеком прошлом? Это ведь уже произошло, не так ли? Так смысл дергаться?
 Аэтера, которому я передала эту логическую цепочку, отозвался легким смущением и ментальным аналогом пожатия плеч. С его точки зрения, все было сделано правильно, это было логично, обосновано и привело к нужному результату. Так в чем проблема-то? Результат достигнут, незнание иногда - истинное благо, а асуры очень не хотели расстраивать новообретенную привязку. И сейчас не хотят.
 - "Аэ, тебе далеко еще до тех подвалов?" - спросила я, переводя наш беззвучный разговор в практическое русло.
 - "Проверю живые сигнатуры и спущусь на технический уровень." - ответил асур.
 Проверит он...
 - "Сообщи, когда найдешь эти проклятые кабеля. И глянь, может еще что-то... ну не знаю, какие-то явные повреждения обнаружишь." - вздохнув, добавила: - "И будь осторожнее."
 Тихий ментальный смешок вкупе с умилением и иронией меня несколько напряг. Что на этот раз белобрысому отморозку в голову явилось, раз он такой довольный? Особенно напрягало, что это непосредственно касается меня и опосредственно - Гарруса и Найлуса.
 Ладно, демоны с ним, с Аэтериосом. Вермайр покажет, какими будут наши отношения. И будут ли они вообще. Не хотелось бы, чтобы асур погиб только потому, что у меня не получится спасти его привязку.
 Я тяжело вздохнула, сворачивая ментальную связь и глядя на медленно приходящего в себя Николауса. Пока я не встречусь с Сареном, так и буду в подвисшем состоянии. Подумать только, сколько всего зависит от этой высокомерной властной сволочи... и от того, на самом ли деле он сволочь или просто молодой оперативник Спецкорпуса, в двадцать шесть лет привлекший на свою беду внимание одного из самых могущественных существ этой реальности. По воспоминаниям Найлуса и Аэте Сарен именно что вляпался... хотя канон упорно пытается доказать обратное. Но сколько раз я сталкивалась с тем, что канонные "злодеи" - это обычные разумные, ставшие жертвой обстоятельств? И, притом, разумные достойные... От судьбы некоторых из них меня оторопь берет и холодом обсыпает. То, что жизнь часто несправедлива - не новость, но чтобы настолько!
 Николаус вздрогнул, дернул пальцами, судорожно, глубоко вдохнул, сглотнул, закашлялся, резко открыл глаза. Тишина стояла гробовая. Бойцы напряженно гипнотизировали его взглядами, Лиара прижала ладошки к... шлему, искренне переживая за погибшего на ее глазах человека, к которому уже успела привыкнуть. Рексу как обычно - наплевать. Он наблюдает с интересом, но не более того.
  - С возвращением в мир живых, Нико. - сказала я, когда взгляд аналитика утратил стеклянную бессмысленность.
 Николаус осторожно приподнялся на локте, скосил глаза, глядя себе на грудь, щедро залитую его же кровью. Взгляд метнулся к обломкам брони, сваленным у стены, перешел на Вивьена, замершего с вытянутыми руками, подставленными под льющуюся воду, на стоящего столбом Джона и вновь вернулся ко мне.
 - Я не мог выжить после такого удара. - прохрипел он, закашлялся и сплюнул кровь.
 Значит, помнит, что его пробило насквозь щупом рахни, последствия просчитал верно и сделал единственный правильный вывод. Прекрасно!
 - А разве я сказала, что ты выжил? - иронично спросила я.
 - Я чувствую себя слишком живым, как для мертвеца. - не удержался от язвительности Николаус.
 Я улыбнулась. Смерть ему определенно пошла на пользу! Вон как юмор и характер прорезались, сбросив маску занудливого флегматичного мозгоклюя.
 - Четыре минуты клинической смерти, пока у тебя не забилось сердце. - сказала я. - Вивьен может подтвердить, что ты был мертв.
 Парень вздрогнул всем телом, а его выразительная бледная физиономия была отличным доказательством моей правоты.
 - Вернемся на корабль, будет тебе праздник. - тем же доброжелательным тоном продолжила я. - В конце концов, новая жизнь, новая судьба и все такое, надо бы отметить. Не каждый же день такое происходит.
 Черные-черные глаза подозрительно сощурились, Николаус подобрался и занервничал. Правильно оценил мой тон и то, что скрывается за простыми словами. Он умный. Проницательный. Намеки понимает сходу.
 Ник аккуратно ощупал грудь, на его роже, впервые утратившей привычную маску непроницаемого вежливого внимания, прелестно отразились оторопь и изумление. Ну да, под кровавой размазней - полностью целая кожа. Ни малейших следов смертельной раны. Но все тело ноет и ломит: моя кровь мутагенного воздействия не утратила, и продолжает изменять организм, но пока она убирает все скрытые, глубинные дефекты и проблемы, и доводит тело до идеала. Вот если этот идеал будет достигнут ДО того, как моя кровь растворится в крови Николауса...
 До Цитадели лететь дней восемь, еще пару дней мы на станции пробудем. Этого срока достаточно, чтобы понять: начались мутации или нет. Если нет - замечательно. А вот если начнутся...
 - Да-да, это все - суровая реальность, в которой тебе не дали так легко сдохнуть. - я усмехнулась.
 Он передернул плечами, зыркнул на меня, прогреб волосы, сжав короткие пряди сильнее, чем следовало, и невпопад спросил:
 - Почему я не чувствую холода?
 - Нежить вообще к холоду нечувствительна. - удержаться и не ляпнуть ЭТО оказалось выше моих сил.
 Нико хватанул воздух, судорожно закашлялся, подавившись, Джон уронил бутыль, и она покатила по полу, теряя бесценную воду, Вивьен укоризненно на меня воззрился, хотя паренька происходящее начало радовать. Особенно то, что его единственный друг выжил. Аарон и Кристиан оцепенели, а Эшли банально растерялась. Как ни забавно, что такое "нежить" все они прекрасно знали. Только Лиара и Рекс не поняли сути прикола.
 - Джон!
 Шепард вздрогнул, подбежал к бутыли, остановил ее, перевернул и поставил ровно. Нико в ступоре на меня таращился, черные глаза широко раскрыты, в эмоциях шок и оторопь.
 Обалдеть... Он мне поверил!
 - Николаус! - укоризненно произнесла я, с трудом удержавшись, чтобы не заржать ему в лицо. - У тебя сердце бьется, ты дышишь. Какая ж ты нежить? Еще скажи, что в магию и волшебство веришь.
 - Спектр, сейчас я не только в нежить и в магию поверю. - буркнул, отдышавшись, мужчина, сверля меня настороженным взглядом.
 А ведь говорит серьезно. Скажу, что я его воскресила божественной силой, магией вуду, подняла нежитью или хоть в вампира обратила - поверит! Эк его проняло... С одной стороны - радует, но с другой резкое изменение поведения Николауса начинает беспокоить. Его словно прорвало, как будто краткосрочная смерть что-то... даже не знаю, смыла с него, что ли.
 - Считай это магией. - я пожала плечами. - Какая разница, как мне это удалось? Важен ведь результат: ты жив.
 Еще один любопытный факт: Нико даже внимания не обратил на изменение стиля общения и резкий переход с холодного официального "вы" на вполне дружелюбное "ты". Зато Джон это заметил: бравого коммандера дергает каждый раз, когда в нашем разговоре звучит сакраментальное "ты". Особенно, когда это "ты" звучит со стороны Ника. Неестественность такого обращения к командиру и старшему по званию резала его восприятие словно бритва. А вот Ник не заметил. Почему?
 - Джон, поработайте еще немного умывальником: Нико следует смыть с себя кровь, а то он выглядит как сбежавшая жертва неудачного забоя.
 Коммандера от такого сравнения перекосило, но резонность замечания он признал. Николаус фыркнул, осторожно встал и сейчас разминал плечи, чутко прислушиваясь к своим ощущениям. А за ним с тревогой и настороженностью наблюдали его сослуживцы. Лиара просто таращилась, не зная, как реагировать. Девочка она умная, и когда первый наплыв эмоций схлынул, она начала думать головой. И сейчас в том же состоянии оторопи, что и остальные. Рекс заинтересован, но, перехватив мой пристальный взгляд, сделал вид, что его происходящее не касается, что не слишком сложно, учитывая глухой шлем на его башке. Умный. И осторожный. Но себе на уме.
 - В комплексе есть выжившие. - спокойно сказала я.
 Бойцы переглянулись. Об этом занятном факте они не знали: до этого момента разговоры шли только между мной и отрядом Джейн Шепард.
 - Группа - тридцать шесть разумных. Есть гражданские, много раненных. На ногах - шестеро бойцов и медик. Пока мы восстанавливаем питание и коммуникации, чтобы ВИ "Мира" могла запустить монорельс, вы поступаете в распоряжение их командира - сержанта Итана Донована. - я перевела взгляд с молчаливого Джона на крогана. - Рекс, если еще кто-то погибнет, я ужасно расстроюсь. А когда я расстраиваюсь, у меня чудовищно портится характер. Я понятно изъясняюсь?
 Кроган хмыкнул.
 - Я понял, малая. Не бойся, защищу я этих млекопитающих.
 - Очень надеюсь, что и тех - тоже. - осмотрев насторожившихся разумных и остановив взгляд на Николаусе, внимательно слушающим мой монолог, приподняла бровь в немом изумлении и поинтересовалась: - Нико, я понимаю, никого из сослуживцев ты своим видом после случившегося не удивишь, но ты собираешься хоть немного привести себя в порядок, чтобы не травмировать расшатанную психику окружающих?
 Нико пожал плечами, отошел с Джоном чуть в сторону и быстро обмылся, даже не обратив внимания, что вода воистину ледяная, а в комплексе - минусовая температура. Такая нечувствительность к холоду может продержаться еще пару часов, пока моя кровь не начнет ассимилироваться организмом, а разогнанная физиология не придет в нормальному состоянию. И вот тогда Нико замерзнет. Скорее всего - насмерть.
 
 
 
 * * *
 
 Двери рывком распахнулись и вновь закрылись за спиной вошедшего в просторный коридор-галерею воина. Копошащиеся у дальней стены огромные насекомые резко прекратили возню и, стрекоча и чирикая, помчались к неожиданно зашедшей на территорию будущего улья жертве. Впереди неслись шустрые бойцы с красным хитином, отведя назад крепко сжатые щупы, готовые выстрелить кислотой в потревожившего их покой, а за ними неспешно подходили четыре огромные фигуры. Почти три с половиной метра в высоту, покрытые мощными и толстым фиолетово-черным хитином смертоносные твари. Защитники королевы спешили выполнить свою задачу, даже если королевы в будущем улье нет.
 Пылающие раскаленным металлом глаза сузились, уголки припухших губ дрогнули и приподнялись. Асур повел плечами и пошел навстречу несущимся на него насекомым мягко, мечтательно улыбаясь, глядя чуть расфокусированным взглядом сквозь противника, но отслеживая каждое движение. Разум заработал на пределе возможности, по телу пронеслась привычная огненная волна вышедшего на полную мощность организма. Боевая химера выходил на нормальный, полноценный уровень, срывая сознательно наложенные ограничители. Здесь и сейчас есть только он и враг, с которым нет надобности обращаться бережно и аккуратно, рискуя неосторожным движением покалечить или убить.
 Грохот выстрелов и пронзительный визг разорвали тяжелую тишину, массивные крупнокалиберные пули крошили хитин, отрывая сяжки сенсорной системы, проламывали тонкие места сочленений. Плевки кислотой бессильно растекались по полу и стенам: попасть в проворное стремительное создания рахни не могли. Боевая химера на месте не стоял, сближаясь с врагом. Последний гулкий выстрел, пистолет отлетел к стене, отброшенный за ненадобностью: опустошился магазин, в ближнем бою нет времени и возможности его сменить. Правая рука метнулась к бедру, снимая длинный прямой обоюдоострый нож, практически - короткий меч.
 Чудовищной силы удар массивным фламбергом проломил хитин, разорвав нервный центр в головогруди, асур на инерции столкновения развернулся, вонзил нож в проломленную выстрелами рану, прошибая мозг. Рахни споткнулся и рухнул, а смертоносное создание уже наносило удар другому насекомому. Со всей силы. Бил так, как мог, не сдерживаясь. Так, что трещал прочнейший хитин, а острейшее лезвие входило в жесткую плоть по рукоять, прорубая тело и природную защиту...
 Подбежал защитник, пытаясь включиться в бой, но ловкое создание легко уклонилось от удара. Защитники никуда не денутся, а проворные бойцы могут помешать. Асур проскользил по металлическому полу под бронированным брюхом, перекатился и помчался к последнему красному рахни. Насекомое ударило щупом, химера перехватил его под основание раскрывающегося острия, рванул, вырывая с мясом, и незамысловато ударил мечом словно копьем, пробив между стыком броневых пластин. Рахни дернулся и завалился набок. Не мертв, парализован. Его добьют потом.
 В коридоре, лишь немного не дотягивающим по размерам до просторного холла, остались лишь четверо защитников и семь рабочих-дронов, продолжавших что-то строить. С гибелью последнего бойца, массивные твари резко поумерили пыл. Они большие, невероятно мощные и быстрые, но их цель - мелкая, очень ловкая, проворная и не менее быстрая. Разум не развился до самосознания, но для инстинктивного анализа боя его вполне хватало. Полуразумные насекомые не спешили, настороженно сближаясь с оказавшейся опасной дичью...
 
 
 * * *
 
 
 Пока наш недавний покойничек приводил себя в порядок, я задумчиво гипнотизировала его взглядом, хотя голова была занята другими мыслями.
 Допустим, у нас все получится, мы добудем координаты базы и вернемся сюда, на "Вершину-15" вместе с королевой, Бенезией и ее девочками. И... и что дальше? У нас два снегохода, в которые при всем старании больше тридцати разумных не впихнуть, даже если постараться. Кабина вместит водителя и навигатора. Ну, может еще кто-то мелкий между креслами втиснется. Салон рассчитан на шестерых бойцов со всем обвесом. Реально впихнуть можно вдвое больше народу, но нарушая все правила безопасности. Допустим, если сильно постараться, впихнем. Но только в группе Итана тридцать шесть разумных, из которых шестнадцать ранено и их нельзя ТАК кантовать! А еще Бенезия со своим десятком девочек. Это не считая нашей группы в девятнадцать рыл. Даже без учета азари у нас набирается больше полусотни народу.
 На чем и как их вывозить? Тут не впихивать, тут штабелями складывать надо!
 Конечно, можно бросить Итана и его группу в комплексе. Нам никто ничего не скажет. Они тоже дружат с арифметикой и посчитать вместимость машин вполне в состоянии, как и оценить предстоящий экстремальный путь до порта Ханьшань. Но чтоб меня демоны драли, после всего произошедшего оставлять их на неопределенный срок в этом морозильнике? Без припасов и медицинской помощи? Да их грохнет группа зачистки "Цербера", а потом с постной миной мне сообщат, что выжившие не дожили до спасения. Знаю я, как могут "не дожить" даже полностью здоровые, вооруженные до зубов бойцы при встрече со "спасателями".
 - Спектр? - настороженно спросил Николаус, стряхивая с рук воду и беря поданную Вивьеном винтовку. - Что-то случилось?
 - Случилось? Нет. Я пытаюсь придумать, как и на чем можно вывести больше полусотни разумных. - честно ответила я. Пусть не только у меня голова болит этим вопросом.
 Нико от такого поворота подзавис. У него тоже с арифметикой порядок.
 - Выдвигаемся. - надев шлем, буркнула я. - Если у кого-то появятся идеи, как нам одним рейсом увезти такое количество народу на двух снегоходах, я с удовольствием выслушаю.
 Крутится у меня идея обратно по туннелю монорельса пойти, но, во-первых, это около двухсот километров пешком, что для раненых - непосильное расстояние, а во-вторых, туннель завален и непонятно, когда его очистят.
 Когда все сделаем, надо будет связаться с Ли и узнать, что там у них с завалом. Может, какую-то высокотехнологичную дрезину нам подгонят? В крайнем случае, будем ждать окончания бурана. Жаль, у нас нет пилотов, способных провезти десантный бот или челнок в такую погоду. Джокер - пилот звездолетов среднего и крупного класса, у него нет такого опыта полетов на мелких корытах, как у...
 Имя, всплывшее в памяти, заставило замереть столбом, досадуя на собственную недальновидность. Был же в каноне еще один гениальный пилот! Второй Джокер, только специализирующийся на мелких кораблях, конкретно - на истребителях! Вот что стоило его дернуть на "Нормандию" прямым запросом Спектра? Отдали бы, никуда б не делись! Он же вроде как на чем-то крупно проштрафился, раз пилота-истребителя такого класса посадили водилой челноков... Фигура он не ключевая, ни на что толком не влияет... Так и так шаттл будет пилотировать для Шепарда, ничего бы не изменилось...
 Вот ведь! Досадно как. Надо будет по возвращению на Цитадель напрячь командование ВКС Альянса Систем и таки выцарапать у них гениального пилота. С не менее великолепным бойцом. Чего ж мелочиться? Брать, так брать обоих. Комплектом.
 - Ты б вперед не лез, Ник. - тихо буркнул Кристиан, привлекая мое внимание.
 Тот вопросительно приподнял бровь.
 - Ты же... - он запнулся, не зная, как бы помягче сказать, что совсем недавно Нико валялся в луже собственной крови с пробитой грудиной. - Ты без брони.
 Нико хмыкнул.
 - И сильно она мне помогла эта броня? - ядовито поинтересовался он, переводя винтовку в боевое положение.
 Кристиан поморщился, но оспорить этот довод было сложно: рахни пробил тело навылет, даже не заметив броню. С Николаусом вообще спорить проблематично: он умеет обосновывать свои действия, находить нужные доводы и подавать их под нужными ему ракурсом.
 Покачав головой, я сняла с захватов винтовку и вошла в полутемный холл. Бойцы потянулись вслед за мной, автоматически перестроившись в привычный им порядок движения. Джон вновь полыхнул негодованием: с его точки зрения я поступаю совершенно непрофессионально, быстрым шагом идя впереди с опущенной винтовкой. Интересно, как он умудрился забыть, что полчаса назад я в одиночку пронеслась галопом через пол комплекса, и оружие вообще на захватах висело?!
 Вот что за избирательная слепота и склероз?
 
 Люди шли медленно, настороженно, проверяя все закутки, каждый кабинет и служебное помещение. Правильно, в общем-то. Я в работу отряда не вмешивалась: пусть Джонни командует. Я только показываю куда идти, отступив в середину группы к Лиаре и Рексу. К нам же сунули и бледного как мертвяк Николауса, начавшего приобретать приятный глазу сиренево-серый цвет, особенно контрастный на фоне багровых разводов.
 Скажи я сейчас, что он нежить, поверят все. Даже сам Нико, несмотря на ровно бьющееся сердце, размеренное дыхание и несвойственные нежити чувства. Ничего, восстановит кровопотерю, немного отъестся и вернет нормальный вид, а пока он несказанно радует мое извращенное чувство юмора. Аж ностальгию вызывает... по вампирским будням. Низшие после обращения такие же: бледные, с синеватым или сиреневым отливом. Кто как. Пока не отожрутся, так и пугают окружающих бледной рожей, ненормальной худобой и дерганными, рваными движениями.
 Мы вышли к лифтовым шахтам, и я смогла оценить последствия своего забега в виде вывороченных и выгнутых металлических дверей. Бойцов это зрелище совершенно не порадовало, Джонни занервничал и приказал проверить шахту, выходы вентиляции и технических лазов. Действует он правильно, лишний раз не рискует. Смерть Нико его отрезвила, разом вышибив ненужный авантюризм. Это - радует. Если еще и соображать заставит, будет еще прекраснее. Тому же Нику меньше возни и проблем в будущем. Вот что меня нисколько не радовало, так это стремительно падающий энергопотенциал Николауса. Изменения в его ауре ускорялись, словно разворачивался сложный каскадный конструкт, меняющий всю энергосистему и ее ядро. И разворачивался ОЧЕНЬ быстро!
 Такое возможно. Я уже не раз видела подобные изменения, но почему пошла такая реакция? Ник же не новообращенный вампир и не поднятая высшая нежить! Я его вовремя откачала! Так почему именно падение потенциала, а не его рост? Моя кровь - высокоэнергетический мутаген, она должна была резко повысить энергопотенциал организма и разогнать всю энергосистему, пусть и на время! И это - не начало спонтанной инициации спящего асурского генома, это что-то другое!
 Проклятье! Сейчас не время для полной диагностики. Придется ждать возвращения на "Нормандию" и уже на корабле полностью проверять организм подопечного. До отлета на Вермайр мне нужно точно знать состояние Николауса. Еще не хватало, чтобы его развезло после нашего отлета!
 - Чисто. - раздался в наушниках голос Кристиана, проверявшего лифтовую шахту.
 - Возвращайся. - коротко приказал Джон, повернулся ко мне. - Спектр?
 Почему-то бравый коммандер был свято уверен, что нам нужно спускаться.
 - Одиннадцать уровней вверх. - ответила я на невысказанный вопрос, подходя к мною же выбитым дверям.
 Прицелившись, я разбежалась и прыгнула в шахту, ухватившись за трос и съехав на пол этажа вниз, пока не погасила скорость падения и не затормозила. Туго натянутый металлический трос не раскачивается и не изгибается под руками, только чуть подрагивает, если я сильно дергаю. Очень удобно. Переждав краткое мгновение сброса инерции торможения, я быстро полезла вверх.
 Неожиданно ментальную связь окатило кипятком тягучего гнева, ярости и предвкушения, смешанных с удовольствием и азартом. Очень сильные, яркие чувства. Аэте нашел достойного противника. Отморозок. Ну хоть немного расслабится. Может даже из хараза выйдет.
 Тряхнув головой и беззвучно выматерившись, я продолжила подниматься по подрагивающему тросу. Еще четыре этажа. Прямо подо мной поднимается Аарон. Следом - Кристиан. Рекс стоит у края и зыркает вниз. Знаю, его очень-очень радует перспектива подниматься по тросу на одиннадцать этажей. Помню я, как он смотрел на мощную балку на Теруме.
 По спине остро резануло болью, дыхание перехватило, и я чуть не свалилась с троса. Как раз же собралась перепрыгнуть к открытым дверям лифтовой шахты!
 Аэте. Ранен. Боль острая, отдается онемением по всей спине, но... ранение некритичное. Он может продолжать бой. Он будет его продолжать, пока не убьет всех. Или пока не погибнет.
 Гнев и досада асура полыхнули и утихли, сменяясь холодным спокойствием. Правильно. В бою с серьезным противником нет места эмоциям. Разум должен быть холоден и чист. Кому как не боевой химере это знать?
 
 
 * * *
 
 
 Мерцающие тусклые лампы едва-едва разгоняли густой мрак подземных технических помещений, скорее, обозначая границы и общее местоположение огромных установок. Сюда редко спускались разумные: техники лишь проводили плановые ежемесячные проверки, большую часть времени работая в контрольном зале или в технических отсеках более требовательного и капризного оборудования. При необходимости ремонта включались световые панели, которые могли затопить огромное, выбитое в скале помещение ярким белым светом, но сейчас основное освещение было выключено, а те, кто знал о его существовании, мертвы.
 Мощная дверь мигнула индикатором, тихий шелест заработавшей механики, массивные створки ушли в стены, пропуская на технический уровень одинокую фигуру в иссеченной, разодранной броне. Сияющие пламенем глаза осмотрели просторное помещение, замерли на нанесенной на стену пометке, указывающей, где именно находится тот, кто ее сейчас видит. Номер уровня и зала совпадал с данными, переданными ВИ.
 Темноты прорезали синие лучи голограммы, асур проверил местоположение нужного ему щита, свернул голограмму и пошел вперед, заметно прихрамывая и припадая на левую ногу, роняя на бетонный пол капли крови. Мощная регенерация, впервые за долгие годы заработавшая на всю мощь, медленно делала свое дело: кровь капала все реже, пока кровотечение полностью не прекратилось, шаг выравнивался, пропала хромота. Глубокие рваные разрывы затягивались тонкой пленкой. Совершенный организм работал на износ и стремительно затягивал раны, могущие помешать боевой химере выполнить задачу.
 
 
 * * *
 
 
 Когда мы добрались до места назначения, у меня болело и ломило все тело, от злости я едва дышала и разрывалась между тревогой за серьезно раненного Аэте и желанием дать Джону ускоряющего пинка под зад, чтобы тот шевелиться начал. Он же реально ВСЁ по дороге проверял, заглядывая в каждый кабинет, проверяя каждый отнорок и разветвление! За это время Аэ успел добить рахни, чуток отсидеться и прийти в относительный порядок, спуститься в подвалы, найти эти проклятые кабеля, подключить их на место, а потом еще и смотаться на верхний этаж операционного здания и включить терминал системы управления связью, о чем и сообщил:
 - "Мрир, я все подключил. Система перезагружается."
 Четыре автоматические турели настороженно проводили нас, подергивая дулом. Двери услужливо распахнулись, пропуская в уже знакомое помещение.
 - "Молодец. Возвращайся."
 Легкое смущение и вина были особенно контрастны после недавней ярости и льдистого спокойствия. Знает, что надо было убивать рахни... осторожнее, а не всех сразу. Понимает, что его ранения могут доставить мне лишние проблемы, хоть и не повлияют на выполнение миссии. Потребуется, и он будет сражаться в любом состоянии, даже на грани смерти, а небольшой отдых позволит ему восстановить силы и затянуть раны. Регенерация у боевых химер феноменальная. На то они и боевые химеры.
 - "Я..." - ментальный голос запнулся, вина усилилась. - "Мрир, я..."
 Я вздохнула. Злиться на Аэтериоса - глупо и бессмысленно. Толку - ноль, только расстрою еще больше. Изменить его невозможно, бессмысленно даже пытаться. Его надо принимать таким, какой он есть, и мириться со всеми его заскоками. Или вообще не связываться с этим созданием. Захочет - и он сам подстроится под выбранного как Якорь разумного. Так, чтобы привязке было комфортнее.
 И все же он милый... временами.
 - "Я встречу и подлечу, не переживай." - окутывая метущийся разум чувством поддержки и укоризны, произнесла я в ответ на его попытки сказать, что он - ранен, и в таком состоянии людям не стоит его видеть. - "Иди сюда. И будь осторожнее, хорошо?"
 Знаю же, что у таких как он инстинкт самосохранения не является базовым, но все равно... Каждый раз изумляюсь, когда сталкиваюсь с этой их особенностью.
 - "Хорошо." - покладисто ответил повеселевший и взбодрившийся парень. - "Я скоро."
 Кто б сомневался, что он скоро примчится. Операционное здание - это небольшая пристройка на крыше основного комплекса, и расположена она как раз над нами, шестнадцатью этажами выше в соседнем крыле. Асуру с верхнего этажа спуститься на наш уровень - пара минут, не больше. Соскользнет по тросу. И еще минут шесть-семь - добраться до этого помещения. Он не будет проверять каждый кабинет и развилку. Пронесется бегом.
  Покачав головой, я жестом позвала за собой Джона и подошла к ожидающим меня Хису и Сарраду. Итан все так же лежал на все тех же сдвинутых партах и не шевелился.
 - Что с ним? - спросила я.
 Ответил мне турианец:
 - Без сознания. Он то приходит в себя, то отключается.
 Плохо, но ожидаемо.
 - Кто сейчас командует?
 На что получила закономерный ответ:
 - Я.
 Саррад взял на себя обязательства замкома, и сейчас, когда его командир недееспособен, командование отрядом автоматически перешло к нему. Прекрасно.
 - Мои бойцы.
 Я повернулась к вошедшим вслед за мной разумным и представила каждого из них, указав специализацию и роль в отряде. Саррад выслушал информацию, приветствовал новоприбывших, внимательно осмотрев каждого. Взгляд турианца задержался на Николаусе, мандибулы дернулись, но он ничего не сказал, выразив свое удивление приподнятым надбровным щитком.
 Из соседнего помещения вышли Джейн с Рамиро: они услышали наши голоса. При виде Джона Карамелька непроизвольно скривилась, вызвав закономерный всплеск раздражения у однофамильца, а вот Рамиро в упор уставился на Николауса. Изумление пробило все его маски и отразилось на выразительной физиономии, несказанно порадовав криво усмехнувшегося Нико. А я получила очередное подтверждение, что эти двое друг друга прекрасно знают и когда-то не единожды пересекались. До того, как пошли служить в отряды моих однофамильцев.
 - Мы вас покинем на какое-то время. Аэте подключил кабеля и перезагрузил систему управления связью. Когда он вернется, мы отправимся в реакторный отсек и восстановим подачу энергии в комплекс. - сообщила я. - Пока будем отсутствовать, группа Джона Шепарда, - я указала на снявшего шлем коммандера, останется с вами и поможет, если вдруг рахни... нападут. На это время мои люди переходят под ваше командование, Саррад. Джейн и ее группа уходит с нами.
 Звания я не называла. Ни Джона, ни Саррада, ни остальных бойцов. Только их специализацию и роль в отряде. В данных обстоятельствах старшинство несущественно: Джон выполнит мой приказ и будет подчиняться неизвестному ему турианцу независимо от того, какое у него звание.
 Саррад согласно кивнул, бросил короткий взгляд на Джона, замершего с каменной рожей, на довольно и нагло ухмыляющуюся Джейн.
 - Аэте вы забираете с собой? - спросил он.
 Я покачала головой.
 - Нет. Ему необходимо... отдохнуть и восстановиться.
 Саррад удивленно моргнул, а потом понятливо кивнул.
 - Если будет необходимость, он вам поможет. - я глянула на греющую уши Джейн. - Вы же с ним знакомы?
 - Да. Служили вместе.
 - Значит, правила безопасности знаете.
 Турианец хмыкнул, Рамиро полыхнул удивлением.
 - Знаю. - ирония в его голосе была неприкрытой.
 Разговор сам собой увял. Каждый из нас получил нужный ему объем информации, и теперь мы молча ждали возвращения асура.
 Рамиро подошел к Николаусу, устроившемуся на столе у дальней стены, и два аналитика тихо зашушукались. Я не вслушивалась и не особо интересовалась. Вивьен пару минут помялся, поглядывая на общающихся знакомых, а потом подошел к ним. Беседа увяла, но после короткой фразы Нико продолжилась еще активнее.
 Джейн так и сидела на столе и болтала с Лили, совершенно не напрягаясь тем, что она выглядит совершенно неподобающе, так сказать, не по-офицерски, чем несказанно бесила Джона. Знает же, поганка, как коммандер реагирует на такое ее поведение, и специально его достает. Сознательно. Ей реакция однофамильца доставляет какое-то извращенное удовольствие, а сейчас она совмещает приятное с полезным: бесит Джона и, одновременно, облегчает себе общение с девчонкой. Лили такое поведение Джейн помогает чувствовать себя свободнее и раскрепощает, чем Карамелька вовсю пользуется, уже переведя беседу с настороженных вымученных ответов в азартный треп на чисто бабские темы. Присоединиться к ним, что ли? В этом разговоре всплывает удивительно много занятной информации...
 Когда Джейн бросила на меня очередной внимательный взгляд, я склонила голову набок, чуть качнув. Она тут же понятливо прикрыла глаза и что-то зашушукала на ушко Лили. Личико девушки изумленно вытянулось, она удивленно уставилась на меня. А когда я подошла, Джейн выдала:
 - Серьезно, Лили, наш командир тоже Шепард, и тоже лейтенант-коммандер, представляешь? Нас тут трое лейтенант-коммандеров Шепард! Имрир, я и вон тот мрачный красавчик с каменной геройской рожей, Джон.
 Коммандера от такого определения перекосило.
 - Правда? - девушка, поглазев на закипающего Джона, перевела на меня взгляд широко распахнутых льдисто-голубых глаз.
 - Ага. - ответила я, садясь на стол возле Джейн. - Бывает же... А еще мы все закончили одну и ту же Академию N7. Представляешь, как забавно получилось?
 Лили заморгала, округлив губки, а потом хихикнула.
 - Наверное, были казусы, когда к вам обращаются по званию и фамилии.
 - О да! - Джейн расплылась в ухмылке. - Сколько раз на слова "Коммандер Шепард" я спрашивала "Который, сэр?!"?
 Выражение рожи капитана Андерсона она до сих пор не забыла. Джейн, как оказалось, довольно злопамятная, хоть и не мстительная. Но грызнуть по мелочи - это святое.
 - Это было волшебное зрелище. - согласилась я, не сдержав смешок.
 Волна негодования от Джона полоснула по обостренному восприятию. Он тоже прекрасно помнит тот забавный разговор в трюме "Нормандии", вот только наш юмор на эту тему совершенно не разделяет. А зря. Андерсон сам нарвался. Знал же, сколько тут Шепардов, мог бы указывать имя в обращении. Избежал бы неприятных казусов. Впрочем, будь на его месте кто-то другой, к примеру, Прессли, так бы никто не язвил. Все ж прекрасно понимали, к кому обращаются.
 - Лили, а почему тебя с собой брали за медикаментами? Я понимаю, ты медик, но ты - единственный медик в группе. - спросила Джейн, возвращаясь к прерванному разговору.
 - Я разбираюсь в лекарствах и могу выбрать, что нам надо, а что нет. - ответила девушка, бросив взгляд на подпирающего стену Сойру. - А еще я чувствую рахни.
 Я удивленно моргнула. Она ЧТО? Чувствует рахни?
 - Как?
 Девушка смущенно опустила носик, замялась, но ответила:
 - Это как перышком в голове щекочут. Я не могу это правильно описать. Не знаю, как это возможно и почему... но я еще не ошибалась. Я...
 Да быть того не может! Латентный менталист?
 - Тише, тише! - успокаивающе приподняв руку, сказала я. - Лили, такое возможно. Возможности человеческого организма мало изучены. Иногда у некоторых появляются странные... - я неопределенно покачала рукой в воздухе, - способности. Это издревна известно. Сколько существует легенд о полубогах, великих воинах, магах, волшебниках, колдунах и других сверхлюдях или тех, кто обладает непонятными и, порой, пугающими способностями.
 Джейн косо на меня глянула, встретила мой взгляд и понятливо отвела глазки. Умничка. Привыкай, ты находишься в таком виварии, что... М-да... Один Аэте чего стоит. А ведь асур на нее глаз положил и скоро лапы наложит. Да и я не лучше. А Кира? Дэрг с Диланом? Теперь нашу дружную компанию монстриков пополнит Нико, если у него начнется пробуждение генома. А рано или поздно, но он пробудится. В таком-то окружении...
 - Сейчас кое-что сделаю, а ты скажешь, чувствует ты что-то или нет, хорошо? - тихо-тихо сказала я.
 Лили коротко кивнула. Вот и проверим, есть ли у девочки чувствительность к ментальному касанию.
 Все сомнения пропали при первом же, мимолетном и осторожном контакте. Стоило мне коснуться разума девушка, как она рывком вскинула голову, напряглась, словно окаменела. Почувствовала! А что еще интереснее, что расслабленно подпирающий стену Сойра тут же встрепенулся.
 - Почувствовала. - удовлетворенно произнесла я.
 Лили повернулась к напряженно всматривающемуся в нее турианцу и покачала головой, жестом давая отбой тревоги. Сойра вновь расслабленно оперся о стену, но глаз с нас не сводил.
 - Да! Это было как с рахни, только сильнее. И четче. - голубые глаза чуть сузились. - Что это такое?
 Губы против воли расползались в широкой довольной улыбке. Что это такое? Да это сильный латентный дар менталиста! Вот что это такое! Или не только менталиста, тут не поймешь, пока не пройдет инициация. Но в любом случае, за девчонкой надо будет присмотреть и проконтролировать, чтобы ее... не обидели представители владельцев "Байнери Хеликс". Подумать только, такой бриллиант можно было пропустить, если бы Аэте не столкнулся с ней и Сойрой в коридорах комплекса!
 - Когда мы отсюда выберемся, я тебе расскажу, хорошо? Я тоже могу... чувствовать рахни. И не только их.
 Джейн растерянно смотрела то на меня, то на Лили, но понятливо вопросов не задавала. Умная она. Понимает, что со временем ей расскажут все, что надо. А что не надо, то лучше не знать. Спать крепче будет. Не зря я еще в самом начале именно таким образом начала наше знакомство, предоставив ей возможность выбора стороны. Она выбрала. И теперь постепенно начинает понимать, что именно она выбрала.
 Ментальная связь дернулась, восстанавливая свернутый контакт, донося до меня уставший мысленный голос асура:
 - "Мрир. Я рядом..."
 Сумбурный образ передал мне вид захламленного помещения и смазанный план.
 - "Сейчас буду. Жди."
 Я встала. Джейн вопросительно приподняла бровь.
 - Аэте возвращается. Собирай отряд, когда вернусь, мы выходим.
 Коммандер кивнула, спрыгнула со стола и быстрым шагом направилась в соседнее помещение. Лили нахмурилась. Рамиро с Николаусом прервали свою тихую беседу и проводили меня внимательными взглядами. Джон все так же стоял хмурым столбом возле лениво расхаживающего Саррада и Хиса, сидящего у медленно приходящего в себя Итана.
 За моей спиной закрылись двери, я прошла под турелями и свернула на перекрестке коридоров налево, в противоположную от лифтов сторону.
 Главное пережить Вермайр. Если все пройдет хорошо, по возвращению займусь отрядом и экипажем. Эти их дрязги пора заканчивать. Эшли надо вправлять мозги, Кайдену - менять имплантат или решать проблемы его несовместимости с организмом, Джон и Джейн пройдут через свой персональный крах мира на миссиях, которые нас ждут впереди. У каждого будет что-то, что по ним больно ударит. Моя задача проследить, чтобы удар не стал фатальным. Работы впереди очень и очень много... Не только с людьми. Корабль тоже надо приводить в порядок. То, что уже было сделано - это полумеры. "Нормандию" ждет капитальная перестройка по возвращению с Новерии. Мы все равно улетим на Вермайр на другом корабле. За время нашего отсутствия прототип разберут на части и соберут так, как следует, уберут все дефекты конструкции, заменят аккумуляторную систему, переберут двигатели и внесут изменения в ядро, на чем настаивает Татум. А заодно перепрошьют систему управления, чтобы она могла переключаться. И перегородки врежут между шлюзом и рубкой, и между шлюзом и БИЦ. И орудия откалибруют заново, чтобы Ррус не кипятился каждый раз, когда проводит их тестирование. И каюты расширят на счет перестановки лифтовой шахты, а зал брифингов превратят в нормальный тактический центр, эффективно используя весь доступный объем, а не так, как сейчас... И лазарет переделают, смонтируют недостающее оборудование, доведут до ума операционную, поставят в нее нормальный хирургический комплекс, о котором уже не единожды напоминает Карин. И камбуз сделают как положено, а не как тогда успели. И... А-аа! Вспоминать тошно! Не корабль, а летучее кубло проблем!
 Зло тряхнув головой, я вышвырнула из сознания неуместные сейчас мысли. Вермайр стоит барьером, и пока мы его не пройдем, я не могу строить планы на будущее, ведь они могут рухнуть, если я ошиблась или потерплю неудачу.
 Двери распахнулись, пропуская меня в темное помещение, разделенное перегородками на несколько секций. Привычная людям нора для офисного планктона среднего звена, когда работники сидят чуть ли не на голове друг у друга. Сейчас столы перевернуты в беспорядке, на полу - россыпь листов документаций, датапады, ручки и прочая канцелярская дребедень. Под ногами - уже давно свернувшая кровь, размазанная широкой полосой. Привычные уже следы погрома и волочения добычи.
 - Аэ?
 - Здесь. - раздался слабый голос из-за перегородки.
 Отпихнув с дороги стул, обошла тонкую металлическую перегородку. Асур нашелся в углу, сидящим на столе и опирающимся спиной на стену. Осмотрев это чудо, тяжело вздохнула, покачала головой. Жуть. Броня - перепаханный металлолом, мешающий оценить всю глубину задницы, асур весь в кровище, состояние - на грани обморока от кровопотери, боли и вызванного активно работающей регенерацией истощения. Зато довольный! Но из хараза все равно не вышел.
 Рядом на столе лежит меч. Один пистолет куда-то подевался: захват на правом бедре пустой. Зато выломанные куски хитина валялись на столе. Два их них - красного и фиолетового цвета - упали и лежали на полу.
 - Зачем они тебе? - спросила я, протягивая руку.
 - Мне нравится резать по кости. - едва слышно ответил асур, обхватывая пальцами мою ладонь. - Хочешь, вырежу тебе гребешок?
 - Хочу. - потянув на себя, я помогла ему сесть ровнее. - Сейчас будет больно.
 Аэте слабо улыбнулся, но улыбка завяла, когда я начала снимать с него исковерканную броню, порой, вытаскивая куски металла из глубоких рваных ран.
 Кошмарно. Кираса разодрана на куски, набедренная броня частично сорвана, но более-менее уцелела. Спина - перепаханная кровавая жуть.
 - Я был неосторожен. - с досадой в подрагивающем голосе произнес Аэте, глядя на окровавленный лом, некогда бывший его броней.
 - Сложно с этим поспорить. - буркнула я, подцепляя когтями глубоко ушедший в плоть осколок. - Был бы человеком, был бы мертв.
 Асур фыркнул.
 - Был бы человеком, я давно был бы мертв. - веселье исчезло, сменившись виной. - Я тебя подвел.
 Вытащив последний осколок и бросив его в кучу, я погладила химеру по виновато склоненной голове.
 - Нет, что ты, Аэ. Ты все сделал правильно. Ты уничтожил самых сильных врагов. - мягко сказала я, сплетая темный целебный каскад. - Только надо было быть чуточку осторожнее и не позволять НАСТОЛЬКО себя ранить.
 Жгучая вина угасла, сменившись облегчением и благодарностью.
 - Я не сразу вышел на полную силу. - досадливо признался он. - Никогда за эту жизнь мне не приходилось сражаться на полную силу. Я не был готов к такому бою.
 - Ты победил. - мягко возразила я, приподнимая виновато опущенную голову за подбородок. - Важно лишь это.
 - Но я позволил себя ранить. Это - недопустимо.
 Сбросив плетение на вздрогнувшего от колкой боли асура, я пожала плечами. Тоже мне, великая проблема. Выжил и хорошо. Остальное - поправимо. Вот прямо сейчас и поправляю.
 - Буду считать это твоей инициацией. В конце концов, тебе как Аэтериосу не было надобности в полной силе.
 Аэтера, теперь уже - Аэтера, согласно кивнул, прикрыл сияющие харазом глаза, чутко вслушиваясь в собственные ощущения, а я следила за работой плетения, иногда корректируя его. Мощный совершенный организм прекрасно справлялся со своими травмами, мне надо было лишь немного ему помочь. Проблема в другом.
 - Ты истратил все свои запасы. - тихо произнесла я, глядя, как затягиваются на спине жуткие, глубокие, обнажающие кость раны.
 - Я восстановлюсь. Немного отсижусь только. - Аэ вздохнул, поморщился и жалобно спросил: - А поесть тут что-то можно найти? Я по дороге только автомат со сладостями нашел...
 Работающая на всю силу регенерация всегда вызывает зверский голод, утолить который довольно сложно. По себе знаю. Чем сильнее повреждения, тем больше тратится организм на их восстановление, и больше хочется жрать. А едим мы во время такого жора ОЧЕНЬ много! Одного пайка Аэте точно будет мало. Тут мясо надо. Лучше сырое, с кровью.
 Кстати о крови... Неплохой вариант, как можно полностью перекрыть потребности восстанавливающегося организма. Быстро и без лишнего обжорства.
 - Погоди... сейчас.
 Я сняла перчатку и разобрала часть брони, сняв бронированный наруч. Аэте с интересом наблюдал, как я закатываю плотный гибкий материал, обнажая наполовину предплечье.
 - Моя кровь - высокоэнергетический мутаген. Очень высокоэнергетический. Кровь разумного вообще обладает многими интересными свойствами... Не только моя. - спокойно сказала я, вспарывая запястье когтем. - Пей. Поможет.
 Аэте аккуратно обхватил мою руку, склонился, слизнул стекающую по коже кровь, сглотнул. Сияющие глаза на мгновение распахнулись шире, он тихо выдохнул. Да, знаю. Ощущения занятные, словно по пищеводу стекает горячая колкая волна энергии. Для колеблющегося на грани истощения асура - яркие, приятные ощущения. Как у голодного вампира, дорвавшегося до крови мага или представителя Старшей Расы.
 - Не переживай. Ты не причинишь мне вреда. Пей.
 Сильные пальцы сжались чуть крепче, асур чуть слышно рыкнул, слизывая текущую из разреза кровь, удивительно-сильно напоминая одного моего знакомого-вампира, такого же перерожденца, как я. Повадки похожи. Ди так же кровь слизывал, по какой-то причине предпочитая именно слизывать текущую из разреза кровь, а не кусать и, тем более, не высасывать насильно. Почему - не объяснял, да я и не настаивала на ответе. У каждого свои предпочтения и заскоки.
 Тихие шаги приближающегося бойца были прекрасно слышны в тишине, как бы осторожно он ни пытался идти. Аэте слизнул кровь, приподнял голову, настороженно вслушиваясь в осторожный шаг, глаза опасно сузились. Узнал. Недоволен, раздражен. Опасен.
 - Ш-ш-ш. Успокойся. - я коснулась пальцами белоснежных волос.
 Аэ глянул на меня, сглотнул и вернулся к прерванному занятию, довольно прикрыв глаза. Знаю, что нравится. Голод уходит, появляется эйфория, прекрасно дополняющая легкую ноющую ломоту в теле и зуд регенерации. Приятные ощущения. А для таких существ как мы, кровь обладает интересным и привлекательным вкусом...
 Шелест открывающейся двери вызвал низкое злое рычание у вскинувшего голову асура. Сияющие глаза опасно сузились, губа приподнялась, как у хищного зверя.
 - Пусть. - мягко сказала я, легонько гладя его по голове. - Пусть видит, если так этого хочет.
 Сияющие глаза удивленно моргнули.
 - Кто-то же должен будет присмотреть за этим бардаком в наше отсутствие, правда? - мурлыкнула я, глядя в жемчужную тьму. - А этот кто-то еще и напрашивается на лишнюю работу. Зачем ему мешать? Работы много и ее кому-то надо делать.
 Уголки губ химеры приподнялись в циничной усмешке, сияющие глаза иронично сощурились. Аэтера согласно кивнул, фыркнул и вернулся к кормлению. Кое-кого ждет очередной крах мира...
 
 * * *
 
 Едва за спиной Спектра закрылась дверь, Рамиро резко повернулся, встретил взгляд Джейн и вопросительно склонил голову. Коммандер коротко кивнула. В словах надобности не было. Аналитик подхватил штурмовую винтовку и пошел вслед за ушедшим командиром, провожаемый внимательными взглядами. Только Саррад поджал мандибулы и покачал головой. Не стоит человеку туда идти, но вмешиваться в действия чужого отряда он не стал. Аэте его не убьет... даже в таком состоянии.
 Рамиро вышел в коридор, быстро осмотрелся. Спектра не было. Он вышел вслед за ней буквально через пару минут, но... Ни самой Имрир Шепард, ни звуков ее шагов. Ничего. Она словно испарилась. Досадливо дернув щекой, сицилиец побежал по коридорам, чутко вслушиваясь в звенящую тишину. Он проверял пустые помещения, заглядывал в каждую дверь, пока, наконец, не услышал едва слышные голоса. Нашел! Но стоило ему войти в просторное, захламленное офисной мебелью помещение, голоса, говорящие на незнакомом языке, стихли.
 - Рамиро, ты знаешь старую английскую поговорку о кошке и любопытстве, которое ее сгубило?
 Ироничный голос Имрир Шепард прозвучал удивительно-громко в могильной тишине.
 - Знаю. - негромко ответил аналитик, опуская оружие. - Спектр? Я могу подойти?
 Рамиро вздрогнул, услышав тихий женский смешок и приглушенное низкое рычание, от которого дыбом встали волоски на загривке.
 - Подойти-то ты можешь. - мягко ответила невидимая за перегородкой женщина. - Но уверен, что хочешь? Иногда неведение - благо.
 - Я не имею права на такое благо. - неожиданно для себя честно ответил мужчина, тяжело вздохнув.
 - Ответственный. Это хорошо. - несколько непонятно отозвалась Спектр, хмыкнув. - Ты помнишь наш разговор?
 По спине пронесся холодок.
 - Я помню. У меня есть вопросы.
 - Еще бы их у тебя не было. - циничный, полный иронии и лукавства голос. - Готов получить ответы?
 - Нет. - честно признался итальянец. - И, полагаю, никогда не буду готов. Но ведь это ничего не меняет, не так ли?
 - Для тебя - да.
 Рамиро передернул плечами и пошел вперед, судорожно стиснув пальцами рукоять винтовки. Даже если оружие не понадобится, оно немного успокаивает. Дает иллюзию защищенности...
 Он завернул за перегородку, и замер, словно на всей скорости врезался в невидимую стену, оторопело переводя взгляд с командира на странного беловолосого парня, стоящего на коленях возле нее и...
 Имрир Шепард иронично улыбалась, с каким-то непонятным интересом его рассматривая и гладя по седой голове раненного Аэте, который, обхватив руками ее предплечье, с явным удовольствием слизывал кровь с тонкого запястья.
 - У тебя появились еще вопросы? - тем же спокойным тоном спросила женщина, все так же успокаивающе гладя по голове беловолосого парня.
 Искореженная окровавленная броня валялась у стола. Если судить по ее состоянию...
 - Да. - хрипло выдохнул Рамиро. - Появились.
 Аэте поднял на него глаза. Яркие, светящиеся пламенем в сумраке, совершенно нечеловеческие глаза. Хмыкнул, что-то тихо сказал Имрир на незнакомом языке, и с откровенным, демонстративным удовольствием слизнул кровь с запястья женщины, довольно щуря глаза.
 - Не будь к нему столь строг, Аэтера. - укоризненно произнесла тем же мягким голосом Имрир. - Ты только что сломал ему картину мира.
 Насмешливое фырканье было ответом. Аэте слизнул кровь в последний раз и плавно встал, осторожно повел плечами.
 - Полегчало? - спросила Шепард.
 Странное... существо коротко кивнуло.
 - Прекрасно. - Спектр доброжелательно улыбнулась, глядя в глаза итальянцу. - Один вопрос, Рамиро. Сейчас я отвечу на один твой вопрос.
 Слова сорвались с языка сами собой:
 - Кто такой Аэте?
 Ответ, данный спокойным, даже умиротворенным голосом. выбил воздух из груди:
 - Твой сородич, Рамиро. Только ты - полукровка, а он - чистокровный.
 Почему-то не возникло даже тени сомнения в правдивости этих слов.
 - Я же человек... - тихо-тихо прошептал сицилиец, не в силах отвести взгляд от пылающих нечеловеческих глаз.
 Имрир мягко улыбнулась.
 - Лишь частично.
 
 * * *
 
 Выражении физиономии Рамиро - непередаваемо! Он поверил. Сходу. Мне нет смысла лгать. Зачем? Правда сейчас страшнее любой лжи. Особенно, такая правда. Жестокая, открывающая Бездну под ногами и крошащая стабильную, выверенную картину мира на множество острых осколков. Теперь - додавить, добить и вынудить сделать нужные мне выводы и принять требуемое решение.
 - Такие как ты, полукровки, - не редкость. В отряде есть и другие. - тем же спокойным тоном продолжила говорить я.
 - Нико? - севшим от таких новостей голосом, спросил итальянец.
 Я кивнула.
 - А кто еще?
 Интересно, а Рамиро понимает, что с каждым вопросом и полученным ответом он загоняет себя в западню все дальше и дальше? Узнав, он не сможет остановиться. Он пройдет этот путь до самого конца, оправдывая свое нечеловеческое любопытство чем угодно. Кошачье любопытство асуров полукровкам свойственно в полной мере, и Рамиро - не исключение.
 - Дэрг и Дилан. - ответила я. - Девчонка, которую мы подобрали на Х57, Кира.
 - У них кровь пробудилась, сейчас идет очищение генома и переход в исходный вид. - добавил Аэте, отслеживая реакцию сородича по мелкой моторике, раз лицо скрыто шлемом. - Вскоре они станут чистокровными.
 Рамиро очнулся от ступора, помрачнел.
 - Чистокровными... кем?
 Аэте склонил голову набок, с интересом изучая сицилийца яркими, горящими раскаленным металлом глазами и ожидая понимания младшего сородича. Ждал, когда до того дойдет, что ответ на этот вопрос поставит окончательную точку и разделит его жизнь на две части: до и после. Обратно отыграть он уже не сможет, да мы и не позволим.
 Дождался. Рамиро снял шлем, раздраженно бросил его на стол возле меча, сумрачно глядя то на меня, то на улыбающегося Аэте. Мы молчали и терпеливо ждали, а он начал заводиться. Пока не произошел ожидаемый нами взрыв:
 - Спектр, когда вы предложили прийти за ответами, я знал, чем это закончится. - прорычал он. - Информационная ловушка, верно?
 Я кивнула и развела руками. Ясное дело, что ловушка. Рамиро втянул воздух, резко выдохнул.
 - Я пришел за ответами. Хотя место, признаюсь, неудачное.
 Дозрел. Замечательно!
 - Мы можем продолжить беседу на "Нормандии", когда вернемся. - покладисто ответила я, хмыкнув. - Место действительно неудачное. Но еще на один вопрос мы тебе ответим. Чтобы ты немного успокоился и перестал психовать, надумывая всякую ерунду. Правда, Рамиро, куда банальнее.
 - И страшнее? - язвительно уточнил он, в упор глядя мне в глаза.
 - Правда всегда страшнее. - флегматично отозвалась я. - Тебе легче станет, если мы скажем, что ты - потомок сильной и опасной расы, некогда жившей на Земле?
 Рамиро запнулся, проглотил готовые сорваться с языка слова, нахмурился.
 - Не надо говорить, что за это время геном растворился бы в человеческом. - ответила я на неозвученный вопрос, навязчиво крутящийся в голове бойца. - Этот геном передается целиком. Другое дело, что не пробудится без внешнего толчка.
 - Как, к примеру, смерть? - глухо спросил он.
 Я кивнула.
 - Или сильные чувства. У некоторых людей в экстремальных ситуациях из ниоткуда берется нечеловеческая сила, выносливость, живучесть или ловкость. Наверняка ты слышал о подобных случаях.
 Аналитик кивнул.
 - История человечества полна легенд о сверхсильных людях: героях, полубогах или полудемонах. - я развела руками. - Ты не первый и не последний полукровка на Земле, у которого может произойти самостоятельная спонтанная инициация. Полностью, без помощи чистокровного сородича, перерождение не завершится, но все равно смесок будет на порядок мощнее человека.
 - Почему?
 - Потому что мы сильнее людей. - ответил Аэте, сводя пальцами рваный разрыв на плече и терпеливо ожидая, пока он зарастет, чуть заметно морщась от острой боли.
 Отодрав кусок поддоспешника, он неспешно счищал с кожи кровь, аккуратно обходя еще незатянувшиеся раны.
 - Мы - это кто? - хрипло спросил Рамиро, глядя, как на глазах зарастает глубокая рана.
 Аэте бросил на него внимательный взгляд, но ответил:
 - Мы - асуры.
 Рамиро - образованный, начитанный и умный. Вон как физиономия вытянулась, а ментал заштормило от сумбурных эмоций и ярких поверхностных образов. Хорошая память услужливо выбрасывала в метущееся сознание когда-то слышанные легенды об этом народе. Асуры оставили о себе память, прошедшую через тысячелетия. Страшную память. У разных народов понимание этой ставшей мифической расы немного отличается. Но суть-то одна.
 - Вечно воюющие демоны... - едва слышно прошептал на родном диалекте сицилиец, широко распахнутыми глазами глядя на асура. - С силой звезд в руках...
 Аэте развел руками, плутовато улыбаясь пребывающему в раздрае Рамиро. Сложно не поверить в слова, глядя в нечеловеческие глаза и видя, как стремительно заживают жуткие раны. Аэте - не человек. Это очевидно. Особенно - сейчас. Рамиро наблюдательный и умный, он бы заметил и глаза, и нелюдскую пластику движений. Он УЖЕ это заметил! Скрывать правду от него уже нерационально, это лишь увеличит проблемы и усугубит их. Сейчас, зная, Рамиро не принесет вреда. Ведь эта правда касается и его лично.
 - И что теперь? - глухо спросил аналитик.
 - Ничего. - пожав плечами, ответила я.
 Он удивленно моргнул, перевел непонимающий взгляд с меня на Аэте.
 - Ничего?
 - А что ты хотел? Ну, узнал ты правду. Легче стало?
 Рамиро скривился.
 - Нет.
 - Незнание - благо. - цинично заметила я, пульнув в Аэте видимое визуально заклинание, от чего глаза Рамиро расширились еще сильнее. - У каждого из нас полно тайн, не так ли? - и тут же, сменив тон, прямо спросила: - Что дон приказал?
 - Налаживать контакт. - так же прямо ответил Рамиро, поморщившись.
 - Уже наладил, молодец. Можешь так и передать.
 От такого поворота киллер мафиозной семьи даже несколько растерялся.
 - А чего ты удивляешься? Кто-же должен присматривать за моими людьми в мое отсутствие? У тебя это прекрасно получится, я в тебя верю.
 Растерянность Рамиро перешла в откровенное изумление и ступор, быстро сменившееся досадой.
 - Спектр!
 Укоризненный голос на меня не подействовал.
 - А что, что-то не так? - я ненатурально удивилась. - Я верю, у тебя получится удержать их от глупостей. В мое отсутствие. По крайней мере, Джейн девочка умная, она к твоим словам прислушается. Ну и за Николаусом присмотришь.
 Имя Нико вызвало срабатывание ассоциативных связей, напомнив о странностях старого знакомого. Рамиро, решив воспользоваться нежданным поворотом событий и нашей откровенностью, спросил:
 - Он действительно погиб?
 Я кивнула.
 - Его пробило щупом навылет. К моему приходу он был мертв.
 Аналитик прикрыл глаза и экспрессивно выругался.
 - Как считаете, Спектр, мне стоит задать вопрос, как вам это удалось? - иронично полюбопытствовал мужчина, сощурив темные глаза. - Или мне следует пожалеть свою же психику и еще немного потешить себя иллюзиями? Я так полагаю, рецессивный асурский геном не имеет никакого отношения к чудесному излечению Николауса.
 Хитрая и проницательная сволочь. И очень умная. Рада, что я в нем не ошиблась.
 - Полагаю, до возвращения на "Нормандию" вы, Рамиро, сумеете сами найти ответ на этот вопрос. - велеречиво ответила я. Усмехнувшись, добавила: - Сам же понимаешь, что не сумеешь удержаться от вопросов, начав получать ответы. Любопытство сгубило кошку...
 - Но удовлетворив его, она воскресла. - закончил сицилиец, улыбаясь. - Я знаю эту пословицу.
 - Прекрасно, что знаешь. Но когда ТЫ воскреснешь, то человеком уже не будешь. - честно предупредила я. - Решай сам, по какому пути пойдешь.
 Рамиро перевел взгляд с меня на молчаливого Аэте.
 - А что я потеряю, став асуром?
 - А ты посмотри на яркого представителя этой расы и сам подумай, что ты потеряешь, став представителем могущественной и древней космической цивилизации абсолютно аморальных отморозков, лишенных инстинкта самосохранения и социальных стопоров.
 Сицилиец открыл было рот, чтобы задать вопрос, но, подумав, закрыл, тяжело вздохнув. Какое-то время он рассматривал Аэте, периодически поглядывая на меня, мучительно сражаясь с самим собой, но... любопытство оказалось сильнее осторожности, и он таки задал скользкий вопрос:
 - Почему вы откровенны? Эти знания могут доставить вам проблемы.
 Аэте удивленно глянул на Рамиро и искренне рассмеялся. Жестким, жестоким смехом, от которого сицилийца передернуло.
 - Если об асурах станет известно в Пространстве Цитадели, это не будет проблемой асуров. - мягко сказала я. - Неведение - благо, Рамиро. И лучше бы это состояние блаженного неведения сохранить.
 - Турианцы знают. - хмыкнул аналитик.
 Спорить с очевидным я не стала:
 - Знают.
 - Но вы рассказали мне. Почему?
 - Ты полукровка, имеющий высокие шансы на пробуждение генома. - честно ответила я. - У Аэтеры очень трепетное отношение к сородичам, а у меня нет никакого желания его расстраивать.
 Недосказанность подвисла в воздухе. Рамиро вздрогнул, резко повернул голову, встретил внимательный, собственнический взгляд Аэте и... поежился. Дошло, во что он ввязался своим любопытством! У него безвыходная ситуация. Никуда с нашего корабля он не денется. Разве что откровенно в бега податься, но какой смысл? Понимает же, что найдем, а с учетом узнанного... Он сам встал на этот путь. Его любопытство довело до этого разговора. Да, он как та кошка, воскреснет. Вот только воскреснет Рамиро асуром, и вместе с изменением тела начнет меняться психика, перестроятся приоритеты и полностью поменяется мировоззрение. Вот такой забавный нюанс...
 - Аэтера, готов?
 Асур коротко кивнул, размял плечи, чуть скривившись.
 - Серьезные ранения затянулись. Остальное - некритично.
 О да... некритично. Зато выглядит феерично.
 - Прекрасно. Джейн нас уже заждалась.
 Сияющие глаза удивленно моргнули, Аэте подрастерялся, а потом досадливо поморщился.
 - Оставишь меня с группой Итана?
 - Ты еще не восстановился полностью, а на "Расселине" ты мне нужен полностью дееспособным. Так что мы пойдем восстанавливать подачу энергии, а ты будешь сидеть и ждать нашего возвращения, радуя окружающих своим колоритным видом.
 Почесав голову, Аэ пожал плечами и согласился. Подхватив меч и законные трофеи, он перекинул Рамиро его шлем. Аналитик поймал его, надел, восстанавливая герметичность брони, повел плечами.
 - Не замерзнешь?
 - Нет. Для меня такая температура приемлема. - отмахнулся асур, складывая в стопку куски хитина. - Немного холодновато, но терпимо.
 Рамиро полыхнул удивлением, перевел винтовку в боевое положение и пошел впереди нас. Следом шла я, Аэте замыкал нашу колоритную группу.
 Разговор с итальянцем был неожиданностью. Неучтенным фактором, хоть и предполагаемом. Правда, я ожидала, что Рамиро дозреет позже. Хотя бы после Новерии, но получилось как получилось. Пусть думает, анализирует, делает выводы. Подставлять нас он не будет: приказ дона более чем однозначен. "Наладить контакт" не предполагает мелочных подстав. Наоборот. Это предусматривает сотрудничество. Взаимовыгодное. Да, своему дону Рамиро нас сдаст с потрохами. И... и что с того? Ну сдаст и сдаст, пусть у сицилийца голова болит, что делать с неожиданными новостями. Зато, когда мне потребуется помощь на Земле, я буду знать, к кому за этой помощью можно обратиться. И мне в помощи не откажут.
 Когда мы зашли в бывший кабинет, Рамиро прямой наводкой дотопал до Хиса и молча протянул руку. Хис так же молча вложил в бронированную ладонь визор, криво усмехнувшись. Развернувшись на каблуке, сицилиец подошел к Аэте и протянул ему вещицу со словами:
 - Надевай.
 Асур фыркнул, но надел боевую фенечку. Голубая сияющая полоса экрана перечеркнула лицо, пряча светящиеся глаза.
 - Джейн. Выступаем. - коротко бросила я.
 Белобрысый монстрик подошел к Хису и очнувшемуся Итану, сел на стол и молча положил куски хитина возле себя. А я с группой бойцов покинула уже ставшее привычным помещение. Рядом со мной шел Найлус, чуть позади - Ррус. Сразу за ним - Джейн и ее люди. Дэрг и Дилан замыкали. Нам надо спуститься на минус второй этаж в техническую зону, в реакторный отсек. Благо, лифтовая шахта проходит до нужного уровня.
 
 
 То, что с гетами договориться не получится, я поняла, когда мы спустились на нужный уровень: в коридоре у массивных толстенных ворот, перегораживающих вход в реакторный отсек, валялась переломанная белая туша Прайма в окружении трупиков рахни-воинов и одного огромного фиолетового монстра - защитника королевы. Прайм погиб не один, унеся с собой немало противников. Но лучше бы он остался цел...
 Найлус мои выводы подтвердил:
 - Переговоры можно даже не начинать: командная платформа разрушена. Сейчас они не более разумны, чем Мира.
 Одно радует: разрушение Прайма не только делает гетов безмозглыми ВИ, но и ощутимо их ослабляет. Косоглазыми синтетики, конечно, не станут, но все же...
 - Гетов будет немного. Самые мощные погибли, защищая Прайма. - я указала на разломанные платформы штурмовых моделей. - Полагаю, внутри самые ловкие и проворные. Для нас они самые опасные. Некоторые модели гетов могут передвигаться по стенам и потолкам. Будьте внимательны: синтетики быстрее людей и стреляют они метко.
 Бойцов такие нюансы не порадовали. С гетами бойцы Джейн не сталкивались. Только я, Дэрг и Дилан. Найлус в бой с гетами на Иден Прайм не вступал. Он вообще умудрился их обойти так, что его не заметили, хоть я до сих пор не понимаю, как ему это удалось.
 - Гаррус, вскрывай ворота.
 Система замка на воротах оказалась автономной, и взламывать ее пришлось отдельно. Но через пару минут индикатор сменил цвет на приятный нашему глазу зеленый, створки удивительно бесшумно скользнули в стены, пропуская нас в просторный коридор. Впереди - точно такие же ворота. Мы зашли в короткий коридор, створки за нами сомкнулись, Ррус подбежал ко вторым воротам и быстры их вскрыл, отрывая нам доступ в святая святых комплекса - реакторный отсек.
 Ничего даже близко схожего с канонными уровнями не было и в помине. Как оказалось, эта часть комплекса, названная "отсеком реактора", представляет собой просторный восьмиуровневый комплекс, центром которого является реакторная, где находится сам реактор и системы безопасности. Колоссальный шестидесятиметровый в высоту и двадцатиметровый в диаметре цилиндрический колодец. Доступ в это помещение заблокирован, но нам туда и не надо. В реакторной нам делать нечего. Разве что потаращится на работающий реактор холодного синтеза. В реальности его никто не останавливал: это долгая, сложная и требующая контроля технического персонала процедура, могущая растянуться на несколько суток. Наша цель - небольшой зал управления энергоцентралью, из которого можно запустить протокол подключения. Если автоматика по какой-то причине не сработает, я не представляю, как мы будем подключать питание. Сама конструкция не предполагает ручного подключения! В случае клина автоматики, можно только разобрать механизм и убрать причину неисправности, и все равно запустить автоматическое подключение.
 Проверять весь технический уровень и напрашиваться на неприятности я не стала, ведя группу напрямую к залу управления. Геты - не моя проблема. Если мы с ними так и не столкнемся - это будет прекрасно. Синтетики - не рахни, их приближение я не почувствую по колебаниям ментала.
 Вопреки ожиданиям, нам никто не мешал: мы беспрепятственно дошли до места назначения и вошли в небольшое, около шести в длину и четырех в ширину прямоугольное помещение. Одна стена - огромный экран, перед ним - длинный пульт управления энергоцентралью. Отдельно - управление реактором. Никаких обзорных окон и прочей ерунды.
 - Гаррус, блокируй дверь и займись.
 Наше сокровище коротко кивнул, заблокировал дверь и подошел к пульту. Огромный экран включился, развернулись голографические управляющие консоли, Гаррус занялся работой, а мы на него молча таращились.
 Среди нас Ррус единственный, кто хоть как-то разбирается в технике. Лично для меня этот пульт ничем не отличается от пульта управления звездолетом, подводной лодкой, космической станцией или еще чего-то подобного: ровная панель, усыпанная горящими, мигающими и не горящими индикаторами непонятно чего. Я в своем невежестве не одинока: бойцы Джейн наблюдали за работой Гарруса с той же нулевой долей понимания. Что-то он там делал, на экране мелькали какие-то схемы и графики, подписанные вроде бы понятными словами... В общем, высокотехнологическое шаманство.
 Периодически ментальная связь оживлялась: Ррус и Аэ о чем-то переговаривались. Асур, как оказалось, прекрасно понимал, что делает наше сокровище. Иногда он давал советы, они что-то обсуждали, если у Гарруса возникали вопросы. Я попыталась сканировать комплекс, но яростное свечение колоссального энергопотенциала реактора забивало восприятие. Словно на солнце смотришь. Может, я и смогла бы обнаружить гетов, но только не возле этого энергетического монстра. В общем, Ррус с Аэ работали, а мы бездельничали и скучали.
 - Готово.
 Спокойный вибрирующий голос разбил наше сонное царство, вынуждая взбодриться. Гаррус отошел от пульта управления. На экране ровно светилась зеленым какая-то непонятная схема.
 - Сейчас завершится тестирование системы и восстановится подача энергии в комплекс.
 Отлично.
 - Как только получим подтверждение, что питание в комплексе восстановлено - уходим.
 Проверка энергоцентрали завершилась на удивление быстро: буквально пара минут, и Аэте радостно сообщил, что питание в комплексе появилось. Прекрасно.
 - Уходим.
 Ррус разблокировал двери, и мы быстрым шагом пошли обратно. Тем же путем. А зачисткой комплекса пусть занимается владелец "Байнери Хеликс"! В конце концов, у "Цербера" хватает головорезов. Пусть они подставляются под лучи гетов.
 Но мои надежды покинуть технический этаж, избежав встречи с синтетиками, разбились о тихий голос Найлуса, прозвучавший по ментальной связи:
 - "Гет."
 Проследив направление внимания Найлуса, я обнаружила его. Гет-охотник сидел под самым потолком. Проворная гибкая черная платформа, практически невидимая в темноте на фоне металлической стены. Сражаться с такими тварями в просторном комплексе - самоубийство. Их тяжело заметить, попасть - малореально. А они проворные, быстрые и меткие. Мы-то его, может, и завалим, но какой ценой? Охотник - это не массивный, но легко обнаружимый и несколько неповоротливый штурмовик. Это - скрытный убийца. Он вполне в состоянии нас всех перестрелять. По одному.
 - "Сделаем вид, что мы его на заметили." - так же спокойно ответила я. - "Если до сих пор не напал, есть шанс, что он нас не тронет. Пусть считает, что мы его не заметили."
 Реальность - не игра. Здесь нет сохранения и возможности перезагрузиться. А я не хочу словить выстрел в голову и отправиться на перерождение.
 - "Резонно..."
 Нападет или нет? Сомнения точили душу, но я даже не сбавила шаг, размеренно топая к огромным массивным воротам. Даже без Прайма синтетики не совсем же тупые! Они - ВИ, которые должны выполнить задание. Не думаю, что у них приказ перестрелять все, что движется... Если они торчали здесь, вполне возможно, что наши цели совпадали.
 Геты не горят желанием себя обнаружить и раскрыть перед широкой галактической общественность. Не знаю, если ли в их задании приказ не оставлять свидетелей, но лучше не провоцировать. Найлус и Гаррус со мной были солидарны. Мы эту-то тварь едва заметили, и то, случайно. Никто из людей гета не увидел...
 Синтетик не напал. Просто провожал нас, едва заметной тенью скользя под высоченным потолком. И только когда моя группа вошла в короткий тамбур, а толстые створки встали между нами и гетом, позволила себе рвано, облегченно выдохнуть.
 - Гаррус... заблокируй эти двери. Так, чтобы их без не смогли открыть дистанционно... - выдохнула я. - Лучше, чтобы их вообще не смогли открыть.
 Ррус молча вскрыл панель, что-то в ней переключил и... разбил кулаком. Замечательно! У нас тоже есть первоочередное задание. Более важное, чем постреляшки с практически неуловимым противником.
 
 
 
 
 

Глава 54: Новерия: станция "Расселина"


 
 
 Монорельс мерно катил сквозь метель, ровно и мягко, едва слышно гудя двигателем. Свист ветра в герметичный салон почти не доносился, широкие окна давали прекрасную возможность понаблюдать за внешним миром, но вид ярящегося бурана никого уже не привлекал и не впечатлял, вызывая глухое раздражение и неприязнь. Насмотрелись, пока снегоход вытаскивали из-под наста. Разве что Аэте с интересом поглазел на красивый ледяной пейзаж, но ему это быстро надоело, и сейчас асур дремал, удобно устроившись прямо на полу в углу вагона и уронив голову на скрещенные руки. На него мрачно смотрел Николаус, всю дорогу до станции мучительно пытающийся свести в единое целое разрозненную информацию, наблюдения за самим Аэ и окружающими его разумными, обмолвки и услышанные краем уха обрывки разговора. Рамиро ничего толком ему не сказал, но дал достаточно намеков для работы, не забыв любезно упомянуть два слова: информационная ловушка.
 Николаус не хотел в нее влезать. Он очень хорошо умел вовремя останавливаться и брать под контроль жгучее любопытство. Он вполне мог бы выполнять свои обязательства по защите и обучению подопечного, дистанцировавшись от всех проблем. Если бы не одно "но". Он прекрасно помнил, как его пробило навылет хитиновым щупом, он отлично понимал, что полученная рана - смертельная, а Вивьен искренне и честно вывалил информацию о его состоянии перед началом лечения. Вилант Николаус Аккер точно знал: он был мертв. Окончательно и бесповоротно мертв. Но теперь он очень даже жив, отлично себя чувствует, хоть тело ноет и зудит. А еще он до сих пор не ощущает холода... и это его очень сильно нервирует и напрягает, как и усиливающийся острый голод, вновь и вновь возвращая к определению "нежить".
 Нервничает Нико зря: немертвым или нежитью он не стал и не станет несмотря на все опасения и сомнения, а его голод - закономерное следствие работающего на всю мощь организма, спешно латающего множество мелких травм, убирающего дефекты, оздоравливающегося и, как результат, омолаживающегося. Этот занятный побочный эффект проявится не сразу, но по мере того, как Нико будет выходить к своему идеалу, генетическому эталону, а тело закончит "капитальный ремонт"...
 Я усмехнулась. Нико скосил на меня глаза, подозрительно, кутаясь в подаренную Хисом куртку. Кого-то вскоре ждет сюрприз. Приятный сюрприз, хоть и несущий множество сопутствующих проблем и открытий о себе, родимом. Мне даже интересно, когда Николаус сломается и придет-таки за ответами на свои вопросы: до того, как заметит изменения в отражении в зеркале или после.
 Ах да! Мне безумно интересно посмотреть на реакцию Джонни, когда до него дойдет, ЧТО происходит с Николаусом. Не дурак же, должен свести воедино логическую цепочку и сделать правильные выводы. Но пока бравый коммандер разочаровывает не только Нико, но и в чем-то - меня.
 Честно говоря, я колебалась до самого отправления, не уверенная, стоит ли брать с собой отряд Джона или, все же, их следует оставить на "Вершине-15". Лично для меня Джейн с ее бойцами удобнее и беспроблемнее, чем Джон с его заскоками и ненужной парагонистостью вкупе с непрошибаемым патриотизмом и слепой верой. Но...
 Всегда есть это фатальное "но"!
 Мы скоро улетим, оставив всех на Цитадели, а к тому времени по выверенной и стабильной картине мира Джона Шепарда уже должен быть нанесен удар, притом, достаточно сильный, чтобы он начал сомневаться. Во всем без исключений. Первый удар уже прошел. Случайно: я не планировала гибель Николауса и не желала, чтобы так произошло. Второй удар Джон получил, пообщавшись с Итаном и Хисом. Пока удар слабенький, так сказать, пристрелочный. Обычные мужские сплетни на тему работодателя и его методов решения проблем. Итан прямо, в лоб сказал Джону, что они не надеются на спасение со стороны "Байнери Хеликс" и ее головорезов, собираясь выбираться из ловушки комплекса своими силами. Джону нечего было сказать на циничные слова тяжело раненного человека, очень язвительно прошедшегося по родимому государству и его "заботе" о собственных гражданах, особо уделив внимание этике и морали крупных корпораций, на одну из которых они работали. Возобновлять контракт никто из выживших не собирался, намереваясь улететь с планеты при первой подвернувшейся возможности. От греха подальше. Меня это более чем устраивало. Со своей стороны, я помогу им выбраться с Новерии, получив положенные деньги и отступные от "Байнери Хеликс", не выполнившей условия контракта и, автоматически, разорвавшей его досрочно со своей стороны. А Найлус с Гаррусом мне в этом помогут. Они уже согласились помочь. Гаррус - с законодательной и правовой частью, Найлус - как Спектр и, что в нашем случае важнее, как крупный инвестор и официальный компаньон Сарена. Полагаю, даже сам Сарен не отказал бы в помощи: с "Цербером", которому принадлежит "Двойная Спираль", у него очень "нежные" отношения.
 Никакого альтруизма: это в наших интересах.
 Вагон покачнулся, заскрипели тормоза, монорельс начал сбрасывать скорость. До станции "Расселина" осталось около десяти минут пути, если верить табло в голове вагона. Скоро прибудем на центральный вокзал станции, что бы ни означало это определение.
 Посмотрим, как пойдут дела на "Расселине", и какие выводы сделает Джонни из увиденного. А если он их не сделает, я искренне надеюсь на здравомыслие Николауса и на его способность прогрызать непрошибаемые мозги подопечного и вдалбливать в них полезную информацию. Это сейчас аналитик в ступоре, сидит, судорожно обдумывает произошедшее и пытается найти ответ на простой и банальный вопрос "Как?!!", навязчиво всплывающий в его голове каждый раз, как он возвращается к анализу недавних событий и собственной смерти. Потом он взбодрится, как только пережует и осмыслит происходящее, и вплотную займется фактором риска - Джоном.
 Поезд начал резко забирать вправо, плавно скользя по направляющей к крытому туннелю, уходящему куда-то вглубь древнего ледника. Скорость ощутимо упала, монорельс уже ехал на инерции, постоянно замедляясь. Зашевелились сонные бойцы, инстинктивно среагировав на изменение ритма движения: люди спали, пользуясь возможностью отдохнуть после выматывающего ночного переезда и нервотрепки "Вершины". Только Джон всю дорогу не сомкнул глаз, фоня сумбурными, сумрачными эмоциями. И постоянно косился то на Нико, то на Аэте, то на меня. Бравый коммандер не понимал, почему после произошедшего я не оставила Аэ и Нико в безопасности "Вершины", а потащила их с собой. Я его сомнения и опасения не разделяла. Аэтера не только полностью восстановился, но и перешел на нормальный для боевой химеры его класса режим, сбросив наложенные на себя ограничения. Насколько боеспособен Николаус - узнаю на практике. Пока ничего такого, чтобы сразу вычеркивать его из актива группы, я не вижу: оружие держать может, двигается легко, дискомфорта от холода не испытывает, с головой проблем нет, психика стабильна. Единственная проблема - отсутствие брони, но, как показала практика, от этой брони мало толку в прямом столкновении с рахни, зато ее отсутствие на теле как-то резко включает инстинкт самосохранения и вынуждает быть внимательнее и аккуратнее. Так что пока буду считать Нико полноценно боеспособным.
 - Прибываем. - коротко сказала я, когда вдалеке показались подсвеченные прожекторами распорки станции.
 Аэте поднял голову, сонно моргнул, потер лицо ладонями и смачно, заразительно зевнул. Нико непроизвольно зевнул в ответ, удивленно хлопнул глазами, поморщился, встряхнулся, повел плечами, рефлекторно тронув грудину. Вивьен тут же всполошился, встревоженно глядя на друга.
 - Болит? - едва слышно спросил паренек на родном диалекте, чуть искажая слова. Так, чтобы их не распознал стандартный переводчик на инструментроне.
 Николаус покачал головой.
 - Нет. Не переживай, все нормально. - успокаивающе произнес он, вставая. После короткой паузы практически беззвучно добавил: - Ощущение, словно внутри все чешется и зудит.
 А, вот оно что... Регенерация дает наводки в нервной системе.
 Поезд еще больше сбросил скорость, приближаясь к перрону. Бойцы уже были на ногах и с оружием в руках. Только Аэте сонно хлопал глазами и чуть щурился, периодически зевая, чем несказанно раздражал Джона. Ну хоть в восприятии бравого коммандера образ безобидного малолетки немного поблек: выводы, все же, были сделаны. Хотя скептическое отношение к боевым качествам асура до сих пор преобладало вместе с ярким раздражением на его поведение и несерьезность.
 Занятая такими мыслями я лениво смотрела в окно, краем восприятия изучая мощный ментальный план комплекса, к которому мы неумолимо приближались. Сканировать его целиком - бессмысленно. Фон очень яркий, насыщенный, устоявшийся, клокочущий свежими эмоциями, переполнен негативом и болью. Разобрать что-то конкретное можно только при тщательном изучении, на которое нет времени.
 Поезд затормозил окончательно, плавно качнулся, электронный голос вездесущей Миры вежливо порадовал нас фактом прибытия на станцию "Расселина", и только после этого двойные двери вагона распахнулись, выпуская нас на перрон.
 Бойцы высыпали на стылую платформу, настороженно осматривая вокзал и ожидая нападения. Но... нас встретили холод и тишина. Ни рахни, ни гетов, ни разумных. Ни-ко-го! Просторное, прекрасно освещенное помещение с тремя перронами было поразительно пустынно и безжизненно. Только ветер едва слышно завывал где-то в туннеле, которым мы ехали сквозь ледник.
 - Чисто... - с долей сомнения в голосе произнес Раймонд, хмуро глядя вдаль, туда, где виднелись массивные двери, ведущие внутрь комплекса.
 Дверей было восемь штук. Над каждой - небольшой экран с символом-пиктограммой, которая должна доступно для понимания сообщать, куда эта дверь ведет, но у меня эти наборы колбочек, шариков и кроватей с коробками ассоциации вызвали только самые базовые вроде колбочка - лаборатория, кровать - места отдыха и так далее.
 - Аэ, план "Расселины" есть? - тихо спросила я.
 Асур кивнул, но тут же предупредил:
 - Точную информацию о текущей ситуации на станции я сказать не могу: Мира еще не закончила обработку данных, поступивших из местной системы безопасности.
 - Не важно. Нам бы хоть примерно оценить, куда идти. И выведи расшифровку этих обозначений.
 В воздухе тут развернулась уже привычная синяя голограмма, показывая нам...
 Э?
 - Ох ё... - выдохнул Кристиан, оторопело глядя на сложную паутину переходов, туннелей и непонятных нам комплексов, соединенных в единое целое нитями монорельсов.
 Я знала, что станция "Расселина" ведет к нескольким риск-лабораториям, занимающим большое пространство, я помнила слова волуса про монорельс, я не забыла рассказы Итана про размеры всей структуры, но... Карта станции оказалась гораздо больше и сложнее "Вершины-15" вместе с портом Ханьшань вместе взятых. И больше раз в н-дцать. Точный размер определить было сложно, поскольку светящиеся линии обрывались у пола, намекая, что дальше тоже что-то есть.
 По-хорошему, следовало просмотреть карту и составить план действий за время поездки, но людям требовался отдых после бессонной ночи в дороге и возни на "Вершине-15". И это было важнее бесполезной подготовки к тому, о чем мы не знали и не могли узнать в дороге.
 - Всеобъемлющее высказывание... - буркнул Николаус, переводя растерянный взгляд на меня. - Спектр?
 - Ждем. - тихо произнесла я.
 Где могут находиться выжившие вкупе с Бенезией можно узнать как минимум тремя путями: полным ментальным сканированием комплекса, у Миры, когда она закончит обработку полученных от местной системы безопасности данных, а мы - дойдем до ближайшего ее терминала, например, до того, который призывно подмигивает нам зелененькими огоньками с дальнего края перрона у самых дверей лифта. Или можно спросить у бойцов, которые сейчас поднимаются на лифте и скоро выйдут на вокзал. В реальном мире запертые на "Расселине" разумные не оставили без внимания включение ВИ и прибытие монорельса, а немедленно выслали группу, чтобы проверить, кого это принесло на отрезанную от мира станцию и чем это грозит выжившим. Меня это устраивает: нас встретят, я смогу оценить состояние бойцов, а потом нас проведут к их командиру. Лично. Сплошное удобство и минимум усилий с нашей стороны.
 - Нас встречают. - добавила, указав кивком в сторону лифта, укоризненно помаргивающего сменой цифр на небольшом табло.
 Голограмма плана растаяла в воздухе, Аэте застегнул куртку под самый подбородок, нахохлился, сунул руки в карманы и чуть опустил голову. Холодно ему не было, так, слегка зябло и неприятно, несмотря на сорокаградусный мороз. От брони остались только ботинки и разодранные на левом бедре штаны поддоспешника, щедро испачканные в его же крови. Стоящий рядом Нико выглядел куда опрятнее и чище, но не менее колоритно, отлично дополняя общую композицию "Группа бойцов после столкновения с рахни".
 Лифт доехал до нашего этажа, мигнул световой панелью, сообщая о прибытии кабины, и услужливо распахнул створки, выпуская на промерзлый вокзал группу вооруженных бойцов. Четверо людей, трое турианцев. Уже знакомая по порту Ханьшань серо-черная броня с эмблемой ЭРКС, нанесенной на нагрудные пластины и на плечо. У меня хорошее зрение, видно отлично несмотря на расстояние... Выжившие бойцы из внутренней службы охраны. Усталые до изнеможения. Визуально это, понятное дело, не видно - шлемы глухие, но аура, общий фон, тяжеловесный шаг и дерганные движения... Те самые мелочи, которые позволяют понять истинное состояние.
 В этом история не солгала: бойцы сидят на стимуляторах, изредка урывая краткие мгновения сна в перерывах между нападениями безумных насекомых. Вопрос в другом: откуда здесь столько рахни? В "Двойной Спирали" последние мозги потеряли и наклепали вымерших опасных тварей в таком количестве, не умея их контролировать? Или дело в чем-то ином? В чем-то, о чем я не знаю? Должна же быть разумная причина, почему на Новерии так много рахни! И каким образом они оказались на "Вершине-15", если выводились здесь, в лаборатории станции "Расселина"?
 Чем больше думаю, тем больше вопросов у меня возникает, вот только, кажется, задать их будет некому. А еще я надеюсь, что причина существования такого количества безумных насекомых разумная, а не как обычно.
 
 Когда мы подошли, вперед выступил человек, опустил винтовку дулом вниз и снял шлем, проявляя вежливость и высказывая предложение начать разговор. Я тоже сняла шлем, отвечая взаимной вежливостью. Оружия у меня в руках не было: оно висело на захватах.
 - Сержант Мартин О"Коннор, "Эланус Риск Контрол Сервис". - коротко представился уставший мужчина, сумрачно глядя на меня покрасневшими серыми глазами.
 - Спектр Совета Имрир Шепард. - ответила я. - Прибыла по делам Цитадели.
 Сержант недоумевающе моргнул, но сомнения оставил при себе, мудро рассудив, что раз уж мы здесь, да еще и в полном обвесе, то в порту нас уже проверили и личность вкупе с полномочиями подтвердили. А еще нас пропустила "Мира", которая тоже должна была провести идентификацию личности и проверить полномочия, сделав запрос в администрацию порта Ханьшань.
 - Мне необходимо встретиться с матриархом Бенезией. - добавила я после короткой паузы, избавляя мужчину от необходимости подбирать слова для вопроса о целях прибытия. - Насколько я знаю, она еще на "Расселине".
 Мартин взбодрился и оживился: неопределенность исчезла, я обозначила нашу цель, разом отсекая множество неприятных вариантов развития беседы и событий.
 - Матриарх отбыла в одну из риск-лабораторий еще до начала... - он запнулся, но потом, зыркнув на Аэте и Нико, продолжил: - инцидента. Жива она или нет, нам неизвестно: после отключения ВИ они не выходили на связь.
 - Вот мы и проверим, жива матриах или ее тоже рахни сожрали. - цинично ответила я.
 Сержант вздохнул, устало повел плечами. С одной стороны, они вроде как должны охранять тайны корпорации, но с другой... сложно сохранить в тайне то, что бегает по комплексу и жрет всех, кто в зону охвата сенсорной системы попадается. А с третьей... с третьей смертельно уставшие бойцы хотят одного - просто выбраться из ловушки станции и вернуться живыми, не потеряв еще кого-то.
 - Следуйте за нами, мы проведем вас к капитану Вентралису. Он принял командование после... первого нападения. - проворчал мужчина, надел шлем, повернулся и тяжело пошел обратно к лифту.
 Восстановив герметичность брони и сбросив с визоров шлема поток информации с внутренней системы мониторинга, тревожно сообщающей мне о моем же предсмертном состоянии, пониженной температуре тела, замедленном пульсе и прочем подобном, я потопала за О"Коннором, догнав его у самых створок.
 - Нам о чем-то стоит знать до того, как мы дойдем до вашего командира? - мягко спросила я, останавливаясь рядом.
 Мужчина покосился на меня, поколебался, но... покачал головой. Ну ладно, нет так нет, хотя мне очень интересно, почему для сержанта Вентралис просто капитан, а не его командир.
 
 Выжившие закрылись в небольшом административном центре "Расселина-4", объединяющим в единое целое около десятка риск-лабораторий и включающим в себя общежитие для персонала и казармы для бойцов охраны, столовую, зону отдыха и прочие подобные помещения, необходимые для комфортного постоянного проживания большого числа разумных в замкнутом пространстве подземной станции. Таких центров здесь двенадцать. Некоторые соединены между собой монорельсами по цепочке, некоторые располагаются автономно на значительном удалении от других центров, но все линии транспорта так или иначе сходятся на центральном вокзале и уже с него ведет единственный монорельс к "Вершине-15". Как на мой взгляд система застройки довольно странная и уязвимая: как показала практика, любой инцидент на "Вершине-15", и все, кто находятся на станции "Расселина" оказываются отрезанными от внешнего мира.
 Изумительная забора о безопасности персонала...
 Все это мне рассказал по менталу Аэ, пока сержант О"Коннор вел нас странными окольными путями. Можно было пройти куда быстрее, но нет... мы шли кругами, поднимаясь и снова спускаясь, снова поднимаясь и обходя десятыми дорогами. На закономерный вопрос асура о таком странном маршруте, Мартин ответил односложно: "Безопаснее". Аэте удивленно моргнул, покосился на окоченевший и покрывшийся изморозью трупик рабочего-рахни, буквально разорванного взрывами подствольных зарядов, подумал, поглазел на спины бойцов, и вертящиеся на языке слова озвучивать не стал.
 - Знаете, сержант, я до сих пор не могу понять, откуда взялось так много рахни. - лениво произнесла я, когда мы дошли до конечной точки маршрута.
 Мужчина остановился возле массивной двери с какими-то малопонятными мне пометками и аббревиатурой, тяжело вздохнул.
 - Спектр, мы все задаем себе этот же вопрос.
 Значит, бойцы службы безопасности не посвящены в детали проводимых исследований. Или конкретно ЭТИ бойцы ни о чем не знают?
 - А еще мне ужасно интересно, как рахни попали на "Вершину-15" в количестве, превышающим сотню взрослых особей разного типа, если выводились они в риск-лаборатории на этой станции. - тем же спокойным тоном продолжила я. - И почему напали одновременно с прорывом на "Расселине"? Странное совпадение, не находите?
 Мартин очень даже находил, но рвущиеся с языка слова, в которых даже паузы были матерными, придержал.
 Дверь распахнулась, позволяя пройти в небольшое тамбурное помещение, перегороженное самопальной баррикадой из попавшего под руки более-менее крепкого и массивного металлического лома, из-за которой на нас хмуро взирал рослый широкоплечий мужчина во все той же броне с эмблемой ЭРКС на нагрудной пластине. За его спиной - семеро людей с оружием в боевом положении в руках.
 Сержант быстро отчитался перед командиром и, подчиняясь короткому приказу, утопал со своими бойцами куда-то в боковой проход, распространяя ясно различимое облегчение. Несмотря на проявленное дружелюбие, мужик был искренне рад, что разбираться со "странными типами" предстоит не ему.
 Подвисшее тяжелое молчание нарушил командир наемников ЭРКС: выйдя вперед и убрав оружие, он сухо представился:
 - Капитан Вентралис, внутренняя служба безопасности станции "Расселина".
 - Спектр Совета Имрир Шепард. - тем же сухим официальным тоном ответила я, закладывая руки за спину и всем видом выражая готовность его внимательно слушать.
 Разговор, не успев начаться, подвис на паузе. Я проявлять инициативу не собиралась, ожидая реакции капитана и беспардонно его изучая, а он хмуро на меня глазел и раздражался все сильнее. Как и сержант О"Коннор, Вентралис не знал, что от нас ждать даже с учетом озвученной цели прибытия. Про Спектров в нейтральной зоне ходит достаточно нелицеприятных и страшненьких баек, чтобы он не горел желанием проверять их правдивость на собственном опыте. Особенно, когда этот Спектр - больной на голову психопат с кровавым прошлым.
 Убеждать капитана в своей блаженности или сумасшествии нет надобности - он мою мордашку узнал. А еще он знает, кто такая Имрир Шепард и почему милую хрупкую девушку прозвали Мясником. Эти знания прелестно накладываются на всяческие занятные истории об оперативниках самой страшной спецслужбы галактики, создавая отличный базис для нашего краткосрочного сотрудничества. Вернее сказать, условно-бесконфликтного пересечения интересов. Быть официально признанным психопатом - крайне удобно. Особенно, если у психопата репутация агрессивного вспыльчивого отморозка, в руках - оружие, за спиной - отряд вооруженных бойцов, а сам психопат готов идти по трупам, что совершенно не скрывает.
 Капитан не будет даже пытаться надавить на меня или хоть как-то преградить путь. Настоящий Вентралис очень умен, расчетлив и даже внешне не похож на канонный прототип. Передо мной стоит опытный командир отряда наемников, достаточно безжалостный и жестокий, чтобы выполнить приказ о ликвидации тех, кого он защищал все это время. Этот сможет. Глазом не моргнет. И отряд у него подобран грамотно. ЕГО отряд, а не просто те, кто пережил атаки рахни... вроде задерганного сержанта.
 - Я считал, Спектров-людей не бывает. - произнес, наконец, Вентралис, нарушая тяжелое молчание и сверля меня тяжелым взглядом.
 - Не бывает. - я пожала плечами, предоставляя возможность трактовать сказанное как ему угодно.
 Правда и ничего кроме правды: Спектра-человека в Пространстве Цитадели не существует. Я же не человек... я только похожа.
 Капитан нахмурился, сощурил стальные глаза, но скользкую тему больше затрагивать не стал. Его мало интересовало, Спектр я там или нет: раз уж меня пропустили в порту, мои полномочия априори подтверждены. Его больше волновало иное.
 - По словам сержанта, вы прибыли на "Расселину" для встречи с матриархом Бенезией.
 Я согласно кивнула, растянув губы в подобии улыбки.
 - Верно. Насколько я знаю, она до сих пор находится на этой станции.
 Вентралис поморщился.
 - Матриарх с сопровождением спустилась в риск-лабораторию еще семь дней назад незадолго до... инцидента. Жива она или нет - не знаю, не проверяли. - скривившись, неожиданно честно добавил: - Спектр, посылать туда своих людей я не буду. У меня другие задачи. Но если вы желаете спуститься к матриарху, я дам вам пропуск.
 Прекрасно. Не придется из него этот пропуск вытряхивать.
 - Это было бы уместно. - милостиво кивнула я, протягивая руку и не двигаясь с места.
 На какое-то мгновение мы так и замерли: я с требовательно протянутой рукой и Вентралис, мрачно на меня глазеющий и наливающийся гневом. Я с места сдвигаться и идти к нему за карточкой не собиралась. И дело не в том, что мне тяжело сделать пару шагов вперед или гордость сильно распухла, нет. Тут вопрос иерархии и подчинения. У меня статус выше, я в своем праве требовать встречи со сторонним разумным, не работающим по контракту с корпорацией, арендующей станцию. Вентралису придется подчиниться или высказать свое недоверие обозначенному статусу и начать конфликт. На конфликт без приказа он не пойдет, а подчинившись единожды, он продавится и повторно, если нам это потребуется.
 Капитан полыхнул раздражением, но подошел и вложил мне в руку небольшую пластиковую карту. Прекрасно.
 - Вход в лабораторию через зону техобслуживания. - процедил наемник. - Не перепутайте со входом в закрытую зону.
 - Благодарю. - я убрала карточку в набедренный бокс брони. - А пока, раз вы не возражаете, мы поговорим с выжившими.
 Вентралис возражал! Еще и как возражал! Но - про себя, не рискнув высказать возражения вслух. Лишь стиснул зубы, удерживая рвущиеся наружу слова. Объективных причин запретить мне общаться с пережившими инцидент разумными у него не было.
 Доброжелательно оскалившись напоследок в имитации улыбки, я прошла мимо капитана и направилась к центральному холлу административного центра.
 - "Он не простит и не забудет." - опасно-безмятежная мысль асура пронеслась по ментальной связи. - "При возможности - отомстит."
 Кто бы сомневался, что Аэтера правильно поймет суть вроде как сумбурного бессвязного разговора.
 - "Не простит, не забудет и при возможности отомстит." - согласилась я, размеренно шагая по коридору. - "Мне его хорошее расположение не нужно: Вентралис по-умолчанию противник и ни при каких обстоятельствах союзником не станет. Если поступит приказ на ликвидацию, а это вполне вероятно, нас попытаются убить. Он - наемник, и не позволит каким-то отсутствующим личным привязанностям к чужим ему разумным помешать выполнить работу. Надо будет, и он положит всех, включая тех, с кем работает. В этом он схож с Рексом."
 - "У Рекса лучше развиты инстинкты." - фыркнул асур.
 - "Бесспорно. И опыта больше на порядок. Но Вентралис все равно остается опытным наемником и недооценивать его чревато." - я замерла у массивной двери, ожидая, пока провернется внутренний механизм и створки распахнутся. - "Что-то в ситуации на этой станции очень не так, но я не хочу с этим разбираться. По крайней мере, не до того, как встречусь и поговорю с матриархом."
 Дверь открылась, пропуская нас на небольшую площадку с еще тремя дверьми и выходом лифтовой шахты, ведущей к риск-лабораториям, находящимся на карантине. Об этом сообщал соответствующий символ, нанесенный прямо на створки обычной краской, а для гарантии соблюдения карантина по обе стороны двери стояли два бойца-человека в броне и при оружии.
 - "После может быть поздно." - мудро заметил Гаррус.
 - "Может." - согласилась я, пересекая площадку. - "Сам же знаешь: мне не интересны подковерные войны и интриги внутри корпорации "Байнери Хеликс" или в среде ее наемников. Мое милосердие и понимание сдохло на "Вершине-15", начавшись и закончившись на группе Итана."
 Короткий коридорчик закончился автоматическими дверьми, послушно открывшимися при приближении.
 - "Мрир, а если слить лирику?" - иронично полюбопытствовал Найлус.
 - "А если слить лирику, то я хочу получить координаты, королеву рахни и Бенезию, и свалить, наконец-то, с этого мерзлого куска камня!" - охотно ответила я. - "Желательно, нагадив при этом "Церберу", благо, этот приятный процесс можно совместить с помощью тем, кто мне понравился. Сплошная выгода и масса удовольствия!"
 Найлус хмыкнул, его одобрение и полная солидарность пронеслась по ментальной связке теплой волной, мгновенно поднимая настроение. Не только меня греет идея сделать гадость Призраку и его конторе.
 Желание нагадить "Церберу" с каждым прожитым в этой реальности днем все крепло и крепло, удивительно-бодро взращиваясь по мере чтения собранной Найлусом за время его работы информации. Я полагаю, Сарен бы добавил куда больше нелицеприятных данных, но мне пока хватало того, что я уже узнала. От меня ничего не скрывали. Наоборот, Найлус с истинно-садистским удовольствием вывалил не просто разрозненные факты, а уже обработанную аналитиками Спецкорпуса сводку, в которой давно сведены в единую систему собранные Спектрами данные: цепочки вроде бы случайных терактов, купли-продажи, заказных убийств, подрывов кораблей, передачи контрабанды, разработок наркотиков, имплантатов, генных модификаций, биологического и химического оружия, работорговли, опытов на людях и чужаках, рейдерских захватов, торговли оружием и грязным нуль-элементом, краж всего, что можно стащить от людей до технологий... Чего там только не было! Общая картинка вырисовывалась... кошмарная. В эту мозаику легко, естественно и незаметно канут освещенные каноном подробности: Часка, Фел Прайм, капрал Тумбс, Путь свободы, Новерия, станции Альфа и Тэта, "Лазарь", Гриссомская Академия и опыты на детях, подопытная "Ноль" и Фантомы с Каем Лэнгом, Грейсон, клоны и мутанты, исследования индокринации, хасков, контакты с Коллекционерами и так далее. Список можно продолжать долго и каждый пункт не вызывал симпатии к этой конторе. А уж понимание, что мне с этим колоссом что-то надо будет делать... Ладно, демоны с ним, с "Цербером" и Призраком. Дойдет и до них очередь в свое время.
 Я остановилась недалеко от входа, быстро осматривая просторное прямоугольное помещение. Увиденное мне не понравилось. Не надо быть эмпатом, чтобы ощутить это терпкое уныние, отчаяние и безнадежность. Усталые лица с печатью отчаяния. Безразлично сидящие на стульях разумные, невидяще глядящие куда-то в вечность. Злые и раздраженные бойцы. Испуганные ученые. Прелестно! Жизнеутверждающая атмосфера готовых биться за свою жизнь разумных! Смелость и жажда жизни прямо плещет через край! Особенно вон у тех двоих, забившихся в угол.
 - Джон. Вы со своими людьми и Эшли остаетесь здесь. - произнесла я, поворачиваясь к своим бойцам. - Аэте, ты тоже. Остальные - со мной.
 Коммандер нахмурился, покосился на сержанта Уильямс. Асур коротко кивнул, но тут же беззвучно спросил:
 - "Что я должен делать?"
 - "Проследи, чтобы их не грохнули, если Джон влезет куда не следует. Например, в закрытую зону."
 Аэ чуть заметно улыбнулся, бросил ироничный взгляд на хмурого коммандера.
 - "Но не мешать ему?"
 - "Нет. Зачем? Пусть походит, поговорит с народом. Если он умудрится активировать протокол "Сторожевой Пес" - это даже нам на руку, но в этом случае перебей всех наемников. Вентралиса по возможности оставь живым, но не обязательно целым. Так, чтобы мог говорить. Единственное что, не дай Джону сунуться в карантинные лаборатории, в которых произошла утечка экспериментального "токсина". Я не знаю, что там за дрянь на самом деле, может и вирусняк какой-то." - подумав, добавила: - "И при возможности, не грохни вот эту азари, если она, конечно, сама не нападет. Она на Сарена работает и может быть полезна."
 Аэте оживился, с интересом глянул на указанную синекожую красотку.
 - "Понял. Я все сделаю."
 - "И еще одно. Будешь убивать, выруби сначала Джона. Или делай это так, чтобы он не понял, насколько ты далек от обычного человека. Рано ему еще знать такие подробности."
 - "А остальные?"
 Я не сдержала иронии:
 - "Ну должен же хоть кто-то в отряде начать соображать помимо Николауса? Не все же сгружать на бедолагу?"
 Мягкая улыбка приподняла уголки губ, придавая смазливой мордахе мечтательное выражение. Нико подозрительно покосился на Аэ, на меня, нахохлился, поджав губы.
 - "Аэ, если найдешь кого-то из турианцев, кто о вас знает, поговори, может, что-то полезное расскажет. Не думаю, что тебе откажут в беседе, когда узнают."
 - "Не откажут." - уверенный ответ. - "Меня узнают. По символу а"тарэ."
 Так вот зачем он черным маркером намалевал на куртке этот знак!
 - "Тебя вообще с людьми сложно спутать." - проворчал Найлус.
 Обведя внимательным взглядом немногочисленных разумных, асур оживился.
 - Я пойду?
 Получив разрешающий кивок, Аэте умотал, провожаемый тяжелым взглядом Нико и раздраженным - Джона.
 - Коммандер, мы уходим к риск-лаборатории поговорить с матриархом Бенезией. Проследите, чтобы нас не отрезали от монорельса. - переведя взгляд на хмурого Нико, добавила: - На время нашего отсутствия командование вашей группой переходит к вам. Поговорите с выжившими, возможно, что-то узнаете.
 Джон бросил быстрый взгляд на асура, уже успевшего пройти половину холла, но желчный вопрос задавать не стал, хотя он очень хотел спросить, будет ли подчиняться его приказам Аэте. И так понятно, что не будет. Особенно, если приказы Джона будут противоречить моим.
 - Вас понял, Спектр.
 Понял он...
 
 Знакомиться с кучей перепуганного и задерганного народа, неравномерно рассредоточившегося по залу мне не особо хотелось. Пусть Джонни с ними общается и выслушивает сбивчивые жалобы на уставших и озлобленных бойцов, сидящих на стимуляторах уже не первые сутки, а я, раз уж капитан Вентралис был столь любезен, что сразу отдал мне пропуск, прямой наводкой направилась через весь холл к очередной типовой двери, ведущей на лифтовую площадку.
 Я довольно смутно помню планировку канонной станции "Расселина", но то, что я уже увидела, кардинально отличается от сумбурных воспоминания о прообразе. Все помещения куда просторнее, поскольку рассчитаны на большее число разумных, нет никаких бессмысленных извилистых туннелей, коротеньких металлических сетчатых лестниц, перил, ограждений и прочего, придающего интерьеру "техничность". Оформление административного центра мало отличалось от обыкновенного офиса крупной и успешной корпорации, разве что отсутствующие окна заменяли панорамные экраны, на которых выводилось изображение пейзажей или какой-то полезной информации, да двери - массивные двухстворчатые металлические шлюзовые конструкции с небольшими информационными табло, сообщающими, куда они ведут. Сам холл оформлен в приятной для глаза светлой серо-синей гамме, грамотно зонирован, хорошо освещен и как на мой взгляд выглядел довольно стильно. Пол выложен полимерными плитами, никакого металла. И, тем более, никаких провалов у стен с перилками, никаких окон-иллюминаторов, которые в каноне позволяли всем желающим насладиться изумительным видом неровно обпиленного льда. Ага, и напомнить людям, что они глубоко в недрах древнего ледника на условно-необитаемой планете. То что надо для поднятия оптимизма.
 Мощная дверь, удивительно гармонично вписавшаяся в общий интерьер, услужливо распахнула створки, пропуская нас на квадратную площадку с выходами лифтовых шахт. Их тут три и все ведут к разным риск-лабораториям, до которых еще предстоит добираться внутренним монорельсом, поскольку лабораторные комплексы, хоть и считались частью единого центра "Расселина-4", располагались на значительном расстоянии.
 Я молча передала пропуск уставшему и сумрачному бойцу-человеку. Мужчина глянул на карточку, приложил ее к сенсорному замку, получил подтверждение и так же молча вернул ее мне.
 - Далеко до риск-лаборатории? - спросила я, глядя, как сменяются цифры на табло.
 - Минут за двадцать доберетесь, там прямой коридор до перрона и короткий монорельс. Это если поезд с нашей стороны. Если нет - или ждите, пока прибудет состав, или запустите второй. Обратитесь к техникам, они там есть. Помогут. - хрипловатым голосом ответил боец.
 - Благодарю.
 Мужчина полыхнул приязнью, осмотрел наш разношерстный отряд и добавил:
 - Вам придется спускаться в два захода: в лифт больше пяти бойцов в броне не влезет, грузовые лифты мы отключили и заварили: через них лезли... тараканы.
 - Часто нападают? - спросил Найлус.
 Боец почесал щетину, покосился на напарника.
 - Сейчас уже не особо. Раз в сутки могут. Вот в первые дни перли постоянно. - вздохнул, помялся. - Вы там внизу осторожнее. Их еще много...
 Подъехал лифт, распахнул створки, обрывая разговор. Поблагодарив бойца, я вошла в кабинку. В эту ходку со мной поехали Дэрг с Диланом и Гаррус. Лиара и Рекс с Найлусом спустятся вторым рейсом. А мы как раз успеем проверить коридор до монорельса и перрон.
 
 * * *
 
 Высокий турианец запнулся на полуслове, настороженно глядя на идущего по холлу молодого человека из новоприбывшего отряда. Высокий, беловолосый, в остатках покореженной брони и в чужой куртке, ранее принадлежавшей бойцу ЭРКС, застегнутой под самый подбородок. На порванном под оружейным захватом поддоспешнике - заледеневшая кровь, которая в теплом помещении начала оттаивать и теперь стекала по ноге и ботинку. На захватах - одноручный фламберг и пистолет. Оба вида оружия производства Иерархии: фламберг именной, пистолет - сверхтяжелая военная модель, предназначенная для... Взгляд зацепился за простенький символ, нарисованный черным маркером на светло-серой ткани куртки - разомкнутый овал и два вертикальных клина, пересекающие его по нижней длинной дуге.
 - А"тарэ... - прошептал мужчина, удивленно заморгал. - Вот уж кого не ожидал здесь увидеть.
 Его собеседник удивленно развел мандибулы, проследил взгляд друга и хмыкнул, вежливо склонив голову в приветствии. Асур, отследив реакцию, направился прямиком к ним, широко улыбаясь.
 - Неожиданная, но приятная встреча. - благожелательно произнес турианец с алыми клиновидными метками на неизвестном в Пространстве Цитадели диалекте, когда парень остановился возле них. - Адари Новис. Мой коллега Сорах Аор.
 Сорах приветственно склонил голову.
 - Аэтера. - представился асур, разглядывающий их с неподдельным любопытством.
 - Ты что-то хочешь узнать или просто так поговорить подошел? - прямо спросил Адари, глядя в неестественно-яркие глаза, прикрытые полосой визора.
 Аэте удивленно моргнул и уточнил:
 - А почему я не могу просто поговорить и узнать то, что меня заинтересовало?
 - Действительно. - турианец хмыкнул. - Так что тебя интересует?
 Ответ был лаконичным:
 - Рахни.
 Адари развел мандибулы в усмешке.
 - Судя по твоему виду, с ними ты уже повстречался.
 Парень закивал.
 - Да. Встречался. На "Вершине-15". - асур сделал небольшую паузу, давая собеседнику время понять подтекст. - После того, как я закончил зачистку комплекса, мне стало интересно, кто вывел модифицированных безумных клонов и зачем они нужны были в таком количестве. У них же нарушен механизм генетической памяти и связи с Королевой! Они невменяемые и неконтролируемые! - губы сжались в полоску, глаза засияли ярче. - Зачем их усиливать в ущерб разуму? Защитники Королевы были очень... сильными. Но тупыми. Не понимаю смысла.
 Турианец развел руками.
 - Сожалею, Аэтера. Я не работал в этом проекте и мало что могу тебе рассказать. Но ты можешь поговорить с волусом, Ханом Оларом. Он один из немногих, кто сумел спастись из лаборатории в день прорыва. Возможно, он сможет что-то тебе рассказать. Но учитывай, он немного повредился рассудком после произошедшего.
 Асур нахмурился.
 - Насколько сильно?
 - Я с ним не общался. - тактично ответил Адари. - Не знаю, где он сейчас, но с утра был возле лифта в зону техобслуживания. За ним присматривает один из охранников, Саир. Он как раз должен быть на посту у второго входа в карантинные лаборатории.
 - А он... Ну... - Аэте замялся, скосил взгляд на подопечных людей, о чем-то увлеченно шушукающихся.
 Турианцы его поняли: Сорах усмехнулся и сказал:
 - Да, он знает. Саир - мой сослуживец, на Флоте служили вместе, так что с такими как ты сталкивались.
 Люди закончили что-то бурно обсуждать, их командир упрямо поджал губы и куда-то целеустремленно направился. Остальные гуськом потянулись вслед. Асур тяжко вздохнул, с досадой глядя на людей.
 - Что, оставили присматривать? - понимающе усмехнулся Адари.
 - Ага... - химера вздохнул еще тяжелее, провожая взглядом пятерых бойцов. - А куда они..?
 Сорах глянул на пометку на дверях и ответил:
 - В медицинский отсек. Но сейчас там только выжившие из карантинной зоны. Вентралис их не пристрелил лишь потому, что они в закрытых капсулах, и по словам доктора Коэна биотоксин "Торос-Б" уже не заразен.
 Последние слова турианец произнес с явным сарказмом. Асур подвис, переваривая странное сочетание, удивленно хлопнул глазами и осторожно уточнил:
 - Биотоксин? Заразен? А... Но как...
 Красноречие увяло. Парень стоял и недоуменно хлопал глазами, пытаясь понять, как токсин вообще может стать заразным.
 - Не спрашивай. - Сорах хмыкнул. - Хочешь - сходи, поговори с доктором.
 - Хочу. - Аэ оживился. - А...
 Турианец отмахнулся.
 - Иди-иди, никуда мы отсюда не денемся. Еще поговорим, если захочешь.
 Асур улыбнулся, церемонно склонил голову и тут же умотал вслед за группой подопечных, догнав их у самых дверей медотсека.
 
 
 * * *
 
 Вопреки опасениям, проблем с отправкой в риск-лабораторию у нас не возникло: территория была уже зачищена. Спустившись, мы сразу же попали на глаза бойцам ЭРКС, стоящим на охране у лифтовой шахты. Мужики оказались понимающими, лишних вопросов не задавали и вообще отнеслись к нашему желанию добраться до риск-лаборатории спокойно. Как говорится, хотим найти себе приключений - пожалуйста, это наше право себя угробить. А если мы пару рахни подстрелим, им всяко проще будет.
 Дождавшись прибытия второй части группы, нас сдали на руки техникам, а те уже запустили поезд монорельса и отправили нас в лабораторию. Быстро, четко, оперативно и совершенно равнодушно. Как багаж. Или будущих покойников.
 Поезд тронулся, едва уловимо загудел двигатель, разгоняя состав из одного-единственного длинного вагона, за окнами замелькали неровно оплавленные ледяные стены, грязно-серые в свете тусклых технических ламп туннеля. До риск-лаборатории недалеко, всего-то три километра. Поезд доедет минут за пять-десять, не больше.
 Подошел Дэрг, придерживаясь за поручень, покосился на Найлуса, сел рядом со мной на скамью. Дилан подошел ближе. Так, чтобы слышать даже очень тихий разговор.
 - Душка...
 - М? - я вопросительно склонила голову.
 Дэрг снял шлем, почесал затылок, вздохнул.
 - Что нам ждать?
 - А я откуда знаю? - недоуменно спросила я. - Приедем - узнаем.
 Он дернул щекой, хмуро поджал губы.
 - Ты что-то знаешь, иначе не оставила бы всех лишних там, наверху. - косой взгляд на Рекса. - Крогану на все насрать, он наемник. Об увиденном болтать не будет. Лиара... - Дэрг скривился, одной гримасой показывая свое отношение к малолетней азари. - Одно не понимаю, зачем ты оставила с ними Аэте.
 - Чтобы их там в случае чего не перебили. - мягко ответила я.
 - Это возможно?
 Я кивнула.
 - Это вероятно, если Джон полезет куда не следует. Аэте проследит, чтобы их там не перестреляли, и гарантирует, что нас не отрежут от монорельса и не запрут в затапливаемых риск-лабораториях. А еще он поможет отбиться, если нападут рахни.
 - А если мы здесь встретимся с рахни? - сумрачно спросил боец.
 - Это уже моя забота.
 - И все же, Имрир. Что нам ждать? - негромко спросил Дилан.
 Я вздохнула.
 - Точно сказать я не могу. Только предположения. По идее, азари зачистили лабораторию, так что рахни быть не должно. Но могут быть геты. Девочек я вырублю до того, как они откроют огонь. С гетами сложнее, но их не может быть много, разобраться сумеем. - глянув на греющего уши крогана, цинично добавила: - А Рекс, наконец-то, сможет повоевать, чего ему так хотелось все это время.
 Голова в массивном глухом шлеме повернулась ко мне, но наемник здравомысляще промолчал.
 - С Бенезией я собираюсь обойтись без лишней стрельбы и беготни. У меня есть чем ее вырубить до состояния, в котором станет возможен диалог. Геты... Зависит от их программы и приоритетов. Но точно узнаем лишь на месте. - глянула на информационное табло в хвосте вагона. - Прибываем через четыре минуты.
 Дэрг коротко кивнул, но вставать с места не собирался. Только откинулся на спинку сидения, прикрыл глаза, расслабился, насильно выкидывая из сознания тревожные мысли. Правильно. Лишние тревоги и ненужные мысли ни к чему.
 Поезд начал тормозить, постепенно сбрасывая скорость, накатом приближаясь к станции риск-лаборатории. Вновь загудел двигатель, состав едва заметно качнулся и остановился точно у положенной отметки.
 - Это... - Дилан неопределенно помахал рукой в воздухе, разглядывая нестандартный декор серых плит перрона.
 - Жизнеутверждающе. - хмыкнула я. - Прям как окраска бота Найлуса. Были б плиты черными, было б один в один.
 Дэрг хохотнул, надел на голову шлем.
 - Точно! - еще один смешок. - Умеешь ты настроение поднять даже в такой жопе!
 - Проверь. - я кивнула на двери.
 Гризли перехватил удобнее дробовик и вышел на перрон, не задумываясь оттерев напарника и жестом приказав ему не высовываться. Дилан подчинился, даже не думая возражать. Сейчас, в боевой обстановке, работали инстинкты боевых химер, уже начавшие развертку в подсознании моих бойцов. Это в безопасности корабля Дэрг никогда не спорил в Диланом, выполняя все его приказы и подчиняясь автоматически, но здесь, когда более слабому товарищу может грозить опасность... Инстинкты химеры военной ветви сработали без осечек.
 Быстро осмотревшись, Дэрг обошел перрон. Тем же текучим стремительным шагом, каким обычно передвигается Аэте. Генетическая память разворачивалась вместе с инстинктами, ненавязчиво и незаметно подменяя устоявшиеся привычки и подгоняя моторную память под изменяющийся организм. Дэрг еще не асур, но уже и не полупробудившийся полукровка. И, тем более, давно - не человек.
 - Чисто. - спокойный голос раздался в наушниках шлема.
 Боец вернулся к поезду и встал сбоку от дверей в пол оборота к туннелю. Я вышла из поезда следом за Найлусом и прямиком направилась к дверям, подмигивающим алыми индикаторами, обходя заледеневшую кровавую лужу характерного лилового цвета, бегло сканируя окружение.
 Ментальный план полыхал яркими пятнами мощных эмоций, пронесшихся по всему комплексу в момент прорыва рахни: боль, ужас, паника, отчаяние, черные всплески предсмертной агонии. Эти чувства прекрасно дополнили собою и без того насыщенный фон лаборатории, усложняя обнаружение живых разумных, а наложившись на излучение королевы рахни, пытающейся дозваться до своих безумных детей... Месиво. Работать без полного погружения - невозможно. Но я же не только менталист...
 Присев, прикоснулась к полу, активируя Печать. Броневые перчатки скрыли свечение рук, Лиара как завороженная глазела на кровавое пятно и ничего не замечала, Рекс сверлил взглядом Дэрга, и развертка печати объемного сканирования прошла для них незамеченной, проявившись тончайшими мерцающими линиями на какую-то секунду. А золотистые огоньки, мелькнувшие по стенам... Ну подумаешь, привиделось. С кем не бывает?
 Заклинание отработало, принеся план лаборатории с местами скопления живых существ и неживых объектов, покрытых аурой мыслительной деятельности и пятнами убийств. Геты? Вероятно. Если так, их всего-то с десяток, и они довольно далеко от азари. Рахни маячили на самой границе действия поисковой Печати вместе с гетами.
 - Гаррус, вскрой. - я указала на нужные нам двери.
 Ррус согласно кивнул, подбежал к дверям и занялся работой.
 - Бенезия здесь, до нее около трехсот метров по прямой. - сказала я, чувствуя интерес асура по ментальной связи. - В лаборатории кроме ее отряда никого живого не осталось, все рахни, их шесть особей, на другой стороне ближе к техническим туннелям. При возможности, я предпочту избежать встречи с ними.
 Дверь протестующе пискнула, но индикатор сменил цвет с тревожно-красного на приятный нашему глазу зеленый.
 - Задачи те же: мне надо поговорить с матриархом Бенезией и с королевой рахни.
 Рекс вскинулся, насторожился, пристально глядя на меня сквозь глухой шлем. Дэрг растерянно хлопнул глазами, Дилан полыхнул недоумением и тревогой.
 - Да, королева в этой лаборатории. - согласно кивнула я на невысказанный Дэргом вопрос. - И да, она вполне разумна и вменяема, так что я надеюсь с ней договориться. И Рекс. Ее уничтожение в мои цели не укладывается. Как и гибель матриарха. Понятно?
 Кроган буркнул:
 - Да понял я.
 - Прекрасно. Потому как если мне удастся договориться с королевой, назад она поедет с нами.
 - Ты сумасшедшая, Шепард. - громыхнул Рекс, покачивая дробовиком.
 - Это признано официально. - флегматично отозвалась я, пожимая плечами.
 - Но мне это нравится. Ха! Договориться с рахни! - наемник покачал головой. - Еще и с собой утащить...
 Я не сдержала жесткого смешка.
 - Как на мой взгляд, "Цербер" обойдется без этого милого насекомого, а даме нужно тихое и спокойное место, где она сможет растить деток подальше от всяких идиотов.
 - Ты так говоришь, словно уже с ней договорилась. - проворчал Рекс. - А может она такая же, как и эти, мелкие.
 - Она не такая. - безмятежно ответила я, вслушиваясь в далекий клубок эмоций, пульсирующий в голове ярким зовом. Призывом, брошенным в пространство без конкретного адреса.
 - И почему?
 - Потому что она боится. - мягко и укоризненно произнесла я. - А еще она просит о помощи. Нет, она кричит, моля о пощаде. А тот, кто просит, пойдет на диалог... Главное дать ей шанс и уметь... - я запнулась, подбирая слово.
 - Говорить? - тихонько спросила Лиара.
 - Слышать и слушать. Главное - уметь слушать...
 От криков королевы содрогался ментальный план. Она отчаянно зовет на помощь, она очень-очень хочет жить и готова на многое, посылая в ментал импульсы эмоций и намерений. А я только что дала отклик на очередной зов, перепахавший астрал и ударивший в голову тараном. Запрос-ответ с предложением. Никаких слов. Только одни эмоции, ведь они универсальны во всех вселенных. Любое существо одинаково боится и ненавидит, любит и страдает. Не важно, настолько оно разумно и на каком языке говорит. Чувства - одинаковые. Самый универсальный язык, ведь даже образы у всех разные, как и может разниться взгляд на мир.
 Меня почувствовали и поняли: в голову шибануло искренней надеждой, щедро приправленной страданиями и страхом. Одиночество, леденившее восприятие, смыло искристым потоком радости и ожидания. Королева будет меня ждать. Она меня опознает, в каком бы виде и облике я ни пришла. Опознает по ауре, по ментальному отпечатку и по "песне" мысленного потока. Она будет со мной говорить. Она ХОЧЕТ со мной говорить!
 - Двигаем.
 Переступив кровавую лужу, я пошла вперед, в коридор, ведущий к внутренним помещениям лаборатории, чьи стены обильно заляпаны уже свернувшейся разноцветной кровью, а на полимерном покрытии пола уже почти не проступал его настоящий цвет.
 
 
 * * *
 
 В медотсеке царила унылая тишина, прерываемая шумами работающего оборудования и изредка - шелестом ткани форменного комбинезона характерного для научного сотрудница серо-синего цвета. Высокий мужчина устало повел плечами, бросил взгляд на подсвеченный изнутри купол медицинской капсулы, тяжело вздохнул и собрался было вернуться к работе, как двери с привычным шелестом открылись, пропуская в просторное помещение группу незнакомых вооруженных людей. Доктор Коэн растерянно заморгал, снизу-вверх глядя на рослого мужчину, которого он никогда раньше не видел на "Расселине", а за эти дни Зев успел познакомиться со всеми выжившими.
 - Что... Что вам нужно?
 Командир отряда представился по-военному четко:
 - Коммандер Джон Шепард. - немного подумав, добавил: - Я не хотел вас побеспокоить.
 Ученый сглотнул и промямлил:
 - Нет. Вы ничего такого не сделали. Я просто немного... устал. Я доктор Зев Коэн. - несколько неуверенно ответил мужчина и тут же поправился: - Доктор - не в смысле "врач". Я микробиолог.
 Джон покосился на работающие капсулы.
 - Что с ними случилось? Рахни?
 Доктор покачал головой.
 - Нет. Они отравлены токсином. Произошло ЧП... - Коэн запнулся, покосился на военного, сглотнул. - Я... Я давал подписку о неразглашении. Мне нельзя обсуждать это ни с кем за пределами компании.
 - Но вам придется рассказать, потому что я могу помочь. - несколько грубовато заметил боец.
 - Хотелось бы верить... - чуть ворчливо отозвался ученый, но тут же поправился: - ...что компания сочтет наши жизни более ценными, чем свои секреты.
 Николаус поморщился. Фальшь в словах доктора была столь очевидна, что оставалось лишь удивляться, как коммандер ее не заметил. Но Джон - не заметил, а Зев тут же переключил разговор, съехав со скользкой темы:
 - Вы знаете Миру? Виртуальный интеллект "Вершины-15"? Она обеспечивает безопасность... наших экспериментов.
 Джон кивнул.
 - Знаю. Мы ее включили, когда проходили исследовательский комплекс.
 - Так это были вы? - преувеличенно-радостно воскликнул Коэн, словно кто-то еще мог включить ВИ на вымершей станции. - Я вам благодарен! Пока она не работала, автоматика не включалась. В разгар эксперимента мы потеряли связь с Мирой, и режим карантина был нарушен. Эти трое подверглись действию... токсина. Вещества, с которым мы работали.
 Аэте удивленно заморгал и с искренним недоумением в голосе задал вопрос:
 - А это нормально?
 Джон запнулся на полуслове, люди удивленно воззрились на беловолосого парня.
 - Что? - настороженно переспросил доктор.
 - Ну, делать такую систему безопасности, которая в случае любой проблемы сама нарушает безопасность процесса работы над опасным веществом? - сумбурно спросил Аэ, чуть запинаясь на словах. - Почему потеря связи с ВИ, располагающейся в совершенно другом комплексе, приводит к нарушению протоколов безопасности и карантина в удаленной риск-лаборатории? Это же нелогично... Нет, это просто глупо! Разве лаборатории не должны быть автономными? Ну, источники питания, защитные механизмы. Автоматическая карантинная блокировка, наконец! А тут... - он запнулся и развел руками. - Может, я что-то не так понял?
 Доктор растерянно моргал, глядя в яркие глаза, чуть заметно светящиеся под голограммой экрана визора, и не знал, что ответить молодому парню на вроде как наивный, полный искреннего недоумения вопрос. Жестокий вопрос, разом всколыхнувший тонны грязи.
 - Это сейчас не важно. - недовольно буркнул Джон, бросив косой взгляд на наивно хлопающего глазами парня. - Доктор, если вы сделали этот токсин, значит, должны знать, как их вылечить. - резонно заметил коммандер.
 Коэн поморщился.
 - Приоритетной задачей был сам токсин. К синтезу противоядия мы были уже близки, но тут отключилась Мира. Наши записи и оборудование заперты в карантинных лабораториях. Вентралис боится дополнительного заражения.
 Джон помрачнел, не видя, как кривится Николаус, а Аэте удивленно приоткрыл рот, но от комментариев удержался.
 - Он прав, что никого туда не пускает?
 - Нет! - возмущению доктора не было границ. - У токсина короткий период жизни. Потом он распадается на простые протеиновые цепочки. Но Вентралис не слушает!
 - Я поговорю с ним. Возможно, мне удастся его убедить.
 Коэн облегченно вздохнул.
 - Официально я не имею права просить вас это сделать. Но если к вас что-то получится, я буду очень благодарен.
 Лицо Ника приобрело непередаваемое выражение тоски и вселенской грусти: вся фигура его подопечного выражала непоколебимую жажду деятельности и желание помочь бедолагам-ученым. И Джон его не разочаровал:
 - Что нужно, чтобы получить для них лекарство?
 - Рядом с жилыми помещениями для ученых находятся карантинные лаборатории. Там вы отыщите наши заметки. Надо просто выполнить все так, как в них написано.
 Беловолосый парень что-то невнятно булькнул себе под нос на неизвестном языке. Нико устало прикрыл глаза, сглотнув все слова, которые ему очень-очень хотелось высказать командиру. А Вивьен просто растерянно хлопал глазами.
 - Мы попробуем что-то сделать, доктор Коэн. - доброжелательно произнес Джон. - Как ваши ученые?
 Доктор покосился на бойца, но ответил:
 - Лучше, чем охранники. Те с первого нападения не могут расслабиться. Я даю им стимуляторы, но любому виду нужно когда-то спать. Они начинают нервничать. Терять рациональное мышление...
 Джон нахмурился.
 - Вы имеете в виду, что они...
 - Они нервничают. - увильнул от прямого ответа ученый. - Мы стараемся их не раздражать и не нервировать. И, честно говоря, иногда они пугают сильнее рахни.
 - Не переживайте. Я буду вежлив.
 Взгляд доктора был крайне красноречив, но Зев удержался от комментариев. Мало ли... А вдруг получится?
 - В таком случае, я буду вас ждать здесь. - развел руками ученый, доброжелательно улыбаясь и глядя в спину бойца.
 Люди покинули медотсек. Только беловолосый парень задержался у дверей, придерживая рукой пытающиеся закрыться створки, и негромко произнес:
 - Знаете, доктор Коэн, я, конечно, не могу назвать себя токсинологом или биохимиком, но за свою жизнь достаточно узнал и многое повидал. И никогда ранее не слышал, чтобы противоядие от биологического яда военной разработки можно было собрать по рабочим записям при полном отсутствии даже элементарных знаний по химии и навыков работы со специализированным лабораторным оборудованием.
 Высказав, парень вышел из медотсека, а доктор еще долго время смотрел на закрывшиеся двери. И на небольшие помятости на металле, оставленные тонкими пальцами.
 
 
 
 
 

Глава 55: Новерия: там было заперто, Джон!


 
 
 - Ты уверен? - тихо спросил Николаус, поравнявшись с идущим быстрым шагом командиром.
 - У тебя есть возражения? - резко бросил Шепард.
 - Есть! - прямо ответил Нико. - Джон, я не нахожу идею спуститься в закрытые на карантин лаборатории - здравой. И я искренне сомневаюсь, что противоядие можно сделать по записям. Это же не суп сварить!
 Коммандер поджал губы и упрямо вздернул подбородок.
 - Никто из нас не умеет пользоваться лабораторным оборудованием! - продолжил Ник, пытаясь убедить командира отказаться от глупой идеи. - О химии ты знаешь только то, что такая наука существует! Ты же даже не разберешь рабочие записи биохимика!
 Но попытки достучаться до здравого смысла Джона успехом не увенчались: Шепард только зло тряхнул головой, стиснул зубы и прямой наводкой пошел к капитану Вентралису. Николаус, обреченно выматерившись на родном языке, сплюнул, мрачно сверля взглядом спину подопечного... удерживая острое желание чуть-чуть прижать ему шею в нужном месте. Сразу решит проблему самодеятельности, но тут же добавит новых.
 Выматерившись еще раз, Нико перевел взгляд на приближающегося быстрым шагом Аэте.
 - Хоть ты меня не разочаровывай! - буркнул раздраженный аналитик, сумрачно глядя в ненормально-яркие глаза за лазурной голографической полосой.
 Парень хмыкнул.
 - Мне сказать, что я тоже не верю в то, что человек, бесконечно далекий от биохимии и токсинологии, сможет синтезировать противоядие от боевого отравляющего вещества по чужим рабочим записям? - ирония и язвительность в мягком мелодичном голосе зашкаливали.
 - Да, скажи. Порадуй меня высказанной вслух здравой мыслью.
 Аэте послушно повторил:
 - Я не верю в то, что человек, бесконечно далекий от биохимии и токсинологии, сможет синтезировать противоядие от боевого отравляющего вещества по чужим рабочим записям. - усмехнулся, полюбопытствовал: - Тебя это порадовало?
 - Несказанно! - Нико покосился на Джона, уже дошедшего до середины холла. - Всегда радует, когда кто-то мозги по назначению использует! - тяжко вздохнув, прямо спросил: - Какие у тебя приказы? Не говори, что тебя оставили с нами так, за компанию. Не расстраивай меня. Я не слепой и, смею надеяться, не дурак. Куски хитиновой брони воинов и защитников рахни опознал. Сделать выводы о твоих боевых навыках и возможностях несложно, даже если эти выводы вгоняют меня в ступор и заставляют... сомневаться в здравости этих выводов.
 Асур сощурился, Нико поморщился.
 - Не надо так на меня смотреть! Приказа на ликвидацию у тебя нет, иначе мы были бы уже мертвы. Надо было бы - перебил еще в поезде.
 Аэте улыбнулся и неожиданно признался:
 - Имрир запретила тебя убивать, даже если ты узнаешь больше допустимого.
 Простые, но честные слова, высказанные мягким, вкрадчивым тоном, отдались морозцем, стекшим по спине льдистой волной.
 - О, меня это крайне вдохновляет. - аналитик передернул плечами, не желая спрашивать, что именно он может узнать. - Информационная ловушка, да?
 - Да. - парень согласно кивнул, хмыкнул и ответил на ранее заданный вопрос: - Меня действительно оставили с вами за компанию.
 - С каким приказом?
 - Имрир мне не приказывает, я подчиняюсь добровольно. Она всего лишь говорит, что хочет, чтобы я сделал. Я делаю.
 Нико вопросительно приподнял бровь, всем видом демонстрируя, как сильно он жаждет узнать, что же Спектр попросила его сделать на этот раз.
 - И что ты должен сделать?
 - Проследить, чтобы вас не убили, если Джон полезет куда не следует. - пожав плечами, ответил асур.
 - Если Джон может, то делает. Иногда - вопреки здравому смыслу. - досадливо буркнул немец. - Я так полагаю, вмешиваться ты не будешь.
 Легкая улыбка была более чем красноречивой.
 - А мне стоит вмешиваться? Или дать ему свободу действия? - в голосе аналитика против воли промелькнула едкая горечь и досада.
 Улыбка стала жестче, превращаясь в неприятный оскал.
 - Выразительно. Но?
 - Ты же сам понимаешь: сейчас остановить его может или прямой приказ Имрир или рукоприкладство. - нейтрально ответил асур.
 - Рукоприкладство надежнее. - ворчливо заметил аналитик. - Но с приказом проблем меньше. - покосившись на закрывшиеся за отрядом двери, с досадой произнес: - Спектр знала, что Джон не усидит и пойдет искать проблемы.
 Аэте кивнул.
 - Это было очевидно. Напряжение накапливалось с момента перевода на "Нормандию". Рано или поздно, Джон сорвется. Пусть это произойдет здесь и сейчас.
 Черные глаза сузились.
 - Нико, захочешь - поговорим на корабле. - мягко укорил асур.
 Аналитик устало прикрыл глаза. На мгновение, унимая расшалившиеся нервы. Захочет - не захочет... какая уже разница, если ему нужны ответы.
 - Информационная ловушка?
 - Она самая. - усмешка стала очевидной и неприкрытой. - И ты в нее влезешь.
 - Я не хочу. - в голосе - усталость и безнадежность принятого решения.
 - Не хочешь. Но все равно влезешь. Потому что у тебя...
 - Накопилось слишком много вопросов, на которые мне очень сильно нужны правдивые ответы. - ворчливо закончил Николаус. - Знаешь, Аэте, сейчас я тебя почти ненавижу.
 Асур улыбнулся.
 - Знаю. Но ведь только почти?
 - Да. Только почти. - черные глаза сощурились. - Выключи визор. Порадуй меня такой малостью.
 Аэтера не стал вновь напоминать об информационной ловушке, в которую только что наступил Николаус: тот сам все понимает, просто озвучил принятое решение подобным образом. Вместо этого асур поднял руку и тронул визор за дужку, отключая голографический экран, и взглянул непробужденному сородичу в глаза.
 Мужчина вздрогнул, приоткрыл рот, закрыл рот, проглотил готовые сорваться слова, потряс головой. Аэте вновь включил визор, и голубое поле перечеркнуло лицо сияющим экраном, пряча горящие раскаленным металлом глаза.
 - Об этом я тоже спрошу. Потом... Когда буду морально готов услышать ответы, которые изменят мой мир. - буркнул Нико, хмуро глядя на собеседника. - Пошли, догоним Джона. Иначе пропустим самое интересное.
 - Как Вентралис его пошлет? - иронично уточнил беловолосый парень.
 - Точно!
 
