Лис Марк
Сифин Хронослон 1-10

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    http://vertigo.ucoz.de/

  'Сифин Хронослон'.
  Синдром фэнтези интоксикации с хроническими осложнениями.
 
  Pause // Play !!
 
  Стадия Первая.
 
  'И жили они долго и счастливо. Пока одной свежей весенней ночью, возвращаясь с банкета в свою честь не заблудились в узких тёмных улочках спасённого ими города. Он был пьян, она незамечала ничего в своих раздумьях. Вокруг царила тишина.
 
  И тьма. И только белое пятно её платья на фоне серых стен как отражение луны в воде. Как пламя свечи на ветру. И как на пламя, собираются вокруг жители ночи.
 
  Шорох босых ног ступающих по холодным камням. Шелест рваных одежд.
 
  Она тянет его за руку, уводя прочь. Он не сопротивляется, он видит свой сон. Слышит зхо его обилых сапог шаркающих по мостовой. Ускоряющийся ритм её каблуков. Испуганный выдох. Тупик.
 
  Мрачные лица. Ненависть, направленная не на них, но на богатые одежды и украшения. Худые, босоногие тени собирающиеся вокруг. Оборванная одежда. Свет луны не отражается от их глаз - они давно уже мутны и холодны.
 
  Силуэт высокого мужчины выходящего вперёд.
  Он глава стаи.
  Они - загнаная жертва.
  Он . Внебрачный сын погибшего визиря.
  Но они не знает об этом.
  Они - герой спасший город убив сумашедшего визиря и его освобождённая возлюбленная.
  Но он не знает об этом.
  Главарь медленно подходит к ним. Она не может вымолвить ни звука от ужаса. Он в тумане алкоголя не понимает происходящего.
  У главаря нет оружия.
  Оно есть у героя.
  Он подходит к ним вплотную и спокойно вынимает меч из Его ножен. Лунный свет отражается на его лезвии. Короткий удар и оно пронзает Её белое платье, оставляя расплывающееся красное пятно на груди. Она тихо всхлипывает и опускается наземь.
 
  Луны больше нет на лезвии. Её платье медленно растворяется в ночной тьме - кровь прячет их от любопытного неба.
 
  Он растерянно распахивает глаза пытаясь осознать проишедшее Лезвие вспарывает горло оставляя ему затухающее недоумение и немую боль. Звездный свет пытается пробиться вниз, на секунду вспыхивая на срываемых украшениях, на пряжке стаскиваемых сапог и пуговицах жилета. И менуту спустя в последний раз отражаясь в двух парах глаз впервые за долгое время глядящих на небо. Но и этот свет исчезает оставляя два тела наедине во тьме опустевшего переулка. Приговорённых Судьбой.'
 
 
  Примерно так и выглядит мораль любого фэнтези романа. Добро побеждает зло пока тиражи достаточно хорошы, чтобы ежемесячно оплачивать автору выкуп за жизнь главных героев.
  Когда история перестаёт быть достаточно популярной, автор демонстративно посылает в печать отрубленную голову одного из персонажей. Или того хуже - избавляется от ненужных уже заложников заманивая их в гибельную ловушку в 'Последней' части приключения обещающей раскрыть все секреты, и начинает новую серию, шантажируя читателей очередными натренированными на штурм читательских сердец героями.
  Оставляя старых забытыми истекать кровью на последних страницах их иллюзорной жизни. Даже если чудом им удалось пережить финал, их жизнь закончена, застыв в переплёте на пыльной полке куда попадают они все в конце пути.
  Хуже. Это мы, те для кого они переживают выдуманные муки, любим их - сделавших то что мы не решились, справившихся с проблемами с которыми мы не смогли, разделившими наши слёзы и заимствовавших нам их радость. Мы боготворим их, поскольку видим в них себя. Мы желаем им всё то чего у нас нет - приключений, яркой жизни, любви и верных друзей, но в итоге, того чего нам также как и им не хватает больше всего - покоя, исполнения мечты и мира.
  Но у них есть враг, котогоро они не в состоянии победить. Тот кто ради денег и эгоизма сваливает на них всё новые и новые проблемы, чтобы небыло скучно читателю заставляет переживать всё большее горе и тяжести. Автор.
  Я захлопнул книгу, погасил лампу и безмолвно уставился в тёмный потолок.
  Они утверждают, что любят своих героев - но как это может быть правдой? Они созданы не для спокойной жизни - для битв, предательств, потерь, ссор, гибели.... Кто может желать другим такой участи? Автор. Как завоёвывая красавицу, он сначала окрылён новой идеей, восхищается её красотой, пытается излить свои чуства изобразив их на бумаге, придать им форму. Позже, получив то, что хотел, он хладнокровно использует героев, заставляя проходить через семь кругов Ада согласно заранее составленному плану. Он больше не восхищается ими. Они фишки на шахматной доске. И вот скоро, новые идеи снисходят ему - новые миры, новые персонажи. Новые красавицы ждущие очарования. И старая с укоризной глядящая ему в след.
  Он уже не интерисуется ей, но начатый труд должен быть закончен. Роман дописан, серия заключена. И он начинает ненавидеть их, давящих на нём как груз. И мысли его складываются в жестокий план.
  Несчастный случай. Никто не заподозрит его. Да, прошлая жена всем нравилась, но пройдёт время и все забудят о ней восхищаясь красотой его новой возлюбленной.
  И он подволит историю к концу. Иногда они гибнут.
  Иногда цена победы слишком высока.
  Иногда они побеждают врага, становясь ненужными и со временем забытыми.
  Иногда их мечты сбываются, отавляя горькую пустоту.
 
  Никогда он не чуствует к ним сострадания. Никогда не даёт заслуженного, и того что мы ждём больше всего - спокойной жизни и светлого счастья. Ведь, то что переживают Они чувствуем и мы - и ни адреналин боя, ни радость триумфа, ни опянение ярости не может сравнится с тихим счастьем спокойной любви и мирного будующего.
  Наверное так оно и есть. Авторы ненавидят созданое ими. Почему иначе они так жестоки к ним? Мы несём ответственность к тем кого приручили. Ха, Как же!
  Может быть я просто и тихо схожу с ума. Моё счастье погибло - я не могу взять в руки очередную книгу, Приключения ИХ, на страницах, являлись неистощаемым источником тихой радости для меня - покак вода не окрасилась в кровавый цвет.
  Все истории рано или поздно заканчиваются.
 
  Что может быть хуже пустоты оставленной прочтённой до конца книгой? Только осознание, что это была последняя часть серии, и о выходе продолжения ты в лучшем случае прочтёшь в другой фэнтези саге - так как чудеса как известно имеют обыкновение встречаться только на страницах этого рода изданий пренебрегая твоим мнением о том какой должна быть жизнь и почему герой с отсечённой напрочь головой неприменно должен вернуться в следующей новелле для того чтобы всем отомстить (врагам, конкуретам, трактирщику), всех спасти (друзей, домашних животных, мир) , на всех жениться (принцессах, магичках из отряда, той богине из второй части) построить дом, посадить дерево и вырастить сына для несения геройской службы в следующих частях и любовного романа с нынешней наследницей пристола (благо её сейчас 5 лет, к моменту действия повзрослеют).
  Но автор явно был другого мнения убивая героя, называя книгу 'последней', демонстративно сжигая мосты и сценарии экранизации. Ха! Да чтоб он подавился! Вот постеры сдираются со стен, книги летят из окна и сувенирный меч героя саги... нет, меч оставлю. Вот только отодрать логотип на рукоятке и вполне можно выдать за орудие смертоудийства любого другого фэнтези людоруба.
  Взвешиваю меч в руке. Чистая жажда крови заледеневшая в холоде ненависти и обточенная беспощадностью до формы расчётливой подкрадывающейся к жертве Смерти. Удар по неосторожно задержавшейся в поле зрения тени, пируэт, блок, выпад и она в муках гибнет от яростного гнева сжигающего света - нужно отработать технику лучше, чтобы впредь не задевать локтём выключатель на стенке когда пытаешся отвести руку для удара.
  Я с испугом оглядываюсь проверяя не разбулил ли я Совесть. Нет. Спит, слава богу.
  Мама... да что это со мной?! С какой стати говорю закрученную витиеватую бессмысленицу и бросаюсь с железякой на собственнйю тень - что она мне сделала в конце концов, ну разве что кроме преступления скрытия принадлежащего мне по праву света.
  От сумашедших мыслей лучше всего отвлекает Ярость. Она сильнее всего - горя, любви, боли, печали. Кровь закипает. Пальцы сжимаются в кулаки. Хочется раскрошить чтонибудь в пыль - да хотябы овсяное печенье. Жажда действия, сила нуждающаяся в применении. Язык хулящий весь продажный Свет, авторов, издателей, фанов и недоразвитых жителей планеты обделённых эмпатическими способностями чтобы почуствовать моё горе и жестоко ранящих меня своим безразличием. Ну, я вам покажу! Ну, погодите! Радость мести не так велика, как осознания уязвимости врага и того , что у тебя есть план и ты знаешь как добиться своей цели. Да да! Я сделаю свою боль Вашей! Вы увидете то, на что жестоко закрывали глаза. Я заставлю Вас прочувствовать всю Правду. О чём? О том, что они используют нас! Высасывают наши деньги. Играют с нашими чувствами! О том что мы также безразличны им как и созданые ими герои. Для того чтобы вы осознали причиняемуь ими нам боль, боль эта должна преодолеть порог терпимости. И я знаю, что и как я должен для этого сделать.
 
  Я спокойно, ровно дыша сажусь за компьютер, запускаю Ворд и набираю первые строки приговора всем тем кто имел несчастье оказаться мои противником.
  Я создам лучшую, популярнейшую и известнейшую Фэнтэзи сагу. Историю запомнищуюся поколениям. Героев которых полюбит весь мир.
 
  А потом.
 
  Один за другим.
 
  Жестоко и безвозвратно убью их всех , оборвав сказку на середине
 
  Сумашедший, злобный смех выдающий несдерживаюмыю истерику несётся ураганом по квартире глуша в полёте мух и заставляе кошку с визгом скрыться за диваном.
  Пора. Пути назад нет. Соседи наверняка, что то заподозрили и высылают бомбардировщики для ковровой атаки смирительными рубашками и валидолом, а Совесть вот вот проснётся и начнёт задавать вопросы.
  Нужно начинать. Пора. Ну а начнём с....
 
  Выписка из дела: Диагноз.
 
  Развитая параноя заставляющая пациента не сомневаться в существовании глобального заговора писателей направленного лично против него и имеющей целью довести его до стадии радосного сжигания книг, тем самым недопустив пробуждения нового пророка направленного на землю для откровения людям ... чего конкретно неизвестно. В его мании преследования, он считает что даже христианская церковь является участником этого заговора, на основании гибели главных героев библии якобы иллистрирующей его тезис.
 
  Развивающаяся мания величия. Пациент считает, что его жалкая проза может соревноваться с текстами профессиональных авторов (якобы ополчившимися против него) и что он оказывает услугу человечеству работая над своей фэнтэзи сагой.
 
  Начинающаяся шизофрения, симпотатически проявляющаяся в слишком сильном отожествлении с вымышлеными героями и бессвязной речи. В основном письменной.
 
 
  Далее читатель пользуется своим конституционным правом и пролистывает пол главы до ближайшего диалога.
 
 
  ***
 
  Тьфу, что за сон. Так действительно свихнёшся. Хорошо если воспоминания о вчерашних переживаниях растают в утреннем свете как и этот сон.
  Наверное сейчас утро. Возможно занавески распахнуты и комнату озаряет солнце. Незнаю. Чтобы проверить нужно раскрыть глаза, но я не чувствую что подобный подвиг в данный момент мне по силам. Всёже...
  И впрямь - утро. Но вставать не хочется как будто и не спал вовсе. Да так оно и было. Сначала читал дотемну, потом яростная дуэль с собственной тенью, а после...
  Совесть сидя за компьютером, что-то увлечённо читает. О НЕТ! Как ошпаренный я вскакиваю с дивана и подбегая к ней заглядываю в монитор. Так оно и есть... Мои ноги подкашиваются и я падаю напол, опуская голову ей на колени.
  - Ну же, выноси свой приговор, Свидетельница моего позора!
  Совесть теребит пальцеми прядь моих волос положив ладонь мне на лоб и задумчего вздыхает.
  - Не знала в тебе такого таланта. Хотя.... ещё работать и работать. И прежде чем нести это к издателю попроси меня сначала исправить ошибки, троечник!
 
