Аннотация: Об иллюстрированном издании собрания сочинений Лермонтова в 1891 году. Примеры иллюстраций.
Леонид Осипович считал, что иллюстрированное собрание сочинений Лермонтова было своеобразным смотром русских художников. И не всегда именитые одерживали верх над молодыми малоизвестными художниками, среди которых тогда числились В. Серов, М. Врубель и сам Пастернак.
Речь не идет о том, что молодежь превзошла мастерство известных художников. Правильнее было бы сказать, что в этом издании столкнулись два направления в искусстве иллюстрации.
Те немногие иллюстрации к собранию сочинений Лермонтова, что мне удалось посмотреть, я бы условно разделила на две группы. И если иллюстрации первой группы, строго следуя за иллюстрируемым текстом, демонстрировали скрупулезное изображение его содержания, то иллюстрации второй группы были зримым воплощением того, что можно назвать душой иллюстрируемого произведения.
Я приведу несколько примеров иллюстраций обоих направлений.
И. Е. Репин. Иллюстрация к стихотворению "Пророк". "Посыпал пеплом я главу,
Из городов бежал я нищий..."
В. Д. Поленов. Иллюстрация к стихотворению "Спор". "И склонясь в дыму кальяна
На цветной диван..."
М. А. Врубель. Иллюстрация к стихотворению "Демон".
В. А. Серов. "Бэла". Иллюстрация к повести "Герой нашего времени".
Л. О. Пастернак. Иллюстрация к поэме "Маскарад".
Б. Л. Пастернак. Иллюстрация к поэме "Мцыри".
Работам Пастернака свойственно необычное освещение. Зрителя не покидает ощущение, будто бы где-то там внутри картины таится натуральный, а не метафорический, источник света. Контраст света и тени, легкий абрис фигур, едва угадываемые выражения лиц. Но как четко воссоздана атмосфера проиллюстрированных им поэм, энергия жеста и неукротимый, мятежный дух юного Мцыри, разнообразие характеров игроков в Маскараде.
Для упоминаемого мною издания собрания сочинений Лермонтова художники сами выбирали произведения, которые они хотели бы иллюстрировать. Лермонтовский "Демон" естественно привлек Врубеля, писавшего один за другим своих "Демонов", которые, по-видимому, являлись олицетворением состояния его души.
При взгляде на его "Демона сидящего", мне на память приходят не лермонтовские строки из одноименного стихотворения, а строки Бориса Пастернака.
ПАМЯТИ ДЕМОНА
Приходил по ночам
В синеве ледника от Тамары,
Парой крыл намечал,
Где гудеть, где кончаться кошмару.
Не рыдал, не сплетал
Оголенных, исхлестанных, в шрамах.
Уцелела плита
За оградой грузинского храма.
Как горбунья дурна,
Под решеткою тень не кривлялась.
У лампады зурна,
Чуть дыша, о княжне не справлялась.
Но сверканье рвалось
В волосах и, как фосфор, трещали.
И не слышал колосс,
Как седеет Кавказ за печалью.
От окна на аршин,
Пробирая шерстинки бурнуса,
Клялся льдами вершин:
Спи, подруга, - лавиной вернуся.
Это стихотворение открывает книгу Б. Пастернака "Сестра моя - жизнь", посвященную Лермонтову.
"...Не памяти Лермонтова, но самому поэту, точно он был в живых среди нас, его духу, все еще действенному в нашей литературе...", - пояснял позднее Борис Леонидович.
В едином неразрывном кольце переплелись мятежный дух лермонтовского Демона, гордый дух врубелевского и свободолюбивый сверкающий Демон Бориса Пастернака.
Удивительнейшим образом кольцо творчества замкнулось.