 * * *
 
 Леди Бенезия. Матриарх азари. Женщина с огромной политической и религиозной властью. Сильный биотик с множеством верных последователей и учеников. В общем - личность неоднозначная и чрезвычайно могущественная, а на проверку оказалась миловидной хрупкой барышней с личиком сердечком, пухлыми губками бантиком, чуть раскосыми лазурными глазками, весьма пышными формами и точеной фигуркой, которую нисколько не скрывала легкая броня. Милашка! Очаровательная милашка с паскудным характером властной суки, нисколько не ценящей чужие жизни.
 Насколько сильно Бенезия не ценит чужие жизни я выяснять не стала: едва двери перед моим носом распахнулись и позволили окинуть взглядом центральное помещение лабораторного комплекса, я тут же пустила веером сонные чары, накрывая разом весь зал и прилегающие коридоры. Обычные, самые простые, но от этого не менее действенные сонные чары, быстро и надежно усыпляющие любое разумное существо в радиусе полукилометра. Бить менталом сейчас чревато и малоэффективно: неизвестно, как сильно уже повреждено сознание азари после воздействия Властелина, насколько десантницы уязвимы к такого рода атакам и как они могут отреагировать на мое вмешательство. И как может переклинить мозги матриарха от такого удара. Расстраивать Лиару и доводить ее мать до гибели или слабоумия мне не хотелось, но и желания выслушивать всю ту ахинею, которую вещает Бенезия в каноне, тоже никакого.
 Сонные чары прокатились по комплексу, гася яркие искры сознания разумных до тусклого огонька крепко спящих существ. Даже массивная Королева, сидящая в своей прозрачной банке, уснула: сумбурный вал ее мыслей угас, сменяясь безмятежностью дрёмы.
 - Проверить помещение. - входя внутрь, коротко приказала я. - Все двери - блокировать. Азари перенесите сюда. - я указала на небольшой сетчатый помост. - Лиара, пока мы не закончим работать, от Рекса не отходить. Рекс, остаешься здесь и присматриваешь за Лиарой.
 - Присмотрю. - буркнул кроган, удобнее перехватывая дробовик. - Не люблю я ждать, малая.
 Я хмыкнула, повернула голову в сторону пышущей опаской массивной фигуры.
 - Знаю. Но ты умеешь ждать... и молчать. Иначе не дожил бы до своего возраста.
 Мастер Войны едва слышно выматерился, передернул плечами, но от дальнейших комментариев удержался.
 Интересно, когда Рекс дозреет до разговора? Понял уже, что по собственному почину влез в водоворот событий, из которых не сможет выбраться. Есть определенная черта, до которой он еще может развернуться и свалить в неизвестные дали, но если он ее переступит... никто не отпустит его живым. А сейчас он как раз к этой черте подошел.
 Отвернувшись от крогана, я пошла к центральной платформе. Вот кто-кто, а Рекс меня сейчас волновал меньше всего! Моим вниманием целиком и полностью завладела Королева рахни, мирно спящая в изоляторе. Даже Бенезия, которую мне так нужно было найти, не вызывала такого дикого, неестественно-сильного желания побыстрее заполучить ее в свои руки, как это несчастное юное насекомое.
  - Красавица моя... - промурлыкала я, замерев перед толстым "стеклом". - Ну же, давай, просыпайся...
 Рахни зашевелилась: сонные чары развеялись. Ментал полыхнул яркими противоречивыми эмоциями, вызывая у меня чуть ли урчание. Сильнейший природный менталист! Покорный природный менталист, юный, одинокий, испуганный... попросивший защиты. У меня! И готовый мне подчиняться!
 Она прелестна!
 - Просыпайся, маленькая... Никто больше тебя не обидит...
 Что на меня нашло? Сама не понимаю! Еще никто и никогда не вызывал такого неестественного желания защитить и взять под опеку как это существо. Маленькая... Ха! Да я ей до пузика едва достану макушкой! Но... Восприятие было непоколебимо: маленькая испуганная беременная девочка-подросток с памятью уничтоженного народа, сидящая в клетке в страшном холодном месте и до истерики боящаяся, что и этих детей заберут и изуродуют, превратят в безумных, слепых и глухих зверей. Как и всех предыдущих.
 Королева медленно подобрала под себя лапы и встала. Меня она опознала мгновенно: я не скрывалась, щедро фоня в ментале. Ее радость ударила в голову тараном, да так, что от отголосков, разлетевшихся по ментальной связке, охнули и Гаррус, и Найлус.
 - Тише, маленькая, тише... - прошептала я, дублируя слова эмоциями: укоризна, тяжесть в голове, просьба "петь" потише.
 Вина и что-то вроде тихого скулежа рухнули на голову тяжелым одеялом. Рахни честно пыталась быть "потише", но она пока не умеет контролировать свои эмоции и ментальный "голос", отчего от каждого всплеска у меня звенит голова.
 На помост поднялся Дэрг, неся на руках спящую азари, аккуратно положил десантницу на пол и убежал за следующей жертвой, бросив любопытный взгляд на юную королеву. Рахни провожала его странными чувствами: сомнение, узнавание-недоумение, осторожность, старый страх. Опознала в Гризли асура? Могла: аура у него ощутимо изменилась, стала насыщеннее, концентрированнее, ярче. С человеком не спутаешь. Аэте говорил, что они встречались с рахни, и в генетической памяти это могло отложиться. Насекомые видят мир иначе. Ауру они воспринимают куда лучше, чем визуальный образ, так что отличить асура от человека могут безошибочно.
 В голову ударил вопрос, несущий в себе множество эмоций и сумбурных образов. Королева, видя, что я рядом, что я ее слушаю и слышу, очень-очень захотела поговорить, вылить на меня свои страхи, пожаловаться и... да много чего она сейчас хочет! Только, боюсь, я всего этого добра просто не выдержу: ментальная сила у Королевы ужасающая. При полном неумении ее контролировать! Прежде чем говорить, надо сделать фильтр, иначе у меня мозги поплывут.
 - Подожди, маленькая... Не спеши. Мы поговорим... Только дай нам сделать свою работу.
 Рахни не понимала речь и не слышала слова, но она ощущала вложенный в них смысл, восхитительно-точно считывая мои мысли-образы, направленные в ее сторону. Поджав лапки, насекомое присело на самое брюшко и приготовилось ждать, ярко фоня неутихающим страхом и надеждой. Бояться она не перестала и не перестанет еще долго, но хоть уже появилась надежда на спасение для нее и ее детей.
 
 Пока Дэрг и Найлус переносили десантниц-азари, Гаррус пробежался по периметру центрального зала и заблокировал все двери. Мы никого не ждем и нам не надо, чтобы кто-то или что-то явилось в неудачный момент. Найлус сигнатуры спящих азари видел: я скидывала ему их местоположение по ментальной связи, что существенно облегчало поиск. А Дилан стоял на высоком сетчатом помосте у пульта управления и смотрел перед собой расфокусированным взглядом, охватывая разом все помещение. Непривычный для обычного человека образ зрения, зато привычный для многих видов боевых химер: взгляд среагирует на движение, но пока ничего не царапает восприятие, Дилан так и будет смотреть в пустоту. На передвижения напарника и турианцев он внимания не обращал, воспринимая их как "своих".
 - Это последняя. - сказал Дэрг, укладывая азари на металл и отступая на пару шагов. - Все целы и спят. - подумав, уточнил: - Может, их связать?
 На помост поднялся Найлус, остановился за моей спиной, с непонятным интересом изучая матриарха. Ррус подошел ближе, больше заинтересованный смирно сидящей в своей колбе рахни.
 - Нет надобности. Без моего разрешения они не проснутся еще сутки. - ответила я, снимая шлем и присаживаясь на корточки возле Бенезии. - А вот леди пора бы пообщать... но сперва я гляну, что с ней не так.
 Работать со спящим сознанием непросто, но сейчас именно работать с разумом я не собиралась. Только посмотреть, что там с мозгами матриарха не так. А то, что с ними что-то "не так" - очевидно.
 Спящее сознание не сопротивляется вторжению и не закрывается, представая в своем незащищенном виде. И сознание Бенезии исключением не было: все так же, как и других народов. Опущенные щиты, слабая активность разума, погруженного в верхние слои подсознательного, активная эмоциональная сфера. Все как обычно, если не обращать внимание на состояние этого сознания.
 Разум матриарха выглядел... не лучшим образом. Я ожидала разного: тонкой работы, кучи закладок или каких-то конструктов, которые могли бы регулировать деятельность азари, но в реальности все оказалось куда банальнее и проще. Властелин не слишком церемонился. Он подавил сопротивление грубой мощью, даже не пытаясь воздействовать на азари напрямую. Обычный грубый силовой удар, смявший личность и подчинивший его Воле. С одной стороны - это хорошо: личность не прошла перепрограммирование и сохранилась без критичных изменений. Но с другой стороны - это плохо. Ущерб необратим. Бенезия никогда не оправится от такого удара без посторонней помощи и навсегда останется зацикленной на буквально вколоченной установке. Чтобы эту установку вытащить, докопаться придется до самых глубин подсознания, а на такое не каждый менталист пойдет. Я этим заниматься не буду: копаться в самой глубине чужого подсознания тяжело и неприятно, да и установка на верность Сарену лично меня более чем устраивает.
 Некрасиво? Да! Но мне так выгодно и удобно, а психическое благополучие Бенезии, по собственному почину прилетевшей к Сарену и добровольно сунувшейся к Назаре, меня мало волнует. Безумие ей не грозит, как и сумасшествие. Не будет идти против установки на верность, и все с ней будет в порядке. А если пойдет... Мне не нужны лишние шевеления, и не важно, предал Сарен на самом деле или нет: итоговой моей цели это нисколько не меняет. С Артериусом я сработаюсь при любых раскладах, даже если он сто раз всех вокруг предал. Ага, по кругу...
 Чары развеялись, матриарх зашевелилась, что-то едва слышно прошептала, просыпаясь. Она сонно заморгала, увиденное прошло осознание, азари резко распахнула глаза, разом сбрасывая сонливость и попыталась пошевелиться. Попытка была неудачной: без моего позволения она не пошевелит и пальцем. Биотики, как и любые маги, всегда вооружены... так что пусть сидит, как мы ее усадили, и не нервирует меня.
 - Здравствуйте, леди Бенезия. - мягко произнесла я, краем глаза наблюдая за попыткой Лиары дернуться к матери, на корню пресеченной Рексом. - Меня зовут Имрир Шепард. Я Спектр Совета, как вы уже должны были узнать. Курирует меня Найлус Крайк, которого вы можете наблюдать за моей спиной собственными глазами. Как видите, он жив и очень даже здоров, несмотря на все попытки СМИ Альянса Систем доказать обратное. - сделав короткую паузу, чтобы дать азари возможность полностью осознать услышанное, иронично добавила: - Словами не передать, как я рада нашей встрече!
 По сузившимся глазам я четко поняла: леди со мной категорично не согласна, и наша встреча ее ничуть не радует.
 - Давайте обойдемся без словоблудия и ненужной пафосной ахинеи, в которую я все равно не поверю: давить на меня красивыми и возвышенными словами совершенно бесполезно и бессмысленно. У нас, психопатов, знаете ли, альтернативная логика и специфическое мышление, их прошибить крайне сложно, особенно, если мы этого не хотим. А еще я не ведусь на попытки объяснить, что я что-то не так поняла из увиденного своими глазами. И не делаю поспешных выводов.
 Леди проглотила все заготовленные слова, резко втянула воздух сквозь зубы и сухо спросила:
 - Что вы хотите, Спектр?
 Ну надо же! Меня поняли правильно! Мамаша Лиары уже радует. Особенно тем, что не начала пафосно и вдохновенно вещать неимоверную канонную ересь, сочиненную сценаристами, видать, по большой накурке.
 - Я хочу сущий пустяк. - улыбка сама собой растянула губы. - Назовите координаты базы Сарена на Вермайре.
 Леди удивленно заморгала, как-то растерянно глядя то на меня, то на возвышающегося над нами обеими Найлуса, а потом тихо ответила:
 - Но я не знаю координат!
 Что? Как это - не знает?!!
 Я уставилась на Бенезию, она - на меня, периодически косясь на оторопевшего от такого заявления Найлуса. Видать, наши рожи были настолько выразительными, что матриарх быстро добавила:
 - Я не пилот и не навигатор! Я не знаю координат!
 Приплыли...
 Не врет и не лукавит, это я вижу четко. Матриарх действительно НЕ ЗНАЕТ координат базы Сарена на Вермайре!!!
 - Но вы там бывали. - ровный спокойный голос Найлуса пришиб заполошно метущиеся мысли.
 - Бывала. - согласно кивнула Бенезия, беря себя в руки и осторожно поднимаясь на ноги, почувствовав возвращение подвижности у тела.
 Я тоже встала, отступила к Найлусу, хмуро глядя на синекожую красотку, а Бенезия, наконец-то, увидела свою дочку, мнущуюся у входа возле громады крогана. Растерянность промелькнула в лазурных глазах матриарха всего на какое-то мгновение, но как оживился эмоциональный план! Вот уж кого она не ожидала увидеть...
 - Как вы попадали на базу? - сумрачно спросила я, возвращая внимание на себя.
 - На корабле, Спектр.
 Вспыхнула злость, ошпарив кипятком.
 - Леди. Сейчас неуместен сарказм. - сухо произнесла я. - Я не в том настроении, чтобы заниматься дипломатическими маневрами и игрой в слова. Могу, но не хочу. И вам не советую. - голос сам собой окрасился низким рокотом и рыком. - Я хочу узнать, где эта база. Поэтому, спрошу еще раз: как вы попадали на базу Сарена на Вермайре, если не знаете ее координат?
 Найлус положил руку мне на плечо. Я не ощущала его прикосновения, но тяжесть руки принесла спокойствие и помогла взять себя в руки.
 - Координаты знает мой пилот. - ровно ответила Бенезия.
 Изучает нас. Смотрит, делает выводы из мелких жестов. Надо сказать, выводы правильные и для нее неожиданные, но лицо держит железно, не позволяя даже мимолётным эмоциям отразиться на выверенной маске.
 - А где ваш пилот сейчас?
 На мой вопрос последовал четкий, прямой ответ:
 - На корабле, находящимся на причальной площадке порта Ханьшань.
 Я взбодрилась.
 - Прекрасно! Я очень хочу с ним пообщаться. - усмешка искривила губы. - Вы ведь не откажете мне в такой малости?
 - Если мы попадем в порт - не откажу. - легко согласилась матриарх.
 Самое забавное, что установку на верность это решение нисколько не поколебало, потому как Бенезия была свято уверена: с нами произойдет то же, что и с ней. Мы будем подчинены Властелином. И, соответственно, не причиним вреда.
 В этом и состоит игра на словах и правде: если правильно сформулировать вопрос, убрав даже намек на риск, можно получить желаемое, не насилуя поврежденный или подчиненный разум. Что я и сделала. Я нигде, ни единым жестом или словом, не указала на то, что собираюсь причинить прямой вред. А домыслы... Установка - не жесткий ментальный конструкт. Она лишь не дает прямо причинить вред, не более того.
 - Это уже моя забота, как доставить вас в порт Ханьшань. - хмыкнула я. - Ваша задача - не раздражать меня и не мешать работать.
 Бенезия справилась с первым шоком от нашей неожиданной встречи и занялась, наконец-то, анализом ситуации, поглядывая на своих подчиненных, все так же безмятежно сопящих на полу. Наблюдать за формированием ассоциативных, причинно-следственных цепочек и выводов, сделанных на основе анализа имеющихся данных, было очень интересно, но вскоре матриарх зашла в тупик и решила восполнить информационные пробелы.
 - Спектр, позвольте вопрос.
 Я приглашающе взмахнула рукой, наблюдая за сжавшейся компактным комочком Королевой, фонящей страхом и унынием. Несчастное существо искренне боялось, что я ее тут брошу и уйду, оставив на милость страшных людей с острыми иголками. Я послала девочке волну ободрения и поддержки. Рахни тут же взбодрилась и зашевелилась, прильнув к толстому "стеклу", отчего матриарх непроизвольно дернулась.
 - Ну, тише, маленькая. - промурлыкала я, подходя к огромной прозрачной колбе. - Сейчас я тебя отсюда вытащу. Ты же будешь хорошей, правда? Будешь меня слушаться?
 Каждое слово я дублировала ярким образом и соответствующими эмоциями, чтобы рахни понимала, что я говорю. А слова... Они для других. Для Рекса и Лиары. Для мнущегося у короткой лестницы Дэрга. И, в первую очередь, для Бенезии, наблюдающей за происходящим со всевозрастающей оторопью.
 - Спектр, вы собираетесь ее выпустить? - осторожно переспросила она, пристально всматриваясь в мое лицо.
 - Конечно. - я согласно кивнула, водя пальцем по гладкой поверхности. - Я же за ней прилетела.
 Оторопь дополнилась растерянностью.
 - Координаты базы я могла получить другим путем. Например, узнать у Найлуса, который тоже бывал на Вермайре вместе с Сареном. А Королева рахни в галактике только одна. - спокойно ответила я на незаданный вслух вопрос. И тут же добавила с умилением в голосе: - Правда, она красивая?
 Взгляд у Бенезии был...
 Ну да, я психопат, и что такого? Я же не идиотка и не слабоумная: в покорности и послушании рахни я уверена. Хотя бы потому, что девочка очень хочет получить защиту, а я ей эту защиту пообещала. Что самое смешное, я могу гарантировать, что она эту защиту получит.
 - "Мрир..." - неуверенная, полная сомнений мысль Гарруса промелькнула по связке.
 - "Что тебя беспокоит?" - тут же ответила я, протягивая тонкий ментальный щуп к Королеве.
 Рахни предложение к беседе восприняла с готовностью и радостью, заваливая меня детским счастьем и кучей сумбурных образов.
 - "Ты уверена в ней?" - прямой, четкий вопрос: сейчас говорит не милый обаятельный парень, а стратег и аналитик, столкнувшийся с неизвестным ему лично видом, несмотря на всю прочитанную информацию времен Рахнийских Войн.
 Ментальный щуп закрепился на разуме Королевы, прошел у нее осознание и тут же был использован по назначению: отфильтрованные и структурированные чужие мысли заполонили мою голову, проходя автоматическую обработку образов под используемый каждым участником беседы способ восприятия мира.
 - "А ты сам послушай." - мягко ответила я, позволяя ему через меня взглянуть на столь опасное внешне существо.
 Ментальный фильтр сглаживал и смягчал эмоции Королевы, позволял их правильно интерпретировать, опираясь на существующие в сознании опорные точки. И Гаррус, и Найлус, высказавший молчаливое желание присоединиться к беседе, увидели рахни так же, как вижу ее я: до истерики и паники испуганную девочку, пребывающую на последних сроках очередной беременности.
 Практически все виды смотрят прежде всего на физическое воплощение - на тело. И лишь единицы видят то, что скрыто внутри этого тела - личность. Да, тело у рахни впечатляющее: огромная, мощная и смертоносная тварь. Но вот личность...
 - "Внешний вид обманчив." - в мысленном голосе против воли промелькнул укор. - "Всегда надо смотреть на личность и психику. Так можно увидеть настоящий облик существа, с которым свела судьба." Kdd>  Очевидная истина. С ней все знакомы. Без исключений! Но так мало разумных ей следует. Даже Ррус непроизвольно поддался общему заблуждению, видя в ней тех существ, которые когда-то погрузили этот кластер в войну на уничтожение. Да, рахни опасны, как и любой вид их комплекции и физических данных, но это же не повод проявлять слепоту и доводить дело до геноцида! Люди тоже опасны! Так что же, надо на всякий случай вырезать их всех под корень? А то вдруг они на кого-то нападут...
 - "Она же ребенок!" - ошарашенно выдал Ррус.
 Найлус промолчал, но насколько же яркие у него эмоции!
 - "Ей около двух лет." - уточнила я. - "Если провести аналогию с людьми: подросток лет тринадцати, только-только вошедший в пубертатный возраст и получивший возможность к воспроизводству."
 Тонкая сеточка меленьких знаков растекалась из-под моей руки, распространяясь по передней части колбы. Я не знаю, как она открывается, а случайно макнуть единственную естественно рождённую рахни в кислоту... Что-то не хочется ставить такие эксперименты! Так что я как-то так, по-вандальски, зато надежно.
 Режущий конструкт развернулся, охватывая переднюю треть колбы, Королева по моей молчаливой команде прижалась к дальней стенке изолятора. На доли мгновения символы и тонкие линии чертежа проявились визуально при накачке энергии, а потом прочнейший прозрачный материал пошел трещинами, осыпаясь колкими осколками на металлический пол лаборатории.
 - Выбирайся оттуда, маленькая. - ласково попросила я, подходя на самый край помоста.
 Королева осторожно и чуточку неуклюже подошла к обломанному краю "стекла", что-то скрипнула и спрыгнула на пол под внимательными взглядами. Дилан на своей платформе даже не пошевелился, лишь регистрируя происходящее, Дэрг глазел на огромное насекомое с любопытством, Рекс насторожился и подобрался, Лиара полыхала страхом и непониманием, как и ее мать, дополняющая гамму эмоций гневом на меня. Найлус и Гаррус сохраняли спокойствие и фонили благожелательностью и сочувствием к юному существу: подключение к ментальной сети давало им возможность через меня ощущать эмоции Королевы, изменение восприятия произошло, и оба турианца уже не смогут смотреть на нее по-старому.
 Рахни неуверенно потопталась на месте, а потом потянулась ко мне головой, выставив вперед мягкие сенсорные щупы, растущие на мордочке. Я сняла броневую перчатку и коснулась собранных в кучку щупов, ласково гладя по гладкой холодной шкурке.
 - Умничка моя.
 Королева отчетливо заурчала, чуть поскрипывая, ластясь под мою руку: аура у меня яркая и сильная, девочка мне нравится, вызывает симпатию и умиление. Что странного в том, что запуганное одинокое существо потянулось к первому, кто ее "погладил", проявив симпатию и понимание? Рахни - существа социальные и привычные к жизни в ментальной связке с сородичами. Они не приспособлены к одинокому существованию в тишине, это сводит их с ума.
 - Знаете, матриарх, меня всегда удивляла слепота и тупость тех, кто мнит себя разумным существом. - лениво произнесла я, гладя млеющее в моей ауре и ментальном фоне насекомое. - Взять, к примеру, вас.
 Бенезия от такого поворота подобралась, Лиара полыхнула растерянностью и возмущением.
 - Что вы имеете в виду?
 - В вашем случае - гордыню и самомнение. - хмыкнула я, почесывая острыми когтями мощное существо за мягкие ткани под тонкими хитиновыми пластинками на мордочке. - И полное отсутствие мозга.
 Гнев полыхнул ярче.
 - Ну а как иначе можно назвать ваше прибытие к Сарену со столь забавной целью?
 Гнев сменился настороженностью.
 - Вы считаете, что желание убедить его не быть настолько жестоким - забавно? - холодно спросила азари.
 Я фыркнула.
 - Зная, к примеру, методы работы той же Телы Вазир, вашей соплеменницы, между прочим, можно усомниться... в искренности ваших слов и правдивости цели визита. - ирония с голосе была очевидна даже Лиаре, растерянно прислушивающейся к нашей беседе. - Почему бы вам ее не приучить к более законным и адекватным методам работы, раз уж вы так не приемлите жестокость? Почему именно Сарен? Он работает очень аккуратно и рационально, не проливая крови больше, чем это необходимо для достижения цели. В отличии от Телы, для которой выполнение работы без массовых беспорядков и кучи трупов - достижение.
 Вновь полыхнул гнев, дополнившись раздражением и опасением. Бенезия далеко не дура, поняла, что разговор я веду донельзя странный.
 - Или почему бы вам не задаться вопросом, отчего это живая легенда Спецкорпуса так и не показал вам древний корабль? Не находите, что прежде чем к нему лететь с группой десантниц, надо было сперва лучше навести справки? Например, поинтересоваться, а что же произошло восемнадцать лет назад на Сидоне, когда Спектр Артериус впервые предоставил информацию о неизвестном корабле.
 Я повернулась, с интересом наблюдая за выразительным лицом матриарха, разом утратившей всю свою высокомерность и холодность.
 - Самоуверенность порождается невежеством... Великолепные слова, не находите?
 Выражение лица Бенезии было бесценно! Она узнала эти слова: Властелин действительно начинал разговор таким образом. Воспоминание о краткой беседе с бесконечно-древним существом раскаленным гвоздем сидело в разуме азари, и эти слова она помнила отчетливо, как и каждый обертон гулкого, прошибающего до глубин души голоса.
 - Вы знаете... - прошептала она.
 - О чем? - достоверно изобразив недоумение полюбопытствовала я. - Будьте конкретны, матриарх. Точнее в высказываниях. Я - не вершина бытия и эволюции, как некоторые, я предпочитаю простые и четкие высказывания.
 Страх и паника хлестнули в ментале, смывая гнев и гордыню. Всего пара слов, поданный в нужном контексте, и матриарх свято уверилась, что я уже разговаривала со Жнецом. Обороты речи у Назары очень характерные, а слова - врезаются намертво в память тех, кто их имел возможность услышать.
 - Вы знаете о Пожинателях!
 Пожав плечами, согласно кивнула.
 - Конечно знаю. Даже видела своими глазами.
 Правда и ничего кроме правды. Я знаю о Жнецах: из послезнания, из протеанского маяка, изнасиловавшего мне мозги, из памяти самой Бенезии, щедро снабжающей меня образами Властелина. А еще я реально видела Назару своими глазами! На Иден Прайм, когда он в воздухе висел.
 - Зачем вы здесь? - устало спросила матриарх, обхватывая себя руками за плечи.
 - Я уже сказала: я прилетела за рахни. А еще я хочу узнать координаты базы Сарена на Вермайре. - честно ответила я, глядя в глаза азари. - Лично я эти координаты не знаю: я тоже не пилот! А они мне сейчас нужны.
 - Зачем вам Королева?
 Я снова погладила насекомое, окутывая ее ощущением заботы и делясь с разомлевшей девочкой мыслями о том, какая она красивая, умная и хорошая, получая в ответ сшибающую с ног волну счастья, радости и безграничного доверия.
 - Ее вид так и не достиг вершины развития. Даже не приблизился. Их уничтожили раньше срока, не дав возможности достичь истинного величия только зародившейся цивилизации, после которого начинается закономерное падение и деградация. - пожав плечами, ответила я. - Я даю ей шанс начать сначала, как начинали новый виток развития цивилизации другие виды, пережившие уничтожение. Шанс на развитие, без вмешательства желающих воспользоваться мирным народом в своих войнах, как это сделали протеане, вторгшись в их ментальную сеть и сводя с ума наивных существ, не знающих слово "ложь", "предательство", "власть" и так далее.
 Рахни подобралась ближе, гибкие щупы обхватили меня за плечи и шею, ощупывая, чуть ли не облизывая. Очень аккуратно и легонько: рахни помнит, что люди - существа хрупкие. Я погладила щуп, рахни заурчала за моей спиной, застрекотала.
 Наверное, лицо Бенезии я не забуду никогда, настолько богатая у нее мимика!
 - Не надо так на нас смотреть, матриарх. Вам не приходило в голову, что у разных биологических видов приязнь может выражаться по-разному? - иронично спросила я. - Девочка ко мне ластится, потому что я к ней отнеслась по-доброму. Рахни не умеют лгать: они разговаривают эмоциями и образами. Они не понимают концепции лжи и двуличности. Они не умеют плести словесные кружева, поскольку не обладают словесной речью и не знают, зачем облекать мысли и чувства в ограниченные звуки и символы, не способные в полной мере передать все оттенки эмоций. Они не понимают, что такое "двойной смысл" и не знают понятия "иносказательность". Королева рахни абсолютно, болезненно честна и прямолинейна. Настолько, насколько может быть честен только природный эмпат-менталист.
 - Вы ее понимаете? - оторопело прошептала матриарх.
 Я согласно кивнула.
 - Это очевидный вывод, не находите?
 - Но... Как?
 - У нас, психопатов, много талантов! - ядовито фыркнула я. - Леди Бенезия, я начинаю сомневаться в наличии у вас разума, поскольку на оба заданных вами вопроса ответ содержится в моих словах. Не расстраивайте меня неспособностью получить очевидный ответ.
 Матриарх полыхнула гневом. Мои слова - неприятные, больно бьют по ее самолюбию, вот только возразить нечего. И страшно. Чем больше я говорю, тем ярче в сознании азари проходят параллели между мною и Назарой. А я получаю больше информации о б этом существе. Крайне интересной и полезной информации!
 - Поскольку я получила то, ради чего сюда прилетела, есть смысл покинуть эту лабораторию и вернуться в административный центр. - спокойно произнесла я, меняя тему нашего специфического диалога. - Сейчас ваши подчиненные очнутся. Постарайтесь проявить здравомыслие и доступно для понимания пояснить вашим девочкам, что с этого момента и до возвращения на Вермайр вы все подчиняетесь мне. Я понятно изъясняюсь?
 - Более чем. - ровно ответила азари.
 - В таком случае, можете приступать. - взмахом руки я указала на начавших приходить в себя десантниц.
 Матриарх поджала губы и... согласно кивнула, признавая мое право отдавать ей приказы, и подчиняясь.
 Был риск неподчинения. Бенезия могла мне не поверить и не повестись на откровенный блеф, могла усомниться и взбрыкнуть, могла напасть. Но... Прав Эстус: разумные видят то, что хотят увидеть, обманываясь сами на правдивой информации. Потому что не желают думать. Вот что стоило вроде бы умной женщине вспомнить, что я была на Иден Прайм и видела Властелина своими глазами, что я попала под протеанский маяк и получила с него информацию? Что мешало правильно понять сказанное мною же и сделать очевидный вывод, что я, как и рахни, могу считывать эмоции и мысли? И уже из этого вывода додумать, что я могла узнать о манере речи Властелины от нее самой. Но... Она этого не сделала, и в итоге добровольно под меня прогнулась, сама отдав право распоряжаться ею и ее бойцами, потому как до дрожи боится Властелина и полностью покорна вколоченной в мозги установке на верность Сарену. А еще она сделала в корне неверный вывод, что я тоже на него работаю. Ну или на Назару, притом добровольно, что еще страшнее.
 - Спектр...
 Тихий голос азари был едва слышен, но от противоречивых эмоций аж штормило.
 - Я вас слушаю, матриарх. - не менее вежливо отозвалась я.
 - Могу я узнать, что здесь делает моя дочь?
 Я глянула на замершую столбиком девчонку, разрывающуюся от противоречивых чувств.
 - Я ее взяла с собой, поскольку рассчитывала на нашу встречу. - после небольшой паузы, добавила: - Так получилось, что мы нашли доктора Лиару Т"Сони, умирающую от истощения в силовом пузыре в протеанских руинах на Теруме. - любезно ответила я на бьющийся в сознании матриарха вопрос. - Опоздай мы на сутки, и девушка бы погибла. Кто-то послал за ней крогана, но наемнику было глубоко безразлично, в каком виде привезти Лиару: живой или мертвой. Видать, тот, кто его отправлял, не уточнил этот нюанс.
 Бенезия дернулась.
 - Я благодарна вам за спасение дочери.
 И ведь реально же благодарна! Надо же, Бенезия искренне любит свою дочь.
 - Лиара - очаровательная юная дева и уникальный специалист по протеанам. Она прекрасно дополняет нашу команду.
 От моих слов от самой Лиары полыхнуло смущение: похвала была неожиданной, но все равно приятной. А вот Бенезия напряглась.
 - Не стоит надумывать лишнего. Я сказала именно то, что имела в виду. - укоризненно сказала я. - И леди, ваши десантницы приходят в себя.
 Бенезия вскинула голову, принимая царственный и неприступный вид, поджала подрагивающие губы и занялась своими бойцами. Вот и прекрасно! Пусть сама им объясняет, что тут происходит. А мне надо поговорить с рахни и ее успокоить, чтобы Королева от меня хоть немного отлепилась. Вот серьезно, была бы соразмерной, залезла бы на руки!
 - Леди, у вас пять минут, пока я успокою девочку.
 Матриарх коротко кивнула, покосившись на Королеву, которая в ее восприятии ну никак не подходила под определение "девочка".
 - Мы будем готовы, Спектр.
 
 * * *
 
 
 - А ты говорил, он его пошлет. - флегматично произнес Николаус, слушая разговор Джона с Вентралисом.
 - Так он его послал. - не менее флегматично отозвался Аэте.
 Аналитик удивленно приподнял бровь в немом вопросе, на что асур ответил:
 - Капитан отправил его через вспомогательный вход, проходящий через технические помещения. Единственный лифт, на котором оттуда можно было бы спуститься вниз в ведущие к самой лаборатории туннели, заблокирован из-за рахни, так что попасть в лабораторный комплекс этим путем у Джона не получится. - видя выражение скуластого лица, усмехнулся и укоризненно добавил: - Я поддерживаю прямой контакт с местной системой безопасности, и знаю состояние дел на текущий момент: какие двери заблокированы, какие лифты остановлены, где активированы защитные протоколы и так далее. План комплекса я получил еще на "Вершине-15".
 Нико сощурился.
 - Где основной вход?
 Аэте скосил взгляд в сторону перекрытого охраняемого сектора. Удовлетворенный полученным безмолвным ответом, аналитик хмыкнул, привалился плечом к стене, скрестил руки на груди и продолжил увлекательное занятие - отслеживание состояния собственного организма. Здоровье не вызывало нареканий: он прекрасно себя чувствовал. Слишком прекрасно, даже когда должен был ощущать... дискомфорт, и это его тревожило все сильнее, вновь возвращая к ехидным словам Спектра: "Нежить вообще к холоду нечувствительна".
 Николаус всю жизнь считал себя рациональным человеком и убежденным материалистом, не верящим во всякие мистические сказки и глупые человеческие суеверия, хоть и допускал, что наука в силу недостаточности знаний еще не всему нашла объяснение. За свою бурную жизнь мужчина в этом мнении лишь укреплялся, раз за разом находя подтверждения сделанным ранее выводам и никогда не видел ничего, что могло бы опровергнуть или хотя бы пошатнуть эти убеждения. До сегодняшнего дня, когда весь его ум и кропотливо собранный багаж знаний спасовали, не в силах пояснить, как Имрир Шепард смогла вернуть его к жизни и бесследно залечить смертельную рану без какого-либо оборудования. На полу, посреди коридора! ЭТОМУ не было логических объяснений! Все его знания уверяли: это невозможно! Он не мог выжить. Никак. Никоим образом! Современная медицина не способна спасти человека, получившего ТАКУЮ рану, даже если его живым бы доставили в госпиталь! Вивьен подтвердил, что он, Вилант Николаус Аккер, был мертв, когда Спектр добежала до их группы. Это - непреложный факт! Он. Был. МЕРТВ! А теперь - живой и совершенно здоровый, даже обычно тянущая на морозе ломота в переломанных когда-то давно костях не беспокоила.
 КАК?
 Он попытался узнать, что случилось. Узнал. Спектр ответила на его вопросы, но сколько же было насмешки и иронии в ее словах "Еще скажи, что в магию и волшебство веришь", невозможно передать. Так дают прямой и искренний ответ на все вопросы, зная, что никто и никогда в него не поверит. Он знает: сам порой так отвечал на вопросы Джона.
 Нико зябло поежился. Не от холода: в административном центре довольно тепло. От понимания того, что ему показали и что сделали. Мельком приоткрыли завесу, дав возможность увидеть иной мир и любовно разложив роскошную ловушку перед входом, зная, что он в нее наступит добровольно и с полным осознанием.
 Тем временем разговор подошел к логическому завершению, и Вентралис, протягивая Джону еще одну карточку, припечатал:
 - Учитывайте, если вы заразитесь, и мы заметим хоть какие-то отклонения, охранник вас не выпустит.
 Шепард согласно кивнул. Аэте, с интересом слушавший разговор, подошел ближе, сцепил руки в замок, переплетя пальцы, а потом неожиданно для всех спросил с искренним недоумением и детским непониманием в голосе:
 - Капитан, а как охранник определит, есть отклонения в организме выходящего из лаборатории человека или нет? Там же нет спецоборудования!
 Наемник от такого вопроса растерялся, молчаливо слушающая разговор Эшли нахмурилась, а асур продолжил:
 - Ведь если заражение произошло недавно, то симптомы могут не успеть проявиться. - сделав небольшую паузу, почесал макушку между искрящимися на свету ламп украшениями и уточнил: - Но доктор Коэн говорил о биотоксине, а это всего лишь яд биологического происхождения, и он по определению не может быть заразным. Ведь ядом нельзя заразиться, правда? Только отравиться.
 И мило улыбнулся, чуть потупив взгляд, чтобы неестественное свечение радужки не так бросалось в глаза.
 - Я не знаю, что там вам говорил доктор Коэн, но лаборатории на карантине! - отрезал капитан.
 - Но почему? - с еще большим недоумением переспросил беловолосый парень. - Токсин - не причина для карантина, тем более, если он быстро распадается. Если там не токсин, а вирус, то получается, что доктор нам солгал, и нет никакой гарантии, что он не солгал во всем остальном. - насупившись и глянув на оторопевшего Джона, Аэте продолжил высказывать накопившиеся сомнения: - Но если там вирус, то в карантине тоже нет смысла: вы уже допустили подъем зараженных ученых, которые сейчас помещены в неизолированном медицинском отсеке в негерметичные медицинские капсулы. - голос у парня изменился, на доли мгновения звякнув металлом: - Или я что-то не так понял, капитан Вентралис?
 Наемник насторожился, помрачнел, хмуро глядя в яркие глаза, перекрытые лазурным силовым экраном.
 - Я не знаю, что там разрабатывали в тех лабораториях. - сухо ответил капитан. - Карантин - разумная мера предосторожности.
 - Так я не спорю. - примирительно произнес асур. - Я лишь хочу узнать, это доктор Коэн нам лжет или вы ошибаетесь.
 Подвешенное продолжение "или вы лжете нам оба" не прозвучало слишком явно, демонстративно.
 - У вас есть что сказать, Аэте Дхар? - холодно спросил злой и раздраженный Джон.
 По беловолосому парню было отчетливо видно: да, у него есть что сказать и Шепарду, и Вентралису, но...
 - Нет, что вы, коммандер. - миролюбиво, но с отчетливой издевкой ответил он. - Мне просто интересно.
 Асур опять улыбнулся, вызвав вспышку раздражения у обоих мужчин, и отошел обратно к стене, привалившись к ней спиной возле Николауса и всем видом показывая, что ему очень интересно наблюдать за происходящим, но вмешиваться он не собирается. Сержант Уильямс переводила растерянный взгляд с коммандера на асура, на капитана ЭРКС, стоя почти по стойке смирно и не зная, что ей делать.
 Джон забрал ключ-карту, смерил седого парня тяжелым взглядом, развернулся и пошел обратно, в центральный холл. За ним потянулись хмурые бойцы. Идею сунуться в лаборатории никто не одобрял, но командир закусил удила и его понесло. И пока не врежется на всей скорости в стену, уже не остановится.
 - Когда он так себя ведет, я испытываю непередаваемое желание его прибить своими руками. - неожиданно даже для самого себя признался Нико, шепотом, глядя на закрывшиеся за спиной Джона двери. - Чтобы потом мне не было за него стыдно. Или обидно, если он где-то сдохнет по глупости.
 Нервное напряжение последних дней и недосып сделали свое дело: жесткий привычный самоконтроль и маска хладнокровия треснули, а события на "Вершине-15" окончательно выбили почву из-под ног.
 - Ты за ним присматриваешь? - невпопад спросил Аэте.
 - Полагаю, это очевидно. - Нико устало прикрыл глаза, сжав тонкие губы, тратя бесценные мгновения подвисшей беседы на попытку успокоиться и вернуть ускользающее самообладание. - Я не хочу этого видеть.
 Асур не стал уточнять, чего именно не желает видеть сородич. Он лишь понимающе улыбнулся и предложил:
 - Тогда пошли, поговорим с волусом? Он единственный сумел прорваться из лаборатории во время нападения рахни. Пока Джон будет пытаться спуститься по заблокированному лифту, у нас как раз есть немного времени.
 Нико согласно кивнул, отлепился от стены.
 - Идем.
 В этот момент Николауса меньше всего волновало будущее негодование Джона, который рано или поздно заметит его отсутствие. Потом он будет разбираться с подопечным, потом придумает логичное и неоспоримое пояснение самовольному уходу из группы, потом выест мозги коммандеру за совершенную глупость и потом подробно разъяснит, что и как тот понял неправильно. Все это - потом. Когда поутихнет практически непреодолимое желание чуть-чуть придушить Джона Шепарда и аккуратно сложить в уголке до возвращения Спектров. Сейчас он молча шел рядом со странным существом по имени Аэте, выкинув из головы тревожные мысли, и в кои-то веки наслаждался состоянием умиротворенного фатализма.
 
 * * *
 
 - Коммандер, лифт остановлен. - произнес Кристиан, сворачивая голографический интерфейс инструментрона.
 - Запустить его можно? - хмуро спросил Джон.
 Боец покачал головой.
 - Нет, сэр. Для этого необходимо взломать их систему безопасности. Я этого сделать не могу.
 Недосказанное "но Николаус может" подвисло в воздухе. Джон стиснул челюсти, сумрачно гипнотизируя наглухо закрытые створки. Где искать своего аналитика он знал: тот наверняка находится возле странного белобрысого пацана, но смысла не видел: Клаус отчетливо высказался против идеи спуститься в лабораторию, а уж найти непрошибаемое оправдание своим действиям он может. Джон мог ему приказать. Нико выполнит приказ, но если что-то пойдет не так, будет долго нудеть и выедать мозги нравоучениями по возвращении на корабль. Вариант попросить о помощи Аэте Джон даже не рассматривал, хотя четко знал: беловолосый систему безопасности УЖЕ взломал. Еще на "Вершине-15".
 - Вскрывайте двери. Будем спускаться.
 - На какой этаж, сэр? - спросила Эшли с каменным лицом.
 Джон растерялся, осмотрелся, зацепился взглядом за турианца в броне ЭРКС, молча наблюдающего за ними.
 - На каком этаже находится лаборатория?
 - Здесь на всех этажах расположены лаборатории. - равнодушно ответил боец. - Предупреждая ваш вопрос: я не знаю, в какую именно лабораторию вам нужно. Пропуск позволяет спуститься на лифте сразу на нужный этаж.
 - Но лифт заблокирован. - резонно заметил коммандер.
 - Верно.
 Джон стиснул пальцы в кулак.
 - Капитан Вентралис сказал, что нас пропустят в лабораторию.
 - Так вас никто не задерживает. - тем же равнодушным тоном отозвался охранник.
 - Но мы не можем спуститься в лабораторию, потому что лифт заблокирован!
 - Не можете.
 Джон сплюнул.
 - Пойдем через основной вход. - сухо бросил он, разворачиваясь.
 - Через закрытую зону? - уточнил на всякий случай Раймонд.
 Шепард коротко кивнул.
 - За мной.
 Бойцы переглянулись. Кристиан пожал плечами и пошел вслед за командиром: когда его так несет, отговаривать бессмысленно и бесполезно. Авантюрность Шепарда была хорошо известна на флоте, но только его бойцы знали, насколько Джон любопытен и как часто он сует нос куда не следует, проворачивая свою операции на грани фола.
 - Опять его понесло... - буркнул испанец. - На подвиги...
 - Это же Джон. - буркнул Кристиан. - Не тормози, а то догонять придется.
 Привычно побубнив, бойцы быстрым шагом нагнали командира и выстроились в отлаженном за годы совместной работы порядке. За ними, в хвосте отряда, шла сумрачная Эшли.
 
 Джон быстрым шагом пересек холл, целенаправленно двигаясь к ведущим в закрытый сектор дверям. В голове билась злость и раздражение. На Спектра, в очередной раз оставившего его отряд "прикрывать и присматривать", на испарившегося в неизвестном направлении Николауса, хотя именно сейчас аналитик с навыками высококлассного диверсанта нужен как никто иной, на Аэте с его вроде бы наивными, но ужасающе неприятными вопросами, на капитана, откровенно пославшего их нахрен вежливым путем - через заблокированный вход, вынуждая искать обходные пути.
 - Стойте. Этот сектор закрыт.
 - У меня есть пропуск от капитана Вентралиса. - Шепард продемонстрировал полученную карточку. - Он дал добро на спуск в лабораторию.
 Боец ЭРКС с сомнением осмотрел пропуск, покосился на равнодушного ко всему напарника.
 - Проходите. - после короткой паузы добавил: - Учтите, на входе в лабораторный комплекс стоит автоматическая система защиты, и если она на вас среагирует, вы будете считаться нарушителями.
 Коммандер коротко кивнул и прошел мимо охраны в просторный зал, разделенный на три неравных зоны: центральную часть с рабочими терминалами и непонятными постороннему человеку стойками с оборудованием, и две практически идентичные площадки с несколькими дверьми.
 - Полагаю, нам туда. - уныло пробормотал Раймонд, разглядывая перегороженную силовыми полями дальнюю часть зала.
 - Аарон, сможешь вскрыть замок? - хмуро спросил Джон, останавливаясь на границе сканирующей зоны.
 - Не уверен. Надо смотреть. - честно ответил испанец, изучая ровно горящую алым панель. - Может, стоит подождать Николауса?
 Джон поморщился. По-хорошему, следовало найти скрытного немца и дать ему вскрывать замок. Обычно в отряде именно он занимался взломом и дешифровкой, но... Покосившись на лениво плавающие по обе стороны от узкого прохода турели, коммандер, подавив сомнения, твердо произнес:
 - Взламывай!
 
 
 * * *
 
 
 Холл закончился как-то странно быстро, прошел мимо сознания быстрый спуск на лифте на технический уровень и быстрый разговор с каким-то турианцем на незнакомом языке, короткий коридор с заблокированными дверьми, ровно светящимися тревожными алыми индикаторами на панелях, приведший их в захламленное техническое помещение, спуск по лестнице... Он лишь отмечал путь, безуспешно пытаясь вернуть привычное и выверенное состояние трезвости рассудка и холодной, машинной точности ума.
 - Нико? - в голосе - отголосок тревоги. - Что-то случилось?
 Мужчина не сдержал нервный смешок.
 - Пару часов назад я был мертв со сквозной дырой в груди. А сейчас - жив и здоров. Полагаешь, это можно отнести к определению "что-то случилось"?
 Аэте хмыкнул.
 - Полагаю, тебе стоит успокоиться.
 Нико скривился.
 - Я себе это говорю после каждой выходки Джона на протяжение нескольких лет. Но последнее время спокойствие дается мне все тяжелее.
 - Нервы сдают?
 - Предел прочности есть у всех. - флегматично отозвался Николаус. - Видимо, я своего наконец-то достиг, хотя всю жизнь считал себя довольно... уравновешенным, хладнокровным и терпеливым человеком. Но сейчас я на грани нервного срыва и делаю то, что ранее казалось для меня недопустимым. Например, я говорю тебе то, что говорить не должен. - в голосе промелькнуло недоумение. - Почему я это делаю?
 - Наверное потому, что я вызываю у тебя доверие. - иронично ответил Аэте, чуть замедлив шаг.
 - Наверное. Но почему ты вызываешь у меня доверие?
 - Это уже другой вопрос.
 Нико хмыкнул, но согласно кивнул, позволяя неспешной беседе угаснуть. Странный разговор к его удивлению принес спокойствие и умиротворение, словно все проблемы отодвинулись куда-то далеко и перестали иметь значение. И даже понимание того, что его подопечный прямо сейчас творит очередную смертоубийственную, но очень геройскую и правильную глупость, не вызывало ничего существеннее легкой досады. Это ведь было предугадано Спектрами? Было. Наверное, какие-то меры воздействия или способы устранения последствий вероятной глупости должны быть предусмотрены? С ними же оставили Аэте... чтобы он не позволил Джону помереть из-за излишней инициативности. В это очень хотелось верить, потому как останавливать подопечного Николаус не собирался. Да и не смог бы без радикальных мер в виде грубого физического воздействия.
 Возможно, Спектр права и ему стоит перестать опекать Джона и дать тому возможность влезть куда не следует и получить закономерные проблемы? Может. Но ведь кому-то же их придется потом решать...
 - Мы пришли, Нико.
 Спокойный голос Аэте взбодрил, выбивая из странного состояния полутранса и возвращая привычную холодную рассудительность. Аналитик бегло осмотрел захламленное помещение, задержав взгляд на невысоком волусе в черно-сером скафандре, мнущемся перед ними.
 - Вы здесь, чтобы что-то выяснить о НИХ?
 Тихий дрожащий голос с характерным щелканьем показался удивительно-громким и вкрадчивым в тишине технической зоны.
 - Нет, я знаю о рахни. - мягко отозвался асур, присаживаясь возле одинокого волуса. - Лучше расскажи, что произошло. Ты же был там?
 Тихий щелчок.
 - Да. Я единственный, кто выжил в лаборатории. - голос затих до невнятного шепота. - Я убил ее...
 - Кого? - в голосе Аэте появилось легкое удивление: он не верил, что волус мог кого-то убить сознательно.
 - Доктора Зонмуа. Мы собирались обедать, когда включилась тревога. Я побежал к монорельсу. И закрыл двери. Она стучала в окно. Потом ее разодрали на куски. - волус щелкнул, вокалайзер скафандра донес какие-то невнятные звуки, но речь вновь стала разборчивой: - Я закрыл дверь. Я убил ее.
 - Это тебя так отягощает?
 - Я никогда не убивал...
 - Все бывает впервые. - парень пожал плечами.
 Волус резко произнес:
 - Мне не нужно отпущение грехов! Его не бывает.
 Асур хмыкнул.
 - Не бывает. Прими произошедшее как есть и не мучай себя. - сияющие глаза сощурились. - Откуда у вас королева рахни? Их же всех перебили в последней войне.
 Волус помялся, пошевелил пальцами, щелкнул и ответил:
 - Их нашли на брошенном корабле. Яйцо. Осталось с войны. Привезли его сюда... Мы возродили рахни. Теперь я понимаю, что это была плохая идея...
 - Возродить разумный вид - не самая плохая идея, но вмешательство в их геном - ошибка. - возразил Аэте. - Как много измененных клонов вы вырастили?
 - Не могу сказать. Не знаю. Много. Не наши разработки. Спрашивай у людей.
 Аэте встал.
 - Я спрошу. Благодарю за ответы.
 Волус не ответил, вновь погрузившись в свои страхи и переживания, перестав обращать внимание на отошедшего от него беловолосого асура.
 - Он не безумен. - произнес Аэте, жестом подзывая к себе Николауса. - Подавлен, раздавлен чувством вины, но рассудок не пострадал.
 - Узнал, что хотел?
 - Да. Мне было интересно, откуда взялись рахни. И кто вносил изменения в их геном. Остальное - несуще...
 Аэте запнулся на полуслове, резко вскинув голову: тишину комплекса разорвал рев сирены. Нико тяжело вздохнул.
 - Быстро он, когда не надо... Что будешь делать?
 Асур снял с захвата меч, улыбнулся и ответил:
 - То, что умею лучше всего.
 
 
 
 

Глава 56: Новерия: возвращение


 
 
 Рев сирены ударил по ушам, силовые поля замерцали алым, а еще недавно вальяжно плавающие в воздухе турели резво развернулись к нарушителям.
 - Внимание! - произнес электронный женский голос. - Активирован протокол "Сторожевой пёс"!
 Люди замерли, даже не дойдя до двери, но тут же порскнули по укрытиям.
 - Аарон!
 - Да я еще ничего не успел сделать! - выпалил боец, метнувшись под стойку с оборудованием.
 В пол влепились пули, щедро выпущенные турелями в нарушителей их спокойствия.
 - Оно сработало само! Видимо, при пересечении зоны безопасности! - уже чуть спокойнее добавил испанец. - Повезло еще, что сперва голосовое оповещение было! Если бы сразу огонь открыли...
 Джон выматерился.
 - Следите за спинами. Будет зачистка.
 Коммандер, при всей своей горячности и доле идеалистичности, идиотом никогда не был и понять, что сейчас произошло, был вполне в состоянии. О срабатывании тревоги при пересечении зоны безопасности их не предупредили. Видели, что они сюда идут, знали, что тревога сработает. Упомянули лишь о статусе нарушителя. Вывод очевиден: будет зачистка неугодных, проведенная под удобный повод срабатывания тревоги. Почему это не было сделано ранее, Джон не понимал, но, видать, причина была. Раздавшиеся где-то вдалеке выстрелы лишь укрепили его в сделанном выводе.
 - Что делать, командир? - озвучил самый актуальный вопрос Аарон.
 - Надо снять турели, пока там не закончили. Нас тут пристрелят, а мы даже дернуться из-за укрытия не можем!
 Но выполнить озвученное оказалось... невозможно. Четыре скорострельные турели военного образца контролировали открытое пространство зала, не давали даже шанса высунуться из-за укрытия, немедленно открывая огонь на поражение. Кинетические щиты брони бойцов точный перекрестный огонь летучих орудий выдерживали секунды две, времени продавить мощные щиты турелей не хватало, а восстанавливались они с ужасающей скоростью. Протокол эшелонной обороны работал без осечек: когда у турелей опорожнялся магазин, они самостоятельно опускались на гнездо на догрузку боеприпасов и возвращались вновь готовыми к бою.
 Выстрелы в коридорах давно затихли, но в зал никто не заходил, вынуждая людей нервничать все сильнее. Неизвестность напрягала, толкая на безрассудство.
 - Джон, вы там живы?
 Довольный громкий голос прозвучал неожиданно, разом ломая напряженную атмосферу. Коммандер вздрогнул, переглянулся с бойцами. Не узнать ЭТОТ голос он не мог. Слишком часто последнее время слышал.
 - Аэте? - осторожно переспросил он.
 - Ага! - радостно сообщил беловолосый, заходя в помещение. - Я отключил защитный протокол и обесточил турели.
 - Николаус? - глухо спросил Шепард.
 - Жив-здоров. - беззаботно ответил парень, сбегая по короткой лестнице и подходя к бойцам. - Зачистка закончена.
 Джон устало сел на пол, уронив винтовку, привалился спиной к ледяному металлу стойки с оборудованием. Говорить и что-то делать не хотелось. Накапливавшееся с момента перевода напряжение вылилось в откровенно глупый поступок и принесло в итоге опустошение. Понимание сотворенной глупости, поставившей под угрозу жизни его людей, лишь добавляло жгучей вины. Оправдания его поступку не было: мог бы остановиться. Должен был остановиться! Но не сделал. Полез куда не следует, а в итоге... погибли другие. Вина за убитых - его.
 - Их бы все равно убили. - спокойно сообщил Аэте. - Нашли бы другой повод. Корпорации невыгоден слив такой информации: воссоздание опасного вида и разработка на его основе генетически модифицированных боевых химер в Пространстве Цитадели запрещены.
 Джон перевел взгляд на странного парня, удивленно моргнул, нахмурился. Вертящиеся в голове вопросы вытеснил главный:
 - Ты ранен?
 Аэте покачал головой.
 - Это не моя кровь. - легкая улыбка осветила лицо, но тут же сменилась досадой. - Я увлекся и был... неаккуратен. - и тут же, без паузы: - Спектры уже возвращаются. Будут в Центре-4 через минут двадцать.
 Джон коротко кивнул, давая понять, что понял сказанное.
 - Ты сказал, что выживших все равно убили бы. - коммандер встал, бросил косой взгляд на опущенные в приемные люки турели.
 Белобрысый парень кивнул и охотно ответил:
 - Все лаборатории на Новерии - полузаконные. Здесь допустимы мелкие нарушения закона, но только мелкие, потому как все проводимые исследования должны хотя бы видимость законности соблюдать. - Аэте приглашающе махнул рукой, предлагая следовать за ним. - А как я уже сказал, выведение признанного опасным вида и проведение на его основе разработок боевых химер - совершенно незаконно. На эти исследования закрывали глаза лишь пока они оставались тайной.
 - Тайну пытались сохранить, убив всех выживших? - хмуро задал риторический вопрос Джон.
 - Ага. Это - распространенная практика. Зачистка свидетелей. И нас тоже попытались убить.
 - Но?
 Короткий коридор закончился, и бойцы вышли в холл.
 - Но у них это не получилось. - улыбнулся Аэте, довольно щуря яркие фиолетовые глаза, уже не скрытые полосой визора.
 Коммандер, открывший было рот, чтобы задать новый вопрос, подавился словами и замолк, оторопело глядя на лежащий в паре метров от дверей распластанный практически пополам труп охранника, с которым он совсем недавно говорил. Взгляд Джона заметался по просторному помещению, выхватывая детали: прелестная азари, испуганно замершая у стены, рядом с ней - Николаус, разговаривающий о чем-то с двумя турианцами в броне с эмблемами ЭРКС, чуть дальше, у лифта - три искалеченных и изломанных тела в луже крови, еще два трупа распластались практически посередине зала. Один из них - без головы, второй - с развороченной выстрелами грудью. Еще пятеро - у прохода к монорельсу. Сколько еще погибших не попало в поле зрения - неизвестно.
 - Это ты их всех? - осторожно спросил Кристиан.
 - Ага. - довольно, даже радостно ответил парень.
 Раймонд покосился на него, присел возле разваленного до пояса трупа, осторожно потянул на себя, переворачивая тело. Одна часть отошла от другой с громкий плямкающим звуком, выплеснув остатки крови и вывалив сизые кольца кишечника. Кристиан матюкнулся, Джон отвел взгляд, а Раймонд с интересом изучал срез по броне.
 - У твоего меча полноценная мономолекулярная заточка? - задумчиво спросил испанец.
 Аэте кивнул.
 - Лезвие самозатачивается силовыми полями при возвращении в захват.
 Боец потрогал края брони.
 - Чтобы так разрубить среднюю броню даже мономолекулярным клинком, удар должен быть нанесен с огромной силой и скоростью. - темные глаза впились тяжелым взглядом в умиротворенное смазливое лицо.
 Парень пожал плечами и с откровенной иронией ответил:
 - Верно, иначе лезвие увязнет в слоях брони и может остановиться. А если сила удара недостаточно велика, не прорубишь броневую пластину.
 Люди переглянулись.
 - Не знал, что броню можно разрубить. - проворчал Кристиан.
 На что получил исчерпывающий ответ:
 - Ваша броня рассчитана на узкий диапазон вооружения, от которого должна защищать. - беловолосая голова чуть склонилась набок. - В основном это баллистический урон сверхзвуковых пуль мелкого и среднего калибра, огонь, ударная или взрывная волна, шрапнель и тому подобные виды повреждений, наносимые стрелковым оружием и разного типа гранатами. Основной материал брони - органические волокна разной структуры. Металла практически нет: он признан вами неэффективным, тяжелым и непрактичным. Уступающим по классу защиты органике. Максимум его присутствия - оксидные напыления, которые придают полимерным волокнам прочность и увеличивают сопротивляемость к режущим и колющим повреждениям. - парень хмыкнул. - Холодное оружие признанно устаревшим. - в мягком голосе - презрительная язвительность. - Как результат, ваши средства защиты слабо эффективны против обыкновенного меча: кинетические щиты удар клинком не останавливают ввиду низкой скорости движения, а броня - не держит такие типы повреждений. Итог... - испачканная в подсыхающей крови рука небрежно указала на разрубленное тело.
 - Мечи не зря признаны неэффективны. - проворчал Кристиан. - Потому что подойти еще надо! А тебя - пристрелят на расстоянии.
 Аэте поднял руку. Воздух ощутимо замерцал от плотного силового поля, а на литом металлическом наруче заблестели крохотные искорки работающих эмиттеров.
 - Силовые поля можно использовать по-разному. - мягко и укоризненно произнес он, с непередаваемой иронией в ярких фиолетовых глазах глядя на оторопевшего мужчину. - Например, можно сделать ростовой щит. Это несложно: необходимо всего лишь правильно задать алгоритм работы эмиттера. А из-за того, что поверхность генерируемого поля относительно небольшая и геометрически правильная, сам по себе щит - мощнее и быстрее разворачивается.
 Раймонд встал, отошел на пару шагов от трупа, хмурясь и задумчиво глядя на беловолосого парня. Но вслух свои сомнения и предположения не высказал: будет время, поговорит... с отрядным аналитиком. Не зря Николаус последнее время столь напряжен и задумчив. Что-то знает...
 - А эти? - короткий кивок в сторону развороченного трупа. - Это же не дробовик: повреждения не те. И не винтовка: она таких дыр не делает.
 Аэте снял с захвата пистолет, вытащил обойму и выщелкнул одну пулю, протянув ее испанцу. Тот взял, осмотрел, повертел в пальцах.
 - Такие боеприпасы запрещены к использованию. - негромко произнес он.
 - Только вам. - отмахнулся беловолосый парень, возвращая магазин в пистолет. - Я никоим образом не отношусь к Альянсу Систем, и его запреты меня не касаются. А в Иерархии экспансивные пули с бронебойной сердцевиной не являются запрещенными или негуманными. - он фыркнул. - Странное словосочетание: гуманное оружие...
 - Чем оно тебе не нравится? - хмуро спросил Джон.
 Седой парень повернулся и поднял на него тяжелый взгляд ярких и холодных глаз... урожденного убийцы.
 - Самой своей сутью, Джон. Если следовать вашей логике, наиболее гуманным оружием является залп тяжелого монитора, способного одним выстрелом превратить населенную планету в могильник. - умиротворенный и безмятежный голос прозвучал удивительно жутко. - Потому как это - гуманно. Население не успеет даже испугаться... и понять, что их убили. Мгновенная и безболезненная смерть.
 Ответ покоробил. Циничностью и безжалостной логикой, с которой тяжело спорить.
 - Капитан Вентралис жив? - глухо спросил Джон, бросив беглый взгляд в сторону неподвижно сидящего у стены наемника.
 - Да. Он без сознания. - Аэте даже не глянул на свою жертву. - У Спектров к нему есть вопросы. - силовой щит свернулся и исчез. - Оставайтесь здесь.
 - А ты?
 - А мне надо закончить свою работу. - спокойно ответил парень, пристально глядя в глаза Джона. - Буду очень признателен, если мне не придется возвращаться до того, как я закончу зачистку комплекса.
 Коммандер открыл было рот, чтобы задать толкущиеся в голове вопросы, но... промолчал, коротко кивнув. Вопросов было много. Возможно, он задаст их странному беловолосому парню, когда они вернутся на "Нормандию". Возможно, он попросит Спектров разъяснить ситуацию, потому как неопределенность и странность ситуации все больше и больше ставила в тупик и приводила к... неприятным ситуациям. Таким, как сегодняшний безобразный срыв и сотворенная глупость, стоившая другим жизни.
 
 
 * * *
 
 Возвращение в Центр-4 прошло без осложнений и осечек, разве что волокиты было много с девочками Бенезии и погрузкой Королевы в вагон, явно непредназначенный для перевозки существ такого размера. Но малышка рахни проявила чудеса гибкости и просочилась в узкие для нее двери, в очередной раз доказав, что не только коты и куры в состоянии как жидкость просачиваться в щели, даже теоретически для них неодолимые.
 Рекс всю дорогу мысленно ворчал и раздражал восприятие, Бенезия клубилась страхом и тревогой, Лиара переживала за мать и откровенно боялась Королеву, которая была хоть и напугана, но до безобразия счастливая и ластилась в ментале, шибая по мозгам неуемной радостью и искренним обожанием. Это чувство я щедро раскидывала по связи, чтобы меньше давило на мозги, да и мужчинам такое обожание доставляло удовольствие: не часто можно получить настолько чистое и незамутненное чувство за обыкновенные понимание и защиту. Особенно это понравилось Дэргу, который за короткое время поездки окончательно оборзел и нагло устроился у рахни на сложенных лапках, почесывая разомлевшее насекомое за мягкую кожицу шеи, отчего та млела и громко урчала, приводя нашего отморозка в восторг и вызывая умиление. Дилан наблюдал с интересом, но спокойно, лишь раз дернувшись, когда рахни опутала вихрастую голову Дэрга мягкими щупами. Но Гризли, помня, как Королева льнула ко мне, только хохотнул в ответ на мои слова о "ластящейся девочке" и позволил ей играть с отросшими после перевода волосами. В общем, между ними царила полная идиллия и взаимопонимание. Зато Бенезия дергалась при каждом моем жесте или слове, косо смотрела на моих бойцов и с непониманием - на Найлуса.
 Так и доехали до перрона Центра-4, встретившего нас звенящей тишиной и пустотой. Не было ни техников, которые совсем недавно возились с системой защиты, ни охранников. У стены фонило энергией недавней смерти: вероятно, именно там мы и найдем тела техников, а вот охранники, полагаю, уже наверху. Мертвые. Потому как Аэте радостно сообщил, что убил всех, кто поднял оружие. И даже саму лабораторию успел зачистить, вихрем промчавшись по комплексу и оставив четыре десятка трупов разной степени расчлененности. Зато успокоился и вышел из хараза, что меня несказанно радовало.
 - Выгружаемся. - я вышла на перрон.
 За мной вышли Гаррус с Найлусом, потом Рекс и потянувшейся за ним стайкой азари.
 - Дэрг, останешься с Королевой. Подниметесь последней ходкой. Лифт должен выдержать.
 Были бы мы в любом другом мире, и я бы еще усомнилась, а сможет ли пассажирский лифт выдержать вес настолько крупного существа, как Королева рахни. Но здесь в основании лифтовой кабины встроена платформа с генератором масс-поля, которая должна автоматически сработать при превышении веса груза. Но на всякий случай я проконтролирую подъем.
 Дэрг с такими мелочами не заморачивался и просто кивнул, с интересом наблюдая, как рахни просачивается через дверной проем. Удивительное зрелище, невозможное, но ужасно занимательное! Даже Рекс с его толстокожестью засмотрелся. Зато стало понятно, как огромные защитники королевы умудрялись свободно перемещаться по "Вершине-15" с ее дверями и коридорами, рассчитанными на гораздо более мелких существ.
 Первой ходкой наверх уехали я с Найлусом, Гаррусом, Диланом, Рексом с Лиарой и Бенезией. Когда мы поднялись, на лифтовой площадке нас уже ждали довольный жизнью Аэте и понурый Джон, фонящий сумбурными и противоречивыми эмоциями.
 Ну наконец-то его прорвало! Теперь с ним можно начинать работать, потому как до сего светлого момента что-либо говорить или объяснять было бессмысленно и бесполезно: упрется. Джон - продукт воспитания своего общества, от него нельзя сходу требовать понимания и здравомыслия. Потребуется время и множество затраченных усилий, чтобы он включил аналитический ум и начал пользоваться своей светлой головой по назначению. Может же! Но пока этого НЕ делает, по привычке полагаясь на догматы Устава и вколоченную намертво привычку подчиняться и не оспаривать приказы вышестоящего. Сегодня он не нарушил моего приказа: я НЕ ЗАПРЕЩАЛА ему лезть в лаборатории. И не давала никаких инструкций на эту тему. Технически, придраться не к чему, но сам Джон отлично понимает, что натворил. У светлых вообще развита привычка винить себя... и брать на себя лишний груз. Как сейчас, за действия Аэте и перерезанным им народ. Даже смотреть ему в голову нет нужды, чтобы понять это: на породистой физиономии все проштамповано. И во взгляде, полном вины и подспудного ожидания наказания.
 - Все же, напали... - негромко произнесла я, обозначив свое отношение к трем трупам, валяющимся у стены напротив лифтов.
 Аэте согласно кивнул и довольно улыбнулся.
 - Ну ты хоть не столь открыто демонстрируй, насколько тебе нравится убивать. - укоризненно произнесла я, краем глаза наблюдая за Джоном и его людьми.
 Асур тут же виновато опустил глаза, но счастливая улыбка, блуждающая по губам, лишь усилила эффект от моих слов.
 - Полегчало? - мягко спросила я.
 Аэте снова кивнул и улыбнулся еще счастливее.
 - Вот и молодец.
 Бенезия стояла ровно, словно царственная особа на приеме, всем видом демонстрируя полную нормальность происходящего, хотя ее изломанные трупы и счастливо улыбающийся седой отморозок... нервировали. Рекс для себя ничего нового не узнал, а вот Лиара была в откровенном шоке. Ну да... Неожиданная сторона белобрысой милахи.
 Лифт приехал повторно, привезя девочек Бенезии. Азари плотно напихались в кабинку, но влезли все, благо, грузоподъемность позволяла. Еще одно доказательство их зависимости от социума и привычка кучковаться, сбиваясь в стайки. Не удивлюсь, если и на корабле они предпочитают так же плотно набиваться в каюты.
 - Рекс, отведи азари в холл. - приказала я. - Ты все еще за них отвечаешь.
 Кроган причмокнул, согласно качнул головой и потопал к дверям. Стайка девушек гуськом потянулась за массивным наемником, освобождая пространство для последнего члена нашего отряда и его подопечной, уже поднимающихся на лифте.
 Пара тягучих мгновений молчаливого ожидания, и вот кабинка останавливается, двери расходятся, выпуская из лифта чутка окосевшего и "зализанного" Дэрга. Боец вывалился на площадку, пошатнулся, встрепенулся и убрался к стене. А следом начала выбираться Королева...
 - Думал, не втиснется. - заявил он, почесав всклокоченную голову.
 Выбирающаяся рахни завозилась, застрекотала, шибанув по мозгам страхом и паникой. Что такое? Я подошла ближе... Но подскочивший Дэрг, чей инстинкт наседки нашел новую жертву, уже и так оценил масштаб трагедии.
 - Бедолага... Застряла. Развернуться не может.
 И погладил скулящую рахни ко голове. Выражение физиономий бойцов Джона и его самого было непередаваемо!
 - Аэ, Дэрг, помогите ей выбраться. - я вздохнула, успокаивая паникующую малышку. - Лифт можно разломать.
 Для асура и входящего в силу полукровки ничего не стоит выломать часть стены... и разворотить коробку лифта. Мономолекулярное лезвие, конечно, не предназначено для подобного вандализма, но прекрасно режет полимерные материалы, которые использовались при постройке. Да и металл неплохо режет, пусть и с натугой...
 Подошел Николаус с двумя незнакомыми мне турианцами. За выламыванием части стены, обнажившей коробку лифтовой кабины и вытаскиванием застрявшего насекомого, наблюдали с живым интересом. Нико уже ничему не удивлялся, а для турианцев физическая сила асуров новостью не была. В отличии от Джона и трех его бойцов. Вот уж у кого сегодня день открытий...
 Наконец, рахни вытащили, и огромное насекомое шустро отбежало к стене, сжавшись компактным комочком. Висеть в раскачивающейся лифтовой кабине ей было страшно: из-за различия восприятия мира она прекрасно ощущала бездну под собой и эфемерность тонкого пола. Конечно, ей было страшно упасть с такой высоты в металлической коробке! Инстинкт самосохранения ей присущ, в отличие от двух монстров, которые ее из этой коробки доставали.
 - Дэрг, рахни остается под твоим присмотром. Отведешь ее наверх, к монорельсу, и устрой в поезде.
 Тот кивнул, гладя подопечное существо по доверчиво опущенной голове. Королева тихонько стрекотала, заваливая ментал страхом и неуверенностью. Сейчас, когда вокруг нее появилось большое количество чужих разумных, относящихся к ней с негативом и страхом, она снова начала бояться.
 - Аэ... - я кивнула на Королеву и мысленно добавила: - "Она опять всего боится. Можешь за ней присмотреть?"
 Асур вздохнул, подошел к огромному насекомому, остановился напротив, коснувшись окровавленными пальцами мягких щупов.
 - Помнишь меня?
 Щупы оплели руку, скользнули по плечу к лицу. Королева застрекотала, заурчала, шибанув по голове радостью узнавания.
 - Ты помнишь... - Аэтера склонил голову набок, позволяя себя ощупывать. Как когда-то безумно-давно, когда рахни еще были мирным народом, а он сам жил впервые. - Ты знаешь...
 Королева убрала щупы и осторожно ткнулась мордочкой ему в грудь, отчего асур покачнулся, но устоял и положил руку на лоб между группами глаз.
 Зов-мольба ударила в голову неожиданно и сильно, вышибив искры из глаз. Королева просила о... защите! Громко, отчаянно, обращаясь к существу, которое ей знакомо. Генетическая память вида... Королева точно знает, что такое Аэтера...
 - Тише... - сильная рука прижала голову рахни, вынуждая ее приглушить ментальный крик. - Я тебя услышал. Не бойся. Будет тебе защита...
 Рахни не умеет говорить словами: нет у нее нужного органа. Но со слухом у Королевы все хорошо, и она может слышать человеческую речь. И достаточно разумна, чтобы ее разбирать, иначе не смогла бы общаться даже через чужое тело. Аэте услышали и поняли. Он говорил простыми фразами, доступными для понимания разумного насекомого: Не бойся. Будет защита.
 М-да... И ведь будет же... Раз уж Аэтера пообещал, он сделает то, что было им обещано. И защиту Королеве обеспечить тоже может...
 Я повернулась к двум турианцам, молча наблюдающим за происходящим с непередаваемым чувством... смирения. Тоже поняли, чем чревато это обещание.
 - Адари Новис и Сорах Аор, верно? - уточнила я.
 - Вы не ошиблись, Спектр. - согласно склонил голову Адари.
 - Буду признательна, если вы возьмете на себя организацию выживших. Мы закончили свои дела на станции "Расселина" и возвращаемся на "Вершину-15". Предлагаю вам отправиться с нами.
 Мужчины щедрость предложения оценили.
 - Сколько у нас времени?
 - Минут двадцать. - ответила я, прикинув, скольком мне может потребоваться времени на вдумчивую беседу с капитаном.
 - Мы всех соберем.
 Турианцы ушли быстрым шагом, фоня облегчением и подспудной радостью: выбраться из ловушки этого места хотелось всем. Ну а дальше закрутилась привычная возня, сопровождающая любую миссию после ее фактического завершения.
 То, что мне было нужно, мы получили: Бенезия жива-здорова, в трезвой памяти и здравом рассудке, королева вон сидит у стены, ластится к Дэргу и снова "зализывает" его, оплетя мягкими щупами. Все живы, здоровы, напавшие - перебиты. Осталась сущая мелочь - собрать всех выживших и загрузить их в поезд с наименьшими потерями времени и нервных клеток, но я передала эту почетную обязанность двум турианцам. Они обитателей этой богадельни хорошо знают, вот пусть их и собирают по углам, успокаивают и сгоняют в холл. Что еще? Азари, отправленная сюда Сареном осталась жива: Аэте указания выполнил четко. Девушку вообще зачистка не зацепила. С ней я еще поговорю... позже. А пока меня ждет капитан Вентралис.
 
 Допрос наемника много времени не занял и ничего нового я с его слов не узнала. Да, действительно, Вентралис и его личный отряд работали на "Цербер" и знали об этом. Да, они должны были всех перебить в случае каких-либо осложнений, но после нападения рахни выжило слишком много чужих бойцов, и провести зачистку без причины они не могли. Пока не прибыл наш отряд, капитан милостиво позволял чужим бойцам жертвовать собой в постоянных нападениях невменяемых насекомых, доведя их до истощения.
 Даже не знаю, порадовал меня Вентралис под конец допроса или нет, выплюнув с ненавистью:
 - Стоило предположить, что рахни вас не остановят!
 Я пожала плечами, глядя в серые глаза человека, полные бессильной ярости и злости.
 - Да и вы бы нас не остановили. Как показала практика, на всех вас хватило одного-единственного бойца.
 Больше мне от капитана ничего не было нужно, и он это понял. Пуля в голову - достойное завершение нашего общения... поскольку оставлять в живых врагов, способных реально подгадить, я не привыкла. Например, подгадить на Омеге, где частенько собираются наемники со всей галактики. И подгадить не мне лично, а кому-то из моих близких.
  Джон в наш занимательный разговор не вмешивался и предпочел исчезнуть в самом его начале. Пусть. Хотя бы это себе в вину не поставит. Я его отпустила поговорить с доктором Коэном, но и там у коммандера возникли проблемы. С доктором, который категорично отказывался его понимать и настаивал, чтобы мы спасли его коллег. Настаивал, даже когда я четко пояснила невозможность выполнения его желаний.
 - Доктор, Коэн. Вы меня, видимо, не совсем правильно поняли. - сухо произнесла я, прерывая поток возмущений, которые молча выслушивал понурый Джон.
 Зев растерянно заморгал, нахмурился, перевел на меня взгляд.
 - Простите?
 - Мы покидаем станцию "Расселина". У вас есть пять минут на сборы.
 - Но как же они... - он указал на три еще работающих капсулы. - Спектр, люди же еще живы! Их можно спасти!
 Живы. Можно. Я бы могла их спасти, если бы захотела. Это не так сложно, залатать отказывающий из-за действия токсина организм. Но... Они эту дрянь разработали. Они ею заразились. В этом даже есть доля справедливости и иронии... Но я - не хочу. Мой личный маленький заскок: из-за особенностей некоторых жизней я не люблю тех, кто разрабатывает такую дрянь. В Мультиверсуме и без подобных поделок хватает смертоубийственной пакости.
 - Их можно спасти, только если немедленно доставить в стационарный госпиталь. - столь же сухо отрезала я. - Мы же уезжаем в комплекс "Вершина-15", на территории которого еще неизвестно сколько времени пробудем. Если у вас остались иллюзии, советую с ними расстаться: там вы не получите помощь. На "Вершине" нас ждет вторая половина моего отряда с большим количеством раненных. Там тоже было нападение рахни. Там тоже погибли люди. А что касается ваших коллег... Есть два варианта: или мы их быстро и безболезненно убьем, или оставим как есть. Вам какой больше не нравится?
 От такой постановки вопроса он растерялся.
 - Что... Но...
 - Доктор. Мы уезжаем на монорельсе ровно через семь минут. Если вы не явитесь к поезду до этого срока, ждать мы не будем. Я понятно изъясняюсь?
 Мужчина помрачнел и коротко кивнул.
 - Рада, что ТЕПЕРЬ вы меня поняли правильно. Коммандер, следуйте за мной.
 Развернувшись, я покинула медотсек, оставив доктора переваривать сказанное и делать мучительный выбор.
 Джон молча шел следом, ожидая... да много чего он ожидал. Как минимум - выволочки за сделанную глупость и какого-то наказания, а я все не ругала его и не ругала, да и наказывать не спешила. Зачем? Он и так себя наказал. Притом так, как я бы при желании не наказала.
 - Джон, забирайте своих людей и отправляйтесь к монорельсу. Проследите, чтобы все успели погрузиться в поезд к моему приходу.
 - Понял, Спектр.
 Мучимый чувством вины Джон - восхитительно-покладистый и понятливый. Ясное дело, что надолго его не хватит, если не продолжать стимулировать, но сейчас его состояние - самое то для работы. Будет мне развлечение по дороге на Цитадель. Да и Эшли подозрительно тихая, всё думает и думает... о полезных вещах. Аж наблюдать приятно.
 
 Я уж не знаю, чем руководствовался доктор Коэн, но к монорельсу через указанные семь минут он так и не вышел. Да и через десять не появился. Еще больше ждать ученого я не стала. Свернув окно инструментрона с мерно тикающим хронометром, я приказала:
 - Отправляемся.
 Найлус тронул кнопку на небольшом пульте. Двери мягко сомкнулись, мерно загудел двигатель, и монорельс начал разгон. Перед тем, как поезд ушел в туннель, я успела заметить, как на пустынный перрон выбежал-таки опоздавший к отправке мужчина, тащащий массивный металлический бокс.
 Быстрее надо было собираться.
 Я отвернулась от окна. Пока едем, хоть подремать можно. Этот день, кажется, бесконечный... все длится, длится и длится...
 - "Разбудите, когда подъезжать будем." - ненаправленно буркнула я по общей связи.
 - "Разбудим." - отозвался Найлус.
 - "Отдыхай." - полная тепла и заботы мысль Рруса.
 Зевнув под шлемом, я устроилась удобнее на мягком кресле и сползла в дрему.
 
 
 На "Вершину-15" мы прибыли буднично и тихо, приехав под самый вечер, когда за окнами поезда уже царил непроглядный мрак зимней ночи. Ррус разбудил меня минут за пять до начала торможения. Джейн и Итана мы предупредили заранее, еще как только тронулись, так что нас встречали Рамиро, Диего и Сойра с Саррадом, расхаживающие по промерзшему перрону, чтобы хоть немного согреться. Температура на станции давно опустилась ниже сорока градусов и стремительно приближалась к минус пятидесяти, царящим сейчас снаружи. Если у моих бойцов броня оставалась целой и герметичной, убирая проблему лютого мороза, то у мерзлявых турианцев из отряда Итана все было не настолько радужно.
 На перрон я вышла первой, как только Мира отбарабанила положенные слова о прибытии поезда на станцию и милостиво открыла двери. За мной с небольшим отставанием - Найлус и Аэте.
 - Спектр. - Рамиро внимательно нас осмотрел, задержав взгляд на асуре. - Были проблемы?
 - Да куда ж без них? - отозвалась я, стукнув костяшками пальцев по стеклу вагона и жестом давая приказ выгружаться. - Разошлись во мнениях с группой зачистки.
 Рамиро хмыкнул, а от порядком подмерзшего Саррада донеслось чувство, донельзя напоминающее злорадное удовлетворение. Он тоже группы зачистки не любит, какая неожиданность, надо же...
 Из вагона потянулись первые люди: группа сержанта О"Коннора во главе с ним самим. За ним вышли другие бойцы и гражданские, непроизвольно сбиваясь в стайку. Следом - Рекс, Лиара и Бенезия со своими девочками. Джон с отрядом и Эшли вышли последними, оставив в вагоне только Гарруса, Дилана и Дэрга с Королевой.
 - Саррад, я понимаю, что у вас и свои есть подопечные, но я была бы признательна, если бы вы взяли на себя выживших. - сказала я, осмотрев три четко выделившиеся группы разумных. - Бойцам нужен отдых и нормальный сон: они уже неделю на стимуляторах сидят.
 Турианец осмотрел неожиданное пополнение, ощупал взглядом уставших бойцов, отдельно прошелся по отряду сержанта.
 - Мы устроим их. Но потребуется сходить на продуктовые склады: съестного на всех не хватит.
 - Сходим.
 Из вагона вышли Гаррус с Диланом. Королева в своем углу пошевелилась, привлекая внимание. Диего, всмотревшись в покрытое изморозью окно, икнул и попятился.
 - Там же...
 - Да, там живая, здоровая, естественно-рожденная Королева рахни. Единственная в галактике. - невозмутимо ответила я. - Сержант, отведите гражданских от вагона.
 Мартин, уже успевший за время поездки хоть немного привыкнуть к огромному насекомому и смириться с его присутствием, споро организовал процесс, и менее чем за минуту стайка персонала с "Расселины" была отогнана от дверей вагона.
 - Вы собираетесь забрать ее с собой? - тихо спросил Сой, наблюдая, как огромное насекомое просачивается через узкие для нее двери.
 Я кивнула.
 - Вопрос о судьбе разумного вида, готового к добровольному сотрудничеству и попросившего защиты, будет решать правитель государства, к представителю которого была обращена эта просьба. Я, как Спектр Совета, взяла на себя обязательства доставить Королеву на Цитадель, где она сможет напрямую обратиться к Советнику Спаратусу или к Примарху Федориану.
 Турианцы переглянулись.
 - Королева обратилась с просьбой о защите? - вкрадчиво переспросил Саррад.
 Я кивнула.
 - К кому?
 - Ко мне. - ответил Аэте.
 Саррад неопределенно шевельнул мандибулами и пожал плечами. Лично для него вопрос с рахни уже закрыт, а огромное насекомое из врага переехало в статус потенциальной вассальной расы.
 - Где вы устроились? - спросила я. - Все там же?
 - Нет, спустились ниже, ближе к складам. Наверху стало слишком холодно. - ответил Сойра. - Мы проведем.
 
 Новое место для временного жилья находилось на нулевом уровне неподалеку от столовой и продуктовых складов. К нашему приходу три довольно просторных помещения уже были частично обустроены и даже немного прогреты самопальными обогревателями, собранными двумя техниками из подручных средств. Питание в комплексе со включением "Миры" появилось, но климатическая система оказалась повреждена дронами рахни и восстановлению подручными средствами не подлежала.
 Новичков с "Расселины" увел за собой Сойра, быстро сортируя по помещениям. Дэрг с подопечной обосновались в закутке между массивной опорной колонной и входом на кухню: пока Королева не успокоится, он будет рядом для ее спокойствия. Прятать рахни мы не собирались: все равно те, кто ехал с нами в поезде растреплют. Николауса я отправила на кухню с указанием Вивьену проследить, чтобы его друга обильно покормили. От его чувства голода у самой уже живот сводить начало! Джейн, выбежавшая нам на встречу, Джона доставать не стала. Она лишь посмотрела на него внимательно, прикусила губу, нахмурилась, и... ничего не сказала, ограничившись коротким приветствием. Зато вид окровавленного Аэте вызвал бурю эмоций: чужая кровь успела замерзнуть в дороге и теперь оттаивала, придавая асуру непередаваемый вид.
 Отправив Аэте отмываться, я подошла к Итану, тяжело идущему нам навстречу. Мрачный Хис все пытался его уговорить сесть и перестать носиться по помещениям. Я его поддержала, и Итан сдался, позволив себя довести до обустроенного угла.
 - Вы хорошо поработали. - сказала я, придерживая раненного под руку.
 Итан тяжело опустился на сваренное из двух столов широкое кресло, болезненно кривясь при любой нагрузке на ногу.
 - Верхние этажи полностью промерзли. Весь шпиль комплекса. - прохрипел он, устало откидываясь на наклонную часть столешницы, переломленную пополам. - Там невозможно находиться. И нельзя ночевать - замерзнем насмерть. Пришлось спускаться. Этот уровень в горе. Тепло немного держится.
 - Вы рисковали. Не всех рахни перебили.
 - Знаю. Встречали уже.
 Вернулся Хис с кружкой горячего напитка: разбодяженным на кипятке ягодным джемом, найденным на складе. Итан кивком поблагодарил друга, взял горячую кружку и замер, пережидая острую боль, крепко зажмурившись и мелко, поверхностно дыша.
 Сняв перчатку, я положила ладонь прямо поверх жесткой пластиковой шины, сбрасывая анестезирующее плетение. Пластик - органика, он не экранировал, позволяя энергии легко проникать в тело.
 Итан приоткрыл глаза, покосился на мои чуть светящиеся пальцы.
 - Благодарю.
 Любопытство слабо взбрыкнуло, но быстро угасло. В очередной раз он подавил вопросы, не собираясь даже пытаться узнать то, что бередило разум. Хотел узнать, очень-очень хотел, но... Но не стал напрашиваться или, тем более, требовать ответов.
 - Это временная мера. - уточнила я, убирая руку. - Чуть позже я посмотрю, что можно сделать с ногой.
 - Что с ней можно сделать, если куска кости не хватает? - с горечью спросил мужчина, глянув на молчащего Хиса. - Даже в госпитале ее не восстановят. В лучшем случае поставят протез. Никто не будет возиться...
 Он замолк на середине фразы, покачал головой и вновь отхлебнул напиток, с трудом сдерживая надсадный сухой кашель. К ранению добавилась серьезная простуда: Итан малоподвижен, много и обильно потел в стылом помещении. Результат закономерный: температура вновь подскочила, появился кашель, отдающийся острой болью в ноге.
 - Аэте сейчас установит стабильный канал связи, и мы сможем связаться с портом Ханьшань. Узнаем, как продвигаются работы по расчистке туннеля. Хотя бы прикинем, сколько времени нам тут сидеть.
 Итан осторожно поставил кружку на стол, прижал горячие пальцы к горлу.
 - Вы не собираетесь возвращаться тем же путем?
 Я покачала головой.
 - В снегоход влезает при стандартной нагрузке девять разумных. Нас здесь почти сотня. Всех не вывезти.
 - Вы и не обязаны...
 - Не обязаны.
 Разговор подвис. Итан грел болящее горло разгоряченной ладонью и пристально смотрел на меня покрасневшими, воспаленными глазами, обведенными огромными темными кругами. Лицо осунулось, заострилось, бледное, покрытое пятнами неестественного румянца и мелкой бисерной влагой испарины. Если не некроз его убьет, то воспаление легких доконает. До его развития не так много осталось.
 - Я не верю в альтруизм, Спектр. - сиплым голосом прохрипел Итан, вновь беря в руки кружку. - Не в обиду вам: жизнь разучила меня верить. Мы не ждали помощи... - он отхлебнул напиток, болезненно сглотнул. - Когда вы включили "Миру", мы собирались выбираться сами. Как-нибудь...
 - Вы бы не дошли. С таким количеством раненных по практически непроходимой трассе... Транспорта у вас не было.
 Итан тяжело вздохнул.
 - В ангарах стоят снегоходы. В дальних. Их там шесть штук. Должны были сохраниться.
 Я никак не отреагировала на факт наличия рабочих снегоходов. Менять решение я не собиралась, как и возвращаться обратно по той трассе. У нас тут поезд монорельса стоит. Рабочий! Так что мне, из-за какого-то обвала опять поверху ехать? Вот чему научила жизнь в теле иллитири, так это умению пробивать завалы и выбираться из-под них.
 - Шансы были... - еще тише добавил он.
 Да... были. Для кого? Легкораненых у них нет: рахни или сразу убивают или тяжело калечат. Тяжелораненные гарантированно не переживут транспортировку. Итан это знает. Он бы сам не пережил спуск в ангары в том состоянии, в котором находился. Остальные... Не все бы уехали. Джим брата бы не оставил, Хис не согласился бы бросить друзей даже зная, что они обречены. Саррад... он бы ушел лишь после прямого приказа выводить других. Остальные бойцы? Ушли бы, пытаясь спасти гражданских.
 - Оставаться в комплексе - это гарантированная гибель. - продолжил говорить после короткой заминки Итан. - Либо команда зачистки грохнет, либо орбитальным ударом накроют. Такое здесь не редкость.
 - Но вы все равно работали?
 Мужчина пожал плечами.
 - Жизнь наемника - это всегда риск. Здесь хоть платят неплохо и не требуют ничего... - он запнулся. - Иногда излишняя принципиальность мешает зарабатывать на жизнь.
  Завозилась Королева в своем углу, устраиваясь удобнее. Итан перевел взгляд на огромное насекомое и на Дэрга, стоящего возле нее.
 - Вы собираетесь ее провести через Ханьшань?
 - Я собираюсь ее вывезти с Новерии. - поправила я.
 Итан вновь перевел взгляд на меня.
 - Вам не позволят.
 - Смотря что сказать... И как поставить вопрос. - я покачала головой. - Вам стоит отдохнуть, Итан. Я подойду позже. Посмотрим, что можно сделать с ногой.
 Мужчина коротко кивнул и снова отхлебнул горячий напиток, прикрыв слезящиеся глаза. На чудо он не надеется и слабо верит, что сможет пережить всю эту историю. Если бы не вмешательство Аэте, скорее всего, к этому времени он был бы уже мертв. Но раз уж он выжил и вообще по случайности попал нам на глаза...
 Быстрым шагом идя через просторный зал, некогда бывший одной из столовых, я обдумывала неожиданно свалившийся на нас шанс. Наемники-люди мне потребуются. Да, Вермайр стоит барьером, и я не могу строить действительно долгоиграющие планы пока не узнаю правду, но эта неопределенность - не повод отказываться от подвернувшейся возможности. Если я ошиблась в предположениях, я всего лишь не воспользуюсь этими закладками.
 Двери открылись, пропуская меня во второй зал, втрое меньший, чем первый. Посторонних здесь не было: кроме Аэте, в зале находился только Рамиро с Диего и Найлус с Гаррусом.
 - Что со связью? - спросила я, останавливаясь возле сидящего на полу асура.
 - Я подключился к спутникам в обход системы безопасности. - ответил Аэ, поднимая голову на звук. - Сейчас пробью систему безопасности порта и смогу связаться напрямую с инструментроном Лилихьеракса или Германа.
 - Не заметят?
 Беловолосая голова качнулась, расфокусировавшиеся незрячие глаза смотрели сквозь меня. Казалось, асур слеп, но я точно знала, что это не так. Сейчас он видит не реальный мир, а виртуальную среду активного тактического комплекса.
 - Нет. Технически, я их не взламываю. Я обхожу их протоколы связи и подключаюсь напрямую.
 Я села рядом, прямо на пол.
 - Работай спокойно, мы подождем.
 Он кивнул и закрыл глаза, чтобы визуальные образы не накладывались на информацию, проецируемую на зрительные нервы.
 
 
 * * *
 
 
 - Эй, Ли!
 Громогласный рев перекрыл визг дисковой пилы и треск сварочного аппарата. Главный механик порта отвел инструмент в сторону и повернулся, вопросительно глядя на спешащего к нему зама.
 - Группа Спектра на связь вышла! - пробасил мужчина. - Сигнал прими, а! С тобой поговорить хотят!
 Турианец отключил шелестящую на холостых оборотах пилу, раскрыл экран и только сейчас заметил мерцание сигнала вызова.
 - Ли на связи. - произнес он, дождавшись установления связи.
 - Здравствуйте, Лилихьеракс. - раздался знакомый женский голос, едва слышимый в шуме ангара.
 - А, Спектр. - мужчина шевельнул мандибулами в улыбке. - Рад вас слышать.
 Где-то на той стороне раздались смешки, показывающие, что они говорят по громкой связи и разговор слушают все желающие.
 - Мы все тоже рады слышать ваш голос. Как и громогласный рев Германа. - в голосе Спектра промелькнуло веселье. - Мы тут выживших нашли, и они в наши снегоходы не влезут, даже если штабелями сложить. Даже если очень плотно сложить и утрамбовать, все равно не влезут.
 Ли шутку оценил, как и скрытую ею проблему: Спектры взяли под опеку выживших и оставлять их не намерены, но как всех вывезти - не знают. Следующий вопрос прозвучал закономерным продолжением:
 - Собственно, у меня к вам вопрос: как у вас продвигается расчистка туннеля?
 Ли задумался, переглянулся с Германом. Человек пожал плечами и согласно кивнул, показав два пальца.
 - Дня за два одну линию расчистить сможем. Продержитесь?
 - Два дня? Да, продержимся.
 В голосе женщины звучала четкая уверенность.
 - Сколько вас?
 Ответ пришел мгновенно:
 - Почти сотня.
 Герман присвистнул. По связи вновь раздался смех.
 - Да, мы провели время с пользой, так что нас тут теперь много. - смех пропал, голос стал серьезным. - Если вас не затруднит, держите нас в курсе процесса расчистки. Один поезд монорельса стоит на станции с нашей стороны. Он рабочий, так что к завалу мы можем подкатить самостоятельно. Только скажите, по какой линии, мы его по кольцу на нужный путь перегоним.
 Турианец вздохнул, шевельнул мандибулами. Говорить Спектру, что гнать пассажирский поезд по непроверенной трассе опасно - бессмысленно. Для тех, кто сидит на цели потенциального орбитального удара каждый час промедления опасен.
 - Рассчитывайте на четвертую линию. - сказал Герман.
 - Поняли. Еще раз на связь выйдем утром в девять по местному времени.
 Ли глянул на хронометр.
 - Будем ждать.
 - Конец связи, Ли.
 Голос Спектра пропал, оборвавшись вместе с сигналом. Турианец помрачнел, задумчиво свернул интерфейс инструментрона, сумрачно глядя на друга и подчиненного. Человек смотрел на него с тем же выражением на заросшей щетиной роже.
 - Вы успеете за два дня?
 Герман кивнул, поскреб щетину, начавшую приближаться к обозначению "борода".
 - Разгрести-то разгребем и за сутки. На четвертой мы уже пробили завал, но поезд там не пройдет. Сам знаешь, для него надо расчищать весь туннель, а это возни еще дня на три-четыре. - мужик хмыкнул. - Хотя, за два дня мы расширим проход и укрепим его. Они там и пехом перейдут если что. А до порта на технических вагонах подкинем.
 Ли согласно кивнул.
 - Возьми всех свободных. Можешь снять бригады с проверки климатических систем.
 Герман кивнул, развернулся и утопал. Лилихьеракс покачал головой, опустил на лицо щиток и вновь включил пилу. У техников всегда много работы и без неожиданных диверсий, после которых приходится прокапывать туннели фактически заново.
 
 
 
 
 

Глава 57: Новерия: прав тот, у кого больше прав


 
 
 Оголенная кость на фоне вскрытых и разведенных мышц казалась белой, словно свежевыпавший снег, едва ли не светясь под холодным светом диодной лампы. Яркие лучи беспощадно высвечивали каждую полость и каждый провал в губчатом веществе, наглядно демонстрируя, что лечение еще далеко до завершения. Работы предстоит много, но самое важное уже сделано: костный мозг восстановлен и полностью функционален, сосуды проведены и находятся на своих местах, тело большеберцовой кости завершает формирование, а надкостница при контроле нарастет быстро. После останутся лишь проверки целостности и правильности функционирования, и можно укладывать на место восстановленную мышечную ткань и наращивать новую кожу.
 Итан шумно выдохнул, с легким присвистом и хрипом, завороженно глядя, как начинает нарастать компактное вещество кости, покрывая плотным панцирем более хрупкое губчатое. Процесс шел быстро: нужные вещества я брала напрямую из разведенного в миске мелового раствора, щедро сдобренного экзотичными добавками вроде металлической стружки, сухого сублимированного молока, овощного пюре и прочего подобного. На вид - мерзопакостная бурда с сомнительным запахом, покрытая пузырями и пеной, но полезная, экономящая мне множество сил.
 - Нравится зрелище? - иронично спросила я, окуная ладонь в миску.
 - Несказанно! - искренне ответил мужчина, поднимая на меня взгляд. - Никогда бы не подумал... - он покачал головой. - Да я и не верил, что подобное возможно!
 Я пожала плечами.
 - Мультиверсум - удивительное место, в котором не существует "невозможно" и "этого не может быть". Если поискать, можно найти всё, что способна представить фантазия и воображение разумного существа. И даже сверх того. Надо лишь пожелать выйти за пределы ограниченного мировоззрения. И взять за труд научиться всякому интересному.
 - Сложно возражать, видя то, что я считал невозможным. - Итан болезненно сглотнул и поморщился: горло еще нещадно драло, но надсадный сухой кашель прошел. - Почему вы это делаете?
 - Потому что могу и хочу. - честно ответила я. - Вы меня заинтересовали, Итан. Достаточно, чтобы я захотела вылечить вас и ваших друзей, за которых вы поручились.
 - Вы рискуете, показывая нам подобное. - тихо прошептал он.
 - Я ничем не рискую. Способность разумных отказываться верить в то, что выходит за рамки их понимания, порой, невероятно удобна. Вам никто не поверит. Да вы и не будете никому ничего рассказывать, потому как первыми попадете под удар: "Цербер" вас на запчасти разберет, чтобы посмотреть на внесенные изменения.
 Итан хмыкнул и согласно кивнул. Чем ему грозит излишняя болтливость, он прекрасно осознавал и без моих слов.
 - Но все же. Зачем вы тратите так много сил на меня и моих людей? Я не верю в альтруизм, да вы и не похожи на наивного идеалиста. Должна быть причина.
 - Причина проста: вы мне нужны.
 Мой собеседник подобрался, полыхнув яркой заинтересованностью и сумбурной надеждой. Какая прелесть! Приятно общаться с разумным человеком, быстро и правильно понимающим простые слова.
 - Мне потребуются наемники на длительный, возможно - постоянный найм. - спокойным тоном сообщила я. - Не прямо сейчас. Через несколько месяцев. Через сколько - не могу точно сказать, но ничего не мешает мне искать подходящих разумных уже сейчас. Если я по каким-то причинам потерплю неудачу или погибну, я всего лишь к вам не обращусь в будущем.
 Я сделала небольшую паузу, давая возможность Итану пережевать сказанное и полностью осознать перспективы. Когда у него пошло понимание, я продолжила говорить:
 - Вы подходите под мои довольно жесткие требования. Не по навыкам: они у вас и большинства ваших бойцов довольно посредственные и не выходят за рамки среднестатистического наемника-самоучки.
 Не самая лестная оценка была воспринята без негатива: собственный уровень Итан понимал. Это еще более радует.
 - Навыки и знания - дело поправимое, а вот нужные личные качества... они или есть, или их нет. В вас необходимый мне набор качеств присутствует в полной мере. - вновь макнув руку в мутную белесую бурду я подняла взгляд на настороженного мужчину и тем же спокойным тоном припечатала: - Вы никогда не добьетесь успеха как наемник: слишком порядочный и честный с неподходящим для этого рода деятельности набором моральных установок. Вы просто не возьметесь за контракт, выполнение которого потребует от вас переступить через себя. А все по-настоящему хорошо оплачиваемые контракты именно такие. Те же контракты, которые вы готовы выполнять, обычно не денежные или сулят массу проблем в будущем.
 Итан отвел взгляд и понуро опустил голову. Уже успел столкнуться с подобным... Успел обжечься. Это - замечательно.
 - Технически, вы уже мертвы.
 От такой формулировки он вздрогнул.
 - Я спасла ваши жизни и имею на них некоторые права.
 Мужчина сумрачно кивнул. В его голове крутились подобные мысли, но когда они оказались произнесены вслух, то прозвучали... мрачно и не особо приятно.
 - Древний закон. Во многом - правильный. Сохранив вам жизни, я беру на себя некоторую долю ответственности. По той же причине, я доведу начатое мною до логического завершения: я в меру своих возможностей прослежу, чтобы вы дожили до того момента, когда мне потребуется ваша служба. И вы не откажете мне в найме: слишком хорошо понимаете значение слова "благодарность".
 - Что вы от нас хотите? - глухо спросил Итан, отчетливо понявший, что его УЖЕ загнали в угол и приперли к стене. Теми самыми принципами, которые мне нужны и через которые он не может переступить.
 - Работу, что же еще. - я усмехнулась. - Вы помните, в чем состоит суть деятельности Спектров?
 - Сохранение мира в галактике? - с долей сомнения ответил он.
 - Любой ценой. - уточнила я. - Достойная задача, не так ли?
 Итан кивнул, но подозрительность лишь усилилась, клубясь темным маревом.
 - Вы уже успели понять, что твориться на задворках Пространства Цитадели. И в нем самом.
 Он кивнул.
 - Понравилось?
 - Нет.
 - Но изменить ничего лично вы не сможете, даже если жизнь положите на это дело. Я знаю, вы бы хотели что-либо изменить в этом гадюшнике, но здраво оцениваете возможности и не гонитесь за недостижимой мечтой.
 Итан стиснул зубы, давя приступ злости.
 - К чему вы это говорите, Спектр?
 - К тому, что я могу помочь вам исполнить вашу мечту. А вы можете помочь мне выполнить мою работу.
 - Вы хотите изменить мир? - со скепсисом проворчал он.
 - Честно? Не хочу. Это неблагодарная работа, которую не оценят даже потомки тех, кого я пытаюсь спасти сейчас. Но выбора у меня нет: я хочу жить. А чтобы пережить ближайшие пять лет, мне придется исполнить вашу мечту и изменить даже не мир, а всю известную вам галактику. Иначе нас всех уничтожат.
 - Кто? - оторопело спросил Итан.
 - Те же, кто в свое время уничтожил протеан и всех их предшественников. - флегматично и буднично ответила я. - Тайны в этом нет: в любом маяке протеан есть информация о существах, которые их уничтожили.
 Тихонько стоящий чуть в стороне и греющий уши Хис спросил:
 - Почему срок в пять лет?
 - А это уже вопрос, на который я отвечу, когда приду вас нанимать. - цинично произнесла я. - На тему протеан и Жнецов, которые уничтожили их цивилизацию, можете спросить у девы Лиары Т"Сони. Она археолог и пятьдесят лет посвятила изучению наследия этой цивилизации. Правда, ее никто не слушает, потому как говорит она невероятные и невозможные вещи, а еще слишком молодая. По меркам азари - подросток. Ну и так далее. Как я говорила: восхитительное свойство разумных не верить в то, что не укладывается в их мировоззрение.
 Итан подвис, переваривая сказанное, а Хис проворчал:
 - Но вы ей поверили.
 - Сложно не поверить, если я своими глазами видела Жнеца на Иден Прайм, а протеанский маяк обеспечил мне длительные красочные кошмары и затяжную мигрень. - язвительно ответила я. - И да, Жнеца там видела не только я.
 Хис подобрался.
 - А кто еще?
 - Сержант Эшли Уильямс, например. Поинтересуйтесь у нее на тему двухкилометрового корабля, который она могла подробно рассмотреть, благо, Жнец висел там долго. Однако, сержант предвзята в суждениях: у нее друзья погибли на той планете.
 Правда и ничего кроме правды! Никакая ложь не даст такого убийственного эффекта, как правильно сказанная в нужный момент правда. Проверить информацию об Иден Прайм - не проблема. Я сама смотрела: в экстранете даже снимок Назары есть, пусть и плохого качества. Свидетели с камерой, они как тараканы, найдутся всегда и везде, даже там, где их по идее быть не может.
 - И да, обнародовать эту информацию никто не будет. Во-первых, не поверят, потому как "машины-убийцы" - это привычная и старая бабайка Пространства Цитадели, а во-вторых, если вдруг каким-то чудом все поверят, то приведет это лишь к панике среди населения, погромам, множествам самоубийств, волне преступности, появлению религиозных сект, обвалу экономики и к куче других ненужных проблем, но никак не поможет в спасении. Сами знаете, как гражданские любят паниковать и мешать работать. С ними никаких Жнецов не надо: сами себя угробят. А еще есть много тех, кто не поверит, но с удовольствием решит свои проблемы за чужой счет в смутное время.
 Мужчины синхронно кивнули, а мысли "что-то надо делать" сдохли в зародыше. Зато теперь они очень сильно озадачены. Хис однозначно поговорит с Эшли, а потом они начнут копаться в экстранете и таки нароют те самые занимательные фотографии. Там даже роскошное видео есть, снятое с пусть и любительской, но очень хорошей камеры. Изъять все записи и снимки не получится ни у Альянса Систем, ни у "Цербера": слишком широко они разошлись по человеческой части экстранета. Это убедит наемников окончательно, и они будут ждать моего возвращения. И согласятся на найм даже задарма. И работать будут с полной самоотдачей, рвением и энтузиазмом, которые не купишь за деньги. А еще они могут сами подсказать, где мне найти то, что понадобится. Они сами обойдут своих знакомых и сколотят хороший отряд. Мне надо будет только прийти за ними и забрать себе. Сплошная выгода! Главное, правильно выбрать кому и что говорить.
 - "Иногда твои методы вызывают здравые опасения."
 Ментальный голос Найлуса звенел от иронии и лукавства, а опасение там было лишь на словах. Ррус слушал мой разговор с наемниками со спокойной заинтересованностью, а его одобрение ощущалось легким теплым флером, докатывающимся по менталке.
 - "А что не так в моих методах?" - недоуменно спросила я. - "Я не потребую с них то, что за гранью их возможностей. Я не заставлю переступать через себя. Наоборот, я дам им то, что они хотят, если их желания совпадают с моими целями."
 - "Вот это и страшно, Имрир." - даже мысленный голос у Гарруса был мурлыкающим и умиротворенным. - "Ты вовлекаешь окружающих в свои дела без принуждения, используя их слабости, желания, моральные принципы или служебный долг, решая за их счет свои проблемы, одновременно даря соратникам то, что им необходимо или что они желают. Как с капитаном Маэко: используя ее служебный долг ты решила свои проблемы с бойцами ЭРКС, позволив капитану выйти из ситуации с наименьшим ущербом и с наибольшей пользой, самым мягким из возможных способов указав на проблемы с ее подчиненными."
 Спорить с очевидным глупо.
  - "Разве это плохо?"
 - "Я не говорил, что это - плохо." - укор плеснул горчинкой. - "Я сказал, что это - страшно. Не для тех, с кем ты работаешь. Для тех, против кого, потому что крайне сложно переубедить тех, кто работает за мечту или по воле своих же принципов и ценностей." - ирония Гарруса странно сочеталась с застарелой горечью. - "Когда кто-то дает шанс получить мечту, забываешь обо всем. А после, когда мечта уже в руках, даже холодная логика не заставит от нее отказаться. Особенно, если мечту подарили просто так, ничего не требуя взамен..."
 По спине потянуло холодом. Сейчас Гаррус говорил о себе. О СВОИХ мечтах! Но... откуда эта застарелая горечь и жгучая обида? Что я сделала не так, что у него возникли такие чувства? Неужели он думает...
 - "Ррус..."
 Тихий смех и теплая волна искреннего обожания смыла липкий страх и накатывающую панику. Немая укоризна и явственно ощутимая вина дополнили успокаивающие слова.
 - "Мрир, ты... вы подарили мне больше, чем я когда-либо мечтал получить. Я знаю, что вы от меня ничего не требуете. Ты была права: ни одни слова не скажут то, что может позволить ощутить даже мимолетный ментальный контакт. Я... Я знаю..." - он запнулся. Как и всегда, когда дело доходило до необходимости облечь в слова собственные переживания.
 - "Знаю, ты это ценишь." - проворчал Найлус, озвучивая метущиеся мысли нашего светлого сокровища. - "Мрир, это он так десятым обходным пытается объяснить, что ты зря нервничаешь. Переживает о прошлом и своих неудачных попытках получить от других хотя бы какое-то понимание. Например, от своей семьи."
 Смущение и уныние, ярко полыхнувшие со стороны депо, где как раз и находился Гаррус, дали четко понять: Найлус прав. Это лишь мелкое всплытие старых проблем и последствий прошлого. Зато мне полегчало несказанно, и стылый морозец, холодящий спину, бесследно исчез. Я очень переживаю, что Гаррус может как-то превратно понять мои слова или действия. Я ОЧЕНЬ переживаю... и боюсь его потерять из-за какого-то недоразумения или того, что мне придется сделать в будущем.
 Видимо, я совсем расклеилась и упустила контроль за своими подспудными мыслями...
 - "Мрир..." - мягкая и ласковая волна заботы, окрашенной привкусом досады из-за допущенной оговорки, столь сильно меня расстроившей. - "Что бы ни случилось... кого бы ты ни выбрала и что бы ты ни делала... я..." - ментальный голос на мгновение сбился, но тут же окреп, теряя неуверенность и болезненное смущение. - "Я всегда буду рядом."
 Слова, которые я так ждала... и так надеялась услышать. Потому как это не просто слова. Это констатация факта, озвучивание принятого решения. И в этот момент я была безобразно счастлива.
 - "А я думал, ты, Ррус, безнадежен, когда дело доходит до необходимости словами объяснить свои чувства." - ехидно выдал Найлус, разом ломая подвисшую паузу и развеивая смущение Гарруса. - "Бездействие, как оказалось, тебе полезно. В малых дозах, а то начинаешь слишком много думать."
 Ррус полыхнул ярким возмущением, переплавленным с негодованием и смущением, но глумливый ментальный смешок подавил готовые сорваться с языка слова. И ведь мы все знаем, что Найлус никогда не причинит ему вреда и не обидит сознательно, а подобные мелкие встряски Гаррусу и правда полезны. Лишние мысли выбивают, а то он может надумать себе лишнего, поверить в это и начать поедать себя поедом. Кому это надо? Радует, что подобное происходит все реже и реже.
 - "Ну а если серьезно, зачем тебе эти наемники?" - разом теряя веселье спросил Найлус.
 - "Для работы в Альянсе систем и в человеческой среде." - тут же ответила я. - "Что именно им предстоит делать, станет понятно после разговора с Сареном. Сам знаешь, до этого момента что-либо планировать бессмысленно."
 - "Зачем именно ТАКИЕ наемники."
 Я макнула кисть в мисочку, задержав руку подольше. Выплеснутые щупы быстро набирали необходимые мне вещества из питательного раствора, отчего поверхность жидкости неестественно подрагивала.
 - "Честные и порядочные люди вообще редкость. А уж в среде наемников..." - я не сдержалась и фыркнула. - "У Итана много знакомых. Таких же, как он сам: честных, порядочных, верных своему слову. Они мне понадобятся в будущем, если я не ошиблась в своих предположениях."
 - "Ты каждый раз об этом упоминаешь..." - хмуро проворчал Найлус.
 - "Риск ошибки есть. Эгрегор это... допускает, хотя все действия Назары противоречат теории о реальном предательстве Сарена. Если бы он действительно был предателем, озабоченным лишь собственным выживанием, Жатва началась бы еще восемнадцать лет назад. Но Назара отмашку не давал, пока..." - долго время долбившаяся в голову мысль, наконец, оформилась в связное и простое предложение, сводя в цельную связную картинку непонятки канона. - "...пока не погиб Сарен."
 Почему я не поняла это раньше? Это же было очевидно! Ведь если подумать, абстрагироваться от формы и внешних признаков, то...
 - "Скажите мне, в чем я могла ошибиться."
 Мужчины разом подобрались. Аэте отвлекся от беседы с Саррадом и "подсел" на ментальный канал, внимательно слушая наши мысли. А я начала выкладывать то, что меня всполошило:
 - "Жнец по имени Назара наблюдает за развитием цивилизаций белковых видов, и, когда эти цивилизации приближаются к тупику развития, дает отмашку на начало Жатвы, в результате которой эти цивилизации уничтожаются, а белковые виды откатываются в развитии. Например, протеан не Жнецы уничтожили: они позволили спастись достаточному количеству особей, чтобы вид мог начать развитие заново. Только в комплексе на Иден Прайм, где сейчас спит Явик, было уложено в криогенный сон около трехсот тысяч протеан. Этого более чем достаточно для репопуляции вида. Но нет... Их ВИ "Победа" сам отключил питание у всех капсул, кроме Явиковой. Та же картина на Илосе: ВИ "Виджел" убил всех прямо в криогенных капсулах. Так что технически протеан уничтожили их же ВИ и забитые в них протоколы безопасности."
 - "Зачем?"
 - "А я знаю? Озвученная в каноне причина глупа." - поправила я. - "Но не в том суть. За последние двадцать лет ничего в Пространстве Цитадели не изменилось. Вообще. Так почему Назара даст отмашку лишь через пару месяцев? Максимум - полгода. За этот срок ничего в самом Пространстве Цитадели НЕ ИЗМЕНИТСЯ! Вообще! Объективных причин ни в задержке вынесения приговора, ни в его откладывании на восемнадцать лет я не вижу, как бы ни пыталась: Назара прекрасно умеет просчитывать тенденции развития социума. Чисто по закончу больших чисел должен был научиться." - набрав нужное количества вещества, я втянула щупы, вытащила руку из миски и продолжила восстанавливать кость, одновременно с этим высказывая свои предположения. - "Есть только одно событие, которое могло бы стать реальной причиной запуска Жатвы именно в это время: смерть Сарена от рук коммандера Шепарда на Цитадели во время атаки гетов. И да, эту атаку спровоцировал по истории тоже бравый коммандер, загнав Спектра в угол. И именно после контрольного выстрела в голову Сарену Назара, которого до этого не могли даже поцарапать всем флотом, внезапно опускает все щиты и позволяет себя раздолбать "Нормандии"."
 - "То есть, если не трогать Сарена, Жатва так и будет откладываться?" - уточнил Гаррус.
 - "Это вероятно. Я уже говорила, что Жнецу он зачем-то нужен. Не просто же так Назара, существо безграничных возможностей и колоссальной мощи возрастом в миллиард лет работал восемнадцать лет обычным разъездным катером для какого-то органика, которых на его памяти были триллионы. При этом капая ему на мозги, убеждая, уговаривая и желая добиться добровольного сотрудничества, при этом латая всеми доступными средствами его отказывающий организм. Такие усилия и заботу проявляют только в случае, если это существо зачем-то очень-очень нужно."
 - "Не просто нужно." - отстраненно поправил меня Гаррус. - "Незаменимо!"
 - "Да. Незаменимо. При таких раскладах все измышления на тему, что Назаре был нужен Сарен именно как Спектр Совета ради поиска Канала и проникновения с его помощью на Цитадель - бессмысленны. Да они вообще глупы! Чтобы попасть на Цитадель и запустить что-то там на ней, ему даже лететь к станции не надо! Достаточно попросить Каталиста..." - я не сдержала смешка. - "Технически, Цитадель - это ПЛАТФОРМА создателя Жнецов! Полностью ему подконтрольная!"
 Оторопь Рруса полыхнула по восприятию. Найлус растерянно молчал, переваривая вскрывшуюся неприглядную правду, а Аэте осторожно спросил:
 - "Имрир, ты хочешь сказать, что..."
 - "Да! Столица Пространства Цитадели находится на борту Жнеца!!!" - чуть ли не взвыла я. - "Они никогда и никуда не уходят! Они всегда наблюдают за подопечными видами, и когда Каталист в очередной раз разочаровывается в них, а Назара подтверждает его выводы, Предвестник всех уничтожает!!! И пока единственное, что отделяет нас от начала массовой резни - это жизнь одного-единственного турианца, на которого уже началась травля!"
 Высказавшись, я замолчала, сумрачно глядя на белесую кость и нарастающую прямо на глазах надкостницу. Еще минут десять, ну край - пятнадцать, и Итан будет полностью здоров. Состояние большинства его бойцов перешло из тяжелого и критического в стабильное, кое-кто уже залечен, кое-кто почти здоров, так что по первому сигналу от Ли можно будет выдвигаться. С гражданскими не так хорошо: ими я не занималась и не буду заниматься. Контингент там... специфический и никакого доверия не вызывает, потому и сидит в другом помещении и не видит, что и как я делаю. А догадки... Догадки к делу не пришьешь.
 - "Аэ, Ррус, что там с поездом?" - сумрачно спросила я, отвлекаясь от настойчиво лезущих в голову мыслей.
 Ответил мне асур:
 - "Рабочий. Я отключил ВИ от монорельса и перевел его на ручное управление."
 - "Отлично! Как закончите, перегоните его на четвертый путь. У нас скоро время связи с Ли. Посмотрим, что он скажет."
 Уже собираясь свернуть связь, я неожиданно даже для самой себя озвучила долгое время вертевшуюся мысль:
 - "Аэ, вы же в космосе многие тысячелетия, верно?"
 - "Да." - несколько удивленно ответил асур.
 - "Неужели вы ни разу не сталкивались со Жнецами?"
 Этот вопрос не давал мне покоя долго. Аэте ни слова не сказал на образы Назары, проявив удивление лишь на названия "Жнец", "Жатва", "Каталист" и так далее. Не может быть, чтобы они ни разу не пересекались!
 - "Столкновений между нами не было." - наконец, ответил после небольшой паузы Аэтера. - "Мы наблюдали за их зачистками, но никогда не вмешивались: не было надобности. У нас не пересекались интересы."
 Удивление Найлуса вилось на грани восприятия, Гаррус, полыхая противоречивыми чувствами, осторожно спросил:
 - "Разве вы не входили в их круг интересов?"
 Тихий смех асура искристой волной пронесся по ментальной связи.
 - "Нет. Они за нами наблюдали всегда, но ни разу не оценивали."
 Можно было догадаться... вспомнив то, что сообщил о своем народе Аэте. Это же так очевидно...
 - "Почему?" - с еще большим недоумением спросил Ррус.
 - "Потому что у нас нет своей цивилизации." - мягко ответил асур, облекая в простые слова то, что понималось интуитивно. - "Мы - живое оружие, ожидавшее тех, кто сможет нас направить. Мы знаем об этом, мы в гармонии со своей сутью и все эти тысячи лез развивали сами себя, не строя цивилизацию. У нас нет в ней надобности. Ни в цивилизации, ни в культуре, ни в религии. У нас как такового социума нет. У суров было все: социум, цивилизация, культура и религия."
 - "И вы их за них уничтожили..." - моя едва уловимая мысль была сродни шепоту.
 - "Да."
 У асуров и Жнецов кое-что общее: они уничтожают цивилизации. Но если Жнецы на этом и останавливались, то асуры шли до конца...
 - "Почему не сказал?" - сумрачно спросил Найлус.
 - "О Старших мы ничего толком не знаем, кроме факта их существования." - отозвался Аэте. - "Нас не интересовали их мотивы и цели. Я ничем не могу помочь." - короткая пауза и спокойное уточнение, от которого повеяло могильным холодом: - "Наши интересы пересеклись впервые."
 Да. Впервые. И точной пересечения интересов стала Иерархия, которую волей-неволей затронет Жатва в этом кластере. А еще лично у Аэтеры есть точка пересечения интереса с Назарой...
 Чем больше узнаю, тем больше давит груз ответственности. И тем меньше у меня прав на ошибку. А ведь это еще и Отражение... Как оно поведет себя, как отреагирует на мои действия, какой путь развития заложен в вероятностях как единственно-верный? Я устало вздохнула. Пока все идет своим чередом. Посмотрим, во что нам выльются мои действия на Новерии. Пойдет откат или нет. Чисто теоретически, все результаты укладываются в допустимое: королева как могла выжить, так могла и погибнуть, а вот Бенезия... За нее может прилететь. Остальные - беспроблемные. Про них история умалчивает.
 Посмотрим, что покажет будущее. А пока будем ждать времени связи с Ли. Как раз успею закончить с Итаном.
 
 
 Ждать долго не пришлось: Лилихьеракс сам вышел на связь раньше оговоренного срока, несказанно порадовав нас сообщением, что они пробили завал и укрепили его. Поезд, понятное дело, не пройдет, но высота пробоя достаточная, чтобы свободно прошел кроган.
 - Ли, это самая лучшая новость за последние сутки! - искренне выдохнула я, непроизвольно широко улыбаясь. - Мы выезжаем немедленно!
 Турианец хмыкнул, шевельнул мандибулами в аналоге усмешки и напомнил:
 - Не разгоняйте состав и следите за датчиками. Если полотно повреждено или завалено, будет подан световой сигнал за полтора километра. - не смотря на привычное добродушие, голос Ли звучал жестко. - Вы отключили ВИ от управления?
 - Да. Аэ перевел поезд на ручное управление.
 - Хорошо. Большая часть пути пройдет в туннеле. Проблем быть не должно: мы проверили датчики, сигналов о неисправности пути или о завале нет.
 - Спасибо, Ли. Мы отправимся минут через двадцать, как всех погрузим.
 Техник кивнул.
 - Мы выставили перед завалом синий световой маркер. Будьте внимательны.
 - Поняла.
 - Конец связи.
 Изображение на экране мигнуло и исчезло. Какое-то затянувшееся мгновение в помещении царила тишина, люди переглядывались и переваривали слова Ли, еще не до конца веря, что скоро они этот постылый комплекс покинут навсегда. Мгновение всеобщего ступора, словно мозг как-то подзалип на простом выводе и не мог сдвинуться дальше.
 - Чего замерли? - громко спросила я, ломая напряженную тишину. - Вы хотите тут остаться? Итан, Мартин! Проснитесь! Организовывайте это сонное царство и грузитесь в поезд!
 Люди словно очнулись от ступора, всполошились, посыпались резкие команды, народ забегал, сбрасывая сонливость и уныние. Правда, вместо Итана забегал Хис, но под его чутким руководством, поскольку самому сержанту активно двигаться я запретила.
 - Дэрг! Королеву - в дальний вагон. Девочка на тебе.
 Боец кивнул и рысцой убежал к подопечной. За рахни можно не волноваться: ее погрузят в поезд и будут присматривать всю дорогу. Иногда инстинкт наседки Дэрга очень удобен, особенно, когда он срабатывает в нужном направлении.
 - Аэ! Готовь поезд.
 Асур улыбнулся и скинул мне ёмкий образ полностью готового к отправлению состава. И когда только успел? Вроде бы еще совсем недавно его только-только проверяли...
 - Отлично! - и мысленно добавил: - "Спасибо."
 Улыбка стала шире и довольнее: ему нравится, когда его искренне благодарят. Когда его благодарю я за такие по его мнению мелочи.
 От недавней сонной лености не осталось следа: как только прошло осознание факта, что на самом деле пришло время уезжать из промерзающего вымершего комплекса, разумные моментально оживились. В поезд грузились без суеты и спешки: сперва - раненные, после - гражданские, равномерно распределяясь по вагонам. Последними грузились бойцы. Поклажи у нас не было. Брали лишь оружие, запас провизии на всякий случай и переносные печки, потому как не у всех были теплые вещи, а в пути может случиться что угодно: поезд может встрять или надолго задержаться, если полотно засыплет, и погибнуть из-за мелкого недосмотра не хотелось. А потому готовились к переезду с учетом возможных неприятностей и задержек.
 Наконец, сборы закончились. Перепроверив, все ли прогрузились, я сказала:
 - Отправляемся!
 Аэте тронул нужный символ на силовой консоли, мерно загудел двигатель, двери закрылись, монорельс плавно тронулся с месте и, мерно набирая скорость, нырнул во тьму туннеля.
 
 
 Насколько сложной и утомительной была дорога к "Вершине-15", настолько же беспроблемным и быстрым оказался обратный путь. Сама конструкция пути монорельса была спроектирована так, чтобы максимально исключить любой риск повреждения массивного направляющего полотна. Предусмотрено было все: непогода, сходы лавины, штормовой ветер, опоры крепились намертво и не могли обрушиться без полного разрушения породы или сознательной диверсии, но на наше благо неизвестные рукодельники ограничились подрывом в туннеле, так что до завала мы доехали менее чем за три часа, и то, лишь потому, что не рисковали разгонять поезд до крейсерской скорости. Совет Ли быть внимательными и не гнать мы соблюдали свято. Последние километры ехали уже накатом, отслеживая состояние полотна по сигналам с датчиков, и синий маркер, о котором нас предупреждал Лилихьеракс, увидели без проблем сразу после поворота туннеля.
 Яркий свет выхватил из темноты груду породы, завалившей тоннель, и группу разумных в характерных спецовках, стоящих у освещенного мощными лампами пробоя в пол оборота к нам или вообще спиной. Поезд еще немного проехал на инерции и остановился, не доезжая до синего маяка метров двести.
 - Аэ, выключи прожектор. - произнесла я.
 Ослепительный свет погас, погружая туннель в сумрак, разгоняемый небольшими узкими боковыми фарами. Техники оживились, к нам выдвинулись две легко узнаваемые фигуры. Приятно. Все же, Ли нам ничего не должен, а забот у него... Да и Герман отнесся с бездной благожелательности и душу вложил в работу над нашими снегоходами, сделав для нас все от него зависящее.
 Спрыгнув на землю, я вышла навстречу.
 - Ли, Герман! Не передать словами, как я рада вас видеть!
 Герман хохотнул и выдал:
 - Ваши слова как бальзам на душу, Спектр. - веселье в голосе техника исчезло. - Мы подогнали рабочие платформы, в порту ждет бригада медиков. Вы говорили, есть раненные.
 Я согласно кивнула.
 - Есть. Ранения легкие и средней тяжести, критичных нет. Первыми вывозите гражданских. - вздохнув, честно призналась: - Очень уж они... проблемные.
 "Проблемные" - это я еще мягко, потому как едва группа обустроилась и немедленный риск прошел, некоторые альтернативно разумные особи решили, что мы - группа спасения и нам можно качать права и что-то с нас требовать. И со своими претензиями двое азари и человек подошли не ко мне или к Найлусу, а к Джону. Наверное, у него где-то на ауре висит ярлычок "парагон" и пометка "не умеет отказывать в помощи". Отказывать Джон действительно не умеет. Послать по злости может, но отказать в помощи тем, кого он считает нуждающимися в защите... Хорошо хоть проходившая мимо Джейн заметила это безобразие и простым понятным матом объяснила возмущающимся ученым, где они их видали и насколько они ошибаются, считая, что им "должны". В итоге оскорбленные ученые ушли, а злобная как дракон в линьке Джейн утащила расстроенного Джона на импровизированную кухню пить разведенный на кипятке джем с печеньем и шоколадками, добытыми Аэте и Дэргом из пищевых автоматов.
 - Мартин! Хис! - громко крикнула я. - Выгружайте гражданских! Сперва с "Вершины", потом - с "Расселины"!
 Какое-то мгновение царила тишина, но вот двери вагонов открылись, на мерзлый камень туннеля спрыгнули бойцы, и начался долгожданный процесс: выгрузка так доставших за все это время разумных.
 Порядок был оговорен давно: в первую очередь в Ханьшань отправляем тех, кто выжил на "Вершине-15". Их состояние куда хуже, чем у тех, кто в относительной безопасности и комфорте ждал на станции "Расселина": истощение, недоедание, у многих - легкие травмы и простуда разной степени тяжести. А еще они самые адекватные: всех проблемных и клинических идиотов с манией величия, угрожавших безопасности группы, бойцы "потеряли" еще до нашего прибытия.
 - Это что, все, кто на "Вершине" выжил? - глухо спросил Герман, пристально всматриваясь в жиденькую группу разумных.
 Я кивнула.
 - Мы проверили весь комплекс, насколько это было возможно. Нашли еще шестерых техников и трех девочек из администрации.
 Эти две группы выживших обнаружили случайно: с техниками столкнулся Дэрг, отправившийся с бойцами Мартина на склад за провиантом, а девушек я нашла при ментальном сканировании комплекса. Очень уж тихо они сидели и боялись нос высунуть из своего кабинета. Если бы не вездесущие пищевые автоматы, пятикилограммовая банка с сахаром, найденная в подсобном помещении, и пронесенные на рабочее место вопреки запрету пирог с тортиком, которыми они собирались отметить День Рождение коллеги, девушки бы померли с голоду. Не зря говорят: пока есть сахар и вода, можно прожить. Именинница - тоненькая светловолосая девушка двадцати трех лет, сейчас как раз спускалась, придерживаемая под руку Крисом - высоким крепко сбитым парнем, прибившимся к группе Хиса за четыре для до нашего прибытия, самостоятельно выбравшись из ловушки административного крыла и приведя за собой двух коллег. В экстремальной ситуации у стеснительного и неуверенного в себе паренька неожиданно для всех прорезался стальной характер и поразительное чутье на опасность.
 - Мы вывезли всех, кого получилось вывезти. Может, где-то еще на "Расселине" кто-то и остался. - добавила я.
 Герман понимающе кивнул: поиск и спасение попавших в ловушку разумных - не наша задача. То, что мы вообще озаботились кого-то привезти с собой - лично моя инициатива. Не должны. Не обязаны. Могли пройти мимо. Да я и прошла мимо троих... хотя могла бы спасти, еще одного оставили на перроне.
 Дальше мы наблюдали молча, как выходящих из поезда разумных разбивают на группы и уводят сквозь завал. Не знаю, повлияет на что-либо в будущем спасение этих разумных или нет, но это не столь важно: я чувствовала удовлетворение, глядя на них. В каноне о выживших с "Вершины" - ни слова, как ни слова не сказано о судьбе тех, кого встретил протагонист на "Расселине". Выжили они или погибли, какова их дальнейшая судьба? Кого это волновало? Это же просто НПЦ... Вот только в воплощенной реальности у каждого своя жизнь и история, порой, куда более интересная, чем у любимчиков фанатов. Да и сами они куда интереснее. Я глазом не моргнув поменяла бы Заида Массани вместе с Грюнтом и Тейлором на одного Итана, Хиса, Мартина или Криса с Джимом. Может, и поменяю... если доживу до того светлого момента. В конце концов, зачем мне на корабле беспринципный опустившийся наемник, бухавший без просыху двадцать лет, жалевший себя и все это время сидевший на шее молодого паренька, только вылупившийся абсолютно нелояльный и слабовменяемый кроган с набитой всякой дрянью головой, на которого нельзя толком положиться, и избирательно принципиальный бесполезный мужик, сохнущий по Миранде и не видящий очевидного? Грюнта хотя бы как таранную силу использовать можно, а вот остальные... бесполезны или даже откровенно проблемные. Тейлор-то точно с его закидонами. Хотя, всегда есть шанс, что в реальности они окажутся не насколько... В общем, не настолько.
 Наконец, выгрузка спасенных закончилась, ушли отряды бойцов, чья искренняя благодарность несказанно меня порадовала. Следом отправилась Бенезия со своими девочками и крепкой закладкой ждать нас. Остались только мы и малышка-рахни. Начинается самое... забавное.
 - Спектр, надо немного подождать: вагоны скоро приедут. - негромко произнес Ли.
 - Мы уже не спешим. - отозвалась я, провожая взглядом сумрачного Джона, топающего во главе своего отряда мимо меня к пробою в завале. - Но есть одна проблема...
 Ли вопросительно приподнял надбровную пластину, но глухой возглас Германа дал понять: наша "проблема" как раз начала выбираться из вагона под ласковые увещевания Дэрга.
 - Собственно, вот она. - невозмутимо произнесла я, глядя, как огромное фиолетовое насекомое с натугой пропихивается сквозь слишком узкие для нее двери и тихо скулит. - Наша находка и проблема.
 Мужчинам потребовалось несколько долгих минут на то, чтобы переварить увиденное и осознать, что они видят.
 - Это рахни? - наконец, спросил Лилихьеракс чуть подрагивающим голосом.
 - Королева рахни. - уточнила я, даже не пытаясь скрыть удовлетворение в голосе. - Естественно рожденная, без каких-либо вмешательство в геном или в рассудок. Последняя в своем роде. - глянув на вытянувшееся в немом изумлении лицо Германа, добавила: - Не смотря на ее устрашающий вид, перед вами маленькая беременная девочка двух лет от роду с генетической памятью уничтоженного вида, до паники и истерики боящаяся "людей игл", которые ее мучали и отбирали у нее детей, уродовали их, создавая сумасшедших глухих тварей. - дав им осознать сказанное, буднично произнесла: - Она попросила о защите.
 - У кого? - подозрительно уточнил Ли.
 - У меня и у Аэте.
 Турианец тяжело вздохнул.
 - И а'тарэ подтвердил?
 - Да. И я тоже обещала ей обеспечить защиту и проследить, чтобы у девочки появилась возможность обратиться с просьбой о защите к представителю власти того народа, которого об этой защите просят. Например, к советнику Спаратусу.
 - То есть, вы ее на Цитадель везете? - уточнил Герман.
 - Да.
 Мужчины переглянулись.
 - Это будет... - Ли покачал головой, неопределенно шевельнув мандибулами. - Как вы хотите провести ее на корабль?
 - Пешком. Или на каком-то транспорте, потому как сорок с гаком километров топать долго. - честно ответила я. - А как еще ее вести? Она ж здоровенная и весит почти тонну!
 - Как оправдаете свое решение? - спросил Герман.
 - А я должна оправдываться? - недоуменно переспросила я, приподняв брови. - Королева рахни - единственный представитель разумного вида, и не какой-то коммерческой корпорации принимать решение о ее выживание. И тем более, проведение опытов по вмешательству в геном разумного существа - запрещено законом и карается помимо тюремного заключения для разумных полной конфискацией имущества корпорации. Это дело Совета Цитадели и Иерархии, как государства, к которому обратились с просьбой о вассалитете.
 От последнего уточнения Ли растерянно заморгал. Герман покосился на выбравшуюся из вагона рахни, жмущуюся к поезду и чуть ли не стелящуюся по земле.
 - Рахни - опасны. - с сомнением в голосе произнес человек, глядя, как Дэрг успокаивает огромное насекомое и гладит по голове.
 - Люди, кроганы, азари турианцы и другие виды - тоже опасны. А саларианцы вообще массовики-затейники, любящие биологическое оружие. Так что теперь, их всех надо превентивно уничтожить? А то вдруг они кого-то убьют? - тем же тоном отозвалась я. - Существа такого размера опасны по-умолчанию. Просто потому, что они большие и сильные. Для меня это недостаточный повод их убивать.
 Ли хмыкнул, Герман крякнул от такого поворота, но тут же ухмыльнулся.
 - Хороший ответ! Мне нравится ваша логика, Спектр. - мужчина покачал головой, почесал щетину, изучая испуганное насекомое. - Девочка... надо же. Никогда бы не подумал...
 - Никто не думает, Герман. - устало вздохнув, проворчала я. - Смотрят на внешность, на размеры. Могут оценить смертоносность или полезность, но мало кто смотрит на саму суть. Это огромное вроде как страшное насекомое вас боится до паники. Она хочет жить и растить детей в мире и спокойствии, чтобы никто не лез к ним и не пытался из мирной расы создать оружие, как в свое время сделали протеане. Разве это преступное желание? Просто спокойно жить?
 - Но это же не главное, да? - Герман сощурился.
 Хитрый он...
 - Она мне понравилась. - честно ответила я. - Мне захотелось ей помочь, и я не нашла ни одной причины, которая может мне в этом помешать. А все сложности... решаемы, если правильно подойти к делу.
 - И правда. - мужчина усмехнулся. - Платформы приедут через минут десять-пятнадцать. Заберем вас и вашу "девочку".
 - Спасибо. Вы нас очень выручили. - я улыбнулась. - Про проставу я не забыла! Как только погрузимся на корабли и решим текущие дела...
 Заканчивать я не стала. Ли и Герман меня прекрасно поняли: вон как лица расплылись в улыбках.
 - Идемте. - Ли указал на освещенный мелкими яркими лампочками пробитый в завале туннель. - Подождем на той стороне.
 На той стороне нас ждали бригады рабочих, у которых наступил временный отдых, пока мы не свалим и не перестанем им мешать. Наше явление с рахни произвело фурор и принесло незабываемые впечатления: нам от их эмоций, а рабочим - от созерцания огромного страхолюдного насекомого, испуганно жмущегося к мелкому по сравнению с ней Дэргу. Сам Дэрг откровенно наслаждался ситуацией и чесал льнущее к нему существо, ловя полные искреннего изумления и оторопи взгляды.
 Но вот прикатили технические платформы. Мы загрузились и отправились к порту Ханьшань вместе с Ли и Германом. Как сказал последний: "Я хочу это видеть!". Переезд занял чуть меньше двадцати минут, и вот, наконец, платформа начала сбрасывать скорость, подкатила к перрону и остановилась, чуть слышно скрипнув тормозами.
 - Выгружаемся! - я спрыгнула на перрон вслед за Германом и Найлусом. - Дэрг, Дилан, Аэте. От рахни не отходить. В случае накладок... Не убивать и необратимо не калечить. Если появится уполномоченный представитель "Байнери Хеликс", придержите его до моего прибытия. Без членовредительства.
 Дэрг ухмыльнулся.
 - Все сделаем. Не переживай, не помнем, если вдруг нарисуется.
 Верю, что не помнут, но уточнить следует, а то знаю я их...
 - Джон. Джейн. Возвращайтесь с отрядами на корабль. Свободны. Рекс, Лиара - вы тоже.
 Коммандеры почти синхронно кивнули. Кроган причмокнул, проворчал что-то неразборчивое и потопал к выходу со станции, жестом приказав Лиаре следовать за ним. Дева помялась, с надеждой заглядывая в глаза то мне, то Найлусу, но понимания она у нас не нашла и, понурившись, поплелась за наемником.
 - Эшли.
 Женщина, собравшаяся было уйти вместе с отрядом Джона, остановилась, повернулась, полыхнув удивлением, но тут же по вбитой до автоматизма привычке отозвалась:
 - Спектр?
 Хорошо хоть уже не это армейское "мэм", от которого у меня глаз дергается.
 - Заберите с "Нормандии" Кайдена и вернетесь с ним ко входу в администрацию порта. Я туда скоро подойду. В случае любых накладок, связывайтесь с мисс Паразини. Если будут проблемы - со мной. Кайден мне нужен у администрации через два часа.
 - Вас поняла.
 Эшли быстрым шагом ушла, догоняя сослуживцев, фоня яркой задумчивостью, непониманием и недоумением. Для нее отдельное задание стало неожиданностью: слишком она привыкла, что на нашем корабле оказалась по воле случая и произволу Андерсона и, по сути, так и зависла между тремя отрядами, не сумев ни к кому прибиться. С Кайденом ситуация иная: он больше работает с Прессли и ребятами из командного состава корабля, и его знания и навыки в деле документооборота уже оценены по достоинству, так что ненужным одиночкой на корабле он себя не воспринимает. В отличии от Эшли Уильямс.
 Упускать ее или вообще выбрасывать с корабля я не собираюсь: из нее можно сделать очень интересную и полезную личность. Но возни предстоит... Главное, обтесать с нее неоправданную ксенофобию и патриотичность, выросшие из детских травм и вечного клейма "Уильямс", полученными после грандиозного провала ее деда на Шанси. Эшли по сути - сферическая одиночка с "волчьим билетом". У нее не будет будущего на территории Альянса Систем, и информация из канона это косвенно подтверждает: если Кайден поднимается по карьерной лестнице, то Эш так и остается вечным сержантом. А ведь она очень перспективна... если правильно на нее посмотреть. И вовремя взять в оборот. Сейчас - граничный срок. После Алкеры будет уже поздно.
 Ладно, с Эш разберемся по дороге до Цитадели. А пока... Пока надо решить текущие дела.
 - Лилихьеракс, не подскажете, где можно найти капитана Мацуо?
 - Полагаю, о вашем прибытии уже доложили, и она скоро будет здесь. - чуть заметно улыбаясь, ответил турианец.
 Прекрасно!
 