  Вот так всегда.Вообще то её имя Маша, но по привычке я называю её своей Совестью. Старая история со времён школы. Директорским указанием её, отличницу и красавицу приставили ко мне для улучшения моих оценок. И она отнеслась к заданию серьёзно, следуя за мной по пятам , проверяя мои работы и виня за лень. И она добилась успеха, в основном тем, что мне было совестно огорчать и разочаровывать её
  Я повернул голову и снизу вверх гляжу ей в лицо. Прикусив губу она смотрит на экран.
  - Знаешь, что происходит с первыми пробами пера всех писателей?
  - Нет, их собирают по листочкам и выдают за свои писатели вторые?
  Она лишь мягко улыбается в ответ, выделяет весь текст, удаляет его и закрывает файл. Странно, но меня это ни капли не огорчает.Скорее наоборот.
  - Они показывают насколько несовершенны авторы как люди, выявляя их слабости, недостаток понимания событий и других людей. Каждый писатель пишет о себе. А каждые человек, самодостаточен и потому несовершенен. Так же и их произведения.
  - Да? - Я не очень сконцентрирован на том, что она говорит, сколько на её голосе. Нет лучшей музыки, я готов слушать его вечно. Как жаль, что мы такие хорошие друзья... Возможно, если бы мы не знали друг друга так хорошо, мы могли бы любить. Но так наверное происходит с женатыми парами со временем. Только что мы пропустили стадию вблюблённости и свадьбы... Действительно, жаль.
  - Ты пишишь... о том каким видишь мир ты. Для других он другой. Свой.
  - Что плохого в том чтобы быть собой?
  - В том, что Ты, это не сознание в этой телесной оболочке - она накручивает прядь на свой палец - Ты, это совокупность твоего Я, твоего опыта, существующего для тебя Мира и правил по которым он работает. То, что ты написал, это только Эта часть тебя - она мягко щелкает меня пальцем по лбу. - Но это как чёрнобелая фотография. Застывшая картина не в силах передать всю красоту цвета и движения.
  - Так, что же делать?
  - Прежде, чем писать, пойми о чём ты пишешь, как другие поймут тебя, что ещё является частью этого Мира, кроме того что ты видишь. Например... Начало твоего романа это битва.... Возможно слова выбранные тобой задевают какой.то генетический рефлекс у мужчин заставляющих их прочувствовать схватку, но для меня... - пауза, она просто молчит смотря на меня сверху вниз. - для меня это бессмысленное рубево. Возможно я звучу тривиально, но все книги, не о битвах, не о подвигах, а о Людях. Позволь такой пример. То что ты написал - взгляд воина дерущегося с противником и интересующегося в первую очередь самим процессом битвы. Но также как мир не ограничен тобой, также и книга это не один этот герой, не одна его битва. Есть то ради чего он дерётся, допустим стандартный вариант - ради спасения любимой девушки. Для твоего качка героя может это спасение это просто подвиг доказывающей своё мужество . Для неё - это любовь. У тебя нет этой любви. - она выгладит грустно. О чём она действительно думает? Её грусть становится моей, и я удивляюсь как приятна может быть печаль если делишь её с кем-то.
  - Его противник. Почему он ввязался в заведомо проигранный бой? Какие у него причины рисковать жизнью. Уж не любовь к этой девице, тогда просто такоеже картонное мужество как и у главного персонажа. Уже Две копии тебя... Более того, только части тебя - ты разбиваешь себя на части представляя осколки разными персонажами твоей книги. Но этого недостаточно. Картина художника красива в первую очередь тем, что она изобрадает, и только потом его технткой.
  Она наклоняет голову вплотную к моей и шепчет мне наухо:
  - Есть два способа обойти границу 'себя'... Мечты... Так как в них ты Другой, больше чем ты насамом деле, живущей Другой жизнью. И... Открыть глаза... осознать что ТЫ это твои друзья, мир вокруг тебя, люди которых ты знаешь, музыка которую ты любишь, воздух которым ты дышишь...
  Я это Она. Такая мысль рождается у меня от её слов. Каким бы я был если бы её не существовало? Мне становится горько, так как я всё ещё помню всерашнюю дипрессию и понимаю, что и герои книг которые я читал это тоже - я. Потому так и больно терять их. Потому так больно представить, что я мог бы потерять Её. Потому ещё горьче осозновать что мы с ней где то по пути потеряли часть друг друга навеки оставшись с пустотой разделяющеё нас.
  - Кто ты, ангел мой? Ты послана свыше, чтобы вдохновлять меня, госпожа Муза?
  Её смех заставляет наше меланхолическое настроение разлетется вщепки, и она встаёт осторожно приподнимая мою голову со своих ног.
  - Нет. Я студентка психолог. Но действительно, божественное вмешательство тебе бы не помешало. В особенности тот Архангел учивший Мухамеда писать. Как можно совершать столько ошибок в твоём то возросте?
  - Я печатал в темноте и в не здравом уме. Иначе бы я не оставил компьютер включённым чтобы та могла прочитать это и остаток месяца издеваться надо мной.
  Она одета и скидывает со стола в портфель конспекты для института, одновременно защелкивая часы на руке, и глядя на них в ужасе задерживает дыхание. Для верности трясёт их и убедившись в неизменности показаний бежит в коридор находу натягивая туфли.
  - Ааа! Я опаздываю! Опять! Нет - снова! Всё твоя вина! Ау! Что твой дурацкий меч забыл в проходе?!
  Нет. Есть бог на небе. И он явно сторонник справедливости, ибо мой позор отомщён ещё раз доказывая Марии, что ни одно благое дело не остаётся безнаказанным. Моя излитая в прозу агония недолжна была стать достоянием чьих либо глаз.
  -Ах да...- она выглядывает из коридора издевательски глядя на мою ухмылку, которая в подозрении съезжает набок придавая моему лицу настороженное выражение. - У нас на кафедре завтра заседание клуба литературной критики и чтобы до того момента ты переписал то что накрапал вчера в обьёме как минимум двух глав.
  Ну как она умудряется при таком ангельском лице выглядеть так издевательски?!
  - В случае неисполнения...
  Я сглотнул, хорошо представляя себе это случай и пытаясь сравнить с болью быть обруганым дюжиной считающими себя корифеями литературы студентами. В конце концов ей не обязательно называть там моё имя.
  - Хоть какой то из твоих талантов не должен быть потерян. Пока! - она выбежала из квартиры и по стуку каблуков я понял, что уже спускается по лестнице в недосягаемости моего ответа.
  Чтож, могло быть и хуже. И если я не исполню её требований...
  Наверняка будет.
 
 
  ***
 
 
  По тёмным мостам над серыми реками
  Шагал он неведуя что за звезда
  Ведёт его через ту тьму непросветную
  Что словно любовь его обречена
 
  Скрывать от друг друга горькую правду
  Касаться друг друга бродя в темноте
  Гадать и лелеять надежду напрасную
  Что может быть истина в зла красоте
 
  Ведь лик любви мёртв, и счастье в печали
  Она та, что следует нам по пятам
  Вернейшая, та кто сочувствует с нами
  Всю боль, разделяя наш путь по крестам
 
  Вопросы отринув, по памяти следуя
  Тропами что хожены были не им
  Ступает он вглубь, уходя от раскаянья
  Всё ближе ко дну, к другим же таким
 
  Кто суть свою продали ради убитых
  Себя, тех кто пали в неравном бою
  За гордость ненужную, пьяную, глупую,
  Что боль их скрывала во сладком гною
 
  Несуществующих воспоминаний,
  Безкрылой ободранной серой мечты
  Той самой которую все потеряли
  Той самой ужасной жестокой любви
 
  Вот так, задумчиво бродя по улицам я и бормоча депрессивные стихи я бессмыстленно растрачивал драгоценное время отведённое мне на выполнение жизненно важного задания.распугивая неосторожных прохожих своим печальным отсутствующим видом.
  Не моя вина! Ну может это в генах заложено, что моё лицо всегда выглядит печально - с детства люди жалели меня спрашивая в чем дело, когда я просто напросто в задумчивости остонавливался у окна. Всё это время я не был понастоящему печален, поскольку когда я умудрялся погрузиться в эту тину понастоящему люди беспокоящие меня были последним, что я хотел бы видеть.
  Ну может есть и другие причины. Может мой готический вид как то влияет на реакцию окружающих. Я не особо сочуствовал этому движению - просто одежда была мне по стилю, а пречёска с белой прядью в волосах выглядела как раз в моём вкусе - Совесть с женским опытом помогала укладывать волосы каждое утро. Кроме сегоднешнего...
  Нужно бы найти зеркало. Хотя...
  Царила весна. Почему собственно царила? В большом городе времена года не так уж заметны. Скорей другие вещи доминируют его жизнь - свет, шум, регулярные концерты, демонстрации, выборы, экзамены, выпускные... Нужно бы создать новый календарь - специально для города устанавливающий его людские приливы по влияющим на городскую жизнь важным событиям.
  Сейчас было ещё около 5 часов до часа объевшегося Т ролльебуса когда все возвращаются с работы. Минимум полтора часа до часа Кофе со Смогом - так что у меня было несколько свободных часов Вдоха Города: когда все заняты, улицы пусты и лищь пенсионеры и бездельники как я тревожат отдыхающего до следующей смены бетонного гиганта.
  Я бродил и представлял себя великим воином с успехом убивающим накатывающиеся вражеские волны армии Времени. Так как Совесть была в институте, некому было напомнить мне чуствовать вину по поводу моего безделья.
  Мне было 20 лет. 3 года как я окончил школу и должен был начать бы самостоятельную жизнь. Родители посторались и выдворили меня в Большой Мир неутруждая грузом нотаций и сомнений. Советь запросто поступила в тот же Институт куда без успеха пытался пробиться я, в конце концов устроившись там на вечернем.
  Мы договорились и сняли однокомнатную квартиру неподалёку, обязываясь оплачивать пополам. Я думаю уже в тот мометн она знала, что большая часть падёт на нее. Наверное не могла отвязаться от инстинкта заботы о пропащем грустном мальчишке.
  Она большую часть дня была занята невозможным колличеством обязаностей, я же имел столько свободного времени, что сам процесс его течения представлялся мне весьма размытым - как будто весь мир медленно безвольно дрейфует в тёплой воде аквариума.
  Я пытался утсроиться на несколько работ, чтобы хоть как то использовать время и оправдаться перед Машей за неоплаченное электричество, но всё равно, казалось время было ресурсом имеющимся у меня в бесконечности, что вызывало скрытую зависть знакомых и ощущение что наверное я почемуто должен чуствовать вину за себя.
  Все дороги кудато ведут. Михаил сказал бы что к богу. Я поостерёгся бы и в данном случае подумал что к Судьбе.
  Я стояд перед знакомыми воротами монастыря в Семинарию которого Мишка поступил после окончания школы. Должно быть это знак. О помощи свыше в лице посредника между мной и небом. Сейчас ещё рано, он должен быть занят, но это навело меня на идею.
  Я хорошо обдумал сказанной утром Машей, и решил что должно быть она была права и если я хочу чего либо добиться я должен воспользоваться любой доступной помощью. И первые кому я могу довериться это мои школьные друзья.
  До заседания 'Клуба самоупийц' как прозвал наши регулярные встречи Сергей ещё два дня, но учитывая крайний случай можно бить набат собирая войска на бой и сегодня. Я постучался в ворота и передал растерянному моим внешним видом смотрителю записку для Михаила. До остальных можно и дозвониться.
  Выполнив первый шаг в установленном плане боевых действий, с чувством выполненого долга я приступил к шагу второму. Закупке боеприпасов.
 
  Далее усталый читатель ожидает увидеть action-сцену и ,как ни странно, он её получает. Вообще, насколько прекрасен был бы мир если бы мы всегда получали что хотели.
 
