Лбом пробив тревожный бег вселенной,
мысль прошла сквозь смысла перемены.
Старый мир дряхлел и шел в запрет.
Взлому тьмы противоречил трагик,
не найдя в излете дней ответ,
но испуг хранил в эфесе шпаги.
Дорожил всей дрожью нервных жил,
прошлого в ответ не ворошил
злобный фарс истории нелепой.
Переброс всех фактов наугад
проводил нравоучений брат.
Ход секунд держался стенок склепа.
Склеп нищал, и рушил стены вздор.
Рушил и стремился на простор.