 Долго ждать не пришлось: капитан явилась к станции монорельса, не прошло и десяти минут с нашего прибытия. Мацуо в сопровождении двоих подчиненных - турианца и человека в привычной уже броне с эмблемой ЭРКС на нагрудной пластине, быстрым шагом вышла из-за поворота, прошла по инерции пару метров и остановилась, оторопело глядя на нашу колоритную группу. Надо отдать ей должное: никаких ненужных криков на тему "опасного существа" и прочего не последовало. Если странная огромная зверюга стоит возле нас, значит, так, наверное, надо...
 - Капитан Мацуо! - радостно и громко произнесла я.
 Я действительно рада видеть эту миниатюрную прелестную женщину, несказанно порадовавшую меня свой рассудительностью и порядочностью.
 - Спектры. - Маэко подошла, поздоровалась, буквально ощупав нас пристальным взглядом. - С возвращением. Я так полагаю, ваша миссия увенчалась успехом? - добавила она, глянув на притихшее насекомое.
 - Благодарю. - я улыбнулась. - Даже больше, чем мы рассчитывали. Честно говоря, я не верила, что кто-то смог выжить на "Вершине-15" и продержаться больше недели в тех условиях. Рахни - не тот противник, с которым возможны легкие травмы: они или убивают сразу, или тяжело калечат.
 Глядя, как расширятся в изумлении глаза Маэко, я получила несказанное удовольствие. А уж как клубились эмоции ее сопровождающих...
 - Рахни?
 - Именно они.
 - Но откуда? Они же вымерли! - с искренним недоумением спросила женщина.
 Какой хороший вопрос.
 - По моим данным на каком-то заброшенном корабле было найдено яйцо Королевы. Кто его обнаружил и каким образом это яйцо попало к "Байнери Хеликс" - несущественно. Как и не столь важны причины, сподвигшие проводить изучение этого существа именно на Новерии. На данном этапе важно, что "Байнери Хеликс", вместо того, чтобы сообщить о столь важной находке Совету Цитадели, самовольно вылупили Королеву и в течении нескольких лет ставили опыты на ее потомках, создавая нестабильных генетических мутантов. По косвенным признакам можно сделать предположение, что речь шла о создании подконтрольных боевых химер: изменения шли в сторону усиления именно боевых качеств особей. Но эти криворукие рукодельники где-то ошиблись, и наплодили сумасшедших невменяемых тварей, которые и привели к массовой гибели разумных на "Вершине-15" и на станции "Расселина".
 Маэко с оторопью смотрела на меня, по-детски хлопая глазами. Она умная женщина и прекрасно поняла, какими проблемами НКР грозит всплытие ТАКОЙ информации, да еще и при таких обстоятельствах.
 - Как так получилось, что прорыв произошел одномоментно на обоих комплексах, еще предстоит выяснить, но даже того, что уже известно, нам достаточно для инициации полномасштабного расследования. - спокойно добавила я, пристально глядя в глаза капитана ЭРКС. - По словам выживших, нападение было неожиданным и произошло с небольшим разбросом по времени. Подобное сложно назвать совпадением: рахни могли вырваться самостоятельно в одном комплексе, но не в обоих сразу и не одномоментно, совместив свой побег с обрывом связи на "Вершине-15". Кто запустил протокол биозащиты - мне также неизвестно, но он сработал достаточно быстро, чтобы исключить возможность отправить отчет о происшествии.
 Капитан Мацуо клубилась мраком негатива: яростью, гневом, тяжелым и холодным бешенством. Что бы о ней не говорили, эта женщина искренне переживает за своих подчиненных, а на "Вершине" и "Расселине" погибло слишком много ее бойцов, чтобы ее это не дергало за живое. Начальник службы безопасности и так откровенно не любила корпорации и не слишком жаловала их руководство, а сейчас к этой яркой неприязни добавились личные резоны.
 - Вы хотите вывезти рахни с планеты? - глухо спросила она.
 - Да. Королева рахни, желающая мирного сосуществования, - это дело Цитадели.
 Маэко поджала губы.
 - Корпорация могут... возражать.
 - Они могут попытаться. - мягко сказала я, улыбнувшись. - И я с огромным удовольствием пообщаюсь с представителями "Байнери Хеликс". У меня к ним много... дел накопилось за эти дни.
 Капитан удивленно приподняла брови.
 - Мне доставит несказанное удовольствие уточнить у представителя "Байнери Хеликс" размер компенсационных выплат выжившим из-за нарушения корпорацией условий контракта. - наверное, моя улыбка в этот момент была откровенно людоедской. - Полагаю, я смогу убедить быть... более щедрыми в вознаграждении.
 - Вы их хотите разорить? - иронично спросил Герман, откровенно подслушивающий нашу беседу.
 - Хочу. - честно ответила я, глянув на мощного мужика. - В конце концов, за нарушение закона о генетических экспериментах над разумными существами полагается немалый срок с полной конфискацией имущества. Так почему бы часть этого "имущества" не распределить между пострадавшими? Я полагаю, это будет справедливо.
 - Не все с вами согласятся, Спектр. - негромко произнесла Маэко.
 Но ее эмоции говорили: ОНА - согласна и поддерживает мою инициативу, пусть никогда не сможет признаться и сказать это вслух.
 - Капитан, "все" - это всегда "они" и никогда - "мы".
 "А разве я и мои люди для вас - это "мы""? - этот вопрос рвался с ее уст, но так и не был высказан вслух. Капитан Маэко Мацуо никогда не позволит себе сказать лишнего во время работы. Но ей очень сильно хотелось понять мои резоны, потому как мои действия выпадали из того, что она знала о Спектрах Совета.
 - Вы мне понравились, Маэко. - от моего высказывания женщина растерянно заморгала. - Мне понравились бойцы, которых я встретила на "Вершине", и "Расселине". Меня восхитила их сила воли и упертость в стремлении выжить и спасти тех, кого они взяли под защиту. Так почему бы мне не сделать себе приятное и не помочь тем, кто вызвал у меня столь позитивные чувства, если я могу это сделать?
 Мои доводы - полностью логичны, они понятны и не вызывают конфликтов у тех, кто их услышал. Но вот мотивация...
 - Вы... - красноречие сдохло в мучительных попытках сформулировать фразу, чтобы она не звучала двусмысленно.
 Да-да, "понравились" - странная и непривычная мотивация для действий такого масштаба, которые я собираюсь провернуть. А ситуация сложилась феерическая, и при желании я могу раздуть из нее скандал галактических масштабов. И раздую... когда мне это будет выгодно.
 - Капитан, я - официально признанный командованием ВКС Альянса Систем сумасшедший агрессивный психопат, так что мне можно. - цинично добавила я, добивая Маэко своей странной логикой.
 Что именно "можно" я не уточняла. И так понятно, что любую ахинею, если она не выходит за рамки дозволенного Спектрам Совета, а эти рамки крайне широки. В этот момент капитан четко поняла: огромное насекомое, замершее компактной фиолетовой кучкой за спиной троих мужчин - вообще не проблема. А вот я - да! Проблема! Притом, активная, полная энтузиазма и желания облагодетельствовать всех вокруг.
 - Я могу вам чем-то помочь? - справившись с собой, спросила Маэко, решив, что если она меня не сможет остановить, то хотя бы поприсутствует рядом и, возможно, хоть как-то смягчит последствия.
 Наивная какая...
 - Можете! Мне нужна помощь в транспортировке Королевы рахни к моему кораблю. - радостно выдала я. - Вы - начальник охраны порта, и с моей стороны было бы как минимум невежливо не поставить вас в известность и не сообщить о сути произошедшего, поскольку это так или иначе вас затронет.
 Маэко - умная женщина. Суть сказанного оценила сходу: такого облегчения и подспудной радости я давно не ощущала. О да, она поняла, что мимо нее просвистело. Я могла бы доставить ей колоссальное количество проблем и сильно отравить жизнь, но теперь, при моей постановке вопроса, капитан и ее бойцы вообще никак не будут затронуты. В выигрыше оказались мы все: Маэко и ее люди минимизировали проблемы для НКР со стороны Спецкорпуса и Совета Цитадели из-за деятельности "Байнери Хеликс" на подконтрольной территории, а у меня не будет напряженности с начальником местной службы безопасности и ее бойцами, которые мне могут понадобиться в будущем.
 - Мы обеспечим доставку рахни до вашего корабля. - Маэко с сомнением посмотрела на наше насекомое. - Надеюсь, проблем с ней не будет.
 - О, не переживайте. Она полноценно разумное существо и очень послушна. Проблем с ней не будет.
 Капитан еще раз осмотрела компактно сложившуюся рахни, но оставила свои сомнения при себе, занявшись делом. А мы терпеливо ждали, пока Маэко не отдаст нужные распоряжения. Нас ждет интересное и увлекательное действо: общение с представителем "Байнери Хеликс", и я очень хочу, чтобы это общение произошло в присутствии начальницы службы безопасности порта Ханьшань. И я даже примерно представляю, где этого представителя найти, если не подведет оставленная в наследство от прошлой меня информация.
 
 
 Память и послезнания не подвели: после недолгих поисков в одном из баров был обнаружен представительный молодой мужчина в строгом деловом костюме. Да, бар был другой, не тот, в котором мы общались с Лориком, но это уже мелкие отличия реального мира от породившей его игры, на суть толком не влияющие.
 Когда мы подошли почти вплотную, мужчина внимательно осмотрел меня, мое сопровождение, запнулся взглядом о Маэко.
 - Я могу вам чем-то помочь? - осторожно спросил он.
 - Вполне. Вы - представитель корпорации "Байнери Хеликс"? - в лоб спросила я.
 - Верно. Рафаэль Варгас, отдел продаж. - еще более настороженно произнес он.
 Умный тип. Посмотрим, что дальше скажет.
 - Спектр Имрир Шепард. - представилась я, глядя в глаза жертве. - Я хочу поговорить с официальным представителем вашей корпорации, у которого достаточно полномочий для решения проблем.
 - Простите, это невозможно...
 - Мне без разницы, возможно это или нет. - сухо отрезала я, перебивая жертву и не давая объяснить, почему это невозможно. - Разговор в интересах "Байнери Хеликс", так что советую вашему представителю сделать нашу беседу возможной. И быстро, пока я готова идти на разговор. Иначе я могу прийти к выводу, что мне проще и быстрее решить проблемы более... радикальными методами.
 Рафаэль напрягся. Игры словами закончились не успев начаться: я предельно четко обрисовала свою позицию. Ждать, пока они там разродятся и соизволят уделить мне время, я не собираюсь: чем больше у них будет времени, тем больше шансов на какую-то гадость или подставу.
 - Простите, Спектр. Возможно, я смогу вам помочь.
 Быстро сориентировался.
 - Возможно и сможете. - милостиво согласилась я.
 - О какой проблеме идет речь?
 - О прямом нарушении законов Пространства Цитадели. - от моего ласкового тона Рафаэль вздрогнул и непроизвольно почесал шею.
 - Не понимаю, о чем вы говорите. О каком нарушении идет речь?
 Серьезно не понимает?
 - Возможно, название "станция "Расселина"" и "исследовательский комплекс "Вершина-15"" помогут вам сориентироваться. - тем же ласковым, умиротворенным тоном уточнила я.
 Помогло! Еще и как помогло! При первом же упоминании, мужчина непроизвольно дрогнул, пальцы сжались крепче на краю стола.
 - Судя по вашей реакции, вы знали о сути проводимых там исследований.
 - Это не совсем так.
 - Сочувствую. - в моем голосе даже тени сочувствия не было. - Но мне мало интересно, знали вы о рахни и о проводимых на них опытах или нет. Достаточно, что я это уже знаю.
 Рафаэль открыл было рот, но я его перебила, не давая озвучить четкую и ясную мысль:
 - И прошу вас, не надо говорить, что это - бездоказательно. Во-первых, мне как Спектру Совета вообще нет необходимости что-то кому-то доказывать. Спецкорпус - не правоохранительная организация. У ее оперативников другие полномочия. Если у вас есть иллюзии или заблуждения, советую прочитать общедоступную информацию из экстранета о государственной структуре, в которой мне выдалась честь работать.
 Дав мужчине осознать сказанное, продолжила:
 - Во-вторых, доказательство есть. Очень даже вещественное, живое и разумное, способное очень много интересного рассказать. - глядя в расширившиеся от понимания глаза, я цинично добавила: - Мне интересно, руководство корпорации знало, что рахни - менталисты высочайшего уровня или об этом занятном факте они забыли? Рахни ведь не только общаются мыслями. Они их могут считывать у окружающих. А еще Королева предельно честная и искренняя. И охотно делится информацией, стоит лишь попросить... тому, кому это насекомое доверится. А мне она доверяет безгранично.
 Технически, я только что озвучила приговор. Не только самой корпорации, но и огромному числу ее сотрудников. Особенно тем, кто непосредственно участвовал в разработке. Кто сказал, что я проявила милосердие, вывозя с "Расселины" ученых?
 - Есть еще один интересующий меня момент.
 Рафаэль взял себя в руки и вежливо спросил:
 - Что вас интересует, Спектр?
 - Компенсация выжившим вольнонаемным специалистам и сотрудникам ЭРКС, которых не поставили в известность о возможных противниках и рисках. Капитан Мацуо, насколько я знаю, в контракте, заключенном с "Байнери Хеликс", вполне четко оговорены права и обязанности ваших подчиненных, а также указан вероятный риск и предполагаемые опасности, на основе которых подбиралось вооружение и оснащение для бойцов?
 - Это так, Спектр. - ответила Маэко.
 - Я так полагаю, в этот список не вошли невменяемые, агрессивные генетически модифицированные рахни, являющиеся общепризнанным опасным существом?
 - Никак нет. - женщина отлично владела собой, но даже при ее самоконтроле оттенки злорадства просочились в голос. - Утаивание вероятности столкновения с противниками такого класса - это нарушение контракта. Мы подбирали бойцов, обмундирование и вооружение в соответствии с заявленными требованиями, и мои подчиненные не были готовы к таким... проблемам.
 - Теперь вы ознакомлены с сутью моего вопроса, мистер Варгас. - доброжелательность у меня прямо зашкаливала. - Скажите, ваших полномочий достаточно для решения подобных проблем?
 Рафаэль непроизвольно сглотнул.
 - Просите, Спектр, я не могу вас помочь.
 - О, что вы, я понимаю ваши затруднения. По этой причине я сразу предложила вам сообщить о необходимости встречи официальному представителю корпорации, обладающему соответствующими полномочиями. И организовать нашу беседу.
 - Но такого представителя в порте Ханьшань нет!
 Тоже мне, нашел проблему!
 - Для преодоления подобных... затруднений существует дальняя связь. - мягко, но с отчетливой укоризной и иронией сообщила я очевидный факт. - У меня мало времени, мистер Варгас. Я вам настоятельно рекомендую поторопить вашего коллегу, иначе я буду решать эти "проблемы" в меру собственного понимания, возможностей и прав, которыми обладаю по долгу службы.
 От такой перспективы бедолага вздрогнул, мысленно содрогнувшись: благодаря Анолеису обо мне в Ханьшань уже знали все без исключения сотрудники корпораций, что сейчас играло мне на руку. А уж уточнить, что я за забавный, но психованный зверек...
 - Дайте мне немного времени, Спектр. Я свяжусь с руководством "Байнери Хеликс" и обеспечу вам встречу с уполномоченным представителем.
 - Мистер Варгас. У вас есть время, пока я не закончу свои дела в порту и не закончу погрузку на корабль. После... уж не обессудьте.
 Я демонстративно развела руками, демонстрируя, насколько я буду сожалеть и все такое, но... Если они не пошевелятся, у кого-то будет много проблем.
 - В таком случае, я вас покидаю.
 - Конечно. Я вас не задерживаю.
 Мужчина быстрым шагом покинул бар, а я смотрела ему в спину и улыбалась. Скорее всего, Рафаэль к рахни никакого отношения не имеет и просто попал под раздачу, но такое бывает, когда работаешь в подобных корпорациях. Естественный, так сказать, риск. По его реакции на одно упоминание печально известных комплексов понятно, что он знает, что там делается. Или хотя бы имеет представление. Не важно как. Хоть со слухов. А уж предположить, каковы могут быть последствия подобных исследований - не сложно.
  - Капитан, благодарю вас за помощь. - улыбнувшись, добавила: - Ваше присутствие резко увеличивает уровень сообразительности у местного народонаселения и снижает агрессию и самомнение, что существенно понижает риск членовредительства. И помогает решить проблемы мирным путем, без лишних жертв и трупов.
 Маэко усмехнулась.
 - Рада помочь, Спектр. Вам еще что-то от меня требуется?
 - Полагаю, основные проблемы решены. Осталась мелкая текучка. - пожав плечами, добавила: - Скорее всего, мы сегодня покинем планету.
 - В таком случае, не смею вас задерживать.
 Маэко, попрощавшись, ушла.
 До конца "сегодня" остается еще около восьми часов, так что должны успеть доделать дела и закрыть спорные моменты. Осталось не так много: переговорить с представителем "Байнери Хеликс", заглянуть к Итану и его людям перед отлетом, проставиться Ли и его бригадам. Ах да... еще пообщаться с Анолеисом, ведь жаба пока еще не сняли: Джанна ждет нашего отлета, чтобы начать трясти жертву. Да и к Лорику не помешает заглянуть, порадовать новостями. В общем, куча беготни по знакомым и утрясание мелких дел. Когда прибудет Кайден, он как раз вместе с Гаррусом поможет людям составить макулатуру, необходимую для вытряхивания из корпорации денег, ведь законы Альянса Систем он знает куда лучше нашего сокровища. И даст советы, как можно и нужно отстаивать свои права: у Кайдена есть личный опыт и немалый. Может, как солдат-биотик он и сомнительно-полезен, но вот в делопроизводстве и документообороте он бесценен! А уж какой у него опыт общения с бюрократией - не описать словами. Самое то, что нам сейчас нужно!
 Пока там Рафаэль травмирует начальство неприятными новостями и добивается вместо меня встречи с тем, с кого можно будет спросить за много интересного, можно успеть хоть часть народу оббежать. А начну я с неприятного: с Анолеиса. Надо же его "порадовать" нашим выживанием и возвращением с успехом? Надо! А то он так хотел, чтобы мы где-то по дороге потерялись, что грешно его не навестить... напоследок.
 
 
 
 
 

Глава 58: Информационная ловушка


 
 
 
 Едва слышный рокот двигателей идущей в безопасности перегона "Нормандии" умиротворял и успокаивал. Как и понимание: мы вернулись с успехом и без потерь. Координаты базы Сарена, как и коды доступа в зону безопасности планеты нами получены, относительно-лояльная Бенезия летит на своем корабле во флотской формации с "Нормандией". Королева рахни спит в трюме, заняв дальний от входа угол за ремонтными боксами, обнищавшими на оба наших верных "Мако", так и брошенных на "Вершине-15", потому как ни смысла забирать снегоходы, ни возможности это сделать не было. Пусть лучше наши машины послужат Ли и его ребятам: техники обещали транспорт забрать. По возможности. Все текущие дела в порту Ханьшань были доделаны. Миссия завершилась полным и безоговорочным успехом, и теперь мы возвращаемся на Цитадель.
 Гаррус протяжно выдохнул, непроизвольно дернув рукой во сне, крепче сжав пальцы на моем плече, но вскоре вновь расслабился и задышал в прежнем ритме, чуть слышно посапывая. Сейчас он выглядел особенно милым и вызывал почти нестерпимое желание его потискать, но это самое желание легко задавливалось пониманием: одно неверное движение, и парень проснется. Будить его не хотелось. Пусть спит. И так его Найлус почти силком заставил оторваться от работы и пойти отдыхать.
 По возвращении на борт "Нормандии" они озадачились подготовкой необходимой мне документации. Не для Спецкорпуса, а для моего человеческого условного начальства. Гаррус написал основы всех документов, а потом был выставлен из-за портативного компьютера: наше сокровище и без того вымотался, разбираясь вместе с Кайденом с огромным ворохом официальной писанины, необходимой для того, чтобы на законных основаниях обуть "Байнери Хеликс" на космическую сумму выплат по нарушенному контракту. Постарались они на славу, а Кайден открылся с неожиданной для нас стороны: тезис о том, что знание законов помогает избежать множества проблем и наказаний, он прекрасно продемонстрировал в деле, находя такие мелкие нюансы в формулировках законах и вытаскивая такие прецеденты, что... что нечего ему рассекать по полям с винтовкой наперевес. Он ценнее на своем нынешнем месте.
 Мысли с Кайдена и провернутой махинации перескочили на предшествовавшие ей события. На Лорика, Джанну и Анолеиса.
 Каково же было наше удивление, когда по возвращению в Ханьшань мы вновь увидели Джанну на месте секретарши и ничего не подозревающего Анолеиса в кабинете администратора порта. Я предполагала, что Джанна за время нашего отсутствия успеет саларианца взять за жабры, ведь в каноне его арестовывали сразу, как только доказательства попадали ей в руки. Но нет. Милая девушка не спешила, с достойными восхищения терпением и целенаправленностью загоняя свою добычу. А вдруг что еще всплывет полезного? А еще ей удалось отлично разыграть перед Анолеисом сценку возмущения моими действиями: как же так, это ведь дискредитация ее репутации на глазах кучи народу! Жаб ей даже неискренне посочувствовал и... успокоился на счет ее единичного контакта с Лориком. А ведь после получения данных от Ки"Ина и любопытных сведений, сказанных им за время беседы, Джанна инициировала полномасштабное слежение за администратором, благо, в ее распоряжении были и средства, и необходимые специалисты: Совет Директоров НКР не скупился на обеспечении безопасности и запрос своего же следователя, подтвержденный доказательствами, удовлетворил в полной мере, согласившись на некоторые... бонусы для "Синтетик Инсайтс" в качестве поощрительной награды за сотрудничество.
 В принципе, действия мисс Паразини поддавались пояснению и банальной логике, а вот с самим Лориком оказалось все куда забавнее. Эти его оговорки о "на данный момент - менеджер "Синтетик Инсайтс"", "закрыл мой офис", уровень доступа, позволяющий скачать данные с сервера компании через первый попавшийся терминал и тому подобные мелочи вызывали закономерные вопросы, уместить которые можно в один: "Каков статус Лорика Ки"Ина в "Синтетик Инсайтс"?". Ответа на него у нас не было, и по большому счету это было лишь праздное любопытство, которое я не стала удовлетворять. Спрашивать Лорика напрямую было невежливо, а сканирование разума тех, кто вызывает уважение, я не делаю по личным причинам. Да и в расследование мы не вмешивались: это - не наша задача и не наше дело. Зато Джанна подобную вежливость оценила и была сама любезность. А как она сообщала своему "начальству" о нашем явлении! С придыханием и дрожью в голосе. Прямо запуганная жертва психованного Спектра!
 Улыбка сама собой расплылась на губах. Джанна - прелестна. Знакомство с ней и недолгое сотрудничество доставили нам всем огромное удовольствие. Как и разговор с Анолеисом.
 Удобнее устроившись и погладив Рруса, встрепенувшегося при моем движении, я вспоминала этот занимательный разговор.
 
 
 - Мистер Анолеис! - с искренней радостью возвестила я, вваливаясь в кабинет администратора порта в сопровождении довольного жизнью Найлуса. - Рада вас видеть!
 Судя по ментальному фону и выражению лупоглазой рожи, саларианец был со мной в корне не согласен по поводу радости от нашей повторной встречи.
 - Спектр Шепард... - тонкие пальцы сжали край стола до белизны, в эмоциях - яркая ярость и гнев. - Мне сообщили, вы хотите вывезти с Новерии опасное существо?
 От бешенства бедолага даже стал размеренно изъясняться, а не тарабанить в привычном для саларианцев ритме. Эк его мы проняли своим явлением!
 - Да. - коротко согласилась я и мило улыбнулась.
 Вставший за моей спиной Найлус фонил мелким злорадством и удовлетворением от происходящего: саларианца он невзлюбил с первого знакомства. В разговор он предпочитал без нужны не вмешиваться, зато с интересом наблюдал и получал массу удовольствия от нашего общения.
 - Невозможно! С Новерии запрещено вывозить разработки корпораций! - преувеличенно спокойно произнес Анолеис.
 Я посмотрела на него как на идиота и спросила:
  - И что?
 От этого сакраментального вопроса жаб растерялся и лупнул глазищами.
 - Как этот запрет нас касается? - переспросила я.
 - Это существо...
 - Не имеет никакого отношения к разработкам корпораций. - отрезала я. - Они остались тушками в комплексе "Вершина-15" и бегать живыми особями на станции "Расселина". А Королева рахни - не генетический клон и не модифицированное существо. Она - естественно-рожденная особь и не является разработкой генетиков "Байнери Хеликс". Соответственно, к ней неприменим подобный запрет.
 Видать, о таком нюансе он не знал, зато отлично понял, какими проблемами грозит именно такая формулировка. Огромными проблемами, ведь одно дело - генетические разработки, и без того нарушающие один из основных запретов, а совсем другое... Вот об этом "другом" мы сейчас поговорим, поскольку за такие нарушения можно при должном желании и знании законов закопать не только саму "Байнери Хелекс", но и Анолеиса вместе со всей НКР.
 - Мистер Анолеис. - тембр моего голоса стал ощутимо ниже и намного холоднее. - Мне все равно, как происходит регулирование деятельности корпораций на Новерии и насколько НКР в курсе исследований, проводимых арендаторами ее лабораторий на подконтрольной территории. Это не мои проблемы и не мои заботы. Я прилетела, чтобы забрать удерживаемого в плену единственного представителя разумного вида с развитой генетической памятью, над которым проводились эксперименты и исследования, даже в мягкой формулировке называемые "негуманными". Ситуацию усугубляет то, что по меркам любого народа Пространства Цитадели Королева рахни является ребенком: три года жизни - дите даже для вашего народа.
 Анолеис молчал и мучительно переваривал мои слова. Надо отдать жабу должное: он без тени сомнения принял правдивость этой информации, и теперь пытался придумать, как ему выйти из сложившейся ситуации. А ситуация крайне неприятная. Не только для "Байнери Хеликс" и НКР.
 - Вопрос о судьбе целого разумного вида - это дело Цитадели, а никак не какой-то частной коммерческой корпорации. - добавила я. - И решать его будет Совет. Я понятно излагаю свою точку зрения?
 - Да. - Анолеис был краток и на диво лаконичен.
 - Я рада, что вы меня поняли правильно. - недружелюбно отозвалась я.
 Анолеис рад не был, но что-либо возразить при подобной постановке вопроса не мог. Сейчас любое противодействие может рассматриваться как прямое вмешательство в дела Цитадели и... Что там за "и" можно долго перечислять, но все варианты выйдут боком прежде всего НКР, самой Новерии и Анолеису лично. Особенно ему. Притом, прилетит Анолеису ото всех оптом и очень крепко.
 - А теперь вернемся к первоначальному вашему заявлению на тему невозможности вывоза Королевы рахни с Новерии. - я подошла ближе и оперлась кончиками пальцев о край стола, ловя взгляд саларианца, благо, это было несложно. - Я бы хотела услышать ваши... доводы, по какой причине я не могу вывезти подопечное существо на Цитадель. А если этих доводов нет, я хочу получить от вас приказ для вашей же службы безопасности, разрешающий моим подчиненным доставить Королеву на корабль.
 Анолеис молчал, пристально глядя на меня, вот только эмоции клокотали.
 - Чисто так, на всякий случай. Мало ли, кто-то будет излишне... недоверчивый. Не хотелось бы омрачать этот день ненужными убийствами.
 Намек, что нужное убийство день не омрачит, саларианец понял вполне правильно. Все же, репутация отмороженного и больного на голову убийцы диво как полезна в дипломатический маневрах.
 
 Понятное дело, что логически обоснованных доводов у Анолеиса не было и быть не могло, так что необходимые мне приказы были отданы, а я получила на руки их распечатанные на тонком пластике копии, заверенные лично саларианцем, на чем настоял Найлус, отмахнувшись от возражений жаба. Видать, тому очень не хотелось давать нам хоть какие-то документы, но пришлось. С Найлусом вообще сложно спорить, особенно, если он прав и действует в рамках законов. А Новерия, хоть и является условно-нейтральной зоной, но все равно была вынуждена следовать законам Пространства Цитадели, пусть и с долей условностей. Но эти же условности открывают прекрасные возможности для нас, ведь Спектры хоть и обладают теоретически неограниченной властью, на практике сковываются множеством негласных правил. А вот здесь, в нейтральных зонах... Здесь уже руки развязываются не только у огромного числа всяческих отморозков, но и у оперативников Спецкорпуса. Тоже отморозки знатные, только узаконенные.
 Найлус на такое определение едва слышно фыркнул, на мгновение прекратив тарабанить когтями по мягким клавишам портативного компьютера.
 - "Скажешь, я не права?" - лениво поинтересовалась я.
 - "Права." - легко согласился он. - "Иные на должности оперативника Спецкорпуса долго не выживают. Слишком правильные ломаются, сталкиваясь с той грязью, в которой нам приходится копаться." - в мысленном голосе плескала горечь. - "У многих пропадает вера в разумных, в наличие у них разума и в само существование у представителей некоторых видов таких качеств как честь, благородство и порядочность. Многие ожесточаются, особенно, если работают одни."
 Неудивительно, если помнить, с каким именно контингентом приходится сталкиваться нашим коллегам по долгу службы. Любопытно иное.
 - "Разве Спектры не работают в одиночку?"
 Найлус покачал головой.
 - "Редко. Обычно предпочитают работать в паре. В тройках - реже, и такие группы срабатываются еще до назначения." - он откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза, чуть запрокинув голову.
 Вот как. Ладно, поговорить про особенности работы Спектров можно и в другое время.
 - "Найлус, уже середина ночи." - намекнула я, что пока закругляться.
 Намек был понят верно:
 - "Я еще не закончил."
 - "Идти по перегону трое суток." - мягко произнесла я. - "У нас был утомительный день. Пожалуйста, не заставляй меня делать с тобой то же, что ты сам сделал с Гаррусом: насильно вытаскивать из-за компа! Ты же знаешь: я могу."
 Тихий смех, полный иронии и веселья был едва слышен, эхом отдаваясь по ментальной связи.
 - "Знаю." - Найлус встал, аккуратно опустил крышку, вынуждая компьютер автоматически свернуть все экраны и перейти в спящий режим. - "Продолжу с утра." - подойдя, присел на край койки, легонько скользнув кончиками когтей по моим волосам. - "Что тебя беспокоит?"
 От близкого движения Гаррус проснулся, приподнял голову, сонно глядя то на меня, то на Найлуса. Последнюю мысль он перехватил, автоматически "подключившись" к общей сети с выходом из дремы и, естественно, всполошился.
 - "Цербер". - коротко ответила я, продолжая гладить его по руке. - "Ррус, не нервничай."
 - "Я так полагаю, дело не в "Байнери Хеликс"?" - уточнил Найлус, приподняв надбровную пластину.
 В его мыслях промелькнула тревога. Пусть и мимолетно, но очень ярко и явно: "Цербер" - враг серьезный и его нельзя недооценивать. Слишком уж у них специалисты... интересные.
 - "Нет, хотя разборки с ней добавят своего на чаши весов." - я поморщилась. - "Помните, я упоминала о последней важной ключевой точке? О проекте "Лазарь"."
 Найлус коротко кивнул, Ррус нахмурился, а до этого дремавший Аэте перевернулся на живот, приподнял голову и удобно устроил ее на подмятой подушке, всем видом выражая желание послушать и поучаствовать в разговоре. Асур ментальную связь не терял даже когда спал, и при мало-мальски интересной теме тут же просыпался.
 - С проектом "Лазарь" есть два очень скользких и сомнительных момента. - поскольку все в каюте проснулись, а вот Джефф как раз спал и подслушивать не мог, я говорила вслух.
 На столе замигала знакомая пирамидка. Так, на всякий случай. Очень уж информация была... ценной.
 - Первое: зачем "Церберу" настолько сильно потребовалось воскрешать почившего на орбите Алкеры коммандера Шепард, что Призрак в это дело вбухает четыре миллиарда? И самого ли Шепарда хотели воскресить, или его оживление оказалось неожиданностью: есть нюансы, позволяющие трактовать события именно так. Второе: зачем надо было крейсеру Коллекционеров выслеживать и АККУРАТНО уничтожать "Нормандию" так, чтобы минимизировать жертвы? Поверьте, пилили наш корабль крайне осторожно, давая возможность экипажу покинуть "Норму" на спаскапсулах. И, что самое интересное, капсулы Коллекционеры не сбивали. Говорить, что могли, не стоит. А еще есть много нюансов. Например, броня задохнувшегося от нехватки воздуха на орбите планеты оказалась на ее поверхности, да еще и поломанная на куски, но не несущая на себе следов горения, которого невозможно избежать при падении в атмосферу. Как там оказался совершенно целый шлем? Говорить, что падающий на планету труп сгорит целиком, не надо, сами это отлично знаете.
 Мужчины кивнули.
 - А еще интересно, что валяющийся в заднице галактики прототип оказался никому не нужным и за ним никто не прилетел. - добавила я. - "Нормандию" даже не проверяли после катастрофы. Только спаскапсулы собрали. И то, непонятно кто. А таких скользких моментов там очень много.
 В каюте воцарилась тишина. Вопросы и правда скользкие, а канон на них нормальных ответов не давал. Прошлая Я тогда особо не заморачивалась обдумыванием узнанного в нулевой жизни. Это потом, уже после того, как стала перерожденцем и оценила всю ценность такого рода информации, первая Я по крупицам восстановила в памяти все, что только было возможно, загрузив в Цитадель Памяти. Как это было сделано - не знаю, поскольку память о мотивах и действиях первой личности мне в наследство не досталась. Возможно, развитый дар магии разума был еще тогда, не могу сказать: я его развивала самостоятельно практически с нуля. Но факт есть факт: информация сохранилась, пусть и не систематизированная. Так, бардак на заданную тему, который я разгребаю уже две недели, прошедшие после вхождения в силу, тщательно выстраивая причинно-следственные связи и вытаскивая из законсервированных кусков обезличенных воспоминаний крупицы полезной информации. Вытаскивалось плохо и странно: многие данные противоречили заявленным, действия некоторых разумных - лишены логики и здравого смысла вообще, а некоторые мимолетные упоминания вроде бы незначительных событий переворачивали мое понимание происходящего.
 - Найти им пояснения я могу, зная некоторые нюансы. Но они, во-первых, разворачивают всю историю откровенно уродливой стороной, а во-вторых, это лишь мои домыслы, основанные на анализе фактов. - вздохнув, добавила: - Большинство информации мы сможем проверить после захвата Теневого Трона. Но туда есть смысл лететь после... - я запнулась: резкий, рваный выдох Найлуса и плеснувшая по восприятию оторопь сбили с мысли: - Что?
 - После захвата ЧЕГО? - мягко уточнил он, сузив яркие зеленые глаза.
 А... М-да, действительно, надо было как-то предупредить.
 - Да, я знаю, где он находится. Но опять же надо проверять, хотя я не вижу причины, по которой ЭТА информация может быть недостоверной.
 Найлус вздохнул, глядя на меня с немым укором.
 - Имрир, ты прекрасно понимаешь ценность этой информации. Даже если это лишь вероятность.
 Еще бы мне не понимать!
 - Понимаю. Теневой Трон - сокровище этой галактики, обладая которым можно сделать очень многое. - я не сдержала усмешки. - Это корабль, примерно четыреста метров длины, кем и когда создан - неизвестно, летает в верхних слоях атмосферы планеты Хагалаз, система Совило близ туманности Песочные часы. Передвигается в рассветном грозовом фронте, а потому обнаружить его практически нереально.
 Гаррус нахмурился.
 - Ни один современный корабль постройки Пространства Цитадели не может долгое время находиться в шторме такой силы. - негромко сообщил парень. - Тем более, настолько крупный.
 Очень правильное уточнение: современный корабль постройки Пространства Цитадели. Эти да - не могут. Тем более, подобное недоступно для устаревшего корабля, каким должен быть Теневой Трон чисто из-за времени его существования. А все разговоры на тему его постоянных модернизаций не выдерживают критики: даже для ремонта космического корабля необходимы соразмерные доки и большое количество высококвалифицированного народу. Про модернизацию и перестройку вообще речи не идет - это уже делается на верфях, а там народу еще больше. Информация так или иначе утекла бы, чего... НЕ произошло. Вариантов два: или всех уничтожили, или подобных перестроек не проводилось, во что я больше поверю, ведь массовая гибель специалистов так или иначе привлекла бы ненужное внимание.
 - По эгрегору Теневой Трон защищали кинетические щиты и громоотводы. - ядовито, даже не скрывая сарказма и язвительности, сказала я, отлично понимая, как это звучит.
 Как вытянулись лица Гарруса и Найлуса не передадут никакие слова! Для живущих в этой реальности слова, такие вроде бы правильные и логичные с точки зрения жителей мира, породившего эгрегор этой вселенной, были несусветной ахинеей!
 - Но кинетические барьеры не способны защитить от разряда молнии! - как-то жалобно произнес растерянный и глубоко шокированный Ррус. - Он же защищают только от...
 Парень запнулся, не зная, как бы правильнее и культурнее высказать рвущиеся с языка слова. Хотя бы как озвучить, что на космические корабли кинетические щиты ставят лишь для защиты от микрометеоритов, потому как ни один корабль не пользуется кинетическим оружием: оно абсолютно неэффективно и полностью бесполезно в реалиях настоящего космического боя.
 - Да не переживай ты так! - я погладила его по щеке. - Понятное дело, что это - ахинея. Что щиты, что громоотводы. Корабль построен непонятно кем, да еще и находится под управлением полностью осознавшего себя ИИ: этот вывод напрашивается сам собой, если вспомнить его манеру общаться. Слился Теневой Трон слишком уж вовремя: как только запахло Жатвой, корабль как-то очень технично обнаружился "Цербером" и был разрушен. Он типа упал на планету кучей лома.
 - И не взорвался? - скептично уточнил Найлус.
 - Нет.
 Выражение темнокожего лица было настолько... многогранное, что все мысли читались без труда.
 - Но опять же: сперва Вермайр и встреча с Сареном. И только потом - захват Теневого Трона. Яг, конечно, хороший Теневой Посредник, но нам с ним не по пути.
 - Яг? - изумленно переспросил Гаррус.
 Я развела руками. Найлус лишь покачал головой.
 - Знаешь, Мрир. Умеешь ты подать информацию... с юмором. - хмыкнул он, подсаживаясь ближе и сгребая меня в объятия. - Надо же... Теневой Трон.
 - Ага... - пробормотала я, обмякая в сильных руках. - А еще я знаю, что такое ваши Валлувианские Жрецы...
 - И ЧТО же это? - мягко спросил Найлус, утыкаясь мне в макушку.
 - Высшая форма хасков. - мурлыкнула я, чувствуя, как каменеет его тело. - С разумом, личностью, памятью, но иной психикой и мировоззрением. - запрокинув голову, спросила, глядя в яркие зеленые глаза: - вы же помните, что такое ваши Духи?
 - Титаны, ходящие по земле и достигающие небес... - прошептал Гаррус.
 Я улыбнулась и согласно кивнула, вновь обмякая в руках Найлуса.
 - Как думаете, двухкилометровая шагающая махина способна подойти под такое определение? - иронично произнесла я. - Вспомните, что хранилось десятками тысяч лет в вашем Храме. Монолит Арка. Артефакт Жнецов, чье влияние покрывало всю планету, вызывая агрессию у живых существ. По сути, весь ваш народ развился под влиянием Монолита, превратившись из агрессивных стайных территориальных хищников в воинственных разумных существ. Валлувианские Жрецы - его хранители. Подвергшиеся индокринации турианцы, которые по какой-то причине не воздействовали на ваш народ, не пытались его подчинить и провести повальную индокринацию, а всего лишь защищали опасное сокровище, не позволяя его касаться. Защищали ВАС от Монолита. Позволяли развиться цивилизации, но как только вы вышли в космос - бесследно исчезли в недрах Храма, запечатав его за собой. А вера в Духов переродилась в то, что есть сейчас.
 Тихий голос Аэтеры прозвучал неожиданно:
 - Старшие - не угроза для молодых видов. - с долей обиды произнес он. - Они уничтожают только старые цивилизации. Те, которые вошли в стагнацию или уже начали деградировать.
 Ррус удивленно заморгал, повернулся, глядя на Аэ.
 - Ты знал?
 - Я видел. - поправил его асур, садясь на койке. - Мы никогда не называли их Жнецами. Они же никого не пожинают.
 - Ты говорил, что не знаешь их мотивов.
 - Я и не знаю: никогда не интересовался, зачем они раз за разом уничтожают развитые цивилизации в этой галактике. - пожал плечами Аэте. - Но выводы сделать можно, если видеть несколько раз их работу.
 Действительно.
 - Они и правда только разрушают цивилизацию, возвращая виды на начало развития? - уточнила я.
 Аэте почесал голову и кивнул.
 - Я не помню, чтобы они полностью уничтожали биологический вид. Иногда виды вымирали сами, но... - он развел руками. - Полный геноцид Старшие не проводили ни разу на моей памяти.
 - А вы?
 - У нас нет никаких целей и мотивов. Если мы начинали войну, то вели ее до логического завершения. - легкая улыбка приподняла уголки губ. - В этом мы схожи с турианцами: они тоже воюют так, чтобы никогда больше не пришлось воевать с этим противником повторно.
 Иными словами, до полного уничтожения врага. Резонно, пусть это и означает геноцид. Вроде бы страшное слово, подразумевающее массовую трагедию, но в масштабах галактики - естественный процесс. Прав Назара: Цикл не может быть нарушен. Не важно, что сотрет жизнь с лица планеты и как биологический разумный вид канет в небытие: залетный астероид или комета, орудия кораблей врага, генетическое вырождение или какая-то мутация, вирус или природная катастрофа. Итог един: вымирание. Любой биологический вид рано или поздно вымрет. Естественным путем или будучи уничтожен досрочно. Какая разница для тех, чей возраст соизмерим с геологическими эпохами? Никакой. И вновь Назара прав: они - вершина эволюции. Но у них есть свои... недостатки и ограничения.
 Мысль мелькнула странным образом, выцепив поблекший образ из далекого прошлого: неуверенно встающий на столь непривычные ноги нагой черноволосый мужчина, придерживающийся за край лабораторного стола, чувство законной бесконечной гордости за отлично сделанную работу, поздравления коллег с первым успешно сданным проектом. А еще была искренняя благодарность того, кто смог ПОНЯТЬ, какого это - быть живым. Но воспоминание ускользнуло так же быстро, как и всплыло, оставив тепло и легкую грусть о невозможности повторной встречи.
 - Мрир...
 Я моргнула, отстраняясь от воспоминаний, и вопросительно глянула на асура.
 - Там это... - Аэте ткнул пальцем в пол. - Рамиро.
 Кто бы сомневался, что асур с его активировавшейся эмпатией почует доносящуюся тягучими валами бурю чужих эмоций.
 - Он должен сам принять и осознать узнанное. Любое вмешательство может быть фатально: у Рамиро посыпалось понимание мира и своего места в нем. - мягко сказала я. - Завтра с ним можно будет говорить, а пока... пока пусть побудет наедине с собой.
 
 
 * * *
 
 
 Мерный рокот двигателей корабля размеренным ритмом успеха струился в шелесте ткани и шорохе касания босых ног леденящего металла пола, вплетался в прерывистое дыхание и резкие выдохи на пиках плавных, но одновременно стремительных движений танца-боя темноволосого мужчины, следующего за звучащей только для него привычной с детства музыки. Резкие тягучие мотивы успокаивали метущийся разум, позволяя забыться от бесконечности вопросов, толкущихся в голове и будоражащих давние, казалось бы давным-давно забытые первобытные желания и страхи. Медитативный танец. Напряжение и тренировка для звенящего от усталости тела, но отдых для рассудка. Возможность не думать. Ему очень нужен этот отдых. Спокойствие и отстраненность от реальности, вновь извернувшейся под немыслимым углом и приоткрывшую завесу тайны, скрывающей... что? Какой бесконечной глубины Бездна ему была приоткрыта?
 Стремительный поворот, прыжок, мягкое приземление в перекате, и танец переходит уже в откровенный и неприкрытый бой. Движения обрели скупость и лаконичную эффективность, испарилась ненужная в реальном сражении акробатичность.
 Простое слово жгло разум раскаленной печатью. Асур. Демон войны, щедро описанный в легендах народов родной планеты. По-разному, с учетом местных верований и пантеона, но в чем-то неуловимо схоже.
 Движения стали еще резче, жестче, агрессивнее. Разум метался в тисках вколоченного до глубин подсознания воспитания, агонизируя и крича на простом слове: демон. Рамиро был воспитан в религиозной католической семье, пусть по специфике работы и жизни не единожды нарушал заветы и запреты, попустительски относясь к строгим канонам, но... Мысль вновь споткнулась. Но почему же тогда он так быстро - сразу - поверил...
 Резкий, на грани возможностей уставшего организма рывок, нога поскользнулась на гладком металле, мужчина рухнул на колени, даже не попытавшись смягчить падение, согнулся, уткнувшись лбом в ледяной пол. Широкие сильные плечи дрогнули, пальцы сжались в кулаки. Крепко-крепко, до белизны.
 Демон.
 Тварь, монстр, порицаемый и отрицаемый миром, в котором он вырос и был воспитан.
 Холодный, острый, тренированный разум аналитика с безжалостной четкостью вытаскивал из глубин памяти все крохотные, вроде бы незначительные по отдельности факты и события из его прошлого, рассыпая перед ним осколки мозаики, издевательски-легко складывающейся в образ его-настоящего. Того ЕГО, который прорывался на пиках опасности, когда жизнь стояла на краю гибели. Того, кого он боялся сам, потому как прекрасно, болезненно-ясно осознавал собственную, глубоко укрытую суть: монстр. Чудовище. Враг рода людского. Демон войны из далекого прошлого родного мира.
 Асур.
 Пальцы вновь разжались, ладони легли на холодный металл пола. Рамиро выпрямился, сел, поджимая под себя ноги. Мгновения срыва прошли так же стремительно, как и накатили. Разум заработал привычно-спокойно и холодно-расчетливо. У него было время обдумать короткий разговор, наполненный Бездной скрытого в простых и вроде бы понятных словах смысла. Напряжение копилось долго и вышло, оставив после себя горькую правду, с которой оказалось так легко смириться.
 Кривая усмешка изогнула пересохшие, припухшие губы.
 Быть демоном оказалось неожиданно-легче, чем просто моральным уродом и тварью. Ведь для демона НОРМАЛЬНО хотеть крови и любить убивать? Для такого как он ведь ЕСТЕСТВЕННО не ощущать жалости и сострадания к тем, кто вызывает брезгливость и презрение, даже если они люди или, что хуже, дети? Избалованные, капризные, одуревшие от безнаказанности и попустительства богатых родителей малолетки, чьи тела он топил в синей-синей под летним небом реке. Тогда он оправдывался собственным возрастом и желанием жить, но... но он не мог забыть холодное удовлетворение и удовольствие, когда под его руками уходила чужая жизнь, а в глазах жертвы сиял животный ужас. Сколько он корил себя... Не за убийства. За наслаждение, которое он получил, убивая. Не счесть часы исповедей молчаливому падре в костеле Семьи. А толку? Все равно... Одно воспоминание, и все сомнения, раскаяние и прочие вроде бы нормальные для человека чувства смывало.
 Ложь - не грех... даже самому себе. Для католика.
 А для демона? Лгать себе... чтобы оправдаться.
 Рамиро плавно поднялся на ноги.
 Перед кем ему оправдываться? Перед Богом, о котором он столько лет слышал, но в котором сомневался каждое мгновение жизни? Здесь, в черной звездной Бездне все сложнее вспоминать о земном Боге, но все легче глядеть в эту Бездну, видя в ней отражение себя. Холодного лишенного жалости и сострадания убийцы, безразличного к жизням тех, кто попадал под его... воздействие.
 Тело вновь начало движение, продолжая прерванный танец-бой. Размеренно, плавно, ускоряясь, обретая стремительность и страсть рвущейся к свободе души, сбросившей тянущий вниз груз. Мельтешение мыслей угасало, сменяясь безмятежностью и звонкой тишиной. Рокот двигателей корабля тек сквозь сознание, вплетаясь в ритмичную, звучащую в сознании музыку танца, покорившего мальчишку, случайно увидевшего уличное выступление мастеров капоэйра. Рамиро танцевал в гулкой тишине пустого трюма звездного корабля под тихий ритмичный стрекот и урчание Королевы, под ее беззвучную музыку-песнь, текущую сквозь его сознание знакомыми ритмами, и... улыбался, вспоминая горящие раскаленным металлом глаза сородича и его слова: "Мы - асуры".
 Мы!
 Он, Рамиро Дитер Дуарте да Россет, - не случайный генетический дефект и не ошибка воспитания, не сумасшедший психопат, творящий богопротивные деяния и не отброс общества, принятый в Семью лишь по воле дона. Он - не выбраковка и не изгой. Он всего лишь... иной. Не человек.
 Мелькнула отстраненная мысль: падре расстроится.
 Улыбка стала шире, шторм, бушевавший в душе все эти дни, утих, а расколотая простыми словами картина мироздания вновь собралась в единое монолитное полотно, вписав в себя множество ранее болезненно резавших душу осколков и создав непротиворечивый образ самого себя. Образ, в который так естественно легли странности и пугавшие ранее желания.
 Тихо шелестела легкая ткань под шорох босых ног и мерный рокот двигателей космического корабля, дополняя музыку мыслей юной Королевы, звучащую в сознании молодого черноволосого мужчины, танцующего знакомый с детства танец, столь легко и естественно переходящий в бой.
 
 * * *
 
 Утро наступило у всех поздно. Даже Джон и тот лихо проспал, что было достойно оценено его бойцами, которым по этому случаю удалось нормально выспаться. Сейчас он радовал всех заспанной и сумрачной свежевыбритой физиономией, вот только его эмоциональный фон радости не доставлял никому. Подавленное состояние коммандера ощущалось настолько ярко и четко, что даже Джейн встревожилась и хмурилась, копаясь вилкой в распотрошенной оладье, хотя обычно особого пиетета к моральному состоянию однофамильца, мягко говоря, не проявляла.
 - Эй, Джон!
 Он поднял глаза, переведя отсутствующий взгляд на окрикнувшую его женщину. В столовой тут же наступила тишина: бойцы ждали развития событий. Нико помрачнел и бросил предупреждающий взгляд на Шепард, который был проигнорирован.
 - Вернись в себя и ешь. - неожиданно мягко сказала она.
 Джон моргнул, покосился на тарелку с нетронутым завтраком, на уже остывший кофе.
 - Я не голоден. - произнес он и уперся руками в стол, собираясь встать.
 - Не обижай Себастьяна, пожалуйста. Он для нас старается.
 Про то, что сегодня завтрак для экипажа готовил не Себастьян, Джейн тактично умолчала. Видя, что слова эффекта нет, припечатала:
 - Ешь!
  Как ни странно, но откровенно приказной тон подействовал: Джон автоматически подчинился и начал механически есть, пребывая сознанием где-то далеко.
 Бойцы переглянулись и уставились на Джейн. Та пожала плечами и развела руками, зато Рамиро нахмурился, а Нико так вообще был мрачнее грозовой тучи. Эшли тоже хмурилась, а Кайден жевал так же механически, как и Джон, почти не реагируя на окружающих: от утомления мигрень грызла мозг с особым остервенением и биотик слабо воспринимал реальность в тяжелых валах сильнейшей боли, прошибающих голову от каждого громкого звука.
 Дэрг, вновь покосившись на сидящего рядом Кайдена, чуть слышно рыкнул, рывком встал и ушел, провожаемый удивленными взглядами, но вскоре вернулся с небольшой белой коробочкой в руке. Распотрошив ее, достал блистер с двумя одинокими таблетками, выдавил их на ладонь, подошел к унылому биотику, с тоскливым лицом гипнотизировавшего кружку с компотом, и тронул его за плечо.
 - Выпей. - проворчал он, сунув под нос недоуменно хлопающему покрасневшими глазами Аленко.
 Таблетки для купирования мигрени тот узнал сразу.
 - Спасибо. - едва слышно прошептал Кайден, аккуратно ставя кружку так, чтобы она не издала ни звука.
 - Пожалуйста. - еще ворчливее отозвался Дэрг не повышая голоса, глядя, как сослуживец осторожно берет красно-желтые таблетки с его ладони, поштучно, и, чуть морщась от горечи, разжевывает, чтобы быстрее подействовали. - Имрир сказала, чтобы ты сидел в каюте до обеда. Там тихо. Как мигрень пройдет, продолжишь работу. Перегон впереди еще длинный. Понял?
 Кайден удивленно заморгал, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но, передумав, вновь закрыл: спорить с командиром, даже если ее слова переданы через другого, он не привык, так что ограничился медленным осторожным кивком. Дэрг, удостоверившись, что жертва проблемного имплантата его правильно поняла, утопал на камбуз: вкусно поесть он любил, а ни Аэте, ни Себастьян на добавку не жлобились, всегда готовя с запасом.
 Джейн, проводив взглядом Дэрга, моргнула, нахмурилась.
 - Закончили? - хмуро спросила она, быстро осмотрев своих подчиненных.
 Бойцы согласно кивали, а Рамиро, закусив последнюю оставшуюся недоеденной булочку, встал, подхватил поднос с пустой посудой и унес на камбуз, чтобы через пару минут вернуться с большой тарелкой, с горкой наполненную ароматной разномастной выпечкой.
 - С чего такая щедрость? - подозрительно спросила Джейн.
 - Уметь надо просить у Аэте с Себастьяном. - невозмутимо ответил аналитик. - И договариваться с Дэргом.
 Коммандер хмыкнула, махнула рукой в сторону выхода.
 - Я никогда не сомневалась в твоих навыках... убеждения. - с долей иронии ответила Джейн.
 Рамиро хмыкнул и покинул столовую. Следом потянулись Виктор с Руне и Диего, нагруженный тремя двухлитровыми бутылями с компотом, которые всегда находились в свободном доступе в криостате столовой.
 При всей своей требовательности к дисциплине, Имрир по мелочам не придиралась и не заставляла соблюдать устав до последней буквы, как и не настаивала на демонстративных проявлениях субординации. Все эти "да, сэр", "есть, сэр", "так точно, сэр", вытягивание по струнке и прочие никому не нужные телодвижения, столь полезные для дрессуры и вколачивания в солдат иерархической армейской системы до уровня рефлексов, в среде десантной группы... не требовались. Субординация? Несомненно. Дисциплина? Даже не обсуждается. Но в бытовых условиях корабля десантная группа обязана выполнять лишь одно правило: сидеть тихо и не мешать экипажу работать. Как и чем бойцы занимают такое количество свободного времени, Имрир не волновало: это проблема их командиров, и за любое безобразие в первую очередь получат они. Так что правило общежития соблюдалось свято, на жилой палубе царила тишина, покой, чистота и порядок, а освободившийся трюм по традиции был отдан бойцам на откуп в качестве спортивного зала, тренировочной площадки и мастерской, где они и проводили почти все время перелета.
 
 Уже в каюте, когда сослуживцы расселись по своим койкам, а Рамиро привычно окопался с бутылем компота под боком, Джейн присела на край стола и задала ожидаемый всеми вопрос, знаменующий начало разбора очередной миссии:
 - Чем порадуешь?
 На что последовал незамедлительный ответ:
 - Ничем.
 Виктор покосился на друга и переспросил:
 - Что, все настолько плохо?
 Аналитик обхватил пальцами бусину, привычно вплетенную в косичку, оббежал взглядом присутствующих.
 - Хорошего во всем произошедшем лишь успех миссии. - сделав выразительную паузу, припечатал: - К которому мы никакого отношения не имеем. И Джон со своим отрядом тоже. Технически, мы были лишь массовкой. Максимум нашего вклада - это возня с выжившими на "Вершине-15" и присмотр за монорельсом во время отсутствия основной группы.
 - Это плохо? - осторожно спросил Руне.
 Взгляд у Рамиро стал колючим и тяжелым. Ощутимым физически как массивный, давящий на голову ком.
 - Я вас знаю лучше, чем вы сами: служим не первый год, и потому я тешу себя надеждой, что вы воспримете информацию правильно, без ненужных домыслов и предвзятости. И, тем более, никогда не пустите ее на сторону.
 Джейн удивленно моргнула, вопросительно приподняла бровь.
 - Я понимаю, что есть способы получить информацию без согласия... жертвы, но я надеюсь, что никто не заподозрит вас с обладании этой информации. - тем же спокойным, безмятежным голосом продолжил говорить мужчина, чуть прикрыв глаза.
 - А нам есть необходимость ее узнавать? - осторожно уточнила Шепард.
 - Она важна для правильного понимания того, в какую ситуацию мы попали. - мягко укорил ее аналитик. - Это действительно важно: неверное или предвзятое мнение может стоить... дорого, потому как первичные мои предположения подтвердились. - Рамиро поднял взгляд, в упор глядя в глаза командира.
 - Когда ты так говоришь, становится страшно. - буркнул Виктор, непроизвольно передернув плечами.
 Рамиро глянул на него и... неожиданно признался:
 - Мне тоже страшно. Жутко от осознания, в Бездну какой глубины я заглянул.
 От такого заявления в каюте воцарилась тишина.
 - Правда расколола мой мир: оказалось, реальность куда... многограннее, чем я думал, а вроде бы мелкие странности - мои странности - получили простое и логичное объяснение, в котором я не нашел изъянов.
 - Из-за этого ты не спал? - тихо спросил Диего?
 - Мне надо было подумать. - Рамиро прикрыл глаза и устало провел ладонью по лицу, словно снимал налипшую паутину. - Было бы неплохо, чтобы вы тоже начинали думать. И хотя бы поверхностно анализировать то, свидетелем чему становитесь.
 - Например? - хмуро спросил Виктор.
 - Например, Николаус. - устало ответил итальянец. - Вы все видели, в каком виде он был. Вы говорили с парнями из отряда Джона. Я знаю. Видел. Вы говорили с Итаном и его бойцами. И какие выводы вы сделали из увиденного и услышанного? Порадуйте меня логичным объяснением внешнего вида Нико с учетом того, что вы успели узнать.
 В каюте воцарилась неловкая тишина. Рамиро терпеливо ждал, медленно и с ясно читаемым удовольствием уничтожая пирожки. Казалось, его вообще мало волновал результат мучительных размышлений сослуживцев. Он не замечал их взглядов не обращал внимания на смену выражений на лицах и начисто игнорировал недовольное сопение Диего, наотрез отказываясь делиться ароматной выпечкой, буркнув на возмущенный возглас: "Не заслужил".
 Первым сдался Виктор: раздраженно рыкнув, рявкнул:
 - Хорош жрать! Лучше объясни, что мы не поняли?
 На этот крик души аналитик приоткрыл глаза, хмыкнул, взял с тарелки очередной толстенький пирожок, придирчиво осмотрел и со смаком вгрызся в его бок. Как раз там, где скрывалась начинка.
 - Рамиро! - укоризненно произнесла Джейн. - Не всем дано быть аналитиками.
 - А причем тут аналитика? - прожевав и проглотив, флегматично спросил тот, довольно щуря глаза. - Это банальная логика и внимательность. Я не требую от вас ничего сверх ваших способностей. Я всего лишь из года в год прошу быть внимательнее и начать, наконец-то, обращать внимание на то, что происходит у вас перед носом! - под конец фразы голос сорвался на рычание. - Это же просто: взять и перечислить вслух то, что вы увидели. А потом, исходя из озвученных фактов, сделать хотя бы один вывод. Я не прошу вас сделать ПРАВИЛЬНЫЙ вывод! Я прошу вас сделать хоть какой-то логически обоснованный вывод!
 Виктор выматерился на родном языке, но вредного сослуживца, отлично понимающего русский матерный, не впечатлил.
 - Хорошо. - с тяжким вздохом проворчала Джейн, поняв, что в этот раз аналитик ничего не скажет, пока не выдавит хоть какие-то ответы из них самих. - Давай я начну.
 Рамиро приглашающе взмахнул рукой.
 - Мне известно, что группа Джона столкнулась с рахни-воином, пока мы ходили по комплексу. - после короткой заминки произнесла коммандер. - С одним. - уточнила она, глянув на расслабленно развалившегося на подушках итальянца.
 Тот кивнул.
 - В стычке пострадали Раймонд и Николаус.
 - Верно.
 Джейн приободрилась и продолжила озвучивать то, что удалось выяснить:
 - У Раймонда гематома на всю грудь и трещины в трех ребрах. Но при этом его броня осталась практически целой: на месте удара погнуло пластины и все.
 Рамиро вновь кивнул.
 - Дальше.
 - Николаус полностью здоров и цел, но... - Джейн запнулась. - Но на нем были следы крови. ЕГО крови. - с нажимом уточнила коммандер, но что аналитик вновь согласно кивнул. - Ее смыли с тела, но не полностью: она осталась на броне, затекла в штанины поддоспешника и осталась на волосах. На спине были разводы. И нагрудная броня была снята. Кристиан сказал, что она... стала непригодна к ношению.
 - Да, именно так он и сказал. Продолжай.
 Но Джейн запнулась, сверля вальяжно развалившегося на койке мужчину тяжелым взглядом.
 - Рамиро, ахинея получается.
 - Озвучь ее. Пожалуйста. Возможно, это не такая уж ахинея, как кажется на первый взгляд.
 Покачал головой, коммандер села удобнее, оперла руки о колени, покосилась на чрезмерно доброжелательного подчиненного.
 - Чтобы настолько испачкаться в крови, ее должно натечь немало. С хорошую лужу. Литра два минимум, а то и больше. Это - гарантированный труп. Чтобы натекло такое количество крови, должны быть соответствующие раны: такая обильная кровопотеря в условиях промерзшего комплекса означает серьезные раны. Опять же - труп. Если судить по оговоркам Кристиана, Николауса пробило щупом рахни-воина насквозь. Это оправдывает определение "броня стала непригодной к ношению".
 Рамиро хмыкнул и... согласно кивнул.
 - Все верно, Джейн. Но каков вывод? Озвучь его, пожалуйста.
 - Николаус должен быть мертвым! Вот такой вывод! - вспылила она. - Но Нико жив и полностью здоров!
 Очередной милостивый кивок вызвал тихий рык.
 - Не кипятись, командир. Ты все верно сказала: Николаус погиб на "Вершине-15" от проникающего ранения в грудь.
 Джейн поперхнулась воздухом и закашлялась.
 - Что?
 - А что не так? - вопросительно приподнял бровь итальянец. - Факты, командир, - это факты. От них нельзя отмахиваться, даже если они звучат бредово.
 - И что ты предлагаешь? Поверить в это?
 - Я предлагаю дальше думать и раскручивать событийную цепочку до логического завершения, а не останавливаться на половине пути.
 - И?
 - И давай думать дальше. - Рамиро криво усмехнулся. - Мы имеем мертвого Нико. И Имрир, сорвавшуюся без предупреждения. По сути, командира, бросившего отряд в незнакомом и опасном месте посреди задания. Верно?
 - Да. К чему ты клонишь?
 В каюте царила звонкая тишина трое мужчин, не участвующие в диалоге, сидели, затаив дыхание и опасаясь неосторожным движением прервать собеседников. Слишком уж скользкая тема была поднята.
 - Я ни к чему не клоню, Джейн. Я всего лишь высказываю подряд факты: погибший Нико, куда-то убежавшая Спектр, которую нисколько не смутил риск стычки с рахни наедине, а потом - чудесное воскрешение погибшего.
 - Знаешь, как это звучит? - хмуро спросила она.
 - Как приоткрытая нам Бездна, у которой неизвестно если ли дно. - сумрачно ответил Рамиро. - Некому больше было вылечить Нико. Вивьен констатировал смерть, это подтвердили все, включая Джона. А потом прибежала Имрир и что-то сделала. Долго делала. Вивьен лишь помогал. Что именно было сделано - спрашивать бессмысленно. Пацан ничего не скажет. И так он подтвердил мои выводы лишь когда я их прямо высказал. У Вивьена очень выразительные глаза, и он совершенно не умеет врать.
 - Иными словами... - начал было Виктор.
 - Иными словами, у нас очень необычный командир. - сухо отрезал Рамиро. - Который дал нам шанс стать "своими". Имрир сознательно позволяет мне и Нико видеть то, что не предназначено для посторонних глаз. И дает ответы на прямо заданные вопросы.
 - Информационная ловушка... - прошептала Джейн.
 - Да. И я в нее наступил: задал вопросы, ответы на которые разбили мою картину мира, зато объяснили то, что не давало мне покоя. И я готов зайти дальше, чтобы ответы стали более... полными.
 В наступившей тишине голос Диего прозвучал неожиданно-громко:
 - А еще он не мерз. Нико.
 Когда на нем скрестились взгляды, парень развел руками и пояснил:
 - На вокзале отопления нет. Там же мороз стоял, как снаружи, только ветер не задувал. А Нико стоял в тонкой куртке. Как и Аэте.
 Рамиро взял пирожок и протянул его Диего со словами:
 - Молодец. Вот сейчас ты меня порадовал.
 От похвалы парень на какое-то мгновение растерялся, а потом расплылся в улыбке, цапнул пирожок и с наслаждением вгрызся в пышное тесто: Диего лучше, чем кто-либо иной понимал ценность такой похвалы.
 - Я тогда шлем открыл. - прожевав и проглотив, добавил парень. - Думал, на перроне тепло, раз они так стоят, а там такой дубак, что...
 - Вот мне тоже это было непонятно. - проворчал Руне.
 - Это - что? - ядовито уточнил Рамиро.
 - Почему эти двое не мерзли.
 - Наверное потому, что им было не холодно.
 Джейн вздохнула и укоризненно произнесла:
 - Рамиро!
 Тот поморщился, но ничего не сказал.
 - Случившееся с Николаусом - не единственное, что тебя беспокоит. Так? - тихо спросила Джейн.
 Рамиро согласно кивнул.
 - Что тебя беспокоит больше всего?
 Ответил он не сразу. Какое-то время сидел молча, перекатывая между пальцами бусину и глядя куда-то в никуда. Его не торопили, не просили ответить скорее. Просто ждали, зная, что ответ будет.
 - Мы бы все там погибли. - тихо произнес Рамиро, нахохлившись. - Эта миссия для нас была бы последней.
 Люди переглянулись.
 - Думаешь? - так же тихо спросила Джейн.
 - Знаю. Рахни... - пальцы стиснули бусину. - Встреча с одним-единственным воином стоила жизни Нико. А если бы их было два? Три? Или, упаси Господь, мы бы столкнулись с Защитником Королевы?
 - А они там были?
 - Были. Помнишь куски хитина, которые притащил Аэте?
 Джейн кивнула.
 - Красный - это воин. Зеленый - рабочий дрон. А вот фиолетовый... Это именно с Защитника. На "Вершине-15" их было шестеро: одного убил гет-Прайм возле реакторного отсека.
 - А остальных? - подозрительно спросил Диего.
 - А остальных прирезал Аэте. - флегматично ответил Рамиро. - Мечом... Практически - вручную. Да, его серьезно ранили. Я знаю. Видел, в каком состоянии он был. Но он их убил всех. Защитников. Воинов. Дронов. С помощью пистолетов и меча. - после короткой паузы, признался: - Я не представляю, как надо уметь убивать, чтобы завалить таких тварей. - глянул на молчаливых сослуживцев и добавил: - Никто бы из нас не справился: зайди мы в тот зал, никто бы не выжил. Я видел место, где прошел тот бой. Это недалеко. Всего на три этажа выше столовой. Трупы там так и лежат. Я смог понять, как их убили и чем, но...
 Голос утих и прервался. Рамиро прикрыл глаза, сипло выдохнул, резко втянул воздух и продолжил говорить:
 - Выйдя в космос, мы принесли с собой ложное убеждение в собственной силе, не желая понимать, что люди - слабы. Даже азари намного сильнее физически. Про турианцев и кроганов не говорю - разница в силе несопоставима. Но... всегда есть кто-то сильнее.
 Открутив крышку, он отхлебнул еще теплого компота, непроизвольно вспоминая улыбчивого беловолосого паренька, который этот компот для них сварил из мороженной ягоды.
 - Когда сталкиваешься в бою с более сильным противником, погибаешь. Это закономерный итог. Рахни были сильнее всех жителей Пространства Цитадели вместе взятых. Кроганы взяли лишь числом и умением пользоваться оружием: они плодились быстрее, чем дохли. А еще они живучие, с колоссальной регенерацией. И то, гибли сотнями тысяч. А мы - не кроганы. У нас нет их колоссальной силы, живучести и регенерации. Мы бы не выжили после встречи с рахни. Одного, двух, ну трех при большой удаче мы бы убили, потеряв половину отряда. Ну а дальше? Дальше на шум сбежались бы все остальные.
 - Но мы не столкнулись. - прошептала Джейн.
 Рамиро кивнул.
 - Не столкнулись. Потому что перед нами прошел Аэте и расчистил путь. Один-единственный рахни, оставшийся незамеченным, убил Нико и чуть не убил Раймонда. Один!
 Джейн нахмурилась.
 - Считаешь, он действительно не человек?
 - Уже знаю точно. Он подтвердил. - Рамиро покачал головой. - Кто он - узнаю сегодня вечером. Я хочу получить ответы. Мне их обещали.
 - Ты же понимаешь... - начала Джейн.
 - Да. Понимаю. - тихий нервный смешок. - Нас перевели сюда произволом командования, а Имрир не стала отказываться от неожиданного подарка. Нас взяли на корабль. Зачем мы нужны? Для количества. Иногда, насколько бы ты ни был сильным, в одиночку не справится. Нужен кто-то еще. Вот мы - как раз эти самые "кто-то еще". Миссия на Х57 наглядно показала, зачем Спектрам еще два отряда.
 - Но?
 - Нам дают все больше шансов реально влиться в команду. И если мы это сделаем, за нами появится реальная сила. Я не знаю, каковы возможности Имрир, но даже то, что уже успел заметить, впечатляет и дает шанс... выжить, случись что.
 - А еще нас берегут и не заставляют делать то, с чем мы не справимся. - встрял Диего, стащив пирожок у задумчивого наставника. - Лично я хочу жить, так что меня вдохновило чудесное воскрешение Нико. Греет надежда, что если меня пристрелят, то шанс остаться живым будет, потому как до госпиталя точно не довезут.
 Виктор хмыкнул.
 - А верно. Даже эти учебки в полете сделаны для того, чтобы в случае реальной катастрофы у нас было больше шансов выжить.
 - Это назначение для нас - последний шанс на что-то лучше прозябания в какой-то удаленной колонии. - припечатала Джейн. - Варианты есть только у Рамиро и Диего - их Семья всегда примет и прикроет. У остальных... - Шепард развела руками.
 - Срок. - проворчал Виктор. - Я даже домой не могу прилететь с семьей повидаться.
 - А у меня дом смыло паводком: жить стало негде и не на что. - буркнул Руне. - В армии хотя бы жратва и простой бесплатные
 - Мою историю вы знаете. - Джейн развела руками. - Мне даже возвращаться некуда.
 Рамиро обвел сослуживцев, ставших за годы совместной жизни друзьями, внимательным взглядом, тяжело вздохнул.
 - Держи. - он вручил Диего тарелку с оставшимися пирожками, слез с койки, поправил одежду. - Я пошел.
 - Куда?
 - За ответами. - коротко бросил он, подходя к двери. - Заодно узнаю, что вам можно говорить, а что... не стоит знать. И Джейн...
 - Да?
 - Прошу тебя, прекрати с заигрывать с Аэте, если не готова идти до конца. - глухо произнес он, замерев у двери. - С этим монстром ты не справишься.
 - Монстром? - подозрительно переспросила коммандер.
 - Поверь мне. - Рамиро повернул голову, сумрачно глянув на подобравшуюся женщину. - Аэтера - истинный монстр, к которому неприменимо наше понимание психики и мотивации действий разумных. Он иной. И я не уверен, что ты способна принять его суть без прикрас и прижиться рядом с подобным существом. Даже мне стало жутко, когда я увидел его настоящего, а ведь мы - одной крови.
 - Что?
 - Я такой же, как и он. Только он - чистокровный, а я... - Рамиро хмыкнул. - Я полукровка с геномом древней расы, оставшейся в памяти людей кровавыми демонами.
 С этими словами он вышел из комнаты, оставив сослуживцев наедине с их вопросами.
 
 
 * * *
 
 - Клаус!
 Черноволосый мужчина приоткрыл глаз и с непередаваемой язвительностью поинтересовался:
 - Джон. Сколько должно пройти лет, чтобы ты наконец заметил, насколько сильно меня раздражает подобное сокращение моего имени.
 От такой отповеди бойцы замерли, а коммандер оторопел и растерялся: впервые на его памяти Николаус ответил настолько прямо и жестко.
 - Я до сих пор тешу себя надеждой, что ты начнешь использовать свою голову по назначению: ты будешь ею думать, а не только в нее есть, как выражался мой знакомый. - продолжил Нико тем же безмятежным тоном, начисто игнорируя изумление сослуживцев. - Я надеюсь, что однажды ты станешь замечать очевидное и перестанешь творить то, за что тебя на Элизиуме назвали героем, а в войсках - психом. Я могу тебя прикрывать и сглаживать последствия твоих действий, но лишь пока это в моих силах. И пока я жив. Как показало недавнее прошлое, я могу легко и внезапно умереть.
 От последнего уточнения Джон помрачнел и отвел взгляд, вновь качнувшись в то состояние, в котором пребывал последние пару суток.
 - Не принимай произошедшее на свой счет: ты ничего не мог сделать. - тут же сказал Нико, садясь на койке. - Никто не мог: рахни - слишком опасный противник, и никто из вас не готов к сражению с существами подобного класса.
 Джон поднял взгляд на подчиненного, но Нико вновь его перебил:
 - Что ты можешь сделать - это прислушиваться к моим словам и советам, а не делать наперекор, идя на поводу сиюминутных желаний и авантюрности. - черные глаза сузились. - У меня свои резоны продолжать службу в этом отряде, хотя я мог бы давно подняться по карьерной лестнице на ее вершину. Но я делаю все необходимое для того, чтобы избежать перевода. Знаю, тебя давно интересует, зачем я это делаю.
 Коммандер коротко кивнул.
 - Избегать переводов легко: достаточно не демонстрировать свои способности, оставаясь на бумаге ничем не выделяющимся из общей массы солдатом с отвратительным характером и минимум полезных навыков. - тем же спокойным, безмятежным тоном отозвался Нико. - Я хорошо поработал над созданием нужного образа.
 - Но зачем?!! - вспылил Джон.
 - Затем, что моя задача - сделать так, чтобы ты не свернул себе шею во время очередной смертоубийственной авантюры. А делать это на расстоянии... малореально. Потому я сделал то, что должен был: перевелся в твой отряд. - сухо припечатал Нико, с каким-то непонятным ему самому садистским удовлетворением наблюдая, как проявляются растерянность и оторопь на породистой физиономии подопечного, как медленно доходят до него простые слова и вложенный в них смысл. - И нет, твоя мать тут не при чем. Она даже не подозревает, хотя должна была знать о моем существовании: помня Дерека, сомневаюсь, что он ни разу обо мне не упомянул.
 Джон растерянно моргнул. Ни о каком Дереке от матери он ни разу не слышал.
 - Я сирота, Джон. Ты мог это прочитать в моем досье.
 Коммандер кивнул.
 - Меня вырастил старший брат. - Нико говорил сухим, лишенным эмоций голосом, за внешней безмятежностью скрывая усиливающееся раздражение и злость. - Он погиб, когда мне было пятнадцать: рейс разбился из-за мелких неполадок в двигателях. Брат летел в Лондон к любимой женщине, чтобы сочетаться с ней браком, даже не подозревая о ее беременности. К кому он летел - я тогда не знал: Дерек не распространялся о личной жизни, а я был в военной академии. Ее пришлось бросить: после смерти брата платить за обучение стало некому. - циничная, но горькая усмешка искривила губы. - Потребовалось много времени и сил, чтобы узнать правду. Но я узнал. И каково было мое... удивление, когда я понял, что единственный ребенок моего брата - это склонный к самоубийственным выходкам мальчишка с синдромом героя! - под конец фразы голос сорвался на низкое рычание.
 Джон оторопело хлопал глазами, медленно осмысливая сказанное. В каюте царила гробовая тишина. Казалось, бойцы даже дышат через раз, чтобы не напоминать о своем присутствии и не сорвать момент неожиданных откровений, на которые расщедрился дошедший до грани своего терпения Николаус.
 - Ты... Но... А... - Джон откровенно заикался: разум проворачивался на простом осознании и очевидном выводе, не в силах принять простой факт.
 - Хватит мямлить! - рявкнул вконец потерявший терпение Нико. - Когда не надо, ты излагаешь свои мысли внятно! Сделай над собой усилие, и верни дар связной речи!
 Вспыхнувшая злость помогла взять себя в руки. Джон стиснул челюсти, удерживая рвущиеся наружу слова. Вколоченное воспитание не позволяло сорваться и наговорить глупостей, а разум цинично и жестоко выдергивал из памяти образы прошлого, четко и болезненно-ясно напоминая как, когда и сколько раз этот раздраженный и откровенно злой мужчина спасал ему жизнь, прикрывал от заслуженного наказания или всего парой фраз преподносил его проступки как благие деяния. И сколько раз пропущенные мимо ушей советы могли бы помочь...
 - Джон. - голос Нико упал до глухого шепота. - Я пытался помогать тебе исподволь, не давя на тебя и не подрывая твой авторитет. Но ты не понимаешь намеков, подозрителен и мнителен, отказывался прислушиваться к моим советам, с поразительным упорством наступая в те же капканы. Но я терпел...
 - Что изменилось? - буркнул Джон, устало поведя плечами.
 - Я умер, Джон! - рявкнул Николаус. - Наверное, мне это было необходимо, чтобы понять: я не смогу прикрывать тебя вечно. Я занимался не тем, чем следовало и не так, как было нужно! - вспышка гнева сошла на нет и дальше он говорил спокойно: - Раз мне дали второй шанс, я постараюсь исправить допущенные ошибки и научить тебя всему, что требуется для выживания и что смогу вколотить в твою голову.
 Полыхающую злость на корню убила следующая фраза:
 - Сходи к доктору Чаквас. У нее есть образцы моей крови, а оборудование в корабельном лазарете вполне способно провести генетический анализ и показать наличие или отсутствие родства. - Нико остро глянул на Джона. - Иди-иди. Я знаю, ты мне на слово не веришь... племянник.
 Джон стиснул зубы, проглатывая грубость, развернулся и быстрым, чуть дерганным шагом покинул каюту. Автоматическая дверь закрылась, и коммандер не услышал, как Кристиан оторопело протянул:
 - Во дурак...
 Напоровшись на внимательный взгляд Нико тут же добавил, словно оправдывался:
 - Ну а что? Мне было бы обидно за такое недоверие.
 - Мне обидно. - легко признался Николаус. - Но я понимаю его мотивы и причины, толкнувшие пойти и проверить мои слова.
 - Все равно это глупо. - проворчал боец. - Джон последнее время вообще много глупостей делает.
 - Кстати о глупостях Джона. - голос у Николауса стал ласковым-ласковым, а взгляд - тяжелым, словно бетонная плита. - Не надо мне рассказывать про приказы командира, которые вы должны исполнять. Вы не хуже меня умеете выполнять приказы с долей фантазии и изворотливости. Это Вивьен наивен как ребенок, но вы...
 Кристиан и Раймонд переглянулись. О чем говорит Нико они отлично поняли.
 - Он же был тогда невменяемым. - буркнул испанец. - И что ты предлагаешь? Силой его тормозить?
 - Напомнить о приказе Спектра, в котором был присмотр за монорельсом, но ни слова о помощи нуждающимся и походах в лаборатории! - рычание проявилось отчетливо, окрасившись едва уловимым свистом. - К вам бы он прислушался. Вам Джон доверяет. А вы, когда было нужно, промолчали!
 Нико резко выдохнул, сбрасывая злость, и уже спокойным, привычно-флегматичным тоном произнес:
 - Если вас так сильно напрягает Джон как командир, вы можете подать запрос о переводе. Возражать он не будет. Не в этом состоянии. А я вас поддержу и найду для Джона сотню объяснений вашему поступку. "Нормандия" скоро прибудет на Цитадель, и у вас появится возможность сойти с корабля и подать официальный запрос в военное ведомство на перевод в другую часть или отряд. Я вам даже придумаю обоснование, по которому запрос удовлетворят.
 - Зачем ты так, Нико? - тихо спросил Вивьен. - Они же не хотели...
 - Мне без разницы, что они хотели и о чем думали в этот момент. Но я не хочу, чтобы из-за их дурости и неумения замечать очевидное мой племянник выгорел. - сухо сказал аналитик, вставая. - Он на грани нервного срыва, Вивьен, и ты это видишь.
 Паренек автоматически кивнул: психическое состояние командира его беспокоило с момента перевода на корабль Спектров.
 - Если Джон, будучи в таком состоянии, случайно услышит что-то вроде только что высказанного, на нем как на командире можно ставить крест.
 В каюте воцарилась гнетущая тишина.
 - У вас есть время подумать и принять решение: хотите вы остаться в этом отряде или нет. Если вы решите остаться... Тогда мы поговорим о Джоне и его проблемах отдельно.
 Николаус ушел, оставив сослуживцев переваривать его слова. И лишь немного завуалированную угрозу.
 Ушел недалеко. По неширокому коридору между каютами до шахты лифта, завернул за массивный короб и замер у опоры, прислонившись лбом к ледяному металлу. Можно быть жестким, даже жестоким на чужих глазах. Можно говорить полные сарказма и язвительности слова, успешно убеждая всех вокруг в том, чего в душе нет. В собственном спокойствии. В уверенности, которая таяла с каждым мгновением, подтачиваемая сомнениями в своевременности совершенного поступка. Возможно, он поспешил, поторопил события, сказав то, что говорить все же не следовало. Или следовало говорить не так и не в такой обстановке. Но... Сделано что сделано. Высказанного не изменишь, не повернешь вспять время и не отмотаешь ленту событий.
 Прикосновение леденящего металла остужало разгоряченную голову, но не приносило ясность сознанию и не унимали мельтешение мыслей. Допустил ли он ошибку, сказав единственному родному человеку правду? Возможно. Джон вспыльчив, его голова набита глупостями, сколоченными в него матерью и тем окружением, в котором тот вырос. Он не умеет задумываться и анализировать происходящее: в армии не приветствуется, когда солдат начинает слишком много думать и задавать ненужные, неудобные вопросы. Джон и не задавал. И не задумывался о том, о чем стоило.
 Пальцы сжались в кулаки, полыхнула злость, сплавленная с глухой безнадежностью от понимания: племянник не выживет в том мире, в который попал. Служба в отряде Спектра или выбьет из него все ненужное и вколотит то, что сформирует личность коммандера так, как стоит, или... или уничтожит его.
 - Нико?
 Тихий голос старого друга раздался неожиданно. Погруженный в свои нерадостные мысли мужчина не заметил чужого присутствия.
 На плечо опустилась тяжелая рука, пальцы чуть сжались.
 - Что ты сказал Джону?
 - Много лишнего. - столь же тихо ответил Николаус, поворачиваясь и встречая внимательный взгляд. - Я сказал правду.
 - О... - Рамиро был краток.
 - Не лучшими словами.
 - Смерть пошла тебе на пользу. - усмехнулся итальянец.
 Нико удивленно моргнул.
 - Идем. Пора поговорить со Спектром. - ирония испарилась из голоса. - Она нам обещала ответы. Полагаю, не только у меня есть много неудобных и странных вопросов, на которые я очень-очень хочу получить правдивые и прямые ответы.
 - Сейчас? - скептически уточнил немец.
 - Сейчас - самое лучшее время. А тебе стоит занять разум чем-то кроме самоедства от осознания сотворенной глупости. Заодно твой племяш получит данные анализа и время на то, чтобы подумать.
 Нико хмыкнул и... согласно кивнул. Действительно, сейчас - самое удачное время. Если, конечно, Спектр согласится на разговор.
 
 
 
 

Глава 59: Глубина Бездны


 
 
 - Вы нам обещали ответы, Спектр.
 Вот с такой занимательной фразы начался наш разговор с Николаусом и Рамиро, явившихся ко мне за информацией сразу после того, как закончили разборы в своих отрядах. Нико вообще отличился: Джон ощущался в лазарете комковатой черной тучей негатива, сквозь который едва-едва пробивались тонкие светлые лучики. Я все понимаю: шоковая терапия, недавняя смерть и крах распланированного будущего, собственное странное состояние и так далее, но все же! Можно же было поаккуратнее и как-то бережнее, что ли. Джон и так трещит на пределе своей прочности, а тут такие новости. Хотя, золотые лучики в том черно-фиолетовом мареве меня радуют: сейчас надежда Джону нужна как никогда.
 - Я держу свои обещания, Рамиро. Присаживайтесь за стол. - я указала на стулья, встала с койки и села за стол. - Вы определились с вопросами? Или как разговор повернет?
 - У нас есть вопросы, ответы на которые определят дальнейшую беседу. - нейтрально ответил Рамиро, осторожно присаживаясь.
 Кто бы сомневался. Но по собственному опыте знаю: все равно беседа пойдет сумбурно, перескакивая с вопроса на вопрос. Особенно по мере озвучивания шокирующей и странной информации.
 - Я вас слушаю. Задавайте вопросы. Полагаю, вы уже решили, кому из вас нужны ответы в первую очередь.
 - Мне. - коротко отозвался Николаус, бросив быстрый взгляд на друга.
 Я приглашающе взмахнула рукой.
 - Почему я еще жив?
 Какой хороший вопрос.
 - Потому что я сделала все от меня зависящее, чтобы ты выжил. - пожав плечами, ответила я. - Ты мне нужен на своем месте за спиной Джона, а не в морге или на кладбище.
 Нико дернул плечом, сумрачно глядя на меня. Изменение в манере разговора он заметил и выводы сделал правильные. За пределами этой каюты и нынешнего разговора я для него Спектр Совета и непосредственное командование, но здесь и сейчас... иное дело. Разговор у нас слишком... В общем, слишком.
 - Это я понял. Не понял я другого.
 - А насколько глубоко ты готов заглянуть в Бездну ради понимания? - вкрадчиво спросила я, чуть подавшись вперед.
 - Насколько это возможно. - твердо ответил он. Без колебаний и сомнений.
 Я хмыкнула.
 - Тебе не понравится правда.
 Нико тяжело вздохнул, мысленно со мной соглашаясь.
 - Она никогда мне не нравилась. - признался он.
 Кто бы сомневался, что не нравится. Интересно иное. Насколько далеко готов зайти Николаус на самом деле, и во что он готов поверить. Пока он сам не знает и не осознает, куда влез. УЖЕ влез, ведь после случившегося отвернуться и забыть он не сможет. Раз поняв на собственном опыте горечь упущенных шансов и возможностей, он не позволит себе отступить сейчас. Не после того, как открылся племяннику и получил сомнительный шанс обрести родного человека. Все же, Николаус хоть и живет одиночкой, никого к себе не подпуская, этим тяготится. Вот и посмотрим, на что он готов ради шанса на выживание для племянника, к которому успел привязаться за годы совместной службы.
 - Что ты знаешь о магии, Нико? - мягко спросила я.
 От такого вопроса и поворота разговора оторопели они оба, но Рамиро понятливо молчал, а Нико... Нико предпочитал сперва подумать и лишь потом открывать рот.
 - Я считал, что ее не существует.
 Какой обтекаемый ответ о прошлых убеждениях с нулевой информацией о его нынешнем отношении. В этом весь Николаус. В умении прямо отвечать на заданный вопрос с нулевой полезной нагрузкой.
 Ничего, сейчас узнаем правду.
 Когда за моей рукой пошел искристый шлейф, а в воздухе отчетливо запахло озоном, Нико едва слышно выдохнул. Завороженно, с изумлением, неотрывно глядя на разворачивающееся действо: на формирование материальной иллюзии.
 Искры сбивались в стайки, кружили, подчиняясь движениям моих пальцев, сплетаясь в крохотную, едва ли с ладонь, фигурку дракончика. Классического европейского дракончика, отлично знакомого обоим мужчинам по легендам и множеству фильмов, щедро снимаемых всю историю кинематографа. С мощными широкими крыльями, гибким хвостом, увенчанной рожками головой на длинной шее и острыми зубками, которыми материальная иллюзия, подлетев, пребольно цапнула восхищенно на нее глазеющего Николауса за палец. Тот ойкнул, рефлекторно тряхнул рукой, сбрасывая мелкого поганца.
 Поведенческая матрица сработала безукоризненно: вредный зверек пробовал на вкус предложенный создателем выбор вероятных хозяев. Стандартная матрица фамильяра, наложенная на облик дракона. Ну и лично от меня несколько добавок в виде простейшего и давно разработанного для самостоятельных магических големов самосознания, чтобы создание действовало как живое.
 - В магии, Нико, нет ничего мистического, что бы там ни говорили разномастные шарлатаны, ничего толком не умеющие и ничего не знающие. Магия, как и технологии, опирается на законы Мультиверсума и строго им следует. Эту... отрасль можно грубо назвать наукой об энергии и о ее воздействии на реальность, ведь одна энергия может влиять на другую, изменять ее состояние ради получения нужного результата. - я улыбнулась, глядя, как Нико завороженно растирает капельки крови по коже. - Это материальная иллюзия. В меру плотное состояние энергии, способное напрямую взаимодействовать с реальным миром. Например, с твоим пальцем.
 Вскрикнувший Рамиро подтвердил, что зубастый подлец и его тяпнул. Чтобы развеять последние сомнения и отрезвить: боль вообще способствует более быстрому усвоению информации.
 - Или с рукой Рамиро.
 Итальянец растерянно моргал, глядя на косолапо переползающего на его плечо дракончика. Надо же, понравился.
 - Но он же...
 - Материален? - приподняв бровь, спросила я.
 - Да.
 - А что такое материальность? То, что мы можем потрогать? Так ты можешь и до силового поля коснуться пальцами, но энергией оно быть от этого не перестанет.
 Нико тронул зверька за спинку, уколовшись об острые шипы, венчающие хребет.
 - Он настоящий?
 - Сунь ему палец под нос, и он тебя за него снова укусит. Заодно проверишь, насколько он материальный, настоящий и реальный.
 Совать палец в пасть Николаус не стал: тот и без того уже болел, ненавязчиво напоминая, что мелкий поганец, увлеченно теребящий яркую бусину на косичке Рамиро более чем реален.
 - Но он же не живой. - прошептал Рамиро.
 Очень интересный и спорный момент... позволяющий распахнуть под его ногами настоящую Бездну, взгляд в которую может стать причиной краха его мировоззрения и самой личности. Надо мне это? Надо! Мировоззрение киллера мафиозной семьи, волей случая попавшего в мое подчинение, мне не подходит. Но ломать и менять его надо... бережно. Потому как личность у Рамиро - великолепная, и ЕГО ломать я не хочу. И другим не позволю.
 - Если завершить его материализацию, он станет полноценно живым и обретет душу. - ответила я, глядя, как вытягиваются выразительные лица. - А что вы так удивляетесь? Вопрос лишь в затратах энергии, которая потребуются для выполнения такого каприза.
 Больше всего Нико удивлял не сам факт наличия магии, а то, что я с ней знакома и умею обращаться. Выводы он очень правильные делает.
  - Почему вы нам говорите и показываете ТАКОЕ? - тихо спросил Нико. - Информация опасна в первую очередь для вас.
 Бесспорно. Сам факт сознательного использования магии делает меня ценной добычей для разного рода организаций. Мы все это прекрасно знаем. Но есть одно "но":
 - Потому что вы оба достаточно умны и наблюдательны, чтобы видеть то, на что обычно никто не обращает внимания. Вы умеете анализировать увиденное и делать правильные выводы. Я не хочу, чтобы вы понапридумывали себе всякой правдоподобной ахинеи и поверили в нее. И пошли в итоге против меня по надуманной причине и по чужой наводке. Правда, она еще более сюрреалистичная, чем вы себе представляете, но... - я развела руками. - Вы сами хотите ее узнать.
 - Это ведь не главное.
 Я кивнула, выжидающе глядя на Николауса. Он умный. Сам скажет то, что надо сказать. Он знает ответ на свой вопрос. И я хочу, чтобы именно он его озвучил.
 - Вам нужна помощь. - наконец, выдавил он.
 Я вновь кивнула, продолжая молчать.
 - В чем-то, что выходит за рамки обычных проблем. - Нико сощурился, пристально глядя... сквозь меня. - Это связано с вашим заданием?
 - Частично. Это задание может помочь решить проблему, если я не ошиблась в анализе ситуации.
 Взгляд сфокусировался, приобретая остроту отточенного клинка.
 - А если ошиблись?
 - Тогда мы все погибнем. - пожав плечами, честно ответила я. - Все - в смысле вообще все. Как протеане. И по той же причине. Или еще хуже, будем развоплощены с гибелью души.
 - Но... - Рамиро запнулся. - Но душа же...
 О да! Рамиро и его набожность. Та еще проблема, ведь верит он искренне. Хорошо хоть Нико - убежденный атеист.
 - Забудь все, что ты слышал о душе в трактовке всякой изотерики. Душа, Рамиро, это всего лишь энергетическое ядро, окруженное слоями, в которых хранятся приобретенные за жизни Дары и информация о том, что ты такое. Но без этого ядра не может на теле удержаться аура, не может сформироваться личность и самосознание. Без души любой разум останется машиной, не важно, какая у нее будет платформа: из металла и кристаллов или из плоти. - жестко припечатала я. - Душа беспола, не имеет ни расового, ни видового, ни гендерного признака. Она не обладает памятью и личностью - все это хранится в духе, который после смерти очищается механизмом перерождения, и лишь развитая, сильная душа с мощным ядром, которое покрывает своим ореолом все слои, может удержать дух от гибели, сохраняя личность и память разумного существа.
 Мужчина молчал, мучительно переваривая сказанное.
 - ВСЕ души одинаковы по своей структуре и сути, но одни развиваются, а другие скатываются в деградацию и уходят на перековку в Кузню Душ. Или развоплощаются, погибая окончательно и бесповоротно. - я не сдержала циничной иронии и добавила, возможно, чуть более язвительно, чем следовало: - Развитие души - это и есть то самое бессмертие, о котором так грезят люди, и от которого они отказываются в угоду низменным инстинктам, гонясь за долголетием тела. Или следуя за слепой раболепной религией, наполненной запретами, ограничениями и ведущей в деградацию. И да, Рамиро, душа реально существует, в этом ваша религия не лжет.
 - А в остальном? - едва слышно спросил он севшим голосом.
 Я развела руками. Жаль его разочаровывать, но ЭТОТ мир создавал не бог.
 - В доминирующей на Земле религии ложь не является грехом. Как и предательство. - пожав плечами, ответила я. - Ты сам помнишь восемь смертных грехов или страстей: чревоугодие, прелюбодеяние, алчность, скорбь, гнев, уныние, тщеславие и гордыня. Ни слова о лжи, о предательстве, о духовной низменности и так далее. Зато много слов о рабском поклонении и подчинении множеству запретам, ставящим вето на развитии и познании. Не все религии такие. Но многие.
 Он подавленно молчал. Что на это возразить... он не знал, ведь его отточенный разум видел мою правоту. Он все знал и сам, но продолжал верить в то, что не вызывало у него веры. Просто потому, что ему нужна была хоть какая-то вера во что-то.
 - Не считай это упреком в сторону твоей веры, Рамиро. Вера - это одно. Религия - совсем иное. Любая религия, подаваемая людьми, нечестна по определению, потому как людям свойственно преувеличивать, неверно понимать сказанное, интерпретировать по-своему и подавать так, чтобы это было доступно, умалчивая о важных мелочах. Хуже, если еще и тексты правятся в угоду властвующей верхушки и удобно трактуются. Ты сам прекрасно знаешь, что и как происходит в такой среде. - пожав плечами, ответила я. - Лишь когда сам бог, являющийся вершиной этой религии, управляет своими жрецами, тогда религия не лжет. Если не лжет сам бог.
 - Бог же един...
 Вздохнув и подавив рвущиеся наружу едкие слова, я мягко спросила:
 - А что такое "Бог" в твоем понимании? Создатель мира? Так их и демоны могут делать. Домены называются. Есть Творцы - существа, наделенные Даром Творения, создающие целые вселенные во всем их величии. Есть сущности, порожденные верой разумных и полностью ограниченные породившей их верой. Есть природные духи, развившиеся на вере в нечто большее. На Земле существует множество религий, и у них свои боги. Так о каком боге ты говоришь?
 - О нашем... О том, который создал наш мир. - уныло и с какой-то глубинной тоской произнес Рамиро.
 Жаль его. Когда рушится мировоззрение и Вера - это всегда тяжело. И больно. Но ему придется расстаться с этой верой, чтобы он смог жить дальше. И развиваться.
 - Этот мир, как и всю эту вселенную породил не бог. Обычный эгрегор, сформировавшийся на вере других людей. И он же нас всех уничтожит, если мы... я ошибусь. А я хочу жить, Рамиро. Мне есть ради кого жить в этот раз. Здесь есть те, кого я хочу спасти. Именно поэтому я не пошла по легкому пути уничтожения и сейчас общаюсь с вами, говоря странные вещи и надеясь на понимание. Ведь вы тоже хотите жить. И у вас тоже есть те, кого вы хотите спасти любой ценой.
 Рамиро непроизвольно вздрогнул, но согласно кивнул.
 - Вы правы, Имрир. У нас у всех есть те, кого мы хотим спасти. - взгляд стал тяжелее и острее. - Какова цена?
 - А это еще предстоит выяснить. - честно ответила я. - Пока я не встречусь с Сареном Артериусом и не узнаю от него правду о Жнецах, с одним из которых он по воле случая столкнулся восемнадцать лет назад, я не смогу понять, какую цену нам придется заплатить ради выживания. Нас или самой этой реальности. Пока еще зыбкой и нечеткой, воплощенной по эгрегору, имеющей предначертанный путь развития, который приведет ее к коллапсу, а нас всех - к развоплощению. Если мы не сумеем развернуть предписанную историю. В любую сторону.
 Мужчины переглянулись.
 - Вы понимаете, как ЭТО звучит? - хрипло спросил Николаус.
 Нравится он мне! Холодная логика аналитика и циничный разум отметали сомнения в моих словах как недостоверные и лишенные причины, потому как Нико прекрасно понимал: лгать им я не буду. Не в таких вещах. Смысла никакого. ТАКАЯ ложь не принесет мне выгоды. Я уже дважды сделала то, что Николаус считал невозможным: я вернула его к жизни, залечив смертельную рану, и я показала им магию, наглядный пример которой сейчас увлеченно превращал еще недавно аккуратную косичку Рамиро в веник.
 - О да, я понимаю. Как бред. - я не сдержала смешок. - Но я вам обещала правду, а не красивую достоверную сказочку, в которую вы легко поверите.
 - Я и так легко верю. - Нико поморщился, покосился на друга.
 Мелкий дракончик, деловито сопя, стаскивал крупную деревянную красную бусину с косички, расплетая тяжелые волосы крохотными лапками. А Рамиро молчал, глядя на иллюзорное, но вполне живое существо. В голове у него - тяжелый ступор, эмоции проворачиваются на холостом ходу под давлением логики и железного самоконтроля. Именно ему сказанное усвоить оказалось тяжелее всего. Это Нико лишь сделал пометку в голове о душе и прочих религиозных заморочках, сосредоточившись на более приземленных вещах. А Рамиро... Рамиро больше всего выбили из равновесия мои слова о душе и боге. Его мир трещал и крошился, осыпался кусками, потому что он мне ВЕРИЛ. Сам не мог понять почему, но верил на слово, не требуя подтверждения.
 - Рамиро.
 Мужчина поднял взгляд, сумрачно глядя мне в глаза.
 - Не воспринимай сказанное так тяжело. Возможно, когда-то ваш мир и был создан богом, в которого ты веришь. Настоящая Земля, а не ее порожденное одним из множества эгрегоров отражение, в котором ты родился.
 - Отражение? - глухо спросил он.
 - Понятие "параллельный мир" широко известно еще с начала двадцатого века. - нейтрально ответила я. - Слышали?
 Мужчины кивнули.
 - Примерно описывает ситуацию. В общих чертах. - я не сдержала смешка. - Но ведь это - не то, что вас больше всего сейчас интересует.
 Николаус хмыкнул, а Рамиро ограничился косым, но тяжелым взглядом.
 - Знаю, вы оба пришли к выводу: я не та Имрир Шепард, которая заканчивала академию N7 и вылетала на "Нормандии" со станции Арктур.
 - Вы не сильно скрывали этот факт. - Нико развел руками.
 - Его невозможно скрыть. От тех, кто умеет пользоваться головой по назначению и обладает хоть какой-то наблюдательностью.
 - Полагаю вопрос "Кто вы?" менее приоритетен вопросу "Что вы хотите?". - немец вновь хмыкнул. - Но на него вы уже ответили.
 Я кивнула. Ответила. Нико переплел пальцы, задумчиво глядя на меня. Он молчал и думал. Молчал и Рамиро, рассеянно гладя мелкого поганца по спинке, а дракончик, стащив-таки вожделенную бусину, увлеченно ее грыз, кроша деревянные щепы на плечо и грудь итальянца.
 - Вы говорили о Жнецах. - негромко произнес Рамиро. - Кто это?
 Я создала иллюзию Властелина.
 - Вот этих существ протеане назвали Жнецами, чтобы как-то обозначить то, что их уничтожало. Кто они? Небелковая форма жизни. Первый из них, Каталист, был создан видом Левиафанов. Для чего? Об этом можно будет узнать у самого Каталиста. Что известно точно: Жнецы регулярно уничтожают самую развитую цивилизацию галактики, как только она проходит пик своего развития и входит в стагнацию или начинает путь деградации. Как уничтожили протеан, освобождая место молодым видам. Нам. Это самая развитая раса в галактике, которой мы ничего не можем противопоставить. Они за нами наблюдают с момента нашего появления, и мы ничем не можем их удивить в техническом аспекте. Когда придет срок, а он придет в течении трех лет, нас уничтожат. Если мы не найдем иной путь. Победить Жнецов в войне - невозможно. Они существуют больше миллиарда лет. Не вид, хочу уточнить, а те же самые личности, например, сам Каталист и Предвестник. Или Властелин, который был на Иден Прайм. Наблюдатель, выносящий приговор видам, а уже Предвестник этот приговор исполняет, начиная истребление. Чисто по закону больших чисел их уже пытались уничтожить всеми доступными способами. Чем мы можем их удивить? Ничем. Они знают о нас все. Обмануть их? Тем более невозможно. Сбежать? Куда и как? Планеты с собой не увезешь, да и систему реле контролируют они.
 Я не сдержала нервный смешок.
 - Но шансы есть, ведь должна же быть причина, по которой Назара, существо, возрастом в миллиард лет потратил восемнадцать лет катая на своем борту какого-то органика. Что-то ему от Сарена нужно. Что-то такое, ради чего он потратил на него столько времени. И так тщательно следит, чтобы выбранное существо не погибло. - я покачала головой. - А еще столица Пространства Цитадели находится на борту Жнеца.
 - Что? - выдохнул Нико, разом растеряв всю свою серьезность и сосредоточенность.
 - То самое. Цитадель была построена Жнецами, как и вся система масс-реле. Я точно знаю, что Цитадель - это платформа Каталиста. И он полностью управляет не только самой станцией, но и всеми ретрансляторами, которые может вырубить в любой момент, сбрасывая нас из эпохи звездной цивилизации в космический век. А еще командование Альянса Систем и Призрак, глава "Цербера" о Жнецах знают. Когда узнали ВКС - не могу сказать, но Призрак знает еще с Войны Первого Контакта.
 - Информация точная?
 Я кивнула.
 - Достоверная. Это - я повращала иллюзию Назары, - Жнец Властелин, который был на Иден Прайм. Тогда, когда мы прилетели на планету. Эшли Уильямс, Кайден Аленко, Найлус Крайк видели его лично. Своими глазами. А еще вы можете посмотреть на его снимки в экстранете: нашлись свидетели, которые наделали записей и фото. Все же, двухкилометровый корабль, неподвижно висящий в атмосфере - редкое зрелище.
 Мужчины молчали. Мне очень нравилось наблюдать за тем, как в их сознании сплетаются в единую цельную картинку множество мелочей, вроде бы незначительных, иногда - странных и спорных, но легко и естественно дополняющих друг друга.
 - Мы прилетали на Новерию ради матриарха Бенезии: она знает, где искать Сарена Артериуса. Сразу по возвращении на Цитадель, мы улетаем с Бенезией.
 - А мы?
 - А вы остаетесь на "Нормандии" в долгосрочном увале. - разведя руками, ответила я. - ТАМ фрегат Альянса Систем со всем своим экипажем будет... неуместен. Заодно его нормально отремонтируют, перестроят и уберут, наконец, сломанную нами прослушку. И поставят нормальный камбуз. И дооснастят лазарет. И исправят эти проклятые лестницы! И... - я запнулась. - В общем, приведут корабль в порядок.
 - Как долго вы будете отсутствовать? - спросил Рамиро.
 - Как получится.
 Николаус покосился на друга.
 - Имрир, вы не возражаете, если мы еще придем к вам за ответами? - обтекаемо спросил он, вставая.
 - Перегоны длинные, лететь нам еще долго. - я улыбнулась. - Приходите. Я же обещала вам ответы на ваши вопросы.
 Рамиро тоже встал.
 - Что мы можем рассказать своим?
 - На ваше усмотрение с учетом личных качеств ваших сослуживцев. - глянув на итальянца, нейтрально добавила: - Обычно материальные иллюзии... расформировывают, как только в них исчезает надобность.
 Мужчина вздрогнул и непроизвольно коснулся урчащего звереныша пальцами. Непроизвольный жест защиты. Дракончик - это как мечта о сказке, воплотившаяся во вредного зверька. Наглядное доказательство реальности и правдивости моих слов. Поганец вышел симпатичный. Он вызывал симпатию, несмотря на свою иллюзорность.
 - Оставлять материальные иллюзии в самовольном существовании - опасно. - мягко произнесла я. - Со временем, если они не распадаются, то начинают набирать энергию со среды, например, из чужих эмоций. И самостоятельно обретают материальность.
 Дракончик снова куснул Рамиро за палец и начал жадно слизывать остреньким язычком капельки крови.
 - Кровь, Рамиро, это влага жизни, на которой основано огромное количество ритуалов. Ты - не человек. Существо, более развитое энергетически, пусть сам этого еще не понимаешь. Соответственно, твоя кровь несет в себе больше мощи, чем кровь человека.
 От этих слов вздрогнул не только Рамиро, но и Николаус.
 - Прикормишь своей кровью эту иллюзию, и она воплотиться в физической форме, перейдет в разряд магических существ и от тебя уже не отвяжется. А потом он сожрет втихаря какую-то мелкую животину или найдет любую бесхозную только-только отлетевшую душу разумного существа, поглотит ее, станет полноценно живым существом и начнет свое развитие. А растут драконы очень быстро.
 Рамиро снял с плеча зверька, устроив на ладонях.
 - Чем грозит его выживание? - глухо спросил аналитик, как-то разом утратив холодность рассудка, идя на поводу эмоций и чувств.
 - Если он обретет разум, ты получишь на руки полностью зависимого от тебя активного и крайне любопытного подростка. Они очень привязчивы и... преданны, но вот с моральными качествами... - я развела руками. - При создании этой иллюзии я вложила в нее базисные инстинкты, характерные подобным существам, потому он ведет себя естественно. Дальше его развитие полностью зависит от того, кто его будет воплощать и выращивать.
 - Если? - Рамиро вычленил для себя главное: возможность обретения разумного существа, бесконечно верного именно ему.
 - Если. Всё зависит от тебя. И от того количества энергии, которое дракончик сможет получить. - вздохнув, добавила: - На Цитадели колоссальные залежи бесхозной энергии. На станции он отъестся, найдет подходящую душу...
 Я оборвала фразу. Все, что нужно, я сказала. Воплощение материальных иллюзий - не редкость. Особенно, самовольное, если есть доступ к халявной энергии, а у нас ее - немеряно. Скапливается в аккумуляторах корабля. Я даже могу дать возможность иллюзии отъедаться на этой энергии, если малыш сам не приспособится. Но стоит ли? Стоит ли создавать такое существо в мире, который неприспособлен для него?
 - У меня дилемма, Рамиро.
 Мужчина тут же насторожился.
 - Меня учили не создавать монстров, которых я не смогу контролировать. А я не смогу проконтролировать развитие этого дракончика. - я сделала выразительную паузу. - Но уничтожить его я тоже не могу: по какой-то причине ты к этому мелкому поганцу успел... привязаться. И его гибель мне не простишь, хоть и понимаешь умом, что я права, а причина конфликта - обычный сгусток энергии.
 Мелькнула мысль, что в общем-то душа - это тоже всего лишь сгусток энергии... но озвучивать я ее не стала, иначе Рамиро точно удавится за этого зубастого крылатого пакостника. Вот почему его переклинило? Он же сам понимает, что я права, но вцепился в эту иллюзию как в родную душу.
 - Если бы я не знал, что он может обрести разум...
 - Но ты узнал: я посчитала, что скрывать такой важный нюанс не стоит. Со временем ты узнаешь, и последствия будут... печальными. Потому как ты не простишь.
 - Не прощу. - согласно кивнул он.
 - Вот я и говорю, что у меня дилемма между моими принципами, вкупе с вколоченным наставниками воспитанием химеролога и нежеланием отбирать у тебя это занятное создание. И вот что мне делать? М? Пойти на поводу принципов или желания сделать тебе приятно.
 Николаус понятливо молчал, стараясь слиться с интерьером, чтобы не нарушить это хрупкое состояние подвисшего в верхней точке момента выбора, который раз и навсегда определить наши с Рамиро отношения. Притом, загвоздка именно в самом Рамиро. Мне не жалко оставить ему дракончика. Пусть, если ему так хочется. Галактика большая, народу в ней много, от одного мифического создания не развалится. Содрогнется - да, но не развалится. Вопрос скорее в том, насколько далеко готов зайти Рамиро ради своей мечты. И зачем оно ему надо, ведь проблем из-за дракона он поимеет немеряно.
 - Что я должен сделать? - спокойно спросил он, накрывая иллюзорного зверька ладонью.
 Рамиро готов идти до конца. Хороший выбор. Вопрос только в истинных причинах такого замыкания. Ладно бы существо было уже живым и одушевленным, но дракон же лишь иллюзия!
 - Тебе придется каким-то образом научиться его прятать. Ладно сейчас, пока он маленький. А что ты будешь делать, когда он вырастет? До того, как дракон сможет обернуться и встать на две ноги, он будет в крылатой форме. И вырастет до размеров варрена. - вздохнув, произнесла я, мысленно ставя точку в размышлениях и крест на сомнениях в правильности поступка. - Я подумаю, как можно дать возможность ему питаться от аккумуляторов корабля. Все равно эту энергию мы сбросим, так хоть какая-то польза будет. Когда прилетим на Цитадель, я подумаю, как решить проблему. Я даже знаю, где ты сможешь прятать дракона до того, как он на ноги встанет. - вздохнув еще раз, махнула рукой. - Ладно. Будем решать проблемы по мере появления. Я не ожидала, что...
 Я запнулась. Да уж, неожиданно получилось, но лучше, чем я могла бы предположить. Если все получится, а я не видела причин, почему эта авантюра не должна увенчаться успехом, то Рамиро будет мне очень должен за воплощение в реальность его мечты.
 - Ладно. Давай его сюда, буду исправлять. Я же не рассчитывала, что эта иллюзия пойдет на воплощение и делала с условностями.
 Рамиро протянул мне зверька, продолжающего увлеченно уничтожать красную бусину остренькими зубками. К сожалению, развеять и создать заново нельзя - не то будет, так что работать придется крайне аккуратно.
 - Пока подкармливай его кровью. Много он не съест, но это его поддержит, а я пока подумаю, как можно качать энергию с аккумуляторов корабля. - изменяя крылья до их нормального размера, сказала я. - Зайдешь завтра утром, я посмотрю, насколько продвинется материализация. Что говорить своим сослуживцам и как будешь объяснять сам факт существования вот этого мифического чуда, думай сам. Я тебя не ограничиваю в информации, но ответственность на тебе.
 Рамиро кивнул, соглашаясь с моими условиями.
 - Нико. Постарайся не довести племянника до слома личности, он мне нужен адекватным и не перегоревшим.
 - Мне тоже. - проворчал тот, хмуро глядя на черного с золотыми рожками дракончика, недовольно на меня сопящего с рук Рамиро.
 - Все, готово. - я отодвинулась. - Держи его при себе: тебе он не навредит, а вот других может сильно объесть на энергию. Не критично, но если заметишь, что кто-то вялый или слишком сонный, пресекай такие поползновения сразу. Это пока он мелкий, он не навредит, а когда вырастет...
 - Я понял.
 - Если появятся любые проблемы - немедленно сообщай.
 Вот уж не было проблемы... Но как отобрать иллюзию у Рамиро - я не представляю. Он же не отдаст. Можно, конечно, сделать вид, что малыш не выжил сам, но если Рамиро когда-нибудь узнает правду, а это вполне вероятно, этого он мне точно не простит. Никогда.
 - В таком случае, если у вас на данный момент вопросов нет... - я развела руками.
 Мужчины синхронно переглянулись, поблагодарили за разговор и покинули каюту. Пусть идут. А с Аэте Рамиро поговорит чуть позже, когда переварит эти слова.
 Я вернулась на койку, устроилась удобнее. Разговор прошел на первый взгляд сумбурно, но необходимую мне первую информацию я дала. Посмотрим, как они ее воспримут. Сейчас они найдут тихий уголок и будут думать, обсуждая каждую сказанную фразу и сверяя показания. Интереснейший процесс! Всегда интересно наблюдать за тем, как вроде бы простые слова получают различные трактовки. Верные или нет - посмотрим.
 Лететь нам еще дней восемь, так что время у них будет. И подумать, и еще не однократно прийти за ответами. А они придут. В конце концов, день только начался, а они уже получили новый груз информации, которая породит еще больше вопросов, чем было до нашей специфической беседы. Вот и посмотрим, сколько им потребуется времени ее переварить, разобрать на составляющие, обдумать, прийти к верным выводам, обсудить их между собой и... вновь явиться ко мне за следующей порцией. Это не считая будущей беготни Рамиро с его новым питомцем.
 Мелькнула мысль: интересно, а наш набожный киллер вообще понимает, ЧТО он делает? И что означает мелкий зверек в его руках с точки зрения его религии?
 Улыбка сама собой появилась на губах. Этот перелет будет... интересным.
 
 
 * * *
 
 
 - Идем.
 Николаус удивленно моргнул.
 - Надо поговорить. - добавил Рамиро, кивнув в сторону дверей каюты.
 Когда они вошли в каюту, на них скрестились заинтересованные и полные ожидания взгляды. Нико молчал, предоставив другу самому объяснять суть проблемы, но Рамиро был краток:
 - Мы были у Спектра.
 Джейн вопросительно приподняла бровь, выразительно глянув на сумрачного немца.
 - Мне с Нико надо поговорить. - тем же спокойным тоном ответил Рамиро.
 Коммандер понятливо кивнула, соскочила со стола и громко сказала:
 - Парни! Выметаемся!
 - Вам стоит это знать.
 - Тогда остаемся. - тут же поправилась коммандер и вернулась на облюбованный стол.
 Тихий возмущенный писк, раздавшийся от итальянца, прозвучал удивительно-громко, мгновенно привлекая внимание. Потому как так пищать на борту корабля некому.
 - Эм... Рамиро... - она выразительно покосилась на нечто определенно живое, копошащееся в руках мужчины.
 - Об этом мы тоже поговорим.
 Дракончик, возмущенно возящийся под рукой итальянца, таки сумел просунуть голову между пальцами и уставился на оторопевшую женщину подозрительными золотыми глазами.
 - А... - Джейн икнула, споткнувшись об этот полный возмущения и негодования взгляд.
 Икнула не только она, но Диего понятливо молчал и не подавал лишних звуков: про увлеченность наставника старыми мифами он отлично знал и понимал, ЧТО для того означает сидящее на руках существо, а остальные просто не знали, что сказать.
 - Я все расскажу. - тяжело вздохнув, Рамиро убрал руку, позволяя рассмотреть чернокрылого дракона.
 Тишина в каюте сгустилась. Бойцы молчаливо глазели на малыша, малыш глазел на них и тихонько низко рычал. Ему не нравились скрестившиеся на нем взгляды. Ему не нравились непонятные чужие существа, стоящие так близко и заставляющие нервничать того, кого он выбрал своим хозяином. Ему вообще здесь не нравилось! Вокруг столько энергии, а добраться нельзя. А еще он чуял то, что ему было очень-очень нужно. Совсем рядом. Совсем-совсем рядом. Надо только добраться.
 Поведенческая матрица фамильяра работала без осечек.
 - Ладно... - Джейн нарушила затянувшееся молчание. - Считай, я морально готова узнать, где ты взял дракончика на этом корабле. Нет, где ты вообще его достал!
 Рамиро ласково погладил малыша по голове между острых рожек. Рычание сменилось урчанием, дракончик вытянул шею, подставляя голову под пальцы. Совсем как живой... Маленькое тельце приятно грело руки, хрупкие крылышки холодили пальцы тоненькой перепонкой. Бархатной на ощупь. С каждым мгновением все тяжелее было помнить, что сидящее на руках чудо - лишь иллюзия. Пока - иллюзия. Плод воображения их командира, созданный под настроение и оставленный ему из... чего? Прихоти? Или у Имрир какие-то свои планы?
 Не важно. Об этом он подумает потом. Как и о величине растущего снежным комом долга.
 - Это материальная иллюзия, созданная Спектром как доказательство существования магии. - буднично произнес Рамиро, поднимая взгляд на коммандера.
 От такой формулировки бойцы ошарашенно замерли, а Джейн лишь вздернула бровь.
 - Магии? - уточнила она.
 - Магии. - припечатал аналитик, продолжая гладить свое маленькое чудо.
 Джейн почесала нос, озадаченно глядя на дракончика.
 - Я даже не знаю, что на это сказать. - честно призналась она. - С одной стороны - звучит как бред. Магии же не существует! Вроде как. Но... - коммандер неопределенно помахала рукой. - Но у тебя на руках сидит дракон. Маленький. Дракон.
 - Иллюзия, говоришь? - скептически спросил Виктор, подходя.
 - Материальная иллюзия. Слова Имрир.
 Виктор хмыкнул и... тыкнул пальцем черного дракончика в спинку. Дракончику это не понравилось, и он, извернувшись, вцепился в его палец всеми зубами.
 - Да твою ж! - Виктор отдернул руку, потряс ею в воздухе. - Укусил! Представляете? И больно цапнул, поганец!
 Малыш облизнулся, зло зашипел, топорща гребень на спинке. Шипение перешло в утробный низкий рокочущий рык, от которого у людей по спине дернуло холодком. Магическое существо явственно продемонстрировало характер и свое отношение к любому посягательству.
 - Иллюзия, значит? - задумчиво пробормотала Джейн.
 - Да. - Рамиро погладит питомца, и малыш угомонился, недовольно усевшись на ладони и подобрав под себя лапки на манер кошки. - Имрир сказала, он может воплотиться и стать живым, если ему хватит энергии.
 - Он и так выглядит как живой. - задумчиво пробормотала Шепард, изучая подозрительно косящегося на него малыша. - И много ему надо?
 - Не знаю. Спектр обещала подумать, как ему можно кормиться энергией с аккумуляторов корабля. - Рамиро подошел к койке и устало сел, чуть сгорбился, пересадил дракончика на колени и глухо добавил: - Идя к Имрир за ответами я предполагал, что услышанное мне не понравится. Но я не предполагал, насколько... полученная информация выбьет меня из колеи.
 Бойцы, словно получив беззвучный сигнал, вернулись на свои места и приготовились слушать. Один Николаус стоял посреди каюты, пока Джейн не сказала:
 - Нико, присаживайся куда-нибудь.
 Аналитик осторожно присел на край пустующей койки.
 - Что сказала Спектр?
 - Немного. Разговор был короткий и больше обозначил наши позиции. - Рамиро откинулся на подушки, сумрачно глядя пустым взглядом куда-то перед собой. - Она согласна нам объяснить, что здесь происходит и каково их настоящее задание. Уже вкратце сказала. - тихий смешок прозвучал горько. - Работа Спектра - сохранить мир в галактике любой ценой. Так?
 Джейн кивнула.
 - Они и хранят его. И работают ради нашего выживания, но по ее словам, если они... она ошибется, нас всех вырежут через три года, как в свое время вырезали протеан.
 Мужчина взял короткую паузу, давая возможность притихшим сослуживцам переварить сказанное.
 - Мне не нужно подтверждение ее слов: я общался с сержантом Уильямс, с лейтенантом Кайденом Аленко, я проверял экстранет на тему слухов о событиях на Иден Прайм. Я видел фото огромного корабля до того, как Имрир мне его показала. - Рамиро поморщился. - Я ожидал, что с этим кораблем связаны какие-то проблемы, но услышать, что это... существо, чей возраст превышает миллиард лет готово нас уничтожить, оказалось несколько... шокирующе.
 Виктор открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не нашел нужных слов и лишь едва слышно ругнулся.
 - Спектр сама обозначила глубину Бездны: мы не выдержим войны с ними. Миллиард лет эволюции. Что мы им может противопоставить? Они за нами наблюдают постоянно. Они знают о нас всё без исключений.
 - Что тогда делать? - тихо спросил Диего.
 Рамиро пожал плечами. Вместо него ответил Николаус:
 - Ждать.
 - Не очень вдохновляющее предложение, если помнить про оставшиеся три года. - буркнула Джейн. - Что еще сказала Имрир?
 - Ничего особого. Разговор был общим, без конкретики. У нас будет время поговорить более обстоятельно: Спектр повторила предложение приходить за ответами.
 - А вы не спросили, откуда у нее такие... - женщина неопределенно помахала рукой в воздухе, - знания и способности?
 - Нет. Это сейчас несущественно. - Рамиро поморщился. - Но Спектр подтвердила наши предположения, что она не та Имрир Шепард, которая вылетела со станции Арктур. Скрывать это она не собиралась.
 - Тогда кто она? - спросил Руне.
 - Это важно?
 От такого вопроса, заданного с будничной простотой, люди растерянно замолчали.
 - А разве нет? - осторожно спросила Джейн.
 Рамиро поднял на нее взгляд.
 - А какая разница, кто она, как и откуда пришла? Мне важен сам факт: она готова сражаться за наше выживание. Мне всё равно, где она обучилась магии и откуда у нее вообще такие способности. Есть - отлично. Она готова их применять ради нашего выживания? Еще лучше. Имрир уже наглядно нам доказала, насколько ее способности полезны. - короткий кивок в сторону Николауса. - Я хочу жить, Джейн. Я хочу, чтобы жили те, кто мне дорог. Не три отведенных нам года, а побольше. И я готов ради этого работать с кем угодно. Так что меня не волнует, что случилось с Мясником Торфана. Полагаю, с настоящей Имрир Шепард шансы на выживание были бы... меньше.
 Джейн задумалась, быстро перебирая в памяти то, что она слышала про Мясника Торфана.
 - Могу согласиться. - признала она со вздохом. - Эта хоть вменяемая.
 Рамиро согласно кивнул.
 - Я интересовался психопортретом Спектра, пока мы ждали переброски с Интай"сей. Меня сильно напрягал будущий командир, о чем я тебе говорил.
 Джейн кивнула.
 - Не могу сказать, что сейчас я спокоен. Нет. Спектр умеет выбивать из равновесия парой фраз, но полученная информация позволяет мне с большей... надеждой смотреть в будущее. Она знает, что нас ждет и готова сделать всё от нее зависящее, чтобы мы выжили. И готова делиться информацией с теми, кто захочет ей помочь.
 - Она просила о помощи? - Джейн подобралась.
 - Нет. Она лишь подтвердила, что ей потребуется помощь. - поправил коммандера Николаус.
 - Нам вновь дали возможность выбора. - Рамиро погладил дракончика. - Какую сторону занять.
 - Ты согласился помогать? - тихо спросил Диего.
 - А у нас есть выбор? - темная бровь взлетела в немом вопросе. - Я не хочу разделить судьбу протеан. Полагаю, никто не хочет.
 - Цель у нее достойная. - Виктор почесал голову. - А средства какие?
 - А не всё ли равно? - в лоб спросил Рамиро, хмуро глядя на Молота. - ЭТА цель оправдает любые средства. Что может быть ценнее спасения своего вида от гибели? Честь? Толку от нее, если все погибнут. Какой смысл в сохранении гордости, чести, самолюбия и всего остального, если все мы станем историей, о которой будут помнить только те, кто нас уничтожил? - голос стал ниже и глуше. - Скажите, много мы знаем о протеанах? О том, как они сражались. Что мы вообще о них знаем кроме факта, что их внезапно вырезали? Ничего. Мы даже не знаем, как они выглядят! И о нас ничего не будут знать новые виды. Мы для них станем руинами, безликими предшественниками-неудачниками. А о протеанах они даже не узнают. Вот и скажите, какие средства могут оказаться недопустимыми для обеспечения выживания при ТАКИХ последствиях?
 - Предательство? - неуверенно спросил Диего.
 - А что плохого в предательстве, если оно спасет жизни миллиардов? - Рамиро вопросительно приподнял бровь. - Какой толк в ведущей к гибели верности? Разве не будет спасение тех, кому верность отдана, более правильным проявлением этой верности? Не лживые слова и потакание своим желаниям и принципам, а спасение, пусть и такой ценой. Которую заплатит кто-то один.
 - Звучит...
 - Неприглядно? - криво улыбнувшись спросил киллер. - Правда всегда звучит неприглядно, если говорить ее прямо, не пытаясь сгладить и приукрасить.
 - Когда будешь говорить отцу? - тихо спросил Диего.
 - Когда Имрир вернется. - тихо ответил Рамиро.
 Джейн насторожилась.
 - Это ты о чем?
 - По возвращению на Цитадель "Нормандия" будет оставлена на пересборку и глобальный ремонт, а мы останемся на станции в бессрочном увале. Спектры улетят за Сареном Артериусом. По словам Имрир, она встречалась с матриархом Бенезией ради того, чтобы узнать где именно искать их цель.
 - Успешно встретились. - проворчал Руне. - А нам что делать?
 - Сидеть на станции и ждать, не создавая проблем. - криво усмехнувшись, ответил Рамиро.
 Джейн слова оценила:
 - Рискованно. - протянула она. - Тест на доверие? Оставить нас с такой информацией там, где мы можем легко связаться с командованием и слить им все интересное.
 - Я бы сказал, проверка наличия мозгов. - буркнул Виктор. - Никто не поверит в такую информацию.
 - Поверить могут. - покачал головой Николаус. - По словам Имрир, наше командование и глава "Цербера" знают о Жнецах и о грозящей нам войне. С войны Первого Контакта.
 В каюте вновь воцарилась тишина, в которой очень громко прозвучало:
 - Твою мать...
 Полный невысказанный слов возглас Виктора полностью описал общее состояние бойцов. В свете сказанного вся новейшая история выглядела... неприглядно и еще отвратительнее, чем казалась до этого. В свете надвигающейся беды действия "Цербера" и ее главы казались... странными. Неправильными в самой своей сути. Губительными для вида. Знать о надвигающейся бойне и... настраивать против себя всех вокруг вместо того, чтобы попытаться как-то объединить разумных в единое крепкое общество, способное, пусть даже теоретически хоть что-то противопоставить древним убийцам. Заниматься банальным мелочным террором без всякой системы, выращить оголтелых ксенофобов, фанатиков и просто всякую мразь вместо того, чтобы как-то пытаться развивать технологии и возвысить свой вид... создавать того, кто смог бы достичь большего, чем уничтоженные предшественники.
 - Почему тогда... - прошептала Джейн, мучительно пытаясь подобрать слова.
 Рамиро пожал плечами. Ответов у него не было.
 Николаус резко встал, привлекая внимание.
 - Я пойду.
 Коммандер удивленно приподняла бровь, а Рамиро вопросительно качнул головой.
 - Много времени сделать генетический анализ и сравнить данные не займет. - глухо произнес аналитик. - Мне надо поговорить с племянником.
 Рамиро понятливо кивнул, а Шепард предпочла сохранять молчание, пока Николаус не покинул каюту. И лишь когда за его спиной закрылась дверь, она вкрадчиво спросила:
 - Какой такой племянник у Николауса на этом корабле?
 На что получила односложный ответ:
 - Джон.
 - Что? - Джейн растерянно моргнула. - Ты серьезно?
 - Да. Джон Шепард - единственный сын Дерека Аккера, старшего брата Николауса, погибшего двадцать восемь лет назад. - флегматично ответил Рамиро.
 - Ты знал?
 Тот кивнул.
 - А Джон - знал? - спросила Джейн, но тут же мотнула головой, и сама же ответила: - А, о чем я! Конечно, не знал! - голубые глаза сузились. - Так вот о каком анализе говорил Нико...
 - Да, он отправил Джона к доктору Чаквас проверять родство.
 - И Джон пошел?
 - А у него был выбор? - иронично спросил Рамиро.
 - Резонно. - она нахмурилась. - И что дальше? Что нам делать?
 Итальянец почесал дракончика за спинку и ответил:
 - Вам - ничего. А я буду думать. Вечером еще раз приду к Имрир. Я так и не задал ей самый важный для меня вопрос...
 
 * * *
 
 Металл датапада холодил онемевший пальцы, сжатые на прочном корпусе до судорог. Кисть вновь свело, но сигналы тела не доходила до рассудка, зацикленного на сухих короткий строчках результата анализа генетической экспертизы. На положительном анализе, воплощенным в простые слова: родство второй степени. Николаус сказал правду: он родной брат его отца. Дядя. Его дядя!
 Пальцы вновь дернулись, Джон стиснул зубы, не позволяя себе издать ни звука. Не здесь. Не в лазарете под понимающим и сочувственным взглядом доктора Чаквас.
 Всю жизнь он считал, что кроме матери у него семьи нет. Никого близкого. Мать же... Губы непроизвольно дрогнули в кривой гримасе. Занятая карьерным ростом Ханна Шепард сыну внимания уделяла мало. Они редко виделись. Если поначалу, пока Джон был ребенком, мать проводила с ним довольно много времени, то уже после... особенно, с началом младшей школы... Она была в космосе, а он - на планете под присмотром наставников из военной школы-интерната. Матерью старший помощник капитана дредноута "Килиманджаро" Ханна Шепард не воспринималась.
 И тут... такое. Узнать, что есть еще один родной человек. Не просто абстрактное неизвестное имя, а вполне конкретный мужчина, с которым он, Джон, хорошо знаком. Вилант Николаус Аккер. Аналитик его собственного отряда. Его постоянная головная боль. Человек-загадка с непонятными мотивами, спасавшим его жизнь и репутацию с завидной регулярностью.
 Тихое шипение открывающихся дверей заставило непроизвольно поднять взгляд, споткнувшийся о вошедшего. Николаус... Теперь его мотивы стали понятны...
 - Доктор, я его заберу? - доброжелательно спросил тот, заходя в лазарет.
 Карин Чаквас бросила взгляд на Джона и ответила:
 - Да, конечно.
 - Джон? - дядя перевел на него взгляд, чуть заметно улыбнувшись.
 Коммандер молча встал, все так же держа в руках датапад, поблагодарил доктора за помощь и деревянной походкой зашел в шлюзовой тамбур лазарета.
 - Убедился? - спросил Николаус, останавливаясь рядом и нажимая на клавишу закрытия дверей.
 - Убедился. - Джон настороженно глянул на родича. - И что теперь?
 Нико улыбнулся явственнее.
 - Теперь нам стоит поговорить.
 Стоит. Но где? На корабле нет мест, где можно спокойно пообщаться наедине на личные вопросы. Раньше он считал таковым местом каюту, но сейчас... Сейчас Джон не хотел видеть своих подчиненных. Он прекрасно знал, насколько сильно напортачил на прошедшей миссии. Знал, как на его действия реагируют его же бойцы. Видел их взгляды и осознавал, что... по сути едва не погубил своих же людей из-за глупости. Оправданий его действиям не было.
 ВИ завершил обязательную дезинфекцию, створки ушли в пазы, выпуская из шлюза. Джон вышел в коридор и остановился, хмуро глядя на общающихся у дверей столовой Дэрга и Аэте. Беловолосый парень тут же отвлекся от разговора, доброжелательно улыбнулся и помахал рукой, держа в другой двухлитровую бутыль с компотом. Раньше такое поведение вызывало непонимание и раздражение. Сейчас же... Джон кивнул в ответ. Аэте улыбнулся еще шире и веселее, вызвав непроизвольную улыбку у самого коммандера, пусть и бледную. Жизнерадостность парня и его непосредственность... заразительны. Хорошо отвлекают от собственного подавленного состояния.
 - Аэ! - голос Нико, раздавшийся за спиной, заставил Джона вздрогнуть.
 Парень вопросительно склонил голову.
 - Да?
 - Мне надо с тобой поговорить. Ты вечером занят?
 Почесав голову, тот пожал плечами и с искренним удивлением сказал:
 - Я? Я на корабле вообще ничем не занят. Заходи в каюту, поговорим.
 - Лучше подожду в столовой после ужина.
 Аэте вновь солнечно улыбнулся.
 - Хорошо.
 Нико удовлетворенно кивнул, давая понять, и пошел по коридору. В каюту отряда. Оказавшуюся к удивлению Джона пустой.
 - Они в трюме. - ответил на незаданный вопрос Николаус, присаживаясь на свою койку. - Не стой столбом, Джон. И положи ты уже этот датапад.
 Коммандер аккуратно положил датапад на небольшой столик, привинченный к стене, подошел к своей койки и сел, сумрачно глядя на родича. Как себя вести в такой ситуации он не знал. Как теперь общаться с дядей, если одновременно он же его подчиненный? Вколоченная с детства армейская субординация входила в логический клин со здравым смыслом и желанием поговорить нормально с единственным родным человеком.
 Неожиданно для себя Джон понял, что не знает, как вообще общаются между собой члены семьи и родственники. Раньше у него было несколько четко разграниченных категорий разумных: командование, друзья-сослуживцы, подчиненные и гражданские. Со временем выработались принципы общения с каждой из групп, нормы поведения и границы допустимого, за которые он никогда не выходил. Но сейчас... Сейчас он растерянно смотрел на Николауса и... не знал, как себя с ним вести. О чем можно говорить, а о чем - нельзя. Он много слышал от сослуживцев о их проблемах в семьях, про конфликты с родственниками. Про семейные войны и ссоры из-за пустяков. Слышал, запоминал, но не понимал, во многом считая причину конфликта не стоящей внимания. Но остальные понимали...
 - Я знал, что у тебя много проблем.
 Тихий голос Николауса прервал судорожное мельтешение мыслей. Джон поднял на него взгляд.
 - Что ты имеешь в виду? - настороженно спросил он.
 - Я поинтересовался, как жил мой племянник. До того, как ты меня увидел.
 Джон вновь опустил взгляд на сцепленные в замок руки.
 - С младшей школы - в военных училищах пансионного типа. - голос аналитика был безмятежен и спокоен, отчего по спине коммандера дергало холодом. Таким голос у Нико становится, когда он зол до бешенства. - Закончил с отличием каждое из них. Ни единого нарекания по учебе. По дисциплине - мелкие нарушения в младшем возрасте. Не зря бы считался одним из лучших выпускников кадетского училища. И не зря тебя рекомендовали в Академию N7. Ее ты тоже закончил одним из лучших и без единого дисциплинарного взыскания.
 Почему-то в словах Нико отчетливо звучала скрытая ярость. Но в чей адрес? Что его так злило? До бешенства, скрытого за безмятежностью. Джон старался как мог. Сам. Мать не помогала ему в учебе, ведь он должен сам научиться справляться с трудностями и самостоятельно решать проблемы, не ожидая помощи со стороны. Его готовили на офицера. Командира. А командирам нельзя допускать ошибки и проявлять слабость. Офицер ВКС должен быть... образцом. Во всём.
 - Солдата из тебя вырастили хорошего.
 - Это плохо? - тихо спросил Джон, вновь поднимая взгляд на Нико.
 Встретил взгляд черных глаз и вздрогнул. Ярость и злость.
 - Что ты знаешь о гражданской жизни? О том, что происходит за пределами военной базы или корабля, на котором ты служил. Я не говорю о твоих краткосрочных увалах, и ни один из которых не превышал пяти суток! - голос упал до низкого рыка. - У тебя вообще жилье есть? Не у твоей матери, а у тебя! Представь, ты ушел из армии. Тебе хотя бы жить есть где?
 Джон открыл было рот, чтобы ответить положительно, но... так ничего и не сказал, неожиданно осознав, что Николаус прав.
 - Я... не думал об этом.
 - Я знаю, что ты не думал. - дядя резко выдохнул, сбрасывая злость. - У меня есть возможность получить такого рода информацию. Так что я знаю, что вся твоя личная собственность умещается в одной секции стандартного армейского рюкзака. У тебя даже своей одежды нет! Все, что ты носишь - получено от баталера. - взгляд стал колючим. - Джон, ты хотя бы адрес нового дома своей матери знаешь?
 Молчание было красноречивым.
 - Не передать, как я был... зол, когда понял, что мой племянник по сути - бомж, не имеющий собственного угла. У тебя нет ни прописки, ни своего жилья, ни знаний о мире, которые могли бы помочь это жилье получить. - тихий рык вновь проник в голос. - Убери из твоей жизни армию, Джон, и что ты будешь делать?
 - Не знаю. - честно ответил тот, отводя взгляд.
 - Вот это меня и злит. - Николаус потер переносицу. - Я понимаю, что твоя мать достигла невозможного: она стала старшим помощником капитана на дредноуте. Полностью вычеркнув тебя из жизни. Хорошо хоть аборт не сделала.
 Джон вздрогнул.
 - Признаю, я погорячился и наговорил тебе лишнего. - неожиданно произнес Нико смягчившимся тоном. - Но пойми меня правильно. Я очень любил своего брата. И когда я узнал, что у него есть сын... я потратил много сил на то, чтобы тебя найти. Но то, что я увидел...
 - Я тебя разочаровал? - глухо спросил Джон.
 Нико вздохнул, укоризненно посмотрел на племянника.
 - Ты? Нет. Ты добился всего, чего мог добиться с учетом обстоятельство, в которые попал. Ты стал лучшим из лучших.
 Неожиданная похвала оказалась приятна.
 - Но мне не нравится однобокость твоего воспитания и узость знаний. Мне не нравится твоя неприспособленность к обычной жизни. Тебе это в будущем будет дорого стоить, а я не хочу, чтобы из-за безразличия твоей матери, ты остался ни с чем в незнакомом мире. Я видел примеры подобного. Ни друзей. Ни семьи. Нулевая приспособленность к жизни на гражданке. Итог обычно единый: спиваются в одиночестве или гибнут. Я не хочу такого для своего единственного родственника.
 Джон молчал, переваривая сказанное. Нико его не торопил. Сидел и терпеливо ждал, пока племянник мучительно переосмысливал свою жизнь. Вроде бы привычную и нормальную. Но высказанные Николаусом слова... разбили эту правильность, показав под ногами Бездну, о которой он знал, но предпочитал не думать. Не забивать себе голову мыслями о будущем. Потому что так было проще жить.
 - Что ты предлагаешь? - тихо спросил он.
 - Помощь. - Николаус пожал плечами. - Я всегда тебе ее предлагал. Надеюсь, ты ее наконец-то примешь и не будешь искать подвоха в каждом моем слове.
 - У меня были причины для недоверия.
 - Были.
 В каюте воцарилась тишина. Нико молчал. Молчал и Джон, не зная, как правильно сказать то, что его беспокоило.
 - Николаус... А...
 - Нико. Можешь так сокращать.
 Джон качнул головой, хмыкнул.
 - Иногда мне кажется, что ты читаешь мои мысли.
 - Тебе кажется. - Нико улыбнулся. -Лицо держать ты научился, но глаза тебя выдают.
 Он снова хмыкнул, чуть-чуть улыбнувшись.
 - А я все думал, как ты... - он прервался и махнул рукой. - Что я должен делать?
 - Для начала успокойся и перестань придумывать лишнего.
 Шепард подобрался.
 - Ты о чем?
 - Я о недавней миссии. - доброжелательно ответил Нико. - И о твоем срыве, чуть не стоившем тебе жизни.
 - Не только мне. - глухо произнес он.
 - Не только. Но хочу тебе напомнить негласное правило малых отрядов. Не только командир в ответе за своих подчиненных. Это правило действует в обе стороны. Но парни так привыкли, что ты не ошибаешься, что ты везучий и всегда сам вытягиваешь отряд из задницы, что в нужный момент... промолчали. И забыли, что предел прочности есть у всех, а на командира всегда нагрузка выше.
 Джон молчал, сумрачно глядя на свои же руки. А Нико продолжал говорить:
 - Я знаю, что ты к своему пределу приблизился. Не слепой, вижу.
 - Этот перевод... - парень покачал головой. - Вроде бы корабль ВКС Альянса Систем, но на нем действуют другие правила. Я не знаю, что от меня ждет Спектр. Я не понимаю ее действий.
 - Ты и не сможешь понять. Ты привык к армейским порядкам и ничего иного не знаешь. Отряд Спектра по внутренней иерархии и взаимодействию ближе к отряду наемников. Ты с такими не сталкивался и разницы не знаешь.
 - А ты?
 Нико усмехнулся.
 - Джон, до того, как я тебя нашел, я и был наемником. Не только Рамиро профессиональный киллер. Только он работает на мафиозную Семью, а я работал на кого придется.
 Вытянувшееся лицо и искренняя растерянность изрядно повеселила мужчину.
 - Когда мой брат погиб, я остался без гроша в кармане с крохотной квартиркой на окраине Шверина. Я даже совершеннолетним не был, из-за чего угодил в приют. Когда оттуда смог выбраться, оказался нищим. Выживал как мог. Но давай о моей биографии мы поговорим потом.
 Возражать Джон не стал.
 - Пока корабль летит до Цитадели, у нас есть спокойное и свободное время. Обдумай то, что видел. Наверняка у тебя есть вопросы или моменты, которые были непонятны.
 Коммандер согласно кивнул.
 - Сегодня - просто отдохни и успокойся. Миссия была утомительной. Завтра мы обсудим и разберем то, что тебя интересует.
 - Завтра?
 - Завтра. - Нико улыбнулся. - Мне тоже нужно время, чтобы подумать и сделать анализ миссии. Потом я поделюсь с тобой своими наблюдениями. Хорошо?
 Джон кивнул.
 - А пока почитай это. - Николаус поднял лежавший на кровати датапад и передал его племяннику.
 - Что здесь?
 - То, что тебе необходимо знать о Спецкорпусе, на который мы сейчас работаем. Заодно узнаешь, почему мы работаем именно на Спецкорпус, а не на ВКС Альянса Систем. И чем это нам всем грозит.
 Джон взял планшет с долей опасения.
 - Бери-бери. - Нико улыбнулся. - Это даст ответы на некоторые твои вопросы. А я пойду, поговорю с... другими.
 Коммандер автоматически кивнул, гипнотизируя взглядом датапад. Николаус тихо вышел, оставляя племянника одного. Пусть почитает. Подумает. А потом они поговорят еще раз. Когда Джон переварит то, что узнает.
 