 
  ***
 
 
  Сергей получил звонок о воинском сборе за несколько часов до заката. Как всегда встреча должна была состоятся около десяти в Машиной квартире (и как почти всегда, непреднамеренно, без её присутствия).
  Или же у Олега кончился запас фэнтези, либо же закачал очередную анимешку и снова будет пытаться обернуть их в свою веру. На этот случай у Сергея имелся туз в рукаве, точнее робко держащий его за тот самый рукав. Так или иниаче, причина для встречи понастоящему не требовалась - Сергей в отличии от друга не жаловался на скуку, но собраться вместе со школьными друзьями был всегда рад.
  Они были неразлучны в детстве, и когда судьба развела их пути они не пожелали смириться с неизбежным поклявшись остоваться в контакте. Который выражался только в этих ностальгических встречах.
  Сергей пошел тем путём который все ему пророчили без перерыва, выбрав карьеру профессионального спортсмена. Более того - Бойца. Имея героем детства Джеки Чана он смог пробиться и работал помошником тренера популярной секции Ушу, в тоже время учавствуя в соревнованиях и изучая теорию спорта и ... китайский язык.
  Его увлечение восточной культурой (весьма отличавшееся по тематике от такогоже увлечения Олега) серьёзно волновало Михаила, на удивление всем выбравшего Церковную 'карьеру'. Наверняка и сегодня не обойдётся от отчаянных дискуссий.
  Михаила, которого практически ничего не могло вывести из равновесия, тем не менее доводила до белого коления такое же спокойное улыбающееся лицо Сергея обсуждающего теорию буддизма со своей очередной пассией.
  Вообще, девушки так и липли к этому уверенному красавчику заставляя недругов во злости искать оправдание в его отсутствующем интеллекте, мнимом самодовольстве и якобы присущей качкам атрофировости первичных органов. Девушки отвергали эти утверждения радостым смехом в кружке между собой обсуждая недоброжелателя тем самым подливая масла в огонь их ненависти к Сергею.
  И сегодня тоже он направлялся на встречу не один. Они договорились встретиться с Юлей после тренировки в его клубе, на которой он был тренером а она учеником толи решившись улучшить навыки самообороны, толи польстившись познакомится с мифической на их курсе личностью поближе.
  Вообще то они не раз видели друг друга мельком в институте где Юля училась на художницу, а Сергей учил китайский, но только сегодня она решилась познакомится с ним немного удивившись сразу последовавшим предложением посетить с ним намечающуюся у его друзей вечеринку. Но смотря на его лицо, нельзя было подумать ни одной нечистой мысли. Каким то образом ему удавалось придать себе подобие чистого радостного ангельского нимба заставляющего людей стыдиться себя и как на привязи следовать за посланником неба.
  Она медленно шла рядом с ним держа его запястье в своей ладони. Одинокий ночной парк через который пролегал их путь навевал романтическую атмосферу. Больше всего она хотеля бы взять его под локоть и положить голову на его плечо, но боялась разрушить ту спокойную тихую гармонию царившую между ними.
  Её разрушили другие.
  Преградив путь стояли несколько парней зырящихся на них с недобрыми ухмылками. Вообще такая угрожаящая ухмылка наверняка требует тренировки ,думал Сергей, и то что она так по идиотски выглядит объясняется тем что они наверняка пьяны.
  Он почувствовал как сжалась ладонь Юли, в страхе и надежде что конфронтации удасться избежать. Только сейчас она понастоящему осознала где они находятся - на тропинке в лесу, в не видимости зданий и тьме выдававшей присутствие рядом городской жизни только шумом проезжающих сейчас где то в недосягаемости машин.
  Не удастся. Четверо. Подростки, блин. У одного явно кастет,а этот - этот вообще в форме милицейского кадета, с дубинкой на поясе. Служу и защищаю, значит. - Сергей пытался найти выход из ситуации оценивая свои шансы.
  - Эй, ты! Это не ты блядь избил моего другана здесь вчера? Ну точняк - тот самый лох!
  Как всегда, подумал сергей. Идиоты сознательно совершающие дурость, но всё ещё ищущие призрачное оправдание для самих себя. Даже зная что это ложь. Объяснять им что ты ничего не имеешь общего с их проблемами бесполезно. Они ищут предлога, давно решившись и выбрав жертву.
  - О, а тёлка твоя чё с таким уродом? Не стесняйся, с лохом твоим разберёмся и хорошо оприходуем! - заявил ухмыляясь тот что в стажёрской форме.
  Можно попытаться пробиться. Они сосунки, и даже если вооружены (а при их глупости сдастся пойти на ножах), в сумке в руке после тренировки вместе с формой китайский тренировачный меч - для показухи если, не заточенный и пара неплохих палок. Толкнуть Юлю назад и крикнуть чтоб бежала, пока достаю палки.
  Нет, если драться то без травм необойдётся... кому пальцы поломаю, кому сотрясение - в серьёзном бою нет места осмотрительности. А потом поди объясни в милиции, что это была самозащита... особенно с этим - Сергей взглянул на говорившего стажера.
  Должен был другой путь. Сергей сунул правую руку в карман обхватив связку ключей. Здесь должен быть...
  Ударом под ногу он послал ошарешенную замершую в ужасе Юлю на колени, взяв её шею в жёсткий захват.
  Такой поворот дел ошарашил не только её, почти теряющую сознание от страха, непонимающую внезапного предательства, но и шпану расширившимися глазами уставившимися на Сергея.
  Он медленно поднял лицо взглянув на них с досадливым, но уверенным сумашедшим взглядом.
  - Вы что, сосунки, не слышали кто в этом парке работает? Испортили мне охоту нахрень. - голос его звучал хрипло и странно.
  - Ну и что мне теперь с вами делать? Если вас распотрошить за неуважение к старшим, она сбежит - он кивнул на дрожащую Юлю. - Я люблю это медленно, а так похоже неполучится... хотя... холодные они тоже не плохие и не кричат по крайней мере, но жалко, блин... Придётся вас заставить за это платить.
  - Ты! - он указал на одного из них, выглядевшего наиболее ошарашенным - пожалую ты займёш её место и пройдёшь этот путь оччень... медленно....
  В его правой ладони было что то сжато. Он поднёс это к Юлиному горлу, и резко полоснул так что удар получился мгновенным и незаметным - словно провёл пальцем по ладони.
  Она вздрогнула и уставилась залитыми слезами глазами в его лицо. Медленно, он освободил захват ведя ладонью левой руки по ей горлу. В след за ладонью стала видна распухающая красная полоса ,бессомнения, крови.
  Не ждя больше, он пнул её в спину послав мёртвым грузом на землю, лицом вниз. Достал из сумки блестящий гибкий меч, выпрямился во весь свой немалый рост, и сделал шаг в сторону дураков нарушивших его ночную охоту.
  Несговариваясь они в ужасе бросились прочь неразбирая дороги. Ещё некоторое время был слышен треск ломаемых веток и шелест листвы за ними.
 
  Юля медленно поднялась с земли и попыталась испачканной грязью ладонью утереть слёзы, но лишь разревелась ещё сильнее. Сергей присел рядом с ней, и приобняв нежно прошептал - Извини.... это был единственныё путь...всё хорошо...они ушли... всё в порядке...
  -Я знаю, что нет ничего оправдывающего меня, но теперь ты в безопасности. Поверь мне.
  Юля лишь всхлипнула и бросилась ему на шею уткнув лицо в его длинные волосы.
  -Всё в порядке.
  Её взгляд упал на левую ладонь Сергея вспоротую ключом всё ещё сжимаемым пальцами правой. Кровь струилась из рваной раны с края ладони капая на землю.
  Снова несдержав слёзы она оторвала рукав своей блузки и принялась бинтовать его руку. Сергей шептал успокаивающие слова, стирая свою кровь с её шеи и думал что же за первое свидания было у них.
 
  Вопрос почему он отогнал нераздумывая. Значет карма такая . Значит так и было надо.
 
  Слезами и кровью
 
  Далее читатель пролистывает ещё десяток страниц и как ни странно, возбуждённый кровью ищет положенную еротическую сцену. А зря. Не будет такой. Не сейчас.
  Оставьте героям их покой и давайте перейдём к тому с чего история понастоящему начинается принимая форму... С заседания штаба и принятия историчекого решения позже приведшего к первым диагностицированным случаям синдрома Фин Хронослон впервые классифицированным одним из непосредстенных участников событий.
  И всем чудесным и ужасным дням предшествовавшим этому...
 
  Ко Второй Стадии.
 
 
  В полутрансе я рассматривал уставившееся на меня из монитора лицо демона. Широкие глазницы его аморфной состоящей из букв рожи пустели белым фоном ворда, и, отведя взгляд, могло показаться, что углом зрения замечаешь как в них мелькают и исчезают грустные тёмнокарии глаза наудивление напоминающие мои собственные.
  Я снова попытался сконцентрироваться на тексте, но половина мозга отвечающая за распознание письменной речи была в отключке от длительной перенагрузки, уступив место графической фантазии.
  Лицо демона упрямо отказывалось исчезнуть. Я на секунду закрыл глаза и снова взглянул на написанный мной текст в надежде на этот раз увидеть лицо юной дамы или на крайний случай пусть даже уродливой носатой старухи. На меня всё также смотрели проглоченные черепом демона обрамлённого короной отпечатков пальцев на мониторе собственные карие зрачки. Я глупо хихикнул и удалил ему клыки. Главное не сохранять файл сейчас, а то поди устрани потом ущерб нанесённый недописанной первой главе моего романа.
  Продолжая глупо улыбаться наперекор моим отчаявшимся глазам, я попытался составить из букв домик с садом вокруг. Крыша всё время почему то съезжала набок, а деревья подозрительно напоминали кресты составленные из согласных.
  Крыша это, наверное, оговорка по Фрейду, ещё чуть-чуть я кончу также как он. Я вырубил питание компьютера и ещё секунду наблюдал, как тает врезанный в радужку призрак уродливого лица.
  Скоро должны были подойти друзья, а я всё ещё не закончил первой главы. После их триумфального прибытия и торжественной встречи с шампанским я наверняка буду не в состоянии написать ни одного связного предложения, по крайней мере, до завтрашнего полудня.
  Разбить написанное пополам и выдать за обещанные две главы? Да нет, Совесть замучает. Стыдно будет посмотреть ей в глаза. Хотя в этом для меня не было ничего нового. В любом случае, я уже сейчас выбился из сил и был не в состоянии продолжить свою каторгу. Камень с грохотом покатился вниз и, чудом не задев лодку Харона, разметав кругами волны, утонул в Стиксе.
  На самом деле, описывать вымышленные приключения доставляло мне удовольствие, но после утреннего разговора с Марией я не мог некритически глядеть на плоды моего труда, стоившим мне нескольких часов дня и онемевших пальцев. И то, что я раньше не замечал, теперь напрочь портило мне настроение. Два раза мне приходилось стирать большие куски текста, которые, без сомнения повествовали обо мне и Маше. Неужели это настолько очевидно? Она же сразу заметит.
  Я глубоко задумался, оценивая свои способности. Разве мне не о чем больше писать? Когда я пытался перестать писать вымышленный самопортрет я упирался в стену пустоты окружающую мой маленький до горла затопленный самосочувствием мирок.
  И это всё? А как же моя знаменитая фантазия? Сотни прочитанных книг? Ничего не значат? Нет, у меня есть идеи. Но идеями это и заканчивается. Ни персонажей (кроме копий меня), ни действия. Что же делать? Кто виноват можно было и не спрашивать.
 
 
 
  Звонок в дверь.
  Я снова запустил компьютер, собрав волю в кулак и потребовав от себя ещё раз вернуться к тексту.
  Звонок в дверь.
  Включил тихую музыку и налил в стакан холодной Колы. Жаль при её изготовлении не используют больше изначальных Колы и Коки, которым она собственно обязана названием. Пришлось бы сейчас к месту.
  Звонок в дверь.
  Да кто там к чёрту трезвонит на ночь глядя?! Я неохотно встал и, держа стакан в руке, поплёлся к двери.
  За ней стояли, почему то выглядевшие измотанными и напряженными Сергей с незнакомой недостающей ему до плеча девушкой. Почему то казалась, что недавно по её лицу текли слёзы, хотя глаза выглядели сухими и лишь чуточку усталыми.
  Не здороваясь, Сергей спихнул меня с прохода и проводил девушку внутрь. Я наконец-то опомнился и, устыдившись, что чуть не забыл назначенную собой же встречу, закрыл дверь.
  - Знакомьтесь. - Улыбнулся Сергей. Он единственный в комнате выглядел как будто всё в порядке, и нет никаких тревог и странностей отмечающих лица присутствующих. - Олег. Бездельник на правах блудного сына проживающем в этом скромном жилище и эксплуатирующим милость хозяйки квартиры. А также друг детства и безнадёжный мечтатель, витающий так высоко в облаках, что, несмотря на мои попытки прыжков с парашютом я так и не смог там его встретить, - в его словах больше контекста, чем кажется посторонним, но похоже вся наша дружба связана из таких вот частых случаев из прошлого.
  - Не волнуйся, что он так выглядит. По крайней мере, вены себе резать ещё не пытался, а бледный цвет лица это от чрезмерной романтики и отрицания спорта.
  -Добро пожаловать в наше скромное убежище. Надеюсь, даму не будут смущать черепа и кости по углам - не все посетители прошлого шабаша уже вынесены. Я мог бы набросать лепестков чёрных роз в местах достойных вашей ноги, но, боюсь, в данных условиях это сильно ограничило бы свободу вашего перемещения.
  - Юля, - спокойно и просто ответила она. Я хотел было поцеловать руку присев в реверансе, но понял, что в данном случае это было бы уже чересчур. Мало кто поймёт, что это серьезно, а не вычурное кривляние. Символизм действия портился персональным ассоциативным рядом людей. Кто-то поймёт это как галантность и уважение, кто-то как клоунаду, а у кого-то, несмотря на здравый смысл, поцелуй в руку ассоциируется с вирусными инфекциями, тьфу.
  Каштановые волосы, на вид скромная, большие очки висящие на воротнике блузы. Которая кстати порвана...
  Я хотел было открыть рот чтобы спросить, но Сергей опередил меня, махнув перед носом забинтованной рукой и сказав, что, коли формальности окончены, он сбегает в ванну промыть рану.
  Я указал Юле на место у компьютера, считавшемся самым уютным в квартире, а сам, уселся на край Машиной кровати, с вежливым интересом рассматривая её. Она оглядывала квартиру, останавливая взор на мелких деталях интерьера выдающих женскую руку (например, всё ещё живых растений на подоконнике), мельком взглянула в монитор и тут же отвела взгляд, как мне показалось, чуть-чуть покраснев.
  Пауза. Шум воды из ванной.
  Я по привычке раздражающей много людей, гляжу прямо в глаза. Она не отводит взгляд, но и не фокусирует его на мне - думая о чём-то своём, грустном.
  Как это меня доконало! Ну неужели не осталось больше ничего радостного вокруг, что куда ни глянь печальные лица. Печаль это вид эгоизма, знаю из первых рук - для того чтобы порадоваться надо приложить усилие. Чтобы создать повод, преодолеть свои сомнения, решить проблему, просто найти сил сдвинуться и взглянуть на жизнь с другой точки. Печаль же не требует от тебя ничего - грусти себе и плыви по течению, упиваясь жалостью и сладкой болью.
  Такие рассуждения не приводят к хорошему, порождая желчь и презрение к людям и себе наделённому теми-же ошибками. Неверное решение. Электрод в мозг и давить на кнопку гормона счастья пока не умрешь с голоду на благо общества в белых халатах.
  Циник блин! Заткнись!
  Пауза. Шум воды из ванной.
 
