В подземном царстве-государстве лжецаря
Эффект простора создаётся ложным ветром.
Там день - иллюзия, по сути говоря,
А ночь - отсутствие искусственного света.
Естественно, для имитации себя
Лжесолнце тащится размеренно по рельсам.
Прохладно и теплолюбивые скорбят,
Но можно настоящей водкой отогреться.
Нельзя лжегород Франкенштейном не назвать,
Но в нём есть площадь с фонарями и аптекой,
Кафе, кинотеатром, клумбой, где трава
Растёт и требует полива человеком.
Есть даже птицы! Те, которые поют, Законсервированных мошек получают.
А жители, благословляя жизнь свою, Учась у птиц, паёк подземный улучшают.
Какое счастье обживать земную твердь!
И пусть в ней всё так неестественно и лживо,
Но это лучше, чем в злокаменной Москве,
В её провинциях, где правда стоит жизни.
А нынче там война и битое стекло,
И в супермаркетах погромы, и зачем-то Пылают Пушкин, Фет, Есенин, Бунин, Блок, Чтобы горели Коцюбинский и Шевченко.
Хохол (Самиздат).
Москве "злокаменной" не сделать вам урона,
Она же вечность, как и Пушкин, Фет и Блок,
А если будут в ней на улицах погромы,
Она засунет в ж..у вам стекло.
И в конференции не будет прока,
Где присягнут штандарты лжедержав,
Москва решит сама без Бюргенштока,
Что сделать украм - заповедник иль анклав.
Возможно, бункер, ведь они давно забыли,
Как светят люстры. Капает свеча
Горячим воском, поминаем - были
Республикой под лампой Ильича.