 
 * * *
 
 
 Мелкий, едва ли с ладонь взрослого мужчины черный дракончик спрыгнул на крышку криокапсулы. Иллюзорное создание поводило острой мордочкой, словно принюхиваясь, царапнуло коготками крышку, недовольно зашипев. Внутри, где-то там, под прочным непрозрачным материалом в мертвой оболочке сияло то, что было ему так необходимо. Связи, удерживающие эту ценность, истончились и готовы лопнуть, но почему-то еще держатся и не отдают сияющее чудо.
 Дракончик походил по крышке, выбирая место, наиболее близкое к Ценности. Так, чтобы можно было до нее дотянуться, коснуться угасающих и распадающихся верхних слоев, окружающий сияющую искру Ядра пышными лепестками.
 Удобное место нашлось у изголовья. Там, где изогнутый лежак криокапсулы приподнимал тело. Как раз над сияющей искрой. Иллюзия улеглась на крышку, широко раскинув черные с золотом крылья, вытянула увенчанную острыми рожками голову. Зверек замер, зажмурил золотые глазки, на инстинктах потянувшись к тому, что ему так сильно надо. Чтобы жить. Ценность уже не нужна прошлому хозяину. Он же умер. А ему - надо! Связи гаснут и распадаются. Ценность готова отлететь, вот она, совсем рядом. Надо лишь достать. Подождать. Немного. Совсем чуть-чуть... и душа будет его.
 
 
 
 
 

Глава 60: У всех свои сложности


 
 
 Жизнь в социуме наполнена проблемами. Не обязательно собственными. Чаще всего они приходят со стороны. От тех, кто составляет окружение: от друзей, близких, коллег по работе, соседей и так далее. Иногда начинает казаться, что разумные существа физически не способны на беспроблемное существование и всевозможными путями находят себе лишние сложности или создают их на ровном месте. Видимо, чтобы жизнь не была скучной. Ну а потом эти сложности преодолевают или жалуются другим разумным на свою жизнь, состоящую из одних проблем. Я - не исключение. Я тоже создаю проблемы окружающим на ровном месте. И получаю их от других. Это утро отлично вписалось в общее правило и началось с проблем, которые озвучил интерком голосом доктором Чаквас:
 - Имрир, подойдите в лазарет.
 Я удивленно переглянулась с Гаррусом, который уже давно встал и до сих пор продолжал работать с документацией, просматривая результаты вечернего труда Кайдена.
 Что могло такого случиться за ночь, если у Карин подрагивает голос? Вроде бы все нормально, корабль идет по перегону и еще почти две суток будет в полной безопасности. Никаких проблем быть не должно. Но... Но из лазарета доносились тягучие волны искреннего изумления и оторопи.
 Что там уже случилось?
 - Сейчас буду. - ответила я, подхватила толстовку и вышла из каюты.
 Причина странного состояния Карин обнаружилась сразу, как только ВИ "Нормандии" закончил обязательную процедуру дезинфекции и пропустил меня в лазарет: на крышке криокапсулы сидел мелкий крылатый поганец и подозрительно косился на присутствующих, чуть слышно ворча и шипя при каждом неосторожном движении. Карин в ступоре, Кира наоборот, с восхищением в широко распахнутых глазах смотрит на маленькое чудо. А вот чудо нервно бьет хвостом и испуганно прижимается к крышке криокапсулы. Дракончик сейчас предельно осторожен и агрессивен, ведь любое воздействие на него тратит его же и без того небольшие запасы энергии. Пока не стабилизируется, он не позволит до себя дотронуться и будет защищаться. Не тронет лишь своего хозяина и меня, своего создателя. Все остальные...
 Вздохнув, я включила интерком, пульт которого так удобно располагался на стене у шлюза, и сказала:
 - Рамиро, подойди в лазарет.
 Вот ведь не было проблемы...
 - Имрир, что это? - тихо спросила Карин, растерянно глядя то на меня, то на недовольно сопящего малыша.
 - Дракончик. - вздохнув, ответила я, подходя к иллюзии. - Вернее, это...
 Я сбилась с фразы, всматриваясь в зверька, сидящего на крышке криокапсулы и подозрительно водящего острой мордашкой.
 От малыша шли явственно ощутимые токи магии. От иллюзии. Собственные силовые потоки!!! Никакая, даже самая совершенная иллюзия не обладает собственной аурой и не генерирует энергию самостоятельно! Нечем ей еще эту энергию воссоздавать! А этот... Сидит, заглядывает мне в глаза, чуть виновато прижимает подвижные ушки к голове, хвостик едва заметно подрагивает. Полностью сформированные повадки! Он что, успел воплотиться? Но как? Откуда он взял энергию и самое главное - душу? На корабле же...
 Стоп! Криокапсула! Там ведь...
 - "Аэтера..." - я запнулась, не зная, как бы помягче сообщить о произошедшем. - "Ты сейчас занят?"
 Асур ответил мгновенно:
 - "Немного. Я на камбузе, помогаю Себастьяну." - в ментальном голосе - удивление и тревога.
 - "Подойди в лазарет. У нас возникла проблема."
 Мне сложно представить, как он отреагирует на произошедшее, учитывая его трепетное отношение к сородичам. А еще непонятна реакция девчонки, когда до нее дойдет, что случилось с ее братом. И как она это все воспримет в ее-то нестабильном состоянии. Вот ведь... А я надеялась на спокойный перелет до Цитадели...
 - "Сейчас буду."
 Тихое шипение гидравлики: створки ушли в стены, пропуская встревоженного и нервного Рамиро. От каюты до лазарета идти недалеко.
 Итальянец только открыл было рот, чтобы задать закономерный вопрос, как его взгляд, привычно оббегающий лазарет, наткнулся на причину утреннего инцидента.
 Волна облегчения и радости плеснула во все стороны.
 - Вот ты где... - выдохнул мужчина.
 Дракончик радостно пискнул, сорвался с места, пулей пронесся через весь лазарет и замер на груди хозяина, вцепившись лапками в форменную футболку.
 - Простите. - опомнившись, добавил Рамиро, осторожно прикрывая зверька ладонью. - Не уследил.
 Тишина в лазарете звенела от напряжения.
 - Ты бы и не смог за ним уследить. Полагаю, удрал он ночью, когда ты уснул. - вздохнув, честно призналась: - Надо было предвидеть, но я забыла, что у нас на корабле есть то, что ему нужно больше всего... - видя непонимание в черных глазах, припечатала: - Свободная душа!
 Стоит отдать должное Рамиро: вся... глубина произошедшего до него дошла сходу. И что произошло, и о чьей душе я говорю. С памятью у аналитика всё хорошо. И с пониманием тоже. Понял не только он: Кира удивленно заморгала, охнула, вцепившись руками в края койки.
 Вновь зашипели расходящиеся створки, прерывая вероятные вопросы. В лазарет зашел Аэте, быстро осмотрел помещение, удивленно моргнул и вопросительно глянул на меня.
 - Что случилось? - спросил он, переводя встревоженный взгляд с меня на Рамиро.
 - Дракончик смог самостоятельно воплотиться. - нейтрально ответила я.
 Удивление на выразительном лице проявилось отчетливее.
 - Это плохо? - осторожно спросил он, поглядывая на причину переполоха.
 - Это хорошо. Плохо то, что воплотился он не из-за набора нужного количества энергии, а потому, что смог найти свободную душу. - сказала я.
 Аэте удивленно моргнул.
 - Свободную душу? Где? На корабле же нет сво...
 Он запнулся на полуслове, заморгал, нахмурился и перевел взгляд вглубь лазарета. Туда, где все еще помигивала огоньками криокапсула с теперь уже окончательное мертвым телом.
 - На "Нормандии" находилась одна душа, которая была готова отлететь в любое мгновение. - глухо произнесла я. - Иллюзия безошибочно нашла ее, смогла дотянуться и забрала себе.
 - Поглотила? - уточнил Аэтера. Спокойным, безмятежным тоном, от которого дергало холодом.
 Какой хороший вопрос. Аэте прекрасно понимает ценность души, а еще он откуда-то отлично знает, что можно с этой эфемерной ценностью сделать.
 - Нет. Она не может поглотить или сожрать душу - нет у нее такой функции или возможности. Душа при всей своей уязвимости довольно крепкая структура. Иллюзия материализовалась в момент обретения мощного источника энергии, а душа таким образом получила новое тело.
 Аэте покосился на дракончика, встретил его любопытный взгляд. Малыш забавно водил мордочкой, словно к чему-то принюхивался. Но уже не шипел и не рычал.
 - Вред для души есть?
 Я покачала головой.
 - Нет. Но дух скорее всего уже распался, так что личной памяти не сохранится. Возможно останутся какие-то фрагменты как дежавю или смутное узнавание. Точно узнаем, когда дракон повзрослеет и сможет обернуться.
 Взгляд фиолетовых глаз смягчился, утратил остроту и тяжесть. Зато приобрел заинтересованность и яркое любопытство.
 - Не критично. - льдистый холодок из голоса исчез. - Потеря памяти обратима, если будет желание. У нулевого вида она и так фрагментарная.
 Интересный подход. При всей циничности, логика верная: память людей действительно очень фрагментарная и быстро очищается. Остаются воспоминания о самых ярких событиях, а все остальное уходит в "архив" подсознания и лишь изредка всплывает, если сработает нужный триггер: фотография, знакомое место, встреча со старым знакомым и так далее. Редко кто помнит хотя бы четверть прожитых событий.
 - А....
 Договорить Аэтера не успел: Карин, дойдя до точки кипения, сухо произнесла:
 - Я бы хотела получить объяснения.
 Замерли мы все. У нашего доктора есть все причины для негодования и злости.
 Вздохнув, я начала объяснять суть произошедшего. Подробно, детально описывая техническую сторону процесса создания иллюзии, чтобы у нас не осталось недопонимания. Иногда Карин задавала уточняющие вопросы, кое-что переспрашивала, кое-что приходилось показывать наглядно, создавая другие иллюзии. Неживые. Хватит с нас одного дракончика. Иллюзия астрального рейдера прекрасно подошла на роль демонстрационного образца.
 Не в первый раз я все это рассказываю. Иногда кажется, что у меня уже отработанные лекции в голове начинают формироваться, по которым так удобно объяснять привычные вещи не слишком ломая мозг над формулировками и не предаваясь сомнениям, как это могут понять окружающие. Уже даже знаю как: чаще всего реакции разумных, выросших и воспитанных в подобных социумах - похожи. С мелкими отличиями из-за личных загибов в голове.
 - А итог всего этого вы видели. - закончила я долгий монолог и указала на мелкого поганца.
 Карин молчала, задумчиво поджав губы и переводя растерянный взгляд с меня на дракончика, с дракончика на Рамиро, чешущего его за бока под крылышками. Иногда поглядывала на Аэте. Асур с живым непосредственным интересом изучал малыша, прислушивался к нему, иногда глядя на ожившее мифическое существо чуть странным, расфокусированным взглядом, словно видел не совсем так, как смотрят обычные люди. Артефакта на его голове не было, но асуры, как и многие боевые химеры, созданные высококлассным химерологом, обладают большим диапазоном... восприятия.
 - Будут проблемы. - наконец, констатировала женщина, устало вздохнув и нервно обхватив себя за плечи.
 Я согласно кивнула.
 - Спектр... - тихо-тихо сказала Кира чуть подрагивающим голосом.
 Мы дружно повернулись. Девчонку накрывал эмоциональный шторм: осознание сказанного ударило в и без того нестабильную психику, создавая занятные логические причинно-следственные связи, озвученные одним-единственным вопросом:
 - Этот дракончик... это мой брат, да?
 Какая хорошая логика...
 - Как посмотреть. - осторожно ответила я. - Кровного родства уже нет. Но если смотреть с точки зрения души и личности - да, это твой брат. Только в другом теле и с обширной амнезией.
 Девушка тихо всхлипнула, стискивая края койки с такой силой, что под тонкими пальчиками начал прогибаться металл. Подавляемые все это время эмоции наконец-то нашли выход в тихой молчаливой истерике, выливаясь с потоком слез и вымывая льдистую горечь потери. Она долго сдерживала себя, стараясь не показывать раздирающую душу боль. Тихо плакала ночами, когда думала, что ее никто не видит и не слышит. Сидя у криокапсулы с телом убитого на ее глазах брата. А тут неожиданно оказалось, что брат будет жить. Пусть и в виде мелкого странного... зверька.
 - Кира. - я подошла, присела рядом. - Не воспринимай дракона - зверьком. Это он пока маленький.
 Девушка заморгала, вытерла рукой слезы. Мимолетное удивление о моей осведомлённости смыло радостью осознания сказанного. Какая умница! Сходу поняла, что я имею в виду.
 - Он... вырастет?
 Только формулировать свои вопросы правильно не умеет.
 - Он не только быстро вырастет, он и обернуться сможет, когда наберет нужный энергопотенциал и массу. - я вытащила из кармана платок и протянула ей. - Он будет разумным. Матрица бралась с реального существа, а они в людей и им подобным оборачиваются на счет раз.
 Радость и счастье полыхнули пламенем, смывая горький привкус горя.
 - А... - Кира запнулась, не зная, как бы поточнее озвучить ворох толкущихся в голове вопросов, каждый из которых вроде бы важен, а вроде бы и не особо.
 Мучать задерганную девчонку я не стала и сказала:
 - Естественнорожденные драконы растут быстрее людей. До возраста подростка лет шестнадцати они вырастают к девяти годам, после чего замирают в росте на долгие годы, почти не меняясь внешне. Но этот дракон появился другим путем, и развиваться он будет как виверна: чем больше энергии в прямом доступе, тем быстрее он будет расти. На мощном источнике они способны вырасти до полностью взрослой половозрелой особи меньше чем за декаду.
 Сделав паузу и дав возможность полностью осмыслить сказанное, я продолжила говорить, рассказывая то, что мне удалось случайно узнать из разговора с благодушно настроенным представителем рукокрылого народа:
 - После первого оборота разум молодого дракона или, как в нашем случае, виверна не будет детским, но не будет и взрослым. Нечто среднее: рассудительность, логика и развитость разума взрослого разумного с непосредственностью ребенка и спецификой повадок подростка в пубертатном возрасте.
 - У нас виверн? - спросил Рамиро, поглаживая дракончика по спинке.
 - Технически, у нас дракон: у него крылья - отдельная, третья пара конечностей, в отличии от рукокрылых виверн, обладающих двумя парами конечностей. - ответила я. - Но я никогда не встречалась именно с драконами, так что поведенческая матрица взята с виверна. Я с таким общалась, и он был достаточно доброжелателен, что позволил мне снять с него инграмму поведенческих паттернов и видовых особенностей. Его забавляла сама идея, что у существа, внешне - дракона, будут все повадки и особенности виверн. Он был столь любезен, что даже сам откорректировал матрицу для воплощения.
 Его это не то что забавляло... Виверн искренне и заливисто ржал, когда представлял результат. И к работе подошел с азартом и личной заинтересованностью, стребовав с меня обещание когда-нибудь воплотить результаты его труда. Но я не ожидала, что выполню это обещание ТАК скоро и в настолько неподходящей для этого вселенной.
 Подумав, призналась:
 - Я никогда раньше ею не пользовалась, но когда Рамиро захотел сохранить иллюзию, я ее вложила в дракона.
 - А хорошо получилось. - выдал Аэте, почесав дракончика по спинке.
 Малыш извернулся, чтобы укусить нарушителя его личного пространства, но, опознав, кому принадлежит наглый палец, заурчал и лизнул, вызвав у асура всплеск умиления.
 - Мне он нравится.
 Ну слава всем богам!
 - Что вы собираетесь с ним делать? - тихо спросила Карин. - Вы же понимаете, что его придется скрывать.
 - Мы решим этот вопрос, когда на Цитадель прилетим. - я вздохнула. - Пока малыш будет отъедаться на корабельных излишках энергии. Полностью вырасти он не сможет, а как вывести - придумаю.
 По крайней мере, я надеюсь, что той прорвы энергии, которую выделяет ядро корабля не хватит дракону на то, чтобы вырасти до способности к обороту, иначе у нас будет веселое время.
 - Рамиро, забирай его в каюту и постарайся проследить, чтобы он снова не сбежал.
 Тот кивнул, сунул возмущенно пискнувшего малыша за пазуху и покинул лазарет. День только начался, а у нас уже появились проблемы. Рамиро и дракончик - только начало. Сейчас мне еще Киру поселять, раз уж я в лазарет пришла. А поселить ее можно только в каюту к Эшли и Джейн, которые и так грызутся по поводу и без него. Еще надо растрясти Пакти на личные вещи для девочки, потому как у нее даже нижнего белья нет, а всей собственности - ИД-карта и инструментрон, и тот был поврежден. Это все надо закончить до вечера, потому что вечером в лазарет придет Джефф. Его пора уже долечить и снять с бедолаги компрессионно-дистракционный аппарат. Еще позднее вечером явятся Николаус с Рамиро с кучей новых вопросов, а ночью Аэте снова займется дрессурой Дэрга с Диланом, а я, пообщавшись до того с Нико, должна буду полностью проверить его организм. Странное поведение энергосистемы меня напрягает.
 М-мать... А это только второй день первого перегона! Надеюсь, до Цитадели мы долетим без приключений. Вроде бы ничего не должно случиться...
 ВИ закончила обязательную дезинфекцию и распахнула двери, выпуская меня из лазарета. И первое, что я увидела повернувшись, - Николауса, привалившегося плечом к стене возле дверей моей каюты. Меня ждет, фоня сумбурными эмоциями.
 Что я еще забыла?
 - Спектр. Я могу поговорить с вами?
 Знает же, что можно и нужно, особенно, в свете недавних событий и откровений, но все равно... Приглашающе махнув рукой, я зашла в каюту.
 - Нико. Ты же отлично понимаешь, что я не откажу тебе в разговоре, особенно, если у тебя есть какая-то проблема или вопрос. - укоризненно произнесла я, с ногами забираясь на койку и жестом приглашая его присаживаться.
 Николаус выдвинул стул, сел на него верхом, оперся локтями о спинку и... согласно кивнул. В эмоциях - оттенок настороженности и легкого азарта. Проверяет, правильно ли он меня понял и уточняет границы допустимого в подобных приватных разговорах на сомнительные темы, далекие от наших взаимоотношений командир-подчиненный.
 - Тогда к чему такие вопросы?
 Настороженность угасла, сменяя облегчением и еще большим азартом. Высококлассный аналитик включился в работу, но уступил место авантюристу. Прекрасно.
 - Вежливость.
 Видимо, мой скепсис очень ярко отразился на лице, потому как он тут же поправился:
 - Привычка.
 Другое дело.
 - Так о чем ты хотел поговорить?
 - О Джоне.
 Резонно.
 - А конкретнее?
 - Что я могу ему говорить и какие у вас на него планы.
 Куда уж конкретнее...
 - Зависит от самого Джона. - честно ответила я. - Что он выберет: привычную жизнь солдата ВКС Альянса Систем или он захочет заглянуть за обозримый горизонт и узнать правду, даже если она ему разобьет понимание мира и комфортные иллюзии.
 Нико помрачнел, стиснул пальцы на спинке стула. Взгляд - сумрачный, тяжелый. Он отлично понимает, что я имею в виду, и какой болью это дастся его племяннику. Не физической: ее Джон умеет переносить и воспринимает как неотъемлемую часть быта военного. Куда хуже, когда трещит и обсыпается под гнетом фактов искренняя ВЕРА. Вера в родное государство, которому отдал себя в служении. Вера в родной вид, который готов защищать ценой жизни. Вера в друзей и знакомых, не верящий ему и в него, готовых отвернуться и предать анафеме, стоит только выйти за их круг комфорта и перестать соответствовать их требованиям и представлениям. А от Джона отвернуться, стоит ему пойти против системы.
 - Я могу спровоцировать любой вариант. - глухо произнес Николаус.
 - Я знаю.
 Взгляд стал еще тяжелее и острее.
 - Я видел, как людей ломают обстоятельства.
 Каждое слово Нико падало каменной глыбой. Сейчас этот скрытный мужчина наиболее честен и открыт, мучительно-тяжело высказывая свои страхи и сомнения. Ему плевать на родное государство, отобравшее у него все, что он имел и ничего не давшее взамен. Ему безразличен родной вид: насмотрелся за свою жизнь на оборотную сторону человечества. Кто как не наемный убийца и нелегальный аналитик знает глубину пороков этого общества? Нико плевать на всё и вся. Кроме единственного сына погибшего брата. Ему безразлично, что Джон не воспринимает его родственником. Достаточно, что сразу не отрекся и не отвернулся. Тот самый Якорь души, единственный смысл существования, позволивший озлобленному подростку, потерявшему всё, что имел и скатившемуся на самое дно социума, подняться с низов и дававший силы идти вперед. Надежна найти семью. А сейчас, когда он нашел зародыш этой семьи - единственного живого родственника - Нико готов на всё. Лично ему самому терять нечего, что несказанно... досадно.
 - Николаус.
 Он выпрямился.
 - Выживет Джон или нет, зависит не от него. От нас. От меня, как его командира. От тебя, как его родича и гласа разума в его отряде. От его бойцов, которые могут поддержать своего командира, когда ему нужна будет их поддержка или могут отвернуться, вколачивая гвозди в гроб его как командира. Но тогда уже я вколочу гвозди в из гроб. Буквально. - Нико от этих слов чуть заметно улыбнулся, а я продолжила будничным тоном: - От Джокера, который может вытащить нас вместе с кораблем из любой задницы. От Найлуса, который, случись какой конфликт Джона с командованием ВКС Альянса Систем, сможет прикрыть его и вытащить из-под трибунала, а трибунал рано или поздно Джону будет грозить. Не за действия, так за бездействие. Сам понимаешь, под статью подвести не проблема.
 Нико кивнул и скривился.
 - Я могу долго перечислять поименно всех, от кого будет зависеть выживание Джона, но не буду: не дурак, сам можешь продолжить список.
 Еще один кивок.
 - Но, опять же, все упирается в Джона и в твою способность вправить ему мозг.
 - Это будет долгий процесс.
 - Я не требую мгновенных изменений. Это невозможно без ломки сознания. Мне достаточно, если он начнет задумываться и вообще думать. Полезный, хоть и неприятный процесс: от него вера трещит вместе с мировоззрением. Идиотом быть... удобнее.
 Облегчение концентрированной волной разливалось от молчаливой фигуры, щедро сдобренное сумбуром мимолетных эмоций и шумом поверхностных мыслей. Нико думал красиво. Четко, лаконично, формируя яркие образы и завершенные причинно-следственные цепочки. За ним приятно наблюдать.
 - Я могу рассчитывать на откровенный разговор, если он потребуется? - наконец, сформулировал запрос Нико.
 Я молчала и смотрела на него с немой укоризной. Минута, другая, а потом его гениальный разум включился.
 - Глупый вопрос. - досадливо дернув щекой, признал Нико.
 - Глупый. Если потребуются ответы для себя или для Джона - приходи. Они вам точно не понравятся.
 Он усмехнулся.
 - Правда никогда никому не нравится.
 Я развела руками.
 - Одно "но".
 От этих слов все спокойствие мгновенно улетучилось.
 - Сдвиги в голове Джона должны начаться до того, как мы прибудем на Цитадель. Николаус, делай что хочешь, но твой племянник должен начать думать головой, а не Уставом и безусловными рефлексами, вбитыми в него в армии и академии N7. Считай, это твоё основное задание. Первостепенное. От меня любая посильная помощь. Я тоже заинтересована в том, чтобы у него включился мозг.
 - У него включится мозг. - мягко произнес Николаус, вставая. - Благодарю за понимание.
 Я развела руками и улыбнулась. Нико покинул каюту, оставив после себя приятное послевкусие начала новой авантюры, на которую мы оба подписались.
 Перелет обещает быть очень... любопытным. Восемь суток в пути, если не произойдет каких-то непредвиденных случайностей, могущих задержать нас по дороге. Для обычного обывателя - мизерный срок, обычная неделя, время, которое мало кто способен потом вспомнить, но для нас это будет крайне занимательное время. Работа с Джоном и Джейн. Кира и ее брат в виде мелкого дракончика. Рамиро с тем же дракончиком. Аэте и его работа с Дэргом и Диланом. Карин со своими вопросами. Джефф и его лечение. И все это надо завершить до нашего прибытия на Цитадель, потому что там начнутся новые проблемы.
 Почесав голову, я потянулась. Пойду, заем стресс, что ли... Аэте уже вернулся на камбуз к Себастьяну, и у них наверняка есть что-то вкусное, чем они с удовольствием поделятся со мной.
 
 * * *
 
 - Лидер Айкарра, пришли первые данные.
 Взгляд синих глаз перетек с огромного обзорного экрана на рослого мужчину, голова чуть склонилась в молчаливом вопросе.
 - Мы нашли Флот.
 - Продолжай.
 Изображение на экране сменилось, показывая карту галактики, испещренную цветными линиями.
 - Основной Флот в полной комплектации, материнские корабли уцелели, флагман восстановлен. - после короткой паузы добавил: - Находится в режиме ожидания.
 Лидер развернулась, поворачиваясь спиной к экрану.
 - Как давно?
 - После постройки, "Дхар" ни разу не был затребован и не выводился из режима ожидания. Мы вышли на связь с его Разумом, он подтвердил данные и передал пакет информации для вас от Командующего.
 Удивление отчетливо проявилось на прелестном лице.
 - Когда был сформирован пакет?
 - Недавно.
 Айкарра чуть заметно улыбнулась.
 - Он уже переродился.
 Вопросом фраза не являлась, но мужчина счел за нужное уточнить:
 - Да. Имя подтвердил, права не заявлял.
 - Кто сейчас выполняет обязанности Командующего?
 - Его саарлей. Идари. - ответил он. - Флот не ведет войн, в постоянном присутствии Командующего нет необходимости.
 - Резонно. - женщина качнула головой. - Если Флот не ведет войн, значит, раса-привязка выбрана.
 Асур согласно кивнул.
 - По словам Разума, Командующий также имеет привязку.
 Синие глаза удивленно расширились.
 - Обрел до того, как пробудилась память.
 - В это могу поверить. - лидер покачала головой. - Но почему он не разорвал импринтинг после пробуждения памяти? Мы, а"тарэ, можем отказаться от привязки даже после формирования импринтинга. Почему он сохранил?
 Мужчина развел руками. Этого он не знал.
 - Узнайте об этом виде всё, что возможно. Историю, культуру, данные о физиологии и биологии. Всё! - мелодичный голос зазвенел сталью. - Жду сводку о политической и социальной ситуации в подконтрольном привязке кластере. И еще одно, Арэса. На связь с Флотом не выходить, пока я не получу всю информацию. "Дхар" не сообщит о нашем контакте никому, кроме своего хозяина, пока наши действия не идут вразрез с его приказами.
 Асур усмехнулся и кивнул. Чувство юмора флагмана и его владельца он прекрасно помнил, как и извращенное понимание Командующего того, что пойдет на пользу его народу.
 - Узнайте, где он сейчас и чем занят. Но не увлекайтесь.
 - Я помню. - Арэса качнул головой. - Айкарра...
 Женщина вопросительно приподняла бровь.
 - Он опять решил дать возможность обрести привязку без его контроля. Зачем?
 - Такова воля Создателя. Ты знаешь причины, по которым протокол обретения вида-симбионта считается основным, и почему я позволяю ему идти на такие эксперименты. - синие глаза похолодели. - Даже неудачи идут нам на пользу.
 - Это я понимаю. Но он опять самоустранился, добровольно уйдя на очередное перерождение. Мог бы выжить, но остался в гибнущей системе. Почему?
 - Слишком придирчив, чтобы позволить другим обрести неподходящую по его мнению привязку. Он хотел дать шанс. Он его дал. Шанс был использован. - Айкарра качнула головой. - Если он не оборвал импринтинг и ничего не сделал, вероятно, чем-то ему выбранный вид угодил. Я хочу понять чем до того, как мы встретимся.
 Асур проглотил вопросы, склонил голову, признавая допущенную ошибку.
 - Проследи, чтобы при необходимости допросов, они были проведены в мягкой форме. Мы получили достаточно информации для составления первичной модели поведения.
 - Прослежу.
 Разговор прервался. Мужчина быстрым шагом покинул зал. Лидер вновь перевела взгляд на огромный экран и мерно вращающуюся карту галактики.
 - Посмотрим, кого ты позволил выбрать.
 
 * * *
 
 У солдата не должно быть свободного времени. Этот тезис соблюдался в ВКС Альянса Систем безукоризненно. Бойцы всегда чем-то заняты. Это так же привычно, как просыпаться по подъему, автоматически выполнять вбитые до состояния рефлексов действия, не нагружая мозг лишними размышлениями о том, как надо себя вести в той или иной бытовой ситуации. Так было практически всю сознательную жизнь, пока его не перевели на борт фрегата ВКС Альянса Систем "Нормандия SR-1" под командование вроде бы коллеги - лейтенант-коммандера Имрир Шепард, получившей статус Спектра Совета по каким-то малопонятным политическим мотивам.
 Реальность быстро показала, насколько он ошибался. И продолжает ошибаться раз за разом, словно идя по накатанной колее... вниз. Ошибся в оценке нового командира. Ошибся в оценке ее бойцов. Ошибся в понимании сути оперативника Спецкорпуса. Много было ошибок. Фатальных ошибок, которых он не должен, не имел права допускать.
 Зашипела открывающаяся дверь, отвлекая от невеселых мыслей. Джон глянул на вошедшего. Николаус. Бодр, на лице - легкая довольная улыбка. Дядя что-то узнал.
 Дядя...
 До сих пор мозги запинаются на этом простом факте. Не потому что он не верит: родство подтвердил генетический анализ, за который ему до сих пор было... стыдно и неловко. Потому что...
 - Джон!
 Мысли разбежались, очищая голову от ненужного груза сомнений.
 - Надо поговорить.
 Невысказанное "наедине" упало камнем. Кристиан вздохнул, встал, подхватил куртку и покинул каюту. Вслед за ним ушел Раймонд, бросив косой взгляд на аналитика. Подскочившего снайпера остановила короткая фраза:
 - Вивьен, останься.
 Парень молча сел обратно на койку. Нико подошел к стулу, выдвинул его и уселся верхом, сложив руки на спинку. Джон молчал, ожидая начала разговора, Вивьен и так обычно сидит тихо. Пауза затягивалась, но когда молчание начало давить на нервы, Нико задал неожиданный вопрос:
 - Джон, ты знал, что Вивьен был несовершеннолетним, когда ты его в отряд забрал?
 От такого начала коммандер оторопел.
 - Как, несовершеннолетним?!
 - Семнадцать лет. - невозмутимо ответил Нико. - Неполных. Двадцать ему было только по документам.
 Джон открыл было рот, чтобы что-то сказать, но слов не нашел. Озвученный возраст многое поставил на места и пояснил некоторые странности нелюдимого парня, но поднял еще больше вопросов, главными из которых были краткие "Как?" и "Зачем?". И сколько было парню, когда он только попал в учебный центр, из которого его забрал Джон, соблазнившись на отличные характеристики и редкий набор талантов неконфликтного и беспроблемного бойца.
 - А как же его врачебная практика? - прожевав новость, спросил он чуть севшим голосом.
 - Присмотром куратора как студент престижного ВУЗа. Он за год экстерном закончил первые три курса медицинского университета, подделав документы. - Нико улыбнулся. - Это был крайне продуктивный год. Все время, свободное от университета, Вив проводил в клинике и активно работал.
 - Почему тогда бросил?
 - Доброжелатели помогли. - Нико пожал плечами. - Заведомо безнадежный случай, неверный диагноз. Пациент погиб на операционном столе. Обвинили во врачебной ошибке, плюс всплыл настоящий возраст. Было начато разбирательство. Пришлось вмешаться.
 Последняя фраза подтвердила догадки о давнем знакомстве Вивьена и Николауса.
 - Как вы познакомились? И когда?
 - Чуть больше семи лет назад. - ответил Николаус. - После разборок местного криминалитета Вивьен остался несовершеннолетним сиротой. Чтобы избежать навязанного опекуна, я помог ему подменить информацию в базах данных и подделать документы. Родни у него не осталось, знакомых, которые могли бы указать на его возраст и испортить жизнь, тоже... не осталось. - циничная, жесткая усмешка и холодный, колкий взгляд четко дал понять, почему у парня не осталось ненужных знакомств.
 Вивьен сцепил пальцы в замок, крепко стиснул. И молчал, избегая встречаться взглядом с командиром.
 - Его семью ты... убрал? - хмуро спросил Джон.
 Нико ответил честно:
 - Я.
 Коммандер перевел взгляд на парня, но Вивьен упорно смотрел на свои руки и молчал.
 - Джон, прежде чем делать выводы, вспомни, что не каждая семья достойна так называться. - сухо произнес Нико. - У Вивьена были причины ненавидеть отца и мачеху. Достаточные, чтобы четырнадцатилетний талантливый подросток решился на найм киллера и проявил... изобретательность в поиске нужного контакта.
 Мужчина глянул на молчаливого подопечного, вздохнул и продолжил говорить:
 - С Вивом у меня был личный контракт бартерного типа: я решаю его проблемы и защищаю в будущем, а он, после окончания обучения в хорошем медицинском ВУЗе, помогает мне решать проблемы со здоровьем. Условия сделки устраивали нас обоих: у парня не было ни кредита, а мне был нужен личный врач.
 - Но...
 - Но потом я узнал, что у меня, оказывается, есть живой племянник, - перебил Джона Николаус, - а у Вивьена примерно в то же время произошла неприятная история, поставившая крест на его обучении и карьере хирурга. Я решил и эту проблему, Вивьен подписал контракт на армейскую службу и смог покинуть Землю. Добиться перевода в нужное подразделение - несложно, если знать, что надо делать и к кому обращаться.
 Циничные жесткие слова дяди вновь перевернули вроде бы привычную картину мира, заставляя по-другому взглянуть на прошлое. А он еще тогда радовался, что умудрился получить в отряд превосходного хирурга и отличного снайпера в одном лице...
 - Ты учил стрелять? - глухо спросил Джон.
 Николаус кивнул.
 - У него хороший глазомер и точная рука. Снайпера в твоем отряде не было.
 - Все продумал...
 - Если бы я не продумывал ВСЁ, я бы не дожил до нашей встречи. И Вив тоже. - Нико пожал плечами. - Ты чем-то недоволен?
 Джон хотел было сказать, чем он недоволен, но, открыв было рот, внезапно понял, что ему не на что злиться и нет причин для недовольства. Он получил в отряд двух верных людей, которые его НЕ предадут и не подставят, если он сам не разрушит отношения, только-только начавшие по-настоящему устанавливаться. Получил по желанию и холодному расчету его родственника, провернувшего совершенно незаконную аферу, чтобы получить желаемое: возможность быть рядом и защищать ЕГО. Глупо отказываться от такого дара. Еще глупее вставать в позу обиженного и оскорбленного.
 - У меня нет причин для недовольства. - с неожиданной даже для себя легкостью ответил Джон. - Я рад, что ты начал самостоятельно выдавать информацию. Полностью, а не как обычно - цедить по крупицам.
 Николаус улыбнулся.
 - Знал бы ты, как это раздражало!
 - Я знал.
 Джон выпрямился, хмуро глянул на дядю.
 - И все равно делал?
 - Это заставляло тебя искать подвох и думать, хотя меня это тоже раздражало. Сам факт необходимости подобных действий. - в голосе промелькнула язвительная ирония. - Кстати о думать. Что ты решил?
 Ответил коммандер без колебаний:
 - Я согласен.
 Утренний разговор был неприятным и больно бил по самолюбию, зато Николаус был болезненно-честным, вывалив на племянника много неприглядного и обидного. Под конец длинного монолога дядя сделал ему предложение, от которого он не смог отказаться: он предложил поддержку и помощь, беспристрастно оценив его, Джона, шансы на выживание вне привычного армейского быта с тем багажом знаний и навыков, которыми он сейчас располагает.
 - Прекрасно. Рад, что я в тебе не ошибся.
 - Я не настолько безнадежный...
 - ...дурак с Уставом вместо мозгов? - ехидно уточнил Нико, ухмыляясь.
 Джон стиснул зубы, проглатывая рвущиеся наружу слова. Сейчас дядя сознательно бьет по больному, проверяет его. Оценивает реакцию.
 - Устав вместо мозгов... - он качнул головой, потер правый висок, простреливший острой иголкой боли. - Точное выражение...
 В уголке глаза опять мелко задергало в спазме веко, вынуждая прищуривать глаза. Как всегда, стоит перепсиховать.
 Николаус нахмурился.
 - Имплантат?
 Коммандер кивнул.
 - Мне повезло: побочных эффектов практически нет. - тихо ответил он, привычно расслабляясь. - Голова не болит. Только во время таких спазмов.
 Этому пришлось научиться. Расслаблять мимические мышцы. Помогало. Немного. Снимало спазмы, дергающие правый глаз в мелком, практически незаметном тике. Сейчас лицо держать не перед кем, потому он позволил себе закрыть глаза и накрыть правый ладонью, прогревая сводимые спазмами мышцы.
 - И как часто?
 - Зависит от эмоциональной и физической нагрузки. - он дернул плечом.
 - Спазмы задевают мышцы глаз. - тихо произнес Вивьен, поднимая взгляд. - Николаус, со временем это может привести к потере зрения, если спазм задевает цилиарную мышцу и проходит регулярно.
 - А он задевает?
 - Надо проверять. Визуально дергает веко, может цеплять. - парень перевел взгляд на командира. - Что говорили военные медики?
 Джон приоткрыл левый глаз, покосился на дядю, на подчиненного и глухо ответил:
 - Ничего конкретного. Дали комплекс упражнений для расслабления мышц глаза и снятия спазм, но от них мало толку: в бою не до того, а потом уже бесполезно.
 Почему-то рассказывать, что именно этот спазм поставил крест на его карьере снайпера и военного пилота... не хотелось. L2 удалить не получится - начнутся нарушения в работе нервной системы, привыкшей к постоянному воздействию, а заменить... Организм, приспособившийся к нестабильному и опасному имплантату первой условно-удачной модели мог среагировать на замену непредсказуемо. Его предупреждали о таком риске.
 Дядя, словно читая его мысли, задал больной вопрос:
 - Менять собираешься?
 - Военное ведомство квоту не одобрит: у меня имплантат прижился без побочных эффектов, мешающих военной службе. В частной клинике замена L2 на любую более старшую модель слишком дорого стоит и велик риск, что новый имплантат не приживется или даст неожиданные последствия. Гарантий никто не дает, только шансы на успешную операцию. - глухо ответил Джон, вновь закрывая глаз. - У меня мелочи по сравнению с другими... случаями. В бою не мешает, если привыкнуть.
 Николаус промолчал, хмуро глядя на племянника. По сравнению с другими у него нет побочных эффектов. Ни у него, ни у Джейн Шепард. Мелкие следствия проблемного имплантата вроде мышечных спазмов или повышенной вспыльчивости и эмоциональности меркнут с другими случаями, когда L2 доводил носителя до сумасшествия или распада нервной ткани. Даже у Кайдена Аленко его сильнейшие мигрени считались допустимыми для этого класса биотических имплантатов.
 - У нас будет время на Цитадели. Зайдем в клинику, проверим реальное состояние твоего здоровья. - сухо произнес Нико, подводя черту под неприятной частью разговора.
 Спорить Джон не стал, но наивных надежд на какой-то положительный результат от посещения клиники не питал.
 - Сколько?
 - Месяц, может больше, пока Спектр будет отсутствовать. - мужчина перевернул стул, устроился удобнее, откинувшись на спинку. - Корабль планируют полностью перебрать и отремонтировать. Это требует времени.
 - Чем мы будет заняты?
 - Ничем.
 Коммандер открыл глаза и удивленно уставился на Нико.
 - Что?
 - Нас поселят в общежитии при Спецкорпусе, поставят на довольствие и оставят на Цитадели на все время ремонта корабля. - лениво ответил мужчина. - Времени будет очень много, и никто на него не будет покушаться. Как сказала Спектр - долгосрочный увал.
 На памяти Джона никто никогда не оставлял бойцов надолго без контроля старших по званию или не нагрузив какой-то работой. Долгосрочный увал - звучит слишком красиво, чтобы быть правдой.
 - И в чем подвох? - не скрывая скепсиса и подозрительности спросил он.
 - Нет никакого подвоха.
 - Ты сам говорил: всегда есть какой-то подвох, особенно, если выглядит слишком красиво. - коммандер поморщился.
 Нико покачал головой.
 - Не в этом случае. Спектр отвечала мне честно.
 - Но не всё говорит?
 - Не всё. - аналитик согласно кивнул. - ВСЁ - это было бы слишком много для моей психики. И так от узнанного начинает... трещать мир.
  Джон удивленно моргнул. Чтобы Николаус признал, что какая-то информация смогла пошатнуть его мир?
 - Не смотри так удивленно. Лучше подумай сам и вспомни недавние события. - Нико сел ровнее. - Тебе ничего странным не показалось?
 Странным ему казалось на этом корабле практически ВСЁ! Начиная от организации быта до способа командования. Но пиком странностей были события на Новерии.
 - Начни с самого начала. Как мне говорил один мой знакомый, выпиши события в столбик и прочитай что получилось. Или озвучь их, опуская эмоции. Факты, Джон. Они никогда не лгут. Перечисли их. Прошедшие события. Самые важные вехи.
 Голос дяди звенел от напряжения, от вкрадчивых интонаций по спине потянуло холодком. ТАК он никогда не говорил. И никогда не ставил акценты таким образом, вынуждая его самого самостоятельно разобрать семнадцать дней, прошедшие с момента первой встречи со Спектром Совета Имрир Шепард.
 Всего семнадцать полных суток, а его жизнь повернулась странным образом. Начиная с момента этого странного перевода...
 - Приказ о переводе. Никогда раньше не вызывали лично к адмиралу. - Джон дернул головой. - Его напутственные слова.
 - Много пафоса?
 Коммандер кивнул.
 - При разговоре присутствовал посол Удина и капитан Андерсон.
 - Допустим. Дальше.
 - Встреча со Спектром. Ее не поставили в известность о нашем прибытии. Она узнала постфактум. Так не делается.
 Вивьен сел удобнее, забравшись на койку с ногами. Парень помалкивал, но внимательно слушал и наблюдал за командиром.
 - Дальше.
 - Состояние корабля. - Джон покачал головой. - На словах капитана Андерсона "Нормандия" - лучший корабль ВКС Альянса систем, передовые разработки. Самый быстрый корабль. Оказалось, что это недоукомплектованный прототип, не прошедший полноценной обкатки.
 Нико согласно кивнул. Джон, видя одобрение и подтверждение правильности сказанного, продолжил говорить, вытаскивая из памяти все события, дергавшие своей неправильностью.
 - Имрир Шепард не проходила обучения, необходимого для командования кораблем. Ее не должны были назначать капитаном! Я общался с экипажем. Им даже документов на корабль вовремя не передали! - он резко выдохнул, голова тут же прострелила болью.
 - Не психуй, ты все верно говоришь. Имрир не умеет командовать космическим кораблем и отлично это знает.
 - Я это понял. Спектр нашла выход и передала командование Чарльзу Прессли.
 Нико вновь кивнул.
 - Лучший выбор в этой ситуации. Продолжай.
 - Не знаю, какая на самом деле задача у Спектров, но мне показалось, что капитан Андерсон и посол Удина были не совсем честны в своих... высказываниях. - осторожно произнес Шепард, с трудом подбирая слова.
 Назвать сказанное откровенной ложью он не мог: правда в словах посла и капитана была. Но как она была подана...
 - Об этом поговорим потом. Продолжай анализ.
 Джон коротко кивнул.
 - Я не могу ничего сказать про миссию на Х57: группы были разделены, но по оговоркам бойцов Джейн Шепард там что-то произошло.
 - Это пока не критично. Продолжай.
 Значит, что-то действительно произошло. Что-то важное, о чем ему как всегда не сказали. Но всё, что было меркнет перед недавней миссией...
 - Новерия. - глухо произнёс коммандер.
 - Новерия. Что там тебе показалось самым странным?
 Ответ был дан без колебаний и задержек:
 - Твое выживание. - и тут же, опомнившись, поспешно добавил: - Я рад, что Спектр смогла тебя спасти, но... Но КАК?!! Прости, Нико, но я видел твое ранение! Не первый год на службе, знаю, после чего не выживают, даже если до госпиталя довести! Ты не...
 Нико поднял руку, прерывая племянника на полуслове.
 - Я не выжил. Ты знаешь, когда Вивьен констатировал смерть.
 Джон коротко кивнул, бросив быстрый взгляд на молчаливого парня. Вив по привычке смотрел на руки и молчал.
 - Я не понимаю, что она сделала. Но я видел что видел: после ее работы от сквозного ранения не осталось следов. Тебе грудину разворотило! - он сглотнул, прижимая судорожно дергающееся веко пальцами. - Я не понимаю, как это возможно... не могу это объяснить! Нет ничего, что могло бы тебя спасти и полностью залечить ТАКИЕ повреждения! Николаус, я не дурак и не слепой идиот! Когда я вижу... невозможное, я...
 - Ща, успокойся! Так до приступа дойдешь. - Нико качнулся вперед, в едином стремительном движении подсаживаясь на корточки перед племянником и обхватывая его за голову ладонями. - Вив, дай успокоительное.
 Паренек встрепенулся, подскочил, метнулся к своему шкафчику и после короткой возни вернулся с небольшим блистером в руках.
 - Две таблетки. Разжевать. Медленно! - короткими рубленными фразами произнес он тихим голосом, выдавливая на руку Николаусу маленькие синие таблетки. - Подействует быстро.
 - Бери.
 Джон молча взял таблетки, сунул в рот. От травянистой горечи запершило во рту.
 - Это ведь не все?
 Коммандер покачал головой. Таблетки начали действовать почти сразу: спазмы ослаблялись, глаз дергало меньше.
 - Что еще тебе показалось странным?
 - Аэте.
 Еще один ответ без колебаний.
 - Я не понимаю, кто он. - сглотнув вязкую горькую слюну сипло произнес Джон.
 Николаус повернулся, глянул на Вивьена. Тот мгновение вопросительно поморгал, а потом, спохватившись, достал откуда-то бутыль с водой и передал через Нико командиру.
 - По возвращению на корабль я узнал что мог о рахни. Нико, человек не способен убить эту тварь в контактном бою. А Аэте убивал, вооруженный только мечом и пистолетами. Я разговаривал с бойцами Итана. Он рассказал про этих существ и собственный опыт боев с ними. Я видел куски хитина, выломанные из панцирей. - Джон отхлебнул воды, вынуждая себя успокоиться. - Я могу списать странности поведения на взросление на территории Иерархии, но как же его физическая сила? И почему он не мёрз?
 - Что думаешь? Как можно объяснить его странности?
 - Или он не человек, или генетически модифицирован. - глухо ответил коммандер. - Модификации такого масштаба возможны только на стадии эмбриона. Я узнавал когда-то. Но Аэте не меньше двадцати пяти лет.
 - Тридцать пять. - поправил Нико, чуть заметно улыбаясь.
 - Что?
 - Аэте тридцать пять лет. Я спрашивал у него возраст.
 Джон смотрел в глаза дяди, а тот улыбался, терпеливо ожидая, пока он переварит сказанное и сделает единственно-правильный вывод.
 - Он сказал, что родился на корабле Иерархии... - тихо произнес Шепард.
 Нико кивнул.
 - Но... Если ему тридцать пять лет...
 - Вывод ведь один?
 Коммандер кивнул, зажмурил глаза, глухо выматерился, вновь прикрывая глаз рукой. Вывод - один. Но сколько всего он поднимает...
 - Почему они это нам говорят?
 - Наверное, от нас чего-то ждут. - пожав плечами, ответил Николаус.
 - Наверное? - в голосе проявилось раздражение. - Ты же точно знаешь, что от нас хочет Спектр!
 - Знаю.
 Безмятежность в голосе дяди откровенно злила и раздражала.
 - Думай, Джон. Начни, наконец-то, думать своей головой без оглядки на Устав, на привычные тебе устои общества и прочее. - Нико наклонился, глядя в лицо племяннику. - Ты читал, что такое Спецкорпус и какими полномочиями наделены его оперативники?
 - Да.
 - И?
 Коммандер тихо спросил:
 - А что потом? Когда наша работа на Спектра закончится? - в голосе отчетливо проявилась горечь и какая-то безнадежность. - Я понимаю, что перевод на этот корабль - билет в один конец. Как только работа на Спецкорпус закончится, на нас повесят всё, что только смогут.
 - Почему ты решил, что эта работа когда-нибудь закончится? - вздернув бровь, спросил Николаус. - Если ты сам не дашь Спектру повода.
 Джон закрыл глаза, массируя вновь судорожно дергающее веко пальцами и стараясь хоть немного сгладить последствия постоянной нервотрепки.
 - У нее есть повод. - наконец, тихо произнес он. - Я облажался на Новерии.
 - Имрир считает иначе. Ты сделал то, что от тебя ждали.
 - Это еще хуже.
 - Просто поверь мне: если ты начнешь думать головой, от тебя не откажутся и не выставят из отряда. А если ты ПОЙМЕШЬ и сможешь принять правду без прикрас, тебе начнут доверять.
 - Ты - понял?
 - Я - понял. И это раскололо мой мир. - Нико встретил взгляд племянника. - Правда, Джон, никогда никому не нравится. В ложь и красивые иллюзии удобнее верить. Они приятны для осознания и понимания. Создают комфортный мирок, в котором не надо много думать.
 - Я хочу знать правду. - сухо произнес Джон.
 - Она тебе не понравится.
 - Я хочу знать, как Имрир Шепард смогла вернуть тебя к жизни. Я хочу знать, кто такой Аэте. Я хочу знать, что здесь происходит!
 Нико улыбался, глядя в потемневшие от гнева серые глаза племянника.
 - Тогда, почему бы тебе не сходить к самой Имрир и не задать ей эти вопросы?
 - А она ответит?
 - А ты попробуй спросить.
 Откладывать разговор Джон не стал. Резко, рывком встав, он покинул каюту, провожаемый пристальным, тяжелым взглядом улыбающегося родича. Но стоило ему выйти, как улыбка на лице Николауса испарилась.
 - А я пока пообщаюсь с сослуживцами...
 
 * * *
 
 Пиликанье зуммера на двери не то чтобы стало совсем уж неожиданностью, но я до последнего сомневалась, что Джону хватит наглости и запала прийти и действительно потребовать у меня ответов на свои вопросы. Но он все же пришел, подавив всплывшие сомнения и привычную, вколоченную до подкорки привычку не нарываться и не лезть с тупыми вопросами к старшим по званию.
 - Пропустить. - четко сказала я.
 ВИ команду распознал и выполнил: индикатор мигнул, дверь разделилась на три части и ушла в пазы, являя на мои глаза сумрачного и настороженного лейтенант-коммандера Джона Шепарда собственной взъерошенной и настороженной персоной.
 - Спектр... - начал было он, но я его перебила.
 - Заходи, Джон.
 Он зашел, остановившись между дверями и столом, за которым я сидела. Запал испарился, зато отчетливо зазвенело осознание сделанного и какое-то уныние. Странно... Чего это он? Вроде бы я достаточно доброжелательна.
 - Я слушаю.
 И тут бравый коммандер... банально завис, судорожно пытаясь подобрать слова, чтобы пояснить, зачем он приперся в мою каюту. Мучить его и заставлять внятно сформулировать в удобоваримой форме царящий в голове сумбур я не стала.
 - Присаживайся. - я указала на стул, стоящий напротив меня. - Я так полагаю, ты пришел поговорить. И узнать ответы на вопросы, накопившиеся у тебя за время нашей работы.
 - Да, Спектр. - коротко, по вбитой армейской привычке ответил он, подошел и осторожно присел за стол.
 Тихая радость, что ему не придется ломать мозг и вымучивать ответ, была настолько очевидна, что никакой менталистики не требовалось. Достаточно было на его выразительное лицо посмотреть.
 Он все равно по привычке чуть щурил глаза. И сейчас, когда его лицо было буквально в метре от меня, я наконец-то заметила этот мелкий-мелкий тик, чуть подергивающий нижнее веко у самого кончика правого глаза. С этим тоже надо будет разобраться. Но потом, как с Вермайра вернусь.
 - Джон. Во избежание недопонимания или еще каких-то сложностей, я хочу, чтобы ты кое-что понял и запомнил раз и навсегда.
 От такого начала бедолага, и без того находящийся на пике раздрая, еще больше всполошился и замер, настороженно ожидая продолжения. Ага, успев моментально понапридумывать себе кучу всякой ерунды.
 - У меня нет привычки наказывать за допущенные в работе ошибки. Их надо разбирать, находить причины, к ним приведшие, и исправлять, стараясь сгладить последствия. И не допускать в будущем.
 Джон молчал и слушал меня очень внимательно, пытаясь понять, что я имею в виду и хочу, чтобы он понял. Он ХОЧЕТ понять, что в моих глазах многое прощает.
 - Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Ты согласен, с этим утверждением?
 - Да, Спектр.
 - Достаточно простого "да". Мы не в армии находимся, Джон. Отвыкай уже. - я не сдержала улыбки, глядя, как проступает растерянность на его лице. - Я не нуждаюсь в постоянном напоминании о моем месте на иерархической лестнице. Я и так уверена в том, что ты будешь соблюдать субординацию и выполнять мои приказы без лишней формальной мишуры.
 Дав ему время пережевать сказанное, продолжила:
 - Мне не нужен на борту солдат, действующий строго по Уставу и опасающийся выйти за пределы жестко установленных рамок. Знаю твою авантюрность, живой ум и способность к нестандартному решению поставленных задач, я верю, что ты в будущем порадуешь меня и дашь возможность оценить ВСЕ свои таланты, которые столь недопустимы в армии. Ты понимаешь, о чем я говорю?
 Он кивнул и тихо ответил:
 - Да.
 - Прекрасно. Полагаю, в первую очередь нам стоит разобрать вопрос о твоих действиях на Новерии и закрыть эту тему.
 Он снова кивнул, но эмоциональный план резко просел.
 - Ты не допустил ошибки. Я рассчитывала именно на такие твои действия, исходя из твоего морального и психического состояния на тот момент.
 Джон заморгал, растерянно и удивленно глядя мне в глаза.
 - Да, я надеялась, что ты пойдешь на поводу своего чувства правильности и сунешься в закрытую лабораторию. Это позволило закрыть вопрос с наемниками "Цербера", получить нужные мне данные и без лишних хлопот вывезти королеву рахни. Я сознательно оставила с вами самого сильного своего бойца. Аэте тоже выполнил свою работу: он не позволил наемникам зайти вас в спину и убить вас.
 Картинка в голове у коммандера со скрипом сложилась, пусть и некрасиво, но непротиворечиво поясняя смысл произошедшего. В то, что командование часто играет своих подчиненных втемную, он привык, хотя это его... обижало. Сильно.
 - Если бы я этого не сделал? - глухо спросил он.
 - Тогда мне пришлось бы идти более сложным путем и все равно провоцировать наемников на атаку. - я пожала плечами. - У нас не было времени на притирку и срабатывание, пришлось использовать тебя без предупреждения. Если мы сейчас найдем общий язык и правильно поймем друг друга, в будущем я никогда не буду использовать тебя втемную. Я знаю: ты этого не любишь.
 Что на это сказать Джон не нашелся, а потому ограничился коротким кивком.
 Наблюдать за ним - приятно. Действительно светлый ум, зажатый в тисках условностей и жестко ограниченных рамок. Если он начнет мне доверять и сам, осознанно, отдаст свою верность, это будет победой. А потому будем работать.
 - Скажу честно: ваш перевод был неожиданностью. Но отказываться от такого подарка от командования ВКС Альянса Систем я не стала. Хотят отдать мне два отряда высококлассных бойцов - прекрасно, я приду этот безвозмездный дар.
 - Дар? - уточнил Джон.
 Оп-па, сам начал задавать вопросы. Прогресс на лицо.
 - Джон. Хочу, чтобы ты понимал ситуацию без иллюзий. - ирония и веселье из моего голоса испарились. - Нас всех принесли в жертву политике. И меня, и тебя, и Джейн с ее отрядом. Экипаж... тут как им повезет. Но вы - в первую очередь. Случись что со мной, и на вас повесят всё, что найдут. Как минимум - трибунал, если мы все будем выполнять свою работу так, как положено. А если не будем - нам все равно грозит трибунал, только за то, что облажались. Сам это понимаешь.
 Он кивнул.
 - Но зачем?
 - Я - прецедент. Первый Спектр от людей. Это огромный бонус для политиков. Но я лично им мешаю. Я - неудобный Спектр, которого выбрал Найлус Крайк. Пока у них есть иллюзии о моей подконтрольности и лояльности, будет относительно тихо и спокойно, но как только я выйду за означенные рамки, всё. На меня навесят все ярлыки, какие смогут, начиная от предателя.
 - Но почему?
 - Это политика. Это выгодно. - я пожала плечами. - Люди, желая получить своего Спектра, так и не поняли, что такое оперативник Специального Корпуса Тактической Разведки. И до сих пор не хотят осознать, что как только я получила статус Спектра Совета, я автоматически вышла из-под их юрисдикции и подчиняюсь только и исключительно Совету Цитадели, который является надгосударственным правительством. Люди не входят в состав Совета и потому не имеют никакого влияния на меня. Зато они надеются, что благодаря моим действиям, они получат шанс пролезть в Совет.
 - Это не так?
 - Нет конечно. Ты не дурак, Джон, сам знаешь, КАКОЕ у нас правительство и ЧТО они могут натворить.
 Он молчал. Патриотизм боролся со здравым смыслом, мучительно раздергивая его веру в родной вид холодной логикой и фактами.
 - Если не сбежишь с моего корабля, ты еще насмотришься на изнанку родного государства. - я покачала головой. - Например, ты узнаешь правду об истинных причинах начала Скиллианского Блица.
 Джон вскинул голову, пристально глядя мне в глаза.
 - Что?
 - Потом я расскажу тебе правду. Не только о Скиллианском Блице. Если не уйдешь, ты увидишь свою родную расу и любимое государство без прикрас. Я не буду рассказывать сказки. Я покажу тебе только подтвержденные фактами истории. Например, то, как Альянс Систем и "Цербер" продают людей на убой целыми колониями.
 Ментал звенел от оторопи и нарастающего гнева. Выразительное лицо сидящего напротив молодого мужчины медленно вытягивалось в изумлении, в понимании правдивости сказанного. Он НЕ ХОТЕЛ верить в мои слова, но они были достаточно отвратительными, чтобы быть правдой.
 - Я хочу это увидеть.
 - Ты НЕ ХОЧЕШЬ всего этого видеть и знать.
 По щекам заходили желваки.
 - Я хочу ЗНАТЬ.
 Я развела руками.
 - Все зависит от тебя и твоего выбора. Или ты остаешься в привычном и удобной мирке, веря в сказки и иллюзии, или я покажу тебе настоящий мир, пусть и уродливый, зато честный. Я покажу тебе всю глубину падения людей. Их пороки, творимую мерзость, черствость и глупость, жестокость, равнодушие и алчность. Все разнообразие пороков. Не только людей. Другие виды тоже хороши. Ты увидишь рабские рынки. Ты увидишь нелегальные лаборатории. Ты много чего увидишь неприглядного, что расколет твой мир на части.
 Джон молчал и внимательно слушал. Моменты раздрая прошли. Сейчас я видела перед собой прирожденного бойца. Как бы ни звучало - паладина в его лучшей ипостаси, готового сражаться со вселенской несправедливостью, ничего не требуя взамен лично для себя. Более того, готового без колебаний пожертвовать собой ради других.
 - Не все люди - моральные уроды. Об этом надо помнить, погружаясь в этот кошмар. Есть те, ради кого стоит бороться, и кого надо спасать. Украшение нашего вида. И наша задача, Джон, сделать так, чтобы эти люди выжили и смогли в будущем вытащить наш вид из той бездны, в которую он катится. Иначе нас истребят. Как истребили протеан и всех их предшественников.
 - Кто?!!
 Я откинулась на спинку кресла, взяла стоящую на столе кружку с уже остывшим эргом и отхлебнула вкусный фруктовый напиток.
 - Тебе капитан Андерсон показывал записи с Иден Прайм?
 - Да.
 - Корабль видел? Огромный, похожий на кальмара.
 - Да.
 Еще бы он его не видел!
 Сейчас действия посла и капитана надо обернуть против них. Это несложно, но выхлоп в будущем будет...
 - Это - Властелин. Существо, возрастом в миллиард лет, если я правильно поняла полученную информацию. Именно такие как он уничтожили протеан. Я это видела в маяке, который был на Иден Прайм. И да, Сарен тоже приходил к этому маяку за информацией, хотя он лучше чем кто бы то ни было знает, что такое Властелин, потому как именно из-за действий капитана Андерсона, тогда еще лейтенанта, он вышел на след древнего разумного корабля, откликающегося на имя Властелин. И с тех пор пытается выполнить требования этого существа и оттянуть начала конца. Заметь, ему это удается на протяжении восемнадцати лет.
 - Капитан говорил иное. - глухо произнес Джон.
 - Еще бы. У него к Сарену давняя неприязнь: он ему карьеру сломал. Не могу сказать, что сам Сарен - душка. Он та еще сволочь и действительно ненавидит людей. - я хмыкнула. - Могу его понять. Он с семнадцати лет работает Спектром и насмотрелся всякой мерзости.
 - С семнадцати? - оторопело уточнил Джон.
 - В семнадцать лет он уже был действующим Спектром Совета. Он был на Шанси во время того инцидента, прилетел к брату, который искал на планете разбившийся транспортник Иерархии. Корабль был найден, но из-за действий наемников-людей, работающих на генерала Уильямса, Десолас погиб.
 - Простите, генерала Уильямса? - уточнил Джон.
 - Да, все верно. Это дед Эшли Уильямс. Не могу сказать, что он действительно знатно напортачил. Скорее всего, на него навесили всех собак и тоже принесли в жертву политике. На Шанси тоже много странностей было, но они пока несущественны.
 - Вы поэтому ее взяли на борт?
 Я покачала головой.
 - Нет. Встреча с Эшли на Иден Прайм была чистой случайностью. Она молодец. Смогла выжить там, где погибли остальные: в зоне зачистки. Еще один талантливый и верный человек, загубленный предрассудками, стереотипами и социумом, в котором ей не повезло родиться.
 Джон удивленно заморгал.
 - Если посмотреть беспристрастно, Эшли Уильямс - талантливая молодая женщина, потомственный военный, наделенный всеми чертами, необходимыми для развития действительно хорошего воина. Слово, утратившее свое истинное значение в нашем социуме. Полагаю, ты понимаешь его истинный смысл?
 О да, Джон этот смысл понимал как никто иной! Взросление в военной среде, одиночество в отрыве от обычных сверстников, избирательный подбор литературы сделали свое дело, сформировав очень интересную личность.
 - Если за нее взяться, Эш еще не единожды нас всех приятно удивит. Но это будет колоссальный труд.
 - И вы за него возьметесь?
 - Если бы я не собиралась взяться за этот труд, я бы высадила Эшли Уильямс на Цитадели еще в первый наш туда прилет. - я пожала плечами. - Альянсу Систем она не нужна. Единственная ее родня - ее две сестры, которых Эшли обожает. У нее не осталось друзей. Карьеры в ВКС она не сделает из-за клейма, висящего на ее семье. Она - отказник. Как и Джейн Шепард, которая тоже никому не нужна. На этом корабле вообще много отказников и изгоев. Джефф Моро "Джокер", который не попал под трибунал из-за угона "Нормандии" только из-за заступничества турианского генерала Инвектуса. - глянув на оторопевшего Джона, добавила: - Да, тебе не послышалось. Пилот с врожденной инвалидностью из-за несовершенного остеогенеза умудрился угнать охраняемый прототип на Арктуре, безупречно пролететь все тестовые полосы, уворачиваясь от выстрелов вылетевших за ним истребителей, а после - вернуться без единой царапины на борту его обожаемого корабля.
 Выражение лица Джона было неописуемо!
 - Чем провинился Чарльз Прессли - не знаю. Он отличный офицер и давно достоин кресла капитана корабля, но... - я развела руками. - Экипаж на корабль набирал капитан Андерсон лично, так что я не могу сказать причины его выбора. За то, что у нас на борту отличный медик и высококвалифицированная инженерная группа, надо благодарить адмирала Хакета. А вот то, что на корабле даже не было нужного количества дыхательных масок - это уже нам "помогло" родное командование. Про все проблемы корабля можешь узнать у экипажа или инженеров. Они тебе расскажут.
 - Я уже узнал.
 - И как? Понравилось?
 - Нет. - иронию Джон пропустил мимо ушей. - Я не понимаю, что тут происходит. Простите, Спектр, но это... - он запнулся.
 - Мы не нужны живыми. Если "Нормандия" погибнет, политики смогут поднять хай и потребовать назначения нового Спектра, удобного им. А еще они смогут потребовать с Иерархии компенсации, ведь корабль - это совместный проект.
 - А как же Найлус Крайк?
 - Он тоже неудобный. Друг и единственный ученик Сарена Артериуса. Легенда Спецкорпуса многим попортил жизнь. Найлус ненавидит азари, доставляет массу проблем юстициарам и матриархам. А еще он племянник советника Спаратуса, который тоже неудобный. И для людей, и для азари, и для саларианцев. Его предшественник был более мягким. Но отозвать советника может только правитель того государства, которое он представляет, а Федориана Спаратус очень устраивает на своем месте. - я снова отхлебнула эрг. - Если нас уничтожить, это удар и по Федориану, и по Спаратусу и по Главе СБЦ - Венари Паллину. Лиара никому не нужна. Ее смерть тоже может стать удобным поводом. Как же так, дочка могущественного матриарха, чей корабль сейчас летит с нами во флотской формации. Тали... Любимая дочь кварианского адмирала, одного из самых одиозных, но опять же, ее смерть куда удобнее. Гаррус. Головная боль всей Теневой Цитадели. Рекс - наемник, на него всем плевать, даже сородичам. Кого я еще забыла?
 - Аэте. - коротко выдохнул Джон.
 - О да, Аэтера... - я вздохнула. - Пожалуй, каких проблем поимеет Пространство Цитадели, если он погибнет, знают только его сородичи.
 Джон подобрался и осторожно спросил:
 - Спектр, я могу задать вопрос?
 - Разве не за этим ты пришел? Задать не дающие тебе покоя вопросы? - иронично спросила я, приподняв бровь.
 Он правильно понял мои слова: сглотнув, коммандер тихо спросил:
 - Аэте Дхар - человек?
 Какой хороший вопрос!
 - Если ты сформулировал вопрос таким образом, значит, уже понял, что нет. Аэтера - не человек и никогда им не был.
 Джон это предполагал. Он нашел все нужные факты, но они так тяжко складывались в единую картину... и так тяжело было сформулировать простой вывод.
 - Тогда кто он?
 - Представитель одного древнего вида, подобного людям, который когда-то правил Землей. - флегматично ответила я. - Они даже в мифах остались как вечно воюющие демоны с силой звезд в руках. - видя непонимание, припечатала: - Асуры. Если не знаешь мифологии, поговори с Рамиро. Он в курсе и хорошо знает земную мифологию. И вообще он очень образованный.
 Пусть топает и достает мафиози. Пора им уже начать общаться. Раскол в десантной группе мне не нужен. А если увидит дракончика, то будет вообще замечательно. Джон не только паладин-парагон до мозга костей, он еще и романтик, а дракон... Дракон - это не просто символ, не только мифическая крылатая зверюга... Пожалуй, именно Джон поймет Рамиро лучше всех остальных.
 Вот пусть идет потом и понимает.
 - Что еще тебя интересует? Что ты хочешь узнать больше всего?
 Ответ был дан мгновенно и без сомнений:
 - Как вы спасли Николауса? Он был мертв! С такой раной - не выживают, даже если немедленно доставить в госпи...
 Подняла руку, прерывая Джона на полуслове.
 - Я поняла, что ты хочешь узнать. Умеешь выбирать правильные вопросы, ответ на которые потребуют рассказать если не всё, то почти всё. - я покачала головой. - Это очень длинный будет разговор. Нам лететь еще долго. Тебе пока есть что обдумать.
 Джон нахмурился.
 - Это лучше один раз показать. Слова... Это всего лишь слова. Согласен?
 - Согласен.
 Знал бы он, на что согласился и как это по нему даст...
 - Надрежь ладонь.
 Джон не сказал ни слова. Молча достал нож и полоснул по ладони. Без сомнений и колебаний, с каким-то странным сосущим чувством. Словно сиганул с обрыва в пропасть, запрещая себе думать, что будет, когда он долетит до дна.
 Знал бы он, что у этой пропасти нет дна...
 Светлые лечащие заклинания мне даются тяжело, сильно просаживают энергорезерв, но они самые зрелищные и красивые. Когда мои пальцы окутало золотой свечение, Джон едва слышно изумленно выдохнул. Он сам не мог понять, чего он ждал, но когда он увидел... С пальцев потекли тонкие жгутики энергии, вокруг его ладони развернулся сияющий конструкт. Красивый. Концентрические круги, четкие линии, меленькие рунные глифы... Магия как она есть в своей самой привлекательной и понятной форме.
 Какими глазами Джон смотрел, как затягивается рана, не передадут никакие слова. Завороженно. Затаив дыхание и замерев, словно боялся спугнуть чудо. В этот момент он был настоящим, без масок и привычного за долгие годы шаблонного поведения. Не пытался держать лицо и соответствовать каким-то придуманным образам. Романтик до глубины души, все еще не потерявший веру в чудо, в чужую порядочность и честь. Верящий, что он может изменить этот мир и кого-то спасти...
 Я могу подарить ему шанс сделать свои мечты реальностью. Он сможет спасти много жизней. Он сможет заглянуть за горизонт и увидеть всю бесконечность вселенной. Сможет встретиться с невообразимо древними и мудрыми существами и с чудовищными врагами. Он сможет встретить тех, для кого слова "честь", "порядочность", "долг" и "справедливость" не просто слова, а образ жизни. Он сможет бороться с несправедливостью и жестокостью, получая результат, а не просто тратя силы впустую. Он сможет побороть систему... с нашей помощью.
 Это - его мечты. И они отлично сочетаются с моими задачами.
 Нико сделал невозможное: подобрал слова так, чтобы в голове у его племянника сработала сложная ассоциативная цепочка, вынудившая коммандера, привыкшего всю жизнь умалчивать о своих сомнениях и опасных мыслях, прийти за правдой. Прийти и буквально потребовать у меня эту правду.
  Отчаянный шаг.
  Мало кто готов поставить всё на один разговор без точной уверенности, что разговор будет. Подспудно Джон опасался, что я его разверну и отправлю обратно. Полагаю, после такого "отлупа" он бы сам написал просьбу о переводе и сошел бы с корабля. Но меня не устраивает такая перспектива, навязчиво крутившаяся в его светлой, хоть и забитой ерундой голове.
  Мне он нужен. Здравомыслящий, адекватный, уверенный в себе и собственных возможностях. Он порядочный, честный до потери здравого смысла, прямолинейный, ему хорошо знакомо понятие долга. Он способен на самопожертвование ради других. Он готов положить жизнь ради чужого счастья и благополучия. Талантливый и умный молодой мужчина, только развивался как попало. Неправильно ограненный алмаз, практически испорчен кривыми руками. Но всё поправимо. Можно огранить заново, стесав результаты чужого воздействия.
  Этот разговор был первой, но самой значимой вехой в нашем будущем сотрудничестве. Джон пришел на пике эмоционального раздрая, готовый узнать ответы на сложные вопросы и готовясь услышать нечто невозможное. Нико молодец, сумел морально подготовить племянника. Джон услышал то, что хотел: честные ответы, каждый из которых крошил его мировоззрение и понимание миропорядка, но пояснял то, что не давало покоя.
 Джон относится к тому типу людей, которым важно знать правду, какой бы она ни была. Таких как коммандер Шепард глубоко обижает ложь и недомолвки, попытки играть его втемную или использовать для своих целей с помощью обмана и мошенничества, но он готов положить жизнь ради других, если это будет ПРАВИЛЬНО. У него острое понимание справедливости и правильности, и этим он может оправдать что угодно. Мне было несложно объяснить, что спасти миллиарды жизней - правильно. Да, цена будет велика, путь - недостойный, но кто-то должен делать грязную работу и брать на себя ответственность. Это он отлично понимает. Работа оперативников любой спецслужбы не может не быть грязной, кровавой и во многом аморальной. Он не боится замараться в этой грязи, если это спасет жизни миллиардов разумных. Не только людей. Главное - правильно объяснить. Честно. Правдиво. Но - правильно, ведь одну и ту же информацию можно подавать с разными акцентами.
  Нечестно? Несомненно. Но выбранный мною способ донесения информации наименее травматичен для его психики. Пусть лучше знает правду, чем сам себе придумает какую-то гадость и потом в нее поверит. Проще сразу поделиться тайной, чем потом разубеждать в придуманных им же достоверных и выглядящих реалистично объяснениях. А молчать он умеет. И доверие ценит куда лучше других.
  Первая и самая сложная веха пройдена: я наладила контакт с Джоном Шепардом. Я смогла получить его доверие: это удивительно несложно. Он сходу отвечает доверием на доверие и готов поверить любому, кто к нему хорошо отнесется или скажет правильные слова.
  С этим надо будет что-то делать! Такая доверчивость и вера на слово до добра не доведут, а умельцы красиво объяснять всегда найдутся. Но это дело будущего. Пока Джон получил достаточно информации, чтобы начать думать. Много времени переварить сказанное ему не понадобится, и вскоре он придет снова. Как только его природное любопытство выйдет из летаргического сна. А потом я надавлю на его авантюрность и рискованность, поманю новой сказкой. Никакой лжи или даже тени обмана. Чистая правда.
  Самое страшное оружие, если им пользоваться с умом.
 
 
 
 
 

Глава 61: Нежданный поворот


 
 
 Дни до выхода из перегона пролетели единым пластом бесконечных разговоров. Если поначалу ко мне ходили по очереди Рамиро и Николаус, изредка - Джон, когда у него накапливались вопросы и проходило осмысление предыдущей информации, то вечером, в последние сутки перегона Нико перехватил меня с Аэ на выходе из столовой и выдал замечательную фразу:
 - Спектр, Аэте, могли бы вы уделить нам время?
 На такой сакраментальный вопрос асур пожал плечами и кивнул, а я ответила:
 - Я всегда могу уделить время, если оно у меня есть.
 Нико посчитал мой ответ положительным и вежливо пригласил следовать за ним... в каюту отряда Джейн, где уже вторые сутки заседали бойцы за обсуждением скользких вопросов.
 - "Неужели они, наконец, дошли до здравой мысли поговорить со мной всем вместе, а не ходить по одному и задавать те же вопросы в разной формулировке?" - сбросила я ленивую мысль в ментальную сеть.
 Найлус на это лишь фыркнул, занятый написанием за нас всех отчетов для Спецкорпуса. Помогающий ему Гаррус отвлекся на мгновение от работы и отстраненно добавил:
 - "Пока самые интересные вопросы задавал Джон."
 Как ни странно, но действительно, самые интересные вопросы, поднимающие много любопытных фактов о тех же асурах или о моей сущности, задал именно Джон Шепард. Притом, вопросы были простые, очевидные и в чем-то, возможно, могущие показаться наивными и глупыми. Ответить нормально в наш недавний разговор мы не смогли по причине отсутствия времени, но обещали дать ответы во время следующего разговора. Почему бы не сейчас? Если, конечно, Джона пригласят на намечающиеся занятные посиделки.
 Когда мы вошли в каюту, я даже несколько расстроилась, не обнаружив в числе присутствующих бравого коммандера, но он пришел буквально через пару минут с мокрой головой и в окружении отчетливого убийственно-знакомого запаха ядреного хвойного мыла, закупленного на корабль какой-то сволочью еще при оснащении "Нормандии" на Арктуре.
 - Извините, задержался. - коротко произнес он собравшимся, заметил меня, спохватился. - Спектр...
 - Ты вовремя. - сказала сидящая на столе Джейн.
 Коммандер просочился мимо меня и присел на край койки к Нико и Вивьену.
 - Спектр. - Джейн выдвинула из-за стола стул. - Аэте... Где найдешь место.
 Каюты на "Нормандии" такие же крохотные, как и всё остальное, и места для собравшихся едва хватало.
 - Я постою. - асур улыбнулся и привалился спиной к стене.
 - Полагаю, вы наконец-то дозрели до идеи поговорить со мной лично, а не трясти на ответы Нико и Рамиро? - усмехнувшись, спросила я, присаживаясь на стул и откидываясь на жесткую спинку.
 Джейн хмыкнула.
 - Их не особо-то потрясешь - жмутся на нормальные ответы и требуют их от нас.
 - Правильно делают. - тем же тоном ответила я. - Самостоятельно полученные ответы доходят до мозга, а не пролетают его транзитом. В отличии от подсказанных.
 Глянув на тихо сидящих Кристиана и Раймонда, добавила:
 - Несказанно рада видеть в этой каюте оба отряда в ПОЛНОМ составе.
 Нико улыбнулся. Довольной, но нехорошей улыбкой. Вчерашний день он посвятил общению с сослуживцами. Общение было неприятным, во многом - болезненным и неприглядным, но продуктивным.
 - Так о чем вы хотели со мной поговорить? - в лоб спросила я.
 Джейн подобралась. Поговорить они хотели о многом: вопросы толклись в голове сумбурным облаком, но никак не выстраивались в логический ряд. Хотелось узнать обо всем и сразу, но первый вопрос самый важный, он задает начало беседы. И задал его Джон:
 - О ваших планах на нас, Спектр.
 Молодец. Хороший вопрос.
 - Планы на вас зависят от вас самих. - пожав плечами ответила я. - Это не вопрос доверия, это вопрос понимания. Если сможете понять суть моих действий правильно - мы сработаемся. Нет... - я развела руками. - На нет и вопросов нет.
 О, занервничали. Впервые я ставлю им в лоб условия сотрудничества.
 - А как - правильно? - уточнила Джейн, подобравшись.
 - В отрыве от привычной вам морали и мировоззрения, а так же от интересов собственного вида и, особенно, государства. - тем же доброжелательным тоном произнесла я. - Одно и то же действие с одинаковым полученным результатом может быть понято превратно или истолковано с разными выводами и, в итоге, с разным отношением к тому, кто это действие произвел.
 Осмотрев лица бойцов, спросила:
 - Пример нужен?
 Виктор кивнул.
 - Рассмотрим миссию на Х57. Все ее помнят, что там было тоже помните.
 Бойцы закивали. Кто-то с уверенностью, кто-то - со скепсисом и сомнением в глазах.
 - Для одних разумных та миссия - благородный поступок, для других - выполнение долга, а в глазах некоторых - чуть ли не предательство вида.
 Дав возможность всем присутствующим переварить мои слова, продолжила говорить:
 - Для жителей планеты мои действия - благородный поступок. С точки зрения Спектра Совета я поступила не только правильно, но и в соответствии с уставом Корпуса: я сохранила мир в галактике. Но с точки зрения военного Альянса Систем я пошла против интересов государства. Подобная "вилка" есть всегда. Иногда заинтересованных сторон много, но выбор принесет пользу только одной из них. Как же тогда выбирать? Чьи интересы стоит учитывать в первую очередь?
 Я вопросительно приподняла бровь, обвела взглядом бойцов.
 - Кого? Людей или Альянс Систем? Пространство Цитадели или интересы одного из его видов? Чью сторону принимать?
 - Считается, что вы как человек обязаны принимать сторону людей. - тихо произнесла Джейн.
 Обязана... Какое красивое слово, выдаваемое автоматически, не задумываясь о его причинах и подоплеке, вложенной социумом. Хуже только "должна".
 - А если сторона людей противоположна интересам Альянса Систем? - вкрадчиво спросила я. - Что если для спасения людей как биологического вида мне придется уничтожить Альянс Систем? Или даже Землю со всеми ее обитателями? Какой выбор будет правильным? Убить одиннадцать с половиной миллиардов на одной планете, чтобы миллионы на других планетах жили и получили шанс создать новую цивилизацию? Или сохранить верность государству и виду, не запятнать свою честь предательством, но погубить всех?
 Люди молчали.
 - Чем выше ставки, тем скольже и тоньше грань, на которой приходится балансировать и тем непригляднее решения, которые приходится принимать. - я хмыкнула, откинулась на спинку стула. - Сможете это понять не только разумом, но и сердцем, и мы будем работать вместе. Не сможете - мы разойдемся.
 Я сделала небольшую паузу, вновь давая возможность подчиненным переварить сказанное, а потом хлопнула ладонями по коленям и бодро сказала:
 - На этом пафосную часть о великих делах можно закончить. Надеюсь, вы поняли, что я хотела вам сказать. На подумать у вас время до прибытия на Цитадель. Этого достаточно, а пока можно перейти к самому интересному. К вашим вопросам ко мне и Аэтере.
 Бойцы растерянно переглянулись.
 - Или у вас нет вопросов?
 О, ирония подействовала. Зашевелились, переглядываются. Вопросов у них стало еще больше, но, как и в начале разговора, не знают, с чего начать, а Рамиро с Нико вопросительные взгляды игнорируют.
 Может, взбодрить их? Коммандер меня последние дни радует. Посмотрим, порадует ли он меня сейчас.
 - Джон.
 Бедолага вздрогнул, поднял на меня взгляд.
 - Спектр?
 - Пока сослуживцы медленно и мучительно жуют мысли, может, ты сам хочешь о чем-то спросить?
 Некрасиво так делать, зато какие у всех сразу стали лица! Растерянно-удивленные и раздосадованные. Джон же задал вопрос без лишних колебаний и сомнений, уместив его в одно имя:
 - Аэте.
 Асур широко улыбнулся, склонил голову набок и спросил:
 - Да?
 - Мне сказали, что ты не человек. Почему тогда ты так похож на человека и почему вы можете с людьми... - Джон запнулся на простом слове "скрещиваться". - Шансы на такое совпадение при эволюции... Это же нереально!
 Какой умница! Это, наверное, талант такой: задать самый скользкий и неудобный вопрос, который закончит наш разговор как только мы на него ответим.
 - "Хорошие он вопросы задает, не правда ли?" - лениво бросила я мысль по общей связи. - "Вроде бы такие глупые..."
 Беззастенчиво подслушивающий Найлус лишь фыркнул, отозвавшись забавной ассоциацией на такие "глупые" вопросы, после которых всплывает куда больше полезной информации, чем от вроде бы правильных и продуманных.
 Асур усмехнулся, качнул головой.
 - Да, ты прав. Два разных биологических вида не дают общего потомства, если эта особенность не является базисом одного из видов, что встречается крайне редко. Даже азари вопреки распространенному заблуждению не дают общего потомства ни с одним видом.
 Щедро плеснуло изумление, окрашенное недоумением и настороженностью.
 - А как же их браки и дети-полукровки?
 - Азари не скрещиваются с другими видами на биологическим уровне и не рожают смесков, что бы они не врали вам или себе.
 Ступор и непонимание были настолько отчетливы, что асур добавил, разжевывая информацию, очевидную для любого существа, знакомого с банальной биологией и генетикой хотя бы на базовом уровне:
 - Не бывает азари-полукровок. У азари рождаются только азари. Им не нужен секс для зачатия: это общеизвестная информация. Достаточно ментального контакта, который они называют "Объятие Вечности", во время которого считывается инграмма вида партнера. Нет процесса спаривания и приема биологического и генетического материала второго родителя для получения потомства, в котором этот материал смешиваются. С точки зрения генетики и биологии, все азари чистокровные, но в процессе развития эмбрион получает выбранные родителем черты характера вида-партнера. - пояснил Аэте. - Азари - паразитический вид, потому как они ничего не дают виду, который используют для пополнения собственной популяции и со временем доведут его до вымирания или деградации.
 - А... - Джон покосился на Рамиро.
 - Тебе интересно, является ли Рамиро полноценным полукровкой?
 Коммандер смущенно кивнул.
 - Да, Рамиро - полукровка. Потомок асуров и людей. Мы можем скрещиваться и давать жизнеспособное потомство с активным или рецессивным геномом асуров.
 - Но... - Джон неопределенно качнул рукой, оборвав фразу в самом начале, но после короткой заминки продолжил: - ты же сказал, что два разных вида не дают потомства...
 - Да, все верно. Но мы, асуры, не являемся естественноразвившимся самостоятельным биологическим видом. - Аэте криво улыбнулся. - Мы боевые химеры, созданные когда-то давно на Терре на основе людей. Способность скрещиваться с нулевым видом была заложена в нас изначально еще на этапе проектирования. - улыбка превратилась в усмешку. - Задолго до начала той письменной истории, которая сохранилась в вашей памяти.
 В наступившей могильной тишине удивительно-громко прозвучали растерянные слова Джейн:
 - Боевые химеры?
 Аэтера пожал плечами и кивнул.
 - То есть ты хочешь сказать, что все асуры - это искусственно созданные убийцы? - подозрительно сощурившись, уточнил Виктор.
 - Да. Технически - живое разумное оружие.
 - Все, на сто процентов? - еще подозрительнее спросил Молот.
 - Да. - с голосе асура промелькнуло удивление. - А что?
 Искреннее недоумение лишь усугубило и усилило подозрительность.
 - А кто вас кормит?
 - Сами.
 Ответ солдата не убедил.
 - Но вы же убийцы.
 - Да.
 - И вы сделаны чтобы убивать.
 - Да.
 - А кто работает в полях? Кто выращивает жратву, кто делает оружие, корабли, вещи и так далее? Вы что ли? - гулкий бас Виктора сочился скепсисом.
 Ну не мог поверил рослый мужчина, что эти красавчики сами трудятся на полях и грубо говоря окучивают картошку.
 Аэте удивленно заморгал, а потом рассмеялся. Искренне и заливисто, словно сказанное было для него невероятно забавно.
 - Виктор, мы же технически развитый вид! - отсмеявшись, произнес он. - Мы были подняты в космос Создателем, принесшим с собой нужные для старта технологии. Он же заложил базис нашего социума и лично воспитал первых из нас - а"тарэ.
 - И что?
 - Всё производство автоматизировано. За работой наблюдает Разум - искусственный интеллект. Свой Разум есть на каждом нашем крупном корабле. В том числе и на кораблях-фермах. У нас нет надобности лично работать в поле. Мы достаточно развиты, чтобы решить проблемы пропитания и обеспечения себя всем необходимым, и мы достаточно практичны, чтобы не вводить в собственном социуме то, что нам не нужно: экономику и денежную систему.
 Лица бойцов были непередаваемы!
 - У вас нет денег? - как-то странно спросила Джейн.
 - А зачем они нам? - Аэте по-птичьи склонил голову набок. - Мы владеем самой богатой сокровищницей вселенной - космосом. У нас достаточно знаний, чтобы построить автоматизированные добывающие комплексы и промышленные платформы, не требующие огромного штата рабочих. Если нам что-то надо, мы это делаем.
 - Что если кто-то не хочет работать вместе со всеми?
 - Почему кто-то из нас может не захотеть работать? - иронично спросил Аэте. - Чем нам занимать всё свободное время, свободное от войн и обучения? Допустим, первые годы жизни уходят на обучение и тренировки, но после, когда пройден базисный курс, каждый выбирает, чем он будет занимать своё время. Мы очень долгоживущий вид, нам несвойственна лень, тяга к безделью и сибаритству. Это быстро надоедает. Скука - лучший стимул для самосовершенствования и занятия себя работой. Любой. Нам нравится что-то делать, учиться чему-то новому, получать результат и похвалу от того же Разума родного корабля. Когда надоедает один вид деятельности, мы переключаемся на что-то иное, а вся монотонная работа, не требующая приложения таланта, выполняется автоматическими системами кораблей.
 - Утопия какая-то... - проворчал Руне.
 - Для людей - да.
 Голос Аэте изменился, окрасился едва уловимым оттенком... отторжения.
 - Вы неспособны так жить. В вашей среде всегда найдется кто-то, кого это будет не устраивать. Кто-то, чья жадность, жажда власти или зависть толкнет его на попытку переделать общество под себя и свои мелочные желания. Многим из вас не свойственна жажда познания, желание работать над собой и тратить множество усилий, чтобы чего-то добиться. Слишком многие из нулевого вида хотят всё получить, но ничего для этого не делать. Вы склонны погружаться в ленность и расхолаживать рассудок, теряя признаки разумного существа.
 Асур поморщился.
 - Мы когда-то пытались создать для вас идеальное общество. Даже создали его, породив народ суров: полукровок, воспитанных родителями из нулевого вида без нашего вмешательства... - вкрадчивая мягкость на доли мгновения окрасилась горечью и обидой, смешанной с разочарованием и затаенным гневом. - Но вы боитесь всего, что от вас отличается и выходит за границы вашего довольно узкого мирка. А всё, чего вы боитесь, вы пытаетесь уничтожить, находя оправдания своей агрессии в религиозных догмах, в идеологии или в каких-то странных теориях и непонятно откуда возникших табу. Вы так истово боретесь за свою мнимую свободу, что отбираете ее не только у всех остальных, но и у самих себя, заковывая в цепи морали, законов, ограничений и запретов. И потом с остервенением защищаете свои цепи и порожденный ими убогий мирок.
 Асур качнул головой.
 - Иногда мне кажется, что без внешнего давления люди не способны на развитие и самосовершенствование. Редкие достойные исключения лишь оттеняют неприглядность общей массы.
 - Неужели мы настолько отвратительны? - ворчливо и с каким-то глубинным вызовом буркнула Джейн, неприязненно глядя на древнего беловолосого монстра.
 Аэте пожал плечами и легко ответил:
 - Посмотри на ваше государство и социум, и скажи, что в нем привлекательного. Представь, что наши корабли внезапно всплыли на орбите материнской планеты после долгого отсутствия. Что мы увидим? Назови хоть одну причину, которая могла бы удержать нас от желания стереть вашу цивилизацию с лица родной планеты.
 Ни одной реально достойной причины в голове у Карамельки не всплыло: она сама не любила людей и родимое государство, но воспитание и привычная с детства мораль вставали дыбом от слов асура.
 - Чужая жизнь для вас не имеет ценности? - глухо спросила она.
 - Чтобы эта жизнь обрела ценность, сам по себе человек должен обладать ценностью в наших глазах.
 - А чтобы узнать, есть ли в человеке ценность, надо сперва его узнать. - едко заметила Джейн. - Как вы можете судить о ценности жизни, если вы не будете пытаться узнать людей?
 Аэте чуть заметно улыбнулся, но взгляд сохранял безмятежность.
 - Когда принимается решение об уничтожении цивилизации, нет надобности заниматься отсевом. Это второй шанс для вида в общем. Если уничтожается вид целиком, то оставлять в живых отдельных представителей... - асур качнул головой. - Те, кто способны вычеркнуть из памяти весь свой вид - огромная редкость, встретить которую можно лишь по случаю. За крайне редким исключением, этот разумный - изгой в среде своих и абсолютный одиночка-социофоб, не имеющий личных привязанностей. Удастся такого найти - хорошо, но мы не занимается целенаправленным поиском таких личностей. Это бессмысленно. Если кто-то из нас находит такого - мы его забираем на корабли. Если нет... Такие разумные погибают, когда планета проходит терраформацию, при которой восстанавливается биосфера и стирается память о жившем на ее поверхности условно-разумном виде.
 - Ты так говоришь, словно сам участвовал в таких геноцидах.
 Аэтера лишь улыбнулся. Кривоватой улыбкой, от которой Джейн едва заметно вздрогнула, а Джон нахмурился.
 - Тебе же всего тридцать пять лет. - сказал коммандер.
 - Да, я родился тридцать пять лет назад, это верно.
 - Но? - подозрительно уточнил Раймонд, впервые подавший голос за все время беседы.
 - Таких как я мы называем "а"тарэ".
 Сказал и замолк, скользя изучающим взглядом по лицам людей. Мгновения тишины. У кого-то эта пауза вызвала недоумение, а кто-то... Рамиро лишь глубоко, судорожно втянул воздух, оторопело глядя в ироничные фиолетовые глаза. Николаус выпрямился и замер, словно одеревенел, а Диего... Диего растерянно произнес, озвучивая вслух мятущиеся мысли:
 - Первородный?
 Аэтера улыбнулся, Джон удивленно заморгал, Виктор и Руне уставились на молодого сослуживца, а тот, словно оправдываясь, выпалил:
 - Ну он же говорил, что их создатель воспитал а"тарэ лично! "Первых из нас"...
 Взгляды скрестились на привалившемся спиной к двери асуре.
 - Да, ты все верно сказал. - асур качнул головой. - А"тарэ способны сохранять память после смерти: наше создатель прекрасно знал механизм перерождения душ и зациклил его в пределах вида. Я же прямо говорил вам: "По своему опыту могу сказать, что взросление на корабле ничем не хуже взросления на планете". По СВОЕМУ опыту! А такой опыт можно получить только пройдя цикл взросления и на планете, и на корабле. Дважды родившись. Не моя вина, что слушая ответ, вы не слышали, что именно было вам сказано, пропустив информацию мимо ушей.
 В каюте вновь воцарилась тишина. Гулкая, тягучая, в которой, казалось, был слышен скрип и хруст с натугой переваривающих сказанное мозгов. Для людей слова асура оказались... слишком уж экзотичными. В том мысленном сумбуре, что царил в их головах, было мало понимания, а те, кто смог все же понять... Образ беловолосого парня вновь обсыпался, собираясь в неприглядную, но правдивую картинку древнего монстра.
 - Джон, ты узнал что хотел? - довольно громко спросила я, когда пауза слишком уж затянулась.
 Коммандер вздрогнул, сперва кивнул, а потом задал еще один замечательный вопрос:
 - Кто принимает решение об уничтожении цивилизации или вида?
 - Командующий флота. - даже не скрывая иронии ответил Аэтера.
 - На основании чего?
 - Данных разведки и выводов лидера разведподразделения. - тем же мягким и доброжелательным тоном отозвался белобрысый монстр. - Если возникают сомнения, в принятии решения участвует Разум флагмана.
 - У вас ИИ участвует в вынесении приговора разумным видам? - тихо спросила Джейн.
 - Разумным видам мы приговор не выносим.
 Эта фраза словно поставила точку в их разговоре, на мгновение приоткрыв очень... страшную картину. Аэте и его неизвестный создатель, оставивший асурам очень точные критерии оценки биологического вида, правы. Не каждый мыслящий вид достоин называться разумным, какими бы развитыми технологиями они ни пользовались.
 - А я бы хотел на это посмотреть! - внезапно выдал Виктор, с хрустом разминая пальцы.
 Аэте моргнул.
 - На что?
 - На ваше возвращение на Землю. - охотно ответил мужчина.
 - Молот, у тебя же семья на планете. - голос Руне был едва слышен.
 Мощный боец помрачнел.
 - Моя семья еле концы с концами сводит. Живут на то, что мне удается им перевести да на мизерный оклад воспитательницы ясельной группы. Городишко у нас мелкий, хиреющий, много там не платят, а работу хрен найдешь. Жена слабая здоровьем, с планеты улететь не сможет. Ей даже в атмосферный транспорт нельзя. Младшая дочка почти слепая - по наследству от матери передалось да акушеры криворукие добавили. Денег на лечение нет. Сын еще может выкрутиться, если не сопьется от такой жизни или не сядет, а у дочи будущего нет. Хорошо если кто нормальный замуж возьмет, но у нас в поселке такие уроды... - мужчина запнулся, покачал головой. - Я малую даже с планеты не могу вывести. Первый же скачек, и дочка останется полностью слепой. Это если сердце не откажет.
 Виктор рвано выдохнул, дернул головой.
 - Я люблю свою семью, Аэте. Но я хочу увидеть ваше возвращение на Землю.
 Аэтера поднял на него взгляд. Какое-то время они молча смотрели друг другу в глаза, а потом асур тихо произнес:
 - Увидишь.
 Это не было обещанием. Простая констатация факта о принятом решении. Закономерном решении, которое было ожидаемо и естественно.
 Даже не знаю, проблема это или нет, но нет ничего, что могло бы остановить Аэтеру, если он решит, что нулевой вид вновь заигрался и разрушает их родной мир. Пожалуй, на его решение может повлиять Сарен, если захочет. И я. Но я не захочу, и Аэ это отлично знает. Мне как перерожденцу выгодно, если асуры вмешаются в историю и радикально ее изменят. А лично мне просто будет приятно, если Альянс Систем уничтожат. Я отчетливо осознаю, сколько прольется крови, но... Жнецы перебьют куда больше, а если я не сделаю что должна, погибнут вообще все.
 Циничная ирония Найлуса долетела настолько отчетливо и ярко, что я не сдержала улыбки.
 - "Тебе нужны оправдания?" - тихий родной голос, окрашенный привычным вибрирующими нотками и холодком осознанной жестокости.
 - "Нет... но это мило, когда такие оправдания находятся." - лениво ответила я, скользя взглядом по притихшим подчиненным. - "Люди так превозносят на словах ценность чужой жизни, что даже как-то иронично, насколько безжалостно они эти жизни губят и превращают чужие судьбы в бесконечный беспросветный кошмар. Я хотя бы могу честно признать: мне безразлична жизнь тех, кто не входит в мой близкий круг, но при возможности я помогу. А они... имея возможность, ничего не делают и не дают ничего сделать тем, кто хочет и готов помогать другим."
 - "Такие люди опасны."
 - "Бесспорно. Идеалисты всегда опасны. Если нужен реальный результат, а не красивые дела, ни на что в общем не влияющие, помогать другим можно позволять только хладнокровному до жестокости существу, лишенному иллюзий и жалости."
 - "Его назовут монстром." - донеслась мысль Гарруса.
 - "Для тех, кто попадет под его руку, он станет монстром, ведь он сломает их устоявшийся мирок." - мысленно фыркнув, добавила: - "Неблагодарное это дело - менять мир, даже если изменения пойдут на пользу виду и вознесут его на вершину могущества. В лучшем случае оценят потомки, но как показывает практика - никто не оценит, никто не будет благодарен, зато обвинят во всем, что только смогут придумать и пришить."
 - "Какое хорошее у тебя мнение о сородичах." - флегматично произнес Найлус, но циничная ирония плескала в каждом слове.
 - "У меня был богатый, но неприятный жизненный опыт." - я непроизвольно качнула головой. - "Могла бы грешить на людей в общем и конкретно - земной цивилизации, если бы я перерождалась только в миры, порожденные их фантазией, но это не так. Были и другие. Не отражения, не воплощенные реальности. Обычные миры, населенные не только людьми. Знаешь, то, что происходит в реальности, никакая фантазия сытого обывателя не придумает. У них не хватит ни воображения, ни знаний о том, что такое вообще возможно сделать."
 Некоторые жизни вспоминать не хотелось. Как страшный сон. Кошмар, после которого просыпаешься в липком поту с трясущимися руками. Местным повезло: их история не настолько страшная, как некоторые сказки, в которых мне не повезло побывать. Их просто всех убьют, если события пойдут своим чередом.
 Ладно, пора заканчивать этот разговор. Тем более, слова Аэте подвели под ним незримую, но жирную черту.
 - Джон, ты получил от Аэте ответы на свои вопросы?
 Коммандер коротко кивнул.
 - Да, Спектр. Я узнал, что хотел.
 Как ни занятно, но он действительно узнал, что хотел. И даже больше, чем надеялся, а теперь ему надо время на подумать. Его врожденная честность и порядочность вошли в конфликт с воспитанием: он понимал резоны асуров и, если быть честным, во многом соглашался с Аэте, но природная доброта и вколоченные социумом принципы человеколюбия скрипели и возмущались, но сдавались под гнетом логики. Николаус сделал невозможное и заставил-таки племянника думать головой, а не вестись на поводу у столь эфемерных и сомнительных понятий как "честь".
 - Еще у кого-то есть что спросить?
 Я обвела бойцов вопросительным взглядом, но люди один за другим качали головой. Рамиро сидел мрачный, Нико закипал под маской невозмутимого спокойствия, Джон - задумчив, а Джейн разочарована в беловолосом красавчике и злится. Самое то, чтобы удалиться и позволить им побулькать.
 - Тогда мы вас покидаем. - не удержавшись, добавила: - Полагаю, вам есть что обсудить.
 - Благодарю, Спектр. - подал голос Рамиро, поглаживая свернувшегося клубком на его животе дракончика. - Вы правы, нам есть что обсудить.
 Я встала, широко улыбнулась.
 - Если вдруг у кого возникнут вопросы, на которые будет очень нужен ответ - зовите.
 На этой ноте мы с Аэте покинули каюту под глумливый заливистый ментальный смех Найлуса, получившего массу удовольствия. Гаррус задумчиво молчал, больше озадаченный несостыковывающимися данными, чем реакцией бойцов.
 
 
 * * *
 
 - Ну что, на этот раз дошло?
 Сухой, сумрачный голос Рамиро словно прорвал плотину в натянутой тишине. Бойцы загалдели, Джейн пробило на короткую смачную ругань. Джон молчал, погрузившись в свои мысли. Николаус взирал на происходящее со спокойствием, пряча раздражение. Кристиан растерянно переглядывался с Аароном: для них многое оказалось откровением.
 - Да это хрень какая-то! - выдохнула под конец тирады Джейн.
 Рамиро пожал плечами, уже привычно закопался в натащенные по койкам подушки.
 - Чего ты бесишься? - флегматично спросил он, укутывая сладко зевнувшего дракончика краем форменной толстовки.
 - Чего я бешусь? - Джейн снова вспылила. - Ты вообще слышал, что он говорил?
 Итальянец кивнул.
 - Это вообще нормально?
 - Да.
 Короткий холодный ответ сбил накал. Джейн запнулась, сузила глаза.
 - Да?
 - Его слова логичны. - Рамиро поднял взгляд на командира. - Что тебе в них не нравится?
 - Это неправильно!
 - Что неправильного в его словах? - снова повторил вопрос мафиози.
 - Нельзя так относиться к другим!
 - Почему? - сильные смуглые пальцы бережно скользили по нежной детской чешуе, но глаза затапливал холод. - Я сам не вижу великой ценности в человеческих жизнях. Большинство недостойно того, чтобы их защищать. Некоторых я сам убил бы. Лично. Если бы мог и если бы мне разрешили.
 - Некоторых! А он говорил об убийстве всех без разбора!
 - И что?
 На такой простой флегматичный вопрос Джейн растерянно моргнула. Накатывающая волна негодования разбилась и схлынула, оставив какие-то глубинные обиду и разочарование. Красивый образ раскололся, открывая неприглядную и жуткую картинку.
 - Джейн, я говорил тебе, не связывайся с Аэтерой. Это монстр, которого ты не сможешь понять.
 - Что-то мне не хочется его понимать. - тихо буркнула под нос Джейн.
 Рамиро вновь пожал плечами.
 - Даже не знаю, хочу ли я сейчас начинать разбор того, что мы услышали. - тихий размеренный голос звучал очень громко и отчетливо в тишине. - Чем больше я думаю, тем страшнее мне становится. Не могу сказать, что меня пугает больше: грядущая Жатва и прибытие Жнецов, возвращение асуров на Землю или наша будущая работа на этом корабле под командованием Спектра Имрир Шепард. Ладно Жнецы: они лишь уничтожат нашу цивилизацию. Асуры... если повезет - просто всех убьют, но зная Имрир, она найдет слова, чтобы убедить Аэтеру не устраивать геноцид. - сделав короткую паузу, продолжил: - Пожалуй, страшнее всего для нас будет служба в отряде Имрир Шепард, особенно, если мы начнем ее понимать.
 - Почему? - спросил Джон, очнувшись от своих мыслей.
 - Она нас изменит. Необратимо. - тихо ответил Рамиро. - Мы окажемся на острие конфликта. В центре всех событий. Мы увидим эту историю от начала и до конца, но я не уверен, что готов к тому, что узнаю в процессе. Мой мир уже треснул, а ведь меня щадили, давали информацию дозированно и в мягкой форме. Мы еще толком ничего не видели, но изменения уже критичны. - темные глаза сощурились. - Ты, Джон, уже прочувствовал на себе. Сколько мы тут? Дней двадцать?
 - Двадцать один с момента прибытия на Цитадель. - автоматически ответил коммандер.
 - А изменения?
 Джон вздохнул, отвел взгляд, но ничего не сказал.
 - Это только начало. Что будет дальше? В какую Бездну мы заглянем и как далеко мы в нее упадем? - Рамиро качнул головой. - Не могу с уверенностью сказать, что готов к этому, но я не покину этот корабль. Даже если он завезет меня в Преисподнюю.
 - Почему? - тихо спросила Джейн.
 - Потому что я предпочитаю знать правду, а не прятать голову под крыло в надежде, что поднимающийся ураган меня не зацепит. - горечь отдалась в низком голосе. - Это больно, когда идут крахом последние иллюзии, но я не хочу идти на поводу лжи, какой бы красивой и удобной для моей психики она ни была. Если правда чудовищна - я хочу ее знать в чистом виде. Без лицемерия и красивых слов. Их было слишком много в моей жизни. Что не вспомни - везде есть ложь, утаивание, попытка юлить и оправдать свои действия идеологией или красивыми словами. Мне надоело, Джейн. Впервые в жизни я получил шанс узнать не просто правду, а истину.
 - И в чем разница между правдой и истиной? - ворчливо спросила Джейн, цепляясь за слова.
 - Правда у каждого своя. Истина показывает всю правду. Со всех сторон. Выводы делать приходится самостоятельно. - Рамиро криво, болезненно улыбнулся. - Мне впервые позволили принимать решения самому. Мне впервые дают прямые ответы на мои вопросы. Для меня это... важно.
 Рука скользнула по спинке дремлющего дракончика. Малыш завозился, чихнул, сонно похлопал глазками, повозился и устроился спать дальше на теплых и удобных коленях своего человека.
 - Джейн. Я не буду ничего тебе советовать. - тихо произнес аналитик. - Решение каждый должен принять самостоятельно: оставаться и участвовать в авантюрах Спектра как соратник или покинуть "Нормандию" и забыть все произошедшее как страшный сон. Я уверен, Имрир сможет добиться нормального перевода.
 - Но? - настороженно спросила коммандер.
 - Я останусь на этом корабле.
 Мужчина аккуратно подхватил сопящего дракончика, устроил в собственной форменной толстовке.
 - Я буду в трюме. Мне надо подумать, а вам - обсудить сказанное. Думайте и решайте сами. На этот раз я ничего не буду вам советовать: это ваши жизни.
 Рамиро ушел, унеся с собой свое сонное крылатое чудо. Парой минут спустя каюту покинул Николаус и Джон со своими бойцами. Им тоже есть что обсудить в своем узком кругу.
 
 * * *
 
 Я стояла у входа в рубку, наблюдала за работой Джеффа, готовящегося к выходу из перегона, и обдумывала результаты нашего вчерашнего разговора. Последствия откровений Аэтеры проявились мгновенно, хоть и были несколько... неожиданными. Если у Джона и его людей переосмысление сказанного прошло относительно мягко, хоть и привело к волне признаний разной степени неприглядности, то ранее сплоченный отряд Джейн отчетливо затрещал.
 Рамиро демонстративно отстранился от всех обсуждений и наотрез отказывался комментировать слова асура или отвечать на вопросы сослуживцев: любые его высказывания могли непроизвольно повлиять на выбор, а это именно то, чего мафиози не желал допускать. Каждое решение должно быть полностью осознанным и сделанным самостоятельно, без постороннего воздействия. Диего вообще затаился и в горячих спорах сослуживцев не участвовал. Я и раньше знала, что парень приставленному к нему отцом наставнику и защитнику доверял безгранично, но только сейчас поняла, насколько это доверие всеобъемлющее: у молодого итальянца даже тени сомнения не возникло, когда он после короткого размышления мысленно подписался под каждым словом своего бессменного спутника.
 Виктор... Откровенно получал удовольствие от происходящего, утопив на самое дно души застарелую боль и глухую обреченность. Что бы он ни говорил, но мужчина свою семью нежно и трепетно любил. Особенно - дочь. Его болезненное чахлое солнышко. Любое воспоминание об очаровательной хрупкой светловолосой девочке равно будило нежность, боль и бессильную ярость. Он помнил каждое слово в диагнозе, каждая страница в объемном медицинском деле отпечаталась в памяти. Несложно было вытащить эти образы, а доктор Чаквас разъяснила непонятные моменты. У этого ребенка нет будущего: она не сможет покинуть планету, прыжок через реле ее убьет, она не доживет даже до сорока лет, а роды, если каким-то чудом ей удастся забеременеть, - гарантированно смертельны. Это если организм выдержит саму беременность. Про сына мужчина старался вообще не думать: у парня при всем его здоровье шансы на нормальную жизнь испарились, как только их семья окончательно обнищала, а отец заработал судимость. Ничего удивительного, что Виктор хотел увидеть крах погубившей его семью системы. Искренне хотел, и с каждым часом обсуждений это желание крепло до железного осознанно принятого решения.
 Руне же в отличие от Молота чем дальше, тем больше поддерживал закипающую и заводящуюся все сильнее Джейн. Ее откровенно начало нести, но я не собиралась в этот процесс вмешиваться: он должен дойти до логического завершения естественным путем без нашего воздействия. Вариантов несколько, но я очень надеюсь, что Джейн перекипит и все же согласиться остаться на корабле и работать в отряде хотя бы из чистого упрямства. А там... Я не помню всех побочных миссий в игре, но даже то, что сохранилось кусками в Цитадели Памяти дает надежду, что Джейн... изменит свое мнение, когда реальность ударит уже по ней.
 Прописанная в каноне история коммандера Шепарда отразилась на моих тезках в полной мере и в полном соответствии с их психопрофилями, сформированными под воздействием придуманного сценаристами прошлого. Всё, как и было заявлено: Джейн - выжившая на Акузе сирота с Мендуара и Джон - выросший на флоте сын будущего адмирала Ханны Шепард. Со всеми чертами характера, мировоззрением и загонами, органично и естественно выросшими на этом базисе. Другое дело, что настоящие живые люди с такими наборами личностного базиса не переживут всю эту историю без вреда для собственной психики, но когда такие мелочи волновали сценаристов, прописывающих характеры героев?
 Насколько я помню по оригинальной канонной истории ни один из Шепардов не выживал ни при каком раскладе. Ни один. Ни при каком раскладе. Был, правда, какой-то блеклый образ, который подразумевал возможность выживания бравого коммандера, но та куча бетона или какого-то иного стройматериала, зашевелившаяся на ролике, должна была убить бедолагу надежнее пули. А если вспомнить ГДЕ проходили финальные кадры истории... На раздолбанной Цитадели, висящей на орбите Земли. На станции с отключенной системой жизнеобеспечения. Без шлема. В общем, бледная попытка в угоду фанатам дать шанс бедолаге выжить не выдерживает даже поверхностной критики.
 История, гарантированно убивающая своего героя. Дважды. Что поделать, если людям драма, трагизм и самопожертвование главного героя нравятся куда больше его счастливой жизни. Что бы ни говорили, как бы ни возмущались, но гибель Героя вызывает куда больше эмоций. Сценаристы это отлично знают... и активно пользуют. В конце концов, Герой нужен только пока он совершает Подвиг. А что с ним потом происходит... Да кого это волнует?
 Криво усмехнувшись, благо, никто этого не видел, я наблюдала за работой Джеффа. Наш не в меру любопытный пилот начал финальный отсчет перед выходом из перегона и его напряженный голос разносился по кораблю. Быть Героем, увенчанным посмертной славой, я не хочу и другим однофамильцам не позволю. Люди все равно не оценят их жертвы. Я хорошо помню, как на бедолагу-коммандера навесили всех собак и сделали виноватым во всем, что только можно. И как оставили нищим бомжем, отобрав и деньги, и честно выигранную квартиру. Ведь мертвым это все не надо, правда? А когда оказалось, что Герой выжил... ему ничего не вернули. Еще и обвинили в работе с Цербером. И без разницы, что он работал на благо государства и спасал всех живущих в Пространстве Цитадели.
 Ладно. Это все мои проблемы. Проект "Лазарь" - тоже моя головная боль. Джона и Джейн не затронет. Как пережить Алкею я знаю, как не дать себя препарировать - тоже. Планы на два года "смерти" у меня тоже есть. Но это все будет запущено в работу только после посещения Вермайра. Пока я не поговорю с Сареном лично и не узнаю, что там на самом деле между ним и Властелином, строить дальнейшие планы бессмысленно. Осталось не так долго: пять суток перелета на Цитадель, еще дня три-четыре на станции, пока не утрясу все дела, и можно вылетать на Вермайр.
 Отсчет дошел до логического завершения, корабль чуть заметно тряхануло, возвещая о нашем прибытии до места назначения. А потом от нашего пилота плеснуло удивлением и беспокойством, а по кораблю раскатился сигнал тревоги, разом стряхивая сонную леность.
 - Спектр. - негромко сказал он звенящим от напряжения голосом. - У станции разрядки идет бой!
 Надо же, приключения нашлись на нашу голову. А я-то надеялась на спокойный перелет.
 - Три корабля класса фрегат атакуют другой корабль. Крупный... Вооружен, но слабо... - голос удивленно прервался. - На наш запрос ответили! Это дипломатический корабль Поднебесной!
 Китайцы? Внезапно.
 - Вступайте в бой. Дипкорабль должен выжить.
 
 
 
 

Глава 62: Жирная политическая свинья


 
 
 Космический бой для наблюдателя, вопреки всем наивным убеждениям и иллюзиям людей, никогда не бывшим в космосе и не знающим его реалии, - совершенно незрелищное действо. Он динамичный, напряженный и так далее только для тех, кто в нем непосредственно участвует: для пилотов, артиллеристов и, иногда, для командира корабля. Почему иногда? Потому что вмешиваться в скоростной, фактически дуэльный бой мелкого корабля бессмысленно: пилот сам знает, как заходить на цель, как уклониться от выстрелов противника, а стрелки сами знают, как и куда им стрелять. Тем более бессмысленно, если командир корабля не знает даже основ теории пилотирования. Все команды отдаются или до начала непосредственного столкновения, или в краткие паузы маневров. Так любимое многими писателями озвучивание всех, буквально всех действий и маневров в реальности боя на небольшом корабле, управляемом одним пилотом - глупое и бесполезное сотрясание воздуха. Приказ всегда запаздывает, а худшее, что можно делать в бою - говорить под руку профессионалу в моменты напряженной работы.
 - Джефф, по возможности - стреножьте один из фрегатов на дальней траектории маневра. Экипаж должен выжить. - негромко сказала я.
 Пилот не ответил, но я знаю, что и он, и стоящие за орудиями Гаррус с Даниэлем меня услышали. Командовать, куда там им стрелять... Да я понятия не имею, куда они должны попасть, чтобы я получила в итоге живую, но неспособную передвигаться жертву! А мне нужен козел отпущения для раздувания политического скандала по прибытии на Цитадель. Позарез нужен! Иначе Удина и Ко не найдут себе более важного занятия чем моя скромная персона, и я с большой долей вероятности не смогу провернуть всё, что мне надо успеть сделать. А еще я не смогу по-тихому смотаться со станции.
 Нападавшие корабли условно опознаны: Корсары, если наш оператор системы дальнего обнаружения не ошибся. Да даже если ошибся: защита дипломатического корабля от атаки неизвестных - моя непосредственная работа, раз уж это произошло на нейтральных территориях.
 Корабль тряхануло от косого попадания, Джефф напряженно, коротко матюкнулся, пол качнуло и повело в резком маневре, фрегат тряхнуло еще раз, но иначе: заработали орудия. Примерно так для меня и проходит весь такой яркий и динамичный космический бой: потряхивает корабль, иногда - ведет немного пол, иногда идут резкие рывки, с которыми не справляется система компенсации ускорения. И... всё! На "Нормандии" нет иллюминаторов. А даже если они были бы... Контактный космический бой - это бой на огромных дистанциях в тысячи километров и на таких скоростях, что даже мои глаза метаморфа физически неспособны ни заметить чужой корабль, ни отследить его из-за движения на огромных скор6остях. И его, и нашей. Джефф полностью полагается на приборы и получаемую с сенсорного массива информацию, но для меня это просто стены сплошного потока данных, в которых я совершенно не разбираюсь. Никаких там не было красивых диаграмм, схемок с корабликами и системой типа наведения. НИЧЕГО! Непонятные непрофессионалу линии, переплетающиеся как змеи в норе, куча пометок, состоящих из аббревиатур и цифр, лишенные подписей постоянно меняющиеся графики - Джефф не нуждался в подсказках и вывел на экраны только голую информацию. Все остальное достраивал разум гениального пилота, воссоздавая в его голове крайне сложные многомерные схемы, по которым он и вел наш корабль. На чуйке, на таланте, на точных стремительных расчетах, на понимании сути происходящего, опираясь на сплошной поток цифр и лишенных для меня смысла показаниях.
 Вот это - настоящая магия! Чудо человеческого разума, способного работать за гранью понимания и возможностей.
 Для нас, наблюдателей и бездельников, бой продлился недолго: минут двадцать качки и трясучки, пока, наконец, холодный голос Гарруса не раздался по связи:
 - Цели поражены. Два корабля противника уничтожены, лидер звена - подбит.
 В рубку зашел Найлус: его присутствие при переговорах с китайцами необходимо.
 - Дипкорабль? - сухо спросила я.
 - Поврежден, не на ходу, обшивка и пробоинах, на борту есть живые. - быстро ответила миловидная девушка-оператор. - Есть аудио связь.
 - Выводите на связной узел в рубке.
 Щелкнула устанавливающая связь, тишину заполонили звуки с чужого корабля: надсадный вой сирены, едва слышные прорывающиеся сквозь вой стоны, отрывистые команды, звуки работающей дисковой пилы, треск сварки. Секундная возня, и в тишине нашей рубки раздались слова осторожного приветствия на незнакомом, но понятном мне языке:
 - Ни хао. Благодарим вас за помощь.
 Голос молодой, говорит с хрипом. Очень плохой показатель! Если ответил кто-то из экипажа, значит, ни посол, ни капитан корабля не может говорить, иначе ответил бы старший по статусу или званию.
 - "Найлус, твой выход. Мне они не поверят после нападения Корсаров." - кинула я ментальный сигнал стоящему рядом напарнику.
 - Ни хао. На связи Спектр Совета Найлус Крайк, Спектр Совета Имрир Шепард. - сухо произнес он. - Ка...
 Где-то на заднем плане отчетливо прозвучал взрыв, прерывая турианца на полуслове.
 - Готовьтесь к приему группы на борт. Под мою ответственность как действующего Спектра Совета Цитадели, вас эвакуируют на подконтрольные корабли для транспортировки на Цитадель. Совет ожидает прибытия посла.
 Сейчас репутация турианцев, Спецкорпуса и самого Найлуса играли нам на руку. Китайцы - подозрительный и недоверчивый народ, а уж после такого нападения, еще и со стороны человеческих кораблей... Вероятно, я бы их не убедила. От людей они бы ждали лжи, поскольку и сами не считают зазорным солгать ради успеха дела. Но турианцы не лгут. Это широко известно. Просто - не лгут! Уклончиво говорить могут. Но никогда не лгут прямо, а слова Найлуса не оставляли простора для двоякой трактовки.
 Не знаю, что больше подействовало: репутация Найлуса, Спецкорпуса или безвыходное положение и висящий на них долг, но мы получили согласие и разрешение подняться на дипломатический корабль от едва живого секретаря посла, чудом оставшегося в сознании после последнего залпа Корсаров по разваливающемуся кораблю.
 - Джефф, пришвартоваться сможешь?
 - У них весь шлюз разворочен! Только если присосаться к корпусу и вырезать обшивку.
 - Пойдет.
 Наша первоочередная задача - спасение выживших. Но оставлять добычу, беспомощно плавающую в тридцати двух тысячах километрах от дипломатического корабля, я не собиралась. Мне они тоже нужны.
 Включив внутреннюю связь, сказала:
 - Доктор Чаквас, готовьтесь. На борту много раненных. Десантная группа поступает в ваше распоряжение. Аэте, зайди в рубку.
 Мне нужны эти Корсары. Живыми и способными говорить. Аэтера справится. Я знаю, его мастерства и силы достаточно, чтобы навести порядок на чужом корабле и удержать над ним контроль до того момента, как мы закончим эвакуацию и будем готовы разобраться с трофеем.
 - Связь с Матриархом Бенезией.
 Мой приказ был выполнен почти мгновенно: щелчок, короткий шелест помех, и знакомый грудной голос:
 - Спектр?
 - Матриарх, у вас есть буксирные лучи?
 Бенезия меня поняла правильно:
 - Да. Мы в состоянии буксировать поврежденный корабль и уходить с ним в перегон во флотской формации.
 Прекрасно!
 - Примите на борт одного из моих бойцов. На время вы поступаете в его подчинение.
 Спорить или возмущаться за такую эксплуатацию азари не стала. Лишь уточнила, кто прибудет к ним на борт. Имя нашего белобрысого монстра встало точкой в разговоре: асура Матриарх отлично помнила и откровенно опасалась. Меня это вполне устраивало: меньше шансов на какую-то выходку с ее стороны.
 - Аэте, мне нужны живыми командир этого корабля и кто-то, способный говорить. Без крайней надобности не убивай и не калечь, чтобы у посла Альянса Систем не было никаких поводов к тебе докопаться. - тихо сказала я, когда связь с Бенезией прервалась.
 Асур коротко кивнул.
 - Наведи на корабле порядок. Когда закончим эвакуацию выживших, мы пришвартуемся и посмотрим, что делать с кораблем Корсаров.
 - Я могу их продержать без сознания до вашего прибытия.
 - Это будет лучший вариант. Иди.
 Аэте едва заметно усмехнулся кривоватой улыбочкой и убежал в трюм в корабельный арсенал, фоня предвкушением и азартом.
 - "Чем дальше, тем меньше в нем остается Аэтериоса и больше пробуждается Аэтера." - едва уловимая мысль Найлуса скользнула по краю сознания.
 - "Это плохо?" - спросила я, выходя из рубки.
 - "Смотря кого мы ходим видеть: обаятельного и жизнерадостного молодого Аэтериоса или древнего а"тарэ Аэтеру." - флегматично отозвался турианец, идя вслед за мной.
 Интересная постановка вопроса. Кого МЫ хотим видеть? Милого и обаятельного непосредственного химеру Аэтериоса, выросшего на Флоте Иерархии, или древнее существо с устоявшейся жесткой личностью и адамантовым характером? Нетерпимого, жестокого как космос и настолько же беспощадного. Видевшего больше чем мы можем представить и прожившего дольше, чем мы все вместе взятые. На мой взгляд, выбор очевиден.
 Ирония Гарруса плеснула в сознании льдистой волной. Нам нравятся изменения, на наших глазах накапливающиеся в белобрысом монстре. А вот кого-то будет ждать сюрприз... хотелось бы верить, что приятный.
 
 На жилой палубе царил организованный хаос подготовки к внеплановой высадке: бойцы в полной броне и при оружии сновали между шлюзом и лазаретом, таская выдаваемые им боксы с медицинским барахлом. Выдавал Дилан. Доктора Чаквас видно не было, но я знала, что она в соседнем помещении, облачается в легкую броню с посильной помощью Дэрга, уже давно взявшего на себя заботу еще и о ней. Эту почетную обязанность они с Гаррусом негласно поделили на двоих к глубокому изумлению самой Карин.
 "Нормандию" едва заметно тряхнуло: стыковка с кораблем Матриарха. Две минуты и повторный толчок - расстыковка. Аэтера покинул наш корабль, а мы, набирая скорость, отправились на помощь экипажу посольского судна.
 Стоя у шлюза и глядя, как толпа бойцов в массивной броне распределилась по верхней палубе, я четко поняла: "Нормандию" во время простоя на Цитадели ждет ОЧЕНЬ глобальная перепланировка и перестройка. Это же несерьезно: мои подчиненные жались вдоль стен БИЦа, выстроились рядком за спиной операторов и даже заняли относительно свободное место на самом БИЦе. А всё потому, что какой-то имбецил врезал шлюз на командной палубе! И где должна, по идее этого горе-конструктора, размещаться боевая группа перед выходом, если высадка производится не через трап, а через главный шлюз? На головах экипажа? А если у этой группы, как сейчас у нас, много груза? Те же носилки даже в сложенном виде занимают место, которого в проходах нет. Сейчас мы мешаем работать командному составу нашего же корабля, перегородив все проходы. Хорошо хоть Прессли и его люди не хуже нас понимают ситуацию и привычно обтекают рослых бойцов в броне, жмущихся к стенам. Привыкли уже.
 Какой кошмар... УЖЕ привыкли.
 - Готовность: двенадцать секунд. - раздался голос Джеффа по общекорабельной связи, прерывая мысли и сбивая нарастающее раздражение. - Начинаю швартовку.
 Для нас ничего толком не изменилось, но через десять секунд снова раздался голос пилота:
 - Есть касание к корпусу. Переходной шлюз закреплен. Можете резать обшивку.
 - Поняли, начинаем. - ответила я. - Следите за зоной перехода. Если кто-то прыгнет в систему - сообщить немедленно!
 Переведя взгляд на Дэрга, коротко ему кивнула. За вырезание входа на корабль отвечает он с Диланом. Бойцы тут же исчезли в переходном шлюзе. Дверь за ними закрылась. Стандартные пара минут задержки из-за долбанного ВИ, и на панели над шлюзом загорелся красный индикатор: внешние створки открыты.
 - Начинаем резать. - раздался голос Дэрга по отрядной связи, дополненный шумом работы резака.
 Секунды текли минутами, пока, наконец, не раздался голос Дилана:
 - Готово!
 Ну наконец-то!
 В шлюзовой отсек "Нормандии" мы набились, сколько позволяло место: я, Найлус, доктор Чаквас и Вивьен, временно исполняющий обязанности второго врача на борту как единственный, кто имел медицинское образование, и нагруженный Николаус. Шлюзовая створка за нашими спинами закрылась, началась привычная процедура дезинфекции, которую мы так и не смогли отключить. Даже когда нам позарез надо БЫСТРО подняться на борт или покинуть корабль, ВИ нам это не позволял. Еще один пункт в длинный список на переработку. Я хочу, чтобы этот проклятый протокол можно было отключить и открыть оба шлюза одновременно, если в этом у нас, внезапно, возникнет необходимость. Защита от дурака - это прекрасно, пока у нее есть здравые пределы.
 Наконец, процедура завершилась, и ВИ позволил открыть створки, пропуская нас в переходной шлюз, намертво присосавшийся к обшивке чужого корабля.
 
 Дипломатический корабль встретил нас чадом горящей проводки, треском, приглушенными голосами, стонами раненных и визгом дисковой пилы. Какофония катастрофы во всей своей сомнительной красе. Основное освещение на борту тоже не работало, и узкий коридор, в который мы вышли, тускло освещался бледным белесым светом аварийных ламп. Встречал нас молодой подтянутый мужчина-китаец с синяком на пол лица и разбитой губой.
 - Ни хао. - коротко поздоровался он, церемониально поклонившись.
 - Ни хао. - ответил Найлус.
 В коридоре резко стало тесно: к нам на голоса высунулся Дэрг.
 - Доктор Чаквас, у них тут привалило пару ребят. Этих надо вывозить немедленно: как на мой взгляд, продавило грудину, но еще живые. Сейчас спилим балку и посмотрим. Капитан с поручнем в животе, но вроде как стабилен. Что там на нижних палубах непонятно, там лестничный пролет в месиво, надо прорезать.
 За спиной загрохотали шаги: подошла следующая партия бойцов.
 - Что с послом? - спросила я.
 - Да живой он, контузило взрывом. - отмахнулся Дэрг. - Этого можно выводить. Своими ногами пойдет.
 Боец провел нас дальше по коридору, проигнорировав растерявшегося от его напористости и наглости китайца. Иногда я ему поражаюсь: на корабле всего пару минут, а ощущение, что это ЕГО корабль и рулит на нем именно он.
 Щелкнула связь и в наушниках раздался хмурый голос Дэрга:
 - Командир, они тут какие-то тугие. У них жопа дело, а они пытаются церемониалы разводить. Можно подумать, мне не похер, поздороваются они со мной или нет. Или вообще вежливо пытаются утечь от разговора и обтекаемо мне НЕ отвечают.
 О да, представляю, как вежливые китайцы пытаются велеречиво общаться с прямым как рельса Дэргом. И как ему это все нравится. Когда только успел пообщаться, он же минут пять всего на борту!
 - Это китайцы, что ты хочешь. - отозвалась я, заходя на небольшой плотно упакованный мостик.
 Нас попытался встретить и пообщать сухонький невысокий мужчина, по голосу - секретарь посла, с которым мы уже разговаривали, но я подняла руку, прерывая начавшийся поток слов. Это все потом, и мне без разницы, что в общении с представителями этого народа важна вежливость, тактичность, понимание их традиций и так далее. Позже, когда наши корабли уйдут в безопасность перегона, вот тогда начнется время церемоний и расшаркиваний, но НЕ сейчас.
 - Выводите людей. Дэрг, проследи, чтобы все, кто может идти своим ходом, покинули корабль и не мешали нам работать. Доктор, вы сортируете раненных. Первыми вывести всех, кто не требует немедленной помощи. Следующими - легкораненых и тех, кого можно перевести своим ходом. Неходячих и тяжело раненных выносить по одному в общем потоке по мере усложнения ситуации. Первыми тех, кто может подождать свой очереди в лазарете. Приступайте.
 Дэрг, получив от меня законное разрешение, быстро организовал способных передвигаться людей, иногда в довольно грубой форме обрывая их попытки как-то воспротивиться самоуправству. Кристиан и Виктор отводили к нам на борт, а там их принимали свободные от вахты члены экипажа. Выживших рассаживали в коридорах и в каютах, пустующих, пока их обитатели заняты работой, в столовой и в трюме. Везде, куда только можно было. Экипаж посольского корабля оказался больше, чем наш, и сейчас у меня встала проблема, куда девать почти две сотни людей на всё время перелета до Цитадели.
 Но об этом я подумаю чуточку позже.
 Последние выстрелы пришлись на командную палубу, часть внутренней обшивки пробита, несущая конструкция местами обвалилась, и некоторых членов экипажа придавило. С теми, кто остался относительно цел, проблем не было: бойцы смогли поднять металлический лом и вытащить людей. Переломы не считались, даже открытые и опасные. Проблемы были с тяжелоранеными.
 - Готово! - Рамиро отключил резак и отступил, давая доступ более сильному физически Дэргу.
 Молодой мужчина глухо вскрикнул: выходя, Рамиро зацепил край металлической потолочной пластины, пробившей бедолаге живот.
 - Закуси. - итальянец поднес к губам раненного силиконовый брусок.
 Краткое мгновение, в глазах появилось понимание.
 - Вынимайте. - приказала я, кладя руки по обе стороны от металла.
 Дерг обхватил обломок, втянул воздух и медленно потянул на себя. Рывком нельзя: неизвестно, насколько велики повреждения и как именно вошел лист в тело. Технически, мужчина уже мертв: в такими обширными травмами и разрубленным почти до позвоночника боком не выживают даже в местном госпитале. Но я могу попробовать. Не так много на корабле настолько сильно пострадавших, лететь нам долго, в силу я вошла. Почему бы и нет?
 Лист дрогнул и пошел с протяжным скрипом и скрежетом. Китаец стиснул зубы, зажмурил глаза, но молчал, давя крик.
 - Медленнее!
 Пошел иззубренный край и места скола. Я придерживала края разрыва и замедляла жизнедеятельность, переводя критичного пациента в своеобразный естественный анабиоз.
 - Вышел. Вынимай.
 Рывок, Дэрг отбросил лист.
 - Носилки! Перекладывай. В лазарет, в криокапсулу.
 Мужчину переложили на носилки и унесли. Состояние у него крайне критичное, а у меня еще полно дел, и я не могу уделить ему внимание прямо сейчас. До криокапсулы доживет, а после... После уже моя забота.
 - Сколько еще свободных?
 - А больше нету. - развел руками Дэрг. - Этот занял последнюю. И то, тело брата Киры пришлось вынуть и переложить в капсулу за бортом. Все равно труп.
 Логика... И не поспоришь. Капсулы сейчас нужны живым, а с телом парня уже ничего не может произойти.
 - Еще такие есть?
 - Последний, с поручнем в брюхе.
 Что?
 - Капитан, что ли? - уточнила я.
 - Ага.
 Дэрг меня иногда убивает своими шуточками.
 - Почему его еще не сняли?
 - А у него некритично. Прошло между потрохами, так что может повисеть и подождать. - боец повел плечами, разминаясь. - Его обдолбали лекарствами, так что нормально. Да и он пытался что-то втирать про долг, про людей, про корабль и прочую херь. Еще и брыкался, не давая его нормально снять.
 Засранец...
 - Снимайте этого стоика и убирайте с корабля.
 Дэрг жизнерадостно хохотнул и утопал, прихватив с собой порядком уставшего Раймонда. Вивьен с доктором Чаквас сейчас впахивали в лазарете, где им помогали Диего, Джон, Джейн и Эшли, которая, к нашему удивлению, неплохо знала полевую медицину на уровне куда выше среднего необходимого для солдата.
  Обмакнув палец в чужую кровь, я быстро начертила три рубленный руны. Касание, всплеск энергии, и по кораблю пронесся почти ощутимый всплеск, как от работающего сонара. Простенький ритуал определения жизни. Мгновение ожидания отклика и...
 - Еще три сигнатуры на нижней палубе. - озвучила я принесенные обраткой ритуала данные.
 - Надо резать пол. - донесся бас Дэрга. - На вторую еще протиснуться можно, а на следующие никак.
 Нашел проблему.
 - Режь пол. - пожав плечами, приказала я. - Отсюда и до низу.
 - Ща всё будет, командир. - жизнерадостно выдал Дэрг, ничуть не смутившись резкому вскрику. - Вот и всё! Срезали поручень четко и аккуратно даже почти не дергали. А теперь, придерживайте его и топайте за... Рамиро! Отведи его в лазарет. Извини, мужик, носилки закончились.
 Дэрг... Еще и похлопал по плечу оторопевшего от такого капитана чужого дипломатического корабля. Невысокий худощавый китаец в форме смотрелся непередаваемо... с круглыми от изумления и боли глазами, с куском поручня в боку. Но Дэрг прав: носилки у нас давно закончились, как и места на койках лазарета, а этот стоик вполне способен дойти сам. Да, больно. Да, неприятно, но поручень прошел на удивление четко между органами и практически никакого вреда не нанес. А всё остальное исправят в лазарете.
 Последних троих доставали с трудом. Оказалось - техники, пытались хоть как-то залатать первые пробоины возле двигателей, где их и завалило. Когда мы смогли прорезать двери и срезать куски конструкций, один был едва жив от кровопотери, второй - с двойным открытым переломом икры давно без сознания, а третий... У третьего были лишь синяки и контузия от взрыва. На спасение не надеялись, и попервой относительно здоровый инженер считал, что у него так занятно контузия мозг переклинила. Но здоровый злой мат Дэрга доказал, что это не глюки - парень таких слов даже не знал.
 Вытаскивали техников, пробив дыру в обшивке. Раненного с переломами мы бы не пронесли через перепаханный корабль и не подняли бы через три палубы, а космос и вакуум сразу не убивают. Воздушные маски дали время перетащить троих раненых в обход корабля до шлюзового отсека. Джефф отстыковал "кишку" от дыры в дипкорабле, давая нам доступ в шлюзовой отсек нашего корабля.
 - Вот и всё. - радостно выдал Дэрг, хлопнув щуплого китайца по плечу. - Добрались. А ты переживал!
 Парень обалдело моргал раскосыми глазами, не зная, что ответить жизнерадостному бесцеремонному здоровяку в броне с эмблемой Спецкорпуса.
 - Нико! Еще трое, принимайте! - разнесся бас по палубе.
 Николаус, о чем-то разговаривающий с одним из китайцев, вздрогнул, повернулся, осмотрел принесенных жертв, вздохнул, махнул рукой Кристиану.
 Дальше они сами справятся. Меня же вновь начали волновать более приземленные вещи. Спасти, конечно, это здорово, а что дальше? "Нормандия" перегружена. У нас нет столько места для размещения такого количества разумных, у нас банально не хватит еды на перелет. Еще вопрос, справится ли система жизнеобеспечения с такой нагрузкой.
 - Пакти. Поднимитесь на БИЦ.
 Баталер прибежал довольно быстро. Взъерошенный, взволнованный, хмурый и мрачный.
 - Спектр?
 - Что у нас с припасами? - глухо спросила я, глядя на китайцев, неловко жмущихся на одной из двух лестниц, ведущих на среднюю палубу.
 - На такое количество людей пищи хватит на четыре дня.
 Ну, хватит немного на дольше: я планирую потрясти трюмы нашей очаровательной условно-добровольной спутницы. Селить китайцев на корабль азари я не рискну, но вот стрясти с Бенезии припасы и прочее - легко. Важно другое.
 - Система жизнеобеспечения потянет?
 Пакти подумал и медленно кивнул.
 - Должна.
 Но не уверен. Плохо. Фрегат не рассчитан на такое количество народу. К сожалению, фильтры с корабля азари нам не подойдут, а то я и на них бы тряхнула. Но у нас есть корабль Корсаров! Их фильтры на "Норму" вряд ли подойдут, но там есть припасы, как и дополнительное место. Корабль буксиром уволочь на крайний случай можно. А еще в системе есть станция разрядки, чей персонал подозрительно затаился.
 - Что с бельем и прочим?
 - На половину может хватить. - неуверенно ответил Абишек, что-то быстро прикинув в уме. - Если взять сменное постельное у экипажа. Но у нас нет такого количества матрацев, подушек и места, где их постелить. Всего остального тоже нет.
 Ожидаемо.
 - Ладно. Переходим на супы и похлебки. Они позволят растянуть припасы. Следи за системой жизнеобеспечения и расходом фильтров. Сейчас нужны лежачие места для раненых, остальные пока обойдутся. Стели в трюме.
 - Спектр, но там же...
 - Ничего, не развалятся от соседства с нашей девочкой. Я ее предупрежу, эксцессов с ее стороны не будет. Свободны.
 Пакти убежал, а я пошла в рубку - единственное оставшееся нетронутым помещение на корабле. Мне надо поговорить. С Найлусом, Гаррусом и Аэте.
 - Джефф, хоть кто-то сюда прыгал?
 - Нет пока. - тут же ответил пилот. - Обычно через Иден Прайм летают много народу, так быстрее, но сейчас там встал Второй Флот и всех заворачивает.
 Иден Прайм. Второй Флот. Сидят там с момента визита Властелина и... Так. Стоп. Второй флот.
 - Сколько там до Иден Прайм? - потянула я.
 Джефф повернулся и смерил меня подозрительным взглядом.
 - Двое суток. - осторожно ответил он. - Может больше, если с балластом.
 Двое суток мы протянем. И трое тоже. За это время я смогу помочь самым критичным раненым.
 Мысль начала оформляться в голове. Безумная, наглая и авантюрная, но чем дольше я ее рассматривала, тем больше она мне нравилась. Ментальная связь звенела от эмоций: оторопь и нарастающий азарт Гарруса, цинизм и удовлетворение Найлуса, холодный практичный интерес Аэте, доносящийся на грани досягаемости.
 - "Это может сработать". - едва уловимая мысль нашего голубоглазого сокровища.
 - "Это сработает." - усмешка Найлуса была ощутима физически. - "У них не будет прав и причин для отказа. Особенно, если требование озвучу я."
 - "Будут проблемы." - укоризна и веселье.
 - "Еще бы!" - согласилась я с выводами Гарруса, промелькнувшими ярким всплеском образов. - "Визгу будет на всю Цитадель! Но сперва надо связаться со Спаратусом и предупредить его."
 