  Два слова, свою мантру света
  Читаю, по траве идя, босой.
  В её глазах, что радугу рассвета
  Дарили миру вместе с праздничной росой
 
  В движенье звезд в полудень,
  я один их вижу
  В сиянье детских лиц
  жарой и ветром выгнанных во двор
 
  И в переливах изумрудной бури...
  голос листьев слышу
  И знаю - это ключ от мира.
  'Окрылён Весной'
 
  Шум воды из ванной. Наконец-то её взгляд сконцентрирован на мне и, кажется, даже уголки её губ чуть приподнялись в робкой улыбке. Не важно - я гляжу в глаза и вижу, что туман исчез и теперь всё в порядке. Иногда достаточно маленького усилия, чтобы помочь человеку выдерживать груз мира на плечах. Улыбка. Искренняя, она всегда красива, независимо от человека и ситуации.
 
  - Колы? Вина? Чаю?
  Она молча кивает соглашаясь. Подразумевая, что времени для вина ещё будет достаточно, я наливаю чаю и подаю ей с кусочком торта на блюдце.
  Сергей возвращается из ванной, фыркая, отряхивая волосы и забрызгивая нас водой. Судя по всему, не ограничился омовением рук. В этот момент в дверь снова звонят и я, конечно же, спешу открывать, успевая обратить внимание, что Сергей заметил изменившееся настроение Юли и смотрит на меня спрашивающим взглядом. Не сейчас.
  В двери, чуть не задевая головой косяк, расположился элегантный мужчина со строгим лицом одетым на такой же строгий чёрный костюм без галстука. Мафию вызывали?
  Мишка сначала протягивает одну руку, сильно сжимая мою пятерню своей, а потом другую, подавая пакет с продуктами и, так же как и Сергей, сдвигая меня с пути и входя внутрь. Ну хоть кто нибудь может относиться ко мне серьёзно как к хозяину жилища приютившего их для этого сумасшедшего чаепития? Правильно, я сам-то не могу. 'Чем глубже, тем веселей' - думала Алиса МакГи, заживо закапывая мартовского зайца.
  Михаил, в быту Штирлиц, выдался ростом и сложением, переваливая через два метра и неся слово господне направо и налево, а иногда даже всерьёз. Не спрашивайте меня, с какой стати он сошёл в монастырь, но хотя Священником он ещё не был, он неплохо репетировал роль сошедшего с иконы строгого и непоколебимого в вере святого, исправно таская с собой томик 'Hexenhammer' в оригинале на языке Гёте и заставляя сердца смертных трепетать от его голоса.
  Вам недостаточно? Я уже упоминал, что он Евангелик и имеет немецкое гражданство, которым впрочем, ещё ни разу не пользовался?
  -Да пребудет с Вами Сила!
  -Шалом.
  -Сам такой!
  -А по зубам за ругательства в присутствии дамы?
  -Ой, здравствуйте. Юля.
  -Михаил.
  -Агент засланный.
  -Тебе сколько переломов недостаёт до Джеки Чана?
  -Чай будете?
  -С лимоном?
  -С водкой, и можно без чая.
  Мишка плюхнулся на подушку на полу, и, скрестив ноги по-турецки, облокотился на батарею у подоконника. При его росте, его лицо находится почти на таком же уровне как у Юли сидящей сейчас на подлокотнике кресла у компьютера. Со строгим видом он откупорил бутылку принесенного им вина, и, помахав нам подносить бокалы, с тщательностью казначея отсчитывающего монеты, налил, заполнив свой бокал до верха и лишь чуть капнув в мой. На него алкоголь почти не действует. Или мы этого не замечаем так как всегда отрубаемся раньше него. Я вообще давно не пью, только иногда по случаю по капле вина.
  -Так выпьем же за неординарную личность, посланную в наш круг Богом и благословленную истинным талантом, чей свет озаряет тьму наших грешных жизней - прогрохотал его голос.
  -Ну...э...что-же....нет ну... - промямлил я смущённо, но тут заметил его хмурый взгляд давящий на мне.
  - Не ты, балбес! Проклятие грустное. Юля Веньина. Ведь так вас зовут, прекрасная? - сказал он, повернувшись к ней.
  -Вв..Веньина?! Та самая, которая... - одновременно, разинув рты, уставились на неё мы с Серёгой. Похоже, по своему обыкновению он не поинтересовался большим, чем её имя, оставив без внимания фамилию, приглашая с собой.
  - Та самая уже знаменитая в некоторых кругах художница мангака. В том числе известная как автор...
  Хентай серии 'Двойные сердца'. Сергея хватил удар. Ещё секунду и он наверняка как всегда сориентируется и найдет что-то остроумное сказать, но в данный момент, он был в нокауте, отсчитывая периоды распада урана.
  Юля покраснела и опустила глаза, этот род славы явно смущал её. Я тоже покраснел и понял, почему она отводила глаза от монитора - мой рабочий стол украшали обои с красивой девочкой подростком из той самой серии. К счастью хотя бы одетой. Я с трудом сглотнул.
  -Раз уж мы собрались вместе для таинства дружеского испития дарованного нам алкоголя, недолжно быть тайн между нами способных омрачить сей славный вечер, - продиктировал Михаил.
  - Более того, кто сейчас посмеет сделать глупую реплику или попробует приставать к девушке, получит в лоб со всей яростью кары господней - выразительно посмотрел он на Сергея, тут же забывшего что тот хотел сказать.
  Юля благодарно взглянула на Мишку, и, наконец подняв глаза, отпила из бокала. Казалось, ещё одна часть груза сброшена с её плеч. Всё-таки не ассоциируется её невинный вид с рисованием хентая... хотя, чего я ожидал? У нас у всех есть свои фантазии и глупо отказывать в них другим, тем более что, как снова было доказано, такими уж другими они не являются. Просто мы привыкли скрывать свои пороки, считая, будто у других их попросту нет, забывая, что они тоже люди.
 
 
 
  Я исподволь рассматриваю её. Пытаюсь описать черты характера, чётко представить, что же это в её виде делающеё её такой особенной. Завораживающей? Нет. Отпугивающий. Я готов бы был влюбиться в любую из девушек нарисованных ей, но теперь осознаю, что разные лица на самом деле одно - немного скованное, спокойное, но не могущее скрыть, ни странной решительности, ни кокогото горького ожидания, и прохладной пустоты. Стена от глаз ненароком заглянувших слишком глубоко в незнакомую душу. Именно - пустота. Её взгляд, серьёзно осознающий всё вокруг как оно есть, и дистанцирующий её от происходящего. Она знает чего ожидать и смирилась с тем, что мир не таков как в мечтах излитых ею в живописи вместе с этой самой болью, оставив снаружи оболочку отвечающую ожиданиям людей и заперев неприкосновенную часть себя от этого мира, боясь потерять и её.
  Как хотелось бы быть тем кто смог бы доказать ей, что всё не так как она думает, что есть в мире красота и что не стоит боятся и отрицать мечту. Глупость. Единственное что я мог бы подарить ей это общую печаль, у меня и у самого не хватило воли спасти себя, что же говорить о попытках вытащить из бездны кого-то другого....
  Что-то произошло между ней и Сергеем сегодня вечером. Она улыбается ему и смеётся его шуткам, но в глазах её тень страха. Ничего между ними не выйдет. Жаль. У него хватило бы сил и радости заполнить холод пустоты вокруг неё. А так... Она словно тонущая, безмолвно и безвольно смотрящая из-под поверхности воды на протянутую ей руку.
  Ну почему мне всегда надо философствовать и усложнять вещи пытаясь понять иллюзорную суть людей? Потому что я осознал Себя. Взглянул слишком глубоко. Увидев неприкрыто и холодно конструкт из мечтаний, обмана и пустоты. И не смог ничего изменить... Возможно, человек не в силах помочь себе, только пожертвовать себя, пытаясь спасти другого. Вот почему... Нет, хватит грустных мыслей. Тем более что, скорее всего я неправ и просто нафантазировал, стараясь увидеть то, чего нет.
  Юля. Двойные Сердца. Кто бы подумал?
  Всё-таки хорошо, что я убрал обои с той особо нецензурной сценой, которая назло Совести некоторое время украшала рабочий стол. Моё лицо снова в силах надеть пусть и грустную, но улыбку. Мне срочно нужен персональный номер Скандинавских богинь. Впасть в детство и не взрослеть. Хочу забрать желание и загадать заново.
 
  За окном царил час Ночной Радуги. Это когда все однотонные огни города в окнах домов и фонари уже погасли, и остаются только разноцветные вывески баров и казино, работающих до утра, предавая городу другое, феерическое освещение.
  Я выключил люстру и включил лампу чёрного света подстать обстановке рождающую блеск и сияние словно это сама квартира люминесцировала, будто находясь глубоко под водой.
  Так мы просидели с полчаса, радостно болтая не о чём, слушая весёлые пререкания между Мишкой и Сергеем, и даже уговорив Юлю спеть под аккомпанемент Машиной гитары экспроприированной мной. Так бы и прошла вся ночь, если бы Сергей, наконец не вспомнил, что встреча эта внеочередная и для неё наверняка должна быть причина.
  О причине вспоминать не хотелось, слишком уж хорошо мы сидели, но поворачивать было уже поздно. Глаза друзей светились любопытством. Тьфу. Я выключил чёрную лампу, и, когда подозрительный свет из глаз исчез со всеми остальными глючными бликами, нехотя принялся рассказывать о проблеме, вставшей передо мной.
  Они тут же неспрашивая меня заняли место у монитора и принялись за чтение моей очередной
  попытки обратить мысли в письменную речь. Были бы мысли... Юля в кресле, Сергей, сидя на полу рядом с ней и Михаил, возвышающийся сзади как башня и сосредоточено читающий из-за Юлиного плеча.
  -Подожди, не листай ещё... всё... можно.
  -Ой...
  -Нда...
  -Ну сколько ещё, быстрее!
  -Богом прошу, помолчать можете?!
  -Не путайте овощной магазин с библиотекой, гражданин!
  -Не затыкался при жизни, помолчишь в морге!
  - Заткнитесь оба!!
 