 * * *
 
 Тонкая переливчатая трель сработала лучше ревуна тревоги, прерывая глубокий сон. Мужчина резко, рывком сел, тряхнул головой, сбрасывая остатки сна. Трель раздалась снова. Характерная, уникальная. Такую в этом доме мог издать только сигнал входящего сообщения от одного-единственного передатчика. Турианец вздохнул, потер лицо обеими руками. Трель раздалась снова.
 - Кто? - тихий сонный женский голос был едва слышен в тишине.
 - Найлус. - столь же тихий ответ.
 Виан тихо вздохнула. Любые вызовы от подчиненных супруга несли с собой проблемы. Всегда. Если их миссия заканчивалась успехом, проблемы начинались на политической арене. Если же нет... О неудачах вспоминать не хотелось.
 Хэймон быстро оделся и покинул спальню. Очередная переливчатая трель прорезала ночную тишину, вынуждая спешить. На связь племянник со своими... напарниками не выходил с момента как доложил о прибытии на Новерию. Времени прошло достаточно, чтобы он, Хэймон Спаратус, начал нервничать и ждать вызова. В комнату со связным узлом он буквально влетел.
 - Слушаю. - рыкнул он, включая прием сигнала.
 - Советник Спаратус. - тут же раздался совершенно безрадостный усталый голос самого его необычного Спектра. - Мы закончили миссию на Новерии.
 - Результаты?
 - Больше, чем мы рассчитывали. - в голосе плеснула радость. - Но есть несколько моментов...
 Хэймон мелочно порадовался, что этот тип передатчиков не способен передавать визуальный сигнал.
 - Рассказывайте.
 - Я узнала нужные мне данные. Это - успех первоначального задания. Бонус: я... нашла подход к Матриарху Бенезии, и теперь она летит с нами во флотской формации на Цитадель.
 Хэймон выпрямился, поджал мандибулы, хмуро глядя на мигающий индикатор активной связи. Бенезия? Матриарх, чей голос был на той злополучной записи...
 - Продолжайте.
 - Она окажет нам ПОЛНУЮ поддержку. - с нажимом добавила Имрир. - Добровольно и осознанно. С ней, правда, могут быть накладки: Бенезия немного... неверно понимает суть происходящего, но до нашего возвращения с Вермайра это ни на что не повлияет. я с ней переговорю до прибытия на Цитадель, чтобы не возникло ненужных проблем.
 Советник только дернул надбровной пластиной. Тон Имрир и формулировка фраз четко дали понять: Матриарх в подчиненном положении. Или в подневольном.
 - Советник, я передам данные, полученные на Новерии. С их помощью можно утопить Корпорацию "Байнери Хеликс". Но я хочу с них стрясти огромные отступные за то, что они делали. И хочу, чтобы они выплатили астрономическую компенсацию выжившим. Я передам их имена и досье.
 - Причина? - сухо спросил Хэймон.
 Имрир вопрос поняла верно:
 - Я не могу сейчас гарантированно подтвердить данные, но я знаю, что эта корпорация работает или на Цербер или на Джека Харпера, более известного как Призрак.
 Что?
 Спаратус глянул на инструментрон. Запись разговора, включенная по привычке, идет. Потом он переслушает ее. Потом обдумает, что только что услышал.
 - Я прослежу за разбирательствами. Что еще?
 Вопрос дежурный, но мужчина каким-то звериным чутьем ощущал затаившуюся подставу. Не может быть так просто. Есть что-то еще. Сообщения идут по нарастающей. Матриарх. Возможность официально и законно прижать Цербер. Что еще они могли найти? Заминка Имрир перед ответом лишь укрепила его подозрения и разжигала азарт.
 Короткая пауза, наконец, прервалась тихими словами:
 - Мы нашли живую, дееспособную, естественно рожденную Королеву рахни.
 На мгновение Спаратусу показалось, что он ослышался.
 - Рахни? - уточнил он.
 - Да. Королева рахни. Молодая. Девочке всего около трех лет с момента вылупления. Яйцо нашли на заброшенном корабле.
 Девочке?!!
 - Продолжайте.
 - Она разумна, адекватна, без психических отклонений. - короткая пауза и добивающие слова: - Она попросила о защите. У Аэтеры. И он ей эту защиту пообещал.
 Хэймон молча прикрыл глаза, отказываясь как-то это комментировать. А"тарэ. Асурский а"тарэ, неизвестно кем бывший в прошлом. Пообещал защиту...
  - Уничтожать Последнюю из Рода нельзя. Мир такое не простит. Девочка всё помнит. Помнит, как их свели с ума и натравили на других. Она боится повторения и ищет защиты. Она готова подчиняться, если ей позволят жить и растить детей в безопасности и вдали от войны. Она примет протекторат и вассалитет. Новая ветвь практически вымершего вида, который помнит времена до протеан. Общаться с ней надо уметь, но она охотно отвечает и быстро привязывается к любому, кто к ней относится по-доброму. - короткая пауза, в голосе появились виноватые нотки: - Решение принимать вам, но мы подумали, что Иерархия не откажет в защите боящейся всех вокруг малолетней беременной девчонке, над которой издевались с рождения...
 Сама формулировка уничтожала любой повод для отказа. И давала отличные просторы для маневров. Хэймон позволил себе усмешку. Имрир прекрасно знает, что и как она говорит.
 - Несомненно. Иерархия никогда не отказывала в защите детям. - мурлыкнул советник. - Я поговорю с Примархом.
 - Благодарю. - Имрир ощутимо повеселела.
 - Есть еще что-то, что мне стоит знать сейчас?
 Хэймон не мог даже себе признаться, какой ответ он хотел бы услышать больше: положительный или отрицательный.
 Короткая пауза и бодрый ответ:
 - Да! Мы встретили дипломатический корабль Поднебесной.
 Турианский советник молча прикрыл глаза. Пропавший дипломатический корабль ищут. Почему его нашли именно они?
 - Продолжайте. - спокойно произнес он.
 - Когда мы вышли из перегона, они вели бой с кораблями Корсаров.
 Хэймон на это лишь вздернул бровь.
 - Дипломатический корабль?
 - Он был... очень условно вооружен, и к нашему прибытию его добивали.
 - Но?
 - У нас на борту двести тридцать разумных, которых нам некуда девать. На буксире у корабля Бенезии корабль Корсаров, который нам удалось лишить хода и взять на абордаж. Командир корабля и старший состав экипажа живы и способны говорить. За ними присматривает Аэте. - в усталом, но удивительно жизнерадостном голосе промелькнула явная ирония и предвкушение. - Мы не в состоянии довезти их к Цитадели. На "Нормандии" нет ни припасов, ни места для такого количества людей, так что я планирую прыгнуть к Иден Прайм. Это всего двое суток пути. Системы жизнеобеспечения дотянут. Там сейчас базируется Второй Флот. Я уверена: они с радостью нам помогут.
 - Несомненно... - протянул Хэймон. - Я вышлю к Иден Прайм ближайшую патрульную эскадру. Они снимут с вашего корабля выживших и сопроводят к Цитадели.
 - Благодарю, советник. У нас пока всё.
 - Вас понял. Конец связи.
 Индикаторы мигнули и погасли, сообщая, что сигнал пропал. Хэймон несколько мгновений сидел молча, глядя пустым взглядом на погасшие символы, потом - коротко матюкнулся, потер лицо, рывком встал и направился в кабинет.
 Про сон можно забыть.
 
 
 
  >Глава 63: Цитадель: возвращение
Спокойный, даже в чем-то будничный голос Джокера разносился в тишине рубки: пилот разговаривал с диспетчером Цитадели. Короткие, рубленные ответы, привычные формулировки, эпилогом которых стали долгожданные слова:
- Вас понял, Цитадель. Полетный коридор 36-Е. Конец связи.
Музыка для моих ушей. Самые долгожданные слова за эти полторы недели.
Рейс на Новерию оказался утомительнее, чем я могла предполагать. Не сама миссия, а именно рейс. Этот выматывающий перелет сперва в одну сторону, а потом - обратно, на волне усталости, накопившихся проблем, дрязг и сложностей, которых мы не могли решить в полете.
Миссия на Х57 прошла на подъеме. Мы только вылетели, еще не успела накопиться усталость и раздражение, задание прошло быстро и без особых накладок. Люди присматривались друг к другу, делились впечатлениями и делали свои выводы. Верные или ошибочные - тут как получалось. Но все были еще полны сил, бодры и готовы к работе.
Последующий перелет до самой Новерии в общем-то прошел ожидаемо и интересно. Я наблюдала за новыми подчиненными, они знакомились со мной, обсуждали и анализировали произошедшее, между ними еще не возникло конфликтов и напряженностей, взаимоотношения были четко выверенными и годами отлаженными, даже негласная война моих однофамильцев не выбивалась из этого ряда.
А дальше была Новерия. Миссия, перевернувшая мир моих подчиненных и вбившая их в неизвестность. Каждый из них справлялся с крахом привычного мировоззрения как мог, с разной степенью успеха или неудачи. Каждый вынес из произошедшего свои выводы и уроки. Каждый так или иначе изменился. Но если Новерия стала точкой перелома, то этот перелет...
Я смотрела на Цитадель через узкий обзорный иллюминатор, вспоминая эти, казалось, бесконечные тринадцать суток. Я думала, самое сложное - перегон до Иден Прайм. Но... нет. Перелетели мы без накладок и каких-либо трудностей. Китайцы оказались беспроблемными, чинно и, главное, молча делали всё, что от них требовалось, не возмущались стесненности, не пытались что-то требовать или узнавать. Они спокойно сидели там, куда их усадили, сами организовали очередность пользования общественными благами на корабле, начиная с сортира и заканчивая крохотным свободным закутком трюма, где удалось сохранить место для тренировочной площадки. Даже по поводу рахни у них не было никаких претензий или вопросов. Наоборот, некоторые из них нашли в наших действиях какой-то скрытый сакральный смысл, который я так и не поняла.
Но ломала я себе голову из-за китайцев недолго. Ровно до тех пор, пока их не сняли с "Нормандии" патрульные Иерархии. Дальше их судьба - не мои проблемы. Маловероятно, что мы вообще с ними хоть раз встретимся в будущем. Зато Второй Флот... Даже не знаю, порадовали они меня или окончательно разочаровали.
Встретили нас... неласково, и не будь на борту Найлуса, начались бы проблемы, потому как командир флота - адмирал Кастани Дрешер - в упор отказывался понимать слова и откровенно залупился, видя только буксируемый нами корабль Корсаров. Тогда я впервые столкнулась с настолько явной твердолобостью военных Альянса Систем, отказывающихся принимать за факт мой статус, должность и права Спектра Совета, которые признают даже последние отморозки Систем Терминуса и Аттического Траверса. Сейчас можно вспоминать этот разговор с юмором, но тогда я серьезно начала опасаться, что придется аварийно вызывать Спаратуса, пока адмирал не сделал чего-то... экзотичного и проблемного. Хорошо хоть патруль Иерархии прибыл быстро и одним своим наличием решил все проблемы. Не знаю, как это удалось советнику, но эскадра турианских крейсеров вышла из реле всего на пару часов позже нас, как раз тогда, когда я начала серьезно сомневаться в правильности своего решения вообще сюда явиться.
С адмиралом мы разошлись не только во мнениях и во взглядах на происходящее, но и вообще в понимании. Всего, в чем можно разойтись, поговорив лишь пару часов. А еще я отчетливо поняла: мне придется его убирать в будущем, потому как такого врага оставлять в живых нельзя. После того разговора, после того, как я его макнула мордой в дерьмо... Адмирал мне подобное не простит никогда, как не простит и половина его людей, искренне верящие в Альянс Систем и превозносящие человечество выше галактического диска.
Цитадель приближалась. "Нормандия" заходила на причал Спецкорпуса по широкой дуге, обходя оживленные транспортные магистрали, протянувшиеся видимыми даже невооруженным человеческим глазом как темные неравномерные цепочки кораблей, стоящих в очереди к ретранслятору. Как и раньше, в наш первый прилет на эту станцию. Но сейчас я смотрела на это чудо инженерного гения Жнецов без негатива и предвзятости, наконец-то оценив ее красоту и лаконичность. Простая же конструкция, логичная и удобная. Но со стороны она смотрится бесподобно! Полные жизни широко раскрытые лепестки, город, парящий в сиреневой дымке туманности. Стоящие на рейде корабли Патруля, обеспечивающие безопасность столицы и наглядно демонстрирующие мощь доминирующих цивилизаций. Величественный "Путь Предназначения" все так же украшал собой пространство, неспешно плывя в сопровождении кораблей Иерархии. Один из самых крупных кораблей, которые вообще существуют в Пространстве Цитадели. Воплощенная в металле сила народа. Жаль, что на практике он окажется... всего лишь красивым, но бестолковым кораблем, никогда не видевшим реального боя, с экипажем, не имеющим опыта.
"Путь Предназначения"...
Вот только какое это предназначение? И каков его путь?
Настроение вновь скакнуло куда-то в область корабельного трюма. Моральная усталость доканывала всех. Даже жизнерадостный Пакти последние дни ходил хмурый, сумрачный и мятый. Его жлобская натура не могла радоваться приближающемуся счастью грандиозного грабежа складов Спецкорпуса. Он устал больше, чем другие, ведь именно на него легли проблемы перегруженного разумными корабля, и именно он вместе с нами ломал голову, как разместить чрезмерное количество людей, как и откуда достать для них необходимое, как распределись припасы, чтобы всем хватило. Тряхнул даже свои заначки до последнего бруска мыла. Но он справился. Мы справились. Посол и экипаж дипломатического корабля уже прибыли на Цитадель на борту турианского крейсера, а мы - вот-вот причалим к станции.
Беззвучные шаги Найлуса я не услышала, но почувствовала его приближение. Напарник взбодрился, немного оживился.
- Уже причаливаем. - простая констатация факта и напоминание, что скоро начнутся проблемы и сложности.
Я кивнула, мысленно кутаясь в его ауру. Накатывала тупая усталость. Недопустимая в преддверии предстоящих разборок. А они начнутся. Я уже получила вызов на инструментрон от посла Удины, но отвечать на него не стала. Сперва - встреча со Спаратусом и Советом. Посол подождет.
- Какое там сейчас время? - спросила я в надежде услышать о глухой ночи.
- Раннее утро. - Найлус положил руку мне на плечо в молчаливом жесте поддержки. - Совет ждет нас.
Цитадель приближалась, нависая над нами неумолимым роком.
- Сообщили?
Согласие мазнуло по разуму блеклым образом короткого сеанса связи с советником. Я вслушалась в пакет информации, пришедший вместе с образом... Нас будут ждать на причальной площадке Спектры турианского корпуса. Они помогут. Хорошо.
"Нормандия" причалила без накладок, сложностей и каких-либо проблем. Джокер опустил свою "птичку" на гравитационные захваты мягко и нежно, как на пуховую перину. И лишь после срабатывания автоматической системы захватов позволил себе устало откинуться на спинку кресла, прикрыть глаза и замереть в неподвижности.
- Джефф.
Пилот вопросительно качнул головой, не открывая глаз.
- Постарайся немного отдохнуть. Когда мы вернемся, скорее всего, начнутся работы по кораблю. Если что - я на связи.
- Понял. Если Андерсон или Удина будут ломиться на корабль - не пускать. - привычно съязвил он, повернувшись вместе с креслом.
- Именно так.
Улыбка пропала с лица Джеффа. Он выпрямился, снял кепку, потер макушку, растерянно глядя то на меня, то на Найлуса. Наш пилот больше чем другие знал, что скоро начнётся и какими проблемами оно нам всем выльется. А уж после Иден Прайм и скандала с адмиралом...
- Жди нас. Дэрг и Дилан на борту. Аэте скоро вернется: он уже на станции.
- Ты прямо как к войне готовишься. - иронично, но без тени шутки выдавил Джефф, привычно мня кепку в пальцах.
На это развела руками и улыбнулась. Моро блекло улыбнулся в ответ. За нашими спинами раздались едва слышные шаги, и в рубку втёк Дэрг. На мой вопросительный взгляд он кивнул. Всё готово, все процедуры, необходимые по возвращению корабля на станцию-столицу выполнены, нас уже ждут. Пора идти.
Это возвращение на Цитадель как мой прыжок веры. Последняя поворотная точка, после которой нельзя будет изменить сделанный выбор. Идя по кораблю к шлюзу, я встречала настороженные и вопросительные взгляды моего экипажа и моих бойцов. Последний перелет стал Рубиконом, чертой, разделившей время на "до" и "после". Если "до" - это был чужой корабль с чужим мне экипажем, на который было, по большому счету, плевать. Они меня мало волновали, хоть я и несла за них ответственность. Мне были безразличны две десантные группы и незнакомые мне люди. Меня раздражал Аленко и бесила Уильямс. Они все мне мешали и давили на мозг и нервы.
Но "после"...
Теперь это мой экипаж. Это мои десантные группы. Это мой Аленко, вечно страдающий мигренями. Это моя Уильямс, понуро затихшая в своей каюте и со страхом ожидающая исхода. Это мой корабль. Даже Рекс и то - мой, пусть он еще тешит себя иллюзиями собственной свободы, независимости и мелкой гордыни. Но даже кроган начал понимать, что, единожды попав на корабль, он никуда уже от нас не денется. Не сможет. Не заставит себя на всё плюнуть и уйти. Зная, что грядет, и что мы намерены начать.
Они все - мои.
Я всматривалась в лица молодых парней и девушек, сидящих за пультами операторов связи, системы наведения и тактическими терминалами. Все они попали на борт моего корабля недобровольно, по разнарядке командования. Многие меня не любили в начале нашей работы. Многих бесили мои действия, вызывали оторопь и отторжение. Но...
Маленький военный корабль - это обитель слухов и сплетен. На его борту нельзя утаить правду, нельзя сохранить секреты. Рано или поздно, но все всё узнают, а долгие перегоны, когда никто ничем не занят, лишь дежурная смена скучает на своих постах, - это самая сочная и питательная среда для зарождения, роста и распространения слухов. Скучающие военные обсасывают малейшие крохи информации, порой проявляя чудеса шпионажа и навыков разведки, чтобы получить еще хоть каплю питательной и вкусной информации, которую они смогут всласть обсосать во время дежурств. А я волей-неволей дала достаточно сочной и обильной пищи для пытливых молодых умов, чтобы они утратили спокойствие и теперь с ожиданием и подспудным страхом смотрели мне вслед.
Все они уже боятся оказаться за бортом моего корабля в томительной неизвестности ожидания всеобщей катастрофы, о придвижении которой они узнали.
Я остановилась возле девушки-оператора, протянула ей руку. Мгновение растерянности, а потом Моника встрепенулась, заполошно обшарила карманы, нашла небольшую карту и передала мне.
Пару дней назад я спрашивала экипаж, надо ли им с кем-то встретиться из родных. К моему удивлению, отозвалось всего трое. Одна из них - Моника Хэгулеско. Симпатичная миниатюрная улыбчивая девушка с пышной копной мелко кудрявых каштановых волос. Оператор в тактической зоне корабля, по странной прихоти расположенной проходным коридором между рубкой и БИЦем. Именно она следит за данными, поступающими с сенсорного массива "Нормандии", за ретрансляторами в нашей системе нахождения, и она же отслеживает все чужие корабли, находящиеся с нами в одной системе.
Я взяла карточку, улыбнулась девушке и пошла дальше, провожаемая полным надежды взглядом чуть раскосых карих глаз. Я обещала помочь родителям и младшему брату Моники получить въездную визу на Цитадель, чтобы они смогли встретиться с дочерью, которую не видели уже три года. Жителям мелкой колонии никогда не накопить денег на такой перелет, ведь из их мира на Цитадель не ходят корабли. Сперва надо добраться до Земли, а уже оттуда, купив дорогой билет, улететь на столицу Пространства Цитадели. Который им продадут только после того, как на руках будет въездная виза.
На Цитадель не пускают разумных бесконтрольно. Несмотря на вроде бы огромные размеры станции, она не резиновая и всех желающих на ней побывать не примет. Когда начался наплыв населения со стороны Альянса Систем, Совет был вынужден ввести визовый режим. Слишком много людей прилетело на станцию, слишком много прибыло авантюристов, мелких уголовников, нищих и тех, кто надеялся на лучшую жизнь на борту Цитадели. Но... надежды, не подкрепленные реальными возможностями, породили население Нижнего Уровня, создали огромное число нищих, преступников, беспризорников и банд разной степени опасности, разом усложнив работу СБЦ.
Что удивительного в том, что свободный въезд на станцию закрыли?
Я сунула карточку в слот под инструментроном. Потом считаю с нее данные и посмотрю, что можно сделать. Мне не сложно помочь молодой девчонке увидеться с семьей. Как не сложно дать отгул паре парней, чтобы они смогли провести время с сестрой, братом и племянниками. Забавная случайность. У меня на корабле служат два парня. Они родом из разных стран, никогда не были родственниками, но по иронии случайности сестра одного из них вышла замуж за брата другого, переехала с мужем на Цитадель, где родила троих детей, получила местную прописку и живет уже пятый год. А парни об этом узнали уже во время службы на станции Арктур, когда их перевели на сомнительный прототип.
Мелкий военный корабль - это воистину царство сплетен. Пока мы летели к Новерии, почва для роста слухов лишь настаивалась. Экипаж присматривался друг к другу, ко мне и моим людям. Они изучали нас. Ловили малейшие крохи информации, случайно оброненные слова и мелкие жесты. Миссия на Х57 породила первую волну слухов, негодования, всплесков обид, разочарований, злости и всего остального многообразия эмоций. Дальше был перегон до Новерии, за время которого те, кто умел находить подход к людям, разбалтывали бойцов десантных групп. Умеючи, информацию можно получить даже из оговорок, а тут даже не оговорки. Бойцы говорили прямо, вываливая своё негодование и раздражения. На БИЦе достаточно аналитиков. В среде связистов - любителей полазить по закрытым сетям и протоколам связи. Прослушку ломали не только мы, но и любители из числа экипажа. Ком слухов и домыслов вырос до невероятных размеров, но... случилась Новерия. И ком лопнул жирной грязью и гнильем. Я не скрывала, что именно мы нашли в промороженных коридорах вымершего исследовательского комплекса. Зачем? Хотят знать? Да пожалуйста! А экипаж знать хотел. Молодые военные хотели знать, что на самом деле происходит на заданиях Спектра Совета их вида.
Они узнали. Мне же не жалко. Пусть. Вот только это знание... не пошло на пользу их спокойствию. А доказательства моих слов они сами накачали в сети. Снимки Властелина широко разошлись по галактике...
У шлюза меня ждал Прессли с Пакти. Наш капитан выглядел как свежее умертвие, не радуя мой взгляд мешками под глазами и роскошными серо-фиолетовыми кругами, обрамляющими эти мешки с усталостью. Пакти выглядел посвежее и пободрее, но более мятым: Чарльз Прессли всегда являлся эталоном военного офицера и не дозволял себе ни малейшей оплошности ни во внешнем виде, ни в поведении.
- Спектр. Запрошенные вами данные готовы.
Прессли передал мне чип.
- Благодарю, капитан.
Мужчина лишь кивнул. Он уже перестал спорить, когда я называла его капитаном, смирившись с моим решением и мнением: для меня, для бойцов десантных групп, для экипажа и даже для Джокера Чарльз Прессли являлся именно капитаном "Нормандии" и никак иначе. Даже если по документам он всего лишь исполняющий обязанности этого капитана.
Шлюз открылся, поставив точку в метаниях.
Пока ВИ привычно насиловал мозг до оскомины опротивевшими словами отсчета дезинфекции, я стояла, закрыв глаза. Рядом - Найлус и Гаррус. Рекс остался на корабле играть в гляделки с рахни, которая к нему привыкла как части декора корабля и давно перестала реагировать на его ворчание. Лиара все еще оставалась на корабле матери, а Тали... Тали вообще не вылезает из инженерного отсека и полностью довольна жизнью. Вот уж кто действительно счастлив, хоть ее счастье и омрачается излишней осведомленностью в происходящем. Но сейчас наша очаровательная кварианка не забивает голову вселенскими проблемами, а целиком и полностью ушла в работу с Адамсом и Татумом, мгновенно ставшими для нее кумирами от инженерного дела и непререкаемыми авторитетами по жизни. Мужчины баловали девушку вниманием и охотно делились знаниями. А под настроение - рассказывали истории из их жизни, богатой на события и приключения. Девушка откровенно млела, с удовольствием слушая истории о том, чего она никогда не видела, не встречала и, если быть совсем честным, не хотела встречать. Как не хотела милая кварианка попадать в такое количество интересных, но сомнительных приключений.
ВИ завершил дезинфекцию, внешняя створка шлюза дрогнула и ушла в стены, открывая нам выход с корабля. Я открыла глаза, встряхнулась. На причальную площадку я спустилась уже бодрой, злой и готовой к предстоящим крупным и тяжелым морально-словестным сражениям.
На причальной площадке нас уже ждали. Группа из пяти турианцев и... здоровенного крогана с меленькой эмблемой "Кабала" на нагрудной броне. От неожиданности я запнулась на входе, растерянно глядя на широко и довольно скалящегося биотика, довольного произведенным эффектом и моей оторопелой рожей.
- "Найлус, у вас кроганы служат в "Кабале"?" - уточнила я по ментальной связи, спускаясь по пристыкованному к шлюзу трапу.
- "Во время войны к нам ушел один из кланов, попросив защиты. Тогда еще встречались кланы кроганов, которые занимались научной и технической деятельностью. Мы приняли их под защиту и вывезли кого смогли с Тучанки и планет-колоний. Тех, кто к тому времени пережил резню, устроенную их же сородичами." - мягко ответил Найлус. - "Ничего удивительного, что выходцы из этого клана служат в наших структурах, включая "Кабал"."
Что-то такое вроде было. Смутное какое-то упоминание о разладе в среде кроганов в то время, но что именно тогда произошло, я толком не могла вспомнить. А может, там и не было что вспоминать? Краткое упоминание? Не знаю. Не помню. Но... Как бы то ни было, вон он, кроган с эмблемой "Кабала", задорно поблескивающей в свете ламп. Здоровенный древний биотик огромной мощи. Как и Рекс. Но, в отличии от нашего Мастера Войны, хорошо обученный и выдрессированный с детства военной машиной Иерархии.
Какая жуть...
Страшно подумать, во что можно превратить крогана, если его с малолетства приучить к дисциплине и целенаправленно обучать на профессионального воина.
Передернув плечами, я подошла к ожидающим меня мужчинам и бодро представилась:
- Спектр Имрир Шепард.
Мужчины не менее бодро представились. Меня встречали три спектра: рослый темнокожий нерос Наис Сатис, худощавый и самый молодой на вид турианин Литар Катари, чье лицо забавно обрамляли травянисто-зеленые родовые татуировки, и светлый а'тура Ларис Тунур со снежно-белыми линиями, расчерчивающими его лицо в маску черепа. Рядом со Спектрами мялись два их ученика: Сирен Новур и Танир Наллин. Плюс кроган с немелодичным именем Гакхар, щеголяющий синим гребнем, украшенным затейливыми рисунками.
Первый раз вижу рисунки на гребне у крогана... Черные, угловатые, они ломали гладкий панцирь острыми шипами, лишь усиливая общий недружелюбный вид громилы, закованного в массивную черную броню. Общий эффект... впечатляющий.
Старший в отряде, Наис, как раз закончил мне рассказывать кто они такие и что они тут делают. По его словам, их направил советник Спаратус, чтобы помочь нам доставить королеву рахни на заседание Совета Цитадели, которое вот-вот начнется в срочном порядке. Правда, упоминание о королеве далось темнокожему неросу с заминкой.
- О, не переживайте на счет рахни. Девочка не доставит проблем.
Кроган на это мое высказывание скептично сощурился.
- Девочка у нас жила в трюме весь перелет, а это - две недели. И ни единого нарекания не возникло. Ни на Новерии, откуда ее вывезли, ни в полете. - я укоризненно посмотрела на здоровяка.
Кроган пожевал губу, дернул плечами, но остался при своем мнении.
- Подгоните грузовой аэрокар. Она сама в него заберется и устроиться там, где покажете.
- Это... значительно облегчит нам задачу. - осторожно произнес Литар, переглянувшись с рослым сородичем. - Аэрокар сейчас будет.
"Сейчас" в понимании Спектра оказалось всего парой минут. Заблаговременно подготовленный и подогнанный на причальную площадку грузовоз ждал на парковке внутреннего воздушного транспорта и прибыл раньше, чем Дэрг успел спуститься в трюм за своей подопечной.
- Можно выгружать. - произнес до того молчавший Ларис, как только грузовоз приземлился и опустил трап.
Я уже радостно потянулась к инструментрону, чтобы связаться с Дэргом, но тут... до меня внезапно дошло, что есть одна проблема...
Повернувшись, посмотрела на "Нормандию" в надежде, что я все же не правильно подумала, но... Визуальная память и пространственное мышление меня не подвели.
- Королева в трюме. - чуть растерянно отозвалась я, повернувшись к коллегам. - Трап-то мы опустить можем, но есть одна проблема...
Я махнула в сторону хвоста корабля, задорно висящего в пустоте и смотрящего на роскошные лиловые переливы туманности Змея. Некуда нам выгружать Королеву! Под трапом - десятки метров пустоты до следующей жопки корабля, стоящего на причале на пару ярусов ниже под нами! В прошлый раз, когда на фрегат грузили оборудование, он стоял в совсем ином доке, на ремонте, и там-то как-раз подход к трюму был. Но сейчас мы на обычной причальной площадке, и...
- Ах, это. - Ларис чуть развел мандибулы в улыбке.
Мужчина тронул инструментрон и вызвал кого-то из служащих порта. Меньше чем за десять минут к "Нормандии" подогнали погрузочную платформу. Точно под хвост. Так, что опущенный по моему приказу трап лег четко на ребристую металлическую поверхность без стука и зазора.
- Не знала, что такие есть. - тихо сказала я, глядя, как Дэрг выводит свою подопечную, ласково гладя испуганное насекомое по сяжкам и щупам. Девочка боялась. Ее страх клубился темным облаком, но доверие к нам и к Дэргу заставляло ее идти, веря его убеждениям, что все будет хорошо и ее никто не обидит.
- Система причальных площадок была разработана не нами. Они - часть Цитадели. Нам пришлось решать проблемы погрузки-выгрузки груза из хвостовых трюмов. - разведя руками, ответил мне Спектр. - Погрузочные платформы - лучшее решение на данный момент.
Вот оно как...
Я знала, что с Цитаделью есть проблемы из-за ее неподконтрольности своим обитателям. Но сколько этих проблем на самом деле? И насколько они... критичны? Знаю, что на станции нельзя даже суточный цикл сменить или банально маршруты общественных монорельсов поменять. Они как были заданы с самого начала, так не меняются до сих пор. Никакие убеждения, попытки обращаться к Хранителям или напрямую к управляющей консоли не помогают. Каталист упорен в своем нежелании идти навстречу своим же обитателям, а обойти его запреты жители Цитадели не могут. Вообще. Никак! Да они даже не могут перестенки поставить там, где хотят: тут же приходят Хранители и молча сносят незапланированную попытку перестройки. Ну или переделывают помещение под свои нужды, полностью игнорируя тех, кто в них находятся. Захотят врезать дверь в стены? Врежут. Захотят заделать дверь? Заделают, даже если при этом они замуруют кого-то живого в металлической коробке. Были прецеденты. И никто ничего с этим сделать не может.
Я бы на такой станции не жила...
Погрузчик подкатил к кару и опустился на площадку. Флегматичный саларианец, сидящий за рулем погрузчика, с легким любопытством глазел на то, как Дэрг уговаривает свою "девочку" осторожно перебраться в аэрокар. Королева Дэргу верила, но она... крупная, и иногда у малышки случались неприятные накладки, когда она плохо вписывалась в повороты. Вот и сейчас Королева мялась перед распахнутым трюмом кара: она не влезала, а как правильно сложиться, придумать не могла. То голова в потолок упирается, то лапки коленками, то еще что-то не так. Но Дэрг не сдавался, королева мелодично печально посвистывала, послушно делаю то, что он говорил, и вон, наконец, наша красавица сумела свернуться компактным комочком и, семеня, втечь в трюм аэрокара.
Турианцы и кроган наблюдали за процессом погрузки девочки в... смятении и ступоре. А уж какие глаза были у пилота кара... Песня прямо!
- Я же говорила: девочка не доставит проблем. Она милая и покладистая. - мягко, но не скрывая укоризны, сказала я, глядя крогану в глаза.
Ящерица-переросток на это только причмокнул и... остался при своем мнении.
Вообще, правильно сделал. Это к Дэргу и к нам девочка хорошо относится. А вот все остальные для нее "люди игл" по-умолчанию и доверия не вызывают. Вся ее короткая жизнь учила малолетнюю королеву бояться чужаков. Она их боится и сейчас. Боится и не доверяет, изначально считая врагами, которые хотят ей сделать больно, убить ее детей и ее саму. И правильно считает. Потому что большинство разумных действительно не хотят ей добра, видя лишь монстра. Старого врага, чуть не уничтожившего их всех.
А ведь столкнись она с угрозой и проявлением агрессии в свою сторону, и королева действительно может стать для всех тем самым злом... Врагом, который решит убить всех, кто желает ей и ее потомству смерти. И будет даже права в своих выводах.
- Готово! Мы закончили! - донесся от аэрокара довольный голос Дэрга. - Можно лететь!
- Оставайся с королевой.
Дэрг не ответил, но я видела, как он устроился на сложенной лапке юной рахни и что-то начал ей говорить, чуть ли не разлегшись на обожающем его насекомом. В глазах окружающих - дикое зрелище. Рослый крепкий человек ласково гладит страхолюдное существо размером с пассажирский аэрокар по голове, что-то ей рассказывает с плутоватой улыбкой на лице, а главное зло галактики тихо урчит ему, оплетая руки и шею толстенькими щупами. Ее аналог обнимашек. А со стороны может показаться, что рахни собирается сожрать смелого до глупости человека.
Крогана от такого зрелища передернуло.
- Знаешь, что ты сейчас видишь? - иронично спросила я, глядя на облизанного Дэрга, блаженно развалившегося на лапках рахни.
Гакхар настороженно склонил массивную голову.
- Проявление верности и обожания, у которых нет срока годности и давности лет. Юная Королева рахни нас обожает и по-своему любит. Она нам доверяет и будет нам верна несмотря ни на что. Ее нельзя будет убедить, что мы - враги. Никак и никогда, пока мы сами не попытаемся ее убить. И если она получит от нас просьбу о помощи... - я хмыкнула, глядя в расширяющиеся в понимании оранжевые глаза. - Откликнется весь рой. Вся мощь вида рахни теперь в нашем распоряжении. Потому что нас лично обожает единственная королева вида с абсолютной генетической памятью.
Самое ценное, что мы вынесли с Новерии. Королева рахни, за которой я летела. Бенезия... да, она важна, бесспорно, но рахни... Рахни - это джек-пот, суперприз, подогнанный самой реальностью, и я удавлюсь, но не позволю ей погибнуть или где-то пропасть. Надо будет, я ее силой отожму и вывезу... да хоть на тот же Вермайр! После того, как разберемся с Сареном. И не важно, к чему именно приведет наша встреча с этим колоритным мужчиной, юная королева будет жить и взрослеть в тепле, безопасности и комфорте. Моя королева! Наша девочка! Которая теперь намного менее уязвима к ментальному воздействию. Зря я что ли проводила с ней столько времени?
Урожденный менталист быстро училась. Она очень боится попасть под чужое влияние. Она до ужаса боится повторить судьбу ее предшественниц, а потому... Училась она на совесть. Никаких попыток сжульничать, схалтурить или проспать лекцию. Девочка жаждала знаний, как только поняла, что именно я ей дарю.
Защиту разума. Знания, которые оттачивали поколения менталистов и магов разума. Умения пользоваться врожденной силой, которая настолько велика, что рахни может бросить зов по всей галактике и созвать своих детей.
За время перелета с Новерии до Цитадели я целенаправленно создавала монстра. Нашего монстра! Я гранила талант девочки, ни на мгновение не покидая ее разум. Я учила рахни ставить непробиваемые многослойные щиты. Я учила ее защищаться от атак и нападать самой. Я учила ее ускользать от попыток взять ее под контроль и самой контролировать слабых разумом и волей. Я учила ее всему, чему могла научить за этот короткий срок. Но я планирую продолжить это обучение, ведь по воле канона у меня будет целых два года, которые никак не описаны. С турианцами я как-нибудь договорюсь, благо, советник ко мне прислушивается. А капсулу с мороженной тушей имени меня родимой я им сделаю. Чтобы было за что умирать наемникам и бойцам Цербера. И чтобы было на что Призраку выкинуть четыре миллиарда кредитов.
Настроение поползло вверх. Я взбодрилась и вышла из придавливавшей к земле моральной усталости. Чего это я, в самом деле? Всё, уже прилетели. Перегон закончился, и пора начинать следующий раунд нашей войны с Советом, Удиной и всем миром.
Погрузка королевы закончилась. Двери кара сомкнулись, укрывая от ненужных глаз бесценный груз, невзрачная пузатая машина взлетела. А мы погрузились в пассажирский аэрокар, припаркованный почти у трапа корабля. Полетим следом за грузовозом к залу Совета. Нас там очень-очень ждут.
* * *
В сумраке тактического центра мерно светились экраны, широко развернутые хозяйкой корабля. Данные стекались непрекращающейся лавиной: снимки, видео, потоки текста, цифр и схем. Все данные - выжимка, тщательно отобранные и проверенные на достоверность аналитиками разведывательных групп. Никакой отсебятины и попыток трактовать самостоятельно. Только факты с облаком дополнительной информации и, порой, пышных схем вероятных следствий и связей, которые удалось нащупать, но пока не получилось подтвердить или опровергнуть. Слухи, сплетни и новостная лента изучаемого социума выводились отдельным потоком в реальном времени. За них изредка цеплялся взгляд, если на небольших экранах возникало что-то интересное: визуальный ряд или строка субтитров, дублирующая убавленный на воспринимаемый минимум звук.
Образ Пространства Цитадели формировался быстро, собираемый разумом аналитика из обрывочной мозаики фактов, щедро поставляемой разведкой и бойцами. Миллионы вроде бы ничем не связанных данных, цифр и событий сортировались и раскладывались по своим местам в причинно-следственных цепочках, составляя непротиворечивое, хоть и уродливое цельное полотно истории, политических, экономических и социальных связей народов и рас, живущих в заинтересовавшем кластере галактической сети ретрансляторов.
Точеная рука шевельнула пальцами, часть экранов ушла ближе к стене зала, давая место новым, на которых стремительно разворачивались последние отчеты разведгрупп, работающих в нейтральных пограничных зонах. Одно из этих окон переливалось нежным фиолетовым блеском, сообщая о вероятной важности выведенного на него отчета. Пальцы вновь дрогнули на управляющей консоли. Мерцающее окно всплыло поверх остальных, являя глазам Лидера подробный отчет о событиях на нейтральной планете, славящейся среди местных своими научно-исследовательскими мощностями.
Короткие ёмкие фразы ее подчиненного, составлявшего отчет, подробно и живо описывали грандиозный скандал, совсем недавно прокатившийся по планете и о событиях, которые привели к этой занятной ситуации. Синие глаза стремительно скользили по строкам глифов, считывая информацию, изредка надолго задерживаясь на приложенных к отчету снимкам и коротким видео. Информация была достойна пометки важности: в галактике вновь появились рахни. Но по-настоящему важным оказалось даже не это. Не появление разумной и адекватной королевы древнего вида. Не набирающий мощь скандал, чьи последствия лавиной покатятся по галактике. Важным оказалось иное.
Лидер Айкарра долго смотрела на небольшой экран, показывающий видео с камер системы безопасности порта Ханьшань с бесценными съемками транспортировки Королевы Рахни на небольшой человеческий корабль. Она смотрела и улыбалась. Легкой, чуть ироничной, немного циничной улыбкой, полной предвкушения и разгорающегося азарта.
- Арэса.
Тихий вызов был услышан мгновенно:
- Лидер?
- Мне нужны данные по этому кораблю. - снимок был отправлен помощнику незамедлительно вместе с идентификационным номером отчета.
- Принял. - привычный за долгие века ответ.
Айкарра свернула окно и двинула отчет в сторону. К нему она еще вернется. Когда появится новая информация о корабле с названием "Нормандия".
* * *
Я вошла в Зал Совета с улыбкой на лице.
Маленький миг нашего триумфа и мелочного удовольствия от созерцания тех, кто нас так ждал. Я шла впереди и улыбалась, глядя в глаза советнику Спаратусу, прячущему ответную улыбку за маской вежливости. Он - наш куратор. Он в нас поверил и дал нам шанс. А теперь мы первый раз привели доказательство нашего успеха. Королеву самого опасного вида галактики как союзника и друга.
То, что никто не смог сделать до нас!
Это момент нашего триумфа. Моего лично, как человека, сумевшего обойти систему не обманывая ее. Найлуса, который меня выбрал и мне же помог, дав шанс выполнить свою работу. Гарруса, чья помощь и поддержка бесценны. Дэрга, который всё это время опекал юную Королеву и помогал ей унимать страхи и волнения. Самой Королевы, впервые за всю историю ее народа вступившей в Зал Совета правящего социума как разумное существо, а не как враг или животное. Это - наш мелкий триумф. Наш общий, ведь мы пришли с успехом, который... не всех радовал.
Удина наливался ядом и желчью, но еще не отошел от ступора и шока. Про Королеву он не знал, и вид огромного фиолетового существа стал для него сюрпризом. О, как он на меня смотрел! Это - сказка! Песня! Бальзам для моих истрепанных нервов! А глаза далатрессы, сегодня подменяющей советника Валерна? Великолепное, роскошное зрелище, как и растерянность на красивом лице Тевос, хорошо скрытое под маской величественности. Но я же вижу ее глаза! Я чувствую эмоции!
Это - прекрасно! Этот момент стоит наших потраченных нервов!
- Совет. - я вежливо склонила голову. - Спектр Имрир Шепард прибыла и готова к докладу.
Привычная фраза Спектра, прибывшего на отчет Совету Цитадели. Найлус за время полета до Зала Совета успел проинструктировать нас, что и как говорить. И, главное, кому начинать отчет. Меленький нюанс, про который не знают чужаки...
- Докладывайте, Спектр. - мягко произнесла Тевос недрогнувшим голосом.
Я стрельнула взглядом на недовольно сжавшего губы посла Удину. Что вообще человеческий всего лишь посол делает на заседании Совета Пространства Цитадели? Надо будет поинтересоваться у Спаратуса при случае, а то подобное попустительство выглядит как минимум странно.
- Наша миссия на Новерию увенчалась полным и безоговорочным успехом. Первоначальные цели выполнены в полном объеме. - я улыбнулась шире, глядя на вытянувшуюся рожу Удины, для которого информация о какой-то там миссии на Новерии с четкими целями оказалась сюрпризом. - Однако, во время выполнения вашего задания, нами было обнаружено серьезное нарушение законов Пространства Цитадели со стороны корпорации "Байнери Хэликс".
Моя улыбка Удине стала откровенно людоедской.
Это игроки могут по какой-то непонятной причине считать, что корпорация принадлежит Сарену и Бенезии. Но реально это не так. Корпорация - человеческая и она официально зарегистрирована в Пространстве Цитадели. Сарен всего лишь один из крупных акционеров. Не более того. Не хозяин. Не владелец. Просто акционер, один из многих, который владеет частью акций корпорации и благодаря этому входит в состав Совета Директоров. Сарен никак не пострадает от падения "Байнери Хеликс". Я знаю, он легко отмоется от столь пикантного скандала. А вот Альянс Систем может получить немало политических проблем из-за скандала с рахни. Потому что корпорация человеческая, а число инопланетян, работающих по найму, не так велико.
Я хочу, чтобы этот скандал был раздут до масштабов галактики! Никаких спусков на тормозах! Скандал должен появиться и лопнуть как раздутый чирей. Я хочу, чтобы Призрак начал дергаться. Я хочу, чтобы он мной очень сильно заинтересовался.
- Продолжайте, Спектр. - тем же тоном произнесла Тевос.
- В ходе спасательной операции, направленной на вызволение матриарха Бенезии, оказавшейся в ловушке научно-исследовательского комплекса станции "Расселина" во время проведения ею расследования деятельности корпорации, выяснилось, что помимо заявленных направлений исследований, корпорация "Байнери Хеликс" занимается запрещенными разработками биологического оружия массового поражения. Информация о микробиологическом оружии приложена к отчету: нам удалось получить полные данные по разработкам, которые целенаправленно велись отдельно под каждый разумный вид Пространства Цитадели. Ученые, работавшие на этот проект, не выжили: в лаборатории произошла утечка активного вируса, комплекс опечатали, разумные погибли. Также в отчете есть данные по разработке вакцины, но они неполные или разработка не была завершена.
Я сделала паузу, давая возможность оценить сказанное, переварить информацию и сделать выводы.
- Продолжайте. - вновь произнесла Тевос.
- Помимо разработок вирусного и химического оружия, в лабораториях на станции "Расселина" велись работы по созданию биологического оружия макро-класса. А именно - создание контролируемых генетически модифицированных солдат из потомков вида рахни, повсеместно признанных как одни из самых опасных существ.
Я вновь сделала паузу. Советники тихо зашушукались, но вновь голос Тевос разнесся по Залу:
- Спектр Шепард, вы говорите про разработки сверхсолдат?
- Да, советник Тевос. Я говорю про генетически модифицированных и усиленных в боевую сторону солдат из вида рахни, которые создавались из потомства королевы рахни. Предполагалось, что эти создания должны быть управляемыми, но эта разработка не увенчалась полным успехом: генетические изменения были внесены в полном объеме до получения необходимого результата, однако, возможность контроля и управления выращенными существами была утеряна.
Мелкая пауза дала возможность оценить сказанное, и лишь ощутив понимание моих слов, я продолжила:
- Я могу предоставить вам отчеты, найденные на станции. У меня есть свидетель в лице уважаемого и известного Матриарха азари - Леди Бенезии, которая прибыла на станцию "Расселина" для исследования слухов о незаконной деятельности корпорации. Матриарх может дать исчерпывающие объяснения, ведь с королевой рахни она установила контакт раньше меня.
Упоминание Бенезии - подлый прием. Но нужный. Потому как дальше я собираюсь наступить на яйца Удине и Андерсону, которого, по счастью, нет в Зале Совета, но я знаю, что бравый капитан находится на Цитадели.
- Во время общения с Леди Бенезией, выяснилось, что она смогла попасть на станцию "Расселина" с помощью Спектра Сарена Артериуса.
Удина аж встрепенулся, услышав заветное имя, но... его сейчас ждет суровый облом.
- По словам Матриарха, Сарен, который является одним из акционеров корпорации "Байнери Хеликс", имеет доступ в закрытые лаборатории. Воспользовавшись своими правами члена Совета Директоров, Сарен дал возможность Матриарху прибыть на научно-исследовательскую станцию и провести расследование деятельности корпорации. Во время расследования и выяснилось, что на станции в тайне незаконно удерживалась в плену естественно-рожденная Королева вида рахни. Она - последний представитель вымирающего разумного вида. Ее вырастили на станции из яйца, найденного на обломках корабля времен старой войны и контрабандой провезенного на Новерию, над ней проводились опыты, подавляющая часть из которых запрещена законами Пространства Цитадели. Ситуацию усугубляет факт, что Королева является ребенком трех лет от роду.
Я сделала паузу, давая возможность оценить сказанное. Удина хватанул воздух, но даже не посмел заорать свое "Это возмутительно!". Видать понял, как и с каким удовольствием я его зарою за это.
- За время пребывания на станции "Расселина" мы сумели достичь взаимопонимания с этим ребенком. Девочка полностью адекватна, не подает признаков агрессии и готова к сотрудничеству. - широко улыбнувшись Спаратусу, я добавила: - Королева попросила протектората у Иерархии для себя, своих детей и всего своего вида. За что обязуется выполнять договоренности вассального вида в настолько полном объеме, насколько она в состоянии.
Ах, какие лица! Какие эмоции!
Великолепно! Просто великолепно! Тевос растеряна. Далатресса в ярости, но ее мнения вообще никто не спрашивает. Как только я заявила о просьбе о протекторате и вассалитете, дело перешло в разряд внутригосударственных проблем Иерархии, а не Пространства Цитадели, ведь обращение было высказано непосредственно представителям турианского государства.
- Вопросы вассалитета и протектората рахни будут решаться непосредственно с Примархом Федорианом. - произнес Спаратус. - В данный момент он находится на Цитадели и скоро прибудет в Зал Совета.
Это вообще изумительно! Федориан успел прибыть на станцию, и теперь никто и ничто не сможет влезть в этот милый договор. Потому что обращение было о защите. Те просьбы, которые никоим образом не касаются других видов, ведь Совет Цитадели не вмешивается во внутренние дела государств и видов, в них входящих. Именно тот нюанс, благодаря которому Альянс Систем придушил сопротивление не вошедших в его состав народов и сохранивших суверенитет государств Земли
Удобный нюанс, на котором могут играть не только люди, азари и ханары.
- Насколько резонно подобное доверие? - мягко спросила Тевос.
- Королева не знает понятия лжи. Она честна настолько, насколько может быть честным существо, не понимающее двусмысленностей и лицемерия. - ответила я, глядя ей в глаза. - Мысль не может лгать. Она общается лишь мыслями, поскольку природа не дала ей голосового аппарата, способного воспроизводить речь.
Я вновь замолчала, давая возможность далатрессе высказаться. Саларианку распирало от негодования! Явление рахни стало для нее сюрпризом, не меньшим, чем для Удины. Спаратус предупреждал только коллег. Но не ее, ведь советник - Валерн. Именно сейчас привычка далатрессы влезать в Совет не пошла ей на пользу.
- Рахни - опасны. Они - причина войны. Вы привели Королеву на станцию. Неразумно.
На это высказывание я пожала плечами.
- Советник Валерн. - Я не сдержала улыбки от мелочной радости: далатресса полыхнула злобой и раздражением: как же так, ее, правящую самку вида сравнили с каким-то самцом. - Кроганы, люди, турианцы, азари и саларианцы в том числе - опасны. Все они развязывали войны. В разные периоды своей истории и по разным причинам. Это же не является причиной для их уничтожения.
Далатресса промолчала, но ее гнев и раздражение докатились до меня сочной, но черной волной.
- Советник, перед вами малолетняя беременная девочка, которую с рождения мучили, калеча на ее глазах ее же детей. Разве саларианские далатрессы подобное одобряют?
Далатрессу перекосило, но она смолчала. Я улыбнулась ей в глаза. Да-да, я всё знаю. И советника Валерна от злобной старой бабы как-нибудь отличу. Даже по роже.
- Дальнейшая судьба Королевы будет решаться Примархом. - мурлыкающий вибрирующий голос разнесся в напряженной тишине громко, словно вынесенный вердикт. - Иерархия не отказывает в помощи и защите детям.
Если бы далатресса могла, она бы меня удавила.
У меня только что появился еще один враг.
Невелика проблема, на самом-то деле. Она не рискнет высказываться чрезмерно, поскольку, если всплывет, что она влезла на место советника Валерна, скандала не избежать. Резонанс может пойти любой, вплоть до выставления вотума недоверия саларианцам как одной из старейших рас с вынесением на рассмотрение вопроса об исключении их из Совета Цитадели, раз уж они столь явно нарушают ими же учрежденные законы. Далатресса никогда не пойдет на эскалацию конфликта и не даст повод пнуть ее со станции. Тем более, она не подставит народ. Потому она будет молчать. Беситься - не без этого, но молчать, потому как на Валерна, выходца из ГОРа, влияние у нее весьма посредственное. При возможности советник ей подгадит с удовольствием, а я постараюсь ему такую возможность дать.
В огромном зале затаилась недобрая тишина подвисшей нехорошей паузы. Далатресса молчала. Она не могла сказать правду, но не могла и солгать прямо. Пикантная, некрасивая ситуация. Именно такая, какую я хотела сделать. Тевос молчала, не пытаясь прийти на помощь саларианке, Спаратус получал мелочное удовлетворение, Гаррус глазел по сторонам, Найлус балдел от ситуации не меньше дяди, Удина наливался ядом, а Дэргу было насрать на всё и всех. Он играл с рахни и имел ввиду всех вокруг, особенно Удину. Как посла перекашивало от взгляда на моего бойца, чуть ли не растекшегося по голове самого страшного существа Пространства Цитадели! А от вида толстых щупов, обвивающих Дэрга за голову и плечи, посла дергало мелким тиком от отвращения, подспудного страха и непонимания.
Знал бы он, какое откровенное удовольствие ловит Дэрг от общения с рахни... Но он об этом никогда не узнает, как не узнает о том, что для нашей девочки он прозрачен как ключевая вода. А Дэрг, сидя на ментальной связи с малышкой, сейчас узнает много любопытного и интересного. И рожа у него такая вдохновенная не из-за пафоса и величия происходящего, а от того, что ему искренне и честно сдает наша фиолетовая красавица, слушающая "песни" собравшихся в Зале Совета разумных и переводящая слова этих песен своему другу и защитнику.
У нас было время обучить Королеву разговорной речи и словам за долгие дни перегонов...
Пауза слишком затянулась, но напряженность так и не лопнула: слово взяла Тевос:
- Спектр Шепард. Вам есть что добавить?
А теперь время добивать.
- По самой миссии на Новерии - нет. Все подробности изложены в отчете. - я снова улыбнулась послу Удине, у которого к моим отчетам в Спецкорпус доступа нет. - Матриарх Бенезия успешно прибыла на станцию на борту своего корабля в сопровождении дочери Лиары Т'Сони и моего лучшего бойца. Во время инцидента на станции "Расселина" ни матриарх, ни ее дочь не пострадали. - я сделала небольшую паузу, давая возможность сказанным ранее словам завершиться смысловой точкой. А теперь - сладенькое: - Также, во время обратного перелета на Цитадель, мы встретили посольский корабль, пострадавший от нападения Корсаров. Посол Поднебесной Империи уцелел, ему оказана медицинская помощь. Виновники нападения доставлены на Цитадель для разбирательства.
У Удины дернулся глаз.
Я только что положила перед Советом Цитадели большую, жирную, откормленную политическую свинью. Корабль Корсаров с живым экипажем, пойманный с поличным при нападении на посольский корабль китайцев. То, чего никогда ранее не было, ведь Альянс Систем так рьяно отрицал сам факт существования Корсаров...
Какая я сволочь, а.
Замять это уже не получится. Никак. Спаратус не слезет и не отвалит. Проинструктированная Бенезия подтвердит мои слова. Что бы там матриарх ни думала, но она не посмеет пойти против моего слова. С одной стороны закладки не позволят, а с другой - здравый смысл, ведь мы вскоре улетим на Вермайр и никому неизвестно с каким результатом мы вернемся. Бенезия очень боится Властелина. Она не посмеет вести свою игру.
- Это всё? - вновь спросила Тевос.
- Не совсем.
Спаратус от моих радостных, полных предвкушения слов нахмурился и ощутимо напрягся.
- Опрос выживших позволил сделать вывод, что корпорация "Байнери Хеликс" прямо или опосредованно работает на террористическую организацию "Цербер" или выполняет заказы лидера этой организации, известного под псевдонимом "Призрак".
Это было как... удар в лицо. С размаха, от души.
Тевос выпрямились, с силой сжала пальцы на поручне. Удина занервничал, но лицо сохранял прекрасно и догадался не встревать в мой доклад.
- У вас есть доказательства? - спросил Спаратус.
- Прямых - нет. Но достаточное количество косвенных улик, подтвердить которые можно, но не в ближайшее время: информация требует обработки и дополнения из... других источников. Вероятно, эту информацию сможет подтвердить или опровергнуть Спектр Артериус. Насколько мне стало известно, он довольно много времени потратил на расследование деятельности этой террористической организации.
Рожа Удины была бесценна! О, это роскошное негодование! Эта злость и бешенство, пылающие в его глазах! А какие от него шли эмоции... Он меня почти ненавидит. Останется дожать еще совсем немного... после возвращения с Вермайра. И будет то, что я хочу получить и получу в любом случае, если я не ошиблась в предположениях: врага в числе людей, которого в нужный момент я смогу с чистой и легкой совестью сдать за связи с Харпером.
Чем дальше, тем больше я начинаю любить интриги, политику и прыжки на чужих гнойниках. Из них так вонюче брызгает правда...
- Совет, на этом у меня всё. Пока мне нечего добавить к отчету.
Поскольку спрашивать с меня было уже нечего, ведь отчет я отправила сразу, как только мы прошли ретранслятор в туманности Змея, нас отпустили с пафосными напутственными словами о важности нашей миссии и так далее и тому подобное. На этот раз имя "Сарен" не прозвучало. Зато прозвучало напутствие в обтекаемом пожелании добыть еще немного правды и принести им, Совету, ту информацию, которую они, если быть совсем честным, так не хотят получить.
Информацию о Жнецах.
Какими нас провожали взглядами, пока мы шли от площадки для доклада до высоких цитадельских двойных дверей! Сколько эмоций летело нам вслед! Какими глазами смотрел мне в спину Удина! А как бурлил в нем горчащий разочарованием букет из страха, досады, ярости и гнева! Красота!
Однако, долго и мелочно радоваться я не стала. Удина мог стать серьезной проблемой, да и делать из него врага раньше срока мне нельзя. Как нельзя достать Призрака до такого, чтобы он отказался от проекта и попытался меня просто грохнуть. Я хочу получить новенький корабль с сакраментальной надписью "SR-2" на борту и пустым местом под названием. А для этого я должна стать однозначно незаменимой в глазах полубезумного психопата с манией величия и желанием отсрочить неминуемое и обмануть тех, для кого он прозрачен как ключевая вода. Над этим я поработаю позже. Но в любом случае, Удину надо прекратить откровенно доставать и наживать врага. Того, что я и так делаю, достаточно. А уж когда вернусь...
За моей спиной закрылись двери в Зал Совета, отсекая бурлящий поток мыслей и эмоций. Второй этап сделан: отчет Совету прошел так, как мне и хотелось с тем результатом, который я планировала получить. Теперь...
Двери лифта перед нами разошлись с подзабытым переливчатым пеликаньем, а мы столкнулись с рослым турианцем и не менее рослым... асуром.
Мысли разлетелись как пугливые птички: передо мной стоял мощный, сильный и древний асур с безмятежными глазами, какие свойственны только по-настоящему уверенным в себе разумным. Или последним отморозкам. Нет, не так. Уверенному в себе древнему отморозку, который текуче обошел нашу компанию, кивнув Гаррусу как старому знакомому. Наше сокровище всполошился, выныривая из своих мыслей, всмотрелся в незнакомцев, всполошился еще больше и выдохнул:
- Примарх Федориан. Адмирал Ионра...
Понимание кипятком пронеслось по нервам. Примарх! Со своим асуром! Здесь! Значит, сейчас будет решаться судьба Королевы. А мы как раз покинули Зал Совета и вернуться уже не получится. Какая...
- Жду вас после заседания Совета. - произнес Примарх, проходя мимо нас.
...досада.
Вот что нам стоило задержаться еще минут на пять?
Или, возможно, так даже лучше? Примарх явно желает с нами встретиться приватно. Никого лишнего. Только те, кому можно доверять. А это...
Это хорошо.
Перехватив под локоть Гарруса, растерянно смотрящего то на нас, то на подходящих у дверям Зала Совета разумным, я затащила его в ожидающий нас лифт.
- Сколько у нас времени до окончания заседания? - спросила я.
- Не знаю. - пожал плечами Найлус, тронув символ первого этажа. Двери закрылись, и лифт медленно пополз вниз под незабываемую музыку. - Заседания обычно непродолжительные если нет каких-то острых вопросов. Но разбирательства проходят не в Зале Совета, а в административной зоне. В Зале Совета только оглашаются решения и изредка проводят показательные разбирательства, если одну из сторон не желают допускать в приватные переговорные залы.
- Удину не пустят.
Найлус кивнул.
- Думаешь, заседание закончится быстро?
- Уверен.
- Но там осталась Королева. - заметил Гаррус.
- И Дэрг. - добавила я. - А туда только что вошел адмирал Ионра.
Гаррус прикрыл глаза, нервно поджал мандибулы. Судя по реакции светлого сокровища, адмирал однозначно опознает в нашем бойце сородича, и у него возникнут закономерные вопросы.
- Найлус.
Напарник повернул голову, вопросительно шевельнул мандибулами.
- Где сейчас Аэте? Он уже должен быть на станции, раз Бенезия добралась.
- Он у корабля Корсаров. Передаст их Спецкорпусу и прибудет на "Нормандию".
Лифт доехал до нижнего этажа, остановился и приветливо распахнул двери, предлагая нам выметаться. Мы вышли на площадь, а я поняла, что... не знаю, куда дальше нам идти. Куда-то еще двигать - бессмысленно, пока не пройдет встреча с Федорианом и, полагаю, со Спаратусом. Скорее всего, ждать Примарха надо будет в кабинете советника. И только после этой встречи можно планировать все остальные дела на Цитадели.
Я потерла лицо ладонями, растерянно глядя на двоих турианцев.
- Куда дальше?
- К Спаратусу. - коротко ответил Найлус, что-то набирая на инструментроне. - Идем, здесь есть перехватывающая парковка: туда пригонят мой аэрокар со стоянки Спецкорпуса.
Я кивнула. Стыдно признавать, но я до сих пор почти не ориентируюсь на станции. Конечно, квартиру найти смогу: любое такси отвезет меня по нужному адресу. Еще немного ориентируюсь на Нижних Рынках и в районе Закера. Знаю Президиум и окрестности Башни Совета, но только у фонтанов и каналов. Что там в подворотнях и в тени деревьев мелких парков - тайна, покрытая мраком незнания. А, еще могу найти посольство Альянса Систем, но уже до СБЦ я не доберусь без помощи городского транспорта или вездесущей Авины.
Занятая такими мыслями я шла между Найлусом и Гаррусом. Их присутствие успокаивает и позволяет как-то флегматичнее смотреть на ближайшее будущее. А ведь мне еще надо к Удине заглянуть. Знаю, он захочет меня видеть и выгрызть мозг за то, что я сделала. Но у меня к нему свои дела.
Или не заходить?
В принципе, я могу получить всю нужную мне информацию в обход посла, а он не узнает, кто именно мне интересен и не стукнет Призраку. В глазах главы Цербера нужные мне люди ценности не имеют никакой, но мне очень нужен прекрасный пилот и не менее прекрасный боец, сумевший выжить во время нападения корабля Коллекционеров, в одиночку добраться до точки связи и сообщить о том, что произошло в колонии.
Ладно, Удина - потом. Если будет время и возможность. Сперва надо решить вопрос с "Нормандией" и ее экипажем. Корабль сдать на полную переделку, а людей где-то поселить на время моего отсутствия. И чем-то их занять. Джокера надо закинуть в клинику Спецкорпуса. Посмотрим, что они скажут. Туда же - Аленко. Пусть его проверят. Хочу знать, что там у него с его L2 и каковы шансы вытащить проблемный имплантат или заменить его на что-то поновее и побезопаснее. Хотя, L2 считается самым мощным из всей линейки биотических имплантатов... у людей, по крайней мере. Получу результаты обследования, потом уже можно будет думать, что с ним делать. Еще есть Уильямс. Тоска-печаль на корабле, которая до сих пор не определилась, чего она хочет на самом деле: свалить с моего корабля или остаться на его борту и продолжить летать на острие удара. После решения всех этих вопросов, можно будет заглянуть домой и проведать детей. Надо будет обязательно что-то купить в подарок. А это - Нижние Рынки. А еще...
- Вот и кар.
Тихий голос Найлуса прервал сумбурный поток мыслей, возвращая в здесь и сейчас. Эмоциональный подъем, накрывший во время отчета, бесследно исчез. Вновь накатила моральная усталость. Я в каком-то странном отупении наблюдала, как Найлус разговаривает с сородичем, пригнавшим кар. Так же на автопилоте забралась в машину и затихла на заднем сидении. Полет прошел фоном, но когда кар начал снижаться и сбрасывать скорость, я словно проснулась. Тягучая усталость рассосалась, ушла под звуки вибрирующих тихих голосов и растворилась в насыщенном настоявшейся энергией фоне Цитадели, словно древняя станция щедро делилась свой силой, подпитывала и позволяла беспардонно вампирить на своих запасах.
- Имрир. Мы прибыли. - тихо произнес Гаррус, поворачиваясь в кресле.
Зевнув, я потянулась. День на Цитадели только начался, и мы можем успеть сделать все важные дела за одни сутки, провести немного времени с детьми и улететь на Вермайр до вечера следующего дня.
- Сколько у нас еще времени? - спросила я, лениво прогребая растрепавшиеся волосы.
- Нисколько. - с улыбкой ответил Найлус. - Нас уже ждут.
Что?!! Уже?
- Так быстро?
- Заседание продлилось недолго.
- А как тогда... Ну, добраться до кабинета и всё такое... Хотя, там кабинет был прямо в Башне... А зачем мы сюда летели?
Тихий вибрирующий смешок меня добил, прочищая мозги. Я тряхнула головой, потерла разнывшиеся виски. Что-то меня сильно накрыло...
- Имрир. В Башне реально никто из советников не работает. Они собираются там только тогда, когда запланированы заседания, какие-то мероприятия и дипломатические приему. Мы сейчас находимся в административном квартале Иерархии. Такие есть у каждого вида, принятого на станции. У людей он в районе Закера. Наш находится чуть дальше на лепестке, где нам выделили жилую зону. От Зала Совета сюда идет прямой маршрут монорельса: добираться недолго. Советник с Примархом уже на месте, а мы ждали, пока пригонят кар, да и летел я не спеша, чтобы вы отдохнули. - Найлус открыл дверь, спрыгнул на металл пола. - Нас уже ждут.
Как на нас с Гаррусом волшебно подействовала последняя фраза, не передать словами! Мы подскочили и под ироничное веселье Найлуса, доносящееся до нас по ментальной связи, выкатились из аэрокара.
- Тут недалеко. - не скрывая веселья добавил он, жестом указывая на лифты. - Не так уж нас и заждались. Им есть что обсудить и без нас.
Да, им есть что обсудить. На Новерии мы хорошо погуляли и привезли с собой много интересного. Другое дело, как отреагирует Федориан, все же, мы действительно хорошо погуляли.
Тяжелая рука успокаивающе легла на плечо.
- Идем.
- Веди.
Найлус улыбнулся, коротко вибрирующе хохотнул и пошел куда-то к краю парковки, утопающей в зелени близкого парка, а мы, переглянувшись, пошли за ним.
Я шла и вслушивалась в окружающее пространство. Цитадель везде разная. Вроде бы станция та же самая, всё то же спокойное море древней слежавшейся энергии, пластами боли, страдания, жизни и смерти окутывающей всё вокруг, но... отличия были. В Президиуме концентратом плескало лицемерие, надежды и тонкий яд интриг, пропитывающий сам воздух. Там красиво, но жить в таком месте не стоит. Зал Совета... Он покрыт величием и пафосом так густо, что в него окунаешься как в туман, непроизвольно проникаясь атмосферой места и начиная вести себя соответственно моменту. Непроизвольно, реагируя на энергетику и дух. В то время как Район Закера... душный застоявшийся мегаполис разбитых мечтаний, неоправдавшихся надежд и разрушенных судеб, на которых подобно плесени воцарилась алчность и жестокость, набравшие свой апогей в джунглях Нижних Рынков. Там - истинное царство всякой мерзости, осевшей на дне социума Цитадели подобно наросту опухоли. И только в крохотных анклавах яркими лучиками проблёскивает чье-то чистое счастье. Редко, но оно все же есть: чистое счастье в океане жадности, корысти, боли, разочарования и тупого уныния, скатывающегося в откровенное несчастье.
Мы прошли парковку, привычные мелкие газончики с цитадельской зеленью, пересекли тротуары и небольшую площадь, на которую выходило высотное здание администрации Совета. Таких высоток в жилых лепестках немного: они возвышаются башнями над районами более низких жилых и офисных зданий, являясь, по сути, центром своего квартала. Именно возле них располагаются станции монорельса и цитадельского воздушного транспорта.
- Похоже на здание СБЦ. - негромко произнесла я, рассматривая знакомы до чувства дежа вю вход.
В прошлое посещение Цитадели я видела очень похожее здание, только там у входа стояли мужики в броне СБЦ с оружием и ругались с Рексом...
- Похоже. - согласился Найлус, перехватив от меня образ.
- Эти здания однотипные. - произнес Гаррус, полыхнув укоризной в его сторону.
Укоризна не подействовала: напарник, хоть и навещал СБЦ по работе, совершенно не утруждал себя запоминанием самого здания и деталей на его фасаде. Как оказалось, он вообще столицу всея Пространства Цитадели не особо любил, хоть и находил некоторые ее районы привлекательными, веселыми или просто интересными, жил на станции только по надобности, когда шла работа на ее территории или ему надо было ждать чего-то или кого-то, но при первой же возможности улетал в нейтральные зоны.
- Да, однотипные. А Хранители не дают их хоть как-то разнообразить. - цинично добавил тот, подходя к дверям. - Даже в другой цвет не покрасить: как замечают, сразу всё сносят и закрашивают как было.
- Видимо, Каталист не очень любит, когда кто-то занимается несанкционированной росписью по стенам. - я улыбнулась. - Зато и всякое непотребство зачищают, иначе Нижние Рынки были бы как расписная похабная шкатулка.
- Ага, с дерьмом внутри. - фыркнул Найлус, открывая дверь.
- Не без этого.
На этом глум как-то сам собой утих: мы вошли в здание и, пересекши просторный холл, вышли к лифтам.
Гаррус снова оказался прав: это здание действительно однотипное со зданием СБЦ. Даже во внутренней планировке. Но если в первый раз подобное впечатляло, то сейчас... Сейчас сложное переплетение коридоров, переходы через сектора и множество лифтов проходили мимо разума сплошной чередой однотипных серых стен и дверей. Иногда двери не были закрыты, и мы могли видеть работающих разумных. Вообще, в здании довольно много народу: не только турианцы, но и азари, занятые своими делами, сновали по коридорам, переходя от кабинета к кабинету или собираясь стайками в ожидании неспешного цитадельского лифта. Пару раз я видела кроганов и даже асуров, когда проходила мимо помещений с открытыми дверями, но химеры на Цитадели встречались крайне редко и в основном не передвигались без своей привязки и напарника. И не покидали зоны Иерархии. Если не считать наличия асуров и отсутствия людей, можно было подумать, что я снова зашла в СБЦ. Еще отличался ментальный фон. Не было здесь того привкуса конфликтов, чужой боли, проблем и ярости, которыми пропитано здание СБ.
- Пришли. - тихо произнес Найлус, останавливаясь у стандартной для Цитадели двери. Он тронул кнопку внутреннего зуммера, короткая пауза, ответ, напарник представился и дверь распахнулась, предлагая нам войти.
В последний раз тронув безграничный океан Цитадели в немой благодарности, я вошла в приятно освещенный приглушенным светом квадратный холл. Небольшое, но просторное помещение, оформленное в светлых кремовых тонах с парой ярких акцентов в виде жалюзи и ширм, зонирующих зал на приятные закутки с диванчиками. В стенах - три двери, ведущие вглубь рабочих зон. Одна из них - справа - открыта. Именно туда мы направились и, пройдя длинный зал приемной со стойкой администратора, вошли в просторный кабинет советника Спаратуса.
Неспешная тихая беседа угасла с нашим приходом, а мы попали под перекрестные взгляды пятерых разумных. В кабинете нас ждал сам советник Спаратус, его очаровательная супруга, Примарх Федориан, его напарник-асур - адмирал Ионра. И Аэте, с совершенно сытой счастливой улыбкой на лице смотрящий на нас искрящимися весельем фиолетовыми глазами.
- "Аэ?" - отправила я ему мысль-вопрос, окрашенный недоумением.
Асур понял меня прекрасно: улыбка стала еще шире, а мне в голову толкнулась мягкая мысль-ответ:
- "Я уже побывал на корабле." - быстрый проблеск образа "Нормандии" на причале в процессе разгрузки всякого бытового хлама. - "Мое присутствие там не требуется. Капитан сообщил, где вы находитесь, и я успел прибыть в Зал Совета до того, как из него ушел Дэрг."
- "Где он сейчас?"
- "Всё еще с Королевой. Рахни погрузили в грузовой аэрокар и доставили по приказу Примарха в зо..."
Договорить он не успел: громкий голос советника вклинился в наш разговор язвительной иронией и укором:
- Имрир, Аэте, не могли бы вы вести ваши, несомненно, содержательные разговоры вслух?
Как неловко получилось... Уже ж не первый раз... Вроде бы я лицо держу хорошо, Аэтера - тоже. Или это чисто логический вывод? Все равно неловко.
- Простите, советник. - искренне извинилась я.
Спаратус милостиво кивнул, Федориан лишь в задумчивости шевельнул мандибулами, изучающе глядя на нашу компанию.
- Присаживайтесь. - советник указал нам на выдвинутые кресла.
Мы расселись и замерли, ожидая его дальнейших слов.
- Должен заметить, каждое ваше возвращение становится всё ярче и проходит с большим... политическим резонансом. - тон советника сменился на велеречиво-мягкий, несколько ленивый и спокойный.
- Мы стараемся хорошо выполнять нашу работу.
Советник хмыкнул, качнул головой. И задал вопрос, который я так долго ждала:
- Вы ожидали найти Королеву на Новерии?
- Я знала, что она там будет.
Федориан поджал мандибулы, его асур нахмурился.
- Ранее вы не упоминали о рахни. - заметил Спаратус.
- Наличие или отсутствие рахни никак не влияет на первостепенную задачу. - я пожала плечами. - К сожалению, моя память не настолько целостна, как мне бы хотелось. Но про королеву я знала. И знала, что при должном внимании и старании можно получить ее верность и благодарность. Но можно было ее просто убить, залив кислотой. Подобный механизм ликвидации был встроен в ее капсулу.
- Но вы выбрали ее спасение. - негромко произнес Примарх.
- Она ничем не провинилась. На ней нет крови и жертв, она не принесла зла.
Рослый турианец иронично склонил голову.
- Альтруизм?
- Альтруизм вкупе с расчетом. - уточнила я, не отводя взгляда. - На мой взгляд, самое полезное, что можно вывести с Новерии, это Королева рахни и несколько разумных, про которых я в своё время вспомню. Когда мне понадобятся верные, честные и порядочные, но нищие наемники.
Адмирал Ионра на это высказывание только хмыкнул. Советник нахмурился, а Примарх с тем же неизменно-вежливым выражением на лице не меняя тона спросил:
- Вы предполагаете необходимость в верных, честных и порядочных, но нищих наемниках?
- Я очень ценю верность, честность и порядочность, которые уже прошли огранку неблагоприятной средой, счистившей с них плесень идейности и идеалистичности. - пожав плечами, ответила я.
Примарх согласно прикрыл глаза, чуть заметно шевельнув мандибулами в аналоге легкой улыбки.
- Что может быть лучше честного и порядочного разумного, способного на верность, которому некому эту верность предложить, ведь он настолько разочаровался в родном государстве и в собственном виде, что не видит в их среде никого достойного? Особенно, если суметь убедить такого разумного в том, что ты достоин его верности. Что ты готов подарить ему всё, что он хочет и что мечтал бы сделать сам, но на что у него нет ни сил, ни средств, ни возможностей.
- Вы - сумели.
Это не было вопросом. Простая констатация факта, на которую не требуется даже отвечать.
- Ради чего? - еще один спокойный вопрос.
- Ради того, чтобы действительно подарить таким разумным возможность исполнить свою сокровенную мечту: изменить этот мир.
Федориан приподнял надбровный щиток, качнул головой. В его голосе появились какие-то странные нотки. Немного вкрадчивые, воркующие. Опасные нотки напружинившегося хищника.
- Вы собираетесь изменить мир?
- Нам придется его изменить. А если у нас это не получится, умрут все. Или сам мир загнется, или нас перебьют. Допустим, течение истории можно поменять. Но вот как откупиться от Жнецов... Какова цена будущего цивилизации в их глазах, я узнаю на Вермайре. - я не сдержала кривой усмешки. - Если Назара вообще что-то готов принять в уплату долгосрочной отсрочки Жатвы.
- Считаете, нам будет чем заплатить?
Уже "нам"...
- Если я узнаю, что на самом деле произошло между Сареном и Назарой, и что одному из самых древних разумных существ в нашей галактике надо от молодого калеки со скверным характером и испаскуженной репутацией, возможно, я узнаю, ради чего Назара откладывает Жатву. И будет откладывать до тех пор, пока Сарен Артериус жив.
Примарх выпрямился.
- Это точное знание или предположение?
- Это неявный факт, однако, именно после смерти Сарена Назара позволил "Нормандии" подорвать свою платформу. Хочу заметить, что до этого Назара прошел сквозь весь флот даже не соизволив щиты поднять. И именно этот момент стал поворотным во всей истории, фактически, подписав приговор Пространству Цитадели. - я вздохнула, развела руками. - У меня нет никакой точной информации. Одни догадки, основанные на косвенных признаках вроде откровенной и явной лжи в глаза на заседании Совета. Сарена можно назвать каким угодно, но только не тупым. Он знал, что делал и почему. Вот мне и хочется узнать это "почему".
- А как же Матриарх Бенезия?
- А что Матриарх?
- Вы ни разу не упомянули ее. - негромко произнес он.
Ах вот оно что...
- Примарх Федориан. Бесспорно, Бенезия - довольно влиятельная особа в среде азари. Даже советник Тевос к ней прислушивается. - спокойно ответила я, не отводя взгляда. - Но она в любом случае никуда не денется, понадобится гораздо позже и будет делать что велено без лишней инициативы и попыток взбрыкнуть.
На это заявление удивлением полыхнул уже Спаратус. Видать, хорошо знает Матриархов азари такого статуса. А Федориан все так же был спокоен и сосредоточен.
- Почему вы так уверены?
- Потому что знаю, насколько сильно она боится Назару. И как качественно он завязал ей мозги на подчинение Сарену. - цинично ответила я. - Я могла бы вынуть эти закладки. Это долго, сложно, но возможно. Но я ничего не делала и не буду делать, пока не встречусь с Сареном. И, полагаю, с самим Назарой, потому как первое наше общение обязано произойти на Вермайре по терминалу, который там установлен. Только по возвращению с Вермайра я буду разбираться с Бенезией. И тут два варианта: или я сниму ей эти закладки, или доработаю так, чтобы от нее никогда не возникло проблем из-за чрезмерной идейности, тупости или желания стать героем и остановить Великое Зло.
Федориан смотрел в упор, не мигая, не скрывая тяжелого давящего интереса и... понимания сказанного. А потом задал один-единственный вопрос:
- А оно есть, это Великое Зло?
- Это я узнаю на Вермайре.
Примарх хмыкнул, бросил скользящий быстрый взгляд на напарника, качнул головой и неожиданно-тепло произнес:
- В таком случае, я не вижу смысла вас задерживать.
Что? Вот так просто? А как же...
- Королева останется под моей защитой и будет вывезена с Цитадели. Полагаю, когда вы вернетесь, вы пожелаете ее увидеть и забрать вашего бойца.
Дэрг... Его придется оставить. А где Дэрг, там должен остаться и Дилан, иначе кто знает, как их фигурно перекосит по раздельности.
- Да, я хочу получить своих бойцов обратно.
- Они будут вас ждать.
Еще бы они меня не ждали...
- От меня что-то еще требуется?
- Успех вашей миссии. - клыкасто улыбнулся Примарх.
Эта фраза словно подвела черту под разговором, завершая его и отпуская нас.
- Если мы вернемся с Вермайра не одни, значит, мы добились успеха.
Федориан не сказал более не слова, лишь короткий кивок обозначил его согласие с моими словами.
Не знаю, что я ожидала увидеть: в голове даже образ этого мужчины толком не складывался, разбиваясь о множество мелких несостыковок и кучу противоречий между заявленным и действительным. Возможно, это недоработка сценаристов, возможно - просто сделанный "на отвали" образ. Не знаю и никогда уже не узнаю. Но реальный живой Примарх Федориан меня приятно удивил и озадачил, лишь вскользь сообщив о своей поддержке.
Кабинет мы покидали вчетвером: Аэте, быстро перекинувшись парой слов с Ионрой, подошел к нам под каким-то странно-заинтересованным взглядом адмирала. Но об асуре я подумаю когда-нибудь потом, когда у меня на это появится лишнее время и подходящее настроение. А сейчас нас ждет "Нормандия", ее экипаж, десантные группы и техники Спецкорпуса.

 
 
 

Глава 64: Пока разгоняется ядро


 
 
 Во время ходьбы удобно думать, если не надо выбирать маршрут и смотреть по сторонам. Я полностью положилась на Найлуса, позволив себе бездумно следовать за ним, а мысли целиком и полностью занял разговор, прошедший в кабинете советника. И разумные, которые там находились.
 Признаюсь, этот разговор несколько выбил меня из равновесия, хотя впечатление осталось хорошее. Королева пристроена, Дэрг и Дилан за ней присмотрят и помогут прижиться на новом месте. За парней я могу не переживать: ничего с ними не случится, пока они у турианцев. Даже если они начнут идти вразнос, там достаточно асуров, которые смогут им помочь. Ну или придержать в случае совсем уж серьезных проблем. Это хорошо. Советник отнесся с одобрением к моим выходкам на Новерии и даже согласился взять под личный контроль доставление проблем Церберу и "Байнери Хеликс". Это еще лучше. Остальные советники озадачены, Тевос занята Бенезией, саларианцы проверяют информацию. Далатрессу не порадовала информация про разработку моновидового вируса. Хотя, это никого не порадовало и всех напрягло. Насколько помню, этот вирус еще всплывет на Омеге. Или это был... будет другой вирус? Неважно. Важно, что мне удалось познакомиться с Примархом и увидеть этого неоднозначного мужчину своими глазами.
 Федориан до сего дня оставался для меня неопределенной и незнакомой фигурой, на которую я не могла делать никаких расчётов и планов. Информация о каноне на счет него молчала, а то, что всплывало... оказалось бестолковым сором в голове, который можно с чистой душой выкинуть.
 Передо мной открылись двери лифта, я автоматически сделала пару шагов. Двери закрылись, лифт пошел вверх.
 Что мне дал этот странный разговор с одним из правителей этой части галактики? Многое. Примарх задавал вопросы, ничего током не говоря, но мне и не надо было от него ничего слышать. Достаточно его реакции и явно показанного отношения к действиям, решениям и выводам. Идею с наемниками он одобрил. Это хорошо: я могу начинать собирать верных людей. Они действительно понадобятся. Не только люди, но и батарианцы, и саларианцы, и азари. И все, кого я смогу найти. Но - только и исключительно верных разумных. Притом, верных осознанно. Тех, кто сам придет ко мне и предложит себя как соратника.
 Помнится, у Сарена на Вермайре можно саларов раздобыть... Но настолько мне подойдут ГОРовцы? Приобретение может быть крайне сомнительным, если подумать тщательнее и вспомнить все нюансы. По истории они красиво кинули протагониста, милостиво дозволив ему выгребать говно после подрыва бомбы, а сами испарились как вода на раскаленных камнях.
 Ладно. Посмотрю по факту. Если бойцы ГОР находятся на Вермайре, то никуда они оттуда не денутся: у Сарена по канону прекрасная система ПКО.
 Лифт высадил нас на квадратной площадке-перекрестке. Короткая заминка, Найлус пошел вперед, ведя нас по хитросплетению коридоров огромного здания-копии главного офиса СБЦ. Я поглазела на группу турианцев, что-то оживленно обсуждающих с двумя асурами и миленькой азари, но мы быстро прошли мимо зоны отдыха, и мои мысли вернулись к Примарху.
 Федориан задал занятный вопрос про Великое Зло. Сама постановка этого вопроса, исполненная осторожного скепсиса и сомнений, радует именно сомнениями. Примарх осторожен в окончательных решениях и не будет принимать какую-либо сторону, пока я не принесу подтверждение или опровержение высказанного тезиса про Великое Зло в лице Жнецов. Ну и про откуп, если он возможен. Федориан готов платить, если потребуется. Но, как он правильно высказал, есть ли чем нам всем заплатить за выживание? Или единственно желаемая плата уже определена и взята за банальную отсрочку?
 Посмотрим.
 Вопросы-вопросы, никаких точных ответов, одни предположения, о которых можно ломать мозг бесконечно и бессмысленно.
 Мы снова сели в лифт и поехали, наконец-то, вниз. Если правильно помню, он нас вывезет к самому холлу здания, и уже оттуда можно выйти на улицу.
 - Найлус...
 Он повернул голову, вопросительно шевельнул мандибулами.
 - Я забыла спросить Спаратуса, можно ли мне потрошить "Нормандию", забив на всё возможное негодование со стороны Удины и командования Альянса Систем.
 - Можно. Корабль был официально передан тебе правительством Альянса Систем как первому Спектру-человеку. - ровный спокойный ответ и такой настороженный внимательный взгляд ярких зеленых глаз... - Тебя это беспокоит?
 - Удина изнасилует мне мозг и нервы за этот корабль.
 Лифт доехал до первого этажа и приветливо распахнул двери. На какое-то время разговор подвис на паузе: ни к чему обсуждать такие вещи на улице в общественном месте, даже если это турианский сектор. Так что дорога до парковки прошла в тишине.
 - Удина будет насиловать тебе мозг независимо от корабля.
 Найлус продолжил разговор, едва мы дошли до нашего аэрокара и сели в салон.
 - Сложно поспорить. - согласно кивнула я, откинувшись на спинку сидения и прикрыв глаза. - Но мне уже начинает становиться безразлично. Хотя накалять ситуацию нельзя.
 - Она и без того накалится, если мы вернемся с успехом. - укоризненно произнес Гаррус, включаясь в разговор.
 О да... Если у нас всё получится, и мы вернемся с Сареном... Это будет бомба в коллекторе.
 - Даже не напоминай. Андерсон на говно изойдется, Удина, скорее всего, злобно промолчит или ядовито искупает в дерьме. Или тоже вой поднимет, если посчитает это выгодным.
 Ровный рокот двигателя пронзил машину, когда Найлус запустил системы кара. Короткая привычная проверка, аэрокар качнуло: мы взлетели и резко пошли вверх, встраиваясь в транспортный поток.
 - Посмотрим.
 Кар резко вильнул, буквально рухнув куда-то в нижний транспортный туннель. Вроде бы на причальную площадку нам в другую сторону... если я совсем уж не потеряла последние навыки ориентирование на Цитадели.
 - Куда мы летим?
 - В ангары Спецкорпуса. - аэрокар снова вильнул, уходя в сужающийся туннель с алой флюоресцентной полосой на его боку. - Когда я отбыл на "Нормандию", я оставил свой корабль в консервации на Цитадели. Сейчас мне надо снять печати с ангара и запросить техников для запуска его ядра. Разгоняться оно будет около суток.
 Вот оно что...
 Еще во время полета на Цитадель я говорила, что военный фрегат Альянса Систем с экипажем из людей - это последнее, что мне надо в небе Вермайра. И потому "Нормандия" останется в доках Спецкорпуса стреноженная так, что ко мне не будет никаких вопросов и претензий. Корабль на переделке, а мы, чтобы не терять бесценное время, полетели на другом. Всё правильно, всё логично и честно. Командованию Альянса Систем не к чему придраться. А я не получу стукача там, где он мне не нужен.
 Что бы я ни говорила и какие бы подставы ни делала командованию, но откровенно нарываться мне нельзя, как нельзя демонстративно смешивать с дерьмом родимое государство и не менее родимый вид. Пока все мои действия укладываются в определение "выполнение служебного долга" как Спектра Совета, и даже Удина при всём желании не мог докопаться, хотя и знал, что я целенаправленно делаю выбор не в пользу Цербера и Альянса Систем. Но с Цербером еще веселее: это официально признанная террористическая организация, и мои действия, направленные против нее, хоть и не радуют Удину и мое теоретически-будущее начальство, но хорошо укладываются в служебные обязанности что Спектра, что офицера N7, что в психопрофиль Мясника Торфана. И пока мои действия будут укладываться в эти рамки - всё будет хорошо. Всё пойдет по положенному пути, и я в нужное время окажусь в лаборатории Цербера в проекте "Лазарь".
 В конце концов, я хочу получить от Призрака новенький корабль!
 Аэрокар пошел на снижение: я чувствовала перепад высот. Лететь по всей Цитадели в любом направлении недалеко, если не встревать в текучку медлительного транспортного потока и не попадать в пробки в транспортных туннелях, соединяющих лепестки. Я не ощущала колебаний скорости, да и Найлус был расслаблен. Значит, дорога свободна. Рядом завозился асур, устраиваясь удобнее. Сейчас он позволил себе расслабится и растечься в блаженном безделии, как и я.
 Мысли перескочили на Аэте. Наш беловолосый красавец, о котором мы так ничего и не знаем. И я не уверена, что сам Сарен знает, с кем его свела Судьба. Знает ли Найлус? Нет. Найлус знает обаятельного химеру, каким был Аэтериос ранее, но с каждым днем я всё чаще замечаю, как сильно меняется его взгляд. Милая наивность уже полностью исчезла, сменившись спокойствием и безмятежностью. Древний а"тарэ Аэтера восстановил свою память, достигнув некоторого баланса между двумя своими крайностями, и окончательно стабилизировался.
 - Аэте. - тихо позвала я.
 Асур, расслабленно растекшийся по сидению, приподнял голову, повернулся и вопросительно глянул на меня.
 - Как прошел перелет?
 - Мне было интересно.
 На несколько долгих минут он замолчал, активно фоня сосредоточенностью, вспышками веселья, проблесками досады и яркой иронией, как бывает при просмотре воспоминаний. Но вскоре, улыбнувшись шире, продолжил говорить:
 - Я успел забыть, насколько деятельным может быть нулевой вид, если лишить их свободы и возможности самостоятельно распоряжаться своим бытом и временем. И насколько странные методы они могут применять, пытаясь отстоять своё право на самостоятельность.
 Я, конечно, предполагала, что Аэте развлечет себя за время перегона, но не думала, что он в корсаров будет откровенно играть.
 - Они тебя развлекли?
 - Они были забавными, но ничему не научились за время перелета. - пожал плечами асур. - До последнего верили, что я позволю им освободиться. - ирония плеснула в ментале, смывая веселье. - Если при захвате они были готовы умереть несломленными героями, то уже после пробуждения от беспамятства на захваченном корабле смерть их страшила. Они желали выжить любым путем. Этот страх позволял ими управлять и достигать желаемого.
 - Для людей один из основных инстинктов - выжить любой ценой.
 - Не для всех.
 - Не для всех. - согласилась я. - Но для большинства.
 Асур кивнул.
 - Серьезных сложностей с ними не возникло?
 - Однажды, когда капитан попытался организовать нападение на машинный отсек. Пришлось сломать ему ногу. После этого проблем стало меньше, а их сопротивление перешло на уровень партизанщины при внешней покорности. - Аэте хмыкнул. - В таком состоянии они стали изобретательнее и интереснее.
 - Но их усилия так и остались усилиями.
 - Я умею в одиночку контролировать захваченный корабль. - отозвался белобрысый монстр. - У меня больше опыта, сил и знаний. Хотя, двое из экипажа меня порадовали.
 А вот это уже неожиданно. У асура появились любимчики на корабле Корсаров?
 - Чем порадовали?
 - Чистотой и разумом. - улыбнувшись, ответил он. - Мне было интересно с ними поговорить, а они не смогли упустить шанс попытаться... - он запнулся, неопределенно взмахнул рукой, - ну, что-то сделать.
 - У них это получилось? - тихо спросил Гаррус.
 - Да. - Аэте закивал. - Они смогли меня разговорить.
 - И?
 - Это сломало им мир. - всё с той же улыбкой ответил он. - Я не стал лишать их ответов, раз они так их хотели. Они всё равно ничего никому не скажут: слишком страшными оказались эти ответы. Ты права, Имрир. Есть какое-то странное наслаждение говорить людям правду, которую они так желают, но к которой не готовы.
 Да, в этом есть своеобразное наслаждение. Давать то, о чем просят, а потом наблюдать, как под давлением столь желаемой истины рушится чужое мировоззрение, отношение к привычным с детства вещам и понятиям, как ломается вера в базисы общества и личности, а следом за ними - крошится сама личность и психика, рождая нечто новое. Иногда, к сожалению, неудачно.
 - Где они сейчас?
 Громкий спокойный голос Найлуса взрезал атмосферу разговора ударом меча. Жестко, прямо и сразу отрезая все попытки понять неверно.
 - В зоне содержания турианского корпуса. - ответил Аэте. - Я попросил двух Спектров их придержать до моего возвращения.
 Найлус тяжко вздохнул.
 - Ты сдал двух корсаров на передержку в обезьянник Спецкорпуса?
 - Да.
 - А потом куда?
 Асур пожал плечами.
 - Не знаю. Или вы заберете, если они вам подойдут, или я отвезу их на свой корабль. Мне понадобятся такие люди.
 - Зачем?
 Аэрокар окончательно сбросил скорость, медленно заруливая на парковку у стены ангаров. Короткий толчок касания, до меня донеслись щелчки тумблеров, и тихий гул двигателя стих, перейдя на едва уловимую вибрацию режима ожидания.
 - Аэте, зачем тебе люди? - повторил вопрос Найлус, поворачиваясь в кресле.
 Асур ответил не сразу. Какое-то время он молча смотрел в глаза старому другу, но как-то... иначе. Оценивающе, немного иронично и с каким-то тяжелым оттенком непонятного нам чувства, сродни с заботой. Словно он решал, стоит нам это знать или нет. Но колебания были недолгими, и он тихо произнес:
 - Старшие проявили себя в этом секторе. Я не хочу, чтобы народ, который мы приняли, попал под удар из-за других.
 Как всё просто...
 - Со Старшими можно договориться? - спросила я.
 - Они никогда не отказывают в разговоре. - отозвался асур. - Но пожелают они пойти на договор или нет - зависит от разговора.
 Очевидный ответ.
 - Прецеденты были?
 Аэтера кивнул, вновь улыбнулся.
 - Если бы прецедентов не было, галактика была бы безжизненной. Старшие никогда не уничтожают виды полностью, оставляя достаточно для воспроизводства и возникновения нового цикла развития цивилизации.
 - Вдруг новый народ будет разумнее предшественников? - тихо спросила я.
 - Шансы ведь есть.
 Асур смотрел на меня и чуть заметно улыбался спокойной понимающей, но циничной улыбкой. Он прекрасно понял, что я хотела узнать, а я получила тот ответ, который меня... порадовал и дал возможность спокойнее смотреть в будущее скорого перелета.
 - Шансы всегда есть, пока хоть кто-то жив.
 Я была права в предположениях. Жнецы уничтожают только цивилизации, но не сами виды. Они гибнут естественным путем, как естественно погибли в своих капсулах протеане, когда ВИ отключил у них питание на глазах у Явика. Прав был Назара: новый Цикл рано или поздно, но всё равно начнется. Ни одна цивилизация не существует вечно, а любой белковый вид рано или поздно вымрет. От вырождения, от войн или от какой-то глобальной катастрофы, которая сотрет его с самого Мироздания. И Цикл начнется заново.
 Назара верно сказал: Цикл не может быть нарушен. С ними или без них, но один Цикл рано или поздно завершится с гибелью доминирующей цивилизации, а новый начнется. Так было, так есть и так будет вечно. Не потому, что в этой галактике Жнецы раз за разом прочищают свои грядки с цивилизациями, а потому, что такова природа вещей. И цивилизации смертных белковых видов рано или поздно гибнут.
 Прибытие небольшого аэрокара отвлекло меня от тяжелых мыслей: прилетели техники Спецкорпуса, Найлус ушел к ним снимать личные печати с ангара, сказав, что это ненадолго. От него надо только открыть ангар и начать реактивацию корабля.
 - Аэ...
 - Да?
 - Ты себя полностью вспомнил. Не знаю, почему у тебя были столь обширные пробелы в памяти, но сейчас они исчезли. Да?
 Яркие фиолетовые глаза чуть сузились, непонимание и настороженность плеснули в ментале и... исчезли, словно обрубленные. Асур согласно склонил голову в молчаливом подтверждении.
 - Знаю: ты достиг баланса в двух своих крайностях: очаровательной химеры Аэтериоса и древнего а"тарэ Аэтеры.
 Он кивнул. Без лишних слов. Просто коротко кивнул, не отводя взгляда и ничего не говоря.
 - Полагаю, нам пора знакомиться заново.
 Легка улыбка приподняла уголки губ. Взгляд смягчился, настороженность сгладилась, но не исчезла окончательно.
 - Жаль, я не могу сказать того же про себя: моя память после определенного периода фрагментарна, а всё, что было до той ловушки, наделившей меня даром метаморфозы - пустота. - я горько усмехнулась, качнула головой. - Я помню несколько жизней. Немного. Но я их помню. А вот что было до них... Кто я такая или такой? Не могу сказать. Не знаю, какие сюрпризы подкинет мне память. И не окажется ли так, что Цитадель Памяти, своеобразный структурированный бастион того, что я о себе помню, - лишь печать, преграда, запечатывающая меня настоящую.
 - Ты говорила, что помнишь себя.
 - Я помню безымянное существо, лишенное памяти, с мешаниной сумбурных образов в голове. - поправила я. - Не знаю, почему осталась без памяти и по какой причине, сохранив часть знаний, лишилась самой себя. Дар к метаморфозе - это случайный бонус, вокруг которого закрепилось мое "я". "Истинный метаморф" - очень скользящее определение, и я его использую потому, что я в состоянии полноценно изменять себя. Но какова именно была природа ловушки, которая наделила меня этим даром? И почему ловушка, которая должна была убить, даровала такие способности?
 - А она их даровала? - мягко спросил асур. - Или очистила?
 - Не знаю.
 На какое-то время в салоне аэрокара воцарилась тишина. Аэте молчал и ждал продолжения разговора. Гаррус затих и слушал, не решаясь что-то сказать и как-то нарушить хрупкую откровенность. А я... А что я? Мне было горько снова вспомнить, что я, настоящая я, незнакома себе самой.
 Не только Аэтера вспомнил себя. Я тоже вспомнила то, что вспоминать... неприятно. Я вспомнила, как сама себе прошивала установки на начало каждой новой жизни. Простые и понятные императивы, благодаря которым я быстро раскручусь и вольюсь в историю, которые не позволят мне отвернуться и уйти жить в тишине и покое, которые не дадут мне быстро вспомнить самую страшную правду о самой себе: та ловушка в глубине древних катакомб действительно меня убила. Стерла что-то в моей голове. Да, я могу с полным правом называть себя метаморфом. Я метаморф. Я способна к полной и частичной метаморфозе тела. Я полностью его контролирую. Но... Я не могу ничего сделать со своей памятью, потому что физический носитель - мозг - не хранит ее. Тело-то не моё! Я могу выцарапать воспоминания Имрир до самого первого вдоха еще в эмбриональный период, но это не моя память! То, что я такое, хранит мой дух. То, на что не может повлиять ни метаморф, ни менталист. Ни даже просто маг.
 Во время покоя в тишине перегонов на пути к Вермайру у меня будет возможность разобрать ментальный конструкт под названием "Цитадель Памяти" и понять, что он такое на самом деле. А там я решу: восстанавливать его или удалить окончательно.
 - Аэте. Я даже не могу с гарантией сказать, что я никогда ранее не жила в космических цивилизациях. Да, на лично моей осознанной памяти такого опыта нет, но... для меня ничего из того, что я здесь вижу, не ново. Нет ощущения новизны и неизвестности. Чем дольше я живу в этой жизни, тем больше понимаю, насколько то, что я о себе знала и помнила в первый месяц после пробуждения, не соответствует истине.
 - Что собираешься делать?
 - Разбираться с собственной головой. - тихо ответила я, глядя в бездонные фиолетовые глаза. - По дороге на Вермайр. Потому как сойти на поверхность этой планеты я должна, завершив все работы с собой. Всё, что я могу завершить за время перелета. Иначе мне нельзя встречаться с Властелином.
 Аэте медленно кивнул, забавно склонив голову набок.
 - Я могу тебе помочь?
 - Ты всегда можешь мне помочь. - слова прозвучали как эхо. - Но сперва мне надо помочь тебе.
 - Сарен.
 - Да.
 Короткий кивок подвел острую черту под нашим разговором.
 - Спасибо. - тихо сказала я.
 - Пока не за что. - улыбка стала теплее, взгляд смягчился. - Найлус возвращается.
 И правда: со стороны ангаров быстрым шагом приближался сумрачный Найлус.
 - Он быстро.
 - Открыть биометрические замки - недолго. - пожал плечами асур. - Дальше техники сами разберутся, что им надо делать и как.
 - А без его личного присутствия не могут?
 Аэте покачал головой.
 - Большинство Спектров небеспричинно параноидальны и никому не дозволят приблизиться к личному кораблю без своего ведома. Полагаю, даже техники у Найлуса - его старые знакомые, которым он может позволить себе дать доступ на корабль.
 Найлус подошел к аэрокару, рывком распахнул дверку, забрался в кабину, сел в кресло пилота. Молча. Сумрачно фоня тяжелыми и яркими эмоциями.
 - Не злись... - тихо сказала я, легонько тронув его за гребень.
 - Я не злюсь.
 - Ты недоволен.
 Найлус вздохнул, покосился на тонко улыбающегося Аэтеру.
 - Не люблю ситуации, в которых не могу предугадать развитие событий, чужие действия и общую величину проблем.
 Асур вскинул бровь в немом вопросе, чуть склонив голову набок.
 - Да-да, про тебя говорю. Про вас.
 Вторая белая бровь приподнялась, демонстрируя крайнюю степень святого непонимания и наивного удивления.
 - Не смотри так на меня. Ты знаешь, о чем я говорю!
 Аэтера усмехнулся и согласно кивнул.
 - Может, ты наконец расскажешь, что ты такое и кем являешься для своих?
 - А"тарэ.
 Найлус рыкнул.
 - Нет, Аэ. Кто ты для а"тарэ?!
 - Это я расскажу на Вермайре. - отозвался асур. - Чтобы не повторять дважды.
 - Дважды - для кого?
 Ответ был очевиден:
 - Для Сарена.
 Найлус на мгновение замер.
 - Он не знает? - тихо, вкрадчиво спросил он.
 - Нет.
 - Почему?
 - Он никогда не спрашивал, а я не говорил. - пожал плечами наш монстр. - У него и без меня было достаточно причин для головной боли. Зачем добавлять еще одну, если она ему ни к чему?
 Действительно... Зачем говорить правду, если можно тихонько промолчать.
 - А как же тогда твоя привязка? - растерянно спросил Гаррус, переводя взгляд с меня на асура и обратно.
 - А что привязка? - ирония вновь просочилась в голос Аэтеры словно тонкие ниточки льдистого яда. - Я а"тарэ. У нас спадает импринтинг при разворачивании воспоминаний. Его можно придержать, если на то есть желание. Его можно закрепить заново, но такой силы как у других асуров он иметь не будет никогда.
 Оп-па, какие сведения.
 - Зачем тогда тебе Сарен?
 Аэте покосился на меня, хмыкнул, склонил по-птичьи голову набок, как он делает, когда ответ его интересует, но чисто с познавательной точки зрения.
 - Он вызвал у меня непроизвольный отклик и срабатывание протокола обретения привязки. Мне он интересен, но у меня не было возможности с ним полноценно поработать и узнать его как напарника. Интерес по-прежнему сохраняется: он второй, на кого у меня был отклик. За всё время моей жизни.
 - А первый кто?
 - Моя первая ошибка доверия. - тихий голос стал вкрадчивым и каким-то тяжелым, словно утратил живость эмоций и остатки чувств. - Надеюсь, что Сарен не станет второй.
 - Я тоже на это надеюсь.
 Слова вырвались непроизвольно, сами собой. Честные и искренние. Я действительно надеюсь, что Аэтера не ошибся, сохранив призрачный намек на импринтинг после того, как окончательно всё вспомнил. Это произошло в тишине перегона по дороге с Новерии. Да, он говорил, что уже подтвердил своё имя, но окончательно память вернулась лишь недавно, перекраивая психику и пластичную личность химеры в того, кем он всегда являлся.
 - Найлус. Давай на "Нормандию". - тихо произнесла я. - Сколько у нас времени, пока у твоего корабля разгоняется ядро?
 - Двадцать девять часов. Еще три часа на подготовку корабля к полету и прозвон систем после полного отключения.
 - Итого: тридцать два часа. - я прогребла волосы. - За это время надо передать "Норму" в руки техников, поставить на довольство в Спецкорпусе экипаж и наши группы, договориться об их занятиях, чтобы люди не ошалевали от безделья, пнуть в клинику Аленко и Джеффа, повидать детей и вообще навестить квартиру. И как-то надо увильнуть от Удины.
 Найлус покачал головой. Аэрокар мягко взлетел в воздух, развернулся и нырнул в тот самый транспортный туннель с алыми флуоресцентными линиями на боках.
 
 Перелет до причальной площадки прошел быстро, без приключений и сложностей. Найлус в порыве пощадить наши нервы летел аккуратно и не спеша, давая мне время успокоиться, а Гаррусу - оформить вызов пассажирских аэрокаров для переброски экипажа и десантных групп к общежитиям Спецкорпуса. Аэтера всю дорогу сидел молча, погрузившись в свои мысли. До нас изредка долетали приглушенные вспышки эмоций. Асура мы не трогали, но к моменту, когда аэрокар опустился на парковку, а Найлус заглушил двигатели, Аэте очнулся и вновь стал бодрым, жизнерадостным и обаятельным белобрысым парнем.
 - Ну что, с чего начнем? - бодро спросила я, спрыгнув с подножки на металл парковочной зоны при причальной площадке.
 - С выгрузки экипажа с личными вещами. - отозвался Гаррус. - Десантную группу перевозить стоит отдельно: им необходимо сдать личное оружие и броню в арсенал на время пребывания на Цитадели.
 - Резонно. Идем. Порадуем Прессли.
 - Ему тоже придется покинуть корабль...
 - Потом. Сперва он решит все вопросы с Адамсом и Татумом. - поправила я. - Кто как не капитан нашей разъездной яхты может знать, что стоит делать с его вотчиной, а что нет? Тем более, БИЦ надо будет перенесли на другую палубу.
 Гаррус растерянно заморгал.
 - Ты собирашься...
 - Я собираюсь затребовать полную разборку этого корыта до гребаного каркаса! Или его нам соберут заново в том порядке, в каком это нам надо, или, клянусь, я продам этот бестолковый, но безумно дорогой фрегат с молотка на Омеге и на вырученные средства куплю что-то другое. А потом мне это "другое" все равно соберут так, как надо! Зато будет повод избавиться от лишних людей.
 В ярких голубых глазах растерянность равно смешивалась с предвкушением и азартом, быстро уступая осознанной авантюрности.
 - Это надолго...
 - Так и мы раньше, чем через два месяца сюда не вернемся! - радостно ответила я, хлопнув Гарруса по плечу. Для этого мне пришлось встать на мыски. - Идем, радость наша. Сделаем приятное людям. Выселим их с корабля и сдадим в общагу самой страшной спецслужбы галактики!
 Найлус хохотнул и пошел к кораблю. Аэте качнул головой, с интересом глядя то на меня, то на Гарруса, но ничего не сказал. А Гаррус... Гаррус вздохнул, смиряясь, развел руками, улыбнулся, чуть раздвинув мандибулы.
 - Это будет... интересно.
 - Еще как! Пошли, Прессли нас уже заждался.
 
 Сказать, что Чарльз Прессли от моей идеи разобрать корабль обалдел, это ничего не сказать! Впервые я увидела чистую и откровенную растерянность на лице этого мужчины! Не могу сказать, что это зрелище меня не погрело. Еще и как погрело! А как наш капитан откровенно завис, пытаясь высказать свое отношение к моей идее... Песня!
 - Капитан. Вы согласны, что на корабле много недоработок и проблем в конструкции? - вкрадчиво спросила я.
 Пресли коротко кивнул, не решаясь говорить вслух: голос нашего капитана уже разок подвел до неприличного петуха, и повторно так позориться он не хотел.
 - Вы согласны, что шлюз, рубка и БИЦ не должны находиться рядом?
 Еще один кивок.
 - Вот и я так думаю. Поскольку исправить подобный... досадный и опасный конструктивный дефект мы неспособны, мною было принято решение пересобрать корабль. Сейчас - самое удобное время. Пожалуй, единственное, которое у нас есть.
 Прессли спорить не рискнул. Он... согласился. Как всегда, принимая мое решение, даже если он с ним был не согласен.
 - Рада, что мы сошлись во мнении.
 Чарльз тяжко вздохнул.
 - Отдавайте приказ экипажу покинуть корабль с личными вещами. Вы остаетесь на корабле и будете работать вместе с главным инженером Адамсом, Татумом и техниками Спецкорпуса. За время моего отсутствия именно на вас ляжет административная работа и присмотр за нашими людьми. Да, поселят вас вместе с остальными в общежитии в отдельной комнате. У вас тоже должна быть возможность нормально отдохнуть.
 - Когда вы нас покидаете, Спектр? - смиренно спросил капитан, наконец, совладав с собой.
 - У меня есть тридцать два часа. Всё это время я в вашем распоряжении за исключением того времени, когда я буду вынуждена отлучиться по делам.
 - Вас понял, Спектр.
 - Я очень на вас надеюсь, капитан. - я вздохнула, прогребла порядком отросшие волосы, уже легшие на плечи. - Занимайтесь пока экипажем. Мы еще соберемся и обсудим новую комплектацию корабля, когда люди будут поселены и поставлены на довольствие в общежитиях. Полагаю, Пакти в состоянии договориться с коллегой, и возьмет на себя присмотр за экипажем и моими бойцами. С вашей же стороны я жду помощи в написании всех необходимых бумаг для командования ВКС Альянса Систем, чтобы у наших людей не было никаких проблем. Если вам потребуется юридическая помощь, Гаррус вам поможет или свяжет с тем, кто поможет составить юридически и политически верные документы.
 - Благодарю.
 Благодарность Прессли была совершенно искренней: слишком много есть подводных камней в составлении всей этой писанины, и, чтобы у моих людей и моего же экипажа не было проблем с командованием, всё должно быть составлено безупречно. А кто как не Гаррус может в этом помочь? Вместе с военным юристом Спецкорпуса. Найлус уже договорился со своей знакомой-азари, которая согласилась нам помочь. Милая леди почему-то сильно не любит командование Альянса Систем.
 - Капитан. Я вас ненадолго покину. Если понадоблюсь - я буду в жилой зоне в столовой: мне надо подготовить бойцов.
 Наш капитан только кивнул, глядя на меня печальными глазами человека, полностью осознающего, на что он только что согласился, на что подписался и во что влип, но не желающего от всего этого отказываться даже с пониманием, какими проблемами оно всё ему выкатится в будущем.
 На этом мы с Чарльзом разошлись, а я направилась на жилую палубу. В здравый смысл бойцов я, конечно, верю, но вздрочнуть их перед переселением надо. Чтобы поняли правильно и без юмора.
 
 Десантные группы даже собирать не понадобилось: оба отряда в полном составе нашлись в столовой. Там же в уголке забилась унылая Эшли и печальный Аленко, снова страдающий на психах от мигрени. Кроган мрачной горой засел у стойки раздачи и сумрачно следил за происходящим. С моим появлением бойцы оживились, кто-то всполошился, кто-то вынырнул из печальных мыслей, разговоры прервались и все внимание переключилось на меня. Даже ничего делать не пришлось.
 - Сейчас с корабля снимут экипаж и увезут на постой в общежития Спецкорпуса. Вы отправитесь вторым потоком. - сходу сообщила я. - У вас есть время собрать личные вещи и подготовить к сдаче в арсенал оружие и броню. Пока вы на Цитадели, вам нельзя иметь при себе военные модели вооружения. Все личное оружие, проходящее по ограничениям, можете взять с собой, но ответственность за него будете нести лично. По этим моментам вопросы есть?
 Вопросы были у Рамиро и Нико. Кто б сомневался...
 - Нико.
 - Вы снимаете нас с корабля? - уточнил аналитик.
 Слухи про то, что по прилету мы будет перестраивать фрегат, ходили еще с начала перелета с Новерии, но я их не подтверждала и не опровергала, позволяя бойцам строить догадки на тему моих действий. Каких только предположений ни высказывалось, но никто из них не приблизился к правде. Максимум их фантазии - капитальный ремонт и врезание дверей. Двери, без сомнения, добавятся, тут они правы.
 - Корабль уходит на полную перестройку в доки Спецкорпуса и будет разобран до каркаса. - я сделала паузу, давая возможность бойцам осознать сказанное. - Естественно, находиться на его борту станет невозможно. Я не могу себе позволить ждать, пока "Нормандия" станет пригодна к нормальной эксплуатации, потому мы улетам на корабле Найлуса Крайка.
 Рамиро встрепенулся, но с вопросами не спешил, не мешая коллеге тянуть из меня информацию. Можно подумать, я и без того им не давала ответов на их вопросы.
 - На какой срок необходимо рассчитывать?
 - Несколько месяцев, точнее сказать не могу.
 Бойцы переглянулись, но шушукаться не рискнули.
 - Чем мы должны будем заниматься?
 - Ничем. - ровно ответила я, глядя Николаусу в глаза. - Единственное, что от вас требуется - не доставлять проблем, не привлекать внимания и не напрашиваться на неприятности. Всё остальное - на усмотрение командиров групп. Хоть в потолок плюйте всё время моего отсутствия. Но я, все же, надеюсь на ваше здравомыслие и хочется верить, что полученное свободное время вы потратите с пользой.
 Уточнять, что именно я имею в виду под "потратить с пользой" не стала. Или сами догадаются, или Нико направит на путь истинный, или они бездарно просрут время и дадут мне хороший повод вздрочнуть их по возвращению.
 - На время моего отсутствия вы переходите под командование генерала Октавиуса Татума. Если у вас возникнут какие-либо проблемы, если вам что-либо потребуется, вы можете обращаться к нему.
 Я долго думала, кого поставить над моими отморозками пока нас не будет на Цитадели. Прессли, при всем моем уважении к нему, не подходит: как военнослужащий Альянса Систем он обязан подчиняться приказам командования. Меня рядом не будет, я не смогу отдать ему другой приказ или как-то прикрыть. Единственное, что я могу сделать, это поставить над ними неподконтрольного командира на время своего отсутствия. Октавиус Татум - единственная кандидатура, которая у меня есть. Генерал с бойцами знаком, он - военный в высоком звании, характер у него ядрёный, с людьми опыт работы имеет, в том числе и с командованием ВКС АС еще с времен постройки "Нормандии" и его работы на станции Арктур. Если что, он и послать может, притом, грубо и прямо, что уже делал во время службы на Арктуре. Еще и в рожу зарядить. И ему за это ничего не будет. Он уже работает по контракту со мной и со Спецкорпусом, так что юридически к нему не докопаться.
 Идеальный командир в моё отсутствие! Теперь бы еще с самим генералом договориться. Но, не думаю, что он откажет: черный юмор и тяга к глуму у него присутствуют в полной мере.
 - У меня будет персональное задание к Кайдену Аленко.
 Бедолага от такого мелко вздрогнул и поднял на меня растерянный взгляд.
 - Спектр?
 - Мне нужен сопровождающий для Джеффа Моро, пока он будет проходить лечение в клинике Спецкорпуса. Поскольку, я собиралась и вас отправить на обследование ЦНС и на проверку вашего биотического имплантата, будет удобно, если клинику вы будете посещать вдвоем. У Моро проблемы после недавнего перелома, и ему требуется постоянное наблюдение. Доктор Чаквас поставлена в известность, и эти походы будут проходить под ее присмотром.
 С Карин этот вопрос я уже обсуждала: наш доктор ничего не имеет против сопровождения своих же подопечных в клинику Спецкорпуса и с удовольствием займет себя общением с коллегами, пока наши два калеки будут проходить лечение и осмотры.
 - Дальше. Эшли Уильямс.
 Женщина оторвала взгляд от своих рук, сплетенных в замок.
 - На все время моего отсутствия вы приписываетесь в группу Джона Шепарда и переходите под его командование как боец десантной группы.
 Какими глазами она на меня смотрела... Растерянность, ступор, появляющееся понимание и осознание и... тихая радость. Я знаю, что Эшли уже мысленно попрощалась с "Нормандией", морально готовясь к списанию и переводу. Но выкидывать ее я не планирую. Зачем? Эш не так плоха, как может показаться. Да, в голове у нее много дерьма, но и у Джона с Джейн хватает такого же добра между ушами. Что мне, всех их выкинуть? А с кем мне тогда работать?
 Нет, Эшли останется в моем отряде и будет своеобразным зеркалом. Лакмусовой бумагой, на которой отлично проявится реакция человека на мои действия. Если, конечно, Эшли не разочаруется во всем мире и в людях настолько, что даже ее вера в людей треснет под обидами и разочарованием.
 - Джон, Джейн. У вас обязанностей больше. Помимо ваших забот как у командиров отрядов, на вас лягут сложности взаимоотношений с персоналом общежития и со всеми, кого вы встретите.
 Джон на это согласно кивнул, Джейн подозрительно сощурилась.
 - Я вас не ограничиваю в передвижении по станции: вы вольны ходить куда угодно. Считайте, это ваш долгосрочный увал. Для вас и ваших групп. Однако. Вы не должны попадать в неприятности. А если попали - выходите из них так, чтобы вам не могли выкатить претензии или наложить санкции, взыскания, штрафы или что-то такое. Иными словами - не попадайтесь. Я попрошу Гарруса до нашего отлета познакомить вас с офицерами СБЦ, к которым вы сможете обратиться в случае проблем, сложностей или при любой необходимости.
 На этот раз согласно кивнула Джейн, приняв информацию и уже мысленно прикинув, с какими проблемами можно прийти к офицеру СБЦ, но пока кроме драк и трупов идей не возникло. А мысли Джона целиком и полностью вертелись вокруг гипотетических проблем от командования. Умница. Но тут ни один сбшник не поможет.
 - Если у вас будут проблемы с кем-то из командования ВКС Альянса Систем, отсылайте их к Татуму. Если не поможет, я оставлю вам контакты помощника советника Спаратуса - Виан Спаратус. Она вам поможет, если проблема выйдет на уровень высшего командования или политики.
 Что я еще забыла? Вроде, все возможные сложности учла. Осталось, правда, еще одно...
 - Рамиро.
 Аналитик подобрался.
 - Спектр?
 - Ты не будешь жить в общежитии. Тебя я поселю с Себастьяном в нашей квартире.
 Рамиро молодец, быстро думает. Ему не понадобилось что-то говорить или как-то объяснять причины подобного решения: она сидела у него на коленях, прикрытая форменной курткой.
 Дракончик.
 Я не могу поселить его в общаге с таким довеском! Никак! Про малыша не должны узнать. Особенно, люди и азари. Салары... Это вообще не обсуждается. Но девать его некуда. Его надо продержать в изоляции всего-то пару месяцев, пока он не подрастет достаточно, чтобы войти в двуногий оборот. Там будет проще: пацан условно-человеческой наружности вызовет гораздо меньше вопросов, чем дракон.
 - Останешься на корабле. Заберем позже вместе с Себастьяном. Личные вещи и вооружение заберешь с собой: у нас есть сейф, хранить там можно под нашу ответственность.
 Рамиро согласно кивнул, аккуратно гладя дракончика по спинке. Малыш довольно урчал и громко сопел в бок обожаемому хозяину. Тоже ж проблема подрастает в будущем. Интересно, Рамиро догадается, что после оборота дракончик не обрастет моральными стопорами и не начнет вести себя подобающе людям?
 - Если понадобится со мной выйти на связь, в квартире будет точка нуль-передатчика аналогичная той, что стоит у нас на "Нормандии". Перед отлетом наладим связь и проверим, чтобы она работала. - я обвела взглядом подчиненных. - На этом пока всё. Можете идти собираться.
 Повторного приглашения не потребовалось, бойцы зашевелились и быстро покинули столовую, оставив меня наедине с еще одним мои подчиненным. Как бы он ни сопротивлялся, как бы ни лелеял свою свободу, но постепенно в его непрошибаемой голове начинала закрепляться привычка к подчинению.
 - А что я? - глухо бухнул басом Рекс из своего угла.
 Какая умница! Сам догадался, что теперь его очередь.
 Кроган сверлил меня сумрачным взглядом. Настороженным, полным опаски и какого-то затаенного напряжения. Опасается моего решения? Вероятно. Пусть. Полезно быть на взводе. Не дает расслабиться и забыться.
 - А что ты? Ты идешь, собираешься, и ждешь вместе с остальными бойцами. - спокойно ответила я. - Ты тоже боец десантной группы, и на тебя в полной мере распространяются все мои приказы
 Здоровенный кроган причмокнул, хмыкнул, качнул тяжеленной головой.
 - А если я не хочу?
 - Что ты не хочешь?
 - Жить в общаге.
 Я удивленно приподняла бровь.
 - У тебя есть где жить на Цитадели?
 Рекс хмыкнул и не ответил.
 Скотина земноводная.
 Видимо, за этот перелет что-то сдвинулось не только в голове у Аэтеры, но и у меня. Я вспомнила много... неприглядного о самой себе. Я заметила, как начал меняться характер и взгляд на жизнь. Изменения мягкие, ненавязчивые и естественные, но критичные. Если раньше я терпела такие выходки крогана, то теперь он начинал бесить.
 Я смотрела на Рекса в упор, в который раз пытаясь прикинуть, насколько он мне вообще нужен. Канон-каноном, но я же не бравый коммандер Шепард, у которого путь прям, как рельс сверхскоростного монорельса. Силовой метод, бесспорно, приятен, но это не тот путь, по которому стоит идти без надобности. Сейчас он заведет меня в тупик. А если я не иду по пути силы, то насколько мне нужен этот кроган с его специфическими понятиями о чести?
 - Не надо рассказывать мне байки про свободу, честь и прочую хрень, которую ты толкаешь в уши военных. - мягко произнесла я. Кроган напрягся, взгляд замер, как у хищника. - Будь честным, Рекс. Тебе тупо скучно. Найм давно не горячит кровь, враги не будоражат, а кровь бесхребетных слизняков приносит лишь разочарование и злость. Год за годом ты просираешь свою жизнь в бессмысленных стычках и драках. Тебе нечем заняться. У тебя нет цели. Твоя жизнь превращается в тупую серую бестолковую трясину.
 Яркие оранжевые глаза недобро сузились в тяжелом прищуре, но... я же чувствую его эмоции, я знаю, что могучему крогану нечего мне возразить. Самое страшное для него - я права.
 - Смирись, Рекс. Ты бесполезно прожил свою жизнь, ничего не достигнув, ни к чему не придя, ничего не сделав и никак толком не прославившись. - я хмыкнула. - Всё, что будет интересного в этой части галактики, будет происходить с моим участием. Самая грандиозная авантюра. Самая грандиозная война. Всё это будет только рядом со мной.
 Рекс тихо-тихо зарычал в бессильном гневе. Да, именно так выглядит начало смирения у крогана его лет! Именно такое оно - осознанное бессилие и беспомощность перед фактами.
 - Ты никогда не простишь себе, если покинешь мой корабль, поддавшись гневу, а потом, сидя на своей сраной Тучанке, будешь смотреть новости и видеть нас на гребне волны, сметающей привычный мир. Зная и понимая, что ты мог быть там, на острие удара, в центре закручивающегося шторма, но... тебя там нет. Зная, что ты сам упустил свой единственный шанс на славу. На бои. На самое грандиозное приключение, которое может сейчас произойти. Ты никогда не простишь себе слабоволия.
 - Я не слаб волей! - прорычал кроган, вставая и рывком сокращая расстояние между нами.
 - Разве? - мурлыкнула я, глядя в пылающие гневом глаза. - Ты не можешь обуздать себя. Ты ведом гневом, гордыней, мнением других. Ты слаб. Ты предсказуем. Ты всего лишь... наемник, делающий то, что ему скажут. Не воин. Не правитель, хотя мог бы давно им стать и вести свой народ к величию и процветанию. Но ты этого не сделал, потому что не хочешь себя, бедолагу, утруждать.
 Яд просачивался в слова сам собой, смешанный с раздражением и какой-то непроизвольной, подспудной... брезгливостью. Оказывается, я не люблю таких как он: обладающих всеми силами и возможностями, но ничего не делающими из лени и нежелания себя напрягать бесполезных, но исполненных гордыни, апломба и самомнения разумных, которые потом сетуют на скуку. Ну так займись чем-то полезным! Сразу будешь занят.
 - Ты просто кроган, вершиной достижения которого является карьера наемника или местячкового правителя на радиоактивной помойке с такими же тупыми агрессивными животными, не способными властвовать над собой. Хотя... ты даже правителем помойки не догадался стать. А мог бы. Стать хозяином этой сраной Тучанки. Мог бы вытащить свой народ из деградации. Мог бы вылечить генофаг, в конце концов! Но нет. Тебе больше нравится делать из себя и своего народа бедненьких и несчастных жертв саларианцев и разработанного ими генофага. Хотя ты отлично знаешь, что не генофаг уничтожил кроганов как цивилизацию, он просто обуздал тупых и агрессивных животных, в которых вы превратились.
 Рекс низко зарычал. Зло. Яростно.
 В этот момент он меня почти ненавидел. Но только почти.
 В глубине души он понимает, что я права. И это разжигает пламя его ненависти куда сильнее, чем любые мои слова.
 - В общем так, Рекс. Меня не будет на Цитадели несколько месяцев. Не знаю, сколько именно. У тебя есть время подумать, Рекс. Познать самого себя, свои желания, свою суть. Думай, Рекс. Никто больше не предложит тебе такого. Никто больше в тебя не поверит и не даст тебе шанса. Только я. Но на моей стороне от тебя потребуется осознанная верность и подчинение. На другой стороне - свобода. Выбирай. Верность или свобода.
 - Сейчас? - рыкнул он.
 - Нет. Сейчас ты пойдешь собирать вещи и оружие. Ответ мне дашь, когда мы вернемся на Цитадель.
 Мастер Войны шумно выдохнул воздух, причмокнул, а потом с тихим рыком выдохнул:
 - Хорошо, Шепард. Вернешься - поговорим.
 - Поговорим.
 Кроган ушел, унося с собой ауру тягучей злости, ярости и гнева. Я смогла задеть его за живое, сбив привычную ему броню крутого наемника. Пусть думает. Если ничего не изменится к моему возвращению, я попрощаюсь с Урднот Рексом, и он вернется на Тучанку. Пусть сидит на своей помойке, раз ему так дорого то дерьмо, которое происходит в его народе.
 Даже не знаю, а нужен ли мне вообще кроган?
 Ладно, вернусь - буду решать. А пока... Пусть валит в общагу Спецкорпуса и сидит там. Думает. Ему полезно.
 - Интересный у вас способ добиться послушания. - тихий голос Себастьяна раздался от стойки раздачи.
  Я подняла голову, встретила внимательный взгляд мужчины, вышедшего из крохотной кухоньки.
 - А с ними по-другому не додолбишься о мозга. Кроган большой. Кроган - сильный. Кроган тупой. В большинстве своем. Рекс вроде бы претендует на наличие мозгов. Вот и посмотрим, ошиблась я в нем или нет.
 - А если ошиблись?
 - Свалит в неизвестные дали на свою Тучанку. - пожав плечами, ответила я. - Невелика будет потеря. Мне не нужен тупой, неуправляемый и ненадежный хитрожопый, способный на предательство кроган на борту корабля. Или он будет адекватным и верным, или его тут не будет.
 - Сурово.
 - Зато честно. - я вздохнула. - Себастьян. Вам стоит тоже собираться. Полетите с нами и Рамиро, как только мы отвезем бойцов в общежитие. Мы вернемся за вами на корабль.
 - Я буду готов.
 Хоть кто-то понимает сразу, без долгих объяснений. Радует меня Себа. Чем дальше, тем больше. Мало того, что готовит великолепно, так еще и сам по себе приятный собеседник и просто умный мужик.
 - Вы закончили разработку проекта вашей зоны? - уже встав, чтобы уйти, спросила я.
 - Да.
 - Впишитесь в эти же размеры или надо увеличить площадь?
 - По возможности, хотя бы пару квадратных метров. - честно признал повар. - В кухне не развернуться.
 - Продумайте, сколько вам надо для комфортной работы. Вам кормить весь экипаж еще долго, так что я хочу, чтобы вам было удобно работать. - я улыбнулась. - Ваш комфорт - наш комфорт. Так что я скорее ужму коридоры и сделаю вертикальные лестницы, чем потесню вас.
 Мужчина улыбнулся мне в ответ.
 - К вашему возвращению, я закончу проект.
 - Прекрасно.
 Поблагодарив Себастьяна, я покинула столовую зону. Пассажирские аэрокары уже на подлете, экипаж уже стекается на площадку перед кораблем. Скоро их заберут, и мне надо будет вести бойцов в арсенал.
 Это будут очень насыщенные тридцать два часа...
 
 Аэрокары прибыли минута в минуту, четко к указанному времени. Две толстенькие пузатые пассажирские машины мягко опустились на металл причальной площадки, заняв свободное место почти целиком. Люди оживились, непроизвольно сбиваясь в кучки по давно уже сформированным кругам общения. Они нервничали. Сейчас происходило то, к чему они не были готовы: их отправляют в неизвестность на неопределенный срок, сняв с уже ставшего родным корабля. Немного успокаивало присутствие командира и его замов: Прессли находился там же, стоя со стандартным армейским баулом для личных вещей. Простой тканевый цилиндр с ручками и наплечной лямкой стандартного для ВКС Земли цвета припыленного индиго. Мужчина держался, как всегда, безупречно: ровная осанка, спокойное лицо, вежливый взгляд. Зато в эмоциях бардак и раздрай: наш капитан сильно нервничал.
 - Все готовы?
 Мой голос разнесся по площадке, люди зашевелились, поворачиваясь ко мне. Разговоры тут же смолкли, военные осанились и перестали напоминать лагерь беженцев перед выселением.
 - Загружайтесь.
 Два зама Прессли быстро организовали процесс, разделяя подчиненных на две группы. С недавних пор Силас встал на равных с Карлтоном на правах зама и помощника нашего капитана, что сейчас оказалось довольно удобно: Силас с одной группой, Карлтон - с другой, а Прессли с нами на нашем аэрокаре. Все же я не могу отправить людей незнамо куда и не проследить лично, где и как они устроятся. Хорошо хоть с Татумом удалось переговорить до того, как аэрокары прибыли.
 Разговор с генералом прошел удивительно просто и быстро: турианец меня внимательно выслушал, коротко хохотнул в ответ на изложенную логику выбора именно его как моего зама на время отсутствия, а потом... согласился. Никаких лишних вопросов, никаких ненужных метаний. Выслушал, подумал, признал логику логичной и правомерной, и просто согласился, принимая на себя дополнительные обязанности.
 Обожаю турианцев с их привычкой к личной ответственности! И чем выше звание, тем проще и легче они эту ответственность на себя берут. Так что Татум воспринял мою просьбу легко и естественно, согласившись, что в моей ситуации подобное решение действительно единственно верное. Сейчас генерал уже обрадовал моих бойцов своим явлением. Татум сказал, что сам скатает с бойцами в арсенал Спецкорпуса вместе с Гаррусом. Пусть привыкают к новому командиру, да и старого жлоба он хорошо знает.
 Люди погрузились, последние проверки, перекличка, сигналы о готовности. Двери закрылись и два аэрокара взлетели, унося нас к новому месту обитания моих людей на долгие месяцы.
 
 * * *
 
 Иллюзорная модель небольшого белого кораблика мерно сияла в приятном сумраке тактического зала. Узкий корпус, выносные пилоны двигателей, частично окрашенные в черный цвет. Хрупкая, уязвимая конструкция. Крохотный кораблик, сильно ограниченный чрезмерно мощной силовой системой. Технические данные ровными рядами символов мерцали под объемной моделью. Рядом - свернутые чертежи. Подробные, попалубные, максимально точные, какие удалось получить из баз данных военных сил страны, которой принадлежит фрегат.
 - Что тебе надо на этом корабле? - мягкий мелодичный голос угас в тишине просторного зала.
 Повинуясь взмаху точеной руки, модель уменьшилась и сместилась, засветились экраны со списками экипажа и десантной группы. Возле каждого имени - символ со свернутыми досье, материалами из новостей, слухов и сплетен прямо или косвенно касающихся каждой конкретной личности, присутствующей на борту "Нормандии". Отдельным списком - хозяева корабля. Те, по чьей воле он выбирает маршрут. Там же - информация из новостей, подробно или кратко описывающая, как так получилось, что военный прототип, построенный одним видом для другого оказался в пользовании нынешнего командира. Информация постоянно обновлялась и дополнялась, сухая выдержка, выведенная на экран, иногда корректировалась Лидером, если присланная ее разведкой новость была достойна внимания и получала подтверждения от других источников. Десятки цитат, выдержек из новостей, блогов, сетевых сплетен, военных отчетов и записей с камер безопасности узловой столичной станции.
 - Зачем тебе сопровождать Спектра из нулевого вида?
 Новый экран перекрыл другие, затеняя их. С экрана на лидера разведфлота смотрела сумрачная молодая девушка-человек с неровно обрезанными рыже-алыми волосами и тяжелым взглядом некогда зеленых глаз. Каждое новое фото и запись показывали, как по мелочам начинала меняться внешность Спектра. На доли нюанса, на краткие различия цвета и тона, но вот уже яркий изумрудный цвет глаз поблек, наливаясь сталью и холодом, но еще не утратив призрачную зелень, а алый пожар волос медленно, но верно терял неестественную для людей красноту.
 Тонкие пальцы коснулись силового экрана, легонько скользнув по шее женщины, недобро глядящей в камеру.
 - Лидер.
 Негромкий голос раздался за спиной словно эхо грядущих проблем.
 - Да, Арэса.
 - Мы получили подтверждение присутствия Старших в регионе.
 Пальцы отдернулись от экрана, словно их обожгло холодом.
 - Я видела записи. Один из древнейших здесь. - мелодичный голос лидера звучал бесстрастно. - Наблюдатель...
 - Мы сумели обнаружить его точку интереса.
 Еще один экран появился перед глазами Лидера, показывая белокожее существо, изуродованное травмами и легко узнаваемыми технологиями Старших.
 
 * * *
 
 Как же сильно пожирают время бытовые и административные дела! Вроде бы, что такого сложного в том, чтобы поселить четыре десятка разумных в общагу, где этот процесс уже должен быть отработан до автоматизма? Как оказалось, сложностей немало, начиная с распределения этих разумных по комнатам. То не сходилось число жильцов на комнату без нарушения каких-то запретов, то не удалось грамотно их расселить, чтобы убрать вероятные проблемы, то с Рексом возникли сложности, то с кварианкой. Хорошо хоть у Лиары свое жилье на Цитадели и ее не надо было в общагу поселять. Зато одна Тали доставила массу проблем из-за особенностей физиологии. Рекса я просто заткнула, поставив его перед выбором: или он сидит на жопе ровно и не доставляет проблем, или пусть валит прямо сейчас на все шесть сторон на свободу. Почему-то валить на свободу кроган не захотел, так что наш Мастер Войны заткнулся и дальше делал что приказано. Идею главенства над собой турианца он не принял, но подчинился. Альтернатива была та же: свобода в поле.
 Пока селили экипаж, успел прилететь Татум с бойцами, успевший забрать Рамиро с Себастьяном с корабля, и канитель продолжилась. Но поселить тринадцать бойцов проще: их разделили на три соседние комнаты по четыре койкоместа, плюс комната для Рекса, и проблема закрылась. Разве что идея видеть у себя на постое крогана не сильно порадовала склочного саларианца и не менее склочную азари, которые заведовали общежитием. Но всё удалось решить. Где уговорами, где скандалами. Где просто тупо приказом, забив на возмущение комендантов общежития. И наконец, после почти четырех часов, мы забрали документы, задолбанного Прессли, бодрого и злого Татума, погрузились в аэрокар и умотали, оставив людей на Силаса, Карлтона и Джона с Джейн.
 Надеюсь, до отлета я больше с ними не встречусь и не услышу никаких новостей.
 Аэрокар мягко оторвался от парковки и взмыл в небо, унося нас из этого царства бюрократии.
 - Гаррус.
 Моя прелесть оторвал взгляд от окна инструментрона и вопросительно глянул, чуть склонив голову.
 - "Нормандия" уже прибыла на ремонтную верфь?
 Ответ последовал немедленно:
 - Два часа назад.
 Это даже в чем-то иронично, что подготовить и перегнать военный корабль на ремонтную верфь на другой конец станции заняло вдвое меньше времени, чем поселить четыре десятка рыл в какое-то несчастное общежитие!
 - Инженер Адамс уже начал работу с кораблем. - добавил Гаррус. - К нашему прибытию техники закончат его проверку.
 Такого приказа Адамсу я не давала, но с другой стороны, я уже сказала ему, что корабль и его пересборка будет под его полным контролем напару с Татумом. И передала полный карт-бланш на работу с кораблем. Начал уже? Прекрасно. Быстрее инженеры верфи разберутся с нашим многострадальным фрегатом.
 Сам факт наличия на Цитадели именно верфи стал для меня сюрпризом. Я знала, что на станции есть довольно большие ремонтные доки, способные принять даже крейсер, но личная верфь Спецкорпуса - это было приятным сюрпризом, как и то, что Спаратус дал разрешение нашему кораблю встать нам на полную переоснастку и пересборку. Все же, верфь - это верфь. Ее мощности и возможности всегда превышает аналогичные даже самого лучшего ремонтного дока.
 - Долго лететь?
 Ответил мне Найлус:
 - Минут сорок, если не будет задержек на маршруте.
 - Я вздремну. Разбудите, когда прибудем?
 Напарник кивнул, а я стекла чуть ниже в кресле и закрыла глаза.
 Спать я не хотела, но усталость почему-то накапливалась, быстро придавливая мозги ко дну черепа. Со мной что-то сильно неправильно, но что? Тело здорово, энергетического истощения или еще чего-то подобного нет. У меня нет ни одной причины для усталости, однако, усталость есть. Значит, проблема в моей голове. Во мне самой. Но в чем? Первичная проверка ничего не нашла и ничего не показала.
 В дороге я ничего не делала со своими мозгами и никуда не смотрела. Это требует времени, тишины и покоя, сосредоточенности и длительной работы без перерывов и активности. Все это у меня будет во время полета. Пока можно просто отдохнуть, чуть сгладить этот накапливающийся груз. И когда меня осторожно тронул за плечо Гаррус, я вновь была готова работать.
 