  Первой закончила читать Юля, развернувшись в кресле и с интересом наблюдая за мной, ерзающим в нетерпении в ожидании оценки.
  -По моему, стихи у тебя получаются лучше, - я, конечно ожидал критики, но, признаюсь, лживая наглая лесть была бы мне по нраву больше.
  -Ты видно ещё мало его стихов слышала, если говоришь такое... - ответил Михаил,- проза ещё куда не шло... По крайней мере, здесь он не пытается рифмовать Смерть через каждую вторую строчку.
  -А какие есть рифмы у Смерти?
  - Не спрашивай.
  Сергей, воспользовавшись тем, что остальные уже дочитали, отлистал назад и сосредоточенно читал сам.
  -Нет действия...(в глаз)
  -Я не вижу живых людей. (Обижать девушек неприлично, поэтому мысленно советую надеть ей очки)
  -Стиль хороший, но в чем суть? (Проблема не в очках)
  -А та девушка подозрительно напоминает... (тебе одного глаза мало?)
  -Но как тот его! Ха?! Круто, одним ударом! И та драка в трактире тоже! Супер! Продолжение будет? (Ногой в живот. Стоп. Отмотать назад. Он действительно похвалил или послышалось?)
  Все, включая меня, с удивлением уставились на сияющее азартом лицо Сергея произнесшего последнюю реплику.
  Он с надеждой смотрел на меня. Продолжение?
  - Это первая глава. Мне надо до завтра написать две, но, к сожалению, я пуст! Как бутылки через десять минут после Мишкиного прихода. Как...-я уронил голову в руки. - Это катастрофа, товарищи. Всё кончено, Шура. Бросайте свои глупые гири. Пароход уплыл, а вмести с ним и наши стулья.
  -Не отчаивайся, как ты книгу назовёшь, так она и поплывёт, аж до солнечного Рио, мимо славна града Рима. Ты нас зря звал? Щас сообразим вместе. Ты хотя бы расскажи, о чём книга то? - усмехнулся Сергей.
  Я поднял глаза к потолку и смиренным голосом произнёс:
  -О Боге...
  -Ох....
  -О заключённом Боге...
  Юля и Сергей с опаской взглянули на Михаила, но тот лишь слушал с истинным интересом. Начиная рассказывать, в моей голове начали оформляться картины событий и я всё уверенней начал излагать сюжет друзьям.
  - Представьте Демиурга. Всемогущего, бессмертного, вечного и, что главное, не единственного - повествовал я с взглядом направленным вдаль, сквозь пространство и время, туда, где мои слова были наделены сущностью и реальностью. - Никто не знает, почему он поссорился с другими, но был конфликт, приведший к уничтожению множества миров и гибели множества созданий. Вместе, его противники были сильней, но его невозможно было убить. Невозможно сковать, ибо пожелай он, и любые цепи спадут, пожелай он, и любой урон нанесённые ему исчезнет. Он был воистину всемогущ.
  Я сделал паузу, чтобы набрать воздуха и продолжил:
  - И тогда его противники нашли единственныё способ лишить его Силы. Заставить его перестать осознавать собственную силу. Совместной Волей они отправили его в один из старых миров, пустой после войны, и последним усилием стёрли ему память.
  - И был он Богом бродящим земле. И была она пуста. Лишь в небе белела луна свернувшегося в клубок Дракона Стража Скайгарта оставленного охранять его от внешнего вторжения. И горным хребтом через землю пролегла спина Дракона Слэйера охраняющего его заточение. И создал он солнце. И создал он воздух. И создал удивительных зверей и растения, - теперь всё внимание друзей было направленно на меня, похоже не всё так уж плохо, если моя идея им нравится.
  - Но не было в этом мире людей. И те, кого он создавал, были безвольными куклами. И стало ему так скучно, что создал он СМЕРТЬ. И первым испытав своё творение... Пересёк черту живых, - я уже не обращал внимания на друзей, заколдованный собственным рассказом.
  -Но был он бессмертен, и не было воли способной убить его, и провернулось колесо перерождений, воскрешая его и рождая его в момент творения мира, где он встретил... Себя.
  -Он не мог погибнуть, но умерев, поделил свою Силу напополам, воскреснув со второй своей половиной в начале времён. И возрадовался он. У него появился брат. И радостно путешествовали они, занимаясь творением, как им казалось их Мира. - Но скоро понял переродившийся, что он лишь Часть Его. Того кого звал он Братом, и кто звал его Каином.
  Его Сила была неполной, лишь половиной ТОГО кто был вначале, Истинного. И тогда схватила его зависть, поднял он камень и пришиб Брата своего. Но не стал он един. Не обрёл силу. Не обрёл память. И лишь новая жизнь появилась на равнинах одинокого Мира
  Заплакал Каин, скорбя о поступке своём, и испугался он смерти. Несовершенен был он, не полон, почти всемогущ, но волей создания Изначального - смертен. И скрылся он, и прятался от своих братьев.
  А они жили и умирали. И каждый раз, когда кого-то забирала Смерть, сила его делилась и зарождалась новая жизнь, начинался новый цикл.
  И стали их миллионы, и забыли они истоки свои, и обжили они созданныё первыми братьями мир и стали звать себя человечеством.
  Пауза. Кажется, друзья что-то ожидают от меня, но я лишь молчу, наслаждаясь пустотой.
  -Э...Аминь? - неуверенно шутит Сергей, но, получив подзатыльник от Мишки, затыкается.
  -Сильно. Ничего не скажешь. Вот только один вопрос. Как рассказанное тобой связано с обычным фэнтези рубевом которое мы только что читали?
  -Ну... - я задумываюсь...- Дело происходит уже при сформировавшемся мире. Большинство людей живут как нормальные человеки, отличаясь лишь Волей Творения, читай магической силой, в зависимости от того в насколько раннем цикле они родились.... Но есть и те кого Называют Первые. Осознающее свое происхождение и наделённые огромной Силой. Они те, кто родились в первых циклах
  Чтобы вы правильно поняли, умирая, перерождение происходит не в момент после смерти, а новый человек появляется в любой момент времени - от создания мира до поздних времен, переписывая цикл. Так что нельзя по эпохе рождения определить Первый человек, или один из миллионов последовавших..
  Я тщательно пытаюсь подобрать слова, чтобы выразить засевшую в моём мозгу идею.
  -В обычном мире они просто очень могущественны, но их воля ограничивается волей миллионов других придающих форму миру. Поэтому они в основном живут в воздушном дворце в 'отражении' мира. Где они всемогущи - могут творить и уничтожать галактики и так далее.. Проблема в том, что рано или поздно, такая жизнь надоедает им, и по сути тем же путём каким был заточён Истинный, они создают собственные Миры и уходят в них. Поэтому во дворце есть галерея с множеством дверей на краю пропасти.
  Каждая дверь - мир, в который ушёл один из Первых. Никто и некогда ещё не возвращался, так как миры эти созданы по их законам и желаниями, они чаще всего забывают кто они такие, живя в собственной сказке.
  Так было до недавнего времени. Но один из смертных, живущих в нижнем Мире, некромант чьё имя неизвестно, все просто называют его Мастер...
  -О нет... только не надо снова некромантов. Мне войны магов до самого эндшпиля хватает. - простонала Юля.
  -Нигромантов. - поправил Михаил.
  -Чего?! - искренне удивился Сергей комментарию друга.
  Михаил достал из кармана затрёпанныё томик 'Hexenhammer' и помахал им перед его носом.
  -Нигроманты, Планетарии, Астрологи, Геоманты - официальная классификация магов церковью. Так что правильно термин тёмный маг звучит - Ни- гро- мант.
  -Знаешь... - протянул Сергей - Я думаю, читатели не оценят... а Сутенер это по ихнему поклонник Сатаны? АУ!
  - Не издевайся, неуч.
  - В любом случае успокойтесь оба! Нигромант, некрофил... просто временное обозначение чтобы показать его характер. В любом случае там не стандартная система магии, так что термин бессмысленен.
  В общем, этот Мастер, научился захватывать силу творения Первых, из тех, кто ушли в собственные Миры. С помощью специального ритуала, он как бы замещает персону наиболее близкую к Первому в его мире, занимая его место, и вытесняя её в своё тело в истинный Мир.
  Там, он просто должен найти Первого и убить (так как в большинстве фантазий они смертны) либо заставить нарушить правила собственного Мира. Тогда происходит процесс обратный перерождению при смерти в Истинном Мире, и маг получает его силу и сознание в придачу.
  В одном из таких миров он подбирается к Первому, но тот убивает Мастера. Мало того, что первый получил силу мага и всех убитых им ранее и возвращается в зеркальный дворец, так и персона, которую маг 'вытеснил' в Истинный мир остаётся в нём, имея все воспоминания этого Мага, так как, по сути, занимает его место.
  Короче. Первый выбравшийся наружу понимает, что нашёл способ в своё время упущенным Каином (который, кстати, до сих пор жив) и в тайне начинает гасить других первых, в конце концов, подводя события к массовой гибели всего живого, чтобы снова стать тем самим Истинным и выбраться из тюрьмы этого мира.
  Главный персонаж, персона занявшая место Мастера, должен это предотвратить. Точка, - наконец - то я могу перевести дыхание.
  -Так в чём же проблема? Звучит Круто, - это опять Сергей, оправившись после Мишкиного удара.
  - Проблема в том...- я глубоко набираю в грудь воздух - ЧТО Я ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ КТО ГЕРОЙ, ДАЛЬНЕЙШИХ СОБЫТИЯХ И ТАК ДАЛЕЕ!
  Я быстро и тяжело дышу, будто после длительного бега. Добегался. Все трое смотрят на меня со странными улыбками. Ой, что ж я натворил такое?
  - И это всё? Для чего здесь, по-твоему, мы? - улыбается Михаил.
  -Человек, вымещенный из мира Первого, должен быть близок к нему? - наконец подала голос Юля.
  -Ну... вроде...
  -Тот Первый, мужчина?
  -Да.. - отвечаю я, не зная куда она ведёт.
  -Тогда просто. Герой - или сестра или возлюбленная.
  Блин, как же всё просто. Почему я сам не догадался?
  -Сестра, - строго утверждает Михаил. Если сказал, проще принять его точку зрения, чем переубедить.
  -Китаянка! Воровка!
  Удаётся же Сергею привлечь к себе внимание. Снова следует недоумённая пауза, которой он наслаждается как чеширский кот сметаной.
  -Во первых, это очень интересный персонаж, и мало кто хорошо описывал этот типаж, кроме того кто лучше воровки с азиатским менталитетом способен выжить в незнакомом мире? Очередная студентка что ли?
  -В чём-то он прав, - замечает Юля - нестандартный типаж, главное не испортить как многие другие.
  -Да я тебе хоть живую приведу, чтобы ты с натуры писал! - радостно ухмыляется Серега, глядя на меня - Есть у меня знакомая...
  -А...
  -А почему Первый создал мир, где он живёт с сестрой, тем более воровкой..-задаёт логичный вопрос Юля. - Может... в Истинном Мире, у него тоже была сестра?
  - И погибла, поэтому он ...
  - Нет! - прерывает Сергея Михаил. - Это ОН погиб. Он был добрым и честным монахом, его сестра же воровкой, за которой гонялся весь свет. Однажды он случайно убил преследователя, когда она искала убежища у него. Его разум не выдержал этого, и он сошёл с ума, превратившись в маньяка убийцу, и был казнён прилюдно с его сестрой наблюдающей беспомощно из толпы. С тех пор она винит себя, что это ОНА его убила.
  А он, будучи Первым, не умер, но в момент боли ушёл в созданный собой мир, чтобы вести иную жизнь рядом со своей сестрой.
  Мы ошарашено молчали, внимая его словам. Мало кто ожидал такого от Михаила. Паузу прервала Юля тихо уточнившая:
  - Так у него получается после возвращения две сестры? В истинном мире, в другом обличье и китаянка фантазия-воспоминание из Мира-Сна?
  -А...
  Сергей воспользовался моим 'А...' и встрял в разговор со своим вопросом:
  - Она, китаянка, должна появиться не одна, а допустим - эльфийка лучница, которая служила Мастеру, будет служить ей, так как она заняла место её хозяина. По сути это и есть её хозяин, просто сменивший пол, сошедший с ума и...
  -У-бью...- это Юля шипит, замахиваясь на него вырванным у Михаила томом 'Молота ведьм'. Название весьма подходит к ситуации. - Эльфийка... лучница....да я тебя!
  -Хорошо, хорошо! Вижу - штамп. Просто классная девушка. С луком, - глядит на неё с опаской, оценивая достаточно ли уступок чтобы успокоить её - и вообще! Это дух призванный Мастером и потому служащий ему так верно. Просто 200 лет назад, он занял тело этой принцессы... - при этом слове Юля снова замахивается, и он быстро добавляет - которая в свое время была похищена наемником, влюблённым в неё, но для спасения своей жизни он продал тело Мастеру, нуждавшемуся в вместилище для духа, в обмен, что он оставит её на 50 лет одержимой, в этой банде, как подчиняющегося воле этого наёмника раба.
  -А...
  -А у героини будет моральный выбор вернуть к жизни всеми забытую уже как 200 лет девушку, или оставить её такому же ставшему другом Духу, и
  Так они и дискутировали минут десять на грани кровопролития, пока Михаил не усадил обоих как детей по углам.
  Юля что-то протянула мне в руку. Листок, на котором изображена девушка китаянка, судя по всему, главная героиня ненаписанного ещё романа.
  - Похоже?
  -Супер... только одежды можно немного побольше... Хватит, оставь стакан, это 5й уже. -
  -А это? - протягивая мне другой листок, предпринимая очередную попытку схватить со стола бокал с ликёром. Судя по всему, на этот раз на нем изображён Мастер. И когда она только успевает?
  -Ох! А я его знаю! - встревает Серега, глядя на листок - это же Андрей с 3го курса...
  И так продолжается в течении вечности или двух.
 
  Нет. Я так больше не могу. Я сажусь и начинаю печатать, стараясь звуком щелкающих клавиш перекрыть звучащие сзади о чём-то ругающиеся голоса Сергея и Юли, звон бокалов. Михаила поющего балладу о вурдалаках на Волге, Всё более расслабленные голоса и радостное хихиканье... Всё тише и тише... Со временем и эти звуки затихают, оставляя лишь ритмичное постукивание по клавиатуре.
 
  Протерев слезящиеся глаза, я перечитываю последнюю строчку текста. Ну наконец то. Две главы. Закончены. Но как же я устал...4 часа ночи. Михаил храпит на полу. Сергей и Юля, обнявшись, спят на Машиной кровати. Вокруг бутылки и остатки еды.
  Блин, что же Совесть устроит, когда придёт утром, думаю я и засыпаю, опустив голову на клавиатуру и выводя уходящий в бесконечность ряд ооооооооооооооооооооооооооооо на экране.
 
  Читатель под эффектом 25той буквы резко бежит покупать попкорн, а я сплю и мне снится, что дальше пойдёт либо о любви, либо о крови.
 
  Конец любовного письма написанного кровью на небе. 'Спаси!'
 
 
  Третья Стадия
 
 9..10..11...13... - Мария устало смотрела как загораются кнопки этажей в лифте. Да больше и не на чём было сконцентрировать взгляд кроме вульгарных надписей и рисунков на стенках.
  Валя + Коля = Любовь. Телефон проститутки под именем Ангела, криво прочерченный поперек двери. А может это и просто соседка с какого нибудь безымянного этажа. Я люблю тебя,Лена! - без подписи. Знает ли Лена кто является автором этой наскальной живописи? Анимешное лицо юной девушки с огромными глазами , наудивление хорошо нарисованное маркером - судя по всему недавно. Мария не помнила чтобы видела этот рисунок здесь вчера. Маша + Олег = ...?
  Если задрать голову, будет видно звёздное небо, вызженое спичками на потолке. Если же закрыть глаза - Мария чувствовала, что сразу бы заснула в изнеможении так и не дойдя до квартиры. Поэтому смотрит как гаснет одина цифра и тут же загорается другая, приближая её к небу. Богу не было нужды уничтожать вавилонскую башню. Всё равно, чем выше поднимаешся, тем глубже кажется, погружаешся в подземелье. Небо ощущается только на крыше, которая, по обыкновению, для смертных закрыта. - 15...16... Дзинь.
  Осторожно, двери открываются. Следующая станция, таже что и предыдущая. Вы дома, дома, дома, дома...
 