 На верфи нас ждали: Найлус приземлился на небольшой парковке возле административного здания. В рабочую зону нас, понятное дело, не пропустили. Нечего там делать посторонним, так что корабль мы больше не видели. Зато на парковке нас уже ждала техник-азари в рабочей форме, которая проводила нашу пеструю компанию в конструкторский центр верви к ожидающему инженеру. Инженером оказался турианец, что логично, учитывая, что наш корабль строился совместно с Иерархией. Татум инженера узнал: они перекинулись короткой приветственной фразой на родном языке.
 - Идар Атонис. - выделенный для нас инженер склонил голову в приветствии. - Я буду вести проект вашего корабля. - турианец забавно картавил, проглатывая часть звуков. - Инженер Адамс объяснил мне ситуацию. Первичная проверка корабля подходит к концу, и он скоро подойдет.
 Быстро они... Но так даже лучше.
 - В таком случае, пока Адамс отсутствует, полагаю, вам стоит узнать величину проблемы и объем работы.
 Турианец вежливо кивнул, чуть шевельнув мандибулами.
 - Если слить лирику, то в остатке у нас корабль-прототип с кучей конструктивных дефектов, бессмысленной планировкой внутренних помещений и бестолковой тратой ценного места. Не знаю, для каких целей его строили изначально, но теперь "Нормандия" - это мобильная база и такси для группы Спектров. Я хочу, чтобы нам было удобно на ней жить, раз по объективным и очень политическим причинам я не могу взять другой корабль.
 Инженер решил не заморачиваться с причинами, по которым мы вкладывается в корабль, место которому в ангаре прототипов. У Спектров свои заморочки, политика и какие-то подковерные игры глав государств, в которые инженер категорично не желал вникать.
 - Ваши пожелания?
 Но озвучивать свои пожелания без нашего главного инженера я посчитала неправильным. Атонис со мной согласился, и до прибытия Адамса мы провели время в неспешной беседе о предстоящей работе, не останавливаясь на чем-то конкретном, но по мелочи успев рассказать о всех проблемах с нашим кораблем, какие мы заметили и о которые споткнулись. Главная боль корабля - лестницы - были упомянуты отдельным незлым тихим словом. Наш инженер пришел, когда мы объясняли Атонису, почему лестницы на "Нормандии" должны быть удобными, прямыми, безопасными и обязательно с перилами и мягким покрытием на ступенях.
 - Простите, я вас правильно понял? - осторожно уточнил турианец, задумчиво шевельнув мандибулами.
 - Да. Вы правильно услышали и правильно поняли: у нас пилот с врожденным несовершенным остеогенезом. Пилот воистину гениальный, который этот корабль чувствует лучше собственного тела. Кстати, будьте морально готовы, что он еще не раз наведается на стройку, будет крутиться вокруг своей обожаемой "птички" и причитать. Корабль он действительно любит, и будет лучше, если вы позволите ему участвовать во всех полетных тестах. Иначе Джокер сожрет вам мозг и будет прав.
 Инженер растерянно глянул на Татума, но в ответ был лишь согласный кивок. Октавиус уже успел понять, что как только дело касается обожаемого корабля, у Джеффа Моро отказывают тормоза, здравый смысл и инстинкт самосохранения.
 - Пилот - под мою ответственность. - закрыл сомнения Атониса Татум.
 Инженер кивнул.
 - Раз все на месте, полагаю, пора приступать к работе. - произнесла я, закрывая прошлые темы. - Вы получили чертежи "Нормандии"?
 - Да. Я уже просмотрел их.
 - Прекрасно. Мистер Адамс вам расскажет подробнее о всех технических проблемах корабля, но я хотела бы обсудить будущую панировку. - я запнулась. - Вам говорили, что мы хотим полностью разобрать корабль и собрать его заново в другой комплектации и с другой планировкой помещений?
 - Меня предупредили об этом. Хотелось бы узнать, насколько глобальными будут изменения.
 - Совсем глобальными.
 Турианец приглашающе взмахнул рукой, указывая на модель нашего несчастного фрегата, поднявшуюся над рабочим столом.
 - Итак. Первое: снять створку, закрывающую шахты спасательных капсул и сделать для каждой из них отдельную шлюзовую шторку, отдельный протокол автоматического запуска по простому нажатию кнопки старта из капсулы. И разместить эти капсулы равномерно на оба борта корабля на все три палубы. И у технического отсека тоже, чтобы у нас не было ситуации, когда инженеры не смогут добраться до спасательной капсулы если лестницу завалит. Обязательно сделать отдельную капсулу возле рубки пилота или даже в ней. Джефф малоподвижен и ему будет сложно доковылять до капсулы, если она будет далеко. Поставите ее внутри шлюзовых дверей, который надо врезать где-то здесь.
 Я ткнула пальцем в то место, где сейчас располагается первый терминал оператора.
 - Это все добро отсюда убрать. Никаких рабочих мест для операторов связи и навигаторов в проходном коридоре у шлюза! Они вместе с БИЦем должны переехать на среднюю палубу. Разместите их где-то в районе рубки. На верхней палубе будет часть жилых зон, столовая, кухня, тренажерка и первый арсенал для бойцов. Тут же - один из складов для припасов корабля. Их разнести на все три палубы, но можно сделать небольшими в технических пустотах.
 Я сделала паузу, пока инженер, вызывав еще одну модель корабля, отмечал будущее расположение помещений.
 - Жилые зоны разделить на три части. На верхней палубе - десантная группа. На средней - экипаж, на нижней - инженеры. Отдельно нужна небольшая каюта для кварианки в инженерной зоне. Каюту капитана перенести на верхнюю палубу. Каюта капитана хоть и рассчитана на одного. Но в ней будет жить как минимум четверо. Санузел с душем оставить. Зал для брифингов убрать вообще. Освободившееся место использовать с пользой. Нужно сделать кают-кампанию. Пусть небольшую, но зона отдыха у людей быть должна.
 Макет дополнялся отсеками, располагающимися пока еще примерно. Как набросок на листе бумаги, который в процессе проработки может радикально поменяться. Пока для понимания объема нам было достаточно и этого.
 - Лазарет остается там, где он есть сейчас. Его надо тоже разобрать, переукомплектовать новым оборудованием, которое мы в прошлый раз не могли поставить: его установка требовала времени и частичного разбора перестенков и потолка. Сейчас хорошая возможность смонтировать все оборудование так, как надо. Доктор Карин Чаквас будет все это время на Цитадели, так что о комплектации медицинского отсека будете говорить с ней.
 - Я привезу врача, когда мы начнем составлять проект. - добавил Татум.
 Атонис согласно кивнул с спросил:
 - Есть какие-либо предпочтения по оснащению жилой зоны?
 - Не делать пеналов.
 - К сожалению, места на корабле не так много.
 - У нас было много широченных коридоров, бесполезно просторных лестниц и нереально огромный БИЦ с залом брифингов, которым никто толком не пользуется. Не спорю, коридоров должно быть по одному на каждый борт, чтобы исключить риск лишиться прохода при блокировке одного из них. Но они могут быть достаточно узкими, лишь бы по ним мог пройти боец в полной броне и с оружием. Это позволит выделить больше полезного места под жилые и рабочие зоны.
 - Согласен. Это даст нам несколько метров.
 - Увеличьте каюты и сделайте их комфортными. Людям жить на этом корабле месяцами без высадки на планету. Жилье должно быть удобным. Увеличиваться экипаж если и будет, то ненамного. Три-четыре разумных, не больше. На это количество и рассчитывайте. Душевых зон - по одной на палубу, и не делайте их слишком тесными. - я запнулась. - А, да, у нас есть кроган. Но живет он в трюме в бывшей кладовке. Сделайте для него помещение с расчётом, что если он меня достанет, и я его выгоню-таки из команды, чтобы это место можно было использовать как мастерскую.
 Инженер усмехнулся и согласно кивнул.
 - Трюм должен быть способен вместить два "Мако" или подобные им машины с ремонтными модулями в потолке над каждой из них. Трап остается как есть, врезать донный люк со шлюзовым выходом, сделать люк на... эм... крышу корабля. - как называется самый верх космического корабля - для меня тайна, но инженер меня понял, хоть его такое определение... позабавило. - Нам может понадобиться работать с брони корабля или стрелять с высоты полета. Так что выход быть должен. А еще там надо врезать крепления для сошек тяжелого орудия и снайперской сверхдальнобойной винтовки типа "Крайзы" или "Черной Вдовы".
 Инженер на мгновение завис, обдумывая мои слова, но вскоре макет вновь дополнился пометками с пояснениями.
 - Дальше. Корабль должен зонироваться силовыми щитами и герметичными перегородками: мы будем вступать в бои, и нам нужен надежный, защищенный корабль. Скорость как таковая нам, конечно, нужна, но не в ущерб выживаемости.
 Инженер кивнул, задумчиво глядя на макет.
 - БИЦ переделайте на что-то компактное, удобное в использовании и практичное. По этому вопросу лучше говорить с Чарльзом Прессли. Он у нас неофициально - капитан этого корабля.
 - А официально? - осторожно спросил турианец.
 - Исполняющий обязанности капитана. Капитаном назначили меня, но я не умею командовать космическими кораблями, не собираюсь этому сейчас учиться, мне это не надо, да и работа у меня другая. Зато я нашла себе прекрасного капитана. Командование пожлобилось ему на давно заслуженное звание, но это не отменяет факта, что Чарльз Прессли на наш общий взгляд - лучший командир для нашего корабля из всех возможных кандидатов.
 Для турианца подобное мнение имеет значение. От меня. От Татума. От присутствующих здесь Найлуса и Гарруса. Нашей рекомендации и назначения на должность, пусть и в обход командования ВКС Альянса Систем, достаточно весомо, чтобы турианец принял Чарльза Прессли как капитана отданного ему в работу корабля и относился соответственно, независимо от официального звания и должности.
 - Возможно, внешний вид фрегата изменится. - осторожно произнес Атонис, изучая то, что мы ходим от корабля. - Нам придется снять всю обшивку и демонтировать оборудование. Возможно - разбирать перегородки и все палубы.
 - Я полагала, вы его вообще до каркаса разберете. В его стенах много лишнего вроде остатков прослушки и несанкционированного нами оборудования, доставшегося стараниями командования. Это всё снять и убрать.
 На прослушку последовала уже привычная реакция - недоуменная оторопь.
 - Да-да, нам ставили прослушку. Я же говорю - у нас очень политические причины, по которым мы не может поменять корабль. - я развела руками. - Но за это время к "Нормандии" мы привыкли. Корабль не виноват, что люди любят играть в политику.
 Инженер вновь занялся макетом, а я думала, что еще забыла. Про жилье сказала. С Адамсом и Прессли мы этот момент уже обсуждали в дороге и даже успели прикинуть. Как распихать каюты, немного их расширив и сделав удобнее. Прессли все знает, а если ему не хватит наглости настоять на более комфортной обстановке, я попросила Адамса проследить за тем, что туда поставят, чтобы мне, по возвращению, не пришлось возвращать корабль на верфь и заставлять там все переделывать. Столовая - вотчина Себастьяна. Лазарет - головная боль Карин. Она голову откусит за любой косяк на своей территории и проследит даже за монтажом коек. Пакти - это склады и материальное обеспечение. Джефф - летные характеристики корабля. Даниэль получил приказ проследить за артиллерией "Нормандии": он удавится за свои пушки, в которые искренне влюблен, словно это его жены. Прессли проследит за планировкой и монтажом БИЦа вместе со всеми терминалами. Татум присмотрит еще и за бойцами и всем, что их касается, включая четыре арсенала, размещенные на корабле так, чтобы нам было удобно.
 Кстати...
 - Еще одно пожелание.
 Турианец поднял на меня вопросительный взгляд желтых глаз, шевельнул мандибулами.
 - Спектр?
 - Когда будете перебирать шлюзовой отсек, отрубите у него ВИ или сделайте возможным открыть обе створки шлюза сразу. Мне нужен полный контроль над этим отсеком, чтобы я могла войти-выйти на корабль без обязательной процедуры дезинфекции. Пока она пройдет, мне перестреляют половину группы, помрут все раненные или нам взорвут корабль. - под конец голос сорвался на неприличное рычание. - Да, еще сделайте нам ниши в стенах. Одна - для носилок и медицинского добра, чтобы не тащить его через весь корабль. Вторая - для запасного скафандра и дыхательных масок. Еще три - для оружия. В разных местах шлюза. Это в чертежи не вносить. Моя личная просьба. Особенно - оружейные слоты.
 Инженер склонил голову в молчаливом согласии. Скрытые тайники с оружием в шлюзе должны оставаться скрытыми. К сожалению, механизм для их открывания надо закладывать сразу, как и делать дверки. Кустарно мы не сможет сделать настолько скрытый механизм, насколько это нам надо.
 - Еще нужен лифт возле шлюза. Переставьте лифтовую шахту или добавьте новую. Потом, врежьте шлюзовые крепкие двери между входом на корабль и остальными его частями. Еще нужна система наблюдения по кораблю без выхода вовне. Это уже обсудите с Джокером. - я выдохнула, вдохнула, вспоминая, что еще надо сделать. - Да. Кухня и столовая зона. Это на усмотрение нашего повара. Себастьяна приведет Татум, как и Карин, и он сможет вам сказать, что именно необходимо.
 Инженер слушал мой поток сознания, работая с макетом. А я смотрела, как проявляется наш новый летучий дом. Я видела, каким я хочу получить наш корабль. И я хочу его получить именно таким.
 - Вам проще построить новый корабль. - негромко заметил инженер, гоняя по верхней палубе массивную дверь и прикидывая, как и куда ее встроить.
 - Проще. Но политически неверно.
 - У каждого свои сложности в работе?
 - Именно так. - я улыбнулась. - Мы будем на Цитадели еще чуть более двадцати часов. Если будут какие-то вопросы - связывайтесь.
 На этой возвышенной ноте мы попрощались с инженером. Он остался работать, а нас все та же азари сопроводила до парковки, где нас ждали в аэрокаре Себастьян, Рамиро и его воспитанник. Пора покидать это гостеприимное место и лететь домой. В свою квартиру на Цитадели, где нас очень сильно ждут.
 
 
 
 

Глава 65: Те, кто нас ждут


 
 
 Напряжение последних дней медленно разжимало когти на нервах. Все важные дела, наконец-то, закончены. Все хвосты, тянущиеся за мной до ключевой точки, подобраны. Корабль на перестройке, экипаж и бойцы - поселены и поставлены на довольство там, где их не достанет командование. Командир на время моего отсутствия назначен. Хороший командир, который сможет послать дальним космосом всех желающих влезть в мои дела или как-то подмять под себя моих людей. "Нормандия" стреножена так, что при всем желании ВКС Альянса Систем они ее не получат: разборка корабля уже началась, обшивку частично сняли. Адамс сообщил, радостный и довольный как ребенок, получивший нелимитированный доступ в магазин игрушек. С Советом тоже закончились все обязательные отчеты, с курирующим меня советником встретилась, получила напутственное слово от него и Примарха его государства. Рахни пристроена, Лиара - занята матерью, Рекса вздрочнула, Тали - потеряна для жизни на верфи под присмотром своего кумира и авторитета - Адамса. Вроде всё хорошо. Аэтера вернулся. Вон, сидит задумчивый. Молчит и о чем-то напряженно размышляет, полностью прикрыв ментальный канал. Тело с братом Киры снято с корабля и куда-то отгружено под присмотром Найлуса. Его потом кремируют. Киру с корабля забрал Аэте, когда залетал на "Нормандию". Девушка сейчас проходит проверку в Спецкорпусе под присмотром Виан: ей должны восстановить все потерянные документы вместе с банковским чипом и выдать новую идентификационную карту с пометками о поступлении на службу к Спектрам. Потом, когда закончится бюрократическая волокита с братом, и она получит все полагающиеся компенсационные выплаты, Кира вернется к нам. Найлус обещал, что вся возня с бумагами закончится в эти сутки: девушка нестабильна, и нам придется брать ее с собой на Вермайр.
 Мысль вновь вильнула к предстоящему полету на эту прекрасную тропическую планету. Корабль Найлуса - утяжеленный фрегат какой-то особой модификации, приспособленный под передвижное жилье. Места на борту не так много, но и нас набирается тоже немного. На Вермайр полетим я, Найлус, Гаррус, Аэтера и Кира. Никого более мы с собой не возьмем. Была бы возможность, забрала бы с собой Дэрга с Диланом, но за ними можно будет слетать при возможности. Или вызвать к планете, если я найду общий язык и взаимопонимание с Сареном и Назарой. А если не найду..., то дальнейшая жизнь или гибель этой реальности уже не мои проблемы.
 Аэрокар снизил скорость, вливаясь в транспортный поток огромного туннеля, соединяющего лепестки напрямую. Резко стало темно: потолочные прожекторы только едва разгоняли мрак, освещали дно туннеля и частично - его стены, на которых помигивали алые и оранжевые лампы габаритного освещения. Теперь нам лететь в потоке с его скоростью. Никаких перестроений, попыток обгона и прочего. Все подобные попытки просунуться быстрее жестоко карались огромными штрафами или жизнями, если кто-то был слишком настырным или тупым. К сожалению, такие иногда забирали с собой на тот свет других. Туннель только начался, а мы уже пролетели над тремя авариями. Один кар пылал, выгорая изнутри вместе с водителем, другой - валялся темным комом, возле него копались спасатели. Видимо, водитель еще жив. А третий размазало крошевом металла и полимеров по дну туннеля. Трупы были заметны даже с высоты потока: переломанные тела, оставившие за собой черный в сумраке кровавый след. Но вид чужих ошибок не сподвиг остальных к осторожности: раздраженные возгласы Найлуса иногда разносились в тишине салона.
 Сейчас мы направлялись в наш жилой лепесток, но перед тем, как прийти домой, надо купить мелким подарки. Крюк небольшой, проблем я не ожидаю. Мы никуда в подозрительные места вроде Нижних Рынков не собираемся: заедем в торговый центр, купим что надо и полетим домой. Себастьян и Рамиро с дракончиком посидят в аэрокаре. Можно на случай проблем оставить с ними Аэте, но шансы нарваться на неприятности на охраняемой внутренней парковке, если не выходить из машины, не так уж велики.
 Может же нам сегодня повезти, и мы обойдемся без проблем, сложностей и трупов?
 Впереди засиял дневным светом конец туннеля. Народ оживился, начались мелкие передвижения и попытки перестроений, но над потоком курсировали кары патруля, что сильно охлаждало пыл опаздунов и водятлов, переводя их жажду скорости в партизанские подрезы и крадущиеся попытки влезть в другую скоростную линию в наивной надежде, что патрульные, курирующие этот туннель не первый год, этого не заметят. Мне даже стало интересно, сколько штрафов выписывается в этом месте в течении дня. Но любопытство чисто академическое, и вскоре я вернулась к инструментрону и выкройке для будущей мягкой игрушки.
 В том торговом центре, куда мы направляемся, есть экспресс-ателье, шьющее мелкие заказы прямо на глазах заказчика. Специализируются они на сувенирке и таких мягких игрушках. В прошлый раз мы покупали у них варрена. Игрушка оказалась приятной, руки к этому плюшевому чудовищу тянулись сами собой, мелкие ее не отпускали, так что я решила заказать у них еще две игрушки. Особые игрушки.
 Идея возникла как-то сама собой во время очередного мучительного размышления о главной бабайке всея галактика. Под это дело вспомнились разномастные комиксы, идущие вместе с основными воспоминаниями. Особенно запала в память забавная и милая картинка, подавшая мне идею напару с психоделическим сном, который я до сих пор вспоминаю с юмором и какой-то садистской иронией. Так что, после долгих колебаний, я решила, что игрушкам быть! И быть сегодня. Просто потому, что мы можем это сделать, у нас есть на это время и возможности, а я не нашла ни одной причины этого не делать.
 Яркий свет залил салон, смягченный фильтрами автоматически затемнившегося лобового стекла. Туннель остался позади, еще минут десять-пятнадцать и мы на месте.
 
 До торгового комплекса мы добрались без проблем и сложностей. Найлус не гнал, летел спокойно в боковом потоке и через обещанные пятнадцать минут мы завернули к крупному овальному знанию, пестреющему рекламой, световыми баннерами и голограммами, завлекающими посетителей в магазины и ресторанчики. Рядом с центром раскинулся небольшой парк с зоной аттракционов для детей, а чуть дальше за тенистым островком деревьев возвышался городок крупного парка развлечений.
 Все в этом месте было сделано для развлечений и отдыха, неважно, кто приходил: одиночки, пары, семьи или группы разумных, привлеченные желанием вкусно поесть, развлечься, что-то купить или просто потратить время и деньги. Мы прилетели с четкой целью и задерживаться не планируем, так что Найлус оставил аэрокар у самого входа на внутренней парковке, внаглую воспользовавшись правами и возможностями нашего статуса, а мы втроем с ним и Аэте ушли за покупками, оставив Гарруса заканчивать работу.
 Просторный пассажирский лифт поднял нас на нужный этаж и приветливо распахнул двери под уже ставшую неотъемлемой частью Цитадели короткую мелодию, мгновенно утонувшей в шуме, гаме и громкой музыке торгового центра. На выходе из лифта нас встретило семейство: мужчина-человек средних лет в строгом деловом костюме, молодая женщина, держащая за руку девочку лет пяти, теребящую подол красного в большие белые горохи платьица. Рядом с ней - подросток со скучающей рожей, хмуро глазеющий по сторонам. У парня явно настроение не фонтан. Вон как кипит раздражением на родителей, на торговый центр, на всех вокруг включая этот лифт и даже на нас. Однако, рассмотрев нас внимательнее, пацан заинтересовался. Увидел военные шмотки и оружие. Но мы, обойдя почтенное семейство, ушли, провожаемые каким-то тоскливым взглядом юноши.
 В торговом центре было людно: в середине выходного дня народ не сидел по домам, развлекая себя и близких аттракционами, походами по магазинам и ресторанчикам, во множестве рассеянных по этажам огромного здания. Нужное нам ателье располагалось на этом этаже чуть дальше вглубь холла за лавкой сладостей и магазинчиком разномастной разрешенной наркоты вроде курева и нюхательных смесей, на которые закрывались глаза, но за потребителями некоторых категорий таких товаров начинали наблюдать. Подобные лавочки - своеобразный детектор количества любителей принять что-то... веселящее и занятное. Пока принимают разрешенное - вопросов нет. Но чем крепче и пограничнее составы, тем больше внимания они привлекают. Даже отсюда я видела, что у этой занятной лавочки уже отираются трое подростков и мужик постарше. Взгляд сместился на яркие цвета: мигнула реклама, переключив световое табло на новый ролик, демонстрирующий вкусно выглядящие сладости.
 Кстати о них...
 - Зайдем? - тихо спросила я, кидая образ лавки.
 Найлус проследил мой взгляд, нашел магазинчик, что-то прикинул и кивнул.
 - Можно. Гаррус заказал доставку на дом из пекарни, но можно и такого купить.
 - Такого? - уточнила я.
 - Увидишь. - улыбнулся он, заворачивая к магазинчику.
 На удивление, этот магазинчик особой популярностью не пользовался: не было тут толпы детей с родителями, как в магазинчике рядом. Причину я поняла, когда глянула на богатый и цветастый ассортимент, любовно разложенный на витринах. Лавка продавала пастилу, мармелад, зефир и прочие подобные товары из натуральных продуктов и выпаренного фруктового сока. Такое не всем понравится, и не каждый ребенок променяет красивую и ярко-сладкую химозную конфетку на кисловатую пастилу, которую еще поди разгрызи. Стоили такие сладости немало, но даже я вполне могла позволить себе закупить вкусняшек для детей, рассчитывая на своё жалование. Даже на жалование коммандера ВКС АС, ведь мне не на что было тратить деньги на борту корабля.
 Мы подошли к стойке. Продавщица мило нам улыбнулась, хотя приход троих разумных при оружии ее... несколько напряг, хотя тревоги не вызывал. Все же, торговый центр охранялся.
 - Приветствую вас. - вежливо произнесла она привычную фразу.
 Занятно что присутствие турианца в ее лавке девушку не смутило: сладости - одни из немногих продуктов, которые могли подходить для этого народа. На прилавках даже пометки есть с указанием совместимости.
 - Доброго дня. - ответила я, улыбнувшись в ответ. - Что можете посоветовать из вашего товара?
 - Для кого?
 - Ну... Для нас, для девы-азари и для двоих детей-людей.
 Я назвала возраст малых, указав, что дети сладостями не разбалованы - сироты, только недавно нашедшие опекуна. Отдельно уточнила, что малышка биотик. Тайны в этом не было: кто хотел и так знал, кто она и где это юное дарование находится. А для малолетних биотиков есть свои требования в рационе и в сладостях, которые они поедают больше других чисто из-за естественной потребности организма при повышенных энергетических нагрузках.
 Девушка к задаче подошла ответственно: выйдя из-за кассы, она подошла к нам и предложила самим осмотреть ее богатства и выбрать из предложенных вариантов. А вариантов было много. В итоге мы напробовались сладостей и набрали большую коробку вкусностей на круглую сумму, зато выбрали то, что реально понравилось. Расплатившись и попрощавшись с продавщицей, мы вручили коробку Аэте и направились к ателье. Как только нам пошьют игрушки, мы летим домой. И останемся там так долго, как это у нас получится. Без выходов на улицу.
 Я хочу отдохнуть перед отлетом, а не объясняться с Паллином и Спаратусом за очередную авантюру или разборку, в которую мы встрянем чисто по случайности, зайдя не в тот район и столкнувшись не с теми разумными.
 - Как думаете, Удина про меня вспомнит? - вяло спросила я, заворачивая к приметной дверке, украшенной голограммой большого плюшевого варрена и странного тощеватого кота с большими глазищами.
 - Полагаю, он тебя вообще уже не забудет. - иронично отозвался Аэте.
 Вот сложно поспорить!
 - Я о том, вызовет или нет. - поправилась я.
 - Зависит от его загруженности - ответил мне Найлус. - И от того, что он знает про наши планы. Если решит, что мы на станции на несколько дней, может сегодня и не вызвать. Работы мы ему подкинули немало.
 Резонно...
 Обычно я на Цитадели всегда задерживаюсь на несколько дней. Минимум на три. Вполне возможно, что посол решит заняться мною на следующий день, когда решит те проблемы, которые я ему создала. Вот потом у него сюрприз будет...
 Из ателье вышла парочка: парень улыбался, глядя на девушку, счастливо тискающую большого сиреневого с голубым пузом варрена. Видимо, варрены - главная особенность этого ателье. Не зря на вывеске именно он - лупоглазый плюшевый монстр с умильной мордой. Внутри же помещения дородная женщина с недовольным лицом ждала свой заказ, фоня нетерпением и какой-то скрытой агрессией. Видимо, ищет жертву для срыва. Но вот досада: зашли мы. Трое военных.
 Дождавшись, когда девушка за стойкой выдаст женщине ее заказ, а источник столь яркого негатива покинет помещение, я подошла к швее. В прошлый раз игрушку нам шила именно она вместе с другой напарницей, сегодня отсутствующей.
 - Доброго дня. - поприветствовала я девушку.
 - Здравствуйте. - мне улыбнулись без тени узнавания. - Я могу вам помочь?
 Почти слово в слово как при прошлой встрече.
 - Можете! - радостно сообщила я. - Мне нужны две игрушки по моей картинке. Раскрой сделаете сами - вы лучше представляете, как это делать. Но мне нужно максимальное соответствие образу.
 И я, включив инструментрон, показала давно заготовленные изображения. За моей спиной пораженно выдохнул Найлус, а асур, оторопело проморгавшись, спросил:
 - Ты серьезно?!
 - Абсолютно! - я любовно повращала изображение будущей игрушки. - Правда, они классные?
 Аэтера коротко хохотнул, склонил голову набок, широко улыбаясь.
 - Сложно спорить. Но игрушки...
 - Мне эта психоделика снилась на корабле, пока нам не поставили нормальный камбуз. - мелочно буркнула я. - А еще они закидывали меня печеньками. Знаешь, как жрать хотелось? Так что я имею полное право воплотить эти образы в игрушках. В конце концов, кто еще будет делать игрушки этих двоих? Это только мне маразма хватило. А так их будут любить и тискать. Главное, правильно подать идею.
 - Игрушки... - Найлус покачал головой. - Ладно.
 Девушка слушала нас с каким-то странным недоумением и напряжением, изредка кидая задумчивый взгляд на изображение большого толстенького будущего плюшевого многолапого монстра с характерным лазурным узором на "тушке". Кто хоть раз видел - никогда не забудет и не перепутает. Мне этот узор запомнился до последней черточки, и я долго думала, что оставить, а чем можно пожертвовать в угоду стилизации. В итоге остались самые яркие черты. По которым они узнавались мгновенно.
 - В общем, мне нужны две вот такие игрушки. - я показала примерную высоту будущей роскоши. - Цвет нужно сохранить. Сделаете?
 Девушка еще раз осмотрела изображение, подумала, а потом уверенно ответила:
 - Сделаем.
 - Сколько времени займет?
 Нам назвали примерно минут сорок-пятьдесят. Час на крайний случай. Мы оплатили заказ, я переслала картинки На этом мы покинули ателье и пошли просиживать время в кафешке, предупредив Себастьяна и Рамиро о задержке.
 
 Не могу сказать, что время ожидания заветного звонка прошло бесполезно. Оно было занято неспешными беседами за напитками. Темы простые, бытовые. Мелкое знакомство с тем, что обычно остается за кадром: личные воспоминания, какие-то задания и рейды, после которых в памяти выжигаются ключевые вехи. Аэтера говорил мало, изредка добавляя что-то от себя, если разговор заходил об их с Найлусом совместных встречах и делах. Про Сарена не говорили: не хотелось бередить разум, пока у нас столько неясностей. Да и Аэте не хочется раз за разом вспоминать о сомнительных фактах о том, кому он по своей воле когда-то отдал если не верность, то приязнь и некоторую привязанность. О своем прошлом, том, которое закончилось смертью, тоже не говорил. Пообещал только, что расскажет потом, когда пройдет переломный момент на Вермайре. Независимо от результата нашей с Сареном встречи. Мы настаивать не стали, свели разговор к мелким бытовым историям и шуткам, от которых становилось чутка легче на душе.
 Заветный сигнал прервал наш поток воспоминаний коротким переливчатым пиликанием: пришло сообщение, что наш заказ готов.
 В ателье нас уже ждали: молоденькая швея мялась у входа и нервничала, а на стойке возле нее восседали ОНИ. Большие, роскошные, мягко-плюшевые, пошитые из высококачественной натуральной ткани с повышенной износостойкостью и сопротивляемостью когтям животных. Они царили в маленьком помещении, привлекая внимание необычной формой и каким-то странным магнетизмом, словно на плюшевых игрушках уже наложился отпечаток оригиналов. Но девушка нервничала, поглядывая на результат их трудов. Переживала она совершенно зря: игрушки получились великолепными! Именно такими, какими я их представляла.
 - Это великолепно! - огладив "лапку", сообщила я вердикт. - Спасибо.
 Швея облегченно выдохнула, улыбнулась.
 - Рада, что вам понравилось.
 - О да! Они мне понравились. - искренне выдохнула я, удобнее перехватывая плюшевого монстра поперек тушки и цепляя его старшего собрата под лапки.
 Из ателье мы выходили, провожаемые задумчивым и каким-то растерянным взглядом швеи, которая так и не поняла, что именно она пошила. Ничего. Когда начнется глобальный апокалипсис - поймет. Неважно, кто этот апокалипсис инициирует: древний наблюдатель или я сама, чтобы не дать Предвестнику право нас всех тут перебить. Уже подходя к лифту я заметила Хранителя. Зеленый биодрон неспешно перебирал что-то в недрах стены и виднеющейся проводки. Что меня дернуло? Не знаю, но ноги сами собой понесли меня к работающему существу, привычно повернувшегося, когда я вошла в его зону комфорта.
 Хранители всегда поворачиваются, когда к ним кто-то приближается...
 Даже не знаю, глюк это воображения или нет, но мне показалось, что круглые глаза Хранителя стали еще круглее и больше, когда он рассмотрел, что я держу в руках.
 - Правда, они классные? - спросила я молчаливое существо, показывая ему меньшую по размеру игрушку. - Вот и я думаю, что они - лучшее, что сохранилось с тех времен в этой галактике...
 Ответа от Хранителя я не ждала, а потому, огладив игрушку по спинке и перехватив удобнее, развернулась и ушла к лифту, провожаемая каким-то слишком пристальным взглядом удивительно-разумных темных глаз биодрона.
 - Зачем? - негромко спросил Найлус, когда двери лифта закрылись, и кабинка поехала вниз.
 - Мне захотелось, чтобы Каталист их увидел. - ответила я, поглаживая мягкую лапку меньшей игрушки. - Считай это блажью или чутьем.
 - А он увидел? - скепсис и сомнения в голосе Найлуса сложно было не заметить.
 Я пожала плечами. Лифт как раз доехал до нашего этажа парковки. Разговор сам собой завершился на подвешенном вопросе, на которые я не могу дать четкого ответа. Но то, как изменился взгляд Хранителя...
 Идя по полимерному покрытию парковочной зоны, я заметила еще одного Хранителя у дальней стены, внимательно на нас смотрящего. Найлус его тоже заметил, бросил короткий взгляд, но ничего не сказал. Лишь в менталке коротко полыхнула задумчивость и тень тревоги.
 - "Каталист ничего не будет делать." - кинула я ему короткую мысль. - "Не сейчас и не в скором времени."
 - "Он будет наблюдать." - пришел исполненный тревоги ответ.
 - "Он в любом случае будет наблюдать, если мы вернемся с Вермайра с успехом."
 Найлус шевельнул мандибулами и... согласился. Тревога угасла, сменяясь каким-то странным едким азартом, замешанным на иронии и присущем ему злым веселье. Мой темный монстр принял новый поворот игры и... согласился с изменением правил.
 - Надеюсь, детям игрушки понравятся. - произнес он, иронично глянув на глазеющего вдалеке Хранителя.
 - Полагаю, дети будут рады любому подарку.
 - Больше всего они будут рады нас видеть. - заметил Найлус, заворачивая за угол к нашей секции парковки.
 Впереди показался аэрокар и расслабленно стоящий возле него Себастьян. Вся его поза была воплощением того, чего в нем не было: спокойствия и расслабленности. Мужчина фонил тревогой и скрытым напряжением, встал так, чтобы видеть все входы и подходы к кару, но и не маячить совсем уж на виду.
 Он тоже хочет спокойно добраться до дома и не покидать его так долго, как только это у него получится.
 Увидел он нас сразу, как только мы появились в поле его зрения, но терпеливо ожидал нашего прихода, не отводя скользящего взгляда от полупустой парковки.
 - Летим. - тихо сказала я, подойдя.
 Он коротко кивнул, бросил взгляд на игрушки, вздернул бровь, но ничего не сказал. Зато реакция Рамиро меня прям порадовала: какое у него было выражение лица, когда я сгрузила игрушки на третий ряд сидений, любовно сложив толстенькие лапки, украшенные лазурными вставками из атласной ткани с голографическим напылением там, где у оригинала было внутреннее свечение!
 - Полетели домой. - тихо сказала я, тронув Найлуса за плечо. - Нас там уже ждут.
 Тихо зарокотал двигатель. Привычная проверка состояния машины перед тем, как поднять в воздух. Мгновения возни, и вот, мы снова в воздухе, а над нами яркой проблесковой гирляндой проносятся потолочные лампы парковки.
 
 Короткий перелет до нашего дома позволил мне окончательно успокоится и убрать подальше тревоги. О них я вспомню потом, когда мы вновь будем в воздухе по дороге к причальной площадке "Драгона", личного корабля Найлуса Крайка. Сейчас пора бы вспомнить, каково это - возвращаться домой, где тебя кто-то ждет.
 А нас ждали. Очень-очень ждали.
 Как нам были рады, не передадут никакие слова. Как дрогнул голос Тарии, когда она увидела нас в экране домофона... Как нас встретили еще в подъезде, расплескивая в ментале радость и чистое, ничем не замутненное счастье встречи... А как нас встретили дети, выбежавшие из комнат на звуки голосов...
 Прав был Найлус: больше любых игрушек, сладостей и подарков их порадовали мы сами. Живые и здоровые, в полном составе.
 - Вы вернулись!
 Голосок Амиры прерывался от избытка чувств: девочка подлетела к нам, обняла растерявшегося Гарруса за талию. Лукас старался вести себя сдержаннее, но губы у мальчика подрагивали, а глаза подозрительно поблескивали.
 - Я же обещала, что мы вернемся. - ответила я, присаживаясь возле мальчика.
 - Вас долго не было... - он шмыгнул носом.
 - Такова наша работа. - я улыбнулась, погладила его по голове. - Мы часто будем отсутствовать. Иногда - долго. Но мы всегда будем возвращаться. Мы сделаем всё что в наших силах, чтобы вернуться туда, где нас ждут.
 Лукас снова шмыгнул носом, вытер слезу, выступившую в уголке глаза.
 - Мы вас очень ждали...
 На какое-то время разговоры угасли: мы разобрали покупки, Тария переложила сладости в криостат. Пока мы переодевались и занимали ванную, Аэтера убрал оружие и обмундирование в арсенал, а Рамиро познакомил детей со своим воспитанником.
 Дети появление дракончика восприняли... не как дети. Мелкое чешуйчатое чудо их восхитило. Бесспорно. На первые пять минут. А потом Лукас, гладя дракончика по голове между остренькими рожками, серьезным спокойным и взрослым тоном сказал:
 - Его надо прятать.
 Жизнь в джунглях Нижних Ярусов не прошла для детей бесследно. Лукас, оставаясь внешне ребенком, давно повзрослел куда больше и полнее, чем многие разумные, живущие сытой и спокойной жизнью и остающиеся инфантильными капризными подростками до старости.
 - Да. Ты прав. Его надо прятать, пока он не подрастет и не сможет оборачиваться в человека.
 Лукас кивнул, прикусил нижнюю губу.
 - Его не должны увидеть те, которые за нами приходили. - после короткой паузы уточнил он.
 - Его никто не должен увидеть, пока он такой. - поправила я.
 - Тогда он будет жить у нас! - радостно воскликнула Амира. - Правда, дядя Себастьян?
 Мужчина как-то грустно улыбнулся, погладил девочку по голове. Нижние Уровни выбили из девочки беззаботность и веру в безопасность. Зато научили выживать, пусть и с помощью брата. Научили выполнять приказы и подчиняться. Амира хорошо понимает, что такое критическая ситуация и может различать время для игр со временем, когда она должна стать тенью брата.
 - Все правильно, Амира. Он будет жить у нас. - я вздохнула, глянула на подчиненного. - Вместе с Рамиро. Дракончик - его... воспитанник. Рамиро - мой боец. Если что, он поможет и защитит, пока нас не будет.
 Девочка нахмурилась, четко вычленив самое важное:
 - Вы снова уезжаете?
 Сколько в этих словах недоумения, недовольства и тревоги! Даже не знаю, радует меня такая проницательность и умение понимать правильно у ребенка или нет.
 - Завтра. В этот раз - надолго. - Я приподняла руку, требуя внимания. - Мы летим за... напарником Аэте. Ему нужна помощь.
 Я не солгала ни единым словом: Сарену, независимо от обстоятельств, помощь понадобится. Разная помощь. Смотря какие будут обстоятельства. И какая там правда.
 - Нам надо улетать. - добавила я, вновь погладив девочку по светлой макушке.
 - Мы знаем. - мальчик взгрустнул, тиская подаренную игрушку. - А потом вы задержитесь? Ну, когда вернетесь?
 Слово "если" он не говорил принципиально.
 - Потом - да. Потом мы задержимся на Цитадели. - я улыбнулась Лукасу. - Ну как, понравились игрушки?
 Мальчик отодвинул от себя плющевого монстра, внимательно осмотрел его, а потом - кивнул. Уверенно, твердо, не сомневаясь в решении.
 - А кто это?
 Даже так? Без сомнений в том, что у игрушки есть прообраз?
 - Это очень долгая история. - я улыбнулась мальчику. - Хочешь, расскажу?
 - Да!
 - Мы хотим! - добавила Амира, тискающая более мелкую игрушку.
 Мы устроились на диванчиках. Дети - напротив, обложившись плюшевыми монстрами, а мы - полукругом вокруг них. По центру на невысоком столике стоял ароматный чай и тарелочки со сладостями. Тихо-тихо мурлыкала фоновая инструментальная музыка, перекрывающая едва слышимый шум работающей климатической системы, наполняющей воздух легким ароматом моря и свежей зелени. Дети замерли, вцепившись в игрушки, а я, привалившись плечом к Найлусу, начала говорить:
 - Когда-то давным-давно, еще до того, как люди появились как вид на Земле, существовала могущественная цивилизация огромных существ, подчинивших себе народы галактики. Звали их Левиафаны...
 Дети слушали страшненькую сказочку затаив дыхание и жадно вслушивались в слова. А я сопровождала рассказ образами. Иллюзии - яркие, красочные, цветастые, они прекрасно дополняли слова, складывая в сознании детей образы существ, о которых я рассказывала. Образы Левиафанов. Тех, кто породил Вечных, уничтожающих раз за разом цивилизации, уже тронутые гнилью распада и деградации. Не только дети жадно слушали мой рассказ. Я никогда ранее не говорила, откуда появились Жнецы и кто их создал. Ни разу. Никому. Только сейчас, рассказывая подобранным нами сиротам страшную легенду про самых сильных монстров нашей галактики: про Левиафанов. И про тех, кто появился благодаря им: про Назару, Предвестника и Каталиста. И про то, чем всё в итоге закончилось.
 Дети слушали внимательно, пытались понять то, что я им рассказывала, но даже занятная детская логика сбойнула на Левиафанах.
 - Они странные... - тихо произнес Лукас, морща лоб в раздумьях.
 Даже дети, склонные верить в сказки, это признают.
 - Что тебе показалось странным? - мягко спросила я.
 - Всё! - категорично выпалил он, хмурясь всё сильнее. - Зачем надо было делать Каталиста?
 - Чтобы получить ответ на главный для них вопрос.
 - Он им не нужен! - мальчик подумал и уточнил: - Им не нужен настоящий ответ. Они хотели... ну... - он запнулся, мучительно подбирая слова, - ну чтобы получилось, как они хотели. Я знаю таких: им говори, не говори - все равно они не слушают и делают как делали. А потом все виноваты, что не получилось, как они хотели.
 Слепота и тупая вера в собственную непогрешимость у разумных существует независимо от вида и древности...
 - Могу согласиться. Левиафанам не нужна была правда. Особенно та, в которой главным врагом и проблемой являются они сами. - я вздохнула. - Я не знаю, было ли так на самом деле, или те, кто создал эту легенду - приврали. Но это всё, что я знаю.
 Мальчик покивал и снова глубоко задумался. Зато Рамиро задал интересный вопрос:
 - Как появился Предвестник?
 - Считается, его создал Каталист. - ответила я. - Я рассказала то, что известно. Теми словами, какими это было сказано.
 Лукас очнулся, нахмурился, бегая взглядом с меня на Аэте, перескакивая на хмурого Рамиро и безмятежного Найлуса, который просто ждал завершения мозгового штурма.
 - Но он не мог! - тихо-тихо сказала Амира. - Каталист не мог построить такой большой корабль! Папа говорил, что строить корабли - сложно и надо много деталей. Это делает много людей. А еще это долго! Его бы заметили и запретили так делать! Они же не хотели, чтобы такие, как Каталист, сражались с такими, как они. Они бы не дали Каталисту ничего делать! - девочка запнулась, и очень тихо добавила: - Или они очень глупые...
 - Ты права. - тихо произнес Рамиро. - Для постройки корабля таких размеров, нужны соразмерные верфи и огромное количество ресурсов. Это невозможно сделать втайне, тем более, при постоянном наблюдении.
 - Про постройку сказано не было. - уточнила я. - Указывалось про создание. Возможно, Каталист создал разум и личность, но не платформу.
 Дети затаились и слушали с жадностью, ведь их посвятили в тайну и позволили участвовать в важном разговоре. Я не вижу смысла их выгонять. Зачем? Происходящее касается их напрямую, как и любого жителя Пространства Цитадели, где бы они ни находились, сколько бы им ни было лет, чем бы они ни занимались. Всех зацепит. Так почему я должна их выгонять? Беречь их нежную детскую психику? После Нижних Ярусов? Глупо. Скрывать "взрослые" дела? Почему? Только потому, что они не успели вырасти? Так это проходит со временем, за которое у многих так и не вырастает мозг.
 Многие считают, что во "взрослых" разговорах не должны участвовать дети. Их мнение ни во что не ставится, и никто к ним не прислушивается. Даже тогда, когда стоило бы. Я с подобным поведением не согласна: Лукас уже вошел в тот возраст, когда пора начинать принимать решение, нести ответственность за свои действия и думать, что говоришь и делаешь. Мальчику одиннадцать лет. Это полноценно осознанный возраст, когда разум уже в состоянии строить причинно-следственные связи, анализировать события и делать выводы. Наш разговор - неплохой повод Лукасу включиться в дела и стать частью нашего маленького социума. Для мальчишки сам факт, что его допустили во взрослые дела и позволили участвовать в таком разговоре - повод для гордости и хороший стимул что-то делать, чему-то учиться и пытаться завоевать еще большее доверие и позволение на участие в других наших делах, о которых он столько слышит.
 - Вообще, история мутная и в ней много допущений и странностей. - сказала я, обращаясь ко всем собравшимся. - Есть непреложный факт: Предвестник был первым в своем роду. Каталист - создатель. Но он иной. Предвестник же первый из Жнецов. Уникальный и самый могущественный из всех. Как он возник? Кто построил его платформу? - я развела руками. - Неизвестно. Амира и Рамиро правы: Каталист не смог бы, опираясь на технические мощности цивилизации Левиафанов, построить корабль, который в одиночку сумел уничтожить тех, на знаниях и могуществе кого он был создан. Притом, не просто уничтожить, а еще и сохранить Каталиста, который находился на какой-то луне и был нетранспортабелен. Думаю, не надо вам напоминать, что защитить всегда сложнее чем уничтожить. Тем более, в одиночку.
 Рамиро согласно кивнул, аккуратно гладя свернувшегося на его коленях дракончика.
 - Но он это сумел. - произнёс Себастьян.
 - Да. Предвестник сумел. И вот это странно. Левиафаны были рассеяны по всей галактике, у них было множество покоренных и покорных им развитых цивилизаций "низших" видов. Они бы тупо задавили числом. Они должны были их уничтожить! И Предвестника, и, особенно, Каталиста. Но они не смогли. Вся мощь цивилизации Левиафанов и всех народов галактики не сумела остановить один-единственный корабль, размерами сопоставимый с самим Левиафаном! Назара был создан позже, после гибели цивилизации Левиафанов.
 - Цивилизации? - уточнил Рамиро.
 - Цивилизации. - я криво усмехнулась, глядя ему в глаза. - Я точно знаю, что представители вида Левиафанов существуют и сейчас. Даже знаю, где их искать... Полагаю, Предвестника заинтересует эта информация, ведь они про Левиафанов не знают. Слишком хорошо членистоногие спрятались в глубинах океана...
 Может, это игра разума, но на мгновение показалось, что на мне остановился очень тяжелый и пристальный взгляд. На мимолетное мгновение.
 - А если узнают?
 - Уничтожат. - пожав плечами, ответила я Сабестьяну. - И будут правы.
 Последнее время я начала откровенно надеяться, что Каталист меня слышит. Мне очень нужен разговор с Назарой. Мне очень надо, чтобы древний наблюдатель меня не послал дальним космосом, а выслушал и был готов на разговор. Я знаю, что Назара в любом случае ответит на вызов с терминала Сарена и будет говорить. Но мне бы хотелось от него большего... внимания, чем к какому-то белковому, каких он встречал триллионы.
 - Это всё, что я знаю про Жнецов. - сказала я, подводя черту под этой темой. - Большее мы сможем узнать только на Вермайре. Вылетаем сразу, как только будет готов корабль. - я перевела взгляд на мальчика, чуть нахмуренного, сжимающего пальцами ладошку - Нас долго не будет. Возможно, пару месяцев. Может, дольше. Не переживайте и не надумывайте лишнего, хорошо?
 Дети закивали.
 - Вот и молодцы. - я улыбнулась, хлопнула ладонями по коленям. - Время уже обеденное. Себастьян, если не сложно...
 - Я все сделаю. - наш повар улыбнулся, встал, встретился взглядом с асуром. - Поможешь?
 Аэтера развел руками и согласно кивнул.
 - Мы пока проверим нашу часть квартиры. Посмотрим, что там. Хорошо?
 Дети закивали, удобнее устраиваясь на диване. Тария же, молчавшая весь разговор, скептично хмыкнула.
 - Там ничего нет. - не найдя понимания на наших лицах, азари пояснила: - Во всей остальной части квартиры только голые стены. Вы тогда спешили и обустроить успели только эту секцию.
 А... да... точно... Как я могла забыть... Мы ж квартиру купили перед отлетом. Обустраивали в спешке...
 Я перевела взгляд на растерянного Гарруса. По глазам поняла: не подумал, прогруженный чем-то другим. А Найлус... А что Найлус? У него привычка возвращаться в свое небольшое жилье. Эту квартиру как свой дом он не воспринимает. Нет привычки...
 - Ладно... - я прогребла волосы. - Тут два варианта: или мы валим на старую квартиру Найлуса, или обустраиваем эту до конца.
 По глазам детей я поняла, что они думают на счет первого варианта.
 - Я вызову бригаду, чтобы покрасили стены и подготовили комнаты на чистовую для заноса мебели. - вздохнул Найлус, смиряясь, что отдыха нам не видать еще несколько часов. - Имрир, собирайся... Гаррус, останешься. Тария?
 - Я с вами. - азари плавно встала.
 С нами так с нами...
 
 Собрались мы быстро: никто не хотел растягивать это сомнительное удовольствие. Найлус вызвал знакомую бригаду. Мужики прибудут через часа полтора: на закупку нужных материалов требуется время. Хорошо, что проект оформления мы составили еще в прошлый раз, и сейчас оставалось только сбросить его рабочим, дождаться ответа по стоимости материалов и времени, которое потребуется на завершение работ с помещением.
 - Найлус...
 Он повернул голову, вопросительно шевельнул мандибулами.
 - Что за сложности могут быть?
 Мужики упоминали о сложностях в ремонте во время разговора.
 - Эти стены не каждая краска и клей могут взять. - коротко ответил он. - Отходит и обсыпается.
 Не знала... Но с другой стороны, я не припомню ни одной размалеванной граффити или каким-то непотребством стену. Никаких лишних надписей, плакатов и прочего информационного сора. Грязь бывала, но в основном на полу или на перестенках, установленных уже обитателями района. Или на нанесенной покраске. Такое тоже бывало: видела на Нижний Рынках.
 - И что делают в случаях, когда на стене не держится краска?
 - Крепят облицовку на липкую массу, хорошо липнущую на гладкие поверхности. - иронично ответил Найлус. - При условии, что покрытие стен вообще обладает способностью как-то смачиваться и держать сцепление. Бывают поверхности, на которых не держится ничего. Но это в основном в Президиуме и на технических ярусах станции.
 - Поэтому всё в Президиуме одинакового цвета?
 Найлус согласно склонил голову, усмехаясь.
 С каждой узнанной подробностью Цитадель и Каталист раскрывались полнее и ярче, обрастали мелкими нюансами и деталями. Есть в этом какой-то странный интерес: наблюдать, как недоработки, халатность или непродуманность оригинальной истории проявляются в условиях воплощенной реальности странными, но логичными и обоснованными нюансами. Не покрасили разработчики игры здания Президиума в разный цвет, не ввели красочную размазню на стенах возле злачных мест вроде того же "Логова", и в реальности появился занятный нюанс материала и характера Каталиста, который не позволяет своим обитателям засирать свою платформу цветастой похабщиной.
 Наконец мы получили подтверждение от бригадира. Найлус коротко с ним переговорил: обсудили какие-то нюансы, договорились о работе, попрощались, и наш аэрокар без предупреждения взлетел, едва связь прервалась.
 
 Выбор и закупка нужных мелочей сожрала остаток дня и сил. Как и в первый раз, закупали мы всё: от мебели до мелочей вроде коврика на пол. На этот раз уже не ограничиваясь каким-то кусочком квартиры, а с учетом всей жилой площади. Время позволяет, а личная усталость - не повод спать на полу в голых стенах.
 Сидя на диванчике неподалеку от стойки, где Найлус договаривался о доставке и сборке, я лениво катала в руке стеклянный шарик, купленный в автомате на входе в торговый комплекс. В шарике красиво переливалась объемная спиральная загогулина, нанесенная лазерной гравировкой. Дешевая залипательная безделица, в которой мог утонуть взгляд. В голове царил спасительный вакуум. Думать о делах не хотелось. Хотелось... отдохнуть перед перелетом, в который мне придется вместить одно-единственное дело: работу с собственной головой. Я не рискну этим заниматься на Цитадели, где есть вероятность незапланированных авралов, приключений, встреч с Удиной или, не к ночи будет помянут, капитаном Андерсоном. Меня ничто не должно отвлекать. Мне нужна тишина, покой и много времени.
 Запал, заданный мне моими же закладками, медленно истощался. Накапливалась какая-то тягучая усталость и апатия, медленно сжимающая когти на душе. Пропадал азарт приключений, исчезала здоровая злость и задор. Вместе с ними уходила способность умиляться мелочам, а понимание и терпимость к разумным вообще опустились куда-то в городские коллекторы.
 Это неправильно.
 Так не должно быть.
 Мне нельзя скатываться в уныние, апатию и безразличие. Не сейчас, когда я... не одна.
 Найлус закончил разговор и направился к нам. Тария задумчиво листала электронный каталог и делала какие-то пометки, внося еще что-то в заказ. Оплатится он автоматически с ее счета, когда пройдет оформление, и будет доставлен в общем потоке с нашим заказом, а не встанет в очередь.
 - Доставят через час. - коротко произнес Найлус, останавливаясь перед нами.
 Тария кивнула, быстро что-то докинула в корзину, пролистала список покупок и недрогнувшей рукой внесла немалую сумму за детские вещи, игрушки и материалы для творчества и учебы.
 - Я закончила. - экран инструментрона свернулся, азари поправила рукав туники и встала.
 Пора возвращаться домой.
 - Здесь есть место, где можно купить травяной чай? - неожиданно даже для себя спросила я, поднимая взгляд от завораживающей игры света.
 - Небольшой магазинчик. - после небольшой задержки ответила азари. - Открылась недавно. Хозяин - узкоглазый человек с желтоватой кожей и странными манерами. Берет дорого, но напитки у него вкусные и качественные. Без химии. Единственное нормальное питье, какое я тут нашла за это время.
 - Подойдет. - повертев в руках шарик, я сунула его в карман, встала. - Идем?
 Найлус медленно кивнул, нервно прижимая мандибулы к щекам. Тария чуть прищурилась, но... никто из них ничего не сказал.
 Огромный торговый комплекс мы покидали в молчании. Знаю, им обоим не нравится, как я резко сдулась. И если Тария еще может с некоторой натяжкой объяснить такое состояние общей усталостью, то Найлус... Найлус никаких предположений не делал, но когда мы подошли к верному аэрокару, по связке донесся молчаливый вопрос, окрашенный нарастающей тревогой.
 - "Я разберусь с проблемами в своей голове за время перелета на Вермайр."
 Мой ответ его не устроил и не порадовал самим наличием этих проблем в голове, но... он услышал ответ на свой вопрос и принял мое решение.
 - Тария, адрес. - несколько суховато рыкнул он, поднимаясь в кабину.
 Сегодня вторым пилотом была она, а я уже по сложившейся привычке, села на первый пассажирский ряд в салон. Короткая возня с навигатором, на лобовом экране появилась схема пролета с пометкой нужного здания. Найлус погонял карту, что-то поменял в маршруте, привычная проверка машины, и мы вновь взлетели.
 - Сколько нам лететь?
 - Минут двадцать.
 Хорошо...
 Вновь ударила неестественная усталость. Почему-то знакомая, давящая на мозг, словно плохая погода на чувствительных к перепаду давления людей. Что-то у меня в голове ощутимо трещало. Но я же хороший менталист. Неужели я не могла сама себе так зачистить мозги, чтобы не было таких проблем в будущем? Могла и могу сейчас. Не хотела? Вероятно. Почему? Причина может быть только одна: я не хочу терять память. Окончательно - не хочу. Мы то, что мы о себе помним... Но дать себе время на акклиматизацию и привыкание на новом месте - здраво. Даже если для этого придется изнасиловать себе же мозг и наставить всякой дряни.
 Вопросы к себе же самой накапливались как вал лавины.
 Размеренный шум двигателей ровно ложился на течение мыслей и размышления о всплывшей проблеме, затмившей и Андерсона с Удиной, и проблемы реальности, и даже маячащую в скором будущем Жатву. Все ерунда в сравнении с дисбалансом психики и личности.
 Что со мной происходит? Откуда у меня такие... странные пожелания и потребности, в которых ранее не было ни надобности, ни даже сама мысль не возникала о подобном. Хотя бы этот травяной чай. Зачем мне прямо сейчас эта трава? Я никогда не была любителем травяных настоек... вроде бы. Я люблю кофе, соки и насыщенные по вкусу напитки. Вроде бы. Но сейчас мне нужна именно трава. Какая? Не знаю. Я не разбираюсь в травах и зельях. Вроде бы!
 Раз за разом это сомнение в том, что мне еще недавно казалось очевидным базисом.
 Ладно. До завтра это терпит, но не более.
 Мысленно закрыв для себя эту тему, я выкинула дурные мысли. Посмотрим уже по факту, что всплывет в магазинчике.
 Долго ждать не пришлось: добрались мы быстрее, чем предполагал Найлус. Райончик оказался довольно симпатичным: неподалеку от крупного парка на самом краю жилой зоны Цитадели в провале между высотками у одного из многочисленных каналов. Всё та же привычная минималистическая рубленная архитектура, присущая всей станции. Все те же серые металлические здания. Но ухоженная заботливыми руками растительность, обильно цветущие пышными стрелками розоватых цветов роскошные деревья и общая чистота делали свое дело, словно перенося нас в крохотный закуток другого народа и мира. Район был людской: я это видела по пометкам на стенах и по большому числу людей, гуляющих по улицам. Пара азари и саларианец, устроившиеся на деревянной лавочке в тени пышного кустарника, усыпанного белыми цветами, лишь добавляли контраста.
 Аэрокар приземлился на небольшой перехватывающей парковке у самого края парковой зоны.
 - Что это за район? - я высунулась между кресел, с интересом всматриваясь в высокоточное изображение на экране.
 - Один из национальных кварталов. - ответил мне Найлус. - Их много по Цитадели.
 - Кому принадлежит?
 Вместо ответа - взмах руки. Не интересовался и, говоря честно, не собирается. Мы прилетели сюда за чаем и травами, но сам район мне понравился. Как свежее дыхание леса после района Закера.
 - А где..?
 Тария тронула экран, указывая на небольшую малозаметную дверь, утопающую в тени обрамляющих клумбы деревьев.
 - Идем?
 Найлус как-то странно на меня покосился, переглянулся с Тарией, но покинул аэрокар, удержавшись от вопросов и комментариев. Да-да, я знаю, что веду себя странно!
 Улица встретила нас сладким ароматом цветов и чистой свежестью воды. Голубая гладь искрилась в лучах искусственного солнца, играла блеском и тенями, лазурная у края канала и темно-синяя на глубине. Свежая и кристально-прозрачная, с неповторимым ароматом по-настоящему хорошей и чистой воды.
 На Цитадели вода в каналах всегда чистая.
 За этим следят строго не только Хранители, но и администрация станции, жестоко наказывая засранцев от колоссальных штрафов до бессрочной депортации. Сейчас, видя результаты этих жестких мер, я... согласилась с ними. Это справедливо. Не ценишь чужой труд, можешь не срать где живешь - катись в свою помойку и не загаживай станцию. Цитадель - замкнутая среда, в которой каждый ресурс невосполним. Каналы - запасы питьевой воды, естественным образом увлажняющие атмосферу. Случись что с ними, и все население столицы просто вымрет. Или будет вынуждено срочно покинуть ставшую непригодной к жизни станцию.
 - Красиво тут...
 Тария согласно склонила голову, чуть щуря глаза от яркого света. Нам всем тут понравилось.
 - Идем?
 Найлус приглашающе взмахнул рукой, предлагая мне идти первой. Бросив последний взгляд на искрящуюся воду и прогуливающихся по набережной людей, я развернулась на каблуке и направилась прямиком к интересующей меня дверце, обклеенной темно-терракотовой пленкой под дерево.
 
 Магазинчик встретил нас тонким перезвоном колокольчиков: крохотные металлические палочки нежно позванивали от ударов о монетку язычка, подвешенную между их рядами. Простая, никогда не повторяющаяся мелодия... следом за которой пришел аромат. Сложный богатый букет высушенных трав и цветов с едва уловимыми нотками фруктов и специй. Запах сильный, концентрированный, но он не раздражал и не вызывал желание покинуть это место. Наоборот, он... приятен. Как запах высушенной жарким солнцем полевой травы на заливных лугах дикого мира.
 Аромат тишины и уюта.
 Из глубины магазина вышел невысокий мужчина. Японец или потомок этого народа с ярко выраженными национальными чертами: овальное лицо с мягкими чертами, раскосые темные глаза, смотрящие на нас с умиротворенным ожиданием. Длинные черные волосы переплетены в тугую косу и убраны в сложную прическу с каким-то давно мною забытым смыслом. Одежда - мужское кимоно. Не классическое многослойное, но более новый его вариант, приспособленный для космических реалий, но сохранивший стилистику и каноны национальной одежды. Широкий матерчатый пояс подчеркивал тонкую талию и гибкость молодого мужчины с грацией и движениями бойца.
 - Приветствую вас. - мягкий низкий голос бархатом вплелся в утихающий перезвон колокольчиков.
 - Доброго вам дня. - ответила я.
 Общение с такими людьми... облагораживает и позволяет счистить налет с манер, приятно щекоча нервы нежеланием... опозориться перед незнакомцем, которого, возможно, никогда более не увидишь и не встретишься вновь. Но... достаточно и собственной памяти о первой встрече.
 - Чем могу вам помочь?
 Мужчина сложил пальцы домиком, терпеливо ожидая нашего ответа.
 - Мне сказали, что я могу купить у вас травы и травяные смеси для напитков. - осторожно ответила я. - И чаи.
 Хозяин магазинчика согласно склонил голову.
 - Вам сказали верно. - короткая пауза, испытывающий взгляд на меня и скользящий - на моих спутников. - Какие именно травы вас интересуют?
 Этот неудобный момент собственного невежества... или склероза.
 - Я не знаю названия. - призналась я. - Но я могу их опознать... вероятно.
 Черная бровь приподнялась в намеке на удивление, но это было единственное проявление тех эмоций, которые бурлили в ментале.
 - Порой память занятно чудит о том, чего не было.
 Удивление полыхнуло ярким сочным изумлением, но неожиданно мои странные слова закрыли для мужчины лишние вопросы. Хозяин магазинчика вежливо склонил голову и произнес:
 - В таком случае, прошу... - и он указал ладонью на деревянный стеллаж, заставленный стеклянными банками.
 Щедрое приглашение.
 Время пролетело стремительно под едва слышный перестук тяжелого стекла о полированное нелакированное дерево. Мужчина снимал с полок банки одну за другой и позволял мне изучать ее содержимое. Не подгоняя, не давая советов, ни о чем не спрашивая, но наблюдая и делая какие-то свои выводы. Внимательный взгляд безмятежных темных глаз подмечал какие-то нюансы, банки менялись одна за другой. Некоторые отставлялись на стол, какие-то уходили обратно на полку, к которой более не возвращались, а я... словно проваливалась в то, чего никогда не было на моей памяти.
 Это было мне знакомо. Выбор сухой травы. Ароматной или нет, пахучей до остроты и рези или с запахом, едва уловимым чувствительным обонянием. Раз за разом сброс восприятия - вдох чистого воздуха через пропитанную особым составом ткань. На руках - ощущение ломких стеблей и невесомых листьев, осыпающихся воздушной пылью при неловком движении. Но я не делала неловких движений. Я знала, как работать с таким хрупким материалом.
 Откуда?
 Вопрос за вопросом без тени ответа. Ни образа, ни реакции на отчетливый триггер.
 Ничего.
 Но словно сама собой я отбирала то, что мне было нужно. Травы с Земли и колоний. По каким-то до конца непонятным мне критериям, но поиск сужался стремительно, пока на столе не осталось чуть более десятка банок, укутанных в плетенный соломенный чехол, защищающий чувствительное к свету содержимое от губительных лучей.
 Все верно. Подобные ингредиенты следует хранить в стекле с плотно притертой, но не герметичной крышкой вне контакта с прямыми солнечными лучами, но и без погружения в полный мрак. Исключения лишь для опасных трав с летучими веществами и для особых видов ингредиентов со своими нюансами хранения.
 Откуда я это знаю?
 Я смотрела, как невысокий мужчина аккуратно взвешивает выбранные мною ингредиенты, но видела я совсем иное. Весы. Да. Другие. Но без тени магии. Механика, отточенная до совершенства и сбалансированная на компенсацию даже естественных гравитационных колебаний мира. Стеклянный совочек в моих руках. Руки не видно - тонкие черные перчатки скрывают кожу и плотно облегают тонкую кисть. Не женскую, но и не отчетливо-мужскую.
 Образ растаял как мираж, не позволяя зацепиться за себя и взяться за ассоциативную нить. Рано. Не сейчас.
 Я наблюдала за отточенными движениями хозяина магазинчика и улыбалась. Образ есть. А за ним, где-то там, в недрах памяти, сокрыто и остальное. Неважно, насколько глубоко оно сокрыто. Важно, что оно там есть.
 На столик передо мной опустилась деревянная коробка со стоящими рядами цилиндрическими баночками из крепкого закаленного стекла с толстым дном: шесть поменьше и пять крупнее, каждая с одним видом трав, три большие, содержащие три готовые чайные смеси, выбранные уже под самый конец. На каждой баночке бумажная этикетка с подписью, сделанной на родном языке мужчины и на английском специально для меня. Минутой спустя рядом встал еще один бокс с восемью узкими квадратными баночками с бутонами и лепестками цветов и кусочками фруктов и ягод. Моя покупка на довольно крупную сумму.
 - Благодарю Вас за помощь. - произнесла я, церемонно склонив голову в поклоне.
 - Буду рад видеть вас снова. - мягко отозвался мужчина, поклонившись в ответ.
 Найлус забрал большую коробку, я подхватила более мелкую, и мы покинули магазинчик, провожаемые задумчивым взглядом его хозяина под мелодичный перезвон колокольчиков.
 Я обязательно сюда вернусь. Когда-нибудь. Но зайду и снова проведу время в выборе трав и цветов, под внимательным взглядом незнакомца. Иногда молчание как неспешная беседа за чашкой ароматного напитка, выпить который я смогу дома или по особому приглашению хозяина магазинчика, если он решит допустить меня или нас в круг своего близкого общения как знакомых, претендующих на друзей. Но это... малореально, да и дел у меня достаточно много, чтобы я не задерживалась на Цитадели более необходимого. Но кто знает, как повернутся события? Как пойдет наша история, и чья помощь мне понадобится. Возможно, когда-нибудь я зайду в этот магазин не за травой и цветами, а за его хозяином и его народом.
 
 К аэрокару мы возвращались в задумчивом молчании. Тария затаилась, не понимая, что происходит и как реагировать на то, чему она стала свидетелем. Найлус о чем-то напряженно размышлял, но я не смотрела, что так сильно заняло его разум и вызывало столь сильные перепады чувств и настроения: он сам скажет свои выводы, если захочет.
 - Мы не опаздываем? - тихо спросила я, когда аэрокар поднялся в воздух.
 - Нам некуда опаздывать. - отозвался Найлус. - Наше присутствие не требуется для чужой работы.
 Даже так?
 Хотя, помнится, рабочие и в прошлый раз все сделали в наше отсутствие. А доставка... До нее еще есть время.
 
 * * *
 
 Хрустальный перезвон колокольчиков утихал в бархатной тишине магазинчика под едва слышимый перестук: невысокий мужчина, приставив стремянку к массивной деревянной антресоли, переставлял отличающиеся лишь надписями на этикетках банки по одной ему понятной системе, восстанавливая нарушенный порядок. Работа, не требующая тщательности и внимания разума. Привычная, размеренная, успокаивающая и дающая возможность занимать разум размышлениями о том, что было. О визите странных, неожиданных покупателей.
 Он узнал их. Не сразу, но отточенный тренировками и привычкой ко внутреннему порядку и дисциплине разум сумел найти обрывки воспоминаний и мимолетно услышанной и увиденной информации. Бессистемные и беспорядочные образы из новостей, услышанного мимоходом сообщения и выцепленных скользящим взглядом картинок на городских экранах. Бесполезные в тот момент, но ставшие нужными сейчас.
 Первым он узнал азари. К собственному удивлению, по крохотному значку "Кабала", темнеющему на отвороте воротника куртки военного покроя. Юная дева со знаком различия спецслужбы Иерархии - государства, от которого его народ уже получил помощь, а одна из их планет-колоний с их помощью - независимость от тех, кто набрался наглости вещать от всего людского рода. Редкое сочетание, позволившее вспомнить недавний скандал, развернувшийся вокруг капитана "Пути Предназначения" - самого крупного и известного корабля, защищающего столицу Пространства Цитадели. Узнал он про этот скандал от знакомой азари, вновь пришедшей в его магазин за полюбившимся напитком. Азари любят поговорить и выплеснуть в чужие уши свое негодование. Матрона, кипя гневом и досадой, подобно рассказала о конфликте, пожаловавшись на то, как сильно испортило инопланетное воспитание юную деву, превратив в невоспитанное агрессивное чудовище, нежелающее прислушиваться к старшим. Тот разговор оставил у мужчины двойственное ощущение: с одной стороны, он мог понять азари, столкнувшихся с подростком своего вида, воспитанным в чуждом социуме. Но с другой... Действия девы пришлись ему по душе: ему известно, каково быть жертвой политики и долга перед Родиной.
 Темнокожего турианца и аловолосую женщину он узнал почти одновременно: ассоциативные связи памяти, порой, преподносят занятные выводы. Воспоминание об азари родом из Иерархии переключили память на туринцев и самую обсуждаемую последнее время тему: на первого Спектра-человека и его куратора. Эта тема не утихала уже три месяца, лишь набирая обороты скандала с каждой новостью о действиях Спектра Шепард, долетающей до Цитадели. Только-только начала затихать волна гордости и пропаганды о самом факте назначения человека Спектром Совета, щедро приправленная негодование от личности этого человека, как пришли новости о спасенной планете. Ее донесли колониальные форумы и военные сплетни. Точности почти не было, огромное число домыслов, слухов и предположений разделили мнения от героического спасения колонистов до пособничества батарианцам и зачистке следов работорговцев. Но колонисты недовольных не слышали, предпочитая верить в то, что Спектр, вышедшая из уничтоженной батарианцами колонии, спасла их от гибели. Мясник Торфана в их глазах не мог быть пособником работорговцев. А если она кого-то там отпустила..., наверное, у нее есть какие-то планы на ее жертв.
 В нее начинали верить.
 Чем больше нареканий на первого Спектра было у политиков и военного командования, тем большей приязнью она начинала пользоваться у колонистов. И вот, снова, Спектр-человек возвращается на Цитадель на волне нарастающего в нейтральных зонах скандала. Спасенные наемники не молчали, щедро делясь с коллегами историей того, как их кинула на верную смерть крупная человеческая корпорация, по слухам работающая на "Цербер". Усугубило ситуацию то, что служба безопасности Новерии... не опровергала эти слухи.
 Первым человеческим Спектром он интересовался. Собирал информацию. Анализировал ее. От этого человека многое зависит. Слишком многое, если верить интуиции и тому, что так и не смогли изъять из сети: записи и снимки колоссального корабля в небе Иден Прайм. Планеты, после высадки на которую коммандер ВКС Альянса Система Имрир Шепард была без промедления назначена Спектром Совета под ложные слухи о гибели ее куратора Найлуса Крайка.
 И вот, сегодня, в его магазин зашли они сами. Спектры Совета, вокруг которых вращаются главные новости и сплетни.
 Мужчина поправил баночку, выстраивая идеальную линию на полке, спустился на пол и легко подхватил стремянку. Короткая лесенка была сложена и убрала за прилавок, где ей и место.
 Тренированная память легко воспроизвела их недолгую встречу. Разум травника переключился на анализ, легко вычленяя несоответствия заявленному характеру и тому, что он видел своими глазами. Привычка к внимательности, привитая наставниками, не подвела: разница между женщиной на записи и живым Спектром - колоссальна. Но его знаний недостаточно для однозначного вывода. Он подождет следующей встречи. Она обязательно будет: на Цитадели нет более подобных магазинчиков. Он узнавал: травы непопулярны, но востребованы узким кругом ценителей. Рано или поздно, но Имрир Шепард придет вновь. За его товаром или за общением.
 Мужчина остановился под колокольчиками. Тонкие сильные пальцы перехватили деревянную планку, прерывая колебания. В магазинчике вновь воцарилась тишина. Мужчина вернулся на свое место за прилавком, не потревожив тиши шелестом шагов, присел на плетеный стул и замер, прикрыв глаза. Медитация позволяет занять время с пользой. Пока вновь не зазвенит колокольчик.
 
 * * *
 
 Время, занятое делами, пролетает быстро. Не успели мы прибыть и расставить покупки, как потребовались бригадиру. У него появились вопросы и предложения относительно оформления нашего жилья. Мужик грамотный, опытный профи с хорошо развитым чувством вкуса и гармонии. Глупо было бы не прислушаться к нему. Да и предложения оказались уместными. Время полетело еще быстрее: обсуждали изменения, подбирали цвета с учетом купленной мебели и заказанного декора, рабочие при нас быстро красили стены. На некоторые наносились рисунки: стебли бамбука украсили собой гостиную. На светло-кремовой стене сочная зелень смотрелась контрастно и объемно, пусть и наносилась трафаретом. Единственным, который был у мужиков с собой, по спешке не выложенный из рабочих боксов. Купленные травянисто-зеленого цвета гардины, еще едущие к нам, хорошо впишутся в интерьер. Вопреки ожиданиям, ни Найлус, ни Гаррус не являлись приверженцами серебристой гаммы, царящей на Палавене, ограничившись ею в кухонной зоне второго этажа. Снимать вторую кухню мы не стали: должно же у нас быть отдельное место с чайником и плитой для мелкой готовки под настроение.
 Мысли, что все это нам может не понадобится, мы игнорировали. Мы сюда вернемся. Мы сюда будем возвращаться.
 В середине процесса прибыли грузчики: приехала наша мебель и мелкое барахло, набранное в торговом зале. Работы стало еще больше. Грузчики заносили покупки в коридор, а дальше уже ее разносили по местам Найлус с Аэте. Мы не собирались пускать в жилье посторонних далее, чем это было необходимо. Забегала Тария поглазеть и поболтать. Дети в положенное время были сурово отправлены спать под обещание не улетать, пока они спят. Просьба была законной, мы согласились, а успокоившиеся мелкие спокойно уснули, зная, что утром они найдут нас в квартире. И они нас тут найдут, даже если Удина с Андерсоном будут брать дом штурмом.
 Возня и обустройство закончились уже за полночь. Грузчики покинули нас еще пять часов назад, ремонтная бригада задержалась до поздна, сдав нам квартиру с полностью завершенной отделкой. Пока Найлус решал с ними вопросы оплаты и просто трепался, поддерживая привычный ритуал вежливости, мы с Гаррусом и Аэтерой расставляли мебель и раскладывали барахло по местам. От полотенец и мыла в ванной комнате до ложечек на нашей небольшой кухонке. Там же воцарились ящички с купленными травами и большой чайник-термопот.
 Найлус вернулся, морально уставший и опустошенный, но привычно поддерживающий бодрый вид. На кухне приятно пахла заваренная в большом графине травяная смесь: заварочный чайник я покупать не стала. Такой чай я люблю холодным. Терпкие ароматы трав с легким привкусом абрикоса успокаивали и навевали какую-то странную меланхолию. Не хватало только шума ливня за окном для полного соответствия образу...
 - Держи.
 Я передала Найлусу высокую толстостенную кружку с ароматным напитком, уже утратившим обжигающий жар кипятка, но еще остающийся теплым. Он взял, благодарно склонил голову.
 - Этот день казался бесконечным... - прошептала я, перекатывая тяжелую кружку в руках.
 - Он закончился.
 Глянула на часы. Уже за полночь...
 - Закончился.
 Мы замолчали, погруженные в свои мысли. В кухонной зоне никого более не было: Гаррус возился со своим визором. Что-то в нем стало не так, и наша прелесть копался в своей игрушке. Аэтера ушел в другую часть квартиры потрепаться с Тарией. Азари откровенно соскучилась и хотела внимания. Проговорят они долго: асур не чувствовал усталости и хотел отвлечь мозги от ненужных мыслей. А я уже хотела спать...
 - Что у нас на завтра? - тихо спросила я.
 - На корабле ничего нет. - воркующий голос с непередаваемой двойной подгармоникой успокаивал вздроченные нервы и умиротворял лучше любой музыки. - Я не планировал его так быстро распечатывать.
 - Иными словами, надо собрать всё от запаса продуктов до нужного в быту барахла.
 - Да.
 Паскудство...
 Ладно, об этом я буду думать завтра. Доставку продуктов можно сделать через систему снабжения Спецкорпуса. Они же привезут химию и основной набор барахла. Но всякие удобные мелочи надо собирать самим.
 - Бытовой отдел на нас сделает дневную выручку... - вяло буркнула я.
 - Разве что, если магазинчик мелкий. - поддел Найлус. - У меня не настолько пусто на корабле.
 Я развела руками.
 - Ну извини, не знаю, что ты себе там оставил.
 Тихий смешок стал ответом.
 - Я не люблю долго возиться со сборами. Я уже заказал на завтра доставку продуктов. Гаррус составил список снаряжения. Его тоже привезут из арсенала. Нам надо будет заехать за Кирой и собрать для нее вещи.
 Точно... У девчонки же ничего нет... Вообще! Закупать придётся от нижнего белья до верхней одежды. Военные шмотки - это круто, но часто вообще неудобно при всей вроде бы практичности. Да и форма ВКС АС на Вермайре... не то, чем я хочу портить пейзаж.
 - Сделаем. Как раз займёт свободное время.
 Найлус кивнул. Я перебралась к нему ближе, поставив чашку на стол, привалилась к твердому плечу, прикрыла глаза. Усталость достигла какого-то своего потолка и затаилась, мягко давя на мозги и убивая инициативу плотным ватным одеялом. Отупение застилало разум. Знакомое, ватно-тягучее, какое возникает при перегрузке восприятия и накатывающем сенситивном шоке. Но у меня нет никаких причин для этого... разве что отчетливо начало что-то трещать где-то в голове. Мне надо дотянуть еще один день. Следующая ночь, где бы она меня ни застала, станет для меня очень долгой ночью во сне, от которого я очнусь уже иной. Или со стабильной психикой без проблем в голове. Или...
 Об "или" думать не хотелось.
 Сон наваливался ватным прессом, придавливая к дивану и к сидящему рядом со мною теплому разумному, полыхающему яркой и сочной тревогой. Вкусной. Красивой. Притягательной, как маяк в вязком мареве чужого липкого фона, окружающего со всех сторон. Сверху... кто-то злится. Противно злится с гнильем на душе. А кто-то боится. Того, кто злится... Короткий всплеск, и мерзкая злоба полыхнула страхом, затыкаясь и не беся. Сбоку где-то там подальше ярче вспыхнула радость. Ниже... ниже кто-то трахался, фоня на удивление скучными эмоциями, словно выполнял заложенную программу. Без огонька и страсти. Неинтересно... Дальше... сочный сумбур спящего в кошмаре сознания, боящегося чисто и ярко. Дальше... Дальше...
 Восприятие разрасталось, захватывая дом и его жильцов, обтекая тех, кто был приятен, кто вкусно пах и радовал, гася колкую злобу и чужую говнистость, склизкой горечью отравляющую общий красивый фон. Я поддерживала красивые чувства, разжигая спящие огоньки страсти и чужого обожания к кому-то другому, давая у другого отклик, который ранее зажимался страхами. Фон ДОМА должен быть правильным... вкусным... чистым... Без грязи. Без зла. Без... гнили.
 Я не хочу гнили там, где живу.
 Почему они такие? Я не хочу таких... Они будут другими. Такими, какими могли бы быть, если бы не сгнили и не протухли душой. Они будут яркими и красивыми. Чистыми. Сочными чувствами и разумом, острым как кромка клинка, рассекающего броню словно дымку.
 Да. Вот так...
 А потом...
 А потом неожиданно наступило утро.
 
 Я проснулась поздно под тихий разговор, доносящийся с кухни. Два вибрирующих голова и один другой... Аэтера? Да. Он. Вернулся... Я прислушалась. Не спал. Все еще бодрый. Обсуждают, что делать. Гаррус... говорит про оружие, набранное на корабль. Когда поставка. Когда надо быть на месте, чтобы встретить...
 Перевернувшись на спину, я пялилась в светло-кремовый потолок и вспоминала, что за дичь я творила ночью. Память меня не покинула, четко и в подробностях показывая, как именно я влияла на жителей дома. Было ли мне стыдно? Нет. Воздействие было хоть и мощное, но не травматичное, а некоторым не помешает немного стать... чище и порядочнее. Двуногого говна в доме и правда не хотелось, неважно, какого вида, пола и возраста это говно.
 - Во меня перекосило... - прошептала я.
 Голос был хриплым и каким-то низким. Перестроились голосовые связки? Проверила. Нет. Просто пересохло горло.
 Соскребшись с кровати, я поползла в ванную приводить себя в порядок. Прохладный душ смысл остатки сонливости и немного развеял дурман, царящий в голове, и к парням я вышла уже относительно вменяемой и способной на очередной забег по станции.
 - Что-то я заспалась. - я села на стул и подтащила к себе графин со вчерашним чаем. - Почему не разбудили?
 - Не могли. - ответил мне Найлус, подавая корзиночку с булочками.
 - Так крепко спала?
 - Так не подавала признаков осознания. - вибрирующий голос дрогнул чуть сильнее.
 Вот оно что...
 - Насколько крепко уснул разум? - спокойствие в моем голосе было мнимым, а руки не дрожали только благодаря самоконтролю.
 - Он уснул. - произнес Гаррус. - Нас ты узнавала. Всех. - короткий взгляд на асура.
 Значит, Аэтера был рядом и не вызывал непроизвольной агрессии. Об этом я подумаю потом. О сути явления, о последствиях, которые прямо сейчас не важны. Важно, что даже в помрачённом состоянии он опознавался как свой и не вызывал срабатывания естественных защитных рефлексов.
 - А я помню, что делала... В общих чертах. - укусив булочку, я заглянула в ее серединку. Какое-то мясо с овощами. Вкус неизвестный, но приятный. Прожевав, добавила: - Я нарушила практически все правила менталистов, которые в меня вбивали в академке. Я использовала свою силу и дар в чисто эгоистических целях. - глянула на мужчин. - Я накрыла весь дом и влияла на его жильцов на уровне подсознания. Сильно, впечатывая нужные мне установки в самое ядро. Кто-то станет ярче сиять, кто-то успокоиться, у кого-то уйдут страхи и лишняя психованность. А кто-то станет куда порядочнее и честнее. И несчастнее, потому что будет помнить, каким был. Но сам станет другим. Это было жестокое, мощное, безоткатное и необратимое воздействие. Просто потому, что эти разумные разрушали гармонию чувства дома...
 Я подняла взгляд на близких и дорогих мне разумных.
 - Мне не стыдно. Я вообще не сожалею... о таком нарушении чужих законов.
 Вновь укусив булочку, я прислушалась к дому и его жильцам, жуя вкусную выпечку и смакуя то, что доносил до меня ментальный план.
 Дом бурлил. Клокотал, переливаясь яркими и сочными эмоциями. Кто-то мирился после проведенной совместно ночи. Кто-то каялся в грешках и просил прощения. Кто-то пожирал себя за собственные действия или за бездействие. Кто-то был просто тихо счастлив с близким, а кто-то, полыхая решимостью и упертостью, лишь собирался за тем, кто ему или ей дорог, но от кого отказались в угоду практичности и эгоизма. Никто не остался без изменений. Всех зацепило. У всех сорвало старые маски и вскрыло все нарывы в голове и на душе.
 Хорошо.
 Пусть живут новой жизнью. Пусть развиваются и идут дальше. Пусть станут честными с собой и посмотрят на свою жизнь незамутненным взглядом. Пусть начнут здраво оценивать то, что они делают. Пусть...
 Они же разумные существа, в конце концов! Так пусть пользуются разумом, а не живут инстинктами ссыкливых животных, неспособных честно посмотреть на то, что они такое.
 - Такое не допускалось. Обычно. Слишком... жестоко. Но зато честно. Если кто-то - тварь по жизни или ссыкливое низкое дерьмо, так пусть он на себя посмотрит без прикрас и осознает это.
 - Что если это убьет их? - тихо спросил Гаррус.
 - Мир чище станет. - я встретила взгляд голубых глаз, в которых не было ни тени жалости и сочувствия. - Разве это не справедливо? Отвечать за свои действия, мысли и мотивы?
 - Справедливо.
 - Вот и я так считаю. - доев булочку, я бескультурно облизала пальцы. - Каждый сам пиздец своему счастью. Меньше станет таких условно-разумных особей, больше шанса, что Назара изволит дать другим, тем, кто достоин звания "разумного существа", возможность жить.
 Слова слетели с языка сами собой, а я... замерла. Осознание ударило по голове кувалдой.
 Жнецы сохраняют разумную жизнь в галактике... Так говорилось в канонной истории...
 Разумную!
 Способность говорить и что-то строить - не синоним разумного существа! Об этом мне говорили еще в Академии Разума. Возможно, именно в этом суть претензий Старших к видам, населяющим галактику? В том, что эти виды утратили разум? Превратились в условно-разумных существ, живущих инстинктами и потребностями тела? Не способные к развитию, ничего не создающие, не развивающиеся? Не думающие! Не имеющие собственного мнения и неспособные к анализу и пониманию!
 Как большинство тех, кого я встречала в этом мире.
 Возможно, у Жнецов и асуров есть еще одна общая грань?
 - С каждым днем я все сильнее жду встречи с Назарой.
 Мои слова словно подвели какую-то незримую черту под нашей странной беседой, начисто убив все настроение рассиживаться. Я быстро доела, допила чай. Смысл рассиживаться.
 - Найлус, что с кораблем?
 - Ядро вышло на штатную мощность. - ответил он, ощутимо расслабившись. - Припасы погружены.
 Уже? Хорошо!
 - Пора прощаться с детьми и выдвигаться?
 Гаррус согласно кивнул.
 Какой смысл тянуть и мотать нервы себе и окружающим? Пора забирать Киру, сделать забег по магазинам и отчаливать со станции, пока мы не нашли себе еще каких-то приключений на голову. Паллин, бесспорно, будет рад нас видеть, но не тогда, когда мы приносим с собой проблемы. Да и Спаратусу стоит нервы поберечь: и так мы его травмируем последнее время... хоть и радуем.
 Убрав остатки завтрака в холодильник, мы спустились в общую часть жилья. Нас там уже ждали. Дети висли и не хотели отпускать, Амира ощутимо шмыгала носом, но слез так и не пролила. Лукас улыбался через силу. Рамиро хмурился. Себастьян оставался воплощением спокойствия, но и ему было неспокойно на душе. Все знали, насколько важным будет этот полет. Но никто не сказал ни слова опасения или предостережения. Уходили мы под пожелания удачи и просьбы детей... вернуться поскорее.
 Самое сложное - уходить, оставляя кого-то ждать возвращения.
 
 Отпустило нас уже в аэрокаре. Такие прощания всегда жрут нервы и колеблют спокойствие. Не люблю их: долгие прощания. Гаррус их тоже не любит. Вон, сидит хмурый, погруженный в свои мысли. Это Найлус толстокожий и быстро выкинул из головы лишние мысли и ненужные переживания. Старая привычка...
 - Гаррус...
 Турианец вздрогнул, моргнул, шевельнул носом.
 - Выйди из своих невеселых мыслей. Мы прибываем. - я кивнула на лобовой экран, на котором уже показалось одно из административных зданий Спецкорпуса, где нас ждала Кира. - А за детей не переживай. Мы же вернемся.
 Мы - вернемся. Так или иначе, но на Цитадель мы вернемся. История должна пойти своим чередом. А Назара... А что Назара? Он и в каноне никак не препятствовал бравому коммандеру творить херню.
 Гаррус мелко кивнул, но ему все равно потребовалось время на то, чтобы успокоить мысли и вернуть свое хладнокровие. Но когда опоры аэрокара коснулись поверхности перехватывающей парковки, он вновь вернулся к привычному образу улыбчивого молодого турианца, вежливого и закрытого на все замки.
 А дальше события понеслись со скоростью курьерского поезда.
 Забрать Киру много времени не потребовалось: Найлус быстро разобрался с бюрократией, неизживной во всех мирах, и меньше чем через час молодая асура уже сидела в нашем каре, а мы вылетели в направлении уже любимого нашего торгового центра. Девушка держалась скованно, зажато и нервно: эти сутки ей дались особо тяжело. Но я ей напомнила про мелкого чешуйчатого засранца, обжившего один из диванов в нашей квартире, заострив внимание асуры на душе ее брата, обретшей новое тело и жизнь, и девушка успокоилась, хоть глаза и поблескивали.
 - Когда мы вернемся, его развитие подойдет к той черте, когда пробуждается личность и разум. - мягко произнесла я, положив руку ей на стиснутые до побелевших костяшек переплетенные пальцы. - Он тебя вспомнит. Не сразу, но вспомнит.
 Это возможно: дух мог вполне уцелеть. А даже если нет... мы напомним. И Кира получит своего брата назад. Живого, молодого, сильного и помнящего ее. Даже если эту память придется ему восстанавливать. Слишком мало времени прошло с момента смерти и появления нового тела, а иллюзия с замашками фамильяра выгреб из мертвого тела все, включая энергию и не успевший распасться дух. Я проверяла. Личность спит, еще не собравшаяся как положено. И будет спать до нашего возвращения... если не произойдет какой-то досадной накладки, и разум пробудится раньше срока. Но даже при таком раскладе память можно вернуть. Тем более, она реально принадлежит молодому виверну в драконьей тушке.
 - Нам предстоит долгая дорога. Мы будем долго отсутствовать на станции. Сделай так, чтобы брат тобой восхитился, когда осознает себя и вспомнит тебя.
 Кира пристально смотрела на меня, а я... не отводила взгляд. Давай, девочка. Соберись! Тебе есть ради кого стараться!
 Она медленно кивнула. Медленно и тяжело в ее голове смещались приоритеты, перекладывалось восприятие с одного образа на другой. Этот процесс займет какое-то время, но вскоре образ брата и образ дракончика сойдутся в единую картинку. Да и оборот у мелкого говнюка будет очень похож на то тело, которое он видел в криокапсуле: образ закрепился в момент поглощения души. Виверн в обороте станет выглядеть как покойный брат Киры. Он и будет ее братом. Он и есть ее брат! Та же душа. Та же личность. Да, память с пробелами, но это его память. Это он. Новая жизнь без пути перерождения.
 Никаких подстав и подвохов. Никаких попыток натянуть сову на глобус. Все честно и правдиво. А технические нюансы... да кого они волнуют? Уж точно не Киру, воспрянувшую и увидевшую свой свет в конце туннеля беспросветной тоски.
 Только почему я чувствую себя сволочью в такие моменты?
 Этот вопрос занимал меня, пока мы летели до ангара. Вроде бы все честно, все довольны. Все получится хорошо... Но все равно ощущения не пропадали. Да и они какие-то очень знакомые, даже закостенело-знакомые, словно так манипулировать другими мне привычно и хорошо знакомо. Манипулировать правдой, слабостями и сделанной для них работой, которую я бы и так сделала, и все для того, чтобы они... были мне верными. Игра на слабостях и моральных травмах других... для своих целей. Даже если в процессе я лечу эти травмы, помогаю и действительно воплощаю чужие мечты. Все равно чувствую себя конченной скотиной.
 - Имрир?
 Тихий голос Гарруса оторвал меня от самоедства.
 - Да?
 - Пора. - он кивнул в сторону ангара.
 И правда. "Драгон" уже на причальной площадке и готов к полету.
 - Идем. - я улыбнулась, выкидывая говно из головы.
 
 Цитадель мы покинули тихо и буднично под стандартные переговоры с диспетчером. Не было никаких сложностей, неучтенных вызовов и прочей ерунды. Только Спаратус связался с нами и завуалированно пожелал удачи. Советник нервничал и переживал за нас: это было видно. Но лицо он держал прекрасно, лишь раз дозволив себе проявить настоящую тревогу и истинные чувства. Мы обещали выходить на связь по возможности. Короткий разговор, оборвавшийся на простых словах: "Я жду вашего возвращения".
 Приятно, что ни говори.
 Я расслабленно развалилась в пассажирском кресле и глазела на приближающийся ретранслятор, когда инструментрон на моей руке завибрировал, сообщая о входящем вызове. Глянула на экран. Кто это там...
 Оп-па!
 Увидев имя вызывающего абонента, я взбодрилась, села ровнее, коварно улыбаясь. Ну надо же, кто про меня вспомнил!
 - Посол Удина. - радостно сказала я в хмурое и вечно всем недовольное лицо мужчины, появившееся на экране. - Чем могу вам помочь?
 - Спектр Шепард. Для вас есть задание от командования. Я жду вас в посольстве.
 Да неужели?
 - Простите, посол, но это невозможно. - почти нежно произнесла я, насильно заставляя себя НЕ улыбаться.
 Удина нахмурился сильнее, а я пояснила:
 - Через три минуты мой корабль входит в зону действия ретранслятора.
 Послу потребовалась почти минута на то, чтобы прожевать сказанное, понять суть и смысл моих слов, и осознать, как его грандиозно нае... расстроили.
 - Насколько я знаю, "Нормандия" на ремонте. - голос аж подрагивал от бури эмоций.
 - Все верно, посол. Я лечу на корабле моего куратора Найлуса Крайка. - я таки улыбнулась. Кривовато, косо, глядя в глаза мужику, который бесил меня каждой фразой, но общение с которым последнее время начало даже удовольствие доставлять. - Наша миссия слишком важна. Я не могу позволить себе ждать несколько месяцев, которые потребуется, чтобы привести "Нормандию" в нормальное состояние, пригодное для эксплуатации. Всю информацию по состоянию корабля на момент его разборки вы можете получить у конструктора на верфях Спецкорпуса, если они дают такую информацию посторонним лицам.
 На последнее определение у Удины дернулся глаз, но он сдержался.
 - Как же ваши люди?
 - Мои люди поставлены на довольство и будут ожидать моего возвращения, проводя время в повышении собственной квалификации и в тренировках, которые положены военнослужащим. Генерал Октавиус Татум взял на себя тренировку моих людей.
 Найлус начал отчет секунд до прыжка. Громко и отчетливо, специально для посла.
 - Простите, посол. Но вынуждена прервать связь: мы входим в ретранслятор.
 Удина так и не успел мне сказать что-то: привычное тянущее ощущение совпало с обрывом связи, стирая растерянное лицо с экранчика инструментрона. Мы ушли в первый переход.
 - Какая досада... - я широко улыбалась. - Посол немножко не успел.
 Найлус фыркнул.
 - А он так хотел передать мне информацию, так хотел... что даже не отправил ее пакетом. - я выключила инструментрон. - Ладно, поглумились, и хватит. Сколько у нас времени?
 - Тринадцать суток.
 Ровно столько у меня есть на то, чтобы привести себя в порядок и разобраться с сюрпризами в моей голове настолько, насколько это возможно. Ну или хотя бы понять, чего можно ждать от моей же памяти, психики и подсознания, которое не обманешь надстройками и блокировками. Я должна понять, что я такое до того, как "Драгон" выйдет из прыжка в системе Омега Дозора.
 
 
 
 

Глава 66: Цитадель Памяти


 
 
 Время в космосе для разума течет странно, то ускоряясь, полное событий, то растягиваясь бесконечным полотном, когда час следует за часом, сливаясь в единый поток, разделяемый бортовым компьютером на сутки. Но если отключить это деление, если убрать имитацию суток... разум перестает замечать смены дня и ночи, выстраивая какую-то свою систему сна и бодрствования, удобную ему и комфортную. Иногда странную, непостоянную, зависящую от событий и накала эмоций.
 Едва слышный шелест системы вентиляции вплетался в разум мягким ровным звуком, задавая настрой. Чуть флегматичный, спокойный, умиротворенный. Такой, в каком удобно смотреть вглубь себя, не отвлекаясь на шумы, переливы музыки или чужой голос. Удобный для работы с собой... В каюте я одна: никто сюда не войдет, не потревожит и не тронет меня даже если корабль попадет в бой. Найлус обещал, отключив в каюте автоматическое оповещение от ВИ, убрав гашение света с наступлением корабельной ночи, заглушив все аварийные сигналки и сделав все то, что делать не стоит. Все ради тишины и покоя. Моего.
 Я это ценю.
 Давно прошло время ухода в ретранслятор у Цитадели. Мы пролетели оживленные трассы и ушли от Цитадели по другую сторону от Новерии. Дорога удлинялась, но проходила дальше от оживленных и подконтрольных маршрутов. Три часа назад мы ушли в первый перегон в направлении Систем Терминуса. Один из самых долгих перегонов. Почти пятеро суток непрерывного полета. Безопасность и тишина без случайных встреч и накладок.
 Я легла на койку, устроилась удобнее, чуть запрокинув голову, закрыла глаза. Мне не на что здесь смотреть. Важно лишь то, что в моей голове.
 В самом начале, когда я только проснулась в этом мире, я предпочитала использовать для работы образную визуализацию. Разум и воображение раскрашивали для меня чужой разум красивыми потоками, структурируя информацию по единому алгоритму и отображая разными по форме нитями, узлами, сплетениями и прочим. Но когда работаю со своей головой, выглядит это совсем иначе.
 Свой разум я вижу как пейзаж.
 Почему именно так? Не знаю. Это казалось правильным и привычным, даже тогда, когда я заглянула в свою голову впервые. Но почему именно так? По какой-то странной причине, я не задавалась таким вопросом ранее, но сейчас, стоя на иллюзорной каменистой равнине и глядя на вздымающуюся передо мною призрачную громаду Цитадели Памяти, я впервые задала себе этот вопрос.
 Почему? Образность названия? Возможно. А может и нет.
 Краткое привычное усилие перенесло меня к огромным вратам из темного камня, покрытого сложным барельефом, между фигурами которого вился призрачный зеленовато-лазурный дымок, скрадывающий вырезанные фигуры так, что их невозможно рассмотреть. Этот странный стылый дымок собирался клубами тумана у подножия Цитадели, полностью скрывая ее фундамент, он тек дальше, огибая колоссальные стены и уходя ввысь призрачных небес.
 Почему раньше я не замечала, как это место напоминает мир мертвых? В том виде, в котором его представляют. Голые каменные скалы, на которых ничего не растет, и только странные деревья виднеются вдали, покрытые ковром призрачно-льдистых острых листьев. Я всегда появляюсь на дороге. Ровная плоская брусчатка из камней чуть неправильной прямоугольной формы со скругленными углами. Камни черные как нефть, такие же маслянистые, но словно припорошенные сизоватой пылью. Легкой. Невесомой, как пепел. Как... прах осыпавшегося под ударом боевого мага Смерти тела.
 Странные ассоциации, странное место, уже утратившее в моем восприятии величественность и таинственность, но стремительно приобретающее сумрачную тревогу и... опасность. Цитадель уже не кажется моей. Не воспринимается безопасной и... нормальной.
 Ее ставила не я.
 Осознание прозвенело чистотой просветления и озарения.
 Цитадель Памяти - не моя работа. Я так не делаю. Слишком... помпезно. Слишком пафосно. Слишком... чуждо, ведь я помню, как выглядел этот роскошный белокаменный дворец-цитадель в моих глазах еще неделю назад. То, что я вижу сейчас - изменение моего подсознание и новый образный взгляд на чуждую структуру. Вроде все то же самое: те же стены, тот же барельеф, те же абрисы форм, но... чуть иначе сместилось восприятие, и я уже вижу это место иным. Словно предупреждение для меня от моего же подсознания и интуиции.
 Здесь царство смерти.
 Чьей?
 Моей.
  Цитадель Памяти... как могильник на том, что я должна помнить, но что... похоронено где-то там, в глубине.
 Я хочу знать, что там сокрыто.
 Руки легли на холодящий кожу камень ворот. Льдисто-стылый, гладкий, чуть влажноватый. Привычный нажим, и ворота покорно отворились. Наружу.
 А если бы не отворились? Что тогда?
 Сомнения отразились в образной реальности: колоссальные створки начали замедляться. Когда остановятся - начнут закрываться.
 Так не пойдет.
 Я проскользнула в щель, ощущая, как вновь пришли в движение каменные монолиты, смыкаясь за моей спиной с тягучим щелчком сработавшей ловушки.
 
 Изменения коснулись и внутренней части Цитадели: я не попала сразу в Библиотеку. Меня ждал коридор, тускло освещенный неяркими сизыми светильниками. Простые горящие призрачным светом шары, зависшие в воздухе над острыми клиньями факелов.
 Хорошо это или плохо?
 Хорошо. Я вижу больше. Кладку стен, покрытую меленькими символами давно мертвого языка. Бесконечная вязь, оплетающая резкие глифы смутно мне знакомой клинописи. А вверху - клубящийся Мрак. Высоко-высоко, в десятках метров над головой. Там, словно прибежище всех монстров моей головы. Но в моей голове может жить лишь один-единственный монстр.
 Я.
 Ничто иное не сравнится с монстром, спящим где-то в недрах упокоившей его Цитадели. И этот монстр - я настоящая. Или настоящий? Может - настоящее?
 Есть ли разница? Для меня - изменчивого по своей сути существа?
 И правда ли та ловушка лишь вскрыла то, что было когда-то кем-то опечатано? А память о моем решении себя стереть - не более, чем оправдание для нежелающего искать правду разума?
 
 Пол коридора ложился под ноги покорной Тропой, ведя меня вдоль письма ловушки моей головы, начертанного на стенах. Дальше, глубже. Туда, где стояли черные полки с бесконечными томами одинаковых на вид книг.
 В Библиотеку Памяти. В место, бесценное для меня.
 Вроде бы.
 Или нет?
 Информация там хранится полезная, бесспорно. Но сколько сокрыто за стеллажами? Ведь даже в обычных библиотеках самое ценное и опасное хранят вдали от неискушенных глаз.
 Точность аналогий убивала осознанием собственной недальновидности и нежелания думать. Да, я проснулась не самой... отягощенной разумом особой. Зато я сохранила способность делать анализ мира и интуитивное понимание важности выбора.
 Хоть что-то радует.
 Не радуют только недавние воспоминания о том, какой блаженной и доверчивой я была.
 А какой я становлюсь?
 Замкнутым социопатом с отчетливыми проблемами в психике?
 Хорошее же я существо...
 Хмыкнув, я остановилась перед новыми дверьми. Знакомыми. Я их видела изнутри нужного мне зала. Открыть их можно... Можно!
 Ручка появилась по моей Воле. Она Должна быть на двери: массивная, из серебристого металла, скрашеная растительным орнаментом и с самоцветом, прозрачным как слеза единорога. Ограненный кристалл блеснул искрами преломленного света, ладонь легла на дверную ручку, которой еще минуту назад не было. Легкое нажатие, и дверь... отворилась вовнутрь.
 Этой мой разум. Правила в нем задаю я. Даже если кто-то внес свои переменные и сформировал среду.
 Библиотека не изменилась. Вообще. Всё то же светлое помещение с рядами книжных стеллажей из черного полированного дерева без видимой фактуры. Книги также присутствовали на местах: массивные тома в темных кожаных обложках, отличающихся лишь надписями на толстых корешках. Каждый стеллаж - отдельный мир. Каждая книга - история, созданная в этом мире. Одна или серия из книг, объединенная единым глифом на верху корешка как указание конкретной серии.
 Четко, структурированно, вылизано. Как каталожная база, красиво оформленная под довольно... неинтересное место. Скучно-помпезное, даже пафосное, с намеком на техногенность в виде световых панелей потолка. Но почему тогда нет витражей? В таком месте должны быть витражи: что может быть волшебнее света, окрашенного радугой цветного стекла? Но тут не было ни витражей, ни какого-либо запоминающегося декора кроме отвратительной пышной белой растительной лепнины у потолка пошло-дворцового разлива.
 Я шла вдоль стеллажей, и у меня возникали вопросы. Много вопросов. Почему стеллажи не подписаны и без информации о мире-прародителе? Почему книги без цветных обложек? Что стоило поместить образную картинку на корешок для облегчения поисков? Я бы так сделала...
 Остановившись у ближайшего стеллажа я сняла книгу. Толстую, увесистую. Раскрыла на середине и вчиталась в понятный мне текст: автоперевод сработал без осечек.
 Неожиданно для себя я зачиталась. История оказалась увлекательной и... совершенно мне неизвестной! Я словно вообще впервые ее увидела. Никаких воспоминаний! Никаких ассоциаций, никакого образного всплеска.
 Что за ерунда?
 Поставив книгу на место, я пошла искать стеллаж историй Земли. Хочу кое-что проверить.
 Стеллаж нашелся быстро: он чуть мерцал, привлекая внимание. Даже книга по вселенной, в которой я оказалась, была подсвечена. Чтобы я сразу нашла... и не искала долго так нужную мне информацию. Вроде бы удобная система, но что-то не давало мне покоя. Что-то во всем этом... неправильно.
 Сняв книгу с полки, я открыла ее ближе к концу, вчиталась в красивый художественный текст.
 Текст.
 Почему текст, если это - игра? Да, книги по этой вселенной есть, но основная информация - визуальный ряд! Не книга! Так я даже не могу вспомнить, что было, когда я...
 Мысль споткнулась.
 Я замерла с книгой в руках.
 Не могу вспомнить, что было, когда я играла в эту игру.
 Простая мысль. Неопасная, вроде бы нормальная и очевидная: нельзя помнить всё.
 Помнить - нельзя. Но ассоциативно-образные связи - это основа бытия разума! Любого разума любого существа! Вся наша память - это цепочки ассоциативных связей, где одно цепляется за другое, восстанавливая историю жизни по образам и коротким ярким моментам, отпечатанным в памяти как ключевые вехи.
 Но не в этом случае.
 Я смотрела на книгу, на описываемые события, а в ответ - тишина. Никакого отклика. Ни единого проблеска памяти. Я не помню управление. Я не помню, какая у меня была клавиатура и какого размера экран: квадратный, прямоугольный, вытянутый или любой другой формы. Я не помню ощущения клавиатуры под пальцами. Я не помню, сложной была игра или нет. Как я проходила миссии: одну за другой, произвольно или нет. Один раз или переигрывала снова и снова. Отрывалась я от игры во время миссий, чтобы хотя бы на кухню сходить или нет. Что я ощущала, какие были мысли и эмоции, что чувствовала и что было вокруг.
 Я ничего не помню!
 Ничего! Словно этого со мной не было!
 Зато я помню игру. Помню, что "Мако" неустойчивый и прыгает как горный козел по склонам. Но я не помню своих эмоций, когда я впервые столкнулась со строптивостью игровой модели, хотя логично предположить, что подобное могло выбесить, расстроить или повеселить. Зависит от ситуации. Но...
 Пусто. Вообще. Только игра, словно весь мой мир ограничен призрачным монитором.
 Нельзя так зачистить память, чтобы не осталось подсознательных реакций на духе или в верхних слоях души. Если память сохранилась, если удержался такой конструкт как Цитадель, то должен сохраниться дух. Хоть как-то!
 Поставив книгу на полку, я вытащила другую. Толстенную, массивную с простым названием "Дум". Раскрыла произвольно. Вчиталась в историю... в интересную и жестокую историю. Но что это? Книга? Кино? Игра? Легенды? Или все вместе?
 В книге не было даже картинок, чтобы дать образ и визуальный ряд, а информация не ложилась на разум, словно она мне... не нужна. Словно это лишнее. Не надо сейчас. Когда-нибудь потом. Может быть. Слова соскальзывали и не закреплялись, не будя воображение и не порождая образность в голове в ответ на текст и на описание происходящего.
 Так не бывает.
 Любой читаемый текст всегда дает пищу разуму, всегда порождает образы, ведь любое мышление - образное. Любой текст перекладывается на образы. У кого-то более яркие и детальные, а у кого-то бледные, но даже слово "оружие" будит яркую картинку подходящего устройства будь то огнестрельная винтовка или силовое орудие, работающее на самой энергии мира. Без разницы: образы всегда есть. Но не у меня.
 Книга была возвращена на полку, а я как-то отстраненно наблюдала, как в памяти блекнет прочитанная история, красиво распадающаяся на пустые символы чужого мне языка. Хорошая работа. Чистая. Ничего не зацепило, не вызвало срабатывания естественных протоколов защиты, словно их у меня и не осталось.
 Тихий смешок прозвучал пугающе в тишине зала.
 Отступив от стеллажа, я обвела взглядом Библиотеку. Верное название. Это - библиотека с книгами, написанными по историям кем-то другим. Не мной. Вольный и точный пересказ событий, но не запись моей памяти. Здесь не хранится память. Здесь хранится информация!
 Но где тогда память?
 Перерождения я помню. Я знаю, что был какой-то грандиозный коллапс. Я помню пещеру, в которой я-метаморф родился. Я это помню очень отчетливо. Но где остальное? И так ли Я устала от жизни, чтобы убить саму себя, стерев память под ноль, как я в это верила? Или это лишь еще одна красивая ложь, вложенная мне в голову? Вложенная настолько аккуратно, что я сама не подумала, насколько эта... идея неверная даже с точки зрения науки, с помощью которой она вроде как была приведена в исполнение.
 Я же менталист! Я же должна помнить, что... память нельзя стереть полностью! Даже при обнулении физического носителя, даже при зачистке духа, все равно что-то остается. Пропечатывается на душе как клеймо.
 Как... травки. Навыки работы с травами, которых у меня никогда не было!
 Я считала, что я и травничество - несовместимы. Особенно, несовместимы я с алхимией. Но я это помнила! Как выбирать травы. Как их оценивать. Как интуитивно понимать, что можно смешать между собой, а что в сочетании даст ужасающую дрянь.
 Это - память. Моя настоящая память! Руки помнят то, чего не было. Перед глазами картинки: триггер дал эффект, на мгновение открыв бледный образ моей работы. Значит, что-то сохранилось. Где-то там, под массивом Цитадели Памяти.
 Цитадели...
 Место, где царит... память. Но именно памяти здесь нет.
 Или есть?
 Должна быть! Но как до нее достучаться? Изнутри? Из Библиотеки я ни до чего не достучусь. Тут защита на целостность такая, что даже этот похабный лепной декор выглядит монолитно-нерушимым.
 Ладно. Попробую обойти...
 Приказ на пробуждение сработал без осечек, выкидывая меня в реальность, но за мгновение до пробуждения я заметила что-то странное. Какую-то едва уловимую заминку, задержку разворачивающейся сети. Что-то я сделала не так, запустив, походу, какой-то защитный протокол у того, что оседлало мой разум. Пришло однозначное понимание: мне нельзя заходить в Цитадель без готовности завершить работу. А еще этого нельзя делать на корабле. И мне нельзя теперь спать: во сне разум беззащитен.
 Бросив взгляд на хронометр, с удивлением обнаружила, что прошло почти четверо суток! Почему так много? Я же ничего толком не сделала! Что за...
 Так не пойдет. Если отключки будут настолько длительными, я не успею за перелет. Ладно, это некритично: парни подождут столько, сколько надо, но мне бы не хотелось впасть в кататонию в темнице разума. Это реально. Были прецеденты. А прорываться из тюрьмы Цитадели на корабле... Рвано выдохнув, я встала, прогребла растрепавшиеся волосы и пошла искать Найлуса.
 
 Турианец нашелся в кают-кампании вместе с асуром: время было позднее и по корабельным часам как раз прошел запоздалый ужин. Гаррус что-то делал на камбузе, но, услышав мое приветствие, вышел, вытирая руки полотенцем. Только Кира уже спала: Аэтера занимал ее тренировками, и к вечеру пробуждающаяся асура уставала так, что едва ее хватало поесть и после душа отрубиться спать.
 - Отвратительно. - коротко ответила я на вопросительные взгляды. - То, что я называю Цитаделью Памяти - не моя работа.
 Мужчины молчали, ожидая моих слов.
 - Мне нужно спокойное место на планете. - наконец, произнесла я. - Вероятно, мне придется взламывать Цитадель. Возможно и скорее всего будут всплески энергии. Какой силы? Не знаю. Но я не рискну заниматься подобным на борту космического корабля, тем более - настолько хрупкого.
 - Мы выходим из перегона через шестнадцать часов. - негромко произнес Найлус. - Перевалочная станция у аграрной планеты, чья колонизация считается условно-успешной: население есть, но фермерство нерентабельно из-за агрессивной среды. Я смогу подобрать спокойное безлюдное место.
 - Остров посреди океана вполне подойдет. Высадите меня и улетайте подальше. Можете вообще на орбиту подняться и оставить только дозорный бот в атмосфере. - я взяла кружку с напитком, поданную мне Гаррусом. - Спасибо.
 На благодарность он лишь склонил голову, но в голубых глазах тревога набирала силу.
 - Какие могут быть последствия? - спросил Аэтера.
 - Любые от смерти, обнуления личности, кататонии и сумасшествия. - честно призналась я. - Зависит от мощи воздействия и качественности работы менталиста, который мне всё это поставил, и от того, смогу ли я отработать без ошибок, хватит ли мне силы передавить влияние и еще от множества факторов.
 - Что будет, если не вмешиваться?
 Ответила я не сразу. Вопрос сложный и многогранный, да и вариантов может быть много. Но самый распространенный, самый надежный и простой...
 - Полагаю, перезапись личности по шаблону на момент моего пробуждения. - пожав плечами, сказала я. - Но с этим можно работать: я сделаю дамп памяти и записи из Библиотеки. Неизвестно, сохранится она или нет. Неважно, кто и как ее сделал, но информация там полезная и я хочу ее сохранить.
 Гаррус вновь ушел на кухню, но вскоре вернулся, неся тарелку с вкусно пахнущей едой. Лапша с мясом и овощами в подливе. Желудок, учуяв еду, жалобно квакнул: только сейчас я осознала, как сильно хочется есть.
 Ела я в молчании, обдумывая предстоящую работу. С такими конструктами приходится иметь дело только изнутри. Со стороны эту дрянь может увидеть кто-то другой, но не жертва развертки Цитадели: она создана для того, чтобы перехватывать сознание хозяина и перенаправлять внутрь себя. Это я знаю отчетливо, но этому меня не учили в академии на Эгросе. Эта информация откуда-то из другого источника. Возможно, от Эстуса. С ним я встретилась после той жизни на Эгросе. Он многому меня учил, порой - странным вещам и говорил он... интересно. Знал ли он? Вероятно. Цитадель тогда уже была, он это видел и немало рассказал про подобные структуры. Но он никогда не пытался пошатнуть мою уверенность в том, что моя Цитадель была сделана мною. Он не спорил, но и не подтверждал, а я тогда мало обращала внимания на нюансы формулировок.
 Еда закончилась как-то слишком быстро, и я еще долго сидела над пустой тарелкой под встревоженными взглядами мужчин.
 - Одно хорошо: я знаю, что такое Цитадель и умею работать с такими структурами. - мой голос звучал ровно и довольно сухо: эмоциональная сфера сейчас была искусственно подавлена. Мне не нужны реакции защитных протоколов Цитадели на всплески эмоций и яркие чувства. - Не исключаю, что после завершения работы с ней я начну сильно меняться. В лучшую сторону или нет - не могу предсказать. Как не могу дать гарантии, что я-настоящая вам понравится. Возможно, я стану... чудовищем. Это... вероятно. Были у меня мгновения рецидивов, когда мои же мысли мне же самой казались... недопустимыми, но такими естественными...
 - Как ночью? - тихо произнес Найлус, облокачиваясь на стол и склоняясь ко мне. - Когда ты меняла жителей нашего дома.
 - Да, как тогда. - я согласно прикрыла глаза. - Во мне не было жалости к тем, кого я не считала достойным звания "разумное существо". Я считала себя в праве вносить такие корректировки просто потому, что это было в моих силах.
 Взгляд Гарруса заострился, голубые глаза опасно сузились, но мое сокровище... молчал, слушая и понимая сказанное по-своему и, порой, на свой счет. А ведь он тоже склонен к вершить правосудие и понимает справедливость довольно... занятно. Не зря его отец так боялся за сына.
 - Прав тот, у кого больше прав. Непреложный закон Мультиверсума, не нарушаемый никогда на моей памяти. Вот только "больше прав" - размытое определение, и, чаще всего, оно идентично "больше силы". А те, у кого больше силы, часто... неправы в своем эгоизме и в понимании справедливости. - я качнула головой, вновь встретив острый взгляд пронзительно-голубых глаз. - Ведь справедливость эгоистична и субъективна, она зависит от точки зрения и может радикально меняться от поворота угла зрения. Всегда кто-то останется обижен, всегда для кого-то чье-то действие будет несправедливо. Всегда кто-то кого-то обидит. Как кто-то обидел меня, поставив мне в голову Цитадель. Но было ли это решение справедливо? Было ли это наказание и желание избавить Мультиверсум от монстра в виде меня?
 - Абстрактной справедливости не существует.
 Тихий голос Аэтеры вкрался мягким бархатным баритоном в мой разум, фигурно ложась на мои мысли и настроение.
 - Справедливы ли приговоры Старших, которые они выносят младшим видам? - спросила я, глядя в фиолетовые глаза монстра.
 - Они не выносят приговор без причины. - спокойный уверенный ответ того, кто знает, о чем говорит.
 - Но со стороны тех, кого уничтожают, это - несправедливо. - возразила я. - Особенно со стороны так называемых мирных жителей, сидящих по своим уютным гнездышкам и живущих тихой сонной жизнью. Они же ни в чем не согрешили, так считают они... Но их прилетают убивать. Вопрос "За что?!", полагаю, звучал чаще иных во времена Жатв.
 - В каждом случае есть причины. Нет их, порой, у нас, если кто-то пробуждает нас ото сна на наших же кораблях.
 - А разве сам факт того, что к вам полезли - не причина? - иронично спросила я.
 Асур улыбнулся и согласно склонил голову.
 - Всегда есть причина. Для любого действия или события. - я откинулась на спинку стула. - Я хочу знать причину, по которой на меня надели короткий поводок с намордником, уродуя личность и психику. Чем и кем я была, раз кто-то пошел на такие меры? Возможно, я пожалею об этом знании. Возможно - нет.
 Знания опасны - бесспорно. Не зря говорят "блаженны неведающие", но я не желаю быть блаженной. Достаточно того, что у меня и так с головой проблемы.
 - При любых раскладах чужеродные конструкты в голове не идут на пользу, даже если они сделали меня адекватнее и социально-приятнее. Я то, что я есть. И глупо прятать голову в песок в надежде, что все будет хорошо. - циничный смешок сорвался сам собой. - Как говорил мне один из знакомых: "Чем ниже голова, тем выше жопа".
 Дальнейшие его слова были похабными, но правильными и резонными: "Не задирай жопу выше головы - возьмут насухо. Или на горло наступят".
 - Что мы можем для тебя сделать? - мягко спросил Найлус. - Помимо доставки до острова и присмотра.
 - Займите мои шестнадцать часов до выхода из перегона.
 Он встал, подал мне руку в простом и понятном жесте, а я с легким сердцем вложила руку в его ладонь.
 
 
 * * *
 
 Прозрачный сумрак тактического зала подсвечивали широко развернутые экраны с подробной информацией об одном-единственном разумном. Официальная информация, слухи, сплетни, неуточненные данные, полученные из архивов досье и отчеты, - всё, что удалось достать, купить, украсть или подслушать. Где-то был лишь сухой официальный текст, где-то - полуматерные описания очевидцев, а где-то - записи камер наблюдения и видеоархивы, полученные банальным взломом или покупкой у информационных дилеров, на которых удалось получить выход. Но в центре, на основном экране воцарилась сложная паутина причинно-следственных связей и событий, выстроенная в хронологической последовательности. Схема дополнялась событиями, комментариями и подписями по мере получения сведений.
 Новое сообщение всплыло мерцающим окном на левом боковом экране: пришла информация от Теневого Посредника, купленная одним из бойцов за колоссальные деньги. Тонкие изящные пальчики коснулись экрана, разворачивая сообщение. Инцидент восемнадцатилетней давности на Сидоне. Асура вчиталась в скупые строчки, глаза скользили по снимкам, иногда замирая на видеозаписях. Она читала и... хмурилась, поджимая губы. Информация вызывала вопросы. С каждым новым сообщением, присланным разведкой, картинка перестраивалась и дополнялась, подходя к однозначному выводу.
 Айкарра развернула вложенные данные: последствия, политические резонансы, некрологи участников событий, убийства ученых, деятельность Спектра Совета и навязанного человека. Записи с камер наблюдения о Мастере Войны, выпрыгивающего в окно. Скользящее упоминание о дочери контр-адмирала, героя войны Первого Контакта, и рядом с именем - ссылка на заполненную базу данных про Кали Сандерс, Девида Андерсона, Шу Чиань и прочих участников описанных в отчете событий. Общая сводная схема расцвета новыми пометками с веерами вложенных данных, но вместе с ними добавлялись мерцающие вопросы и оборванные связи, которые должны быть восстановлены без искажений.
 - Арэса.
 Тихий мелодичный голос был услышан: бессменный зам выступил из тени.
 - Лидер?
 - Отправьте менталиста на Цитадель. - женщина бросила короткий взгляд на полотно событий, описывающих историю жизни нужного им разумного. - Мне нужна информация от капитана Дэвида Андерсона и посла Удины обо всех событиях, связанных со Спектром Сареном Артериусом. Подготовьте все необходимое для работы групп на Цитадели и в Гриссомской Академии.
 - Срок работы?
 - До отзыва.
 Арэса коротко кивнул, но не сдвинулся с места: задумчивость Лидера предполагала незавершенность приказов. Но женщина молчала, глядя в экраны. Мгновения текли одно за другим, пока, наконец, не прозвучали завершающие слова:
 - Завершайте работу по добыче ресурсов. Мы вылетаем через двое суток.
 - Цель?
 На экране развернулась схема пока еще далекой звездной системы. Лидер тронула одну из планет, приближая ее, огладила сияющий край и мурлыкнула:
 - Вермайр.
 
 
 
 * * *
 
 Закатное солнце заливало море расплавленным золотом и кровью умирающего дня, подсвечивало мелкий кварцевый песок искорками света и играло бликами на спокойной глади океана. Ни ветерка, ни шелеста листвы: штиль царил над крохотным каменистым островком, затерянной скалой на просторах водной глади. Хорошее место для работы: здесь ничего нет. Ни лишней растительности, ни буйства жизни коралловых рифов, лишь огоньки редких морских обитателей, пытающихся выживать на давно мертвом вулкане.
 - Когда нам вернуться?
 Тихий голос Найлуса вибрировал тревогой. Рослый турианец смотрел на меня пристально и тяжело, всматриваясь в глаза в поисках чего-то знакомого, но... Я знаю, насколько сейчас мой взгляд спокоен и отстранен до равнодушной холодности: я предупреждала их, что эмоции - не то, что должно сейчас меня сопровождать. Они будут мешать, отвлекать, могут стать причиной фатальной ошибки, но они всегда рядом за пленкой наведенного спокойствия, которое так сильно их ранит, несмотря на все предупреждения.
 - Когда пройдет силовой всплеск. - тихо ответила я. - Вы увидите его.
 Найлус медленно кивнул.
 - Не надо переживать. - пальцы скользнули по его щеке, ласково и легко. - Не стоит за меня тревожиться: что будет, то будет. Я сделаю то, что смогу сделать, и никто мне не в силах с этой работой помочь. Но вы... вы то, ради чего я вернусь из собственного разума.
 Мандибулы крепче поджались к щекам, Найлус рвано выдохнул, огладил меня по плечу, подтянул, крепко обнял, привычно зарывшись носом в мои волосы. Какое-то время мы стояли без движения: он, обхватив меня за плечи, и я - прижимаясь к нему всем телом и гладя по спине. Но вот он отстранился, скользнул кончиками когтей по моей щеке и без слов повернулся, уходя к кораблю.
 Незачем лишние слова.
 Я провожала взглядом бот, пока он не скрылся в небесной толще. Странные чувства царили в душе. Грусть и тоска, какая-то странная безнадежность и сосущая тревога. Было ли мне страшно? Да. Мне страшно. Я не знаю, что проснется на этом куске камня, когда все изменения в моей голове завершаться. Что во мне останется от меня? Какая я стану?
 Рвано выдохнув, я тряхнула головой, словно этот жест мог высыпать лишние мысли. Всё! Хорош страдать! Пора работать!
 Место для себя я уже присмотрела: небольшая выемка в скале, достаточная для одно небольшого человека, чуть прикрывающая от солнца, вероятного дождя или непогоды. Не знаю, будет ли тут дождь, вызовет ли моя работа климатический дисбаланс - это возможно, и если я стану причиной сдвига климатической системы, ее придется приводить к норме. Ради этого я сделала соответствующие замеры и запись полученных результатов состояния среды планеты, чтобы в случае каких-либо накладок вернуть все к норме. На мне ничего лишнего не было: техника, оружие, лишняя одежда и даже обувь - все осталось на корабле. На мне - простой сарафанчик до середины икры. Большего не надо.
 Последнюю проверку местности, среды и прочего я проводила уже лежа на холодящем спину камне. Данные сканера пришли без изменений: чисто. Никого разумного. Жизни мало.
 Хорошо.
 Закрыв глаза, я привычно очистила рассудок от мельтешащих побочных мыслей и... провалилась вглубь себя. На ту самую мощеную брусчаткой дорогу, ведущую в Цитадель Памяти.
 Впервые я обернулась и посмотрела назад. В стелящийся туман, сливающийся с серыми небесами где-то там, далеко от места моего привычного появления. Дорога исчезала в молочном мареве не сразу: какое-то расстояние угадывалось в просветах между очень густым, сочным и словно живым туманом. Взгляд не мог найти в нем неестественность и чуждость: он воспринимался правильным. Таким, каким и должен быть такой туман.
 Такой - это какой?
 Что в нем такого, что я так не хочу к нему приближаться?
 Что это такое?
 Где и когда я его видела?
 Я не помню.
 Взгляд скользил по округе, замечая множество мелочей, на которых раньше не останавливался взгляд. Странность каменной породы, искрящейся слюдяными вкраплениями. Масляную черноту камней под ногами. Отсутствие травы на сероватом кристаллическом песке, заполняющим все вокруг между скалами, камнями и брусчаткой. Бездонное серое небо. Не такое, какое бывает от плотного облачного покрова. Оно просто серое, словно обесцвеченное. Но оно... правильное и понятное. Под таким небом мне спокойно. Как и под стенами Цитадели, взметающейся монолитной стеной, настолько огромной, что камень сливается с серостью небес. Я ЗНАЮ, что на стенах есть орнамент и узоры, невидимые из-за масштабов строения. Но я не помню, что это за цитадель.
 Пока не помню, потому как всё, что меня здесь окружает, - взято из моей памяти. Из моей настоящей, сокрытой от меня памяти. Каждый образ. Каждое изображение. Даже ощущения. Всё это - моё. Иначе быть не может. Иначе разум заметит неестественность и чуждость. Никакой искусственной структуры: как бы ни был хорош разработчик, но разум всегда найдет неестественность и неправильность.
 Нельзя предусмотреть все, но можно достать нужный образ, хранящий все нужные детали и нюансы. Как с тем же туманом. Я его когда-то видела, я знаю, что он такое, как возник и что предвещает, и на уровне инстинктов я НЕ хочу в него входить. Как на уровне тех же инстинктов, основанных на сокрытой памяти, я не хочу подходить близко к странным деревьям с прозрачными листиками. Но Цитадель меня притягивает безопасностью, надежностью. Мне кажется правильным, что именно в ней хранятся мои тайны, секреты и самое сокровенное, что у меня есть - я сама.
 А еще я никогда не подниму руки на эту цитадель. Даже в мыслях. Даже в своей голове я не смогу заставить себя разрушить Ее.
 Вот только вокруг Нее не должно быть скал со стороны ворот. За ней - да. Изломанная мешанина скал, словно их некто огромный перемешал в ярости, изломал горный массив, куда меньший, чем высота стен огромной твердыни, возвышающейся над затянутой туманом и стылой дымкой равниной в преддверии бури. И выжить в этой буре, укрыться от губительного тумана можно лишь за надежными стенами колоссальной Цитадели.
 Казалось, стылый холодок от тумана начал отдаваться льдистым касанием по спине, хотя я тут - лишь образ. Но память... сокрытая память подгоняла меня, создавая неиллюзорную опасность. Пришло понимание: если меня накроет туман, на той скале уже никто не очнется.
 До резных ворот я дошла быстрым шагом, унимая позорное желание сорваться на бег. За спиной туман накатывал явнее, небо начало темнеть, словно и правда начиналась буря, а стылый холодок, текущий по воротам Цитадели, засиял ярче. Накатывал страх. Сильный, яркий, туманя рассудок и забивая восприятие. Появились шепотки: дрожащий как тень от свечи безумный голос шептал мне, напевал, умолял обернуться и всмотреться в ярость неумолимого Рока, просил принять свою Судьбу, убеждал не противиться ему и принять Его. Довериться. Пустить. Да. Пустить. Окунуться в стылое касание. В нежность и милосердие Его и его Госпожи.
 Руки легли на камень ворот, утопая в сияющей зеленовато-лазурной призрачной дымке свечения, выбелившего мне пальцы до бледности нежити. Проявившиеся черные коготки с силой стиснули крыло роскошной фигуры воина, смотрящего мне, казалось, в самую глубину души. Шестикрылого воина. Вечного Стража моей души...
 Почему на воротах Серафим? Почему я его увидела только сейчас? Ангела с прямым двуручным мечом в руке, широко раскрывшего шесть огромных крыльев.
 Мысль мелькнула и распалась в холоде, от которого уже немела спина. Туман близко! Я уже видела дымные плети, подтягивающиеся к моим ногам. Еще немного и будет поздно, а ворота не открываются! Почему не открываются ворота!
 Паника ударила в голову как-то разум, сбрасывая самоконтроль и окуная рассудок в страхи. Скрежет створок утоп в торжествующем шелесте чужого голоса и в мелодичном мужском напеве, впервые услышанным мною в этом месте. Мягкая мелодичная песнь-колыбельная, воркующая и завораживая до дрожи и онемения в ногах...
 
 Очнулась я уже внутри, прижимаясь спиной к таким надежным створкам. Паника угасла как по команде, стоило прозвучать торжествующему щелчку сомкнувшихся ворот, разум включился, а я тупо смотрела во мрак бесконечного высоченного коридора.
 - Какого...
 Шепот сорвался сам собой.
 Что это только что было? Откуда такой страх и паника? Что за наваждение, буквально загнавшее меня внутрь Цитадели как паникующее животное?! Защитный протокол? Похоже на то. Но тут два вопроса: что именно защищает этот протокол, и что из себя представляет этот туман. Нет. Что было бы, останься я там, за воротами?
 Может, стоило бы?
 Досада накатывала как тот туман. Я же, вроде как, умная. Я же, демоны меня дери, менталист! А позволила развести себя на срабатывании защитных закладок как последняя идиотка, впервые сунувшаяся в собственные куцые мозги!
 Как тупо...
 Ворота уже не открыть: из Цитадели нет выхода. Войдя внутрь, ее не покинуть. Это я знаю: нормальный механизм подобной системы, поскольку не предполагается, что разум, пришедший в собственное хранилище знаний, вдруг передумает и решит вернуться в приемный буфер. Но мне сейчас почему-то резко захотелось вернуться.
 Как я могла...
 В душе разгоралась злость. На себя. Некого тут винить! Сама допустила! Сама поддалась страхам и позволила отработать точечному воздействию на застарелые страхи о которых я даже не помню!
 Зло рыкнув, я глянула во мрак коридора, где мне призывно мерцала металлическая ручка на двери в Библиотеку.
 Ладно.
 Раз позволила затуманить себе разум и загнать себя внутрь, буду работать изнутри. Но в Библиотеку попадать мне нельзя. Из нее я уже никуда не выйду: вот уж точно, карцер одиночного содержания. Но мне и не надо работать из Библиотеки! Я могу это сделать из коридора! Помнится, в прошлое мое посещение этого занимательного места, я видела глифы на стенах...
 Наверное, злость и раздражение на меня работают лучше увещеваний и попыток логично заставить себя думать. Разум сразу прояснился, а шепотки, так привычно зазвучавшие в голове, затаились, но не покинули меня, бодря и вынуждая действовать. От них мне нет вреда: это лишь отголоски.
 Пара шагов перенесли меня на центр коридора, в то единственно-верное и нужное мне место. Именно здесь центр всей системы. В коридоре, на стене, в ровной вязи незнакомых мне символов. Неправильных символов.
 Черный коготь коснулся стены. Гладкой, темной, мерцающей письменами и слюдяными искорками в недрах самоцветной облицовки. Такую портить - кощунство.
 Коготь пошел вниз, оставляя четкую жирную царапину-прорез, из которой тут же начала сочиться Тьма. Маслянистая черная жидкость, от одного вида которой по спине дернуло странным холодком. Знакомая черная жидкость...
 В моей голове не может быть никаких проявлений ни Первооснов, ни Стихий, ни чего-то более глубинного! В моей голове - лишь иллюзии их. Косая черта ушла вниз ровной прямой.
 Жидкость сочилась как кровь, я чувствовала боль этого места. Как я могу! Как я могу причинять боль Ей! Цитадели под серыми небесами! Как я посмела...
 Это - не Она. Это место - лишь ее бледная тень! Это - лишь образ, которым прикрывается моя темница в моей же голове!
 Дуга, ровная и точная, как по циркулю, пересекла прямую черту там, где должна ее пересечь.
 Здесь. В моей голове. Нет ничего материального.
 Еще одна косая черта прорезала стену.
 Здесь - только образы. Здесь нет монстров страшнее меня. Здесь нет мощи кошмарнее знаний, сокрытых запретами! Здесь нет информации ценнее моей памяти и того, что я изучала ранее!
 Печать негатора проявлялась линия за линией. Разовый негатор, задача которого отработать один-единственный раз и разрушить все магические конструкты, какие есть. Без выборки. Без исключения. Печать реального негатора как триггер для негатора в голове, ведь я ЗНАЮ, как именно отработает и каков именно будет результат: разрушение. Всего, что есть в моей голове. Всё будет разрушено. Без выборок и исключений, как и положено при срабатывании этого... чертежа.
 У негаторов не бывает осечек. Негаторы не делают исключений. Они просто рушат всё, что создано на магии, равномерно распределяя энергию. Ломают все конструкты. А негатор в голове как команда на самые глубины подсознания и инстинктов, на которые невозможно воздействовать без влияния на само ядро души.
 Рискованно?
 Да!
 Каковы шансы сохранить рассудок, силу и знания?
 Пятьдесят на пятьдесят. Или сохраню, или нет. Не бывает других шансов: статистика - ложь. Всегда - да или нет. И никак иначе.
 А если не сработает... Значит тот, кто это со мной сделал, настолько мощнее меня, что...
 Что я пойду другим путем и буду доламывать Цитадель исподволь. Ведь все можно сломать. Всё! Без исключений. Если найти, как это сделать.
 Давление на разум нарастало как лавина. Казалось, на меня сейчас рухнет потолок. С каждой линией, с каждой царапиной и дугой, с каждым угловатым глифом это давление увеличивалось. Но я завершала работу, пока чертеж не замерцал черной жижей, словно липкая дрянь на самоцветной стене. О да, это та еще дрянь! Но это лишь образ! Триггер для моей головы!
 Короткий силовой импульс на чертеж я кинула, когда начало темнеть перед глазами, и последнее, что я увидела перед накатывающей Тьмой - трещина на самоцветной стене, раскалывающая ее на куски.
 А потом я перестала быть, упав во Тьму.
 
 Туман вкрался во Тьму ненавязчиво. Крадучись, стелясь и окутывая как живой. Молочно-белое марево. Прохладное как шелк, стылое, как касание Бледной Госпожи, но ласковое, как утренний прохладный ветерок, разгоняющий сон разума. Следом пришли шепотки. Голоса. Мужские, женские, не те и не другие. Мои голоса, несущие с собой слова речи прошлых жизней. Певучие и мелодичные, резкие и рваные, рычащие и свистящие. Человеческие и такие, какие не могло издать горло человека. Это всё - я. Мой голос. Мои слова. Мои мысли.
 Туман развеивался по мере осознания самой себя. Кто я?
 Существо без прошлого, живущее благодаря одному из механизмов перерождения, сохраняющего поврежденную душу, неспособную пережить рождение естественным образом, но выживающую благодаря переселению в чужое, уже взрослое тело.
 Кем я была?
 Не помню.
 Кто я сейчас?
 Имрир Шепард, Спектр Совета. Та, кем живу. Та, кем я себя осознала. Все остальное - моя память. Кем я была ранее. Но именно сейчас я - это я, и имя мне Имрир Шепард. Здесь и сейчас. Изменится ли это имя в будущем? Возможно. Когда придет время Имрир умереть или на время забыть это имя в череде других.
 Но изменюсь ли я?
 Базис личности неизменен и проявляется всегда и везде по мере осознания себя. Даже если на первый взгляд кажется, что личность изменилась безвозвратно, это не так. Как только пройдет осознание и стабилизация, я приду к своему привычному эталону.
 Я снова стану собой.
 Туман исчез, открывая мне мой же разум. Искры точек воспоминания, миллионы оборванных связей и нарушенных причинно-следственных цепочек, потерянные ассоциации на то, что не имеет сейчас прямых аналогов. Бессистемная каша, в которой едва ли возможно найти хоть что-то полезное.
 Хаос моей свободы...
 Ужасающее зрелище после величия забытой Цитадели...
 Пройдет время, и хаос структурируется естественным путем. Ассоциативные связи восстановятся, собираясь в единые и правильные причинно-следственные цепи и воссоздавая воспоминания, укрытые в них. А с ними я буду вспоминать себя. Свои жизни. Знания, накопленные в них. Я вспомню потери. Неудачи. Возможно - успехи и потерянное счастье. Но это буду я-настоящая.
 