 
 
  Маша прогнала бессмыслицу из своей головы и шагнула в коридор, нащупывая в удивительным образом переплётшимся в кармане клубке с наушниками, скомкаными чеками ,мятой пачки жевачки и мелких монет ключи. от квартиры
  Поздоровалась с соседкой ранним утром выносящей мусор и с облегчением закрыла за собой дверь, ощущая, что только что покорила Эверест.
  В висках стучало. Всю ночь ей пришлось работать сортируя листы брошур в типографии. Глаза устали, но о сне нельзя было и подумать. Через пол часа ей снова бежать, на собеседование по очередной работе. Замкнутый круг. И куда только девались деньги...
  Квартира, еда, учебные материалы, одежда. Например то дорогое кружевное бельё зачем то купленное ей, но которое она ещё ни разу не надевала. На что надеялась, на какую личную жизнь? Пытаясь представить парня с которым могла бы остаться наедине, мысли упорно возвращались к Олегу.
  Но... это было безнадёжно глупо. Хотя большинство знакомых и видели в них пару, скорее они приходились друг другу братом и сестрой. Свободными. Не имеющими секретов друг от друга. Читающими недосказанные мысли друг друга. Но разделённые тем самым слишком глубоким взглядом в суть другого. Видевших истинных друг друга и боявшихся этого знания в чужих руках...
  В квартире было жарко и душно. На полу стояли пустые бутылки и неубранная посуда.
  Олег, опустив голову на локти, опять заснул за включённым компьютером. На машиной кровати обняв подушку дремала незнакомая девушка с каштановыми волосами.
  Мария тяжело вздохнула увидев привычную картину, и первым делом широко распахнула окна впустив прохладный утренний воздух в комнату. Девушка на кровати поёжилась и покрепче сжала подушку подтянув под себя ноги и грозя придавить собственные очки зажатые между коленями.
  Маша осторожно взяла их и положила на стол, подальше от Олега, чтобы он случайно не смахнул их во сне.
  Наверняка опять был слёт клуба сомоупийц. Сергей и Михаил видно ушли ещё раньше утром, как всегда и неподумав прибраться. Маша почувствовала горечь во рту думая, что она добровольно исключила себя из этих вечеринок, всегда находя более важные дела, так, что со временем, её перестали ожидать на них подразумевая что снова она будет либо занята работой, либо на ночь у друзей. Других друзей.
  Если бы они только знали... Она отогнала грустную зависть.
  Вот и опять... скоро ей снова бежать. На работу. На учёбу. По делам. Как прямые которые пересеклись где то в прошлом, безнадёжно удаляясь друг от друга. Если конечно вселенная всё таки плоскость, а не шар. Тогда бы они вновь встретились где нибудь на середине пути... и снова разошлись повторяя свои ошибки и замыкая круг.
  Ах да... она подошла к компьютеру, и освободив клавиатуру из под головы Олега (как приятновсётаки касаться его мягких волос), проверила Ворд. Судя по всему, Олег действительно принял её вчерашнее замечание всерьёз и всю ночь перепечатывал обещаные две главы романа. Удивительно, учитывая бедлам должно быть царивший здесь вчера.
  Удалив сорок страниц заполненых удивлённым 'оооооооооооооо', она сохранила текст на Flash Stick, и отправила его в печать. Пока принтер негромко шурша выплёвывал листы Маша собрала посуду и отнесла её в раковину на кухне.
  И опять пора... подобрав заполненые буквами листы она замялась на секунду, потом всё же решившись и поцеловав спящего Олега в лоб вышла из квартиры. Ненавистный лифт поджидавший её там же где она его оставила, радостно разинул пасть как только она коснулась кнопки вызова. 16...15...13...10... Она достала из сумочки красный маркер и нарисовала маленькое сердечко закрасив жестокий знак вопроса в конце выведенного кем то уравнения с переменными Маша и Олег.
  Черный цвет вопрошающего знака всё также пробивался даже через красное сердце, словно разрывая его по полам.
 
 
  ***
 
  Собеседование в агентстве прошло привычно. Требовалась девушка для ухода за стариком на дому. Мария обладала опытом и нужной квалификацией, поэтому всё было оформленно быстро и она уже через пятнадцать минут ехала в полупустом трамвае по данному ей адресу.
  Дзинь. Звук останавливающегося трамвая напомнил ей слышанный утром звук прибывшего лифта.
  Она вышла на мостовую, глядя вслед уезжающему вагону. Улицы были пусты, как бывает только ранним субботним утром. Земля и небо были одних тонов, заставляя линию горизонта исчезать в неясной дымке так что казалось, что устремлённая вдаль дорога уменьшается а потом резко уходит ввысь растворяясь в сиреневом небе.
  Дзинь. Дон. Дзинь... - на секунду Маша была оглушена звоном раздавшимся откудато сверху и эхом разневшимся вокруг говоря сонному городу, что наступило долгожданное утро. За домом прямо напротив неё, возвашалась колокольная башня церкви с которой и разлетался вокруг этот монотонный звон.
  Ещё несколько секунд Маша, простояла прямо посередине пустой улицы, приходя в себя от оглушившего её звона. Когда он наконец утих, словно разбуженные этим утренним зовом, из за поворота появились машины, и Мария была вынуждена сойти на тротуар уходя с их пути. Одна из них притормозила около неё, видно приняв за ловящую попутку, но когда водитель заметил что девушка всё также растерянно наблюдает за церковной башней, уехала проч.
  Звон. Мария достала из сумочки сотовый и выставила звукум звонка MIDI` шную мелодию готического колокольного звона, которую она накануне скопировала у Олега. Ей казалось была в этом какая то ирония - если уж её всюду приследует звон, не стоит убегать от него.
  Мария огляделась в поисках нужного номера дома, и ни капли не удивилась обнаружив его прямо перед собой. Старый особняк поделённый на квартиры, с охраной и камерами наблюдения на решётчатом заборе. За ним и распологалась та старая колокольня.
  Ворота автоматически открылись как только она подошла достаточно близко, и вежливый охранник вызвался проводить её до нужной квартиры, сдержанно улыбнувшись и заявив: 'Вас ждут.' Доставив её до нужной двери он развернулся и тихо ушёл обратно на свой пост оставив её одну.
  Маша взглянула на своё отражение в линзе камеры над дверью и хотела было постучать, так как к её удивлению, звонка небыло, но изнутри раздался голос сказавший 'Входите. Открыто' и она последовала этому указанию смущённо остановившись в проходе и оглядывая жилище.
 
 
  Квартира была огромной, напоминающей ей разве что лекционные залы в институте - с высокими потолками и полтораметровыми дверными проёмами. Та квартира которую она сейчас делила с Олегом легко поместилась бы в любой из полупустых комнат.
  В моторизорованном инвалидном кресле, беззастенчиво разглядывая её сидел высокий поджарый старик лет шестидесяти. Кожа его была туга, а не обвисла как у многих старых людей которых она видела, но суха как бумага. Резко очерченый череп был лыс, а из под седых бровей кололи холодные зелёные глаза.
  Считается, что по глазам человека можно определить его истинную сущность. Маша знала что это неправда, научившись на примере Олега, что взгляд в глаза наоборот заставляет людей нервничать и отвлекаться от смотрящего, видя в зрачках в первую очередь отражение самих себя. Олег мог пересмотреть кого угодно, это было его тайное оружие - он никогда не отводил глаз, давая людям увидить в их пустоте собственную неуверенность и слабость, тем же не давая возможность им оценить его самого.
  Нет ничего более мёртвого и холодного в человеке чем глаза. Они не выражают эмоций, не выдают боли, они неизменны. Нам кажется мы можем определить выражение лица кошек, хотя у них отсутствуют нужные для этого лицевые мышцы. На самом дели они навсегда застыли в той же прирождённой эгоистической настороженности, и когда мы ласкаем их, и когда мучаем.
  Так же и взгляд в глаза - ловушка сковывающая человека и не дающее увидеть ничего больше кроме того что отражается в них.
  Не так у сидевшего перед ней старика. Его взгляд был колящим. Не внимающим в себя, а словно давящем с ощутимой физической силой.
  -Вы должно быть, та самая Мария посланая ко мне агентством? Прошлая служанка - к неудовольствию Маши он открыто применил это слово - сбежала. Как впрочем и предыдущая.
  Он оценивающе посмотрел ей в лицо ожидая реакции.
  - Не молчите. Мне не нужны немые работники. Если я спрашиваю, я ожидаю ответов.
  Мария была неготова к его хамскому тону, но тем не менее сдержала себя и кивнув подтвердила:
  -Мария Врен.
  Он перевёл взгляд ниже и задал очередной вопрос:
  - И чем же вы занимаетесь, Мария?
  - Студентка психолог в ...
  -Что умеете делать? - прервал он её нетерпеливо отмахиваясь от деталей.
  Маша изначально по описанию работы понявшая будто её обязанности были уход за больным теперь осторожно постаралась ответить соответствующе ситуации:
  - Стандарные санитарские навыки, стенография, ведение почты и планирование..-
  -Кофе готовить умеете? - снова прервал её старик.
  -Конечно, - кивнула она, чувствуюя себя неуютно под его пристальным взглядом.
  - Тогда один последний вопрос. Да или нет. Переспать со мной не хотите? - он многозначительно окинул взглядом её фигуру.
  Ошарашенная такой наглостью, Мария замешкалась, и воспользовалась одним из слава богу предложенных за неё ответов, иначе пауза затянулась бы надолго так как дар осмысленной речи у неё отнялся:
  - Нет!
  - Вот и отлично! - улыбнулся старик и уже по другому взглянул на неё - Цитируя одного из ещё живых классиков: ' Нормальному общению между мужчиной и женщиной мешает вопрос секса, до тех пор пока он не решён в ту или иную сторону. ' Так как теперь необходимость играть дурака чтобы пытаться вам понравиться, а Вам притворяться будто вы незамечаете, отпала - я думаю мы уживёмся. А теперь... идите и докажите что умеете готовить обещанный кофе! Кухня там. - указал он на одну из дверей и развернув кресло поехал обратно к заваленному бумагами столу.
  Вернувшись с дымящимся кофе, она застала его с нотебуком на колянях корректирующим какой то текст . Он обратил на неё столько же внимания, как на пролетевшую муху, так что она несколько минут в нерешительности простояла в углу комнаты ожидая новых указаний.
  Наконец он поднял взгляд и словно только сейчас заметив её задал вопрос:
  -Для Вас это не важно, но моё имя Аркадий Николаевич Стражински. Оно что нибудь говорит Вам?
  Конечно, этоже тот самый писатель огромным фаном которого являлся Олег. Она послушно кивнула.
  -Мои книги вы читали?
  -Нет... всё времени небыло... - ответила Маша задумываясь о полках книг в квартире, к которым она так ни разу и не подошла.
  -Замечательно. - удовлетворённо сказал он и приняв занятый вид снова уставился в экран, но потом поднял взгляд и сжалившись над Машей заявил: - Ваша смена до двух, потом мне ехать на проклятую презентацию в Центральный Книжный. До тех пор найдите себе занятие... приберитесь например. Не мозольте глаза. - небрежным жестом отмахнулся указывая вон из комнаты.и снова застучал по клавишам.
  Маша тихо вышла из комнаты, прикрыла дверь и присела на подоконник хлебнув невостребанного кофе. Сама не знала - радоваться или плакать от такой работы. По крайней мере, нужно извлечь всю возможную выгоду из потраченых нервов.
  Она достала сотовый, выложила мешавшиеся листы распечатки романа на подоконник, и взглянув на прикрытую дверь, отослала Олегу СМС о том что его любимый писатель сегодня будет давать автограммы в ЦК. Наверняка он будет рад.
  Хоть у кого-то день сегодня будет радостен.
  Взглянув на солнечный день за окном, она убрала телефон обратно в сумку и со вздохом пошла в поисках полезного занятия , забыв недопитую чашку кофе и первые две главы Олегова романа за занявшей своё изначальное место занавеской.
 