 Из разума я вышла легко и без каких-либо сложностей. Голова закономерно болела, судя по липкой дряни на лице - носом шла кровь. Не страшно - умоюсь. Хуже, что я едва могу открыть глаза - так сильно по телу дал слом всей дряни в голове. Остались ли при мне мои свойства метаморфа? Не знаю, надо проверять. Возможно, придется заново проходить весь путь вхождения в силу и восстановления энергосистемы. Прислушалась к себе... Тело здорово. Так, мелкие кровоизлияния были. Скосила глаза... Поверхностные капилляры полопали из-за чего вся кожа в неравномерную красную крапку, словно меня краснухой побило. Даже на руках видно.
 Жутенькое зрелище, если честно...
 Ватная слабость проходила медленно. Я лежала, смотрела в потолок пещеры, с каким-то странным садистским интересом наблюдая, как возвращается острота зрения. А еще вернулся слух: восстановилась барабанная перепонка. Хорошо, регенерация сохранилась. Вместе с шумом прибоя я услышала нервные шаги где-то неподалеку.
 - Дайте воды...
 Голос... это прямо песня хрипа и сипения. Но меня услышали. Шаги замерли, а потом редко приблизились, и я увидела встревоженное лицо Гарруса. Короткая возня, он помог мне приподняться, усадил, опирая себе на руку, губ коснулось прохладное горлышко фляжки. Простая вода показалась мне вкуснее амброзии.
 - Спасибо. - голос почти не хрипел, но модуляции сильно шалили. - Сколько я так?
 Моя прелесть убрал фляжку: я слышала шелест завинчивающейся крышки, и только после этого тихо-тихо ответил:
 - Почти восемь суток.
 - Сколько?!! - от изумления мне даже удалось выпрямиться и сесть без поддержки. - Восемь суток?!!
 Гаррус коротко кивнул, шмыгнул носом. А глаза... сколько в них тревоги и того, что они вместе успели надумать, присматривая за моим телом.
 - Всплеск был?
 Короткий уверенный кивок.
 - Сколько дней назад?
 - Шесть. Сейчас утро седьмых суток.
 Вот оно что... Сломала я Цитадель быстро. За сутки. А потом... В принципе, после такого требуется время на восстановление способности соображать, на пересборку самосознания и личности. Но шесть суток...
 - Не подумала, что восстановление займет так много времени... - растерянно посмотрела в яркие голубые глаза сидящего напротив парня. - Мне надо было это предусмотреть и предупредить...
 Сильная рука, взлетевшая в молчаливой просьбе не продолжать, прервала мой поток мыслей. Гаррус ласково погладил меня по щеке, рвано выдохнул и крепко обнял, уткнувшись носом в волосы.
 - Мы можем возвращаться? - тихо-тихо спросил он.
 - Да.
 До бота он донес меня на руках, идя быстрым, немного дерганым шагом. Жаль, что именно сейчас я не могу ощутить его эмоции. Или это к лучшему? Меньше будет чувство вины перед ним... ними за то, что я заставила их так сильно переживать и так долго ждать.
 
 Перелет до корабля для меня прошел как поездка в такси: бот у Найлуса нестандартный и очень мелкий, в рубку влезает только пилот. Пассажиры - сзади, а там нет обзора. Я не видела полета, да и не интересовал он меня. Я пыталась понять, как сильно по мне ударило разрушение Цитадели. Насколько всё плохо. За работой с собой я пропустила стыковку и прибытие, но когда Гаррус вышел ко мне - свернула работу и вернулась к реальности: нечего его еще больше напрягать отсутствующим взглядом и молчанием. И без того встревоженный.
 - Уже знают? - тихо спросила я.
 Гаррус кивнул.
 - У вас ментальная связь уцелела?
 Еще один кивок. Взгляд настороженный и внимательный.
 Он вновь поднял меня на руки и понес к выходу. Забота радовала, а я не стремлюсь проявлять самостоятельность там, где она ни к чему: тело слушалось плохо, ноги вообще не держали и, полагаю, какое-то время я буду малоподвижной и слабой. Лишь бы эта слабость не затянулась надолго.
 - Тебе нужен отдых? - Гаррус замер на развилке коридоров.
 - Пока нет.
 Парень повернул в сторону столовой зоны, быстро пересек короткий коридор и внес меня в кают-кампанию "Драгора". В просторном светлом помещении, сочетающем в себе функции зоны отдыха и столовой, собрались все обитатели корабля. Даже Кира присутствовала, нервно расхаживая у панорамного экрана на стене, показывающего сейчас планету под нами.
 Встретили меня тихо. Не было лишних слов про тревогу, скучание и прочего, не было и вопросов лишних. Найлус привычно - воплощение спокойствия, которого в нем не было: слишком крепко прижаты мандибулы к щекам, глаза чуть сужены и потемнели, осанка излишне идеальная. Психует, но хорошо держит лицо. Аэтера мне приветливо улыбнулся, осмотрел мою крапчатую рожу, улыбнулся шире и... ушел на кухню. Вернулся быстро и принес еду: наваристый мясной суп с овощами и мелко поломанной лапшой, еще теплую лепешку и какую-то кашу с мясом. Есть хотелось до помрачнения. До пробуждения организм пребывал в шоковой спячке, но за время полета я немного пришла в себя, а тело вспомнило, что оно уже неделю не евши.
 - Спасибо...
 Асур улыбнулся, протянул мне приборы.
 - Проблемы были? - спросила я, вылавливая из супа кусок мяса.
 - Нет.
 Ответил мне Найлус. Рослый турианец подошел и подсел рядом на невысокий пуфик, сравнявшись со мной в росте.
 - На связь никто не выходил?
 Гаррус коротко отрицательно качнул головой.
 - Даже запроса от диспетчера не было.
 - Ну и ладно. Меньше связи - проще жизнь.
 Найлус усмехнулся. Медленно он начинал расслабляться. Чуть свободнее стала поза, мягче и плавнее движения, на лице - богаче мимика, пропала скованная выверенность движений. Не могу сказать, что они успокоились, но хотя бы откровенно психовать перестали.
 Пока я ела, в кают-кампании царила тишина. Меня не дергали вопросами. Когда я доела Аэтера унес посуду, и когда он вернулся, устроился на диванчике напротив, Найлус задал вопрос, который не давал им покоя:
 - Как ты?
 Простой абстрактный вопрос. Задай его мне кто-то иной, и ответ был бы настолько же неинформативным и неинтересным, как и сам вопрос.
 - Пока не знаю. - честно ответила я, сыто обмякая в удобном кресте. - Цитадель Памяти убрать получилось, но вместе с ней я сломала всё, что было в моей голове. Все конструкты, связи, установки и прочее. Всё! Сейчас у меня такая каша...
 - Но разум не пострадал. - тихо произнес Гаррус.
 Не знаю, чего в его словах больше: уверенности или веры.
 - Если бы разум не пострадал, я бы очнулась в тот же день. - мягко сказала я, легонько погладив его по пальцам лежащей на подлокотнике моего кресла руки.
 Голубые глаза чуть расширились.
 - Разум рухнул вместе со всем остальным. Полагаю, как и личность. - я качнула головой. - При таком ударе разваливается вообще всё. Я использовала довольно радикальный метод, фактически форматирующий мне мозги. Разум восстанавливается за счет того, что хранится глубже на духе. И за счет накопленной ноосферы.
 - Мог не восстановиться?
 - Разум в любом случае восстановится, как и личность, но вот какие они будут... - я развела руками. - Пока я не наблюдаю в себе различий, но пока и не восстановились ассоциативные и причинно-следственные связи в зоне памяти, которые могут спровоцировать изменения.
 Мужчины молчали, слушая, а Кира замерла, судорожно всматриваясь в мое лицо. Что она искала? Что желала увидеть? Не знаю.
 - Базис личности неизменен, но изменения в личности и психике - это норма развития разума. Даже за время жизни такие изменения происходят благодаря жизненному опыту, накапливаемым знаниям, окружающему социуму и множеству других факторов. Даже прочитанная книга, удачно легшая в нужный момент на правильное настроение, может радикально изменить разумного. - качнув головой, я потерла переносицу. - В моем случае может начаться подгрузка огромного массива информации. Как она начнет ко мне приходить? Непонятно. Какие именно события начнут всплывать - не знаю. Интерпретировать их будет сложно и мне нельзя делать однозначных выводов, пока я не получу всю картину прошлого, потому как кусочная информация может сильно исказить восприятие и понимание событий.
 - Помощь понадобится? - тихо спросил Аэтера.
 Пожалуй, асур, прошедший через пробуждение памяти, лучше всего меня понимает и осознает сказанное на личном примере.
 - Не исключаю. Возможно, понадобится мозговой штурм для осмысления бессвязных образов или для отработки событийных цепочек. Не знаю. Рано пока об этом говорить. - сделав паузу, я добавила: - Но могу сказать точно: моя мораль, мое понимание правильного и допустимого, мои методы и в общем взгляд на мир могут сильно измениться. Будьте к этому готовы.
 Найлус качнул головой, неопределенно взмахнул рукой, словно не нашел подходящего жеста.
 - Ты менялась весь полет. Знаешь, кого я увидел на "Нормандии"?
 Теперь знаю...
 - Идеалиста.
 - ...уверенного в своих силах и полноте знаний. - мягко добавил он.
 Турианец улыбался кривоватой улыбкой, но яркие зеленые глаза были полны грусти.
 - За время полета я видел, как ты менялась. Сперва неявно. Но потом... - он качнул головой, нервно дернул мандибулами. - За идеалистом проступала другая личность. Менее терпимая, более злая и резкая. Уставшая от грязи жизни, но привыкшая к ней. Умеющая управлять желаниями и идеалами других. Циничная. Беспощадная. Зрелая.
 - Нет монстра страшнее, чем тот, что спит в недрах разума... - прошептала я. - Поразительно, что ты дал шанс мне. Бодрому и наглому идеалисту, каких ты видел сотни.
 Найлус хмыкнул.
 - Время, когда я мог бы отказаться от идеалиста, я провел в лазарете твоего корабля, который не мог покинуть. - ирония промелькнула в вибрирующем голосе острым ядом. - Новерия расставила всё по местам и закрыла последние... сомнения.
 - Но пустил ты меня в свой близкий круг раньше...
 - К тому времени сомнений стало больше уверенности. - еще одна клыкастая усмешка при спокойном расчётливом взгляде. - Дать шанс и разочароваться лучше, чем упустить единственный шанс и верное время.
 - Как сейчас?
 - Как сейчас.
 Расчётливая циничная сволочь с проницательным взглядом вивисектора. Но моя сволочь, которая меня осознанно любит. Моя обожаемая сволочь.
 - А что если изменения тебе не понравятся? - вкрадчиво спросила я.
 - Мне изменения не понравятся, если я снова увижу наивного идеалиста.
 Какой у него был тон! Вкрадчивый, нежный как шелк удавки, сладкий как яд и столь же опасный.
 - Уже не увидишь...
 - Шанс был?
 - Риск был. - поправила я. - Если бы я допустила срабатывания защитного протокола Цитадели Памяти или... не нашла способ ее разрушить.
 Вот теперь в зеленых глазах ярко проступил... запоздалый страх, порадовавший меня более любых его слов. Все же, он боится моего отката к прошлому состоянию. Все же, ему нравится монстр во мне, а не блаженная наивная идиотка с идеями о спасении мира.
 Хорошо.
 Но плохо, что Гаррус столь задумчив и молчалив... Но он не будет говорить. Особенно сейчас. Позже, ночью, в тишине и покое, можно будет задать ему прямой вопрос с надеждой получить прямой ответ. Но не сейчас.
 - Есть еще последствия.
 Найлус подобрался, Гаррус вышел из своих мыслей.
 - Всё, чего я достигла в работе с собой, тоже развалилось.
 Они даже не сразу поняли, что я имею ввиду!
 - Магия. Метаморфозы. Менталистика. Все это мне сейчас недоступно.
 Вот теперь проняло! По глазам вижу.
 - Надолго?
 - Непонятно. Энергосистема напрямую зависит от души и тела. Тело практически не пострадало, но оно из-за специфики мира полностью зависит от энергопотенциала души, а с ней есть проблемы.
 Мой голос не дрожал только потому, что я себе этого не позволяла, как не позволяла откровенно нервничать или, что хуже, паниковать.
 - Она расколота... - мягко произнесла я. - Ранее расколы перекрывала Цитадель и не давала их обнаружить. Я верила, что со мной все нормально. Да, травмы есть, но вроде как некритические.
 - Но?
 Я развела руками.
 - С падением Цитадели я узнала занятный факт: перерождаются таким образом только те, кто не переживет естественного развития. Такие жизни, взятые взаймы в несуществующем еще мире, - шанс на исцеление. Но из-за присутствия Цитадели душа не заживала: она стояла на этих расколах насмерть. Теперь ее нет. Но нет и того, что держит все в куче.
 Мои слова - правдивая ложь. Физически нет ничего, что могло бы удержать мою душу от распада, но выживают и с большими травмами, если... находят Якоря. То, что поможет удержаться, не развалиться. Цель. Близкие разумные, благодаря которым можно найти силы и Силу, чтобы восстановиться в их тепле и заботе. Раны на душе лечит только чужое тепло. Или огромное время и покой. Покоя мне не видать, но я практически сразу зацепилась за тех, кто для меня стали Якорями. Те, к кому я испытываю очень яркие чувства сродни со влюбленностью и любовью. Любовь возникает со временем. Осознанно, с понимаем партнера, с осознанием его недостатков и достоинств. Сразу возникает лишь желание обладать и потребность. А потребность у меня есть. Как было желание обладать голубоглазым сокровищем, способным подарить то, что не получишь ни за какие деньги, знания и власть.
 Стала ли я их ценить и обожать меньше от осознания этих фактов? Нет. Зато у меня пропали иллюзии и появилось понимание произошедших странностей, которые я не могла объяснить: как я, менталист, могла допустить развитие столь сильной привязанности.
 Оказалось, все куда проще... Не было никакой привязанности. Было обретение Якоря, повлекшее за собой и привязанность, и зависимость, и обожание и, как следствие - осознанную любовь.
 - Могут быть... осложнения? - тихо спросил Гаррус.
 Сколько же тревоги в его глазах...
 - Нет. Если вы будете рядом.
 Тревога дополнилась непониманием и растерянностью, облаченные в слова простой просьбы Найлуса:
 - Поясни.
 - Якоря.
 Простое и четкое слово.
 - Вы - мои Якоря. Те, кто удерживают меня в стабильном состоянии и даете возможность залечить травмы. - голос даже не дрогнул. - Все как у Аэтеры. Ему Сарен держит стабильной психику, вы мне - разум и душу. У него - импринтинг, у меня - привязанность сродни зависимости. Итог примерно один, но проявляться может по-разному.
 Найлус понял сразу: взгляд у него изменился. А вот как он на это отреагировал: узнаю потом. Гаррус же осознал подтекст не сразу. Но когда понял... лишь его пальцы крепче сжали мне ладонь с немой поддержкой и защитой.
 Вот уж точно - сокровище...
 - Но, не будем о грустном. - я улыбнулась. - Раз мозги не развалились сразу, значит, придут в норму и в стабильную адекватность. Меня больше беспокоит потеря магии и свободной метаморфозы. Но это вопрос времени. Насколько большого - покажут ближайшие дни. Когда сойдет стресс и начнется перераспределение энергетики по телу, тогда и посмотрю, что там у меня на самом деле с ядром и организмом. Панику наводить не надо, но помощь мне не помешает.
 - Какая? - тихо спросил Гаррус.
 - Вечером расскажу. - мягко ответила я.
 Тупил он недолго: голубые глаза расширились в осознании, а потом парень смущенно отвел взгляд.
 - Сколько тебе надо времени? Примерно. - голос Найлуса вновь стал спокойным, окрашенным едва уловимой задумчивостью: что-то обдумывал.
 - Как минимум дней десять. Там посмотрим.
 Найлус постукивал когтем по подлокотнику, но звука не было: коготь вяз в обивке и не причинял вреда мебели.
 - Сделаем два перегона. Есть небольшая курортная планета. Не особо популярная, для среднего класса, но достаточно посещаемая, чтобы можно было там остановиться на большой срок и затеряться в толпе туристов и отдыхающих.
 - Спасибо...
 Найлус улыбнулся. В зеленых глазах тревога уступала место уверенности: у него появились ответы на его вопросы и пропала неопределенность.
 - За что? - ирония искрилась весельем, но не ядом.
 - За то, что терпишь рядом двух... - я глянула на затаившуюся Киру, - трех неуравновешенных особей.
 Он хмыкнул.
 - Тогда стоит поблагодарить Гарруса за то, что он как-то терпит нас всех...
 Парень на такое растерянно моргнул, забавно шевельнул носом, а мы... рассмеялись. С облегчением. Точка накала пройдена, неприглядная правда вывалена, вопросы заданы, ответы дадены, но... между нами ничего не поменялось. И это хорошо.
 - Ладно. Пошутили и хорош. - я непроизвольно зевнула: организм наелся и теперь хотел отдыхать и чинить последствия моего рукоделия. - Уводи нас отсюда, а я, все же, пойду отдыхать и приводить себя в порядок. Не обещаю проснуться быстро, но тут как организм позволит.
 Найлус медленно кивнул, встал.
 - Отдыхай. Когда прибудем на место - сообщу.
 - Сколько займет времени перелет?
 - Трое и двое суток.
 Хорошо... Как раз штормить перестанет, организм залечится, отлежится и начнет восстанавливать энергосистему, но ядро еще не успеет выйти на полную мощность и, тем более, не дойдет время вступления в силу и нам не придется опять спешно искать какой-то удобный остров в океане.
 Уже в каюте, лежа в постели, я задумчиво смотрела в потолок. Сонливость накатывала неспешно, тело расслабилось и уже отдыхает, а мозги еще работают. Самое время поразмышлять о занятных поворотах событий. О том, как, порой, радикально и неожиданно меняются все планы и вроде бы предопределенный и распланированный порядок дел. Еще месяц назад я была свято уверена, что мое развитие завершилось, я вошла в силу, и все будет хорошо. А что теперь?
 Тихий смешок вырвался сам собой, жутенький в тишине каюты.
 А теперь я снова слабая как восстанавливающийся после травм человек. Я снова лишена магии. Я не могу меняться. Но... это не так критично, если подумать: я могу всё, что мне надо сделать чужими руками и с помощью того, что я помню. А память о будущем этого мира меня не оставила. Мне удалось сохранить знания из Цитадель, но они пока недоступны. Только то, что уже подгрузилось в мозг и во временную ноосферу разумного: знания про мир, в котором я нахожусь.
 Этого достаточно. Остальное я добуду сама.
 Ватная сонливость притупляла мысли, и я перестала ей противиться. Пора спать. А завтра... Завтра буду смотреть, что у меня осталось от меня.
 
 
 
 
 

Глава 67: Иной взгляд


 
 
  Утро для меня наступило через двое суток глубокой ночью, по устоявшейся привычке отмечаемой понижением яркости света в коридорах корабля да цифрами на хронометре на стене нашей каюты. Какое-то время я лежала без движения, вслушиваясь в сонную тишину, в звуки дыхания спящих мужчин, в шелест системы вентиляции и едва уловимый гул ядра корабля. Я слушала эти звуки умиротворенного покоя. Мне есть, о чем подумать.
 Отдых и долгий сон пошел мне на пользу. Я это чувствую без всяких проверок и сканирований: каша в голове, что возникла после слома Цитадели, медленно распадалась на структурированные группы памяти. Это хорошо. Внешние проявления менталистики в виде воздействия на других мне пока ожидаемо недоступны, однако со своей головой работать я в состоянии: медитации, привычный гипнотический транс, и я оказываюсь внутри собственного разума. Те самые азы, с которых меня где-то учили.
 Где?
 Не знаю. Не уверена, что эти практики из Академии Разума. Там погружаться в себя учили иначе. Еще одна странность к общему списку.
 Раньше я не пыталась восстанавливать параллели и не сверяла то, что помню с тем, что я знаю. Я верила своей памяти и себе самой. Как выяснилось - зря.
 Рядом нервно завозился Гаррус: снится что-то... неприятное. Дыхание неровное и тяжелое, пальцы подрагивают, мышцы напряжены. Приподнявшись, я погладила его по плечу. Аккуратно, ласково, давая ощутить мое присутствие, но не нарушая сна.
 Странное сейчас у меня состояние.
 Разум работает четко и точно, сознание трезвое и холодное, эмоции довольно слабые и легко контролируются. Но даже сейчас я могу сказать, что нормальная для настоящей меня эмоциональная сфера... необычна. Слишком холоден и спокоен разум, слишком... специфический перекос у меня в чувственной области в сторону, далекую от той, какая должна быть у среднестатистического, психически здорового разумного. Причин подобному может быть много, и они не важны. Важен факт и понимание собственных особенностей.
 Первые результаты моей... свободы, но далеко не последние.
 Слом Цитадели дал фатальные последствия, полностью разрушив всё, что у меня было. Все связи, привязанности, сформировавшиеся эмоциональные базисы и триггеры. Всё. Включая то, что успело прорасти в душе по отношению к моим мужчинам.
 Влюбленность. Обожание. Привязанность сродни зависимости, якорные связки... Это лишь привычка разума и устоявшиеся ассоциативные и эмоциональные базисы. Все они рухнули, позволяя мне смотреть на моих спутников трезвым холодным взглядом и... осознанно принимать решения в этот короткий период кристальной чистоты заново собравшегося рассудка.
 Подобное состояние не исключительное и не уникальное, схожее с чистотой разума, пережившего амнезию. Но у меня-то память сохранилась. Я отчетливо помню всё, что было с момента моего первого пробуждения в этой реальности. Вот только память моя лишена эмоций. Так и должно быть. Эмоции не сохраняются в памяти, как бы ни пытались себя убеждать разумные. Эмоции всегда новые. Свежие. Они возникают естественным путем в ответ на воспоминания. Но у меня прямо сейчас эмоциональная сфера практически серая и неактивная: естественный механизм защиты рассудка, сработавший после грандиозного стресса. Эмоции не возникают при всплеске воспоминаний.
 И это может привести к... неправильному пониманию.
 Приподнявшись на локте, я устроилась полусидя, всё так же ласково оглаживая крепко спящего возле меня парня.
 Пожалуй, впервые я смотрю на него полностью спокойно и отстраненно, и могу оценить его беспристрастно. Проснись он, начни что-то делать или говорить, и этот хрупкий момент утечет, меняясь под первыми впечатлениями, создавая новый эмоциональный базис наших отношений и моего восприятия молодого турианца. Любое слово, любой жест или взгляд начнет формировать моё к нему отношение. Но сейчас... Сейчас я могу сама это отношение составить. Не из-за всплеска эмоций или ностальгического образа из игрушки.
 Осознанно.
 Игровой образ развеялся. Несуществующая ностальгия испарилась. Пожалуй, впервые я увидела именно Его - настоящего, живого молодого парня по имени Гаррус Вакариан. Без ностальгии на напарника героя, без воспоминаний о том, чего еще не случилось и что только может произойти по воле сценаристов игры, легшей в базис эгрегора.
 Можно долго перечислять его качества: в этом молодом турианце собралось удивительно много противоречивых и разносторонних черт характера, большая часть которых толком не проявилась и может никогда не проявиться. Как бы ни сложилась мозаика из его качеств, он будет великолепен. Если его поддержать и развить.
 Если...
 Самое страшное слово в его ситуации. Потому, что я могу его лепить под себя. Он способен приспосабливаться и подстраиваться под тех, кого считает родными и близкими. Он уже к нам приспосабливается и подстраивается, боясь нас потерять. Он уже меняется. И если раньше я не следила за проходящими в нем изменениями, то теперь...
 Кривовато улыбнувшись, я легонько погладила парня по голове, ласково скользнув пальцами по мандибулам, крепко прижатым к щекам.
 Знал бы он, насколько хрупок и уязвим... Насколько колкая у него уверенность в себе и как легко может рассыпаться личность, стоит лишь ударить в нужные места. Как легко он может уйти в чужую тень и в ней... потерять себя.
 Отношение к кому-то формируется исподволь. Подспудно и незаметно. Даже если знать весь этот механизм, он всё равно имеет власть. Даже надо мной, отрабатывая прямо сейчас и восстанавливая то тепло, которое я всегда ощущаю при взгляде на Гарруса. Я легонько поцеловала спящего парня в нос, отчего он непроизвольно дернул носовыми пластинками. Он не единственное сокровище, которое у меня есть, но самое явное и самое хрупкое. Но другое мое сокровище, темное и скрытное, уже несколько минут как не спит, лёжа тихо и наблюдая за мной.
 Повернувшись, я встретила взгляд непроницаемых глаз. Коротко кивнула в сторону двери. Зеленые глаза прикрылись в согласии.
 
 Нам удалось встать, одеться и покинуть каюту не разбудив беспокойно спящего Гарруса. Уже в кают-кампании за чашкой ароматного эрга, удобно устроившись на мягких диванчиках, мы начали, пожалуй, самый тяжелый наш разговор. С простой нейтральной фразы Найлуса:
 - Как твое состояние?
 Голос тихий, спокойный, но взгляд - тяжелый и настороженный.
 - Ожидаемое. - честно ответила я. - Память я сохранила. Но это единственное, что у меня сохранилось.
 Он ждал продолжения, чутко вслушиваясь в мои слова, всматривался в мое лицо и, полагаю, вслушивался в то, чего во мне сейчас нет, судорожно пытаясь уловить хоть бледную тень былого.
 - Разрушение Цитадели через негатор уничтожило все связи в моей голове. Всё распалось. Всё без исключений. Даже то, что, казалось, вросло в душу и личность.
 Его лицо дрогнуло лишь на мгновение: крохотная судорожная дрожь и слишком крепко прижавшиеся мандибулы к щекам.
 - Включая прошлую эмоциональную среду с закрепившимися в ней образами, триггерами, системами ценностей и, главное, со всеми привязанностями.
 Голос звучал поразительно сухо и глухо, прорезая даже мои нервы. Наверное, это хорошо, что я не могу чувствовать то, что творится на душе у сидящего напротив меня мужчины.
 - Это и плохо, и хорошо. Плохо, что всё, что успело возникнуть между нами - рухнуло.
 Найлус мелко дрогнул.
 - Но это и хорошо. - спокойно сказала я, не отводя взгляда от сузившихся зеленых глаз. - Это позволило мне полностью сбросить навязанное чуждой ностальгией, окостенелыми эмоциональными базисами и фанатским отношением к героям игры впечатление о вас настоящих. И если о тебе было не так много информации, то Гаррус... самая яркая жертва.
 Темнокожий турианец молчал. Он ждал моих дальнейших слов, свято следуя своей привычке дослушивать важную информацию до конца и лишь потом делать выводы. Но как же тяжело ему дается это мнимое спокойствие...
 - Ты правильно тогда меня назвал: идеалист. А любовь идеалиста - сомнительное достояние, ведь отношение такого разумного... переменчиво. Я действительно удивляюсь, как ты позволил... как допустил меня в свою жизнь настолько далеко.
 - Я допустил к себе не идеалиста.
 Тихий голос был едва слышен. Но ответ... он есть.
 - А кого ты к себе допустил?
 Говори, Найлус. Не молчи...
 - Того, кого видел лишь как тень. - низкий голос вибрировал от сдерживаемых эмоций во мнимом спокойствии.
 - Видишь ли ты эту тень сейчас?
 - Я вижу того, кого едва узнаю.
 Едва... но узнаю.
 - Это плохо?
 - Мне не нравятся идеалисты. - ирония вновь вкралась в голос. - Я не верю слепой влюбленности и чувствам, возникшим спонтанно или на адреналине.
 Хорошее определение. Но на вопрос так и не ответил.
 - Обычно не верят в любовь холодного разума. - тихо произнесла я. - В то, что возникло не на ярких чувствах, а родилось в логике расчётливого ума, осознанно определившего свои привязанности.
 - Расчетливый разум редко находит достойных.
 Голос Найлуса был столь же спокоен, как и мой: раздрай прошел.
 - Иногда, всё же, можно найти чудо. - вздохнув, я убрала упавшие на глаза волосы, устало посмотрела в спокойные глаза. - Ты прав. Вера свойственна горячим сердцам, в которых молчат сомнения и разум, но живут чувства. Но если нет веры, а есть знание...
 - Легче быть одному.
 Я бледно улыбнулась.
 - Мне повезло: тогда во мне была вера и чувства вкупе с наглостью.
 - А что есть сейчас? - тихий-тихий вопрос.
 Я поставила кружку на столик, встала, подошла к замершему статуей мужчине, вынула из его рук его кружку, поставила рядом со своей.
 - Разум, пока все эмоции отключил защитный механизм. - улыбка сама собой появлялась на губах, но веселья во мне не было.
 Пальцы коснулись его щеки едва-едва, на излете движения. Легко. Ласково. Лишь обозначая.
 - Мне безразлична эта реальность. Знал бы ты, настолько глубоко и полно... Я могу с легкой душой развернуться и уйти, позволяя всему разваливаться на глазах. Меня не будут волновать триллионы смертей, которые могут произойти из-за моего бездействия. Или из-за моих действий. Я знаю, как выжить и уйти в новую жизнь, не встряв здесь.
 Он молчал, неотрывно глядя мне в глаза.
 - Сейчас, когда исчезли идеализм и вера в разумных, пусть довольно... отрицательная по сути, когда пропал азарт и любопытство... - я покачала головой. - Во мне не возникло чувство долга. Народ, частью которого я стала по случайности, не вызывает во мне желания за него сражаться. Это государство - Пространство Цитадели - не стоит затраченных усилий: я слишком хорошо знаю, какое оно на самом деле, и какие неприглядные тайны хранятся у каждого из населяющих его народов. Я знаю, что они делали и что сделают, когда над ними нависнет угроза уничтожения.
 Турианец слушал внимательно, всматривался в мое лицо и... молчал. Как молчит асур, тихой тенью вышедший вслед за нами.
 - Ради кого мне сражаться? Ради кроганов? Они не оценят чужой жертвы. Они вообще ничего не ценят и понимают только грубую силу. Ради азари? Они лгут всем вокруг с легкостью и изяществом куртизанки, ублажающей постоянного клиента. Ради волусов? Они ценят деньги и влияние. Ради дреллов? Народа, добровольно живущего в рабстве и не желающего думать? Или, может, ради батарианцев? Так они относятся ко всем хуже ворча, и вообще никого не ценят. Даже своих сородичей. Так зачем мне что-то ради них делать?
 Найлус все так же молчал и слушал мои слова. Злые и неприглядные слова. Понятные ему.
 - Пожалуй, единственный народ, ради которого стоит здесь поднять задницу - это твой народ, Найлус. И то, не ради всех и каждого. Да, вам знакомо понятие чести, порядочности и верности. Но... не всем. У вас достаточно своих отбросов и мразей, которых не прирезали вовремя. Как и в других народах хватает достойных разумных.
 Качнув головой, я подняла взгляд на сумрачного мужчину.
 - Выборку не сделать. Нельзя отделить достойных от грязи вида. Нельзя... гуманными средствами. А те методы, которые позволяют подобное... За них проклянут. Вот и остается или сражаться за выживание всех без исключений, или оставлять вымирать тоже всех.
 - Но ты выбрала сражаться. - тихо произнес он. - Даже сейчас, ведя этот разговор, ты не собираешься отказываться от... нас.
 На последнем слове он запнулся. На краткий миг, подбирая нужное и правильное слово. И он его подобрал. То единственно-верное и нужное...
 - Да, Найлус. Я не собираюсь отказываться от вас. И именно из-за вас и ради вас я буду сражаться за тех, кого при возможности я по-тихому придавлю своими или чужими руками, чтобы они не портили генофонд вида и не разносили свою мораль и гнилую идеологию.
 Я улыбнулась, глядя на него. Грустно сейчас. От таких разговоров, от такой ситуации. Просто грустно. Даже злиться не хочу. И не могу.
 Проклятый защитный механизм...
 - Вы - то единственное, ради чего я буду работать. Не ради абстрактного блага для всех. Не бывает блага для всех. Не ради выживания тех, о ком я не знаю и никогда не узнаю. Мне плевать на Великие Цели и Дела. Благородство и самопожертвование подавляющая масса разумных не оценит, а те, кто может оценить, быстро забудут про героя, спасшего их ценой собственной жизни. А если герой не помрет, если начнутся сложности и проблемы... Ты отлично знаешь, насколько коротка и избирательна память народов и так званых "гражданских", "мирного населения" и "ни в чем не повинных разумных". И как легко они забывают добро, но как долго помнят собственные... тяжести и печали, особенно, если есть кто-то, кого можно в них обвинить.
 Найлус хмыкнул и коротко кивнул. Он на собственном опыте знает, как умеют... неверно понимать действия разумные, видящие лишь вершину действий. Самые явные последствия работы: трупы, разрушения, пренебрежение законом и прочие последствия работы на грани законности и за чертой допустимого. То, из-за чего у него проблемы с юстициарами азари.
 - Гаррус верит в честность и порядочность. Даже после того, что он видел, работая следователем СБЦ. Он... - я запнулась, подбирая слова. - Его вера... освещает этот мир. Таких как он мало. Он понимает справедливость как никто из нас. Он - наша совесть. Моя совесть. И именно он не позволит мне просто уйти.
 - Он не остановит. - едва слышно прошептал Найлус.
 - Нет. Не остановит. Хуже, он последует за нами, даже если это действие пройдет вразрез его природе и самой его сути. Но именно эти его качества, его вера в нас, его привязанность и любовь не позволят нам сделать то, что больно по нему ударит. - я замолчала, переводя дыхание. Отхлебнула эрга. Глянула на асура. И продолжила: - Он мне бесконечно дорог. Сейчас я могу сказать это осознанно и с полной уверенностью в своих словах. Вы мне дороги. А я предпочитаю беречь и защищать дорогих мне разумных, но не калечить их во имя непонятно чего. И не жертвовать ими. В том числе, во имя собственного безразличия к окружающим.
 Тяжелая рука легла мне на плечо, соскользнула по спине. Найлус тихо выдохнул, приобнял, уткнулся лбом мне в волосы, словно подводя черту под этой не самой приятной частью нашего разговора.
 - Как долго у тебя будет такое состояние? - прошептал он, аккуратно сжимая пальца на моих плечах.
 - Перезапуск эмоциональной сферы пройдет в промежутке между сейчас и вечером. - тихо ответила я, обнимая его. - Еще дня два эмоции будут приглушенными. Полная активность восстановится постепенно. Я могу ускорить этот процесс или притормозить, если будет необходимость.
 - Последствия?
 - Никаких. Это вопрос своевременности и удобства, не более.
 Тихий-тихий протяжный выдох, рука на моей спине мелко дрогнула.
 - Ты говорила, что тебе придется заново входить в силу.
 Риторический вопрос был лишь заголовком к тому, что его действительно интересовало. Найлус никогда не переспрашивает без причины, особенно, если знает ответ.
 - Из-за мощного силового всплеска у меня произошло частичное разрушение энергосистемы в организме. Считай - пережгло каналы от взрывной перегрузки. Они уже начали восстанавливаться, но ядро... оно меняется. Становится сильнее и формируется иначе. Из-за всплеска и распада всех конструктов в моей голове, произошел... - я запнулась, подбирая определение для термина, у которого не было аналога в этом языке. - Произошла деструктуризация внешних слоев ядра, словно вся его структура превратилась в ровный фон, идущий от оголенного внутреннего "реактора" - от души.
 Найлус отстранился, всмотрелся мне в глаза. Сумрачный и хмурый. Мои слова его не радуют. Переживает за меня. Боится. Но молчит и ждет, пока я закончу объяснения.
 - Формирование этих слоев зависит от личности и от состояния рассудка. - тихо продолжила я. - Сейчас я... другая. Ядро переформируется иначе. Раскроется то, что до этого спало. Возможно, что-то еще мне станет сложнее делать, что-то легче. Но я уже становлюсь сильнее. Хотя бы потому, что у меня исчезли ограничители в голове, заставлявшие меня верить, что мне что-то не дается.
 Короткая хмурая пауза и четкая просьба сродни приказу:
 - Поясни.
 Как бы так рассказать... Вроде бы очевидные вещи, про которые я сама забыла. На которые не обращала внимания и даже не задумывалась об этом.
 - Найлус. Разумный или может работать с энергией, становясь магом, или нет. Не бывает промежуточных вариантов: это последствия или необразованности и неразвитости, или ограничителей. Как внутренних, так и внешних вроде естественного сопротивления среды. Легкость и сложность в работе зависят только от личной силы и развития, от знаний и от того, как этот разумный относится к тому, что делает. Во что он верит. Я верила, что светлая магия мне тяжело дается. И она давалась мне тяжело. Но это... - я покачала головой. - Это не реальные трудности. Это работа разума против собственного хозяина. Самоубеждение и огромная сила внутренних запретов и веры.
 Меня он понял правильно: нахмурился, помрачнел. Тоже понял, какая проблема скрывается за этим вроде бы незначительным нюансом.
 - Откуда у тебя это?
 - Не знаю. Не помню. - я поморщилась. - Если что-то смогу вспомнить - это будет чудо. А если нет... Это будет очень плохо.
 - Причина?
 - Подобная вера может возникнуть лишь в двух случаях: при неправильном обучении, когда она вкладывалась наставниками и учителями, или... - голос упал до вкрадчивого свистящего шепота, - при принудительном взращивании подобной... слабости.
 Нервно взмахнув рукой, я начала расхаживать по кают-кампании.
 - Я могу допустить, что изначально ошибка была в обучении. Это частый случай. Но я, вроде бы, прожила не один десяток жизней, а за такой срок ломаются любые догматы. Что-то узнается на практике, что-то можно увидеть в исполнении других. Появляется богатый опыт, собственные наблюдения и наработки. Но я их не ощущаю! Словно я стала магом и прошла обучение буквально в прошлой жизни. Но это не так! - я остановилась, повернулась к Найлусу, нервно подрагивая. - Тут или память меня обманывает, или я была совсем неприспособленна к обучению и накоплению опыта по разным причинам от собственного тугодумия до последствий работы Цитадели.
 - Цитадель может так влиять?
 - Может. Подобная структура могла сбрасывать всю память, которая по мнению ее создателя была... не существенна для хранения.
 Я замерла, нервно дернув плечами. Осознавать, что моя память могла быть прорежена и обнулена Цитаделью... Меня это резало как ножом. Хуже, что я даже не могу отследить масштабы потерь!
 Это... ужасает.
 - Опять же, Цитадель может быть причиной отсутствия критичности в работе, она же - сбрасывать и обрывать желания экспериментировать и пытаться как-то... расти над собой.
 О да! Цитадель - коварная. Этот... конструкт может быть полезным, если делаешь его сам, а может быть, как ментальный паразит и ограничитель, если разрабатывался со злым умыслом. Любая работа менталиста многогранна! Любой конструкт двоякий!
 - Я не знаю, что было фундаментом моей Цитадели. У меня не было ни времени, ни возможности, ни даже шанса заглянуть под красивую обертку смутно знакомого здания. Если бы конструкт инициировал защитные протоколы... - я вздрогнула, непроизвольно поежилась. - Поверь, защититься от срабатывания уже установленных в голове структур почти невозможно. Чем профессиональнее и опытнее мастер, тем меньше шансов у жертвы. Единственная возможность освободиться - это грубый слом. Как тот, который сделала я. Рискованный метод. Но именно негатор, разваливающий все, что есть в голове - наиболее надежный механизм. И то, он не дает гарантии, а лишь шанс на свободу.
 - Только шанс? - едва слышно переспросил Аэтера.
 - Глубинные закладки могли быть и на подсознательных уровней, а до них негатор может не добить. - буркнула я. - Но их реально вычислить и убрать. Их видно, да и срабатывают они иначе. Не так резко.
 Найлус стоял сумрачной статуей. Почти не шевелясь, крепко стискивая пальцы на моих плечах, он смотрел куда-то в стену за моей спиной и наливался холодной тягучей яростью. Не надо чувствовать эмоции, чтобы это заметить.
 - Что могла делать Цитадель? - низкий голос дрожал от ярости и упал до глухого рокочущего рыка.
 - Контроль над мышлением, сортировка, зачистка и искажение памяти, влияние на логической, абстрактное и критическое мышление. - отвечала я коротко и сухо, как на отчете. - Балансировка эмоций, купирование ненужных механизмов в работе рассудка. Что угодно. Блочная динамическая структура, способная подстраиваться под разум носителя как полноценный живой паразит.
 Вот теперь его по-настоящему проняло.
 - Если это была чья-то работа... Этот разумный до сих пор жив? - тихий вопрос.
 - А что ему будет? Такое делают мастера с огромным опытом и сроком жизни. - зло рыкнула я. - Найлус, наивно верить, что это существо уже померло. Время в воплощенных реальностях течет не так, как в остальном Мультиверсуме: тысячелетия здесь могут уложиться в мгновение. Тысячи жизней пролетят за абсолютный год. Потому что воплощенные реальности существуют, пока жив эгрегор, а он живой, пока жив народ, который его поддерживает. Редко когда эгрегоры надолго переживают породившую их цивилизацию. Это тут проходят столетия, десятилетия. Но не для мира, который создал это всё. И не для других миров, живущих по общему временному потоку. А это значит...
 - Что твой враг может быть жив всё это время.
 - Да.
 Мы стояли и смотрели друг на друга, почти не мигая, не отводя взгляда. Он всматривался в меня, вслушивался в мои мысли и зарождающиеся проблески эмоций, уже начавшие расцвечивать серую пустоту в моей голове. Молчал и Аэтера. Слушал, всматривался в нас, но пока не вмешивался в разговор.
 Молчание затягивалось тяжелой сумрачной паузой, давящей на голову.
 - Найлус.
 Он склонил голову набок, вопросительно приподнял надбровную пластинку.
 - Прямо сейчас это неважно: в конкретную воплощенную реальность попасть практически невозможно. Их слишком много. Если, конечно, речь не о ее создателе, инициировавшего формирование воплощенной реальности извне и отслеживающего развитие своей игрушки.
 - А если...
 - Тогда совсем плохо. Потому как власть хозяина абсолютна. - я криво усмехнулась. - Но это - Отражение. А их создать принудительно не получится, насколько я знаю. Они - результат случайности и никак иначе. Такая себе дополнительная переменная в сильных эгрегорах, позволяющая им выжить даже после гибели цивилизации, породившей материнскую структуру. Наше Отражение еще только формируется. Пока мне удается предугадать пожелания реальности. Как видите, откаты... явные откаты прекратились.
 - А неявные? - тихо спросил Аэте.
 - Не без них, но это мелочи, балансируемые ответными бонусами за сообразительность. - я отмахнулась. - Еще одно свойство Отражения - детали. Такие миры всегда богаче обычных воплощенных реальностей. В них много того, что никак не показано и не описано. Того, что может быть, а может и не быть. Вроде того магазинчика, где я покупала травы.
 Двери кают-кампании с едва слышным свистящим шипением ушли в стены, пропуская к нам Гарруса. Сонного, одетого в одни штаны. С неизменным визором, опущенным на глаза. Парень прошел мимо нас, медленно сел в кресло и лишь тогда демонстративно поднял с глаз экран визора.
 Работающего визора...
 Яркие умные голубые глаза смотрели на нас с затаенной укоризной и тем спокойствием, какое свойственно молодому турианцу во время работы. Он ничего не говорил. Просто смотрел на нас с укором и какой-то странной иронией. А мне становилось стыдно и неловко. Неловко из-за грустного укора в глазах. И стыдно от понимания, как мы... забыли за его домашней добротой и обаятельностью, кто такой Гаррус Вакариан.
 - Прости. - прошептала я.
 Мандибулы шевельнулись в едва заметной улыбке, взгляд смягчился.
 - Не делайте так. - спокойно ответил он, выключая визор.
 - Виноваты. - покаянно произнес Найлус без тени раскаяния в голове. - Не хотели тебя будить.
 - У меня чуткий сон. - Гаррус фыркнул, улыбаясь.
 - А визор позволяет слышать нас дословно? - спросила я, тяжко вздохнув.
 Улыбка стала шире.
 - Полагаю, не только слышать. - проворчал Найлус.
 - На твоем корабле практически стандартные протоколы защиты. - Гаррус пожал плечами.
 - Ты подключился к ВИ?
 В ответ - согласный кивок и еще одна улыбка.
 - Всё слышал? - сумрачный вопрос.
 - Что пропустил - восстановил по записи. - невозмутимо ответил парень. - Запись разговоров установлена еще во времена начала службы следователем. Я боялся пропустить что-то важное.
 Найлус тихо выматерился, прикрыв лицо рукой.
 А чего мы ожидали, забыв, что наше голубоглазое чудо заслуженно носит звание эраза? Молодой парень, прошедший обучение на диверсанта, артиллериста, проработавший следователем в СБЦ! Естественно, он узнал все, что хотел!
 - Зато рассказывать дважды не придется. - философски заметила я. - Эрг хочешь?
 Гаррус кивнул.
 - Я сделаю. - тихо сказал Аэтера. - Завтрак принесу. Кира проснулась, скоро выйдет.
 Что-то у всех сегодня ранний подъем. Время же - середина ночи...
 - Мы вас разбудили?
 - Корабль маленький, а мы все... чувствительны к движению, шуму и к эмоциям. - словно в ответ на мои мысли произнес асур. - Не надо переживать за наш сон и отдых. Сейчас спокойное время. Мы не устаем. - последние слова донеслись уже из кухни под стук выставляемых на стол кружек. - Но нам хочется знать, что с тобой будет дальше.
 В кают-кампанию проскользнула взъерошенная, но бодрая после быстрого душа Кира. Влажные коротко остриженные волосы задорно завивались колечками, на щеках цвел румянец, а в глазах - тревога. Тоже слышала...
 Видимо, слух асуров достаточно острый, чтобы узнать все необходимое даже сквозь закрытые двери.
 - Что будет дальше... - я поморщилась, прогребла волосы. - Дальше вам понадобится терпение, крепкие нервы и умение слушать меня, не принимая близко к сердцу то, что я вам буду говорить. И то, как я буду себя вести.
 - Ты уже попадала в подобную ситуацию? - спросил Гаррус.
 - На моей памяти - нет. Но я хорошо знаю, как именно работает подобный механизм и что происходит в это время. - честно ответила я. - Прогонится весь спектр эмоций от апатии, уныния, саможалости и слез-соплей до ярости, ненависти, бешенства и ядовитой раздражительности. Это нормально. Но поведение и состояние будут соответствовать тому, какая именно эмоция сейчас доминирует. И насколько сильно повышена или понижена планка рассудочности и умения трезво мыслить. Это тоже входит в процесс перезапуска. Так что ждите разброс от полусумасшедшего ребенка до холодного почти машинного разума.
 Дав время оценить сказанное, добавила:
 - Я не буду растягивать удовольствие перезапуска эмоциональной среды. Проще отмучаться один день, чем размазывать это сомнительное состояние истерички-неврастеника на несколько суток.
 Гаррус слушал и хмурился. Найлус оставался спокоен. Асуры... у Аэтеры - живой интеерс. Кира встревожена.
 - Но это будет честно. - тихо произнес Найлус. - Все слова, реакции, отношение.
 - Честнее некуда. - уныло согласилась я. - Одно хорошо: сегодня и завтра - никакой магии не будет даже в теории. Даже на пике эмоциональных всплесков. И менталистики тоже. Я не смогу нанести вреда, когда в моем воспаленном мозгу такое желание возникнет. А оно будет, поверьте. Любое неверное слово, не выполненная блажь, перекос в голове, не тот жест, не такой взгляд, и я буду... - я отмахнулась.
 Даже предполагать не хочу, как фигурно могут вильнуть мои мысли и как меня перекосит. Хорошо если закончится просто некрасивыми словами и странным состоянием. Плохо, если активизируется самые... сумрачные мои черты характера, про которые никто из них не знает. Хуже то, что я сама не очень-то знаю, что может всплыть. Достаточно того, что я уже успела заметить и отследить в нетипичных действиях и в непроизвольной реакции. Как тогда, ночью на Цитадели. Но на корабле у меня нет врагов и раздражительных факторов, мы идем по перегону, и связи тоже не будет. Никто не сможет со мной связаться и что-то не то сказать. И я сама тоже не смогу выйти на связь.
 Самое удачное время для подобных... манипуляций.
 - Еще меня может потянуть на другие... подвиги. - тихо добавила я. - Тоже сомнительные, хоть и... приятные.
 Меня поняли правильно: зеленые глаза сперва расширились, а потом сузились, ирония исчезла, как и веселье.
 - В чем сомнительность?
 - В выборе.
 - Порывы будут честные? - тихий вопрос.
 - Абсолютно. На тот момент и на то состояние рассудка. Я могу решить, что так - правильно и нужно. Почему? Спрашивайте в тот момент, если хотите получить ответ.
 Найлус коротко кивнул.
 - Хочу еще предупредить, что усиление разброса и колебаний будет нарастать. Сперва пройдут простые психи, истерики, вероятно - наезды. Не исключаю подобного. - я криво улыбнулась. - Каждому из вас есть что предъявить. Поверьте, я это сделаю. Но потом... - я покачала головой. - Потом начнется раскрутка подсознания, и вот тогда будет самое сумрачное время. Я не могу его пройти во сне: разум должен быть активным, чтобы давать нормальные реакции. Меня не стоит закрывать. Могу попробовать свалить в другой мир. Притом, успешно.
 Осмотрев сумрачных мужчин, растерянно замершую девушку, хмыкнула.
 - О, поверьте, если наложится несколько удачных факторов, ничего во мне не дрогнет и ничего не остановит. А еще меня может осенить идея, что вам в другим мире тоже будет лучше, чем здесь. И вы туда уедете вместе со мной. Хотите вы этого или нет. Никакие слова не переубедят. Если вообще успеете что-то заметить: в помрачнении разумные обычно очень изобретательные и способны на чудеса, когда не надо. Так что будьте внимательны. Особенно, если я стану тихой.
 - Учту. - коротко ответил Найлус. - Что еще стоит знать?
 Я задумалась, перебирая возможные последствия и сложности, но ничего нового не придумала.
 - Вроде, все сказала. - я вздохнула, прогребла волосы. - Надеюсь, завтра я не пожалею, что в эти сутки вы будете свидетелями моего состояния...
 - Вопрос доверия, Имрир. - произнес Найлус.
 О да... Это вопрос доверия. Но не к ним. В них я уверена, насколько могу быть уверена в разумных. А вот в себе...
 Одно радует: они все сейчас сильнее меня. Я не смогу нанести вреда ни им, ни себе, ни кораблю. Даже если мне захочется. А мне захочется. Наверняка хоть раз какая-то мысль стрельнет не так, как надо.
 Никто не знает, что он такое в моменты, когда рассудок становится... специфическим, колеблясь на грани безумия со своей логикой и особенностями реакций, пока хоть раз не падет в такое состояние. Нельзя предугадать, как вильнут мысли, что станет триггером, который запустит фатальную реакцию перетекающих эмоций, слов, действий и бессистемной логики.
 Состояние сродни сумасшествию. Даже не безумию. Просто - сумасшествию.
 Аэтера принес поднос с завтраком, и все разговоры сами собой закончились. Утреннее напряжение медленно истаивало, беседа становилась легче и живее, а у меня нарастало странное ощущение эфирной легкости и эйфории...
 
 
 
 Утром следующих суток я лежала на кровати и... просматривала воспоминания о вчерашнем дне. Мозги работали на удивление четко, в голове - ни следа дурмана, ни тени того кошмара, в котором я пребывала на протяжении дня и части ночи. Но память была беспощадна, мелочно вываливая на меня мельчайшие подробности моих действий, особенности логики и всю палитру эмоций, которые тогда меня накрывали.
 Это была какая-то дичь...
 Сперва ничего особо критичного не происходило. У меня потихоньку начинали проявляться эмоции. Мелкая радость от вида родных и близких, чувство гордости, мелочное злорадство от воспоминания про запоздавший звонок Удины, страх от предстоящей встречи с Властелином, азарт, снова радость. Злость от задержки. Гнев и зачатки ненависти к тому, кто это со мной сделал. Спектр расширялся в процессе неспешной беседы, и я не сразу обратила внимание на странные взгляды парней. А когда заметила...
 Они меня взбесили.
 Первый резкий скачек настроение перерос в наезды и вспышку агрессии, мгновенно перетекшую в нытье и слезы за то, что меня никто не любит и вообще считают чудовищем. Критическое мышление меня по-тихому покинуло, помахав напоследок прихваченной с собой крышей, а я радостно каталась на эмоциональных качелях, вываливая на головы благодарных слушателей все, что бурлило в моей башке.
 Воспоминания я проматывала, как дурную комедию и ужастик одновременно. Истерика, вспышка гнева, снова истерика, потом - момент просветления в краткий период мелкого перезапуска среды. Когда меня попустило первый раз, мне стало настолько мучительно стыдно, что никакие слова не передадут. Зато Найлус неожиданно признался, что его это все... радует.
 Потерев лоб, я рвано выдохнула, вновь отматывая полотно памяти на нужный момент.
 
 - Меня это порадовало.
 Громкие уверенные слова и бодрый тон выдернул меня из самоуничижения, вынуждая поднять взгляд на развалившегося напротив меня темнокожего турианца.
 - Ты серьезно? - осторожно спросила я.
 Найлус пожал плечами и... кивнул.
 - Это же дичь какая-то! - буркнула я, вновь начиная ощущать предательскую легкость. - Я же вам наговорила...
 - Правду. - тихо прошептал Гаррус.
 Парень подсел ко мне, ласково погладил, но в его глазах была лишь грусть и затаенная боль.
 - Ты права: я дурак и веду себя как инфантильный малолетка, если до сих пор не смог заставить себя прийти к отцу и поговорить с ним, раз и навсегда определив, что каждый из нас боится увидеть друг в друге.
 Мне было стыдно...
 - Гаррус...
 - Имрир. Ты права: отец меня любит и переживает за мое благополучие. - парень сидел чуть сгорбившись, расстроенно опустив плечи. - Но он не дурак... Он просто...
 - Он идиот, неспособный донести информацию до собственного сына простыми и понятными словами с полным путем создания логической цепочки, приведшей его к подобным выводам. - неожиданно-зло отбрила я. - Вы оба не в состоянии услышать друг друга! Когда вы пойдете на компромисс? Когда один будет стоять над могилой другого? Тогда вы поступитесь своими принципами и нежно лелеемой гордостью и долгом?
 Меня снова начало заносить, но я не могла заставить себя заткнуться. Слова рвались сами собой, выплескивая всё, что накопилось в моей дурной голове.
 - А я? - иронично спросил Найлус.
 Интересно тебе?
 - А ты просто слепой долбоеб. - буркнула я. - За столько лет не заметил в друге и наставнике странностей? Глаза твои в какой жопе находятся? Ты что, не видел, что он разваливается на глазах? И что там от тела одни имплантаты остались?
 Найлус улыбался все шире, но глаза на мгновение потемнели: мои слова его все же задели.
 - Так я его не видел.
 - Так ты его еще и не видел за все это время?!! - злость полыхнула ядерным взрывом, выбелив мир перед глазами. - Какой ты, к демонам, друг, если за все это время...
 
 
 Я остановила запись, вновь потерла лоб. Найлус тогда просто переключил на себя мое внимание, спасая Гарруса. Увидел, что я только разогналась и готовилась еще много что сказать. Было еще что, но я рада, что те слова так и остались несказанными. Зато сам Найлус выслушал немало. На записи еще больше часу ору. По всем проехалась... Даже Аэте своих словил. Но асур с моими словами просто согласился, чем выбесил еще больше. Но ярость... словно прорвала тогда что-то в моей голове, выкидывая в странное легкое состояние. Доброе и ласкучее.
 Короткий ментальный приказ, запись промоталась до нужной закладки...
 
 
 Белый-белый убийца улыбался. Красивый. Сильный. Чистый от зла. Его ведь делали для этого. Чтобы убивать. Чтобы чистить гнилье и грязь по галактике.
 Тогда почему он...
 Может, его просто попросить? Он же хороший. Он согласится, если правильно попросить...
 - Аэте, Аэте, Аэте... - я подсела ближе, заглядывая в красивые фиолетовые глаза. - Аэте, позови своих, а... Ну давай, ну позови, позови, - голос упал до тихого умоляюще-зазывного шепота. - А потом мы их всех убьем. Всех-всех-всех. Совсем всех.
 Красивый убийца приподнял бровь, наклонил голову, как птица. Не понимает? Или спрашивает? Я скажу...
 - Тогда Старшим не надо будет их убивать. Мы сами их убьем. - я улыбнулась ему, а он - улыбнулся в ответ.
 - Испортишь миры. - мягко проворкотал он, склоняясь ко мне.
 Не-не-не... Не испорчу. Все будет правильно.
 - А они все сгниют... Быстро. Пара лет и все, мир станет чистым-чистым. Только кости останутся. Но они тоже потом уйдут в почву. И совсем чисто станет.
 В фиолетовых глазах искрился смех и веселье. Ему нравится.
 Он же согласен...
 - Ну позови своих, Аэтера. Давай-давай. Сделаем тут чисто и спокойно. Никаких батаров и азари. Никаких людей и салар. И кроганов на компост... Они большие. Много мяса. Много будет чернозема... Только животные и растения. Они не воюют. Они тихие. Хорошо будет. И красиво. Спокойно. Потом все равно новые неразумные разумные будут. И их потом снова надо будет убивать. Потому что они... дурные!
 Вспышка гнева на миг застлала глаза.
 - Аэтера! Ну давай, вызови свой флот. Я знаю. Тебе не откажут.
 Фиолетовые глаза опасно сузились, асур напрягся.
 - Я знаю. Ты не дрогнешь разумом, видя геноцид. По твоему приказу придут те, кто тебе подчинен. Ты же Первородный! Ты можешь отдавать приказы своим младшим. Так отдай им приказ, который они так ждут, и наведи ты порядок в этом сраном Пространстве Цитадели! Эта помойка провоняла гнилью, кровью и трупами! Интриги, духовная низость, рабство, идейное дерьмо и ложь. Везде - ложь!
 Он смотрел на меня и молчал. И мне стало так обидно...
 - Почему ты позволяешь всему этому происходить? Что тебе стоит...
 
 
 Даже не знаю, грустно мне или смешно от всего высказанного.
 Что забавно, стыда уже не было. Найлус прав в одном: я была честной до отвращения. Все, что я им наговорила - это было честно. И в этом проблема.
 А уж как я Киру приласкала... Хорошо хоть асура так растерялась, что не сразу нашла что сказать на мои слова.
 
 
 - Хватит уже ныть по погибшему брату! Все умирают! Рано или поздно! Тебе еще повезло: иллюзия нашла тело пацана, поглотила душу с духом и стала тем, кого поглотила!
 - Поглотила?
 - Сожрала! - рыкнула я. - Как могла пыталась. Но это иллюзия, и душе навредить не могла технически! Потому и взяла себе как свою душу. А поскольку духа не было, то и слизала с трупа всё, что смогла слизать. Память, внешность, повадки, даже остатки ноосферного слоя. Так что по факту, мой недосмотр устроил твоему брату незапланированное досрочное перерождение! А ты тут... - я фыркнула. - Устраиваешь трагедию жизни, будто ни у кого никто никогда не умирал, а ты единственная такая несчастная!
 Кира раздраженно рыкнула, а меня этот рык выбесил до искр.
 - Ты еще порычи на меня! Да какого... Да как ты смеешь! Соберись уже! Хватит размазывать моральные сопли по себе и окружающим! Ты же асура! Ну так не позорь свой новый вид человечьим дерьмом!
 - А сама-то? - злобно буркнула Кира, больно задетая моими словами.
 - А что я?
 - Сама сопли разводишь и жуешь моральные проблемы!
 Вот же...
 - Хочу и жую!
 - Хочу и ною! - в тон мне проорала Кира, приподнимаясь.
 Тихий-тихий смех полоснул по нервам, отвлекая. Мы резко повернулись.
 Развалившись в кресле напротив нас, сидел Аэтера и... заливисто смеялся.
 - Чего ты ржешь?!!
 Слитный, полный негодования ор вызвал лишь новый всплеск истеричного смеха, к которому добавился громкий гогот не выдержавшего Найлуса.
 
 
 Мы с Кирой тогда не вцепились друг в друга только из-за Аэтеры. Асур рассмеялся. Искренне, заливисто, с непередаваемым умилением на роже. Правда, на него уже наорали мы вдвоем. И на Найлуса тоже. Но мужчины просто проржались, а мне... стало так обидно, что никакие слова не передадут. У меня из-за ора сел голос до сипа. Это добило мои расшатанные нервы, и я беспардонно разревелась от жгучей детской обиды. Успокаивали они меня все вместе, пока не начался новый виток загона. Тот самый, альтернативный.
 Найлус тогда спросил о причинах моего выбора и желаний. А я ответила. Что именно говорила - не знаю. Запись ментальный разговор не передает, а тогда не было слов. Были лишь образы, эмоции, ощущение и восприятие. То, в чем не соврать. То, что не подделать и в чем не бывает двоякости. Они даже согласились с моим мнением. Приняли. Это не противоречило их природе и психике, и не создало лишних... проблем.
 Я вновь потерла лоб, сумрачно глядя на экран.
 - Иногда я сама себе удивляюсь... - прошептала, глядя на то, что мне равнодушно показывала запись.
 Но произошедшее в тот момент было хоть и оригинальным вывертом мозгов, но ожидаемым. А вот то, что началось дальше...
 Я ведь действительно захотела уйти из этого мира с теми, кто мне дорог. Я хотела их вытащить из этого говна. И даже почти получилось.
 Запись вновь перемоталась, показывая мне то, чего не должно было случиться. У меня ведь нет магии. И до сих пор нет. Но, как выяснилось, мне не нужна магия, чтобы ее творить. Достаточно сумрачных знаний, всплывших откуда-то из глубин спящей памяти.
 Камеры на этом корабле хорошие. Они дают отличное качество картинки. И они подробно запечатлели, как я, ползая на карачках, рисовала на полу развилки коридоров стащенной с камбуза сметаной простенький рисунок. Сперва это была просто сметанная размазня, но в какой-то момент эти линии вплавились в крепкий металл, замерцали... после завершения самого рисунка. Дальше - руны. Ломанные, странные, словно глифовая клинопись с красивым разлетом арабской вязи. Той же сметаной, пальцем.
 Парни заметили неладное не сразу, а когда пришли - было уже поздно. Активация чертежа поставила барьер, который они не могли преодолеть. Он был непроницаем для физических и энергетических объектов. Но звуки он пропускал. Найлус меня расспрашивал о том, что я делаю. А я отвечала. Странным воркочущим голосом, от которого у меня даже сейчас дыбом шерсть на загривке встает, даже та, которой нет. Потом он пытался убедить меня остановиться. Нервничал. Психовал. Умолял. Безуспешно. Я отвечала, продолжая рисовать. Я даже закончила рисунок, когда пришел Аэтера.
 Он смог найти единственно-верные слова, которые заставили меня прислушаться. Услышать. Понять. И перехватить сорвавшуюся с моего пальца каплю крови. Если бы она упала на активирующий узел....
 Я снова потерла переносицу.
 Единственно-верная просьба...
 "Не бросай его здесь".
 Сарен.
 Аэтера просил за него, а я не могла ему отказать. В тот момент мой разум работал очень четко и точно, простраивая все ассоциативные и логические связи за мгновения, рассматривая событийное и причинно-следственное полотно. Мне хватило времени, пока капля крови набиралась на пальце и готовилась упасть, чтобы оценить сказанное, понять, о ком идет речь, вспомнить и заново пересмотреть свое отношение к этому разумному, признать его достойным спасения и поймать каплю в полете, обрывая ритуал.
 Я вновь перемотала запись.
 Сколько я помню магических миров, независимо от их развития и пути, по которому пошла магическая наука, везде есть ритуалистика, алхимия и малефицизм в той или иной мере. Всегда варят зелья. Всегда используют рисунки для опоры заклинаний - хотя бы простейшие. И всегда есть проклятия. Эти три дисциплины я учила и отлично знаю, насколько они универсальны и могущественны. Но то, что я делала... я не помню, где бы я могла такое подцепить, хотя кровь и жертвы - частая основа ритуалов. Тем более, добровольная. Я такие знаю даже в целительской среде: сама использовала сразу по прибытию сюда. Но я не узнаю символы.
 Тихий шелест двери прервал мои самокопания: в каюту зашел Найлус. Увидев, что я не сплю, улыбнулся, подошел, сел на край кровати.
 - Просматриваешь вчерашнее? - мягко спросил он, а в голосе искрилось веселье и сокрытая тревога: то, что он увидел на экране, рвано дернуло за нервы.
 Я коротко кивнула, вновь потерла лоб.
 - Это был очень... насыщенный день. - тихо буркнула я.
 Он улыбнулся, ласково погладил меня по голове.
 - Я рад, что он закончился... без неожиданностей.
 - Ты про это? - я кивнула на экран.
 Найлус согласно прикрыл глаза.
 - Не ожидали... - он запнулся. - Ты говорила, что магия тебе недоступна.
 - Она мне по-прежнему недоступна.
 - А это?
 - А для этого мне не нужна личная магия. - мягко произнесла я, ласково огладив его по лицу. - Для такого не надо ничего, кроме знания о том, как это сделать. Все остальное сделает сама реальность. Надо было лишь капнуть крови на чертеж, заверяя свои намерения и сделку с Мультиверсумом. Другой уровень, другие правила, другие механизмы.
 - Любой может?
 - Любой, у кого есть знания.
 - Защититься от такого можно?
 Я покачала головой.
 - Нельзя. Поэтому тех, кто практикует эту науку и является в ней Мастером, так боятся и не любят. Их убивают при любой возможности, стараясь бить наверняка. Слишком они могут быть... опасными и неудобными противниками.
 - Могу понять.
 - За все свои жизни я так ни разу не встретила Мастера-ритуалиста, хотя я очень искала. Но я хотя бы находила книги. - я улыбнулась, вспоминая, как в одной из жизни воровала книжки у эльфов. - Скорее всего, про это, - я кивнула на экран, - я вычитала в каком-то фолианте. Не могу вспомнить. Но ничего подобного тоже не всплывает в памяти. Скорее всего, это одиночные знания.
 Найлус слушал внимательно, всматривался в мое лицо. Не знаю, что он хотел увидеть или найти: моя проницательность сегодня далека от идеала.
 - Как Гаррус? - тихо спросила я.
 Моральное состояние нашего светлого сокровища меня волнует куда больше, чем неудавшееся жертвоприношение со мной в главной роли.
 - Всю ночь не спал, думал. Переосмысливал то, что раньше ему казалось нормой жизни. - Найлус шевельнул мандибулами в усмешке. - Твои слова пошли ему на пользу. О многом задумался. Пересмотрел приоритеты.
 Зеленые глаза смотрели тепло и по-доброму, окончательно утратив проблески подозрительности и скрытной недоверчивости.
 - Не хочу его обижать.
 Невысказанные опасения были поняты верно:
 - В твоих словах не было ничего такого, чего он бы не знал сам.
 - Все равно неприятно было. - я вздохнула. - Но ты ведь пришел не за этим.
 Он согласно кивнул.
 - Имрир. - когтистая ладонь собственнически огладила меня по щеке. - Я пришел сказать, что мы выходим из перегона через минут сорок. - зеленые глаза стрельнули на хронометр на стене. - Через тридцать три.
 Что?
 Я растерянно хлопнула глазами, резко села.
 - Так скоро?!
 - Тебе хватит времени встать и привести себя в порядок, пока мы будем проходить всю волокиту на таможне и снижаться к планете.
 С этими словами он встал и ушел, а я подскочила с кровати. У меня еще есть время по-быстрому принять душ и подготовиться к прибытию на эту, несомненно, прекрасную и тихую туристическую планету, о которой я не знала ничего, кроме того, что она - туристическая.
 
 
 * * *
 
 Статный черноволосый мужчина свернул окна инструментрона, отключил устройство и безразлично отбросил чужую руку. Поиски вновь завели в тупик: курьер Теневого Посредника не владел нужной ему информаций. Доступа к базе данных у погибшего ожидаемо не было. Покупать информацию и делать запрос нельзя: ни к чему сообщать, что человеческим Спектром кто-то заинтересовался насколько, что обратился к Теневому Посреднику. Тем более, не стоит упоминать об истинной цели поисков, к которой его рано или поздно приведет Спектр.
 Равнодушный взгляд скользнул по изуродованному трупу волуса. Зря потратил на него время, поверив словам... напарницы. Она снова его подвела, направив по ложному следу. Информатор тоже ошибся: цель покинула станцию слишком быстро. Быстрее, чем он успел прибыть. Впредь ему стоит меньше верить чужим словам и больше полагаться на свою интуицию и на то, что ему сообщают его люди.
 Мужчина подхватил простой одноручный меч, вытер лезвие от крови, убрал оружие в ножны и исчез во тьме технических туннелей Цитадели.
 
 * * *
 Три дня спустя
 
 Чистое, безгранично-глубокое небо, еще полное звезд, расстилается над головой, тронутое призрачно-розовым свечением начала зари. Удивительное время тишины и покоя пробуждающегося мира. Прибой омывает ноги прохладной водой, поблескивающей искорками. Волшебное зрелище накатывающего искристого прибоя. Каждый перелив волн, каждое касание рождает всплеск золотого света, словно это не вода, а таящийся во тьме свет. Это чудо можно увидеть только глубокой ночью и ранним утром, когда на поверхность поднимаются крохотные существа.
 Вода под пальцами блестела и искрилась, как искрится, казалось, сам воздух вокруг меня. Я начинаю входить в силу. Снова. На рассвете четвертых суток в этом мире. Иначе. В уединении на побережье крохотного островка, и единственные свидетели переливаются светом в воде. Мне ничего не надо делать: все было сделано ранее. Надо лишь ждать. А в тиши и в покое память разворачивается как полотно.
 Мы прибыли сюда трое суток назад на рассвете в сиянии зари. Тихий уединенный островок, затерявшийся в огромном архипелаге дикого мира. На этой планете нет континентов, нет крупных островов и больших кусков суши. Только тысячи островов, рассыпанные огромными архипелагами по глубокому и крайне опасному океану. Отсутствие больших площадей суши сделало эту планету неудобной в глазах колонистов, ведь здесь негде развернуться. Негде строить свои уродливые города из модульных домиков. Здесь нет пахотных земель. Здесь почти невозможно докопаться до ресурсов, сокрытых километрами океана, щедро населенного опасной и агрессивной живностью.
 Легкий ветерок шевельнул волосы, принося непередаваемый аромат цветущих деревьев. Я улыбалась, глядя в горизонт. Может, это к лучшему?
 До недавнего времени мир так и оставался ничейный, пока его не купила какая-то компания и не начала пытаться развивать здесь туристический бизнес. Бизнес развивался туго: расположение планеты не позволяло давать гарантии безопасности, а мало кто из простых обывателей готов рисковать собой во время отдыха. Тем более не готовы рисковать собой богатые люди и не-люди. Найлус много рассказал мне про эту планету и многократные попытки что-то с ней сделать. Но туристический бизнес раз за разом разорялся, стоило лишь начаться нападениям на пассажирские корабли, владельцы менялись, планета ходила по рукам, пока не попала к нынешним хозяевам. Надолго ли она у них задержится? Не знаю. Возможно, вскоре этот прекрасный мир вновь окажется лотом на аукционе.
 Аура медленно разворачивалась, распространяя свое влияние на весь остров. Это не тот, на котором стоит наш дом. Даже не соседний, но сюда можно дойти по мелководью лагуны. Недолго. Пара километров. Но сейчас я здесь одна. Только я и мелкие летучие ящеры, один за другим попадающие в мою раскрывающуюся ауру и с воплями улетающие вдаль.
 О да. Они меня чувствуют. Боятся. Разбегаются.
 Пусть бегут.
 Трое суток. Столько мне понадобилось, чтобы мое ядро оправилось от перенесенного стресса и начало заново формировать рисунок моей ауры и всех внешних слоев. Как следы на железном порошке от сильного магнита. Сперва неявно. Хаотично. Но с каждым часом изменения набирали силу и вот-вот выльются в полноценную развертку структурированной ауры. Так званое повторное вхождение в силу после серьезной травмы.
 Щекотка колкими иголками пронеслась по телу. Я прикрыла глаза, расслабленно опустив руки на колени. Но я не перестала видеть мир вокруг себя. Яркий. Чистый. Сильный. Затаившийся. Следящий за мной. Мир, которого не должно быть, но который появился по нашей воле.
 Идеальное место.
 В голове вновь эта предательская легкость. Тишина. Шелест прибоя. Накатывающее давление сродни тошноте, замершее на пике и качающееся в наивысшей точке напряжения, пока...
 Тонкий яркий первый луч прорезал еще темное небо, возвещая начало рассвета. Еще, и еще, и еще, резонансом отдаваясь по мне. Иллюзия разума? Желание? Но каждый луч как проблеск моей личной силы, пробивающейся вовне.
 Еще. Еще! Еще!
 Едва над темными водами появился самый краешек светила, горизонт полыхнул короной силы подобно вспышке сверхновой, затягивая меня в этот океан мощи. Казалось, я увидела рождение Вселенной! Казалось, я могу видеть само ядро звезды. Тугое, плотно скрученное в потоках бурлящей энергии, сияющей в бездонной пустоте! И я сияла вместе с ним, чувствуя, как пропечатывается на мне узор чужой звезды и дикого, живого мира, поддержавшего меня в момент моего пика силы!
 Наверное, таково опьянение мощью. Когда все посильно. Когда нет границ. Когда видишь вокруг всю вселенную. Когда можешь пересчитать разумную жизнь в галактике искорками душ. Когда нет ничего неподвластного... Когда можно всё.
 Единственный хрупкий момент истинного могущества.
 Момент, которого я так ждала, чтобы... совершить невозможное. Запретное.
 Я смотрела в сияющий звездный огонь и впечатывала свою суть и Печать в эту роскошь, в это переплетение энергии и жизней, разлетающееся в пустоте бесконечной, но еще формирующейся цепью хрупкой, зависящей от меня реальности.
 Я - гарант выживания этой вселенной.
 Я то, что дает ей возможность жить.
 Я - ее дитя. Ее порождение. Ее защитник. Ее создатель. Ее... хозяин.
 Никто не владеет Отражением в момент его формирования. Это - случайность. Дар самого изменчивого Сюзерена, равно Творящего и Разрушающего. Дар... даденный МНЕ. И никому иному, ведь именно я здесь оказалась на острие событий в точке схождения всех путей. Так что мне мешает заявить права на эту реальность? Сейчас она никому не нужна. Никто не может объявить ее своей... изнутри. Даже тот неизвестный мне создатель асуров, ведь не он является осью мира. А я.
 Я - герой этой истории. Я!
 Желание. Истовое, искреннее желание и жажда обладать в момент наивысшего накала силы в то единственное время пика моей мощи...
 Мой мир.
 Моя реальность.
 Моя!
 А за своё я буду сражаться.
 
 Солнце неумолимо поднималось на небосвод, и так же неумолимо проходил этот волшебный момент пика силы. Аура сворачивалась, принимая свое нормальное состояние, вселенная меркла перед глазами, вновь скрывая свои тайны. Ощущение, сродни накатывающей слепоте и глухоте после обострённого зрения и чутья. Обидно, но куда от этого денешься? Вернуться в то состояние можно лишь пройдя путь развития и став по праву носителем мощи.
 Долгий-долгий путь...
 Зажмурившись до пятен, я потянулась всем телом, напрягая мышцы до звона, а потом расслабленно повалилась на золотистый песок. Эйфория проходила быстро. Да, память об этом чуде останется со мной. Теперь - останется. Я буду это помнить, буду стремиться к такому. Но... Сейчас мне просто хорошо. Я снова чувствую собственную энергию, вольно растекающуюся по телу. Я снова могу называться магом.
 Над головой появился мелкий светящийся шарик. Простой светлячок, давшийся мне легко и естественно. Напоминание мне, что я все сделала правильно. И даже более того!
 Что меня толкнуло на эту грандиозную аферу? Наложить право владения на целую реальность! Это же надо было набраться наглости... Но я набралась, я сделала, и теперь в голове появилась новая теплая нить. Как пушистый живой зверек, которого я могу погладить и получить от него ответ.
 Никаких более откатов. Никакого сопротивления самой реальности. Только действия разумных и сраный канон, который никуда не делся, потому как сохранились связи с эгрегором. Сейчас я их уже не чувствую, но в момент наложение Права Владения я почувствовала этот питающий жгут, сплетенный из множества мелких нитей. Обрыв каждой из них - нарушение канона.
 Впредь придется быть еще аккуратнее.
 Канон надо будет соблюдать как можно дольше, не позволяя эгрегору себя сбросить, пока я не придумаю, как создать ядро. То, что будет питать эту реальность и сделает из не... домен. Просто - домен по типу домена хаосита, каких миллиарды в Мультиверсуме. Ничего принципиально нового и странного. Зачем придумывать, если есть отлаженный механизм стабилизации изменчивого и нежизнеспособного пространства? Только хаоситы стабилизируют кусок пространства Хаоса, а я - кусок воплощенной реальности. Принцип и суть работы одинаковая.
 Глазея на ползущее по небу облако, красиво подсвеченное золотыми лучами, я валялась на песке и думала, решая извечный вопрос любого мага "где взять энергию?". Мне нужно силовое ядро по типу ядра Домена, чтобы удержать реальность при отрыве от эгрегора. И чем раньше я сделаю это ядро, тем раньше я смогу начать менять историю. Пока я выполняю роль этого ядра, как и любой хозяин домена. С меня тянутся силы, а я их могу получить из фона реальности и от душ, которые тут живут. Души в воплощенной реальности всегда настоящие. Только при гибели этой реальности они возвращаются туда, откуда были взяты.
 Ладно. Пока этот вопрос можно отложить до Вермайра.
 Чуткий слух донес нарастающий негромкий гул. Такой звук у бота. За мной летят.
 Хорошо. А то идти пешком до дома откровенно... лениво. Хочется внимания и заботы.
 Повернув голову на звук, я увидела его - темную кляксу быстро приближающегося бота. Я следила за ним, пока машина не нависла надо мной и не приземлилась, едва умостившись на крохотном пятачке островка.
 Из бота выскочил Аэтера. За штурвалом - Гаррус. Вижу его сигнатуру. Я снова могу видеть сигнатуры живых. Не так, как раньше. Но могу. А Найлус... Найлус далеко.
 - А где...? - вместо приветствия спросила я, когда асур подошел.
 Меня поняли правильно:
 - Готовит корабль к отлету.
 Улетать так быстро не хочется. Тут хорошо и приятно. Да и мир мне ластится в мозг. Не хочу его обижать.
 - Ну хоть до вечера задержимся?
 - Надо?
 - Хочется.
 Аэтера улыбнулся, протянул мне руку, предлагая помочь встать.
 - Почему бы и нет...
 Я знаю, как он считает каждые сутки задержки...
 - До вечера. А ночью - вылетаем на Вермайр. Хорошо?
 Асур улыбнулся, легко поднимая меня за руку.
 - Хорошо.
 Время полета до домика мы провели в молчании. Гаррус ничего не спрашивал, Аэте вновь ушел в свои мысли, а я мысленно гладила мир, обещая, что еще вернусь. Зачем обижать планету, которая так чисто и искренне меня поддержала? А как появится возможность и деньги, а они у меня появятся, когда я сяду на Теневой Трон, я куплю эту планету у нынешних хозяев. Даже если сперва мне придется их раззорить и вынудить продать всё с молотка.
 
 
 
 
 

Глава 68: Поправки на реальность


 
 
 Ровный голос Найлуса отсчитывал мгновения до входа в перегон. Привычка, появившаяся после того, как ему пришлось сесть за штурвал "Нормандии. Вроде бы мелочь, нюанс, но... Я покачала кружку, лениво наблюдая, как крутиться в прозрачном напитке розовый кусочек фрукта. Молчат за штурвалом те, кому некого предупреждать.
 После отлета с планеты настроение резко скатилось в странную философскую меланхолию, в которой так хорошо вязнет тревога и быстро гаснут страхи. Мысли лениво бродили в голове, внимание переключалось по странным алгоритмам, и я сама себе напоминала депрессивного меланхолика, тоскующего непонятно по чему у окна в солнечный день. Причина подобного состояния мне понятна: планета не желала нас отпускать и грустила, навевая на меня глухую тоску. Но понимание не облегчало состояния. Радовало, что накрыло только меня, хоть радость была весьма блеклой.
 По телу продрало привычной неприятной щекоткой: мы вошли в зону действия заряжающегося ретранслятора. Последнее слово, едва уловимый слухом щелчок тумблера и... вот оно: тянущее чувство сработавшего механизма создания фиксированной якорной Тропы.
 Подумать только... Тропа! Полноценная транспортная Тропа - потоковый постоянный портал высокой мощности и ювелирной точности, где роль кольца-фиксатора выполняют ретрансляторы. Портал, создаваемый техническими методами в мире, в котором вроде бы нет магии.
 Занятная особенность воплощенной реальности, создающей придуманные технологии в том единственно-возможном варианте, который позволил воссоздать внешнее соответствие указанным свойствам.
 Отхлебнув эрг, я лениво скользила взглядом по кают-кампании, задерживаясь на мелких деталях. На витой ракушке, притащенной для нас как-то рано с утра Аэтерой. На очищенной скорлупе огромного ореха, по размеру сопоставимого с крупным кокосом. Ее для нас аккуратно склеила Кира: девушку восхитили крохотные пластинки в скорлупе, красиво переливающиеся в лучах света подобно перламутру или слюде в самоцвете. В скорлупу мы насыпали неогранённых самоцветов, наловленных на дне океана у нашего прекрасного архипелага, некогда поднятого на поверхность в ярости внутреннего пламени мира. Нырять было глубоко, но что нам эта глубина? Когда там так много... интересного и откровенно красивого. Нам даже удалось затащить под воду турианцев: дыхательные аппараты решили проблему их альтернативной плавучести и вросшего в инстинкты страха перед глубиной.
 Улыбка сама собой появилась на губах.
 Оплаченный отдых мы отгуляли до последней минуты, задержавшись на планете еще на два дня, и лишь к началу третьего - покинули этот роскошный дикий мир. Два с половиной дня тихого счастья и покоя в ласковом фоне обожающей нас живой планеты...
 Это было прекрасное время, наполненное тихой заботой друг о друге, неспешными беседами, знакомством заново и совместными бытовыми делами. Оно сплотило нас сильнее любых боев и работы. Мелкие личные тайны и давно запрятанные в памяти воспоминания, высказанные на волне откровенности, позволили взглянуть друг на друга... иначе, увидеть больше и полнее. Узнать по-настоящему, без давления социума, навязанных ограничений, субординации и добровольно выставленных барьеров. Каждому из нас было что сказать. У каждого оказались свои тайны. Даже у Киры, девушки без дома и семьи, сбежавшей в космос вслед за братом от приближавшегося замужества с человеком, которого она не желала ни знать, ни видеть.
 С каким трудом мы рассказывали то, что давило нам на душу... Как осторожно мы выбирали темы и как сложно было начать говорить. Но как легко становилось потом, когда мы получали... понимание.
 Наверное, это самое ценное, что мы вынесли с того мира. Понимание. Окрепшую дружбу. Привязанности. Сплоченность. То, без чего мы не сможем выстоять в войне против всей галактики.
 Она начнется, эта война. Как только наши действия пойдут вразрез удобству других, как только мы начнем нарушать законы и правила, когда мы вступим в чужую зону интересов и попортим кому-то планы. Как только мы начнем свою настоящую работу, нас захотят уничтожить. И никакие слова про грядущий Конец Света никого не впечатлят, нам попросту не поверят, как не поверили канонному герою.
 В кают-кампанию вошел Найлус: в перегоне нет надобности безвылазно находиться за штурвалом. Достаточно периодически проверять состояние корабля и показания приборов.
 - Что случилось? - негромко спросил он, подходя.
 - Ничего. - видя скепсис в его глазах, пояснила: - Чем ближе Вермайр, тем сумрачнее мысли.
 Он понимающе улыбнулся, присел возле меня на край дивана, а я продолжила говорить, глядя в чашку и на плавающие в ней кусочки фруктов.
 - Я даже не могу ничего предполагать или хоть как-то спланировать наши действия: у меня нет информации. От Бенезии мало толку: ее привозили на корабле и выгружали прямо посреди базы на личной площадке Сарена. Она ничего не видела и вообще ничего не знает о защитных системах крепости.
 - Зная Сарена... - Найлус вздохнул, - это будет действительно крепость.
 - С кроганами, которых ему штампуют лаборатории, расположенные где-то в других точках планеты. - буркнула я, перекатывая в ладонях кружку. - Их там будут сотни... Здоровых, сильных и тупых как бревна, если пойдет так же, как показано в каноне. Но кроганы почти все тупые.
 - А Рекс? - ядовитая ирония ярко плеснула в мурлыкающем голосе.
 - Рекс - хитрожопый, но большого ума в нем нет, иначе не творил бы той ерунды, про которую он так радостно нам рассказывал. - я скривилась. - Единственный умный, реально умный кроган работает на Сарена и разрабатывает для него вакцину от генофага. А те, которые носятся по галактике с пушками наперевес...
 Умного крогана получить можно. Но его надо вырастить целенаправленно, а этого никто не делает. И, тем более, их никто толком не учит. Ну, разве что, исключения вроде того громилы из Кабала... Но и тот был выращен чужим народом и воспитан как представитель другого вида.
 - Но ему ты шанс дала.
 - Считай это данью канону и ностальгии. - честно ответила, чуть поморщившись. - Хотя даже по канону Рекса можно не брать на борт "Нормандии", и тогда он погибает на Цитадели при нападении на нее Властелина. Это у Гарруса нет вариантов: он в любом случае становится другом героя.
 - Но ты Рекса оставила.
 Я пожала плечами и кивнула. Ну да, оставила. Тогда мне это казалось правильным. Ну и Рекс свою пайку кое-как отработал на заданиях.
 - Посмотрим, что я увижу, когда вернуть. Какое решение он примет за время моего отсутствия. Если согласится на мои требования, я его оставлю в команде.
 - А если нет?
 - Тогда он свободен как ветер на равнинах. - протяжно промурлыкала я. - И может катиться на свою радиоактивную помойку под названием Тучанка. Ну или продолжить болтаться по галактике, как... - я запнулась. - В общем, может быть свободен. Держать не буду. У меня нет надобности в кроганах. А если она появится... лаборатории Сарена ее покроют в полном объеме и в куда лучшем качестве. Они, хотя бы, будут верными при должном обучении. И более дисциплинированные, если заняться их дрессурой.
 Найлус сощурился.
 - Если...
 Я коротко кивнула. Да, если...
 - Сколько времени займет перелет?
 - Семьдесят девять часов. - четкий лаконичный ответ.
 - И семьдесят восемь из них я не хочу отравлять себе дурными мыслями и ожиданием... плохого исхода. Последний час уйдет на сборы, а там уже будет не до морального мазохизма.
 - Хороший план. - зеленые глаза блестели иронией и лукавством.
 - Единственный рабочий, который у меня есть. Так что больше ни слова про Вермайр и то, что мы там можем найти.
 Найлус согласно прикрыл глаза и развел руками.
 
 Мое пожелание было выполнено настолько полно, насколько это было возможно: все время полета в перегоне было как продолжение тех чудесных дней на островной планете. Те же неспешные беседы в кают-кампании, те же минутки откровенности и общее состояние умиротворенного покоя. Та же простота в быту и в общении. Это было... приятно. Это начало входить в привычку. Такое отношение друг к другу. Такая честность, близкая к искренности, и порождаемые ею тепло и понимание. То, что я, как оказалось, крайне ценю, несмотря на свою привычку к одиночеству и сформированную когда-то давно стойкую социопатию.
 Однако, окончания полета мы, всё же, ждали, непроизвольно поглядывая на таймер, мерно отсчитывающий время на стене кают-кампании. Мы не спешили собираться, облачаться в броню и доставать оружие из арсенала. Всему свое время, ведь после выхода из перегона нам предстоят несколько утомительных часов полета к планете. И когда это томительное ожидание завершилось предупредительным переливчатым сигналом, мы... облегченно выдохнули.
 Турианцы ушли в рубку, а я с асурами осталась в кают-кампании.
 
 Ровный спокойный голос Найлуса отсчитывал мгновения до выхода. Одно за другим. И вот он - знакомый рывок, дрожью пронесшийся по кораблю.
 - Прибыли...
 Мой шепот увяз в тревожной, полной ожидания тишине. Сейчас в кают-кампании был только Аэтера. Кира на камбузе: асура какое-то время пыталась посидеть с нами, но мрачный фон Аэте давил на голову, и девушка ушла паковать нам пайки.
 - Аэ...
 Асур поднял на меня черные глаза, в которых мерно пылала алая радужка. Встав, я подошла к мужчине, присела перед ним и тихо, с нажимом, почти по слогам произнесла:
 - Успокойся.
 Радужка полыхнула ярче.
 - Назары не должно быть на Вермайре в момент нашего прибытия. Законы воплощенной реальности диктуют свои правила. Его тут не будет, когда бы мы ни прибыли. Произойдет миллион случайностей, но Властелин и Сарен улетят с Вермайра по любому поводу, даже самому... бестолковому. Но они улетят и на довольно долгий срок. Достаточный, чтобы мы сделали всё необходимое и вышли на связь с Назарой через тот самый терминал. Именно это действие - причина, по которой они спешно вернутся на Вермайр.
 Так должно быть.
 Так и будет.
 Иногда подобные особенности воплощенных реальностей весьма... удобны.
 - Я не собираюсь тревожить эгрегор. - голос звучал ровно и спокойно. - Не в такой момент и не в такой ситуации. Канон, бесспорно, свои поправки внесет, и события пойдут по предрешенному пути... в гармонии с живым реальным миром. Но все вехи должны быть соблюдены в точности. Настолько, насколько нам это надо и насколько допустимо для Отражения.
 Алое пламя медленно гасло в его глазах, превращая их в провал во мрак. Асур меня услышал и медленно брал себя под контроль.
 - Я долго думала, какие именно вехи важны. Что нам надо сделать при любых раскладах.
 Мрак в глазах медленно истаивал.
 - На Вермайре сидит саларианский ГОР. Они там будут: это прописано однозначно. Салары нас могут встретить при высадке, а могут и не встретить. Первое нарушение канона: мы не прибыли сюда на "Нормандии". Но мы сюда прибыли, как и полагается, после прохождения нужных вех: Терума и Новерии.
 На меня вновь смотрели фиолетовые глаза, в которых изредка проблескивали алые светящиеся искры.
 - Мне не нужны салары под забором базы Сарена. Тем более, мне там не нужен ГОР. - спокойно сказала я. - Я не хочу, чтобы они знали о моем присутствии на планете. Пусть и дальше сидят на руинах своего корабля на побережье в обнимку с бомбой.
 Взгляд снова начал темнеть.
 - Да-да, у них есть при себе "грязная" бомба, вроде как собранная из обломков их корабля. То ли из ядра, то ли из двигателей. Не помню точно, это и несущественно. Но сами саларианцы не пройдут достаточно близко, чтобы этой бомбой воспользоваться, а я ее на закорках, прости, на "Мако" не потащу.
 - Почему они там? - первые слова, сказанные низким рокочущим голосом.
 - Лекарство от генофага. - коротко ответила я.
 Аэтера моргнул, вопросительно склонил голову.
 - Саларианцев больше взволновали разработки лекарства от генофага, проводимые в лабораториях Сарена, чем Властелин, индоктринация и приближающаяся Жатва. У ГОРа свои резоны, и нас они бы с треском кинули отдуваться за подрыв "грязной" бомбы, бесследно растворившись на просторах космоса. А командир этой группы - капитан Киррахе, был в группе, которая ровно до Вермайра посетила Тучанку и распылила на ней новую версию генофага, еще более подрезавшую способность кроганов размножаться.
 Его губы искривила брезгливая кривая усмешка.
 - Вид слишком сильный. Быстро приспосабливается. - я развела руками. - Далатрессы знают, советник тоже. Разработка нового вируса была инициирована ими. Ну, собственно, это и есть причина, почему те немногие кроганские ученые, которые выжили, всё никак не могут сделать нормальную вакцину. Не потому, что они тупые, а потому, что вирус каждый раз новый и мощнее предыдущего.
 Двойственная ситуация, мерзкая по своей сути. Прямой геноцид... честнее, но так у кроганов есть шанс выжить после Жатвы. Если, конечно, Мордин не разработал реально необратимую дрянь. А он мог. Очень талантливый, где не надо.
 - Найлус! - громко позвала я в пустоту.
 - Да? - спокойный ответ.
 - Сколько нам до Вермайра?
 - Сорок три минуты до выхода на геостационарную орбиту.
 Быстро. Я думала, перелет займет часа два, не меньше. Но так лучше: лишнее ожидание раздрачивает нервы.
 - Аэ.
 Асур вопросительно склонил голову.
 - Прошу. Верь мне. Даже если мои действия, слова и их результат будут выглядеть... неверно.
 Он смотрел на меня в упор. В глазах проблескивали алые нити, словно вспыхивал раскаленный металл. Асур... колебался. Смотрел на меня, думал, колебался, но... но он медленно кивнул, прикрыв глаза.
 - Я тебе доверяю...
 На какое-то мгновение мне отчетливо показалось, что он... недоговорил, проглотив последнее и самое важное слово. Но уточнять и спрашивать не стала.
 Тишина сгустилась и осела вокруг нас плотным коконом. Каждый из нас глубоко ушел в свои мысли. О чем думал древний а"тарэ - не знаю. Мои же мысли раз за разом возвращались к тому заседанию Совета, когда я впервые увидела Сарена на голограмме. Живого, настоящего, местного Сарена. Но тот разговор... смазался в памяти. Точности формулировок истаяли, сгладились акценты и интонации. К сожалению, восстановить этот важный момент без потерь мне так и не удалось. Тогда еще я не была развита полноценно, а Цитадель... не посчитала это воспоминание настолько важным, чтобы сохранить в своих стенах.
 Жаль.
 Мысли крутили вокруг Сарена, лишь изредка касаясь Властелина. Жнец раскроется в разговоре по терминалу. Наша первая беседа. Должна ли она пройти канонно или нет? Скорее всего - нет. Всё равно они прилетят, обнаружив чужаков в сердце базы. А Властелин... мне надо его как-то заинтересовать. Привлечь внимание не как помеха и не как особь, поставившая под угрозу все его старания.
 И вновь этот краеугольный вопрос "Что на самом деле надо Назаре от Сарена?", от ответа на который зависит... Да всё от него зависит! Что могло понадобиться существу, которое видело сотни тысяч цивилизаций и чей возраст около миллиарда лет, от молодого турианца? Что его так привлекло?
 Что?!
 Я рвано выдохнула, глянула на хронометр. Все мысли зацикливаются на этих вопросах "Что?" и "Зачем?", бегая по кругу без всякой пользы.
 - Аэте...
 Асур приоткрыл глаза, вопросительно склонил голову.
 - Пошли, поможем Кире.
 Он удивленно моргнул, растерянно глянул на камбуз: Кире помощь точно не была нужна. Асура уже давно все собрала и разложила аккуратными кучками на большом столе.
 - У меня мозги пухнут от бесполезных размышлений на тему "Что?" и "Зачем?". - честно призналась я.
 Белобрысый монстр неожиданно-тепло улыбнулся с пониманием в глазах.
 - У меня тоже.
 - Ну, тогда пошли, займемся чем-то полезным. - я задумалась, прикидывая, что мы можем сделать полезного, что заняло бы и мозги, и руки. Идея пришла не сразу к моему стыду, но она хотя бы пришла, и я ее озвучила после недолгой паузы: - Например, подготовим беспилотник, пока парни будут искать для нас место. - Встав, я потянулась, разминая немного затекшую спину. - Надо хотя бы проверить слова Бенезии: вдруг она совсем топографический кретин, и база будет находиться на пару тысченок километров в стороне. С орбиты разница маленькая, ну, подумаешь, ошиблась... Не тот берег и не тот градус...
 Асур улыбался уже с весельем. Тяжесть и ментальное давление исчезли окончательно, и в мелкий ангар, где хранились три беспилотника, мы спустились в бодром рабочем настрое.
 
 На эмоциональном подъеме работа идет легко и быстро затягивает, не оставляя времени и возможностей для лишних мыслей и сомнений. Аэтера передал нужную информацию сжатым пакетом и пока я ее изучала, подготовил рабочий блок, достал нужные инструменты и выкатил капсулы со сложенными беспилотниками - небольшими планерами с узкими прямыми крыльями, тонким корпусом и мощным двигателем. На орбиту такой аппарат выходить неспособен - мощность маловата, но подняться до стратосферы средней планеты человеческой "зеленой зоны" и провести полноценную картографическую съемку местности они вполне в состоянии.
 - Каковы шансы, что его не заметят? - тихо спросила я, поддерживая крыло, пока Аэтера подсоединял контакты питающего блока на сканирующую аппаратуру.
 Крохотные точки сенсоров и мелких камер у беспилотников разнесены на крылья: какая-то особенность элементов сканирующего массива, при работе которых необходимо выдерживать шаг размещения датчиков. Размах крыльев аппарата как раз удовлетворял эти требования. В инструкции об этом нюансе упоминали отдельно без лишних объяснений сути проблемы.
 - Невысокие. - честно отозвался асур, закрывая кожух. - Если заметят - скорее всего собьют.
 - А если не собьют?
 Аэтера пожал плечами.
 - Я не знаю, кто у Сарена отвечает за безопасность и как хорошо те, кого он нанял, выполняют свою работу в его отсутствие. Если хорошо - беспилотник заметят, но могут не сбить в надежде отследить его возвращение на материнский корабль.
 - Мы их подорвем, как только они отработают. - раздался спокойный голос Найлуса по внутренней связи корабля.
 Даже так...
 С другой стороны, зная осторожность и паранойю Сарена... Не стоит жадничать и жалеть аппараты, идущие по статье расходников.
 - Заканчивайте работу. Мы выходим на орбиту. Сбор в кают-кампании через пятнадцать минут.
 Уже?! Я растерянно глянула на полусобранный аппарат, на асура.
 - Успеем?
 - Почти закончили. - он улыбнулся. - Осталось запустить силовую систему и собрать корпус.
 Дальше мы работали молча и быстро, не отвлекаясь на разговоры и мелкие объяснения, на которые сегодня был щедр Аэтера, но всё равно не уложились в указанные пятнадцать минуть и в кают-кампанию прибыли последними: задержались, пока устанавливали аппараты на стартовые катапульты и готовили к запуску.
 Первое, я увидела, - огромный экран во всю стену и колоссальную воронку мощного тропического урагана, испещренную какими-то пометками и россыпью линий-сносок к контрольным точкам. Белоснежная воронка с широким провалом глаза урагана неспешно сдвигалась к побережью континента. Даже в таком ракурсе, сверху, картина непогоды равно восхищала и ужасала, но что творится внизу, под пушистыми белыми для нас тучами... Даже представить не могу.
 - Мы опоздали. - я прошла каюту и упала в кресло.
 Найлус неопределенно взмахнул рукой, не отводя взгляда от множества мелких экранов, широко развернутых перед ним. Такое я уже видела, когда управление кораблем переходило к ВИ, а сам Найлус отслеживал показания приборов. Эта система полностью дублирует интерфейс приборной панели на сенсорный экран и дает пилоту удаленный доступ к кораблю. Как сейчас. Корабль следует по заданному курсу и ориентируется на множество дополнительных параметров и опорные точки, помеченные сносками на экране.
 - Вы вовремя. Мы вышли на геостационарную орбиту над ураганом. - черный коготь коснулся экрана, изображение на стене сменилось, показывая нам наше положение относительно воронки.
 - Так низко? - голос сел сам собой.
 Моделька корабля почти касалась верхней границы туч.
 - Так нас не обнаружат: ураган забивает сигнал.
 Еще бы он не забивал...
 - Как долго мы можем здесь находиться? - осторожно спросила я, рассматривая молчаливое воплощение мощи непогоды.
 - Положение корабля стабильно. - негромкий низкий вибрирующий голос успокаивал уверенностью и спокойствием. - Если никаких изменений в поведении урагана не произойдет, мы можем следовать в его верхних слоях до самого его распада. - Найлус глянул на экран и ровно текущие по нему показания приборов. - Мы не исключаем риск обнаружения. - зеленые глаза неотрывно следили за одной из точек. Черный коготь тронул небольшой сенсорный экран, показания вновь изменились. - Как только отработают беспилотники, мы выберем место и спрячем корабль в скалах.
 - Беспилотники уже запущены?
 Короткий кивок был мне ответом. Экран вновь мигнул, показывая край воронки урагана, быстро простраивающуюся карту и две стремительно удаляющиеся точки.
 - Выйдут к расчетному местоположению базы за восемь-двенадцать минут. - дальше говорил Гаррус. - Из-за урагана в атмосфере плотный облачный покров с высокой ионизацией. Я буду опускать аппараты под границу туч для краткого веерного сканирования. Это уменьшит риск обнаружения и даст возможность подойти к базе максимально близко, но увеличивает шансы потерять аппарат.
 Я слушала его объяснения и могла только соглашаться.
 - Ураган уже накрыл базу?
 - Еще нет, но его влияние затронуло прибрежную зону. - Гаррус вывел схематичную карту-снимки, выкачанную нами из баз данных планетарного реестра. - Предположительно, база здесь. - на карте мигнула жирная точка. - Штормовая граница пролегает здесь и быстро смещается.
 Огромная область покрыла карту, уходя далеко за границу экрана.
 - Это каких же оно размеров? - едва слышно прошептала я, с оторопью глядя на схему.
 С орбиты размер урагана... обманчив. Да и я еще не настолько привыкла к видам планеты под ногами, чтобы на глаз определять масштабность. Карта оказалась нагляднее, но то, что я на ней увидела...
 - Общий диаметр воронки урагана превышает две тысячи километров. - Гаррус шевельнул мандибулами, прижал их к щекам. - Ветер сильный. Триста-четыреста километров в час. Я полагаю, будет штормовой нагон и побережье затопит.
 Сколько?!! Это же шестая или даже седьмая категория! Да там, на побережье, месиво будет!
 - Что ж там за база у Сарена, если она до сих пор стоит и функционирует на побережье океана при таких-то ураганах на планете?! - прошептала я. - И как там саларов-то не смыло? Или канон, всё же, не всесилен, или ГОР засел где-то в глубине континента...
 На побережье при таких ураганах не выжить. Плевать на канон и мнение авторов истории! Против реальности и метеорологии не спасут никакие игровые условности, даже если они заложены в базис эгрегора. То, что я вижу на экране, убивает саму возможность палаточного стойбища саларов на побережье. Ну или они этот палаточный лагерь разбили уже после урагана, или историей ураганы на тропической планете с большим процентом водной поверхности не предполагались разработчиками вопреки всем реалиям живого мира. Но здесь же настоящий Вермайр... Вот и думай теперь, а есть ли вообще тут эти салары.
 - А нас там не сдует, когда мы спустимся?
 Все же триста-четыреста километров в час устойчивой скорости ветра без учета порывов...
 - Мы спустимся в глазе урагана. - произнес Найлус. - У него достаточно большой диаметр, чтобы мы могли позволить себе маневры.
 Что значит "спустимся"?
 - Насколько большой? - подозрительность просочилась в голос сама собой.
 - Четыреста двадцать километров. - последовал спокойный ответ.
 Да, действительно, места для маневра нам хватит... А что потом?
 - У вас есть идеи, куда можно спрятать корабль, чтобы нас не выдуло оттуда?
 Глядя на экран и слыша эти цифры, я поняла, что начинаю совершенно по-детски паниковать и психовать. Мощь природы - это то, с чем я не справлюсь. Никакие мои знания не помогут... из тех, которые я знаю точно. А рассчитывать на мифический шанс получить критически-важную информацию в экстремальной среде... Ну это попросту глупо.
 - Мы найдем. - мягко произнес Найлус. - Не надо так нервничать.
 - Да, я психую, и мне не стыдно! - буркнула я. - Если мы спустимся в глазе, то нас накроет задней частью воронки! У вас не будет времени искать точку приземления! Ошибаться нельзя! Я видела, что остается после ураганов, которые вдвое меньше этого пи... этого кошмара! Найлус, нас просто снесет с поверхности вместе с кораблем!
 Впервые за все время жизни в этой реальности мне стало настолько страшно. Никакая беготня под обстрелом, никакие взрывы и рушащиеся на голову перекрытия не сравнятся в мощью урагана! Х57 и неотвратимо приближающаяся планета - ерунда. Там у нас были шансы. Там все зависело от нас. Но здесь...
 - Имрир...
 Я подняла сумрачный взгляд на Найлуса.
 - Что?
 Он встал, подошел, присел возле меня, ласково огладил по щеке. Чуть улыбнулся.
 - Верь мне.
 - Я верю. - буркнула, следя, как его взгляд скосился на показания приборов и вновь вернулся ко мне. - Но это, - я кивком указала на экран, - я боюсь. Мне не стыдно в этом признаться! Найлус, я действительно боюсь... подобного.
 Он улыбнулся. Тепло и по-доброму, снова погладил по щеке, едва касаясь кожи ладонью.
 - Скалы нас защитят.
 От урагана, ветра и штормового нагона? При том ландшафте? Да там волна между скалами гуляет как бездельник по проспекту!
 - Ты так говоришь, будто уже проверял.
 Найлус улыбался, глядя мне в глаза. Просто улыбался...
 - Ты проверял... - голос упал до сдавленного шепота.
 Улыбка стала шире.
 - Ты летал в глазе урагана...
 - У меня крепкий корабль с мощными двигателями.
 Не только у "Нормандии" в заднице слишком мощный для ее класса двигатель... У "Драгора" - тоже. Но этот фрегат в отличии от своего бело-черного собрата по классу куда массивнее и крепче для своих размеров. У "Драгора" нет уязвимых выступающих частей, двигатели хорошо прикрыты, и вся конструкция более монолитная. Только веерные чисто турианские крылышки сохранились.
 - У тебя не только корабль крепкий, но и нервы... - буркнула я, растерянно глядя ему в глаза.
 Найлус встал, глянул на экран, иронично шевельнул мандибулами.
 - База находится ближе по побережью, чем было указано: ее уже обнаружили.
 И с этими словами он удалился, а я могла наблюдать, как гаснут сигналы наших беспилотников, погибших от сработавшей системы самоуничтожения.
 - Гаррус...
 Молодой турианец поднял визор и вопросительно глянул мне в глаза.
 - Каковы шансы у "Драгора" выжить, если его накроет стена глаза?
 Гаррус честный...
 - Невысокие.
  ...даже когда я бы хотела услышать ободряющую ложь, раз менталистика мне еще недоступна.
 - Прекрасно... - я потерла лоб. - Найлус. Выведи мне картинку с лобового экрана. Пожалуйста. На ваших кораблях такая функция есть.
 Знаю, он услышит мои слова откуда угодно, даже идя по коридорам не такого и большого корабля. "Драгор" хоть и является фрегатом, как и "Нормандия", но меньшее ее почти вдвое. Тут негде долго гулять.
 Меня действительно услышали: изображение на экране мигнуло и сменилось прямым вещанием с сенсорного массива корабля, конвертируемого в пригодный для моих глаз диапазон.
 - Спасибо.
 - Не за что. - донесся через динамики невозмутимый ответ.
 Я вяло отмахнулась, закопалась глубже в мягкий диван и уставилась в экран. А что я тут могу сделать? Только наблюдать и надеяться, что Найлус найдет подходящее для корабля безопасное место относительно неподалеку от базы, достаточно защищенное, чтобы мы пережили ураган.
 Гаррус немного нервно переступил на месте, чуть смущенно и неловко глядя на меня, но подошел, дергано погладил вроде как утешая, а потом ушел в рубку вслед за Найлусом. При такой... сложной ситуации помощник и второй пилот понадобится.
 В кают-кампании снова осталась я, Кира и Аэтера, который смотрел на сплошную стену края воронки глаза с искренней незамутненной заинтересованностью без следов страха или тревоги. Зато я и Кира боялись за всех сразу: асура присела ко мне на диван, поджала ноги и обхватила колени руками, завороженно глядя на белоснежные облака.
 В какой-то момент край глаза дрогнул и начал быстро приближаться: Найлус снова за штурвалом, ВИ отключена во избежание множества предупреждений об опасности. Мгновения, мы зависли над провалом и начали снижение.
 Сплошная белая пушистая стена облаков взметалась почти вертикально к краю плоскости воронки урагана. Под нами - неспокойная вода пролива, причудливо вихляющего между невысокими обточенными ветром и водой скалами с темным пушком растительности и редкими кряжистыми деревцами. Угол обзора почти не менялся: корабль опускался в провал облаков плавно, почти вертикально, неукоснительно соблюдая свое положение относительно стены глаза. Ниже. Еще ниже... почти к самой воде. "Драгор" иногда рыскал, облетая скалы. Ураган, несмотря на огромную скорость ветра внутри него, двигается не так быстро и глаз смещался плавно, идя вдоль береговой линии полого вглубь континента. Времени хватало осмотреть скалы, проверить их и сдвинуться внутри безопасной зоны дальше.
 Постепенно страхи унимались, тревога теряла накал, я успокаивалась, уже оценивающе смотрела на ландшафт мира, о котором знала только его название и климат, охарактеризованный абстрактным "тропический". Но планета такого класса и типа не может вся быть тропической: смена климатических зон все равно есть независимо от ее положения в пределах "зеленой зоны" звездной системы.
 - Аэте. - позвала я.
 Асур приоткрыл глаза, вопросительно склонил голову. Самоцветы "Химеры" заиграли светом, роняя колкие радужные искры на белоснежные волосы. Сегодня он снова надел тактический комплекс, но еще не перевел его в боевой режим, превращающий самоцветную роскошь в матовые графитово-серые обручи, плотно облегающие голову.
 - Могу я получить информацию о планете?
 Фиолетовые глаза чуть сузились, вальяжность и нарочитая расслабленность исчезли.
 - Что нужно?
 Кира заинтересованно повернула голову, всё так же сидя, обхватив колени руками.
 - Климат, биосфера, общие данные о географии. - задумалась, прикидывая, что мне может вообще понадобиться. - Что вообще есть по этой планете?
 На какое-то время асур замер, прикрыв глаза: обращался к базе данных корабля через "Химеру". Мы терпеливо ждали, изредка поглядывая на экран: "Драгор" уже пару минут кружил у довольно крупного скального хребта опасно-близко к накатывающей стене глаза.
 - Информации немного, вся общая. Точных карт нет: они все с ошибками и погрешностями поверхностной орбитальной картографии.
 - Что по климату?
 - Упоминания поясов с разовыми температурными замерами и общим анализом биосферы. - голос у асура быстро стал сумрачным. - Без точных данных и систематического наблюдения.
 - Твое мнение: это так схалтурили исследователи, или так качественно зачистили информацию? - спросила я.
 - Полагаю, оба варианта.
 Изображение на экране замерло, привлекая внимание. Мы зависли напротив темного провала в отвесной скале, частично скрытого длинными плетьми вьющихся растений: густо растущие на скалах лианы и несколько мощных кряжистых деревьев хоть и потеряли часть листвы, но не сильно пострадали от ураганного ветра.
 - Сейчас немного тряхнет. - раздался бодрый голос Найлуса по связи.
 - Мы... внутрь? - уточнила я.
 - Если сканеры не соврали, "Драгор" там поместится. - последовал невозмутимый ответ.
 - А если соврали?
 - Сдадим задним ходом и будем искать дальше. - в восхитительном низком вибрирующем голове промелькнула ирония. - В этих скалах много пещер. Рано или поздно, подходящая найдется.
 Связь пропала с характерным щелчком, а на нас начал надвигаться темный зев пещеры, заполняя экран. Корабль шел очень медленно и осторожно, иногда замирая, чуть сдвигаясь на какие-то метры. Экран уже показывал сплошной мрак, когда раздался протяжный скрипящий треск...
 - Это что?
 - Бортами цепляем камень. - ровный ответ Гарруса.
 Так мы еще и едва помещаемся...
 Включились прожекторы, осветив внутреннюю полость довольно крупной пещеры неправильной овальной формы.
 - Пол неровный. - вновь раздался голос Найлуса, звонкий от напряжения. - Может остаться крен.
 "Драгор" полностью влетел в пещеру и... начал в ней разворачиваться на месте. Осторожно, плавно, сдвигаясь на сантиметры, чтобы не повредить двигатели. Но все равно мы цепляли камень: от протяжного скрипа у меня ныли зубы и болели нервы. Мы молчали, не отвлекая пилотов, и могли только глазеть на экран, вслушиваться в страшный скрип и треск. Но вот разворот завершился, а на экране ярко засиял выход из пещеры, показывающий нам... накатывающую стену облаков. Ураган смещается медленно, но неумолимо, а мы находимся слишком близко к краю глаза.
 - Готовьтесь. Приземляемся. - Найлус говорил короткими рубленными фразами.
 Знакомая дрожь корабля: вышли опоры. Корабль опускался медленно и плавно, буквально по сантиметрам сближаясь с полом пещеры. Короткий толчок - первая опора коснулась поверхности. Следом второй.
 - Попробуем выровнять крен ходом опор. Если не будет касания - вам придется спустить и проверить, сколько до поверхности.
 Вновь рваные команды, но у нас появилась работа. Подорвались мы разом, не сговариваясь, и бегом помчались к донному шлюзу. Пока бежали, ощутили еще один толчок - касание третьей опоры.
 - Мы достигли предела хода, нет касания четвертой опоры. Проверяйте.
 Голос Найлуса застал нас уже у самого шлюза.
 - Поняли, выходим. - коротко ответила я.
 Аэтера вскрыл шлюз. ВИ не издала ни звука на нарушение карантинного протокола, лишь секундная задержка ознаменовала победу нужды над протоколами. Диафрагма разошлась: внутренняя, потом, с двухсекундной задержкой - внешняя. Первым спрыгнул Аэте, следом - Кира, а потом - я, как самая уязвимая из нас троих на данный момент.
 "Драгор" встал точно по центру пещеры, опираясь одной опорой на массивный выступ породы, второй и третьей встав на неровность пола, а четвертая - зависла в воздухе: именно в этом месте пол пошел под уклон, и опора не доставала почти метра два.
 - Видите? - спросила я, подсвечивая висящую опору фонарем.
 - Вижу. - голос Найлуса звучал сухо.
 - Поднимитесь в воздух. - Аэтера подпрыгнул, легко забрался на корабль. - Мы обрушим резаком камень в точках касания и сгладим перепад.
 Короткая пауза на осмысление и простое:
 - Действуйте.
 - Сколько времени? - спросила я.
 - Минут тридцать-сорок.
 - Необходимо установить эмиттеры защитного поля и перекрыть вход. - добавил Гаррус.
 - Поняли. Начинаем работу.
 Пока Аэтера готовил резак к работе, мы с Кирой отметили высоту крена и разметили точки для опор. Работали втроем: асур ровнял самый широкий выступ единственным горным резаком, а мы с Кирой подрезали каменный выступ под второй опорой достаточно, чтобы асур не занимался подсчетами высот. Вскоре с корабля спустился Гаррус: он унес широкие боксы к самому входу и остался работать там.
 Мы спешили как могли, на пределе мощности силового клинка инструментрона и моих пока еще небольших и маломощных пространственных складок "воздушных клинков", но силовые клинки инструментрона не предназначались для резки камня, а моих сил хватало лишь на мелкие дрожащие срезы размером с кухонный нож. Зато именно тогда, когда мне реально нужна моя магия, она со мной. Пусть и не настолько мощная, как могла бы быть.
 Мерцающая полоска искажения воздушной среды вгрызлась в гранит. Поддавался он медленно и неохотно, скалываясь под ударами. Но нам не надо отрезать весь кусок, нам надо сделать в нем достаточное углубление. А дальше будет грубая сила и законы физики.
 Аэтера срезал самую широкую площадку, сбил толстый пологий выступ камня и ушел помогать устанавливать защитный барьер.
 - Гаррус, что с эмиттерами? - рычащий, дрожащий от напряжения голос Найлуса резанул по нервам.
 - Собрал. - ровный спокойный ответ. - Два установлены. Третий крепим.
 - Быстрее.
 Я глянула на зев пещеры. Ветер усилился: лианы полоскало как ленты флагов. Пока еще ветер просто порывистый, но вскоре... Нервно дернув плечами, я вернулась к работе. Последний булыжник.
 - Кира, пробуем снова.
 Асура кивнула, свернула лезвия. Камень мы подпилили достаточно. Теперь... вогнать толстую металлическую болванку, найденную на складе корабля. Я приставила клин, направляя его в пропил. Должен уже расколоть камень! Должен! Иначе мы его пилить будем недопустимо-долго.
 - Давай! Бей!
 Асура размахнулась и на развороте тела, вкладывая всю силу инерции ударила массивной киянкой по клину. Треск... едва слышный треск.
 - Сильнее! Он поддается!
 Еще удар. Клин рывком просел, уходя глубже.
 - Есть! Пошел. Еще!
 Кира зло рыкнула, со всей силы, какая только ей доступна, ударяя киянкой по шапке клина. Гранит не выдержал: длинные трещины пошли по всей высоте выступа породы, клин ушел внутрь.
 - Готово!
 Кира откинула киянку. Теперь моя работа: оттащить обломки породы и как можно больше закидать провал в полу.
 - Четвертый эмиттер установили. - коротко и сухо отрапортовал асур. - Вырезаю гнездо для последнего и можно разворачивать защитное поле.
 Камни один за другим поднимались в воздух, следуя моей воле и вереницей следовали к темнеющей яме. Кира следила как они падают, иногда спускалась и поправляла их, формируя максимально ровную и устойчивую площадку. И вот, наконец, горка последних наколотых камней показалась из-за края провала.
 - Найлус, пробуй. - я устало оперлась ладонями о колени. - Яму засыпали как смогли. Гранит на выступе весь в трещинах, должен податься под весом корабля. Разломать руками не смогли.
 - Понял. Отходите.
 Подхватив киянку, мы отбежали ко входу в пещеру к парням. Корабль дрогнул и медленно начал снижаться. Вот опора коснулась надколотого камня, лапки разошлись, открывая основной упор.
 - Есть контакт. - я светила фонариком прямо на расколотый камень. - Медленно опускай.
 "Драгор" продолжил снижаться, камень надсадно затрещал и... начал крошиться под весом фрегата. Вот вторая и третья опора коснулись неровно обрезанного каменного пола, лапки разошлись, фиксируясь на неровной поверхности. И только теперь последняя опора легла на насыпь.
 Мы ждали, затаив дыхание. Мгновения, каменный треск, и... корабль замер.
 - Есть касание. - голос Найлуса мелко подрагивал. - Заканчивайте монтаж и ставьте барьер.
 Аэтера моргнул, встрепенулся и вернулся к работе, вырезая углубление для эмиттера. Устройство должно быть полностью погружено в камень, ведь именно его уровень - это граница щита.
 Успели мы на пределе отведенного времени: ветер снаружи срывался порывами, видимость резко упала, внутрь пещеры заносило влагу и сор. Но вот, наконец, долгожданное:
 - Готово!
 И ровный гул развернувшегося защитного поля.
 - Возвращайтесь.
 Темнело стремительно. Еще недавно солнечная ветреная погода сменилась резкими порывами и всплесками водяной пыли, поднимаемой в воздух.
 - Можно пару минут... - едва слышно прошептала я.
 - Имрир. Защитное поле может не удержать крупный объект... - едва слышно прошелестел голос по связи.
 - Если поле не удержит, мы потеряем корабль. - заметила я, завороженно глядя за мерцающее поле защитного экрана.
 - Мы уцелеем. Корабль можно найти другой. У Сарена на базе.
 Видимость упала как-то очень резко. Потемнело. Я замечала, как мелькают тени где-то там в сумраке непогоды, но что там твориться... блеск барьера скрадывал нюансы теней на той стороне.
 - Имрир...
 Я вздрогнула, с трудом отводя взгляд.
 - Иду.
 Что-то есть мистическое и завораживающее в ярости природы, которую удается увидеть своими глазами. Никакие записи не сравняться. Никакие рассказы очевидцев. Пока сам не увидишь, пока не ощутишь эту несгибаемую мощь и неумолимую силу, не осознаешь, насколько сам... хрупок. Это... отрезвляет. Помогает помнить, насколько собственные силы ограничены и как легко может оборваться жизнь.
 
 На корабль я возвращалась в молчании, глядя под ноги: пол пещеры сильно пересеченный, и в темноте легко оступиться.
 - Всё хорошо? - тихо спросил Гаррус, когда я вошла в кают-кампанию.
 - Да. - я улыбнулась встревоженному парню. - Я никогда не имела возможности увидеть ураган изнутри.
 Знаю, сомнительное желание, но... есть в этом что-то особое. Ярость природы в своей квинтэссенции. Самое разрушительное проявление непогоды из всех возможных. Тропический ураган.
 Я качнула головой, присела на облюбованный диван, осмотрела нашу небольшую группу и просто спросила:
 - Какие дальше планы?
 - Ждать окончания урагана. - хмыкнул Найлус, поглядывая на экран и на искрящийся от частых касаний защитный барьер.
 Нервничает больше нас, но старается не показывать собственного страха и неуверенности.
 - Долго будет идти? - я неопределенно взмахнула рукой.
 - Сутки, может двое. - Найлус был мрачен. - Я не знаток ураганов на Вермайре. Будем ждать прояснения.
 - А потом?
 - А потом мы пойдем пешком к базе и будем ее изучать. - буркнул он, сумрачно глядя на нас. - Транспорта на "Драгоре" нет, подвезти не смогу. Приближаться на корабле...
 Он запнулся, нервно мелко оскалившись.
 - Глупо, согласна. - я потерла лоб, растерянно глядя на мужчин.
 На "Драгоре" нет транспорта. Это мы все знали: корабль слишком мелкий. Он крепкий, бронированный, быстрый, с мощным ядром и двигателями, с ёмкой аккумуляторной системой, дающей ему большую дальность хода, но он - компактный. Настолько, насколько можно было его таким сделать. Это удобно: мы сейчас пользуемся этим преимуществом, которого "Нормандия" лишена в силу хрупкой конструкции и большего размера. Но есть и оборотная сторона...
 - Что с местностью? - тихо спросила я, глазея в экран.
 Найлус ответил без задержек:
 - Неудобная. Полоса таких скал и скальных хребтов идет вдоль всего побережья. Все изъедены водой и ветрами: много пещер, каверн, гротов, сквозных туннелей. Разделены проливами разной глубины.
 Над столом-проектором поднялась объемная карта местности. Как и сказал Найлус: широкая полоса скал, разделенных проливами разной ширины и глубины. Где-то мелководье едва ли в палец глубиной, а где-то глубина превышает десяток метров. И никакого роскошного песчаного пологого пляжа с саларами.
 - Пройти можно. - буркнула я, прикидывая маршрут. - До базы сколько?
 - Тридцать один километр. - раздался убийственный ответ. - Подходить ближе было опасно: ПКО может отработать даже в условиях урагана.
 Тридцать один километр так тридцать один...
 - Как добираться будем?
 - Посмотрим по окончанию шторма. - Найлус убрал карту, потер пальцы на правой руке: непроизвольный жест, проявляющийся, когда что-то ноет. - Нельзя заранее предсказать, во что превратится местность после нагона. Возможно, появятся отмели, но я бы на это не рассчитывал.
 В каюте воцарилась тишина. Где-то там, за крепкой броней корабля выл ветер, но до нас доносились лишь отдаленные отзвуки непогоды. В них хотелось вслушиваться, пытаться понять, что там происходит. Представить. Увидеть. Осознать, от чего укрылся. Странный, какой-то глубинный болезненный инстинкт... как тяга смотреть за катастрофы.
 Подошел Аэтера, присел передо мной на корточки, глянул в глаза с молчаливым вопросом. А я сидела и тупила.
 Мне потребовалось позорно-много времени, чтобы понять, что он хочет. Но в какой-то момент я поняла.
 Сейчас?
 Почему бы и нет? Мне нечем заниматься сейчас помимо себя и тренировок, на которую меня столь ненавязчиво пригласили. Но если ранее, в полете, приходилось быть внимательнее и осторожнее, то сейчас можно позволить себе большее. Не на борту корабля, но в пещере, глубже и дальше в недрах небольшого скального хребта, давшего нам укрытие.
 Склонив голосу в согласии, я встала.
 - Не уходите вглубь. - тихий голос Найлуса был едва слышен.
 - Не уйдем. - ответил Аэте, вставая и направляясь к двери.
 Мне еще столько предстоит наверстать и так много вспомнить... Не полагаться же всегда на дар метаморфозы и обрывочные знания по множеству магических дисциплин, сохранившихся в моей голове.
 Уже в осевом коридоре у самого донного шлюза, асур спросил:
 - Что будет сейчас?
 - Отвод глаз и скрыт. - без колебаний ответила, открывая диафрагму шлюза. - Полагаю, это нам пригодится в первую очередь.
 Улыбка скользнула по губам асура хищным оскалом.
 - О, силовой метод - это, бесспорно, весело, но Сарен не оценит, если мы попортим его кроганов.
 - Если мы их попортим, значит, они недостаточно хороши. - оскал проявился явнее. - Но ты права: лишний шум ни к чему. Он мешает...
 - Беседе.
 Аэтера прикрыл блеснувшие алым глаза, склонил голову в согласии.
 - Кира. - позвала я.
 Асура рядом, я ее чувствую: девушка никогда не отходит от нас надолго. Вот и сейчас ей потребовалось мгновение выступить из-за поворота коридора.
 - Да?
 Сколько надежды и ожидания в ее голосе...
 - Идем. Пора и тебе осваивать тонкое искусство воздействия на реальность.
 Улыбка осветила ее лицо, словно я только что сделала ей самый щедрый подарок, какой только могу дать...
 
 * * *
 
 Три корабля всплыли на границе звездной системы словно призраки, не давая ни дрожи пространства, ни световых эффектов, ни энергетических колебаний. Они просто появились во тьме космоса за пределами привычной жителям Пространства Цитадели области космических трасс.
 На мостике флагмана царила привычная рабочая тишина: экипаж работал в молчании, собирая данные со сканирующего массива кораблей, обрабатывая их и передавая на командный мостик.
 - Лидер. - бессменный заместитель убрал данные по координатам и вывел схему звездной системы. - Планета назначения.
 Третья планета системы мигнула, подсвеченная курсором и ореолом поступающих данных.
 - Высылайте корабли. - в мелодичном голосе царила безмятежность и спокойствие. - Проверьте систему на наличие построек, оборонных и следящих систем. Подключитесь к масс-ретранслятору и снимите данные о кораблях, прошедших через него за последние шесть суток.
 Арэса коротко кивнул.
 - Запустите картографические зонды к планете. - короткая пауза, глаза еще раз оббежали схему системы. - Выберите для нас спутник на дальней планете системы. Корабли убрать из открытого пространства.
 Еще один кивок, мужчина ушел, оставив Лидера в одиночестве на командном мостике. Синие глаза женщины неотрывно смотрели на проекцию еще далекой планеты, пальцы привычно перебирали тонкую самоцветную нить браслета, свободно обхватывающего тонкое запястье. Шарик храна за шариком, привычно, ласково и бережно.
 Ей есть, о чем рассказать ему при встрече...
 
 * * *
 
 Утро четвертого дня встретило яркими солнечными лучами, озарившими нашу пещеру на рассвете. Это было прекрасное утро. Тихое и ясное. На небе - ни следа недавнего кошмара, пронесшегося по побережью яростью и гневом непогоды, легкий ветерок обдувает лицо, на небе - легкие пушистые белоснежные облачка, а перед нами...
 - Как после орбитальной бомбежки... - прошептала я, с оторопью всматриваясь в раскинувшийся передо мною пейзаж.
 - Да... Океана. - хмуро добавил Найлус.
 Мы стояли на краю скальной породы у самого входа в пещеру и смотрели на то, во что превратился мелкий пролив, петляющий между скалами. Уровень воды сильно поднялся, мутная блёкло-бурая жидкость плескала всего в трех метрах под нами, глубина увеличилась как минимум вдвое, вокруг - сор, поваленные и выкорчеванные с корнями деревья, комки водорослей и плавающая на поверхности дохлая рыба, за которую уже начали драться местные прибрежные птицы. Мелкие стычки в воздухе и громогласный ор непрекращающихся птичьих скандалов звенел оглушительным концертом, а у нас под ногами развивалась очередная партия: два крупных пернатых гибрида пеликана и чайки скакали на притопленом треснутом стволе, широко раскрыв роскошные крылья, и громко орали друг на друга. Предмет спора - крупная серо-сизая рыбина с большими уже помутневшими глазами, лежал на стволе между скандалистами.
 - Им что, рыбы мало? - флегматично спросила я, глядя, как более крупный птиц с насыщенно-голубыми маховыми перьями и нежно-лазурной спинкой извернулся и клюнул конкурента в сиреневую лапу.
 Второй птиц пронзительно взорнул, клюнул в ответ, промахнулся, но успел удачно перехватить длинным клювом желанную добычу и резко, рывком, взмыл в небо. Обманутый птиц обиженно переливчато затрещал, но... отпрыгнул к краю бревна, вытащил другую точно такую же рыбину и спокойно начал ее есть.
 - И ради чего был этот скандал? - спросила я.
 Найлус хмыкнул, но не ответил: в поведенческих паттернах птиц он разбирался так же плохо, как и я. Зато наблюдать за ними было интересно: удивительно затягивающее зрелище. Даже непроизвольно болеть начинаешь за приглянувшегося пернатого.
 - У конкурента всегда вкуснее. - тихонько сказала Кира, присаживаясь на корточки и глядя на потрошащего рыбу птица.
 - Даже если чужая добыча уже несвежая. - Аэтера качнул головой. - У этой рыбы глаза еще не помутнели: сдохла недавно.
 Иногда физиология асуров меня всё еще удивляет... Ладно я - дар метаморфозы уже начал отзываться мелкими изменениями, но человек на таком расстоянии даже форму рыбы не различит. У меня всё больше вопросов к незнакомцу, сумевшему настолько изменить "нулевой вид".
 Подошел Гаррус, неся в руках крупный управляемый дистанционно разведдрон. По сути - обычный бесшумный квадрокоптер с камерами.
 - Проверим ближайшие окрестности. - Гаррус поставил машинку на камень, сел рядом, свесив ноги с края обрыва, и опустил на глаза визор.
 - Что ищем?
 - Проход. - тут же ответил он. - Сканеры показывают глубину от четырех до двадцати метров у скал. В центре проливов дно опускается еще ниже.
 Турианцы и их "любовь" к воде... Стоит глубине достичь определенной черты, как путь для них закрывается.
 - Гаррус... - протянула я, наблюдая, как заводятся двигатели на дроне, и мелкая юркая машинка поднимается в воздух и уносится вдаль. - А его птицы не сожрут?
 Моя прелесть вздрогнул, дрон вильнул.
 - Кого?
 - Дрон. - я ткнула пальцем в голубого скандалиста, задравшего голову и глазеющего на квадрокоптер с откровенно гастрономическим интересом.
 Гаррус приподнял визор, покосился на меня, вновь опустил полоску экрана на глаза и перевел взгляд на крупного упитанного птица, размерами с откормленного гуся.
 - Обычно птицы на них не нападают. - Найлус задумчиво следил за скандалистом. - Но если нападет... мы останемся без дрона.
 Птиц поёрзал, расплавил крылья, припал к бревну, следя за забирающей вбок машинкой. Мгновения колебаний, слежки, птиц подобрался и... тихо хлопнул приглушенный глушителем выстрел. Голубая туша грузно шлепнулась на дерево и медленно сползла в воду.
 - Над водой не лети. - Кира опустила пистолет, чуть смущенно улыбнулась. - Мы с братом жили в приморском городе. Птицы нападают, если попадаешь в их зону охвата. На высоколетящую цель не будут охотиться, если не приближаться и не "заявлять права" на их добычу.
 - Понял. - короткий ответ.
 Дрон взял чуть выше и умчался куда-то за нашу скалу, быстро пропав из поля зрения. А когда я снова посмотрела на то злополучное поваленное дерево, то...
 - Парни... - я указала на ствол и мелкое бурление у него. - Идти в воде - не вариант.
 Между ломанными ветками покачивалась на воде разворошенная рыбина и голубые перья.
 - После нагона много падали. Ожидаемо, что на такое количество мяса найдутся голодные. - Найлус устало повел плечами. - На Вермайре, по утверждению исследовательской службы, нет крупных хищников.
 - На суще или вообще?
 - Не уточнялось. - голос звучал сухо и ровно.
 Если на планете настолько приятный ровный климат, если ее океаны достаточно теплые и глубокие... в них не может не быть богатого биома с большим разнообразием жизни. А хищники - неотъемлемая часть любого сбалансированного биома. И чем крупнее травоядные, тем соразмернее им хищники. Крупные хищники знают пределы своих территорий и на мелководье редко заплывают. Ураган мог прибить таких, но... разве у нас есть варианты?
 - Иногда мелкие хищники опаснее крупных. - негромко произнес Аэтера.
 Соглашусь...
 - В воде хищники любого размера опасны. - сказала я, массируя разнывшиеся виски. - Ладно, броня защитит, но идти по дну - так себе затея.
 Даже знать не хочу, какая пересеченная местность сейчас под водой. Да и зачем идти, если можно плыть?
 - Найлус, на "Драгоре" лодка есть?
 Крайк медленно повернул голову, молча глядя на меня тяжелым пристальным взглядом. Какое у него было выражение лица... Какие эмоции в глазах...
 - В аварийном комплекте должна быть. - наконец, тяжело произнес он.
 - Пошли искать? - осторожно спросила я, почему-то резко почувствовав себя... виноватой.
 Он коротко кивнул, таки потер устало лицо, встряхнулся и ушел в пещеру. Только мандибулы нервно дернулись на очередной птичий ор, раздавшийся под нами: на тот же самый ствол приземлилась голубая птица, пару раз подпрыгнула, примериваясь, распушила хвост, раскрыла для равновесия крылья и выдернула недоеденную рыбу...
 - Аэте. - тихо позвала я.
 Асур вопросительно склонил голову. Я взглядом указала на Гарруса.
 - Идите.
 Мы с Кирой ушли на корабль, оставив Гарруса под присмотром Аэтеры: я не знаю, какое тут летучее зверье и сколько времени займет проверка территории в зоне охвата разведдрона.
 
 Лодка в аварийном комплекте нашлась: крупный красный свёрток обнаружился на положенном месте у спасательной капсулы. Найлус с Кирой достали его, вытащили в пещеру, запустили протокол аварийной накачки. Мы должны знать, чем располагаем, до того, как постоим все планы и рассчитаем маршрут.
 Лодка развернулась как полагалось, быстро надулась компрессором, подпрыгнув на гладких камнях. Хорошая, добротная восьмиместная лодка из крепкого полимера, способного выдержать зубы гипотетических хищников, обломки веток и удар металлического ножа без мономолекулярной кромки. К лодке прилагались две пары весел и два мелких водомётных двигателя, уже встроенных в кормовую часть у рулевого весла.
 Всё в этой лодке было прекрасно: она крупная, удобная, крепкая, надежная, баллоны у нее секционные, с системой автоподкачки. Есть и скамейки из того же полимера, есть короба с набором вещей первой важности. Даже встроенный маломощный опреснитель есть. Но был в ней один... нюанс.
 Она красная.
 Ярко-красная надувная спасательная лодка из аварийного комплекта, которую должно быть хорошо и далеко видно на фоне воды.
 - Вы же понимаете, что ее придется чем-то покрасить? - вкрадчиво спросила я, расхаживая вокруг нашего единственного плавсредства.
 Пока мы возились с поисками, вынимали лодку из гнезда и тащили ее по кораблю, вернулись Аэте с Гаррусом: птицы, всё же, на дрона напали, разодрали и утопили останки. Проверить удалось всего пару километров пути, но... Как коротко сказал Гаррус: "Без особых отличий".
 - Под яркими солнечными лучами мы будем сиять на всю округу как маяк. - добавила я, подсвечивая лодку фонариком, отчего все мы стали красными на одном световом рефлексе. - У нее замечательная отражающая поверхность.
 - Это спасательная лодка... - Гаррус развел руками. - Ее должно быть хорошо видно.
 - Я понимаю, но нам не надо, чтобы нас было хорошо видно. - я расхаживала, сунув руки в карманы форменной военной куртки. - На корабле есть краска?
 Вопрос был, скорее, риторическим, потому как, наверное, последнее, что может понадобится на космическом корабле, это краска, пригодная для наших целей. На "Нормандии" ее нет однозначно: после полной инвентаризации я это знаю точно. Да и мой реципиент как-то ни разу не сталкивалась с необходимостью использовать краску на военном космическом корабле нынешнего стандарта... Однако, к нашему огромному удивлению, Найлус как-то странно хохотнул и ответил:
 - Не поверите, но она есть.
 - У тебя есть краска на корабле? - уточнила я. - Несмываемая, нерастворимая водой, хорошо цепляющаяся за такой гладкий полимер?
 - Есть. - Найлус откровенно веселился. - Идем, покажу.
 - Ну пошли. Заодно расскажешь, как так получилось, и зачем тебе краска... - я запнулась. - Она в какой форме?
 - Аэрозоль в баллонах. - коротко ответил моя темная радость, направляясь к кораблю и приглашающе махнув нам рукой.
 Мы переглянулись и пошли следом. А Найлус, взбодрившись, рассказывал:
 - Помните моих знакомых-людей из Руси?
 - Это те, которым Лиара помогала с дипломатическими протоколами и этикетом? - уточнила я.
 - Да, эти.
 - Смутно, но помню. Женщина - Злата и двое мужчин.
 Мы поднялись на корабль по опущенному трапу.
 - Михаил и Святослав. Да, они. - настроение у Найлуса определенно пошло вверх, он взбодрился и говорил с удовольствием и весельем. - Я с ними встретился случайно на одном из своих заданий, познакомился, разговорились. Не сразу: Михаил - параноик, а Свят давно перестал верить разумным. У них на троих небольшой корабль и мелкая частная компания, занимающаяся всем, чем только можно.
 Трюм на "Драгоре" небольшой и очень плотно заставлен всяким полезным барахлом. Сюда даже влезла небольшая мастерская и выход с корабельного склада, куда нас и вел Крайк.
 - Мы встречались несколько раз. Случайно. - он вытащил большой металлический ящик из-под антресоли. - Как-то незаметно сдружились. Я им помогал, они делали для меня работу. Однажды проговорились про свою планету и молодое государство Русь, основанное на рубежах беглецами с Земли...
 Ящик был доставлен к нам, но Крайк не спешил его открывать.
 - Как-то раз я прилетел к ним в гости: хотел проверить, что там у них происходит. Мы знаем, что люди - не монолитны. Нам известно, что Альянс Систем манипулирует нашими законами и говорит от лица человечества не имея на это прав, но что-либо сделать мы не можем. Нужна причина для выставления вотума недоверия. Нужно еще одно государство людей, которое бы соответствовало требованиям к самодостаточному политическому субъекту. Тогда я решил, что, возможно, Русь сможет стать противовесом Альянсу Систем на политической арене человеческого вида.
 - И ты к ним прилетел в гости с разведкой? - уточнила я.
 В ответ он клыкасто ухмыльнулся.
 - Можно и так сказать. Меня приняли радушно, но пробыл я там недолго: на тот момент Русь только формировалась и втайне вывозила будущих сограждан с родной планеты. Потом я прилетел еще раз. И еще. Так я познакомился с обитателями Таррии. Удивительно, но люди поселились на декстро-планете, и довольно успешно ведут свое хозяйство. - Найлус как-то грустно хмыкнул. - Мне там рады. Меня там знают. Не только взрослые, но и молодняк. Я им многое позволяю. Например, я как-то раз разрешил им разрисовать свой корабль.
 Что?
 Мы дружно уставились на улыбающегося Крайка.
 - Ты позволил детям разрисовать корабль? - переспросил Гаррус.
 - Почему нет? Что они ему сделают? - Найлус хмыкнул.
 - Ничего...
 - Вот и я так думал, пока не понял, что красят они мне корабль въедливым молекулярным красителем, которым наносят разметку на борта. - со смешком выдал зеленоглазый авантюрист. - Эта краска держалась несмотря на все мои попытки ее свести. Я пытался ее спалить при входе-выходе в атмосферу по критичной траектории и на высокой скорости, но... - он развел руками. - Желтые ромашки были со мной девятнадцать месяцев до полной замены броневых пластин.
 Найлус откинул крышку контейнера, показывая нам ряды баллонов с красителем.
 - С тех пор я держу на корабле краску: эта облезает от любой высокой температуры. Она не слишком долговечная, но на покраску лодки сгодится.
 С этими словами он достал из бокса баллоны с синей и голубой краской, и вручил нам.
 - Это лучше, чем чем-то ее обклеивать. - я взяла баллоны, прикинула вес. - Хватит за глаза. Пошли красить.
 Осмотрев маркировки на баллоне, нашла нужную информацию и самое главное - скорость высыхания. Сохла краска очень быстро, водой не растворялась, на полимер и пластик, по утверждению производителей, ложилась. Вот и проверим.
 Уже стоя над лодкой под светом прожекторов "Драгора", я ждала, пока парни накроют двигатели пленкой и уберут из лодки всё, что не красное и не должно стать голубым. Скамейки, снаряжение, весла, сумки и прочее добро, которое мы можем просто испортить. Но вот, наконец, новенькая, чистенькая лодка осталась без всего лишнего, радостно сияя алым под лучами прожекторов на всю ярко-красную от ее рефлексов пещеру.
 - Кира.
 Девушка подняла на меня глаза, радостно сжимая в руках баллончики с уже снятыми кольцами-стопорами под наконечниками.
 - Как у тебя с рисованием?
 - Отвратительно - асура улыбалась.
 - Вот и у меня... вроде бы. - встряхнув баллончики, я отщелкнула колпачки. - Ну что? Давай рисовать на лодке воду! С волнами. Чтобы не маячить однотонным голубым или синим пятном...
 Кира демонстративно размяла руки, пробно пшикнула краской на камень, проверяя, нормально ли встал наконечник, и мы начали закрашивать ужасающе-яркий алый цвет, от которого в глазах полыхало, а мир окрашивался темно-зелеными пятнами засветки.
 - Парни. Можете не ждать. - после пары минут работы, сказала я, критично оценив нашу с Кирой производительность. - Это займет время...
 