 
  **
 
  В голове эхом раздовался тревожный колокольный звон. Один из непереборимых человеческих кошмаров, это представить муху вползжшую внутрь уха и в бесслиии что либо сделать слышать её жузжание отдающееся резонансом по всему черепу и ощущать копошашееся движение внутри. Вот так же и этот звук словно влетел ко мне в пустой череп и теперь эхом отдаётся в нем отказываясь затухать и заставляя зубы отбивать ритм мелодии.
  Утром я как правило нахожусь в фазе сознательного полусна, когда моё 'Я' уже проснулось и заместо чтобы насладиться утренним покоем начинает старательно складывать слова в мысли, но не настолько чтобы привести память и ассоциации в порядок, заставляя за этими самыми обрывками мыслей всплывать перед глазами различные дикие образы толи вырванные из моих снов, толи из просмотреных в детстве наночь ужастиков.
  Ну не мог я подумать ни о чём более приятном чем об этой чертовой мухе? Встрехнув головой, о чем тутже пожалел так как кровь прилила к вискам и заставила мир качнуться, я неохотно открыл слипшиеся глаза и сконцентрировал взгляд на объекте задорно прыгающему по столу прямо в направлении его края.
  Колокольный звон исходил от этого загадочного предмета, и проведя ряд сравнений со своей памятью, я по характерным признакам определил что с большой вероятностью объект являлся моим сотовым телефоном. Насколько пьян должен был я быть выставляя этот идиотский звонок? Наверное весьма, так как я не мог припомнить момент когда это сделал.
  Ещё чуть чуть и телефон, жузжа звеня и вибрируя допрыгает до края столешницы и как последний леминг сиганет вниз. Возможно тогда этот ужасный шум прекратится, а вместе с ним и головокружение в моей голове.
  А также беспокоящие звонки друзей в неподходящий момент, счета за переговоры и необходимость постоянно его перезаряжать. Я нехотя протянул руку и схватил телефон в сантиметре от опасной пропасти.
  - Городской морг. В данный момент никого из персонала нет, и судя по моему самочувствию вы разговариваете с одним из клиентов. Чем могу помочь?
  Недождавшись ответа, я наконец то додумался взглянуть на экран и только тогда заметил сообщение о пришедшей СМСке. От Совести судя по всему. Я бы не отказался общаться со своими похмельем (и откуда только?) и усталостью тоже посредством современных способов связи, но в отличии от Совести они несомненно находились непосредственно в моей теперяшней компании.
  Решив проверить сообщение когда окончательно проснусь я оглядел вчерашнее поле боя. Трупы судя по всему уже убрались, да и использованные боеприпасы к моему удивлению не украшали комнату живописными грудами, что меня немало удивило так как я не ожидал такой покладитости от Мишки и Сергея. Наверное они все проснулись раньше меня, прибрались и решив милосердно не тревожить мой сон ретировались с завоеванных вчера позиций.
  С трудом переставляя ноги я направился к ванной. К моему удивлению дверь оказалась заперта, и из за неё доносился звук воды льющейся из под душа. Не ломая себе голову над этим вопросом, я обессиленно опустился на пол напротив и подтянув колени опустил голову на собственное плечо и под ласковое журчание падающих струй .задремал
  Разбудил меня горячий воздух вырвавшийся из ванной когда дверь открылась и на пороге очутилась незнакомая девушка замотанная в полотенца. Хотя... нет, вполне даже знакомая. Распущенные мокрые волосы прядями спускающиеся со лба и чуть покрасневшая от горячей воды кожа придавали Юле куда более раскованный и свежий вид по сравнению с той девушкой какую я впервые встретил вчера.
  Она выглядела отдохнувшей, свежей, и лицо её ,погруженное в сияние утреннего солнца бьющего из окна, словно смягчилось и сменило строгие поджатые губы на лучящаюся улыбку.
  Всё это пришло мне в голову перед тек как я осознал, что моя голова находится на уровне её нагих прикрытых лишь полотенцем бедёр. Я смутился застав себя за увлечённым рассматриванием её привлекательных ног и отвел взгляд неловко кашлянув.
  - Признаюсь, я никогда не ожидал своими глазами лицезреть появление Венеры из волн. Юль, сжалься надо мной, не смущай невинного пелигрима со слабым сердцем. Вот заведу подружку, и хоть голышом передо мной на метле летайте всем институтом, а пока слаб я и в голову лезут мою еретические мысли недобрые при виде красоты столь совершенной.
  -С тобой всё в порядке? - наклонилась она и с тревогой потрогала мокрой ладонью мой лоб проверяя температуру.
  - Ничего что не смог бы излечить ледянной душ.
  - Ну тогда вперёд и с песней... - наконец пропустила она меня внутрь ванной. - Где здесь фен подключить можно?
  Я указал на кухню и с облегчением захлопнул дверь считая свой пульс. Как же люди меняются. От голода, от жажды, влечения , влюблённости. ( что не одно и тоже, так как лет пять назад меня влекло к каждой второй женщине, а влюблялся я в каждую третью хорошо выучив разницу), боли, злости - в зависимости от наших страстей и химии полностью меняя человека из спокойного и рассудительного в способного убить за краюху хлеба. Из независимого и интеллигентного в улыбающегося идиота на поводке. Холодный душ. Да.. И нужно будет спросить у Мишки какую нибуль молитву для изгнания демонов, он должен знать - он эксперт.
  Ну вот я и снова в стандартном дурашливом настроении забивая голову бессмыслицой. Хорошо быть мной, хотя наверняка не все согласятся. Ну и не надо. Моя ценность в моей уникальности, пусть и по причине невыгодности коммерческого плагиата.
  И всё таки красива... ! Кто из них лучше, Мария или Юля? Буть здесь Серёга наверняка бы ответил, что коли я не могу решить он заберёт себе обоих.
  Свежий и наконец проснувшийся я оделся и вышел в комнату. Юля сидела за столом рассматривая фотографию Марии судя повсему извлечённую из моего бумажника. Нет, она всё таки продолжает меня поражать своей очаровательной смесью из невинной строгости и неожиданной бесстыжей наглости.
  -Расскажи чтонибудь из своих стихов, пожалуйста? - она отложила фотографию и повернувшись к компьютеру послала злополучные две главы написанные мной вчера в печать. Никто в этом доме ни разу не слышал об авторских правах и частной сфере?
  Я вздохнул, поскольку не был уверен в своих литературных способностях и нелюбил зачитывать свои стихи вслух при людях. Тем не менее отступать было некуда, желанье гостьи закон, и я постарался вспомнить строки подходящее ситуации. После короткой паузы, я посмотрел в окно на утреннее весеннее небо, и мысли сами стали сформировываться в незнакомые фразы, словно кто то другой вдруг занял мой место и печально шепчет смотря вдаль:
 
  Молчаливым криком,
  В небе знак вопроса.
  Облако. Кто мы?
 
  Паузой раздумья,
  Перекрёсток на пути,
  След шагов. Откуда?
 
  Холодом сомненья,
  отраженье луны в воде,
  Таящая дымка. Зачем?
 
  Морщины на лбу,
  не по пути с ответами,
  позади вопросы.
 
  Путь через тьму,
  но странник идёт.
 
  Навстречу судьбе?
 
  Я замолкаю и пытаюсь уловить исчезающую тень посетившего меня призрака вдохновения, заставившего сложить эти неровные, но искренние хайку. Что у меня на уме, если посреди дня посещают такие странные видения?
  - Что то волшебное было в этом... - тихо говорит Юля. - но связанное с мгновением. Как бутон цветка цветущий час и увядающий потом оставляя лишь воспоминания о его красоте и мёртвые лепестки. - ..и улыбается мне. Искренне, понимающе, разделив тайну. Но и это мгновение проходит и мы оба возвращаемся в реальный мир.
  - Мне пора. - говорит она и подбирая выплюнутые принтером листы направляется в корридор. Я всё также сижу уставившись в даль из окна.
  - Я посмотрю что ты напечатал, и постараюсь сделать пару иллюстраций.
  - Это было бы великолепно...
  - И... - она молчит секунду -.. Ничего.
  -Сайонара! - Снова непривычно ярко улыбается и хлопая дверью скрывается прочь оставляя меня одного в пустой квартире. Нет, не одного. С аурой её восхитительной улыбки и ярким солнечным светом кружевом оплетающим квартиру пробиваясь сквозь занавеску.
  Я смотрю на сообщение присланное мне Машей и моё хорошее настроение сходит на нет
 
 
  ***
 
  Центральный книжный был как всегда полон. Изначально задумавшийся как храм литературе этот трёхэтажный дворец со временем оброс кафешками и сувенирными лавками оттеснившими лотки издательств и вход в библиотеку в тень , подальше от троп по которым бродили любопытные толпы в поисках равлечений.
  Несчастные аколиты направлявшиеся в ЦК за очередной книгой, как правило пользовались задним ходом и как воры старались проскользнуть в тени не тревожа внимания шумной толпы, до самой готической арки Библиотеки. С большой буквы, и шёпотом называли так своё убежище послушники тихо бродившие между высокими полками в поисках очередного фолианта.
  Но сегодня и святая невинность сего помещения была осквернена топаньем нескромных ног и толкающейся очередью выстроившейся ко столу за которым в инвалидном кресле сидел лысый старик раздраженно дававший автографы счастливым фанам.
  Сжимая в руках ,словно пряча орудие, целофановый пакет я стоял в конце этой самой очереди, стараясь чтобы мой гнев не был так уж очевиден. Не скалить зубы. Дышать спокойно. Натянуть радостно-идиотское выражение лица как у других тут.
  Я подумывал прихватить из дому сувенирный меч героя книги и драматично пронзить Автора-убийцу насквозь, но отбросил этот вариант как попахивающий чрезмерной театральностью на грани фарса. Моя месть должна заполниться ему. Убийце. Злодею самолично погубившему героев которые сопровождали меня с самого детства заставляя не терять надежду и мечтать.
  Главное потом выбраться отсюда живым, что ,учитывая фанатичный настрой его почитателей собравшихся здесь, будет довольно сложно.
  Нет, посмотрите вокруг, что за уроды - грудь колесом, глаза огнём. Кто бы подумал что так вот можно? Сжечь себя и дымить говном. Он пожирает их мерзкие души, дарит им сказку в чёрных тонах. Может неплохо что все послушно, ждут свою очередь в газовый ад.
  А ведь и я был одним из помеченых, жутким клеймом на изнанке души. Тех кто приходит с работы вечером, и открывает закладку. Спаси! Дайте гранаты и пулемет мне. Я не вернусь, я восстал чтобы пасть. Кровь не зальёт ошибок молодости, но соль её - сладость. Готовьтесь! Хрясь! - я взвыл и запрыгал на месте поскольку какойто особо слоноподобный экземпляр специи фэн-радостный отдавил мне ногу пытаясь выбрать стратегическую позицию с которой было бы видно стол за которым сидел Автор.
  Я громко проклял чёрта и несдержавшись повторил его имя ещё несколько раз неосторожно призывая его сюда забрать в ад душу неуклюжего фэна: -Чёрт! Чёрт! Чёрт! Чёрт! - размахивая раненой ногой в воздухе и оскалив зубы от боли и переполнявшей меня злобы. Одно утешение - ждать осталось ещё немного. Скоро моя очередь брать афтографы, так что я постарался взять себя в руки и выглядеть неболее сумашедшим чем все остальные люди вокруг. Учитывая нервно дергающуюся бровь получалось не очень, но похоже у остальных было достаточно своих дел чтобы не обращать внимания на меня. Только пара девчёнок в средневековых костюмах персонажей из книги с интересом рассматривали меня видно приняв за злого шута из восьмого тома.
  Я криво улыбнулся им скорчив уродливую рожу и они радостно захихикав отвернулись к более интересной для наблюдения кандидатуре двухметрового качка с голым торсом и двуручной секирой за спиной. Я такого персонажа не помнил, но подумав пришёл к выводу, что такой наверное найдётся в любой фентези книге и удивляться нечему. Гном наверное.
  А вот и моя очередь...
  Перед моими глазами оказался блестящий лысый череп умертвия торговавшего душами читателей. Очень хотелось в него плюнуть, но я сдержался. Пауза затянулась и я почувствовал нетерпеливые толчки в спину.
  -Что подписать? - раздражённо и устало спросил меня старик не поднимая взгляда чтобы взглянуть на очередного просителя.
  -Вот это! - решившись, я достал из пакета и со стуком опустил на стол последний том его фэнтези серии предварительно смоченный в свиной крови в мясницкой в которую я зашёл по пути сюда. Красные капли брызнули во все второны приземлившись на стол, мою одежду и ненавистную лысину.
  Громкий 'ОХ!' разнёсся по залу а потом сменился нереальной ужаснувшейся тишиной. Медленно, старик поднял голову и никапельки не озадаченный или испуганный - злой! - пробуравил меня своими глазами пригвоздив к месту. Мне показалось я услышал как сзади снимает со спины свою секиру злополучный гном. Как способ самоубийства мой метод можно было в один ряд ставить с ударом в лицо настоятелю Шаолиня.
  - Что это значит, молодой человек? - проскрежетал писатель. Толпа замерла в немом ожилании.Я набрался духу и выпалил давно наболевшие слова ему в лицо.
  - Убийца! Паразит сидящий на наших кошельках и душах! Как ты посмел казнить Эриста и Стайну! Низачто! Просто потому, что задумал новую серию? Доканали герои? Сомозванец писателя непонимающий воздействия написанного им!
  К удивлению всех старик приподнялся из кресла опершись руками на стол и сказал выплюнул:
  -Да что бы ты понимаешь, Юнец! - зелёные глаза казалось душили взглядом. - Вырасти из пелёнок, тогда берись судить чужой замысел, критик недоделаный! Читай детские сказки себе наночь. То что я написал - Жизнь! Не старшнее и не краше. Кто ты такой чтобы заявляться сюда и оскорблять меня ещё даже не вылезя из пелёнок?
  -Да уж, кто? - горько ответил я - Вы ведь не родились Светилом литературы, вы таким стали? А значит остаётся надежда что в Вашем возрасте я буду таким же талантливым, ханжеским и эгоистическим ублюдком осознав ошибки молодости упрекаемой вами. Будем надеятся что к тому моменту вы уже подохните, так как мир не выдержит двух одинаковых уродских гения. И литературным творением моей жизни будет эпитафия на Вашей могильной плите, Автор. - с вызовом завершил я неотводя взгляда от его колющих глаз. Медленно, по его лбу катилась оставляя красный след капля свиной крови.
  - Ты попробуй до того момента доживи, герой. - усмехнулся он и кивком головы указал мне заспину. - Смелость у тебя есть. Похвально. А теперь докажи что у тебя есть удача и быстрые ноги... - он опустился обратно в кресло и замер расслабившись.
  Вздохнул и сделал знак рукой толпе и охранникам.
  Не ожидая пока услышу свист секиры у моей шеи я вскочил на стол и перепрыгнув собеседника понёсся к выходу. Проснувшись, с топотом и криками за мной кинулась толпа, обтекающая стол за которым замер с довольной улыбкой на демоническом забрызганом кровью лице Стражински.
  Я несся прочь, оглянувшись лишь на повороте коридора и молясь чтобы задний ход ЦК был открыт сегодня.
  Возглавляли погоню тот самый двухметровый гном размахиваюший топором и две девушки в кожаном белье-доспехах с пластиковыми мечами. Над моей головой со свистом пролетела и разбилась о стену бутылка пущеная судя по всему из пращи, и я в который раз подумал, что с фентези нужно завязывать.
  Вот только бы дожить до последних страниц этого приключения.
 