 Когда работает кто-то другой или когда прицеливаешься к незнакомой работе, кажется, что это быстро и просто. Но это не так. Легко обмануться, если делаешь что-то впервые, но практика быстро расставляет все по местам. Так и мы только начав заливать лодку краской, быстро осознали, насколько это кропотливая и довольно долгая работа. Благо хоть краски у Найлуса оказалось много, потому как даже простая прогрунтовка всего алого полотна потребовала трех проходов: ядрёный цвет просвечивался при малейшем дефекте. Случайно смазала пальцем свежую краску или неровно нанесла слой, и все, алый цвет предательски сияет в лучах любого света. Дополнительно пожирали время технические паузы: красочный слой должен просохнуть полностью перед повторным проходом. Да, схватывалась краска быстро, но полностью просыхала не так быстро, как нам бы хотелось.
 В итоге мы провозились до вечера, но к сумеркам лодка была полностью прокрашена в пятнистый "водный" окрас, всё снаряжение вернули на место, подготовили к погрузке припасы.
 - Готово. - наконец, произнесла я, глядя на наш транспорт.
 - Выступаем завтра до рассвета. - коротко сообщил Найлус. - Сейчас стоит отдохнуть.
 Последний раз проверив лодку, убранную под дно корабля, мы поднялись на борт и после небольшого ужина разошлись спать.
 
 
 
 

Глава 69: Царство параноика


 
 
 Лодка мерно рассекала воду.
 Здесь, в узких протоках, петляющих сетью между высокими обрывистыми шхерами, было относительно спокойно. Высокие волны теряли свою силу в прибрежной зоне, разбивались о скалы и до нас докатывалась лишь мелкая волна, но даже она изрядно качала лодку, порой вынуждая турианцев нервно хвататься за поручни. Их страх глубины никуда не делся, лишь затаился под гнетом воли и самоубеждения. А вот мне и асурам плаванье доставляло удовольствие. Вермайр оказался действительно красивым и приятным миром, полным жизни и неуловимой аурой по-настоящему дикой и неиспорченной планеты.
 Мы не спешили, не гнали, двигаясь неспешно на скорости около восьми километров в час. Нормальная средняя скорость для груженой надувной лодки с двумя не самыми мощными, зато надежными двигателями, жрущими свои аккумуляторы без фанатизма и не требующие постоянной подзарядки от солнечных батарей. Быстрее плыть опасно: после урагана все протоки так или иначе забиты мусором, трупами крупных морских существ и огромными горами водорослей. Где-то плавали лишь отдельные бревна или клоки водной растительности, а где-то огромные завалы перегораживали протоку, собираясь вокруг массивных тел выкинутых на мелководье подводных монстров. На всем этом богатстве пировали птицы и зверье, отчего вода у огромных туш буквально кипела от драк за падаль. К таким оживленным... столовкам мы старались не приближаться и оплывали их большим кругом, а потому к точке назначения добирались мы долго, медленно и без лишних рисков, стараясь не попадаться на глаза местным хищникам и бойцам Сарена, скучающим на мелких форпостах и наблюдательных точках на крупных шхерах.
 Форпостов по округе оказалось довольно много, расположены они так, чтобы дозорные на вышках могли просматривать если не все протоки, то основные подходные пути. Но то ли сидящий там гарнизон никого не ждал со стороны воды после прохода урагана, то ли кроганы бестолочи, а в гарнизонах были именно они, или это необученные полноценно малолетки, прохлопавшие практически незаметную надувную лодку с пятью вооруженными бойцами на ней, но проблем по дороге у нас не возникло и тревоги мы не подняли.
 Возможно, кроганы не так плохи, а нам просто везло по воле всё еще довлеющего над реальностью канона: бравый коммандер Шепард ДОЛЖЕН попасть на базу Сарена в его отсутствие, ДОЛЖЕН дойти до терминала и вызвать на связь Назару. А уж как это произойдет, и у кого наступит временная слепота и слабоумие... канону без разницы.
 Не знаю, что именно стало причиной нашего успеха, но вот, наконец, раздался полный облегчения вибрирующий голос Найлуса:
 - Мы приближаемся к базе.
 Словами не передать, как мы этого ждали... И никакие слова не передадут наше состояние, когда мы увидели за поворотом узкой протоки... взметающуюся из мутных вод отвесную стену, уходящую в небеса серым монолитом.
 - Гаррус, какая у нее высота? - тихо спросила я.
 Блеснула полоска включившегося визора, а через пару секунд я получила ровный лаконичный ответ:
 - Шестьдесят четыре метра.
 Сарен, гребаный ты параноик...
 Десятки метров мощной гладкой стены, перекрывающей протоку между обрывистыми гранитными скалами континентального массива и крупным шхером... Вот зачем надо было стоить настолько мощную, фактически фортификационную стену в реалиях гипотетического нападения с воздуха на космическом корабле при мощной системе ПКО? Гарнизоны - это перестраховка. Никто не будет нападать на эту базу с поверхности планеты. Не тот здесь рельеф, чтобы можно было вообще говорить о полноценном наземном штурме.
 Вся эта канонная идея про бравый марш-бросок на "Мако" в условиях реального мира выглядит как минимум... наивно, потому как протоки здесь глубокие даже при отливе. Машина в них попросту утонет и никакой канон ее не спасет. А по другую сторону базы - иссеченный горный кряж, поднимающийся от береговой линии и уходящий на десятки километров вглубь континента. Там нельзя пройти и, тем более, невозможно проехать.
 Вообще. Никак.
 Со стороны океана добираться? Так там как на ладони будешь, а оборонные системы у базы прекрасные, снайпера-геты косоглазием не страдают, да и кроганы не настолько слепые и тупые. А еще непонятно, что в этом океане водится. Вон, пирушки у трупов такие, что кровавая вода бурлит от драк и голодных тел даже на мелководье.
 Вновь плеснула о борт волна, окатив веером брызг. Нас качнуло сильнее обычного. Гаррус нервно сжал пальцы на крае скамеечки, а Найлус лишь довернул чуть лодку, заворачивая нас ближе к массивному высокому шхеру с обрывистыми скалами и пышной растительностью на вершине.
 - Может, мне кто-то подскажет... Это нормально, стоить такое на необитаемой планете? - вяло спросила я, с некоторой растерянностью продолжая глазеть на стену.
 - Это нормально, если среда сверхагрессивная или погодные условия экстремальные. - тихо ответил Гаррус.
 Резонно... Вот только Вермайр заявлен как довольно безопасная планета.
 - Вопросов к Сарену все больше и больше... - устало пробормотала я, потирая виски. - Идеи есть, что нам делать?
 Найлус коротко нервно кивнул, пристально всматриваясь в приближающийся шхер. Ищет место, где можно причалить и на какое-то время оставить лодку так, чтобы ее не сожрали подводные хищники и не попортили птицы, приняв за экзотическую падаль.
 - Помимо визуальной разведки. - уточнила я.
 Мы заранее договаривались о предварительной разведке собственными глазами, на основании которой сможем составить план проникновения на базу. Просканировать или отфотографировать ее беспилотниками мы не могли: ПКО и зенитные батареи там отличные, и дронов бы заметили. Еще я помню, что на базе Сарена полно гетов, а они меткие. Тут нам даже канон не поможет со всеми его скидками и поблажками.
 - Если совсем никаких вариантов не останется, тогда я выйду с Сареном на связь. - неожиданно произнес Аэтера. - Он не откажет мне во встрече. Особенно, если я скажу, что уже на Вермайре под стеной его базы...
 Я подняла взгляд на белобрысое чудовище.
 - Он ведь меня пустит... - чуть виновато добавил асур. - Или отдаст приказ меня пустить.
 А ведь действительно, его пропустят... От Аэтеры Сарен не будет ждать подставы. Даже если узнает, что прибыл асур в нашей компании. Боевые химеры не предают. Даже если они полны сомнений в напарнике и у них есть вопросы. Другое дело, что методы у химер, которые они посчитают допустимыми для... защиты и спасения напарника, могут быть весьма сумрачными.
 - Я могу сказать Сарену, что мы прилетели с ним поговорить... Нам есть, что ему сказать. - фиолетовые глаза искрились весельем с долей виноватого смущения. - Он мне поверит.
 Поверит. Настолько, что сделает нам предварительную скидку из-за доверия асура. Он даже будет настроен менее... скептично по отношению ко мне лично, раз уж мне удалось уговорить Аэте, и тот привез меня на эту планету.
 И ведь асур будет прав: мы не хотим зла Сарену. У нас другие цели и задачи.
 - Можешь... - глухо сказала я, потирая внезапно разнывшиеся виски. - Но пусть это останется на совсем уж крайний случай.
 Раз за разом я замечаю, насколько прояснился разум после падения Цитадели Памяти в моей голове. Словно слетела какая-то пелена. Фокус, сужающий мышление и обрезающий способность видеть иные варианты и развилки в событийном полотне при том же наборе причинно-следственных связей.
 Почему я не думала о других путях, зациклившись на единственном возможном варианте общения с легендарным Спектром, при котором у нас возможна хоть какая-то будущая совместная работа? Почему я считала, что мы сработаемся только если он НЕ является предателем?
 Не важно, является ли Сарен реально злодеем этой части истории или нет! Какая разница, предал он Пространство Цитадели или пытается его спасти? И так, и так станешь предателем, и не важно, хочешь ты спасти как можно больше разумных или только себя. При любом раскладе придется работать со Жнецом и идти против существующего порядка!
 А Сарен...
 Его мотивы и логика действий на возможность нашей работы не влияет! Это влияет лишь на подбор правильной мотивации, не более того!
 По-настоящему важно лишь то, что Сарен Артериус - самый известный Спектр в этой галактике с весьма громкой, пусть и специфической репутацией, с огромным влиянием, опытом и багажом знаний. И, что куда серьезнее и весомее: он - то единственное, что удерживает Назару от того, чтобы дать отмашку Предвестнику начинать Жатву.
 Это - важно.
 Только это!
 А мотивы... Мотивы важны только для нашего личного восприятия этого неоднозначного мужчины. Для нашего отношения к нему, но никак не для работы. Даже если легендарный Спектр и в самом деле мудак-предатель-сволочь-скотина, у нас всё равно есть общая с ним цель - выживание. То, что заявляется даже при варианте с настоящим предательством.
 Этого достаточно для совместной работы... ведь я тоже не собираюсь спасать всех.
 Мне не нужен мир в этой галактике, выживание всех поголовно и сохранение существующего порядка. Мне надо изменить историю канона и сохранить жизнь Отраженной реальности. Это - приоритетная цель, и если я ее не смогу достичь, всё остальное становится бессмысленным. И ЭТО - то, что Сарен не сможет сделать сам при всех своих возможностях, уме и поддержке Властелина, потому как они оба - жертвы канона и никак не могут на него повлиять.
 А я могу.
 Я и только я.
 Они будут вынуждены со мной работать. Хочет Сарен того или нет. Если не захочет - Назара заставит. А с Властелином я поговорю, как только доберусь до его терминала. И эта общая цель - выживание - прекрасный базис для начала нашего общего сотрудничества. А там...
 Я кривовато улыбнулась, глядя в серый монолит стены.
 Кто знает, как у нас дальше пойдет работа? Кто знает, куда качнется чаша выбора и к чему мы придем? Кто знает, как начнет развиваться личность Спектра и Властелина, попав в фокус влияния единственного стабилизирующего фактора воплощенной реальности?
 Меня.
 Я - то, что вносит коррективы в развитие истории.
 Я - ось существования этой реальности, и с каждым моим действием, с каждым знакомством и яркой бороздой, которую я пропахиваю в теле канона, меня становится всё сложнее подменить однофамильцем. А после наложения Печати на реальность...
 Ни Джон, ни Джейн уже не смогут встать во главе канонной истории: никто за ними не пойдет. Они - ведомые. Мои ведомые! Их психика и личность уже изменились, и они не вывезут на себе этот кошмар. Потому что они тоже жертвы истории. В отличии от меня.
 Но самое важное даже не моё влияние на историю, а то, что моё присутствие, даже без непосредственного воздействия, выводит разумных из тени канона и превращает их из абстрактного персонажа с заданными ТТХ в живую личность с живой душой. А если я с этой личностью общаюсь, то те параметры, которые всплывают во время разговора и взаимодействия, закрепляются и кладутся в базис сущности. Именно так персонажи превращаются в живых разумных существ и никак иначе!
 А на этот процесс можно влиять!
 Можно заставить личность качнуться в нужную сторону, если подобная возможность хоть призрачно, но допускается каноном. Если есть хоть тень метания у персонажа, можно, осознанно надавив на этот нюанс, вывести его во главу и, тем самым, повлиять на формирование живого существа с тем базисом в личности, благодаря которому подобные переживания могут вообще стать возможными.
 Та самая тонкая грань управления стабилизирующейся реальностью, о которой мне когда-то упоминали. Вскользь. Сказав лишь, что в момент моего осознания этой возможности, я пойму, как ею пользоваться.
 Прав был Эстус. Осознав, я поняла. А поняв, я могу этим пользоваться.
 Не всегда и не постоянно: есть пределы гибкости у каждого героя истории. Но в том-то и прелесть протагониста и антагониста: они прописаны детально. Про них много информации, много слов, диалогов и вроде бы бесполезной информации. Коротких отрывков, которые должны создать драму или неясность ситуации и мотивации. То, чем я могу сейчас воспользоваться. А Сарен - герой неоднозначный. Про него достаточно много известно, чтобы можно было составить весьма многогранный и противоречивый образ. А где противоречия, там же и возможность выбора. Плюс ко всему добавляются неточности перевода и нюансы формулировок каждой фразы, на которые можно опираться и которыми можно играть так, как не каждый адвокат играет формулировками в законах!
 Не только игра влияет. Книги, комиксы, различия в переводе... Всё это идет в учёт!
 Дерганное напряжение, дравшее мне душу все эти дни, медленно разжимало когти. Не важно, что Сарен и Назара мне скажут при первой встрече и как себя поведут. Вообще наплевать, что Спектр будет делать в первые несколько суток. Их надо будет просто пережить. А вот потом... Потом я буду очень много с ним работать.
 - Возможно, стоило сразу выйти с Сареном на связь и без затей договориться о встрече? - произнесла я, подводя черту под размышлениями.
 - Возможно. - задумчиво согласился Найлус.
 Этот вариант я тоже оставлю на крайний случай. Не потому, что мне нужен эпик и пафос. По другой причине, более банальной.
 - Я хочу знать уязвимые места этой базы. - спокойно произнесла я. - Если мы сможем пробраться, значит, найдется другой умелец, и мы поимеем проблем в будущем. Про ГОР забывать не стоит.
 Гаррус вопросительно шевельнул мандибулами и чуть склонил голову. А Найлус озвучил его молчаливый вопрос:
 - Мы?
 - Эта база станет нашим оплотом. - спокойно произнесла я: с каждым сказанным словом эта идея мне всё больше и больше нравилась. - Она удобная. У нее есть гарнизон. К ней прилагаются лаборатории, готовые поставлять нам войска. У этой базы приятная планета. А еще она идет комплектом к Сарену, чей опыт и знания помогут мне в будущих разборках. Не только с "Цербером" и Альянсом Систем.
 Я говорила спокойно, ровным тоном, а перед глазами словно разворачивалась событийная цепочка, испещренная причинно-следственными связями и возможностями, которые мне откроются, если я смогу сделать одно-единственное дело.
 - Нам нужен Сарен. Живым, здоровым, адекватным и способным к продуктивной работе. Я знаю, что он будет настроен на разговор: давление канона в этом случае мне на руку. Я знаю, что на разговор будет настроен и Властелин. Это единственный мой шанс договориться с Назарой или как-то его заинтересовать настолько, чтобы получить возможность поговорить с ним еще раз. Предметно и продуктивно, а не обмениваясь пафосными выражениями в стиле "я тебя победю".
 Кира затаилась и молчаливо слушала: про подоплеку нашей миссии она не знала и никогда раньше в ее присутствии мы не обсуждали легенду Спецкорпуса. А вот мужчины к моим словам прислушивались и ловили отголоски образов, бурлящих в моей голове.
 - Сами посудите. Где мы еще найдем такую помощь и поддержку? Да нигде. Гипотетическая помощь от Призрака, которую мне он вроде как даст во второй части канона... Да ею можно попросту подтереться и выкинуть за борт. - я нервно дернула плечом. - Корабль да, неплох. Но он построен "Цербером" и обштампован эмблемами этой террористической организации от носа до жопы, что автоматически превращает нас самих в представителей этой организации и в подчиненных Призрака. Иными словами, мы становимся преступниками и террористами. Идем дальше. Экипаж второй "Нормандии" - уголовники, неудачники, пафосные идеалисты со своими причудами во главе с самовлюбленной властной бабой с комплексом отличницы, проблемами в голове и в прошлом.
 - А Джокер? - мурлыкнул Найлус, отчего-то улыбаясь.
 - А что Джокер? Найлус, давай по-честному, а? Его не посадили после угона прототипа только из-за фактического приказа турианского генерала, обеспечившего калеке место в ВКС и будущее.
 Моя укоризна была проигнорирована: наш темнокожий монстр прекрасно знает биографию Джеффа.
 - Гаррус... - я вздохнула. - Ну, ты станешь главной целью всея Омеги. Убийца, террорист, диверсант и так далее по списку в глазах военных Альянса Систем, еще и работающий на главную террористическую организацию всея человечества. Это у Иерархии к тебе никаких претензий не будет, в отличии от тех, чьи интересы пострадают из-за твоего произвола на Омеге.
 Знаю, ему непривычно и странно слышать о своих будущих действиях, но если быть совсем честными, то... рождение Архангела - вопрос времени и неудачного стечения обстоятельств.
 - Меня гарантировано сдадут под трибунал после работы на "Цербер", как только бравый капитан Андерсон до меня доберется. Это - канонное "дано", от которого при соблюдении всех остальных условий никак не отвертеться.
 Я скривилась.
 - Вот и вся помощь, на которую я могу рассчитывать.
 - А Совет? - тихо спросил Гаррус.
 - А что Совет? В Совете рассчитывать можно только на Спаратуса. У азари свои интересы и свои... грешки. Достаточно вспомнить храм на Тессии и узаконенное контрактное рабство на Иллиуме. Я его им припомню в нужное время. - я криво усмехнулась, глядя в суженые зеленые глаза. - О, поверь, я им припомню и протеанский архив, и приныканные артефакты, и ложь и всё остальное, что смогу вспомнить. Да, они мне этого не простят, но мне плевать на их прощение. Мне нужна их покорность и послушание, а не добровольное сотрудничество: его никогда и ни при каких условиях не будет. - я смотрела в яркие зеленые глаза не отводя взгляда. - Саларианцы мне не простят лаборатории с лекарством от генофага, которые я собираюсь оставить работать. Потому что мне не нужен активный генофаг на моих кроганах. А как контролировать их популяцию... есть много вариантов, куда более полезных и практичных, чем генетическая зараза.
 Гаррус нервно дернул мандибулами, но промолчал: разум у нашей голубоглазой радости столь же остр, как и зрение. И столь же точен, как его рука. Знаю, его подобные слова... приводят в растерянность, входя в конфликт с воспитанием, полученным от отца, и теми базисами морали, на которые тот опирается. Это сейчас он молчит и растерянно хлопает глазами, но я знаю, как четко и точно складывается политическая мозаика в его голове.
 - Никто никогда не убедит меня в том, что далатрессы будут честны в совместной работе во имя выживания.
 Найлус на это фыркнул, Гаррус поморщился.
 - Они нас обманут и предадут, как только мы сделаем то, что нужно. Выберут удобный момент. Этому виду свойственны тихие подставы и удары в спину. Они никого не ценят и ни один вид в галактике не перевесит в их глазах собственное удобство и возможность занять доминирующие позиции, за которые они сражаются с азари. Вас, турианцев, они не воспринимаю как конкурентов. Вы слишком порядочные и честные, вами легко рулить обманом и подставами, играя на ваших кодексах и законах чести.
 Гаррус сумрачно кивнул. Сейчас, во время этого разговора он не красавчик-снайпер с восхитительным голосом и природным обаянием, а, прежде всего, военный генерал с опытом работы следователем на столичной станции.
 - Скажите мне, каков шанс, что мне простят милейших мальчиков из ГОРа, которые, возможно, украсят своими трупами джунгли этой прекрасной планеты? - кривовато усмехаясь, спросила я. - Если Киррахе окажется таким, каким я ожидаю его увидеть с учетом всей имеющейся информации про него и Мордина, он не покинет Вермайр живым. Потому что он мне удобнее мертвым. Проблем от него меньше. Ну или закладок насую в его мозги, чтобы был милым, покладистым и управляемым.
 Мой вопрос не требовал ответа: ГОР никогда не прощает смерти своих сослуживцев. Похвально. Бесспорно. Вот только в будущем ГОР - это еще один мой противник, если не просто враг.
 Умиротворенное спокойствие накрывало как пушистое одеяло, придавливая нервозность и метания. Наверное, стоило сразу признаться самой себе, что союзников у меня здесь нет. Кроме тех, кто неугоден доминирующим видам. Или просто для них крайне неудобен, как те же турианцы, выпадающие из общего милого сообщества своей идейной несовместимостью. Я не считаю тех из них, кто ассимилировался и принял иные правила. Они уже чужие. Не такие, какие мне нужны. Зато я знаю, кто мне нужен. Практически поименно! Не только турианцы, но и люди, и азари и даже саларианцы. Я знаю, где и когда я их смогу найти.
 - Наверное, в этом есть какая-то циничная ирония. - я перевела взгляд на массивную стену, улыбнулась своим мыслям. - Героем можно стать лишь вопреки. Спасти можно, идя против всех. А тех, кто в итоге приводит к благополучию, вершинам развития или банально к спасению и выживанию, проклинают в спину и пытаются уничтожить.
 Турианцы молчали, а асуры... Аэтера широко улыбался, полностью довольный и умиротворенный. Кира слушала меня и кивала, иногда позволяя себе что-то тихонько ворчать под нос.
 - Выживание Сарена мне не простят в принципе. Без разницы, пытается он спасти всех или только себя. Особенно, если эта голубоглазая язва окунёт в концентрированное токсичное говно Альянс Систем и саларов напару с азари. А если попросить и поддержать, то он их в этом дерьме попросту утопит: у Сарена компромата на них столько, что можно развалить Пространство Цитадели и развязать войну между народами без всякого Теневого Трона.
 Мужчины сумрачно молчали, а меня прямо понесло:
 - Говоря про Теневой Трон, я могу вас заверить, что там я найду столько достоверной и подтвержденной реальными записями информации, что я могу взять за вымя все народы Пространства Цитадели и рулить ими так, как мне надо через их "не хочу", "не могу" и "нельзя". Но чтобы этим богатством воспользоваться, мало сидеть на информационном троне, надо иметь достаточно силы, власти и денег, чтобы воздействовать на события. И чтобы защититься от желающих грохнуть. Поверьте, таких будет немало: Теневой Трон всегда ищут.
 Легкий ветерок ерошит волосы, иногда закидывая ало-рыжие пряди мне в глаза. Вкусно пахнет морем и свежей зеленью: у подножия этого шхера падали и гниющих водорослей нет. Тут чисто, свежо и приятно.
 Отчего-то с каждым мгновением, с каждым сказанным словом и постепенным отказом от первоначальных планов и идей, мне становится легче на душе. Словно я сбрасываю какие-то грузы или... давление реальности, выбирая тот единственный реальный путь в выживанию, который у нас есть.
 Никакого идеализма и веры в других.
 Идеализм хорош для убеждения праведников и паладинов, но он опасен в работе. Никакой идеализм и вера в добро не помогут мне переломить сопротивление политиков, преступников, властных мудаков, жадных сволочей и беспринципных тварей. А вот компромат, грубая сила и оружие - очень даже помогут.
 Но у меня их нет.
 Зато это всё есть у Сарена. Армия. Кроганы - это вероятная армия, равной которой нет в Пространстве Цитадели. Иерархия в этот раз не вступится: мне удалось получить у Примарха разрешение на работу. А при повторной встрече я смогу его убедить в действенности моих методов и в правильности выбранного пути. Я смогу. Потому что у него нет вариантов, если Федориан не хочет привести свой народ к гибели.
 Как там говорил один бог? Наиболее яркие изменения оставляет путь разрушения.
 - Чтобы спасти Пространства Цитадели, мне придется его уничтожить.
 Эти слова вырвались сами собой. Просто и буднично, под далекие вопли голубых птиц, дерущихся за падаль. Как озарение, как итог долгих размышлений и мучительных попыток свести подвисшие хвосты.
 - Никакие слова не изменят решения политиков. - голос звучал ровно и как-то безразлично, напрягая даже меня саму. - Они не прислушаются. Они не начнут действовать, пока их не станут убивать. А тогда уже будет поздно. Жатва начнется, как предписано каноном, и это станет началом конца для всей реальности.
 Мужчины молчали и слушали. Внимательно. С пониманием в глазах и отчетливым... осознанием, какое недавно накрыло меня саму. У нас есть лишь один путь к успеху - путь разрушений.
 - Мы не сможем донесли свои слова до военных. Для Альянса Систем я никто и звать меня коммандер Шепард, а вы все - чужаки. Ваше мнение никого из них волновать не будет. Они не признают ошибочность своей идеологии. Они не рискнут что-то менять. Из всех военных я могу рассчитывать разве что на адмирала Хакета. И то... после того, как узнаю точно его мотивы. Все остальные... - я покачала головой. - О каком понимании может идти речь, если они даже после начала Жатвы умудрялись сраться друг с другом и разводить бюрократию и политику, когда Жнецы уже шагали по планетам? Азари даже после начала Жатвы продолжали утаивать информацию, пока их совсем не взяли за вымя. Саларианцы...
 Я просто устало махнула рукой.
 - Жажда власти, жадность и самомнение народов галактики настолько велики, что даже Жатва их не поколебала. Да, они вроде как объединились... на словах. Но я помню, сколько было дерьма и обоюдных претензий на Цитадели, куда начали стекаться беженцы и где засели политики.
 Мне верили. Хуже, они знали, что так оно и будет. Все мы знали, чего на самом деле стоят народы, которые мы ходим спасать.
 - Да, бесспорно, в их среде есть достойные. Всегда есть достойные. Но они... не влияют на общий результат. А сейчас важен именно он.
 Я устало покачала головой. Этот разговор словно вынимал из меня все нервы и оголял нутро, заставляя быть честной. Предельно. Болезненно. Словно что-то вынуждало меня говорить как есть. Правдиво. Открыто. До последнего и самого важного. До итога моих мыслей. До единственного вывода, который остался в своей ужасающей и кристальной чистоте.
 - Я не буду спасать Пространство Цитадели в том виде, в котором оно есть сейчас.
 Гаррус нервно поджал мандибулы. Найлус слушал с нарастающим интересом. Аэтера получал какое-то странное извращенное удовольствие от моих слов, а Кира... Нашей асуре оказалось так... плевать на это самое Пространство Цитадели в общем и на Альянс Систем в особенности.
 - Я наложила Печать собственности на эту реальность. И она меня поддержала. Реальность. Она жить хочет. Она хочет развиваться. Я тоже хочу развиваться и жить. Но не в этом дерьме, которое своими действиями вынудило древнейших существ этой галактики признать их выбраковкой, которую давно пора перебить. Давайте будем честными и начнем называть вещи своими именами.
 Найлус хмыкнул, кривовато оскалился во все клыки.
 - Каковы планы?
 - Развалить Пространство Цитадели на отдельные государства. - сумрачно ответила я.
 - Это понятно. Это даже несложно сделать. - мощный нерос скалился так радостно, словно я собралась исполнять его розовую мечту детства. - А дальше что?
 - Нам придется разрушить цивилизации. Все без исключений. Возможно, даже вашу Иерархию. По крайней мере ту ее часть, которая живет по законам Пространства Цитадели. - флегматично отозвалась я. - Иначе толку от первого действия, если его не завершить? Без итогового результата оно будет просто актом глобального терроризма.
 В надувной лодке не походить и не подвигаться. Приходится сидеть смирно, придавливая старую привычку расхаживать во время размышлений и таких... сложных разговоров, что только добавляло нервов. Но я заставляла себя сидеть и говорить дальше, выкладывая мысли и делая выводы из своих же слов.
 - Проблема не в самом Пространстве Цитадели, а в идеологии и менталитете цивилизаций, которые его создали. Жнецы уничтожают цивилизации. Не биологические виды. И они правы: именно цивилизация - это квинтэссенция идеологии, менталитета, политического строя, религии, нравственности и морали народа. Это "лицо" народа. И, надо признать, эти лица крайне уродливы.
 Гаррус сумрачно кивнул, соглашаясь с моими словами.
 - Мы не можем спасти обитателей галактики, если они не изменятся. - прямо сказала я. - А они не изменятся, пока не поменяется цивилизация, которая их такими воспитала. Это как замкнутый круг, выйти из которого можно только большой кровью. Хуже то, что изменится нынешнее поколение не сможет. Никогда и ни при каких обстоятельствах взрослая сформированная личность не поменяет свой менталитет. Тут или эта личность изначально подходит под новые правила, или нет. Или эта личность ломается и на ее руинах рождается кто-то другой. Жнецы это, похоже, отчетливо осознают. И вырезают популяцию вида достаточно, чтобы цивилизация не выдержала такого ущерба и развалилась самостоятельно.
 Я покосилась на Аэте. Асур улыбался, слушал мои размышления, но молчал, не вмешиваясь в разговор.
 - По большому счету, у нас выбор только в одном: сами здесь всё развалим или это сделают Жнецы. Если не справимся сами, Назара свистнет Предвестнику, и тогда уже не будет никаких игр в поддавки и попыток спасти героя истории и личного подопытного Каталиста от трибунала.
 Я сказала и... замерла.
 А ведь и правда! Жатва началась во время суда над Шепардом. Минута в минуту. Настолько точно, что Жнецы прибыли к Земле от дальних колоний, пройдя Солнечную Систему со скоростью, достаточной, чтобы суда не случилось.
 Я отчетливо понимаю, сценаристы не делали никакого сомнительного расчета и никакой особой подоплеки, просто возведя ситуацию до пафоса и красивости. Это и было красиво. Но... Законы реальности неумолимы. Каждое действие имеет под собой логику и железное обоснование в мотивах и причинно-следственной связи принятия решения, которое привело к указанному результату.
 Та самая особенность обратного временного развития воплощенной реальности.
 Плевать на замысел разработчиков, мысли сценаристов и идеи, которые они хотели показать! Важны лишь факты! Реальность строится по ним и никак иначе!
 Жнецы прибыли в момент суда над Шепардом. Факт, врезанный в канон.
 Жнец Назара восемнадцать лет катал на себе Сарена Артериуса, поддерживая в нем жизнь и не влияя на свободу воли и психику. Еще один факт, насмерть впаянный в канон.
 А дальше уже идет развитие причинно-следственных и логических цепочек, которые должны протянуться от своего итога к своему началу. С учетом менталитета Жнецов, их разума, расчетливости и всех качеств, присущих столь древним существам.
 Никаких глупостей и "всё во имя сюжета"! Только логика и четкие причинно-следственные связи!
 Но что они в итоге породят? Какой мотив они создадут? Как повлияет этот мотив на личность Властелина? Какими станут Предвестник и Каталист с такими заданными "дано"?
 Вот это уже вопросы всей истории.
 - Мы не сможем всё сделать самостоятельно. - после небольшой паузы, потребовавшейся мне, чтобы вернуть самообладание, я продолжила развивать мысль. - Нам нужны ресурсы и кадры. А еще нам нужны те, кто начнет работу после того, как первая часть увенчается успехом. Развалить существующий порядок - несложно. Любое успешное восстание с этом справляется. Но потом все эти праведные лидеры сталкиваются со второй частью дела: с наведением порядка на руинах. Это тоже относительно просто, достаточно иметь тяжелую руку и суровые методы. Ну или армию дисциплинированных кроганов и много оружия. Но после этого идет третья стадия. Строительство нового порядка, который должен радикально отличаться от предыдущего с учетом ошибок предшественника. И именно третья стадия - то, на чем ломаются все радужные и красивые мечты революционеров вкупе с их идеями. Потому что построить новое общество сложно. Еще сложнее удержать новый порядок настолько долго, чтобы его идеи вросли в подкорку его обитателей. Но самое сложное - это уследить, когда на поверхность вновь всплывет затаившееся дерьмо и убрать его. Всплывет оно не сразу и не явно. Но...
 Я развела руками. Основное было сказано.
 - А еще надо будет уследить за Левиафанами, потому как если не Жнецы всех уничтожат, так эти твари сядут сверху на народы галактики и вновь начнут ими править, как было миллиард лет тому. Вот такие дела. Если я в чем-то ошиблась, скажите мне.
 Неожиданно, но первым ответил мне Гаррус. Нервно теребя в пальцах ремешок лежащего у его ног армейского рюкзака.
 - Я не могу найти изъяна в твоих словах. - голос дрогнул. - Мы сами не видим возможности мирного изменения ситуации. Все предпринятые меры оказались... недействительными.
 Я знаю о безуспешных попытках Иерархии хоть как-то навести порядок в этом кластере. Даже канон показывал, как некрасиво вся их деятельность тонет в этом болоте, и какими последствиями им эти попытки выкатываются. А уж как пользуют их собственную мораль и кодексы... Достаточно вспомнить ту ситуацию с журналистами в зоне боевых действий, из-за которых погиб хороший мужик. Просто так. Без надобности. Из-за наглых идиотов, нарушивших запреты и наплевавших на предупреждения!
 Отвратительная там была ситуация.
 - Не расстраивайся так. - протянув руку, я ласково погладила его по щеке. - Знаю, вы опутаны множеством обязательств и правил. Но я-то нет.
 Гаррус грустно вздохнул.
 - Я не хочу окунаться в это дерьмо. - мягко сказала я, продолжая его гладить по щеке. - Я не хочу вообще в это влезать, потому что тогда мне придется столько пролить крови и стольким разумным разрушить жизнь, что представлять страшно. Я знаю, что никто не благодарит за такое сомнительное спасение. Никто не будет мне рад и мало кто поймет. Ну а каковы альтернативы? Сохранить хорошее отношение окружающих и наблюдать, как их убивают? Или смотреть, как разваливается реальность?
 Ненавижу такие ситуации...
 - Выживание реальности важнее даже миллиардов жизней, потому как они всё равно погибнут, если развалится пространство вокруг них. Я постараюсь... обойтись малой кровью, но если потребуется, меня устроит даже геноцид. Но это дело будущего. А пока давайте причаливать и посмотрим, наконец, на это произведение фортификационного искусства. - я улыбнулась. - Грандиозные планы по захвату галактики - это, бесспорно, прекрасно, но пока у нас всё куда прозаичнее.
 Найлус хмыкнул, вновь завел двигатели, отключенные на время нашего занимательного разговора, и лодка продолжила неспешно двигаться к последнему шхеру у стены.
 Признаю, разговор дался мне тяжело. Еще тяжелее было осознание всей... глубины ситуации, из которой нет высокоморального и этичного по отношению к обитателям галактики выхода. Но самое страшное было не это. Не понимание ситуации, не изменение всех планов, не будущая работа и то, что мне придется с головой погрузиться во все дерьмо Пространства Цитадели и так званых нейтральных регионов. Больше всего пугают изменения во мне самой.
 После слома Цитадели у меня началось ощутимое смещение мировоззрения. Ценности менялись. Что-то отходило на задний план, что-то обесценивалось и становилось бессмысленным, а что-то выходило на роль оси бытия. А еще я осознала, что не могу на это влиять. Изменения подкрадывались исподволь. Обоснованные. Непротиворечивые. На логичном базисе, опирающиеся на то, что я знаю и вижу. Для меня они проходили незаметно. Накладывались мягко и естественно, в тот момент, когда я к ним становилась готова. Моментами озарения и осознания они ломали вроде бы привычные установки, заставляя смотреть на мир иначе и шире.
 Занятно то, что все эти изменения... радуют моих близких. Даже Гаррус признал, что теперь со мной стало... проще. Спокойнее. И надежнее. Обмолвился мимолетно, случайно проговорившись как-то в ночной тиши под неспешную беседу. Наверное, именно это примиряет меня с тем, что предстоит сделать.
 Потому как наш успех нам не простят, а за победу - проклянут.
 
 * * *
 
 Николаус вошел в комнату, вытирая мокрые волосы пушистым полотенцем. Вивьен на мгновение поднял глаза от экрана, чуть улыбнулся и вернулся к чтению новостей. Джон же встал с кровати, нервно и дергано, заставляя себя сохранять мнимое спокойствие и проявить терпение, достаточное, чтобы дядя успел одеться.
 - Есть новости? - наконец, спросил он, когда Нико устало присел на свою кровать.
 Мужчина качнул головой.
 - Тридцать дней прошло... - голос коммандера против воли подрагивал от тревоги.
 - Единственное, что мне удалось узнать: корабль Спектров останавливался на четверо суток на безымянной курортной планете, расположенной на границе Аттического Траверса и Систем Терминуса.
 - Когда?
 - Покинул ее шесть дней назад.
 Коммандера такой ответ... удовлетворил и обнадежил. В какой-то момент он понял: ему достаточно знать, что Спектры живы и работают, а задержки... У любых остановок есть причины.
 - Нас предупреждали о длительном увале. - мягко добавил Николаус.
 Джон согласно кивнул, нервно прогреб начавшие отрастать волосы и привычно прижал пальцем уголок дергающегося в спазме века. Нервотрепка последних месяцев не прошла бесследно: приступы участились, стали более затяжными и в особо острых случаях дополнялись тошнотой. Как сейчас: к горлу предательски подкатывал тугой ком, немного вело восприятие, словно у него чуть кружилась голова.
 - Я слышал, на Цитадель прибыл капитан Андерсон. - голос аналитика был всё таким же ровным и спокойным.
 - Прибыл. - глухо подтвердил Джон, непроизвольно жмурясь: повлиять на этот странный почти спазматический эффект он не мог. - Я его встретил в кабинете посла.
 Николаус хмурился всё сильнее: состояние племянника его откровенно тревожило. Приступы не просто участились: не успевал завершиться предыдущий, как после очередной встречи с послом или с представителями военного командования начинался новый. Еще более сильный, чем предыдущий.
 - Тебя снова вызывали? - мягкий голос чуть подрагивал от сдерживаемой ярости.
 - Да. С утра, пока ты был на тренировке.
 Вивьен молчал, хмуро следя за командиром.
 - Долго продержали?
 - Почти два часа. - Джон нервно дернул рукой, но тут же прикрыл глаза: почему-то пошли странные пятна инверсной засветки, как бывает, если посмотреть на яркий свет и после - зажмуриться. Такие же темные зеленоватые пятна в желтом ореоле. - Пытались узнать, где сейчас Спектр, чем занимаются люди и где мы расквартированы. - мужчина на пару мгновений запнулся, сглатывая ком, уже начинающий мешать дышать.
 Воспоминания об утренней встрече ошпарили тревогой: слишком много было в словах посла двусмысленностей и вопросов с подтекстом. Выросший в военной среде, он прекрасно научился замечать такие опасные вопросы: именно они - первый звоночек приближающихся проблем и немилости у командования. Такие же вопросы были после Элизиума, но тогда общественный резонанс перевесил, и его, Джона, отпустили с мягким устным выговором. Но тогда его в открытую называли героем, и политики вместе с командованием не могли себе позволить хоть как-то наказать его за фактический захват власти в гарнизоне и самовольно развязанную войну. Сейчас же...
 - Посол много говорил о политике. - вновь короткая пауза. - Отдельно останавливался на политической значимости действий Спектра Шепард и нас, как ее подчиненных. Завуалированно напоминал, что мы - военнослужащие ВКС Альянса Систем, а не Пространства Цитадели. Напоминал про присягу. - голос сбойнул. - Нико, мне завуалированно угрожали трибуналом, если я продолжу "бездумно выполнять приказы Спектра Имрир Шепард"!
 Последнюю фразу Джон выделил особо, очень точно скопировав голос посла. Но больше слов посла его насторожил военный, прибывший вместе с капитаном Андерсоном: особистов Джон узнавал всегда и сразу.
 - Нико... - голос Джона упал до шепота.
 Николаус подобрался.
 - Да?
 - У посла в кабинете был сотрудник особого отдела военной контрразведки ВКС Альянса Систем.
 Вивьен едва слышно охнул, Нико помрачнел.
 - Он представился?
 Джон покачал головой, о чем тут же пожалел: мир предательски поплыл.
 - Нет.
 В умение племянника вычислять особистов, Николаус не сомневался.
 - Он говорил?
 - Спрашивал о Спектрах. О корабле. Особенно - о его ремонте: кто делает, что, как. - Джон начал говорить короткими фразами: одно воспоминание об ухоженном вежливом мужчине в гражданском костюме и о вопросах, которые он задавал, заставляло его откровенно психовать. - Я не мог на это ответить. Отправил к Татуму. О генерале уже знают. Можно было сказать.
 Вивьен заполошно вскочил с койки, вытащил из-под стола кофр с лекарствами, покопался и достал упаковку успокаивающих.
 - Что еще? - тем же мягким голосом спросил Николаус, передавая парню бутылку с водой.
 - Он спрашивал, что мы делаем во время отсутствия командира. С кем общаемся. - Джон говорил, не открывая глаз. - Вопросы характерные. Я такие уже встречал. После Элизиума. Вопросы были другие, но причина та же: во мне тогда усомнились.
 Вивьен тронул командира за предплечье.
 - Выпей. - парень подал две таблетки.
 Джон поблагодарил мелким нервным кивком, взял таблетки, привычно разжевал, чтобы быстрее подействовали и проглотил мерзкую горькую массу.
 - Нико, если начали задавать такие вопросы... - коммандер рвано дернул головой: в глазах снова начали плясать пятна засветки и чуть темнеть в боковом зрении. - Что бы мы ни сделали, нам не простят нашу работу! Если на станцию прибыл особист и начал нас вызывать... - он запнулся. - Ты знаешь, что Джейн тоже вызывали, но она не пошла и вежливо послала посла? Такой отказ... Она же не знает, при какой форме запроса нельзя отказывать и надо приходить! Она с этим никогда не сталкивалась! Особист может вызывать от лица посла, и Удина ему не откажет! У них особые формулировки. Как манера разговора: их можно вычислить, если знать. Но она же не...
 Мир как-то странно мигнул, голова резко потяжелела. Ненадолго. На мгновение. Но когда он снова открыл глаза, он обнаружил себя... лежащим на собственной койке. А на него с тревогой и едва прикрытым страхом смотрели Вивьен и Николаус.
 - Что... что произошло?
 Говорить было сложно: язык едва ворочался. Думать было тяжело: голова как в тумане. Забита ватой. И ноет.
 - Сенситивный шок. - тихонько ответил Вивьен. - Твой имплантат дал резонанс по нервной системе.
 Ему потребовалось несколько мучительно-долгих минут, чтобы осознать сказанное.
 - Я... упал в обморок?
 Признание далось тяжело. Если имплантат дал такой эффект... Если он начнет отключаться из-за нервной нагрузки...
 - У тебя была временная потеря сознания. - виновато ответил юный врач, отводя взгляд. - Успокоительное не успело подействовать...
 Джон прикрыл глаза, автоматически поднял руку, прижал вновь задергавшееся в тике веко. Его не повезли в госпиталь. Какой смысл, если последствия работы L2 не лечатся, а лишь купируются, если они проходят в легкой форме?
 Побочные эффекты у него проявились не сразу. Несколько лет казалось, что имплантат прижился вообще без последствий, но... первая же боевая операция проявила скрытый дефект: мелкий спазм у края века перечеркнул его мечту стать пилотом. Они же, эти спазмы, закрыли перед ним дорогу в снайперскую школу. С каждым годом они лишь усиливались, и если раньше для их появления требовался серьезный стресс, то сейчас достаточно сильно перенервничать. Как тогда, в кабинете посла, или сейчас в каюте. Но со спазмами можно мириться. Можно привыкнуть, приноровиться и работать дальше.
 Обморок - это совсем другое. Если он начнет отключаться на пике приступа... если подобное еще хоть раз повториться, то на его карьере военного и, особенно, бойца группы высадки, можно ставить жирный могильный крест.
 
 
 * * *
 
 Два дня спустя
 
 - Я даже не знаю, я в восторге или в унынии. - буркнула я, сумрачно глядя на объемную голограмму, чуть заметно мерцающую в сумраке неглубокой пещеры.
 Найлус устало махнул рукой, отказываясь это комментировать. Ну а что тут скажешь? Только и остается, что руками разводить и надеяться, что гений, построивший это чудо фортификации, где-то недоглядел. Я в это не верила, парни тоже, разведка показала, что всё доглядели, продумали и проверили, а потому рассчитывать мы могли только на так званый "человеческий фактор", против которого бессильна даже самая гениальная и совершенная система безопасности.
 Вот только где этот...
 Со стороны входа в пещеру раздался противный пронзительный ор, разом забивая мысли. Крики нарастали, добавилась возня, мелкая ругань девчонки, хлопанье крыльев, взвизгивания и удивительно-громкие вопли, большая часть диапазона которых уходила в инфразвук и ощутимо давила на голову.
 - Кира! Радость наша! - рыкнула я. - Ты или отпусти его, или придуши!
 Асура виновато втянула голову в плечи, пытаясь сжать длинный клюв нашего недобровольного помощника, но сильная птица умудрялась выкручиваться даже из рук боевой химеры, издавая при этом такие звуки, словно у нас тут садистская скотобойня крупных горластых животных.
 Этого голубого монстра Кира поймала за попыткой отодрать от нашей лодки один из двигателей, пока мы сами изучали базу с вершины шхера. Спугнуть его не получилось: упитанный птиц оказался весьма наглым и совершенно непугливым: нас за опасность он воспринимать отказывался, к жертве своего интереса возвращался с упорством и навязчивостью гнуса. В итоге асура просто поймала пернатую скотину во время очередного захода на несчастную лодку и притащила к нам.
 Зачем она это сделала, сама ответить толком не смогла, зато у нас родилась тупая, но рабочая идея, которую мы воплотили в реальность: обдолбанного ментально птица обвесили камерами и датчиками, и отпустили в вольный управляемый полет. На довольно тупую скотину моих сил хватило, а простенькие закладки и ментальный поводок дали нам условно-управляемый живой дрон.
 Птиц отработал отлично! Вещание с камеры шло безупречно! Сигнал - прекрасный! Пернатая гадина залетела на базу как в свою кормушку, покрутилась там и улетела под матюги обосранного вонючим помётом крогана. Под конец закладки начали ощутимо трещать, и я едва смогла завернуть эту обжору назад к шхеру: оставлять камеру на этой паскуде мы себе позволить не могли. Вдруг ее таки подстрелят и найдут оборудование? А теперь эта погань орет нам в голову! Камеру со всей упряжью сняли сразу по возвращению, и я не вижу ни одной причины, по которой птиц должен оставаться здесь.
  - Он не улетает. - проворчала Кира, зажав-таки птицу под мышкой как крупного гуся, придерживая одной рукой под пузо, а второй зажимая клюв.
 - Так сверни ему шею! - рыкнул Найлус.
 Вот что хорошо в асурах, так это отсутствие ненужных моральных терзаний и страданий. Для Киры Найлус был на следующей ступени после меня и Аэте, а потому горластая птица только и смогла что пару раз дернуться в сильных руках.
 - Теперь у нас есть ужин! - радостно заявила девушка, удобнее перехватывая упитанную тушу. - Пойду ее обдеру.
 Не дожидаясь формального разрешения, асура покинула пещеру.
 - Обожаю их... - буркнула я, растерянно потирая лоб. Эта дурная привычка всплыла как-то сама собой и естественно вплелась в непроизвольную моторику раньше, чем я успела это заметить. - Ладно. Идеи есть? Потому как мне ничего умнее выйти на связь с самим Сареном в голову пока не приходит.
 - Стоит проверить базу со стороны океана. Если не найдем, как попасть внутрь, тогда вернемся на корабль и выйдем на связь. - легкая улыбочка показала кончики клыков. - Мне даже любопытно, дошли до него новости о моём выживании или нет.
 Похоже, язвить на тему собственной смерти Найлусу еще долго не наскучит.
 - Встретишься с ним и узнаешь. - отозвалась я. - Сейчас-то что делать будем?
 - Ничего. - мурлыкнул он. - Ждем до начала заката, и тогда будем проверять базу со стороны воды. - вытянув руку, он когтем повращал модельку. - В дневное время я бы не рисковал.
 - Полагаешь, вечером будет безопаснее? - скептично спросила я.
 - Нет. Но вечером на базах всегда начинаются какие-то дела: кормежка гарнизона, возврат патрулей или боевых групп. Если есть лабораторный комплекс, к этому времени его персонал переходит в жилые отсеки.
 - Иными словами, начинается суета. - продолжила я. - Резонно.
 Клыкастая улыбка стала шире.
 - Камней в прибрежной зоне достаточно, чтобы мы могли...
 - Без лодки, Найлус. - возразила я. - На разведку в океан отправлюсь я и Аэтера: мы умеем долго плавать. Вы останетесь здесь.
 Он приподнял надбровную пластину в немом вопросе.
 - На базе должны быть геты. - напомнила я. - Они не принимают участия во всеобщем движняке, не отвлекаются и не страдают избирательной внимательностью. Лодку они заметят.
 Напарник поморщился и... согласно кивнул. Заплыв - авантюра, конечно, но кто знает? Может, найдем что-то. А может и нет. Как бы ни было тяжело признавать, но у нас нет никаких идей, как попасть внутрь. Мы торчим тут уже два дня! Всё обсмотрели. Сунулись, куда только можно. Птица загоняли до начала срыва закладок. Но...
 Мы ничего не нашли.
 База у Сарена действительно крепость. Мощные, практически вертикальные монолитные стены образуют сплошной периметр, внутри которого располагается целый город: лаборатории, производственные комплексы, склады, небольшой космопорт для личного корабля владельца, жилой массив для персонала, казармы и тренировочные комплексы. Ведет в эту крепость один-единственный монорельс, который охраняется так, что идея им воспользоваться попахивает самоубийством. Никаких других подъездных дорог. Никаких пеших подходов. Никаких портов. Только монорельс.
 Великолепно защищенная крепость. Абсолютно надежная. С огромным гарнизоном из кроганов и гетов, с автоматическими орудиями, чьи массивные силуэты хорошо видны на фоне неба.
 Даже не знаю, есть ли вообще у базы уязвимые места, или неизвестный мне гений от фортификации предусмотрел всё.
 Я вновь потерла лоб.
 Идея взобраться по стенам утыкается в наличие датчиков и в специфическую форму верхней части самой стены. Но даже если удастся на эту стену залезть. Даже если мы сумеем не потревожить сенсорный массив, нас встретят геты. Они патрулируют стену круглосуточно. Нас без затей пристрелят: точки снайперов располагаются внутри базы в защищенных вышках, откуда простреливается каждый миллиметр периметра. Мы не можем по-тихому снять кого-то из гетов: это коллективный ИИ роевого типа. Тронешь одного, узнают все. Праймов на базе столько, что получить тупое стадо машинок, грохнув лишь одного командного юнита, не получится. Да и сам по себе Прайм - это тоже серьезная проблема, поопаснее кроганов. Просто так его не грохнуть!
 Смотрим дальше.
 Монорельс. Допустим, мы с асурами сможем захватить станцию монорельса. Сможем даже на него сесть и доехать до базы. Только толку от этого? Конечная остановка поезда - это станция у основного космопорта, располагающегося за крепостной стеной. На этот космопорт прибывают все корабли, там же они проходят досмотр, и уже после этого досмотра прибывшие проходят за стены через систему тамбуров.
 Это мы узнали из мозгов молодого крогана, у которого удалось без лишних хлопот считать все поверхностные мысли и воспоминания. Нашла я его, втихую подобравшись к форпосту, расположенному на вершине нашего шхера. Относительно невысокие стены поднимались чуть подальше от нашей уютной пещерки и мелкой ложбинки между скальных массивов, в которой мы, фактически под стенами форпоста, изучаем раскинувшуюся перед нами базу. Кроган тогда скучал на наблюдательной вышке и обижался на старших. За что? За всё от хамства и пренебрежения к "пробирочному сопляку" до болючих тумаков и откровенного издевательства во время тренировок... пока турианские наставники не видят. Этих малолетний черепашка очень уважал, хоть и побаивался за суровый нрав, тяжелую руку и внимательность. Но турианцев на базе было немного, а вот взрослых и наглых тучанцев больше, чем хотелось.
 Эта информация оказалась полезна, особенно та ее часть, которая касалась турианских наставников и инструкторов. Многого узнать не получилось: особо я не наглела, далеко в голову пацану не лезла, а моё вторжение, немного топорное из-за слабости, сочли просто мелким рядовым прострелом головной боли.
 Чуть позже Гаррус смог подключиться к информационной сети форпоста, но, покопавшись, с досадой отключился: система защиты там была хорошей, он ее знал и трогать не стал. Критичной нужды у нас нет, а тревогу поднять можно легко. Его мнению я доверяла, и больше в сеть мы не лезли.
 Теоретически, мы могли бы взять этот форпост. Я могла бы подчинить одного из кроганов: на нескольких мне бы не хватило сил, но на одного - вполне. А если подождать еще пару дней, я гарантированно смогу самостоятельно подчинить себе всех малолеток, наставить им закладок и повлиять на психику.
 Вот только какой смысл?
 Допустим, всё получится. А делать-то потом что? На базу их не пошлешь, потому как первый же вопрос у любого взрослого крогана будет: "Чего приперся, вали назад на свой форпост!", и нашего малолетку в лучшем случае завернут обратно.
 Брать базу силой? Смешно.
 Это не игра. Взрослые кроганы удивительно сильны и очень опасны как бойцы. А их тут много. Взрослых, матерых здоровенных мужиков в броне, при оружии и сильных, как бешеный носорог. Есть и Мастера Войны, обученные не хуже Рекса, а то и лучше. У каждого из этих мужиков за спиной немалый боевой опыт, набранный во время работы наемником. Они отлично стреляют. У них тоже хорошая реакция. Они живучие до изумления, сильные, быстрые и хорошо соображают. Они не боятся, не будут бессмысленно метаться, а сходу всадят в рожу заряд из их любимого сверхмощного дробовика! Геты тоже очень сильные, реакция у них моментальная, как и положено синтетикам, стреляют они предельно точно, просчитать траекторию цели им ничего не стоит, потому как в реальном мире нет никаких игровых поблажек вроде косоглазия у ИИ, тугодумства и тупости в поведении, делающих гетов посильной для человека целью. Это еще вначале канон довлел над реальностью, и можно было пользоваться игровыми поблажками. Но не сейчас.
 Всё. Закончились бонусы от попадания и инертности реальности. Правда, откаты тоже прекратились. Влияние эгрегора и пропечатанные канонные предпосылки пока еще действуют и будут действовать до полного отрыва от эгрегора, которого я буду избегать до моего пробуждения на станции "Лазарь" и окончания миссии на Пути Свободы. Но мне сейчас эти предпосылки не помогут, как не поможет "Мако": его без затей расстреляют из артиллерии еще на подъезде или наделают в машине дырок из крупнокалиберного пулемета. Этого добра вдоль стен наставлено достаточно.
 Но даже если не учитывать тяжелое оружие, к базе попросту нет подъездных путей: протоки между шхерами глубокие, с океана - вообще не идея, а по другую сторону базы - пересеченная гористая местность, по которой передвигаться только с помощью альпинистского оборудования. Ну или по воздуху. Но тут уже в дело вступят зенитные комплексы ПВО и ПКО. Это не считая защитных барьеров, а они на базе есть.
 Тупые идеи вроде пройти по канализации, водостокам и прочим техническим отсекам ломаются о банальную узость труб. Отвод воды с базы проходит через широкий канал, составленный из нескольких труб, каждая из которых примерно полметра в сечении. Это мы проверили в первую очередь. Канализация вообще сделана по типу безотходной утилизации продуктов жизнедеятельности в твердые брикеты, которые потом закатывают в полимер дорожек для укрепления их поверхности.
 Красота, в общем.
 Бесспорно, если бы перед нами стояла задача уничтожить эту базу, я бы пошла другим путем. Я бы дождалась, когда вновь полноценно наберу силу, благо, осталось не так много: дня три-четыре, я буду в полной силе не только как менталист, но и как маг. А тогда... Способов стереть с лица мира даже крупный и защищенный город у боевого мага немало. Никакая автоматическая защита против такого не поможет.
 Но мне-то надо иное! Мне не надо портить тех, кто потом будет на меня же работать!
 Идиотская ситуация...
 - Если мы ничего не найдем, то возвращаемся на корабль и выходим на связь с Сареном. - подвела я итог. - Полагаю, раз мальчики из ГОРа ничего не придумали, то и мы ничего не найдем. Разве только случайность поможет.
 Гаррус, подумав, согласно склонил голову, а Найлус скривился.
 Саларов мы, всё же, нашли. Чуть дальше вглубь континента. Они и правда торчали на пляже на берегу протоки. Мятые, грязные, мрачные, сидящие на обломках своего корабля. Нашли мы их при осмотре территории с вершины шхера по наводке моего недобровольного крогана-помощника, но выходить на контакт не стали. Смысл? Пусть сидят. Над ними и так малолетние кроганы подрачиваются, иногда постреливая в их сторону. Косят безбожно, но саларов это держит в тонусе и в перманентной ярости, потому как сделать что-то с этими панцирными засранцами лупоглазики не могут. Вот и бесятся.
 - Я могу подвезти вас к черте прибоя. - произнес Найлус.
 Аэтера прикинул расстояние и согласно кивнул.
 - Не помешает.
 До выхода в океан довольно далеко. Лодка доплывет минут за двадцать, может, еще немного пройдем под прикрытием скал. Но дальше только вплавь.
 - Тогда ждем начала сумерек и до заката выплываем.
 
 Принятые решения резко изменили наши планы на будущее, сузив их до пары суток, которые могут потребоваться мне и Аэте на поиск последней возможности пробраться втихую на базу. Бесспорно, это было... неприятно: признать собственное поражение под забором долгожданной цели, уткнувшись в непосильную для нас задачу и в непреодолимую защиту. Но это было логично. Это - правильно. А игра...
 А что игра?
 Я сощурила глаза, глядя в яркое синее небо и наслаждаясь ароматами океана и свежего воздуха, наполненного запахами сочной листвы и разогретого солнцем камня.
 Игра делалась для игроков, которые гарантированно должны ее пройти, пусть и со сложностями. В игре враг всегда преодолим. Его всегда можно победить, какую бы оборону он ни построил. Всегда найдутся бреши и недосмотры, потому что так должно быть. Никто не будет делать игру, в которой у игрока нет ни единого шанса. Так и здесь. Игрок с командой из двух соратников верхом на посредственном колесном тарантасе смог пройти все линии обороны несмотря на весь их гарнизон. Хороший гарнизон и мощное вооружение!
 Игра и живая воплощенная реальность отличаются именно в реализме! И чем больше она оживает, тем призрачнее становятся игровые условности. Но шанс-то есть! Именно из-за этого призрачного шанса мы собираемся вплавь пересечь бухту и выйти к базе со стороны океана.
 Подошел Аэтера, присел рядом на камень. Он уже снял броню, оставив только поддоспешник: мы решили попробовать проплыть в них, поскольку захватить с Цитадели снаряжение для плавания мы не догадались, а на корабле Найлуса ничего подобного даже близко не было. Не считая простых дыхательных аппаратов, которые нам не нужны.
 - Сомневаешься?
 Я покачала головой. Суть моих размышлений он знает: я сижу на общей ментальной связи через его "Химеру".
 - Нет. Так, пространные размышления на тему собственной недавней тупости.
 На это высказывание он тепло улыбнулся.
 - Твоя самокритичность достигла небывалых высот. - мурлыкнул древний монстр. - Но мы всё равно плывем.
 - Плывем. - согласилась я с этим утверждением. - Потому как если где и проявится влияние канона, так это там, где ослабляет свою хватку реальность: в тихой зоне, откуда никто не ждет нападения и куда не будут направлены взгляды дозорных.
 На камень за нашими спинами с тяжелым грюком шлепнулся металлический ящик: Найлус вытащил последний бокс из лодки, облегчая ее перед отплытием.
 - Мы закончили. - произнес восхитительный низкий вибрирующий голос над моей головой. - Кира заканчивает собирать вам припасы, и можем отплывать.
 Аэте иронично хмыкнул, а я улыбнулась: последние дни наша юная асура взяла на себя заботу о нашем быте и пропитании, потихоньку превращаясь в наседку. Это произошло исподволь, ненавязчиво и незаметно для нас всех, включая саму Киру, но в какой-то момент мы обнаружили, что обязанности в нашей группе вновь перераспределились. К чему это приведет в будущем покажет время, но прямо сейчас подобное всех устраивало, ощущалось естественно и правильно, а потому что-либо менять мы не спешили.
 Словно почувствовав, что она попала в фокус нашего внимания, к нам подошла довольная Кира, словно светящаяся радостью и тихим удовлетворением.
 - Держите. - улыбаясь, она протянула мне и Аэ по довольно увесистому плоскому боксу.
 - Спасибо, Кира.
 От искренней благодарности девушка расцвела.
 - Я нарезала вам птичьего мяса. За сутки с ним ничего не будет, но до завтрашнего полудня не стоит держать. Пайки и вода там же. Воды немного: больше литра не уместить.
 - Этого достаточно. - асур взял бокс, подвесил его на крепление оружейного пояса.
 Кира помялась, но спросила:
 - Вы надолго?
 - Две ночи. Может, три. Посмотрим.
 Девушка нахмурилась.
 - Если нам не хватит припасов, мы развлечем себя ночной охотой. - ответила я на ее незаданный вопрос. - Не переживай. Если совсем уж припрет - свяжемся с вами, и Найлус подвезет нам припасы.
 Это ее полностью удовлетворило, асура вновь улыбнулась и коротко кивнула, а потом убежала к импровизированной кухне, следить за их припасами: помимо голубых орливых птиц на шхерах было кому стащить мясо и разграбить беззащитные ящики с такими интересными и необычными штуковинами.
 - Не вижу смысла ждать до сумерек. - сказала я, глянув на небо и солнце, только начавшее клониться к закату. - Отплываем сейчас: у нас будет больше времени спокойно добраться до базы и найти себе место для ночевки и наблюдения.
 Возражений ни у кого не возникло. Проверив напоследок оружие и припасы, мы перебрались в лодку и без лишних проволочек отчалили. Гаррус махнул нам и провожал взглядом, пока мы не завернули за скалу и не исчезли из виду.
 
 Плыли мы медленно, стараясь держаться в тени шхеров и переплывая протоки по узким местам. Форпосты хоть и давали практически полное покрытие территории, но мертвые зоны все равно были, да и гарнизон не сильно утруждал себя пристальной слежкой за округой. К этому времени как раз началась пересменка. Дозорные менялись, шла кормежка и обычная вечерняя суета, во время которой внимание у бойцов на вышках самое рассеянное, мельтешение народа отвлекает, а мы двигались очень осторожно, медленно, да и лодка оказалась удачно покрашена и была малозаметна на таком расстоянии. Гетов, которые могли бы нас легко заметить, на форпостах не было. Это мы знали точно.
 Плыть было недалеко: конечной точкой пути на лодке мы обозначили крупный шхер, протянувшийся грядой поперек протоки параллельно далекой береговой линии. Дальше уже только мелкие камни и океан. На шхере виднелась темная шапочка очередного форпоста, скрытого от нас вершинами скал и кряжистыми мощными деревьями, бурно разросшимися на вершине.
 - Высади нас на том камне.
 Аэтера указал на широкий выступ скальной породы, ступенями сходящий в воду почти на самом краю шхера. Найлус коротко кивнул и заглушил двигатели.
 Лодка немного проплыла по инерции и мягко ткнулась носом в камень. Аэте отстрелил крюк в пышные кусты, разросшиеся у самой воды и взбирающиеся по камням к небольшому провалу мелкой пещерки, подтянул лодку к камню, закрепил трос. И только после этого осторожно перебрался на камень, стараясь не раскачивать лодку.
 - Вас ждать? - тихо спросил Найлус.
 - Не стоит. - я улыбнулась, погладила его по щеке. - Если к середине послезавтрашнего дня ничего не произойдет, и мы ничего не найдем, тогда вернемся с темнотой. У Аэте с собой "Химера", он до вас дотянется, позовет. Подберешь нас здесь же. Хорошо?
 Найлус коротко кивнул, нервно дернул мандибулами, но не сказал более ни слова. Я легко поцеловала его в щеку, а потом перебралась к асуру на камень. Аэте подобрал крюк, смотал трос, аккуратно передал его другу.
 - Дальше мы сами. Возвращайся к остальным.
 Рослый турианец улыбнулся, прощально махнул рукой, завел двигатели, и наша лодка, набирая скорость и подпрыгивая на мелкой волне, поплыла обратно.
 - Нервничает. - проворчала я, сняв косынку: надо переплести растрепанные ветром волосы.
 - Он не любит ждать в бездействии. - с легкой укоризной произнес асур.
 - Никто не любит...
 Аэтера тонко улыбнулся, согласно склонив голову.
 - Твои способности к метаморфозе вернулись?
 - Лишь частично. - подняв руку, я медленно изменила ногтевые пластины на черные загнутые когти. - Полноценные изменения всего тела скоро снова будут доступны. А пока... Мелочи, косметика.
 - Регенерация? - уточнил асур.
 - В норме. Физиологически я вновь метаморф, но еще... - я запнулась, подбирая слова, - молодой, не вышедший на пик возможностей. Дня три-четыре, и смогу менять скелет. Неделя-декада, и буду в полной силе. Как менталист и маг - край три дня, но что-то по-настоящему серьезное вроде прорыва мантии планеты под городом, метеоритного дождя или великого исцеления - не раньше, чем через месяца два.
 - Ты можешь лечить? - переспросил Аэте, чуть хмурясь.
 Ну да, это его волнует куда больше моих талантов в деструктивной деятельности...
 - Могу. Но не сразу и не всё. - я улыбнулась. - Не переживай, я не дам Сарену умереть, даже если его пристрелят. Вот если разом откажут наниты... не могу гарантировать, что удержу его живым без полноценного стазиса.
 Он коротко кивнул, принимая к сведению.
 - Ну что, поплыли искать себе место на ближайшие пару дней? - иронично протянула я, растопыривая пальцы на руках.
 Он фыркнул, усмехнулся, по-птичьи склонил голову, с интересом наблюдая, как начинает прорастать тонкая плавательная перепонка между моими пальцами.
 Расправив косынку, я завязала ее на голове, чтобы не светить ярко-рыжей башкой на весь океан, и заправила кончики в куцую косу: волосы я отращивала осознанно, как-то внезапно вспомнив, что их длина прямо влияет на величину энергорезерва магического существа. Не зря практически все представители Старших рас щеголяют роскошной гривой почти до задницы. До такой роскоши мне, конечно, далеко, но хотя б на косичку с полпальца длиной уже хватает.
 Перепонки закончили рост. Пошевелив пальцами на ногах и убедившись, что все изменения завершились, я слезла в воду. Последние проверки перед заплывом. Перепонки давление держали нормально, загребать воду стало проще, держаться на поверхности - легче. А вот с одеждой получилось неприятно: тонкое трико тут же намокло и ощутимо потяжелело. Снаружи, да, оно не промокает, но через ворот влаги натянуло мгновенно.
 - Так себе была идея с поддоспешником. - проворчала я, снова вылезая на камень. - Проще без него: ткань гигроскопичная, много тянет.
 Аэтера коротко кивнул, быстро разделся сам и помог мне стянуть липнущее к телу трико. Бросили вещи тут же: намокшая ткань ушла под воду как камень и исчезла где-то на дне.
 - Готова? - тихий вопрос.
 Я кивнула и спрыгнула в воду, сразу набирая нужный ритм. Аэтера догнал меня уже у заворота за шхер, подстроился по скорости, и мы продолжили плыть в тени массивных, обточенных ветрами скал. Здесь, под защитой шхера, еще можно позволить себе расслабиться, но стоит нам выйти из его тени...
 Где именно на базе ходят геты, каковы их обязанности и возможности, мы не знаем. Как расположены наблюдательные точки, и кто на них торчит, - тоже, а потому плыть поверху напрямую не рискнули: пловцов видно хорошо и далеко, нас могли заметить. А там...
 Один хороший снайпер решает много проблем.
 Единственное решение - плыть под водой, изредка выныривая глотнуть воздуха: нашей силы и выносливости на это хватит. До побережья чуть больше километра, но первые валуны начинают попадаться более чем в семиста метрах от стены базы. Нам надо добраться до них, а уже там выбрать какой-то крупный кусок скалы, на котором мы бы могли остановиться на пару суток.
 
 Плыть оказалось легко. Легкая волна не мешала, но своей рябью могла нас скрыть в моменты подъема на поверхность. Крупного зверья в зоне видимости не было, мелкие стайки рыб вились ближе ко дну у водорослей и к нам не приближались. Мы плыли без остановок, выныривая на поверхность как можно реже, но не достигая предела дыхания, и расстояние до первого камня покрыли мене чем за полчаса.
 Придерживаясь рукой за острый кусок скалы, я устало прикрыла глаза, лениво шевеля ногами и удерживаясь на воде. Если бы не физическая сила и выносливость, даруемые мне даром метаморфа, признаюсь, я ты такой заплыв не выдержала без сторонней помощи и поддержки. И занял бы он куда больше времени. А вот Аэтере хоть бы что. Он не то что не устал, а так, лишь размялся!
 - Никогда я так не плавала... - проворчала я, разминая шею. - Надо будет поставить нормально технику, а то так я далеко не уплыву даже со всей силой и выносливостью.
 - Ты делаешь много лишних движений и неправильно держишь голову. - мягко произнес асур, покачиваясь рядом на волнах. - Сильная нагрузка на шею и поясницу. Потом покажу, как правильно.
 Я невнятно согласно булькнула. Вот уж точно: техника решает. Смотреть, как плавает Аэтера - это чисто эстетическое удовольствие. Ни одного лишнего движения. Ни одной ошибки. А уж как он плывет "дельфином" под водой... Ни один человек так не сможет: сил и выносливости не хватит. Как показала практика, я мне тоже не хватило.
  - Ладно, поплыли дальше. - я глянула на солнце. - До начала заката еще далеко. Можем успеть добраться до берега.
 - Плывем к самому берегу? - уточнил асур.
 - Хотя бы на сто-двести метров. Потому как если нам какой-то шанс выдастся, мы должны успеть им воспользоваться.
 Аэте согласно кивнул и жестом предложил мне плыть первой. Он, как и ранее, подстроится под меня.
 Глубоко вдохнув, я оттолкнулась от камня и ушла под воду.
 От камня к камню, неглубокими нырками мы приближались к берегу. Чем ближе становилась стена, тем легче и проще было доплывать до следующего убежища и тем крупнее становились камни. Эта часть побережья оказалась удобна для пловцов, но совершенно непригодна для лодок. Даже для надувных из-за большого количества острых скал, едва выступающих над поверхностью. Такие каменные иглы пропорют баллоны как нож, стоит на них налететь. Для пловца они не менее опасны: не заметишь, и волна насадит на каменное копье как рыбу на гарпун. Волны увеличились в размере, стали коварнее. Появилась стремнина и создаваемая ею тяга. Еще здесь жило много подводного зверья, кормящегося на обильных зарослях водорослей, вольготно разросшихся под защитой изрезанных скал. Хорошо хоть птицы нас пока не трогали, предпочитая добычу помельче.
 - Нашел что-то? - спросила я, ладонью убирая с лица воду.
 Аэте отрицательно качнул головой, придерживаясь за острый камень.
 - Скалы неудобные. Плывем дальше. Возможно, у самого берега что-то будет.
 Плохо...
 - Из-под стены многого не увидишь...
 Над головой пронзительно орали птицы, дерущиеся за выброшенную волной еще живую рыбину. Полосатая зубастая тварь вполне себе бодро отбивалась хвостом и острыми плавниками, брыкалась, подпрыгивала и имела все шансы допрыгать до воды.
 - Нас тоже не увидят. - резонно заметил асур, отслеживающий этот бардак.
 - Не поспоришь...
 Рыбина, наконец, удачно подбросила себя в воздух, шлепнулась на склон, проскользила по мокрому камню и булькнула в воду, оставив птиц злобно драться между собой.
 - А я думала, земные чайки драчливые и шумные...
 Аэте улыбнулся, качнул головой.
 - Только если делят мусорку с конкурентами.
 О да...
 - А как тебе вон та скала? - я указала на странной формы довольно крупный скальный массив, выступающий из воды метров на семь-восемь чуть дальше от нас вдоль берега.
 Напарник какое-то время всматривался в темнеющий в лучах клонящегося к закату солнца, а потом... отрицательно покачал головой.
 - Там зона отбойного течения с сильной быстриной. Только время потеряем.
 Я присмотрелась. Точно... волны другие. Спокойнее. Жаль.
 - К берегу?
 - Проверим те камни. - тяжелая рука указала на четыре небольших уплощенных булыжника в семи десятках метров от нас в сторону берега. - Они стоят почти кольцом, развернутым в сторону океана. Возможно, во внутренней зоне можно будет устроить ночлег.
 Перед глазами появился образ нужных камней с наложенной поверх абрисной сеткой от "Химеры". И правда, камни создавали небольшую заводь, в которой вода была довольно спокойной. Возможно, место окажется удобным. И от стены недалеко: сто двадцать шесть метров по дальномеру тактического комплекса.
 - Поплыли.
 Под водой передвигаться становилось сложнее из-за большого числа камней и водорослей, уже начавших доставать до поверхности воды в местах мелководья и заводей. Иногда мы позволяли себе переплывать между камнями поверху одним быстрым рывком. И после каждого - замереть и всматриваться в ровную матовую стену базы, поблескивающую ровными рядами наглухо запертых просторных и очень бронированных окон, по прочности сопоставимых с иллюминаторами кораблей.
 Рука ухватила острый край, меня еще немного протащила стремнина, но я удобнее перехватила камень и прижалась к холодной скале. Взгляд вновь зашарил по стене. Тихо? Тихо. Всё так же блестят окна, так же безлюдно и пусто на крыше комплекса, построенного впритирку к стене и продолжающего ее монолит. Рядом асур, чуть слышно ворча в ментале, отдирал прилипшие к голове водоросли.
 - Дай... - я тронула его за плечо, чуть заворачивая к себе.
 Он повернулся, подставляя голову. Крепкий усик зацепился за обручи тактического комплекса и намертво к ним присосался. Как осьминог. Подцепив ус, я отодрала его с ощутимым усилием.
 - Крепко цепляется! Влетишь в такие водоросли, и уже никогда не доберешься до поверхности...- Я отбросила липучую водоросль. - Готово.
 Асур склонил голову в коротком благодарном кивке, выглянул из-за камня, осмотрел скалу и одним рывком переплыл к следующему. Тихо? Я всматривалась в стену. Тихо. Никакого движения. Даже теней ходящих за окнами разумных не видно! Сплошная полоса стекла.
 Я уже собралась оттолкнуться от камня, но по уже выработавшейся привычке бросила последний взгляд на окна, и... взгляд зацепился за странное НЕ блестящее пятно!
 - Аэ!
 На мой шепот асур резко повернулся, отследил приподнятую руку. Короткий образ, и вот его взгляд прикипел к провалу в сплошной стене окон.
 - "Кто-то открыл окно." - ментальный голос был тих словно шепот.
 Мы напряженно всматривались в столь привлекательный путь внутрь, ожидая... чего-то. Если кто-то открыл окно, значит, ему что-то надо. Но что?
 Я скользнула под воду и переплыла к асуру. Не будем злоупотреблять менталистикой рядом с базой...
 В окне появилась тень: кто-то чуть высунулся из окна, облокотившись о край. Я всмотрелась...
 - Азари? - недоумение в голосе Аэтеры плеснуло какой-то растерянностью.
 - Азари... - согласно потянула я. - Судя по позе... устроилась на какое-то время. Она облокотилась о край окна, смотрит в океан.
 - Бессистемно. - добавил асур, всматриваясь в мелкое для меня лицо.
 - Значит, не ищет направлено.
 - Нет. Смотрит в горизонт. Иногда - на небо, но щурится от солнца.
 На таком расстоянии "Химера" срабатывает как бинокль, усиливая природно-острое зрение боевой химеры. Он может видеть то, что я пока не могу различить. Хорошо. Но если азари так стоит и пялится в океан...
 - Погоди... Она что, пришла смотреть на закат? - догадка осенила меня как вспышка озарения.
 Аэте отвернулся от цели, удивленно и растерянно заморгал.
 - На закат? - осторожно переспросил он.
 Выражение его лица - бесценно! Такой растерянного недоумение и непонимания я давно у него не видела. С тех пор, как его малая раскрасила помадой...
 - Ну... есть люди, которые могут сидеть и любоваться закатом. - попробовала пояснить я. - Почему азари не может?
 - Может. Но не на защищенной базе, нарушая периметр! - растерянность всё ярче звенела в низком голосе, дополняясь осознанием.
 Вот он, наш билет! Тот самый шанс от канона! Единственный возможный путь внутрь...
 - Человеческий... азарийский фактор... - прошептала я.
 Было что-то такое в каноне про какую-то малохольную азари, которую протагонист встречает на базе. Но что там и как, я не помню. Да и какая разница!
 - Закат только начался...Мы можем успеть!
 - Мы должны успеть.
 Ровный спокойный голос завершил разговор, и мы рванули к следующему камню.
 Время сейчас работало против нас. Да, закат продлится долго, и если азари ничего не спугнет, мы успеваем с большим запасом. Но это лишь при условии, что ее никто и ничто не потревожит! А если ее заметят, и азари закроет окно?
 Мы не можем этого допустить.
 До основания стены мы добрались на пределе возможной скорости. Уже на бегу, едва выбравшись из воды, я начала отращивать крепкие острые когти и мелкие крючки на ладони. Поверхность стены удобная, чуть шершавая. По ней можно залезть. Проверка... Когти вошли в крепкий полимер. Прекрасно.
 Расстегнув перевязь, я сбросила ее вместе с пристегнутым боксом с припасами и мечем, оставив на месте широкий пояс, и полезла наверх. Аэтера остался внизу со снаряжением.
 Быстрее, быстрее, не шумя. Осторожно выдергивая когти из стены. Окно все ближе. Азари все так же смотрит в небо.
 Только не смотри вниз...
 Она так и не глянула вниз, завороженно наблюдая, как меняется небо в лучах заходящего светила. Лицо расслаблено, глаза умиротворенно прикрыты, одна рука поддерживает подбородок, вторая - опирается на край оконной рамы. Я подобралась почти впритык, когда она заметила движение и опустила взгляд.
 Мгновения непонимания и недоумения, а потом ее глаза расширились в шоке, но я рванула вперед, перехватила ее за расслабленно опущенную руку, дернула на себя, опираясь ей на предплечье, и вцепилась второй рукой в открытое горло.
 Когти вошли в мясо до упора, смыкаясь вокруг гортани. Азари захрипела, отшатнулась, перехватила мою руку за запястье, пытаясь оторвать от себя. Они сильные, азари, но сейчас ее физическая сила сыграла против нее: я легкая, меня оказалось несложно затащить за собой в коридор. А там...
 Тело еще дергалось под руками, но это уже была агония.
 Когда-то один из вампиров учил меня охотиться, насмерть вбив первое и главное правило: никогда не разжимай хватку, пока жертва еще дергается. Насколько бы смертельной ни была б рана, добыча может сбежать и выжить. Урок я усвоила хорошо, и руки не разжимала, терпеливо дожидаясь, пока не угаснут последние проблески жизни в ауре моей жертвы. Азари крепкие и живучие, а мне не нужны проблемы с биотиком и провал на черте успеха.
 Но вот тело дрогнуло последний раз. Обостренное чутье отчетливо констатировало смерть: мыслительная деятельность угасла, биение сердца прекратилось, а на ауре появились первые следы распада. Азари мертва. Только после этого я позволила себе разжать руки, выглянуть из окна и махнуть асуру, сигнализируя об успехе.
 Аэтера махнул в ответ.
 Дальше было проще: отстегнув от пояса плоскую катушку с крепким, но очень тонким тросом, я закрепила ее на окне и скинула вниз. У асура есть на поясе кассета-приемник.
 Пока напарник поднимался, я обыскала азари, нашла ее ид-карту и пропуска, сняла с руки инструментрон. Хотела еще раздеть, поскольку с одеждой у меня сейчас не очень, только броня на лодке у парней. Но оценив, сколько натекло крови из разодранного горла... вздохнула и оставила азари в покое. Как там ее?
 Достав пропуск, я вытерла пластинку от лиловой крови, вчиталась в символы. Рана Танопсис... нейроспециалист. Повертев карточку, сунула ее в кармашек на поясе. Пригодиться.
 В окне появилась белобрысая голова асура. Аэте перемахнул через раму, отсоединил трос от катушки.
 - Вызывай остальных. - коротко сказала я, принимая из его рук свой меч.
 Асур коротко кивнул и замер, замер, прикрыв глаза, а я ощутила, как устанавливается ментальный канал.
 - "Найлус, мы пробрались на базу." - сообщила я сразу, как только пришел от него ответ. - "Ждем вас с темнотой у стены со стороны океана."
 От него пришла растерянность и поднимающаяся радость, смешанная с позорным облегчением: никому из нас не хотелось связываться с Сареном и расписываться в собственной несостоятельности.
 - "Будьте аккуратны: под водой много острых камней."
 Вместе с сообщением я передала ему образы стены с искомым окном. И панораму прибрежной зоны для понимания, через что ему предстоит плыть в потемках.
 - "Учтем." - ответил Найлус, справившись с собой. - "Я сообщу, когда мы отплывем."
 Связь прервалась.
 Я устало прислонилась к стене, рассеянно глядя на умиротворенного, полностью довольного асура. Подумать только, мы смогли попасть на базу! Из-за какой-то азари, которая, вопреки здравому смыслу и всем протоколам безопасности подняла бронированное остекление и пялилась в закат!
 Шанс от реальности или случайность?
 Да какая, в общем-то, разница, если мы у цели? Здесь, внутри защитного периметра базы Сарена, в пустом коридоре. Насколько я помню сомнительную информацию из игры, где-то тут у Сарена должна быть личная зона. Большая зона, закрытая от персонала: туда в его отсутствие никто не ходит. Можно ли предположить, что мы находимся в коридоре, ведущем в личное крыло хозяина базы?
 Можно. Эта азари приходила сюда, чтобы побыть в одиночестве, успокоиться и посмотреть на закат.
 Глянув на чужой инструментрон, испачканный в лиловой крови, я криво улыбнулась. Включу, узнаю точно. Всего-то надо подделать генетический отпечаток. Или можно сделать еще проще и быстрее.
 Присев у мертвого тела, я коснулась лба. После смерти мозг не умирает быстро, а информация в нем хранится до его полного распада. Аура уже начала тускнеть, но она еще яркая, а разум мертвого не сопротивляется, не пытается закрыться.
 Нужная информация всплыла легко: она лежала на поверхности, постоянно щекоча нервы страхом перед хозяином базы и его жутким кораблем. Но именно здесь, под дверями в личное крыло легендарного Спектра, самое тихое и спокойное место в муравейнике базы. И именно сюда Рана Танопсис приходила каждый вечер, чтобы побыть в одиночестве и успокоить свои страхи, глядя на заходящее светило.
 Я смотрела все глубже и глубже в распадающемся остаточном сознании. О да... Рана боялась Сарена до дрожи. Его вид ее пугал. Но более всего ее пугал Властелин и то, что его тяжкая аура делала с обитателями этой базы. Подавляла волю. Исподволь. Мягко. Незаметно. Вынуждая беспрекословно подчиняться Его избраннику. Пугающему турианцу с бездушными светящимися машинными глазами глубоко пораженного нанитами существа. Почти хаска. Почти мертвеца. Но почему-то неуязвимого перед воздействием чудовища в облике корабля.
 Сколько же было страхов у этой азари! Как близко она качалась на грани предательства, и лишь безвыходность безлюдной планеты удерживали ее от бегства. А потом пришла я и убила ее.
 Какая досада, а...
 Отключившись от разрушающегося разума, я встала, глянула на приветливо мигающую мне зеленым индикатором дверь.
 - Аэте.
 Асур вопросительно склонил голову.
 - Там впереди личная зона Сарена. - я кивнула на нужную дверь. - Его сейчас на базе нет: улетел около недели тому.
 Взгляд фиолетовых глаз стал настороженным и очень внимательным.
 - Где-то там есть терминал для связи с Властелином.
 Покосившись на мертвое тело, я сбросила на него невнятный, пыльно-серый комок энергии. Странное плетение из разряда боевых, недавно всплывшее в памяти. Вдвоем мы наблюдали, как рассыпается серым прахом труп неудачливой девы, стирая следы убийства. Плетение убирало не только тело, но размазанную по полу кровь, оставляя девственно-чистый серый полимер.
 - Мне надо его найти. - продолжила я говорить, когда пропали последние очаги реакции распада.
 - Сейчас? - тихо спросил асур.
 Вопрос выбора...
 - Сейчас. - жестко ответила я.
 Я не знаю, какова сила воздействия Властелина и как многое он может увидеть через терминал. Может он ментально дотянуться сюда или нет.
 Готова ли я рисковать и показывать ему своих близких? Нет.
 Я и Аэтера - достаточный стимул для Сарена повернуть назад. А остальные... пусть останутся сюрпризом.
 
 * * *
 
 Призрачная темнота личного тактического зала растворялась в свете множества экранов, раскрытых в просторной пустоте овального помещения. Большие и маленькие, они были разделены на несколько групп, каждая из которых освещала жизнь тех, кто с недавних пор сильно интересовал Лидера.
 На экранах крайней левой группы циклично прокручивались полученные из систем безопасности записи, посвященные одной-единственной личности: невысокой женщине из нулевого вида с яркими рыже-алыми волосами и сумрачными зелеными глазами. Сбор информации завершен: всё, что было возможно найти о новом Спектре Совета, было найдено и передано на тактический терминал. Полученные данные давно изучены, проанализированы и разделены на несколько блоков: до приземления на Иден Прайм, с Иден Прайм до отлета на Новерию, события на астероиде Х57, на самой Новерии и, наконец, последние дни на столичной станции и перелет. Если первые отрезки были мало интересны, то чем дальше по событийной цепи, тем больше возникало вопросов, и тем больше пометок появлялось вокруг экранов.
 Черноволосая женщина тронула скрытый экран, поднимая его поверх других: остановленная на нужном кадре запись с камер наблюдения на исследовательском комплексе "Вершина 15". Тонкий палец скользнул по коленопреклоненной фигуре, оглаживая ее, перетек на стройную фигуру женщины в броне и ушел на край экрана, сменяя кадр на другой: огромная королева рахни, доверчиво ластящаяся под руками рыжеволосого существа, лишь по внешности схожего с людьми.
 Взгляд синих глаз перешел на следующую группу окон, с которых на нее смотрел темнокожий турианец. На него информации было гораздо больше, чем на Спектра-женщину: досье, списки миссий, множество записей и разной степени достоверности сплетни. Бесспорно, мужчина вызывал интерес. Но не так, как его спутник в давние времена: рослый широкоплечий светлокожий турианец с чуть иным строением лица.
 Сарен Артериус.
 Его имя оказалось так легко узнать. На него было так много всего: отчетов, записей с камер безопасности разных планет, новостные выпуски, сплетни и слухи. Но не было самого важного!
 Короткое движение узкой ладони вывело центральную группу поверх остальных и развернуло экраны. Информация на них была отсортирована по времени, разделенная всего лишь на две группы: до совместной миссии с чернокожим человеком и после нее. То, что было до - любопытно, не более. Но то, что было после...
 Одно из окон приблизилось и широко развернулось, показывая знакомый силуэт массивного корабля на фоне голубого неба. И стоящего на его фоне изувеченного белого турианца.
 - Наблюдатель... - мелодичный мягкий голос тонул в тиши просторного зала. - В этот раз ты медлишь с приговором... Что же тебя останавливает?
 Вопрос не требовал ответа. Он был перед ней.
 - Арэса. - голос стал звонче и громче.
 Дверь ушла в стену, пропуская рослого мужчину, словно он ждал ее вызова.
 - Лидер? - привычный вопрос.
 Женщина повернулась на кресле.
 - Вы закончили?
 Мужчина коротко кивнул, тронул наруч, выводя перед Лидером новое окно.
 - Мы завершили проверку планеты. Все обнаруженные комплексы отмечены на карте и просканированы.
 Лидер благосклонно кивнула, слушая отчет своего бессменного помощника.
 - Также мы вычислили главную базу и подключились к ее информационной сети.
 - Есть сведения о Наблюдателе?
 Арэса вновь кивнул и вывел еще одно окно с записью, снятой с камер базы: неспешно опускающийся в океан огромный корабль.
 - Насколько часто он прибывает на планету?
 - Часто. Всегда вместе со своим избранником. - коротко ответил асур. - Спектр иногда прилетает один на своем корабле, но редко.
 Рядом с изображением всплыл перечень прилетов Жнеца с указанием временных интервалов.
 - Мы обнаружили небольшой корабль, спрятанный в пещере в одном из шхеров. - продолжил доклад Арэса. Над его рукой развернулась карта с пометкой. - Корвет "Драгор" турианской постройки. Модифицирован. Принадлежит Найлусу Крайку. Если требуется, можем проверить корабль и составить список модификаций.
 - В этом нет надобности. - произнесла Айкарра. - Кто прибыл на корабле?
 - Найлус Крайк, Гаррус Вакариан, Имрир Шепард, некая Кира Волдар и... - асур запнулся на мгновение, - Аэтера.
 Женщина резко встала.
 - Он здесь?
 Арэса коротко кивнул.
 - Где?
 - На базе. Прошел тайно через окно со Спектром-человеком. Продвигаются в личную зону Сарена Артериуса. - мужчина виновато повел плечами, опустил взгляд. - Я шел сообщить вам, когда пришел ваш вызов.
 Айкарра устало прикрыла глаза, вдохнула чистый воздух корабля, медленно выдохнула.
 - Отслеживайте его перемещения через дроны. Уводи бойцов с планеты и возвращайтесь на корабли. - Лидер нервно повела плечами. - Если Аэтера прибыл на эту базу тайно, нам стоит ждать спешного возвращения ее хозяина.
 - И Наблюдателя.
 - И его. - асура глянула на мерцающие в сумраке экраны. - Уводите корабли из системы. Остаемся только мы.
 Арэса коротко кивнул и, получив разрешающий кивок, покинул тактический зал. А Лидер, устало коснувшись ладонью разнывшихся висков, едва слышно прошептала:
 - Зачем, Аэ? Мы же не вмешиваемся в личный интерес Первородных...
 
 
 
 

Глава 70: Предрешенный конец


 
 
 В этой части базы было... пусто. Словно ее построили, отделили от других, но так и не стали использовать полноценно. Почему? Не знаю, но чем дальше мы с Аэтерой заходили внутрь здания, отделенного от основной базы просторным внутренним двором с единственной причальной площадкой для мелкого корабля вроде корвета, тем отчетливее осознавали, насколько это место... заброшено. Ни кроганов, ни даже гетов, только мелкие дроны-уборщики елозили по полу и убирали пыль.
 - Занятно... - тихо прошептала я, когда мы вновь вышли во внутренний двор. - Столько сил вложить в постройку и... не пользоваться всем этим.
 - Если Сарен планировал эту территорию для себя, то...
 - То почему он ее так и не стал использовать? - спросила я, когда пауза подвисла.
 - Я не знаю. - честно ответил асур, растерянно разглядывая территорию двора.
 Не это мы ожидали увидеть, прокрадываясь в святая святых укрепленной базы. Не эту пустоту и заброшенность, от которой тянуло какой-то стылой обреченностью, словно ее хозяин давно опустил руки и перестал что-либо делать. Мы заходили в лабораторный комплекс: он давно не используется. Уже пару лет точно. Но когда-то этим местом пользовались активнее. Мы нашли следы кипучей работы, множественные отчеты и распечатки, сваленные в ящики документного сейфа, так и стоящего открытым. Исследования касались индоктринации и нанитов, но они так и не были завершены.
 Почему?
 Не знаю.
 - Что делать будем? - тихий голос Аэте был каким-то подавленным.
 - Искать терминал связи с Назарой. - ровно ответила я, отворачиваясь от унылого зрелища запустелого двора, уже начавшего порастать травой там, где сохранился грунт.
 - Его не надо искать. Он здесь. - над рукой асура развернулась голограмма от "Химеры", показывая план комплекса и точку. - Я видел его, пока мы проверяли здание.
 Даже так...
 - Тогда я иду к терминалу, а ты - встречать остальных. Поднимешь их через то окно и приводи сюда, но не входите в здание, пока я не позову. Незачем Назаре и Сарену знать, что вы здесь.
 Аэтера коротко кивнул, потом глянул на меня, чуть улыбнулся.
 - Иллюзию натяну! - ворчнула я на его выразительный взгляд.
 - Сможешь?
 - Смогу. Иди.
 Аэтера не стал задерживаться. Лишь тронул меня за плечо в немой поддержке и ушел, спрыгнув с мостка прямо во двор. А я, проводив его взглядом до ближайшего пандуса, повернулась и пошла к терминалу.
 Пока шла, в голове царил сумбур и вертелась всякая ерунда, сомнения, метались другие варианты, но они были такие дикие и дурные, что мне самой за них стало стыдно. Пришлось признаться самой себе: мне страшно. Просто и без затей страшно встречаться с тем существом, которое я видела в небе Иден Прайм. Но если тогда я была блаженным идеалистом и меня его вид не пронял, то сейчас, вспоминая, я отчетливо осознала, с кем мне предстоит иметь дело. Но... смысл накручивать себя перед разговором?
 Идти было недалеко: я дошла за какие-то пять минут, петляя по коридорам и необжитым помещениям личной зоны. Терминал находился почти так же, как и в каноне в отдельном просторном зале, обособленно, на краю металлического помоста. Ничего иного здесь не было: только терминал и один-единственный тупиковый помост над какой-то технической зоной, располагавшейся далеко под ногами.
 Какое-то время я просто стояла и тупо смотрела в терминал. Осталось чуть-чуть. Просто тронуть его... включить связь и Назара ответит. Не было во мне сомнений, что он ответит мгновенно, стоит лишь обозначить свое присутствие.
 Ладно, чего тянуть-то?
 Я даже иллюзию натягивать не стала: Назаре как-то без разницы одета я или нет, а Сарен на связь выходить не будет. Глубоко вдохнув, я тронула терминал, нажав на кнопку активации связи.
 Какие-то мгновения казалось, что ничего не произойдет, что меня проигнорируют, но... нет. Засветились алым экраны и вот, передо мной развернулась кровавая голограмма.
 Властелин.
 Высокое, до потолка вытянутое существо, черно-алое в темноте этого зала, угрожающе-огромное и давящее. Всё как на Иден Прайм... словно Жнец висит в покое передо мной. И смотрит на меня. Изучает. В тишине заброшенного крыла базы, в этом мертвом вакууме, словно я одна во всей галактике наедине с Ним.
 Я молчала, ожидая, и вот... раздался этот голос. Низкий. Глубокий. Гулкий. С тем самым странным рокотом, от которого по телу прошли мурашки, а душу сжало тугим кольцом.
 - Ты не Сарен.
 В этих словах не было вопроса. Констатация факта. Очевидного. Простого. Но сколько было многогранности в этих словах... Я не Сарен. Мне нечего здесь делать. Я - чужак. Не тот, кто имеет право выходить с Ним на связь.
 От меня не требовалось ответа, и я молчала, ожидая его слов. И Он продолжил:
 - Рудиментарные существа из плоти и крови. Вы прикасаетесь к моему разуму в невежестве и неспособности к пониманию.
 Краткая пауза, словно сделанная для возможности моего осознания, и дальше слова:
 - Есть область бытия, настолько далекая от вас, что вы не можете даже представить ее. Я недоступен вашему пониманию. Я - "Властелин"!
 О да, эти слова, столь... обидные для многих, но лишь констатация факта для Него, существа, что видело Вечность. Они не требовали ответа, но мне надо что-то ему сказать: пауза затягивалась, а я... я хотела услышать его слова и дальше. Те самые, сакраментальные...
 Он все равно прилетит сюда... что бы я ни сказала.
 - А я говорила, что ты не корабль Жнецов, а сам Жнец...
 Мой шепот не мог пройти мимо этого существа.
 - Жнец? Этот ярлык, созданный протеанами, чтобы назвать то, что их уничтожало. - прогрохотали слова. - В конечном итоге все равно, как они называли нас. Мы - это мы.
 И правда... Какая разница, как их назвали те, кто исчез подобно тени под светом тысяч солнц... оставив после себя лишь руины и колоссальные могильники из тех, кто надеялся в них спастись.
 - Это было пятьдесят тысяч лет назад.
 Тот идиотский канонный диалог всплыл в моей памяти ярко, подобно вспышке, дословно, с каждым поворотом слов и сути... а я всей душой ощутила, как натянулась эта струна, основа финала истории первой части, и отчетливо осознала: мне нельзя оборвать разговор. Мне нельзя нарушить его мерное течение. Он должен пройти так, как должен... и не важно, насколько мне не нравится та роль, которую я должна отыграть до конца не сфальшивив ни разу до самых последних Его слов.
 В этой вселенной должен прозвучать Его голос, пропечатывая слова его природы. Неважно, что скажу я. Важны лишь Его слова.
 Они прозвучат так, как полагается.
 - Органическая жизнь - не что иное, как случайная генетическая мутация. Ваш срок жизни измеряется годами и десятилетиями. Вы слабеете и умираете. Мы - вечны. Вершина эволюции и бытия. Перед нами вы - ничто. Ваша гибель неизбежна. Мы - конец всего.
 Каждая фраза... она как заглавие к пласту знаний, что сокрыто и не будет высказано по ненужности. Зачем уточнять очевидное? Зачем распинаться, если его не поймут... не примут факты, которые невозможно оспорить.
 Каждое его слово, каждый обертон вроде бы безразличного голоса... Наверное, это глупо, но этот низкий рокочущий голос пробирал до нутра, звуча музыкой для меня. Голос, подобного которому не может быть у смертных. Удивительный голос... который хочется слушать и слушать, говоря любую ахинею, лишь бы он говорил.
 - Если об этом узнают, против вас объединится вся галактика...
 Это не было угрозой. Факт... Если о Жнецах узнают правду, против них объединяться все, как было ранее. Но, как и ранее, этот союз обречен на поражение.
 "Да будет так". Эти равнодушные слова, полные разочарования и безразличия, прозвучавшие лишь единожды в одной из допустимых концовок. Слова и результат, перечеркивающий всю веру в вероятную победу тем оглушительным поражением и геноцидом, что прошел после них.
 Да будет так. Слова Предвестника в тишине контрольного зала Цитадели, зазвучавшие после единственного выстрела протагониста.
 Слова, ознаменовавшие гибель всех.
 Никаких поддавков. Никаких игр и никаких уступок.
 Да будет так... А после - сокрушительный удар. По-настоящему.
 Так о каких шансах можно говорить? Одна-единственная вероятность перечеркнула все шансы. Но я про нее забыла... ранее. Вспомнив лишь сейчас.
 У нас нет шансов против Жнецов. Все остальные возможности - лишь новый виток глобального эксперимента и еще один шанс для новой цивилизации органиков, которая может возникнуть на руинах прошлой.
 Новый Цикл, да?
 И словно в подтверждение моих мыслей - ровные слова:
 - Самоуверенность порождается невежеством.
 Ничего более ёмкого и лаконичного, описывающего начало моей жизни в этой реальности нельзя придумать. Самоуверенность, порожденная невежеством...
 Эти слова, высказанные ровный бездонным гулким голосом падали в голову подобно каменным блокам, навсегда оседая в подсознании рядом с не менее емким выражением: "Блаженны неведающие". Но разве я имею права быть блаженной? Разве я так хочу?
 Нет.
 Краткая пауза в разговоре завершилась теми самыми словами, которые должны были прозвучать:
 - Цикл не может быть нарушен.
 Точка перелома разговора, когда Назара уже начал разочаровываться, но еще продолжает говорить.
 - О каком цикле идет речь? - так же ровно спросила я.
 Мгновения текли полноводной рекой, в голове нарастал звон, виски мелко ломило. Властелин обратил на меня свое внимание. Теперь - по-настоящему, не отмахиваясь от мелкого белкового, одного из миллиардов подобных... и мне в голову мягко вкрадывалась предательская тяжесть Его внимания.
 - Спираль совершила уже больше витков, чем вы способны представить себе. Органические цивилизации возникают и развиваются. Затем, в высшей точке их славы, мы уничтожаем их. Протеане не были первыми. Не они создали Цитадель. Не они построили ретрансляторы. Они лишь нашли их - наследие моей расы.
 Он еще рассказывает. Пытается объяснить. Хорошо... Правильно. Пусть. Пусть говорит, позволяя мне слушать себя.
 - Зачем строить ретрансляторы, а затем оставлять их, чтобы их находили и использовали?
 Почти слово-в-слово канон. Напряжение, дергающее душу, чуть унялось, успокоилось, сгладилось.
 Всё правильно. Всё идет по плану... Никакого своеволия... Нельзя обрывать эту жирную вкусную нить. Она так нам нужна! Она так много дает сил... для реальности. Нельзя обрывать подпитку от эгрегора никоим образом. Не сейчас. Только не сейчас. Не в этот разговор, оказавшийся не просто важным, а критичной точкой истории в этой ее фазе.
 Давай же, Властелин, отвечай! Ты же скажешь эти слова... Ты их скажешь... потому что у тебя нет выбора! Пока я иду по этой канонной канве, ты будешь говорить мне то, что я должна услышать.
 И он сказал:
 - Ваша цивилизация основана на технологии ретрансляторов. Нашей технологии. Используя ее, ваше общество развивается по угодному нам пути. Мы вносим порядок в хаос органической эволюции. Вы существуете потому, что мы разрешаем это. И вы умрете, потому что мы этого потребуем.
 - Что вам нужно от нас?
 Знаю, он не скажет большего, чем должен, а я не спрошу то, на что не имею права. Но... вдруг?
 - Мы за пределами вашего понимания. Каждый из нас - это нация. Независимая и свободная от всякой слабости. Вы не способны осознать природу нашего бытия.
 "Вдруг" не произошло, вынуждая меня задать предпоследний канонный вопрос, который я могу позволить себе задать:
 - Кто вас создал?
 И ожидаемый ответ:
 - У нас нет начала. У нас нет конца. Мы бесконечны. Спустя миллионы лет после того, как будет уничтожена и забыта ваша цивилизация, мы пребудем.
 - Мы? Ты не единственный?
 Какой... тупой вопрос... Но зато я получила на него ответ:
 - Нас - легион. Время нашего возвращения грядет. Мы затмим своим множеством небо каждой планеты. Вы не уйдете от своего рока.
 Всё. Остались последние слова.
 Я прикрыла глаза, втянула воздух. Конец разговора близок. Но как бы мне хотелось, чтобы он прошел иначе! Как же мне... стыдно говорить эту ахинею в угоду жадно ждущему моей ошибки канону! Как же мне стыдно перед Ним...
 Никакие слова не передадут это жгучее, обжигающее меня чувство стыда за то, что я вынуждена говорить, потому что мне не хватит сил удержать на себе реальность, если оборвется питающая его нить!
 Назара, прости меня за этот маразм. Но у меня нет выбора... как нет его у тебя.
 Я уже открыла было рот, чтобы произнести этот сакраментальный гимн идиотизму, как вдруг... Назара шевельнулся, поджал лапки и... я болезненно-остро ощутила всю тяжесть Его взгляда.
 А потом он просто исчез. Терминал неожиданно погас. Экраны свернулись, оставляя меня в темноте растерянно хлопать глазами в осознании произошедшего.
 Он оборвал разговор!
 Твою. Мать.
 
 На какое-то мгновение у меня чуть не остановилось сердце в ожидании непоправимого. Того самого ни с чем не сравнимого и незабываемого чувства лопнувшей связи с эгрегором, что проходит по всему телу как льдистый кипяток. Я его помню ярко, до последнего отголоска, продравшего по нервам, хотя я однажды застала начало гибели реальности. В тот раз мне повезло: я успела уйти из мира до того, как он перешел в критическую фазу. Тогда не одна я там была перерожденцем, не я была осью истории и не за меня держался мир, а за моего коллегу, и именно он своими действиями прервал канон раньше, чем стоило бы. Решил закончить сразу, махом, воспользовавшись такой удобной возможностью, буквально подложившей себя под руки, забыв, что любой воплощенной реальности необходимо время на то, чтобы развиться, выйти в завершенную фазу и получить самодостаточность.
 Нельзя рвать связь с эгрегором сразу!
 Нельзя!
 Реальность не выдержит такого. Она не сможет стабилизироваться, если еще не прошли хоть какие-то изменения, если не начала она по-настоящему жить, обрастать деталями и людьми. Если не проявились характеры, если не развились и не окрепли души ее обитателей. Как бы ни хотелось побыстрее сделать свою работу, этого нельзя допускать никоим образом!
 А он про это забыл. Или попросту не знал.
 Он завершил всю историю, оборвав саму основу событий мира вместе с жизнью того, кто эти события начал. Сразу. Буквально в первый месяц жизни.
 И мир погиб.
 Никогда не смогу забыть это ощущение звонко лопнувшей питающей нити и стремительно растущей пустоты, знаменующей начало распада реальности. Деградацию пространственно-временного континуума и схлопывание мерности.
 Это жутко. Это невозможно остановить и обратить. Это - приговор. Цена поспешности и ошибки выбора времени.
 Я стояла на пустом холодном металлическом помосте и с нарастающим страхом ждала этого звука. Но минуты текли одна за другой, ноги начало морозить стылым холодом металла, в коридоре раздались шаги, а этот фатальный звук так и не прозвучал.
 Связь с эгрегором не лопнула!
 Я не ошиблась в этом важном разговоре!
 - Имрир? - тихий вибрирующий голос раздался за дверью.
 Гаррус. Пришли... Так быстро. Или это я так долго тут стояла и паниковала?
 - Я тут! - громко ответила я севшим хриплым голосом, не давшим петуха только потому, что я женщина.
 Облегчение накатывало как теплая пушистая волна, размягчая мышцы и вызывая позорное желание ссыпаться на помост. Я рвано выдохнула, прогребла волосы. Еще никогда я не была так близко к поражению, но... разговор прошел по канонному пути, пусть и сорвавшись на финальном аккорде, но, видимо, это было уже несущественно и главной его цели я достигла: Назара возвращается на Вермайр.
 Хорошо...
 - Что случилось? - тихо спросил Аэтера, подходя и пристально всматриваясь в мое лицо.
 - Назара оборвал связь. - коротко ответила я.
 Он нахмурился, но промолчал, ожидая, пока я закончу рассказ.
 - Видимо, я что-то не учла или он заметил нечто такое, что вынудило его резко изменить свое решение и отключиться после краткой паузы. - я покачала головой, не зная, что еще к этому добавить. - Но он сюда прилетит... Должен прилететь.
 - Он прилетит. - Аэте тронул меня за плечо.
 Я знаю, что Назара действительно прилетит на Вермайр, хотя бы для того, чтобы убедиться в своих сомнениях и рассмотреть меня внимательнее. Но легче мне от этого не становилось. Что-то его задело, привлекло внимание, которое в тот момент ощущалось подобно каменной плите.
 Мог ли он меня считать? Да! Мог. Я не знаю, какова реальная сила Властелина, однако сам факт, что само его присутствие доводит до сумасшествия меньше чем за неделю, о чем-то да говорит. Просто присутствие! Фоновое давление!
 Я всего один раз встречалась с менталистом по-настоящему исключительной мощи, и это был сумасшедший на всю призрачную голову демилич, который лишь присутствуя в городе сводил с ума всех, кто попадал в его зону воздействия. Тогда меня спасла лишь скорость, с которой мы убили ту тварь.
 Зябло поведя плечами, я сумрачно ответила:
 - Он не прилетит завтра, так что пойдем, найдем себе место для ночлега.
 Не хочу сейчас ломать себе голову о том, чего не избежать. Когда Властелин нависнет над базой, вот тогда и посмотрим, каков он на самом деле, потому как на Иден Прайм он никак на нас не влиял. Или не хотел, или... не хотел. В "не мог" я не верю: есть сведения, что Жнец доставал до чужого разума за сотни тысяч километров.
 Настроение немного поднялось, но ощущение натянутой струны не пропадало: оно затаилось и ушло глубже в подсознание, напоминая, что еще ничего не закончилось. Критичный момент не прошел, но отложен, пока древнее существо еще летит сюда, чтобы продолжить прерванный разговор.
 Сейчас мне нельзя ошибаться. Нельзя спровоцировать обрыв. Но... я не могу проследовать канонному пути! Отражение мне не простит такого промаха, как гибель главного антагониста первой части истории.
 И что мне делать?
 Вечный вопрос...
 Ладно. У меня есть время до прилета Властелина, но к тому моменту решение уже должно быть. Или я буду действовать по наитию, опираясь на чутье и звук натянутой струны. А там... или я все сделаю правильно, или мы просто умрем с концами в наказание за мой промах. Но из-за моей ошибки погибну не только я, но и другие. Гаррус. Найлус. Аэтера. Да тот же Властелин! Все погибнут. Не важно, кто из них что делал. Ответственность за ошибку только на мне.
 Я и только я буду виновна в ошибке!
 Рука привычно потянулась к голове потереть разнывшиеся виски, как меня вновь осенила простая мысль.
 Вина...
 Что-то такое было... какая-то побочка в каноне, ни на что толком не влияющая...
 - Аэте... - задумчиво протянула я, судорожно пытаясь вспомнить ускользающее воспоминание.
 Асур вопросительно склонил голову.
 - Насколько хорошо ты знаешь законы Иерархии?
 От такого вопроса он опешил, а я с досадой уточнила:
 - Меня интересует всё, что связано с понятием чести и ответственности за действия и решения. Особенно та часть законов и кодексов, в которых прописаны... действия командиров и то, как эти их действия влияют на честь, достоинство и будущее их подчиненных. Ну, кто за что отвечает. Кто за что несет ответственность, как что наказывается и есть ли какие-то нюансы в распределении наказания между подчиненными и командиром.
 Объясняла я сумбурно, но меня поняли, а я, наконец-то, вспомнила эти два момента: на турианской колонии с журналистами и с сыном нового Примарха. Возможно, было что-то еще, но эти - самые яркие!
 Вся жизнь турианцев крутится вокруг чести и долга. У народа, который очень трепетно и серьезно относится к личной ответственности.
 - Есть ли какие-то особенности у турианцев в отношении виновности?
 - Есть. - коротко ответил Аэтера.
 Асур нахмурился, помрачнел, а потом начал рассказывать, посвящая меня в тонкости психологии жителей Иерархии и, особенно, турианцев, воспитанных в традициях местного анклава. Я слушала внимательно, иногда задавала вопросы, на которые получала развернутые ответы. Иногда асура дополнял Гаррус, знавший всё это не хуже, а то и лучше Аэтеры.
 Наверное, этот вопрос надо было задать раньше, но... когда осенило, тогда и осенило. Чем больше они мне рассказывали, тем отчетливее у меня складывалась мозаика разрозненных знаний и тем яснее я понимала, почему Сарен в каноне сделал то, что сделал. С этим пониманием приходило осознание, что именно я могу сделать. Как я могу одновременно удовлетворить и канон, и Отражение, и сохранить нервы и себе, и Спаратусу, а еще сохранить жизнь куче народа.
 Не зря же ему сделали ростовую золотую статую... из уважения.
 Но сперва надо дождаться Назару и пережить эту встречу.
 
 
 * * *
 
 Ждать - сложнее всего.
 Ждать, не имея возможности хоть как-то повлиять на события, утомительно для разума и нервов. Время тянется бесконечной тянучкой липкой жвачки, насмерть приклеившейся к нервам и вытягивающей их день за днем. У нас не было никаких срочных дел, нам нечем было заниматься и это бесконечное время мы тратили на тренировки, разговоры да быструю охоту в прибрежных водах для добычи пропитания. Казалось, эти дни - как затишье перед бурей, что грянет с прибытием Властелина и определит мое отношение к этим существа. Окончательно ли? Не уверена. Если раньше, пока была крепка Цитадель в моей голове, я была более... стойка в убеждениях и верила, что единожды принятое решение не изменю, то сейчас...
 Я покачала головой, сидя на краю сетчатого помоста и свесив ноги с края. Пустынный внутренний двор умиротворял своей неизменностью и унывал пустотой и заброшенностью. Как немо й крик чужого отчаяния.
 В тишине и покое заброшенной части базы я восстановила в памяти финал первой части истории: я и без того ее хорошо помнила, а сейчас я смогла вытащить всё до последнего слова. От Вермайра до того знаменательного разговора на полуразрушенной Цитадели. Но то, что я вспомнила...
 Это какая-то ода пафосному маразму!
 Бесспорно, для игры-стрелялки, в которой не слишком сильно надо напрягать мозги, подобные диалоги смотрятся нормально и естественно, но... Но я же не в игре сейчас!
 Я покачала головой, кинула камешек вниз, наблюдая, как он, подскочив на полимерном покрытии, укатывается куда-то за ящики, без всякой системы раскиданные во дворе.
 Абсолютное соответствие слов в разговорах возможно, если совпадают все факторы и сам разговор полностью вписывается в характер героя.
 Взять того же Андерсона: бравый капитан в жизни вполне соответствует своему прописанному прошлому и характеру. Его слова в ключевые моменты, особенно, когда реальность еще только-только начала развиваться, щедро одаривая меня откатами, вполне могли соответствовать канону. Как и слова Найлуса были точно по канону, пока я действовала так же, как и игровой персонаж.
 Однако, даже при соблюдении истории, со временем начинают все больше и больше проявляться различия между персонажами игры и живыми личностями.
 Взять, к примеру, посла Удину. Умнейшая же сволочь! Каждый раз в разговорах он всё сильнее отклонялся от канонного пути и к моменту нашего отлета с Цитадели давно перестал напоминать сэра Это Возмутительно. Сейчас это опасный и умный политик, который не будет тупо орать просто так про Великое Человечество, в которое он сам не верит. А если он орет, то это не проявление невоспитанности и дурного характера, а отточенная игра на маске. Да и Андерсон должен уже вести себя хоть немного отлично от канонной канвы. Если, конечно, не случилось так, что сценаристы создали настолько безупречный образ, что в нем нет дисгармонии и ошибок. Тогда да, тогда будет болтать по писанному и никаких отличий не возникнет.
 Это нормально. Это - правильно. Так и должно быть.
 Плевать, как сценаристы извращают действия героев дальше середины истории. К этому времени реальность достаточно окрепнет, и герои оживут. Естественно, они начнут действовать самостоятельно в полном соответствии со своей личностью, умом и характером, сложившимся из заданных каноном фактов биографии, а не в соответствии с тем, что им там прописали сценаристы.
 Самый яркий пример помимо Удины - это Джон и Джейн. У каждого есть свои "дано": та биография, которая прописана в истории мира. Джейн - сирота с Мендуара, выжившая на Акузе. Джон - сын адмирала, воспитанник на Флоте, красавчик-отличник, герой Элизиума. Эти события естественным путем влияют на характер, менталитет, образ мышления, ценности и прочие важные параметры. Именно поэтому Джон никогда не пойдет по пути "отступника" даже в мелочах, а Джейн не превратится в отраду военной дисциплины. И по этим же причинам, я не знаю, чего ждать от Сарена. Потому как вводные данные не совпадают с тем, что мне впаривает канон. Просчитать его характер можно: у него базис личности прописан чуть ли не с его семнадцати лет и с той истории на Шанси. И игровые слова Сарен не скажет даже с бодуна. Ну разве что по-приколу, если его об этом попросить и логично убедить пойти на такое... унижение.
 Это напрягает неимоверно.
 Еще напрягает, что идет середина четвертого дня нашего отдыха на этой замечательной базе, а Властелин даже не нарисовался в небе Вермайра! Хотя должен уже быть!
 Занятая такими мрачными мыслями, я даже не сразу ощутила этот тонкий, сперва почти неощутимый флёр, мягко вкрадывающийся в разум. Не сразу поняла, что происходит. Позорно-долго не могла сообразить, что мне не дает покоя! И лишь когда в небе начал разносится характерный звук, издать который могло лишь одно существо, я поняла, что происходит.
 Они прибыли. Сарен и...
 Властелин!
 Его присутствие навалилось на меня многотонным прессом, вкрадчиво, мягко обволакивая разум и прижимая к земле своей неимоверной мощью. Он как нависающая над головой планета, чья гравитация поднимает со дна разума волну страха и тревоги.
 Громадная.
 Могущественная.
 Давящая подобно прессу.
 Я знала, что Назара - менталист исключительной силы. Я предполагала, какой у него охват. Предполагала, делая выводы по оговоркам и косвенным факторам в той ситуации на Мнемозине. Но... реальность оказалась куда страшнее.
 Как бы ни пытались авторы истории развернуть поезд канона на ветку победы людей, это... лишь их наивная вера во всепобеждающего бравого коммандера. Ничем не поддержанная, ничем не обоснованная. Они изначально разработали и создали для протагониста врага, которого невозможно победить.
 Что можно сделать существу, который нарушает способность мыслить лишь одним своим фоном, охватывая тысячи километров? И это он еще не нанес удара! Он просто есть. Находится рядом. Он считает любую мысль, любое намерение, и, если оно ему будет неугодно, - он уничтожит. А верить в то, что выстрелы "Нормандии", которые и своим-то тяжелым кораблям особо вреда не нанесут из-за малой мощности, смогли бы в пару залпов уничтожить Властелина, протаранившего тяжело бронированные турианские дредноуты как бумажные модельки... Ну это, прям, даже не знаю, как и назвать.
 Оптимизм - это прекрасно. Но иногда надо быть реалистом. Потом не так глупо будешь себя чувствовать и не так больно будет получать от мира по голове.
 Никто не сможет противостоять такой мощи. И я тоже не смогу! Мне не хватит ни мощности, ни выносливости, ни опыта. Это я сейчас могу сказать с полным осознанием. И если раньше я еще могла бы прикинуть, как можно лавировать при сопротивлении подобному существу, то сейчас... Его внимание ощущалось как тончайшая игла, покалывающая разум самым кончиком. На излете. Ровно настолько, чтобы затронуть, но не причинить вреда.
 Назара прекрасно умеет контролировать свою силу и великолепно дозирует воздействие: даже на мне он его поддерживает достаточно ощутимо, но не переводит дальше той черты, за которой у меня начнется мигрень. А может! Может! Я ощутила этот момент балансировки фона, на доли мгновения заломившее мне виски. Если Властелин каждый раз дозирует свое воздействие для каждого разумного, то его навыки контроля и самоконтроля невероятны. И богатейший опыт.
 Вздохнув, я прогребла волосы, растрепанные порывистым ветром.
 Миллиард лет - это миллиард лет опыта работы с разумными, которые чисто по закону больших чисел безуспешно перепробовали всё, чтобы убить это существо.
 Всё.
 После этого можно уже не продолжать.
 Это только в геройских киношках и историях для великовозрастных мальчиков борзый светлый красавчик-герой с горящим справедливостью взглядом или суровый брутальный спецназовец без малейшего проблеска магии и разума в глазах имеет шансы против матерого колдуна-императора-главбабайку-на-районе, а в реальности этот герой потом, проклятый по самые последние колена рода, возвращается назад в виде нежити или химеры, и убивает всех вокруг своей же рукой. Ну или его просто по-быстрому кончают крепкие мужики из стражи черного императора, чтобы нервы не портил, как и всех предыдущих авантюристов до него.
 Однако!
 Это не означает, что я собираюсь сдаваться.
 Я чуть улыбнулась, глазея на роскошный штормовой фронт, накатывающийся на базу со стороны океана. Плевать, что там остальные пробовали! Я не собираюсь бодаться с Назарой и Предвестником! Зачем это мне? У меня совсем другие задачи!
 Мне надо, чтобы эта реальность не отвалилась от подпитки эгрегора раньше, чем она сформируется в более-менее жизнеспособную структуру, и я смогу ее как-то вывезти на себе. А это - дотянуть до Проекта "Лазарь". Мне надо очнуться на том столе под вой сирены и взрывы, и неважно, как это произойдет. Я хочу, чтобы эта реальность выжила, и я вместе с ней! Потому как здесь, в ловушке воплощенной реальности, я могу даже сдохнуть, но не покинуть ее душой. Сейчас именно я - ее ось истории, и прошлый финт со своевременной смертью в этот раз не пройдет.
 Властелин вместе с Сареном мне помогут. Никуда они не денутся. Иначе мы все дружно превратимся в энергию, которую потом наш сучий эгрегор переработает и наплодит из нас еще кучу таких же воплощенных реальностей, которые потом тоже дружно сдохнут и пойдут на энергию! Такой себе постоянный процесс бурления на периферии зоны эгрегора! А быть бактериальной средой, которая создает пышную пенку, мне как-то не хочется.
 Уходить с мостка я не спешила, решив подождать Сарена здесь. Он все равно придет, а поскольку войнушек здесь не предвидится, то и нападать не будет. Придет, поговорим, посмотрю, что он такое на самом деле.
 С такими мыслями я устроилась удобнее и стала ждать.
 Но минуты текли одна за другой, а Сарен всё не приходил. Десять минут. Полчаса. Час. Второй. Третий. Во дворе уже стемнело настолько, что включилось автоматическое освещение, а его все не было и не было.
 - Сарен. Ну ты там еще заночуй где-то! - проворчала я, разминая чуть затекшую ногу. - Пятый час уже полтора часа как прошел!
 Но... легенда Спецкорпуса не спешила являть себя мне, и я начала на полном серьезе прикидывать, что, возможно, стоит поднять задницу с сетчатого помоста и выйти в жилую часть? Напроситься на встречу самостоятельно? Тогда и постреляшки будут...
 Тихий на таком расстоянии шелест уходящей в паз двери оборвал мои мысли: на той стороне двора в свету просторного коридора появилась одинокая рослая фигура характерных очертаний.
 Сарен.
 
 Как я ждала этой встречи! Этого момента нашего знакомства. Сколько раз я представляла, как все пройдет... А в итоге мне сейчас даже задницу лень поднимать. Слишком долго я ждала и весь запал как-то незаметно для меня перегорел, оставив лишь усталость, какое-то странное смирение и желание просто поговорить без всего лишнего.
 - "Тут Сарен явился." - отправила я парням вялую мысль, полностью характеризующую мое состояние. - "Поговорим, посмотрим, что он скажет."
 Аэтера взбодрился, Найлус напрягся, а Гаррус... наша голубоглазая прелесть затаился и затих даже в ментале.
 - "Буду держать связь открытой. А там сами смотрите, выходить или нет."
 Ответ пришел теплой волной согласия и поддержки, омыв разум, уставший от долгого бессмысленного ожидания. Уже начало казаться, что я скоро корнями в этот помост прорасту... а он так и не придет. Но нет. Пришел. Вон стоит. Смотрит. Изучает. Думает.
 Наверное, не такую встречу он ожидал, заходя в свое крыло в одиночестве, зная, что здесь его ждут чужаки. Полагаю, он даже предположил, кто его может ждать. Не так-то много вариантов...
 Дверь за темной фигурой закрылась, вновь возвращая призрачный сумрак на помост, а рослый турианец, наконец, направился ко мне. Я как сидела, свесив босые ноги вниз, так и продолжала сидеть, ожидая его приближения. Накатывала какая-то усталость и флегматичное смирение. И так видно, что канонной встречи у нас не выйдет, диалога тоже, но... видимо, это ни на что не влияет: нет в душе этого предательского звана перетянутой струны.
 Странно. Слова Назары - влияли чуть ли не каждым своим словом. А разговор с Сареном... словно вообще неважен.
 Хотя, если подумать...
  А на что бы он повлиял? Да ни на что! Он и не мог бы быть иным, учитывая, с каким шумом и количеством трупов бравый коммандер должен был явиться на этот разговор. Да еще и с саларами на хвосте.
 Бессмысленный эпизод был. Что были игроки на Вермайре, что нет... В чем смысл был этой поездки? Показать кошмары индоктринации и ужасы лаборатории? Или поругаться с Сареном? Тот бессмысленный диалог для идиотов в стиле "ты зло" и "ничего ты не понимаешь"? Он все равно ни к чему не привел, никого ни в чем не убедил, все остались при своем и разбежались на прежние позиции: Сарен выдвинулся дальше на Илос за Каналом, а бравая команда - вдогонку за ним, как всегда немного отставая, но ровно настолько, чтобы дышать ему в спину.
 Я вздохнула. Глупо все это... Еще глупее оправдания необходимости Канала только то, ради чего его построили протеане: "перезаписать генетический код Хранителей", чтобы те потеряли верность Жнецам... Да любой генетик схватится за голову, но звучит красиво и важно, а игроки в своем большинстве от генетики далеки так же, как от микробиологии.
 Не важно...
 - Шепард. - чуть язвительно, но устало произнес он чуть хрипловатым голосом, подходя и останавливаясь всего в метре от меня.
 - Сарен. - в тон ответила я. - Чего так долго? - в голос само собой проникло ворчание.
 Турианец лишь приподнял надбровный щиток в легком ироничном недоумении моей наглости, склонил голову. На чуть-чуть, насколько позволяла искалеченная шея.
 Я ожидала увидеть калеку, бесспорно, но реальность... Она ужасает. Турианец выгляделжутко. Иссеченное лицо, кое-как собранное в кучу металлическими скобами и штифтами, наростами нанитов и откровенно синтетической плоти. Сумрак немного скрадывал общий вид, зато подсвечивал яркую лазурь работающих имплантатов. Его белая некогда броня была весьма поношена и пестрила следами доработок. Трубки, какие-то нашлепки, искусственная рука, вероятно, производства гетов...
 Какой кошмар, а...
 - Твоя наглость...
 - Удивляет, да? - фыркнула я, поднимаясь на ноги и потирая задницу в сеточку.
 Сарен фыркнул, изучая меня с интересом энтомолога, увидевшего какое-то странное насекомое и еще не решившего, как именно он будет его изучать: в живом виде или нет.
 - Или ты ждал, что тебя здесь встретит вооруженный отряд, а я в лучших традициях капитана Андерсона заявлю, что ты арестован? - я мрачно хохотнула.
 При упоминании бравого капитана, у Сарена сузились глаза. Сияющие, голубые и... абсолютно неживые. Своих глаз у Спектра давно уже нет, и на мир он смотрит через имплантат.
 Занятно, что Сарен не спешил меня дрочить, топить в яде или вообще хоть как-то проявлять агрессию. Он стоял напротив и изучал меня как какого-то странного зверька. С долей удивления и недоумения, но и с интересом. Каким-то болезненным интересом, сродним с мазохизмом.
 - Я прилетела на Вермайр ради разговора. - вздохнув, я нарушила затянувшуюся паузу.
 - Я полагал, ты прилетела выполнить приказ Совета Цитадели.
 Все же, не удержался от мелкой шпильки.
 - Так я его выполнила. - я развела руками. - Приказ был отправиться в Траверс за Сареном. Ну, я отправилась. И даже тебя нашла. Про арест, доставку на Цитадель и прочее не было ни слова. - я тонко улыбнулась. - Зато они очень хотят получить любую информацию о Жнецах и о Властелине.
 Я могла бы сказать, что на лице Сарена было что-то вроде улыбки во время первых моих слов... но нет. Его лицо оказалось уже неспособно к мимике: мандибулы висят мертвым грузом как декор вокруг лица, а единственное, что еще может шевелиться - это средние уголки губ и надбровные пластины. Зато окончание моих слов его однозначно напрягло: взгляд стал ощутимо тяжелее, а он сам выпрямился.
 - Что тебе известно, Шепард?
 Насколько безэмоционально его лицо, настолько же богат его голос! В обертонах низкого хрипловатого голоса отчетливо ощущались и угроза, и ирония, и поднимающееся раздражение с тонкой примесью едкого яда и усталости.
 - Важно не то, что известно мне. А то, что про них знаешь ты. - ровно ответила я, глядя ему в глаза. - Что тебе рассказал Назара за эти восемнадцать лет?
 - Назара? - голос чуть дрогнул.
 - Это имя Властелина. - легкий оттенок удивления просочился в мой голос в строго дозированном количестве. - Или ты этого не знал?
 Сарен молчал, но сколько было эмоций в этой его растерянности! Видимо, он реально этого не знал! А сам Назара затаился. Даже фон его стал практически неощутим, лишь легкая тяжесть в голове напоминала про его присутствие.
 - Что ты знаешь об этих существах? - прямо спросила я.
 Но Сарен не ответил. Он разозлился, вскипел, подобно вулкану, не находящему выход.
 - Неважно! Но я не позволю...
 - Важно, Сарен! - рыкнула я, перебивая его и не позволяя катиться по канонному разговору.
 О да, я помню эти его слова: "Я не позволю тебе разрушить всё, чего я добился".
 - Мне надо это знать! - я уже повышала голос. - Мне надо знать, какова настоящая причина, по которой Назара таскается с тобой вот уже восемнадцать лет! Приговор давно вынесен! Неужели ты этого не понимаешь! Но по какой-то причине существо, чей возраст исчисляется в миллиарде лет, до сих пор не дал отмашку Предвестнику, и тот не начал Жатву.
 Сарен чуть слышно зарычал.
 - Ему нужен Канал. - низкий хриплый голос был все так же ровен и спокоен, но дрожал от злости. - Я должен найти его!
 - Зачем его искать, если это Монумент ретранслятора в Президиуме?! Рабочий активный ретранслятор, гул от работы которого прекрасно слышен, если подойти ближе! - рыкнула я в ответ. - Скажи мне, Сарен, зачем его искать? Или Назара забыл, где они его построили?
 О, эта растерянность на лице, ставшим удивительно эмоциональным.
 - Монумент? - тихо-тихо прошептал он. - Построили...
 - Да! Цитадель - это их постройка. Как и реле. Как и монумент посреди центрального кольца станции!
 - Я знаю это. - прошипел он.
 - А ты знаешь, ради чего протеане создавали второе реле, парное к Каналу? - вкрадчиво спросила я.
 - Знаю.
 Я хмыкнула.
 - Не надо мне рассказывать сказки про испорченных Хранителей! - я скривилась. - На Цитадели сидит Каталист. Главный из троицы первородных! Именно он контролирует станцию до последнего маршрута монорельса и цикла системы жизнеобеспечения. Он выпускает Хранителей с конвейера, ваяя их из биомассы. - я говорила и смотрела на него в упор. - Ты реально веришь, что он стал бы воспроизводить испорченных биодронов, зная это? - я фыркнула. - Это попросту смешно! А протеане - идиоты, раз поверили в то, что они могут хоть что-то испортить на Цитадели, и ее после этого не пересоберут заново, возвращая к "фабричному" стандарту!
 Сарен молчал, а в моей голове вновь тоненько зазвенела та самая предательская нить. Разговор выходил на важный виток.
 Но что нужно сделать?
 Думай, думай, думай!
 Пока Сарен переваривает мои слова, а Назара затаился, есть бесценные мгновения найти единственно-верное решение. Как я могу спасти жизнь этому искалеченному мужчине и при этом не нарушить течение канона, при котором он должен гарантированно умереть?!! Даже несколько вариантов есть! Но устраивать стрелялки я не буду. Мне нечем, да и это тупо: он меня попросту пристрелит! С имплантатами у него реакция быстрее, да и опыта больше. Плюс он биотик...
 - Цитадель контролируется Жнецами?
 Голос Сарена стал какой-то тихий и ровный.
 - Цитадель - это и есть Жнец. - устало ответила я. - Каталист. Тот, кто создал Властелина и Предвестника. Первых и самых сильных.
 Яркие голубые глаза чуть прикрылись.
 - Ты не знал, да? - тихо спросила я.
 Он лишь качнул головой.
 - Тебе многое удалось узнать. - чуть ядовито произнес он.
 О, этот злой ядовитый укор и какая-то странная обиженная досада, ведь он потратил так много времени, а узнал так мало...
 - Имя Властелина ты мог бы узнать сам, если бы спросил гетов.
 На это он ничего не ответил. Промолчал.
 - Сарен. Что тебе говорил Властелин? Что он хотел?
 - Добровольного сотрудничества. - глухой ответ.
 - Он настаивал? Заставлял? Или уговаривал?
 Ну же, говори... Это важно!
 Но Сарен молчал и смотрел на меня. Как-то странно. Словно у него проходило перераспределение приоритетов и изменение выводов. Или он заново оценивал меня - коммандера Шепард, Мясника Торфана, пущенного по его следу. Я не могу сейчас слышать даже тени его мысли: Назара одним своим фоном блокирует даже мой собственный фон!
 - Он тебе что-то обещал? - вновь спросила я, так и не дождавшись ответа. - За это добровольное сотрудничество?
 - Я полагал, что если мы будем сотрудничать... мне удастся... - голос прервался.
 Как там он говорил? "Если сотрудничать со Жнецами, подумай, сколько жизней можно сберечь".
 - Спасти обитателей Пространства Цитадели?
 Турианец мелко дрогнул.
 - Ты же понимаешь, на что способны Жнецы. Их нельзя остановить...
 По телу прокатилась колкая нервная волна. Неужели...
 - Протеане пытались сражаться. И где они теперь? - голос перестал подрагивать, возвращая уверенность. - Погибли триллионы!
 Паскудный канон...
 - Каталист не пощадит Пространство Цитадели в том виде, в котором оно есть сейчас. - глухо произнесла я. - Я бы сама не пощадила цивилизацию, которая торгует собственными сородичами ради технологий, продавая целыми колониями на убой.
 Сарен вскинул голову, в упор глядя на меня.
 - Сам подумай. Ты же знаешь это лучше меня. Ты видел всё дерьмо нынешней цивилизации и народов, которые ее населяют. Скажи. Ты бы её пощадил?
 Нет. Не пощадил бы. Но признать это...
 - Я пытаюсь спасти хоть кого-то! - прорычал Сарен.
 Он не смог. Не смог признать даже сейчас.
 - Никто не примет такое спасение. - я смотрела ему в глаза. - Ты же знаешь... никто не согласится. Никто не захочет менять свою жизнь из-за чьих-то слов. Никто не слышит предупреждения. Никто не поверит в угрозу, пока их не начнут резать, но тогда уже станет поздно. На что ты рассчитывал, Сарен?
 Мне жаль его.
 Что бы он ни делал, всё равно Сарен оставался верен своему народу и родному государству, даже пойдя против него. Всё равно он хотел, как лучше. Сделать хоть что-то... Ради спасения других. Уберечь от жатвы даже ценой свободы и собственной репутации.
 Ничего у него не получится.
 Охота на него уже начата, и Альянс Систем с Цербером напару не отступят и будут пытаться топить его дальше. Он для них опасен. А еще Призрак хочет добраться до Властелина.
 - Всё, что я делал, - бессмысленно...
 Что?
 Я резко вынырнула из своих нервных мыслей. Что значит, бессмысленно?
 - Что ты имеешь в виду? - осторожно спросила я, пристально всматриваясь в его глаза.
 Тревога Найлуса окатила нервы кипятком. Аэтера... почти не ощущался.
 - Ты права, Шепард.
 Ой-ой... Вот это вообще не хорошо.
 - Сарен... - тихий голос из-за моей спины прозвучал внезапно.
 Не-не-не...
 - Найлус. - хрипловатый голос дрогнул.
 В голове натужно зазвенела тугая струна. То самое ни с чем не сравнимое чувство, когда словно сама вселенная замерла, качаясь на лезвии выбора. Чутье перерожденца, развивающееся жизнь за жизнью умение чувствовать позвавший в себя мир и понимать его нужды. Натянутая до треска и звона. Ключевой момент выбора. Самый важный...
 Но почему именно сейчас?! Вермайр же ни на что не влиял! Только... Тот самый фатальный второй разговор на Цитадели, который у нас бы никогда не случился. Илос бессмысленный и ненужный. Он не важен. Только два разговора. На Вермайре. И на Цитадели у контрольной панели, когда есть возможность...
 Твою мать...
 - Мне удалось его спасти. - тихо произнесла я, переключая на себя внимание Спектра. - Я могу и тебя...
 - Прости... - тихий-тихий, какой-то глухой голос резанул по нервам.
 Что?
 - Нет!
 Сарен, твою ж мать! Не смей!
 - Всё еще только начинается! Вместе мы сможем спасти народы от Жатвы!
 Но он уже меня не слушал. Рослый турианец отступил на пару шагов. Качнул тяжелой головой.
 - Для меня уже слишком поздно... - взгляд ярких светящихся голубых глаз перешел на замершего Найлуса. - Прощайте...
 Искусственная рука взлетела уже с пистолетом. Точным, отточенным, молниеносным движением, поднимая оружие к голове.
 - Нет, стой!!!
 В тишине заброшенного двора оглушительно громыхнул выстрел.
 
 
 Конец первой части
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"