  Четвёртая стадия.
 
 Вы можете себе представить белку бегущую в колесе? Так вот, оказаться внутри колеса не худшая судьба. Смените перспективу и представьте что вы вдруг стали маленьким, полосы разметки на дороге внезапно увеличились в размерах, а за вами, ведомый сотнями истерично пищащих белок, заместо колеса сошедшего с оси с грохотом катится гигантский вал асфальтового катка.
  Теперь вы можете представить как я себя чувствовал убегая от толпы берсеркствующих фанов.
  Я бежал и сердце мое стучало в такт топоту ног за моей спиной. Это была идиотская, невозможная в реальной жизни ситуация. Ну не могли романтики студенты, наученные жизнью отцы семейств, девочки-лютики и прочие дистанцированные от жизни мечтатели в основном составлявшие аудиторию читавшую Стражински не с того ни с чего посходить с ума и сбросить оковы здравого смысла сдерживавшие их на протяжении всей жизни в одном глупом порыве. В конце концов потому и читают фэнтези, что сами на подвиги не способны.
  Хотя, мою выходку давшую всему этому стартовый импульс тоже вряд ли можно было назвать разумной.
  Что они со мной сделают если догонят? Начнут спор по поводу как в подобной ситуации поступили бы герои серии, цитируя отрывки из книг? Вряд ли они сами представляют с какой стати они на самом деле бегут. Но мне осознание этого факта мало поможет, так как инертное тело толпы просто задавит меня прежде чем разумные доводы станут достоянием каждого индивидуума её составляющего.
  'Нас не догонят!'. 200 километров в час по встречной полосе. Я не Ринсвинд, я только учусь - мировые рекорды в беге на кривые дистанции не значатся в моём послужном списке!
  В суженом горизонте тунельного взгляда появился объект с ведром и шваброй. Уборщица с концентрацией медитирующего монаха рассматривала пятно на мраморном полу, не обращая внимания на грозовое облако хаоса приблежавшееся к ней.
  Включив боковые турбины мне чудом удалось увернуться от столкновения и для защиты от приближающихся ракет пнуть ведро пробегая мимо. Вода плеснула по и без того блестящему полу и добавила смазки под подошвы линчующей толпы на некоторое время ускорив её первые ряды в непредвиденном скольжении, а потом застопорив в предвиденном грохоте и куче мале когда бегущие сзади налетели на потерявших равновесие бегущих спереди.
  К сожалелию, это лишь на несколько секунд задержало их, и вот уже дистанция между мной и проявлением массовой шизофрении снова начала сокращаться.
  Уже скоро.
  Я нырнул за поворот на секунду скрывшись от взгляда толпы и заметил заветные двери-вертушки на выходе из ЦК, и , к моему удивлению, Серёгу стоящего перед ними.
  Заметив меня он в своей привычной манере безмятежно улыбнулся приняв неожиданную встречу как очередной неизбежный поворот судьбы. Собрался было спросить куда это я спешу, но тут из за поворота выбежали те самые две амазонки в облегающей броне больше напоминавшей нижнее бельё и размахивая мечами кинулись за мной.
  - А ты популярен как я посмотрю... Познакомишь? - улыбнулся он смотря на преследующих меня девушек.
  Я не ответил, проскочив мимо него и крутнув вертушку за собой оказался на улице.
  В этот момент в поле зрения наконецто появился вооружённый секирой здоровяк, мокрый до нитки и ужасно злой - видно был одним из тех кто поскользнулся ранее.
  - А вот и муж...Да, это объесняет некоторые события... - заметил Сергей уступая ему дорогу.
  Вслед за его словами вынурнул из за поворота и остаток толпы. Его шутки о том, что я судя по всему сбежал со свадьбы, а теперь убегаю от двух невест их отца и родственников я уже не услышал так как находился на улице судорожно соображая куда мне направиться.
  На другой стороне улицы у кассы концертного зала собралась толпа панков ожидающая начала продажи билетов на давно разрекламированное по радио выступление заезжих 'NOFX'.
  Оценив, что стена цепей шипов и диких причёсок впереди привлекательней мечей секир и разъярённых толкиенутых фэнов с другой, с возгласом 'Мама Анархия! Наших бьют!' я нырнул в толпу и в слепую принялся проталкиваться на другую сторону непереставая извиняться и говорить, что у меня дело жизненой важности - Жена рожает, дом сгорел а самолёт в Уругвай улетит недождавшисьмоих донорских органов если меня сейчас же не пропустят.
 
 
  ***
 
  Через несколько секунд за спиной раздался рёв волны накатывающейся на камень, и толпа фэнов несоображая что они делают смешалась в хаотичной толкотне с удивлёными панками, которые впрочем быстро сориентировались и посчитав что одно развлечение другому не мешает, решили привычно разогреться перед началом концерта.
  Дальнейшее я не видел, со всег ног спеша покинуть зону бедствия. Лишь через пару минут, успокоившись, я устало прислонился спиной к стене и тяжело отдышался.
  Адреналин отхлынул, оставив дрожащие конечности, и я наконец то впервые осознал в какой опасности находился всё это время.
  Дурак. Критин! Башка дырявая! - Ты во что себя втянул? Приключений захотелось? Прав был Стражински ругая меня. Начитался глупых книжек и живу в несуществующем мире, не думая о реальности и последствиях.
  Ну какого хрена нужно было лезть в это осиное гнездо? Чего ожидал? Что плюну ему в лицо и на душе станет лучше? Должен был уже знать, что неправ. Повёлся на поводу тупой злости.
  Ах я умный, Здрасте! Вы все уроды а я вот знаю лучше всех. Дебил!
  Это же была непросветная глупость и чудо, что ситуация не обернулась трагедией. Как я вообще до этого додумался? Что со мной происходит в последнее время? Где тот меланхоличный романтичный тихий юноша которого так любят друзья и у которого в башке было достаточно разума чтобы ограничиться мечтами, не пытаясь переносить позаимствованый из книжек 'опыт' в жизнь.
  Пиши стихи, смотри в окно, любуйся любимой девушкой не говоря ей ни слова. Живи тихой жизнью и думай, думай, Думай! Прежде чем делать что либо.
  Я чувствовал как меня переполняет горечь и злость. Сжав зубы я в отчаянии ударил кулаком по стене, оставив глубокую трещину. В своей очередной личине.
  Очередная попытка найти место в жизни, определиться со своими стремлениями, собрать волю в кулак и сделать из себя кавото рассыпалась в пыль на глазах.
  Не был я тем кем пытался. Никем я не был. Пустая оболочка, манекен натягивающий карнавальные маски.
  Занятие - бездельник. Персональные качества - отсутствуют. Стихи - бездарны. Друзья - сочувствующие. Воли - ноль. В любви - трус. Никто.
  Я почувствовал как слёзы заполняют глаза. Сергей или Михаил никогда не позволили бы себе плакать. Мне можно - я никто. Снова как так часто в прошлом погружающийся в отчаянную пустоту себя.
  Как так можно? Все мои чувства - неискренны. Песок нанесённый волнами на серую душу. Внутри, лишь пустота. И злость.
  Да, она всегда со мной. Предлагающая заполнить ноющую пустоту в душе. Заставить кровь бурлить. Дать Цель в бессмысленном существовании.
  Она словно тень следующая за мной и шепчащая наухо в моменты отчаяния.
  Я пытался заполнить пустоту напускной радостью, шутя и вызывая улыбки у друзей. Найти утешение в неискренной печали наблюдая игру солнца на закате и пытаясь вылить отсутствующие чувства на бумаге. Рассуждать о Любви, не предпренимая ничего, оставляя любовь быть пустым словом. Это всё не я.
  Истинный я это тот кто сейчас пустым взглядом уставился в стенку, и недвигаясь и не думая готов простоять так, окаменев, остаток жизни. Другим людям ведь не требуется прилагать усилия чтобы радоваться, любить, печалиться - чувствовать. Единственное же чувство добровольно приходящее ко мне это злость.
  Неужели это так и есть? Я - сосуд зла.
  НЕТ! Не хочу! Я найду свой путь! Преодалею эту преграду! Не достанусь тебе! НЕТ!!
  Я буду собой. Даже если меня нет - я сделаю себя сам. Высечу из камня, научусь быть самим собой. У меня есть друзья. Мои стихи, мои мечты. У меня есть Маша. Да, я сегодня же... Если я не хочу потерять всё. Не нужно даже слов, только сделать шаг. Только... - я всхлипывая, протираю мокрые глаза и только тогда замечаю, что стена которую я только что терзал своей душевной исповедью принадлежит магазину игрушек, и из витрины на меня сочувствующе смотрит синеглазая кукла в старинном платье.
  Что то ломается во мне. Цепи окутавшие мою душу спадают, и я снова плачу - в беспричинной радости. Господи, да что же это я? Что за причины для депрессии? Вокруг весна, радостные лица, солнечный свет, цветы - и я заплаканным лицом.
  Нет, всё! Хватит смеятся, а то прохожие и так уже смотрят на меня как на сумашедшего. Ещё раз протереть лицо и в путь. Всё равно куда. Только двигать ногами.
  Только бы не стоять на месте, ведь все дороги куда то ведут, а значит впереди что то есть - ожидающее меня и смеющееся в лицо моей застрявшей в прошлом печали и глупости.
  Я был не прав, устраивая эту дурацкую выходку Стражинскому.
  Герои не умирают.
  Они всегда возвращаются в продолжениях.
 
  Something to observe
  Something to obtain
  Something to research
  Something to destroy
 
  Something within us
  Something deep in dark
  Something in gray eyes
  Something wrong in tact
 
  Something gona come
  Something that we wait
  Prophecys of dark
  Openings of Pain
 
  Eternal Mistakes
  Price of Innocence
  Burning Light of Truth
  Freezing cold of Rain
 
  Streets that filled with breath
  Turn in empty ways
  Freed from daily stress
  Cleared out by Death
 
  In the middle of
  Citadel of Sins
  Tower black will rise
  In the end of times
 
  Some old fool had told
  What don't kill make strong
  That was fatal lie
  Theres no place for hope
 
  Every strike DOES kill
  Every wound IS Death
  Every win WE leave
  US dead behind our backs
 
  Everyday we kill
  Our greatest foe
  One we were before
  For who we become
 
  Ну нет, даже на английском всё равно мысли угрюмые и мрачные. Я вырываю из блокнота лист и скомкав его бросаю в урну. Попробовать снова?
 
  Серые листья
  чёрнобелой осени
  Тёмные воды
  остекляневшего озера
 
  Я не ходил по волнам,
  я скользил по льду
  Треснет хрупкая плёнка
  я навсегда уйду
 
  Сзади останется
  опустевший город
  Душу скуёт мою
  леденящий холод
 
  Свет переломится
  в призме пресных слёз
  Буду странствовать я
  в стране горьких грёз
 
  Гдето там , надо льдом
  мелькнёт заплаканное лицо
  Кто то меня не забыл
  всё случится. Будет время ещё
 
  Небо стало мне ближе,
  отраженьями звёзд на поверхности
  Я останусь с тобой,
  в саване безысходной безвыходной верности
 
  Блин, вообще бред на этот раз. Десткие считалочки. Коли уж в голову ничего не лезит, не стоит издеваться посылая небу исковерканые молитвы на языке богов. Они ведь возьмут да услышат. Нужно сменить деятельность. Раз уж стихи у меня сейчас не получаются, пойти домой попробовать написать ещё одну главу злополучного романа.
  Кажется дождь начинается. Ну вот, накликал. Наверняка эффект моих неудавшихся заклинаний. А до дома ещё 3 квартала. Промокну, простужусь, подхвачу жар и на глазах друзей умру - мечта эгоистического идиота не смогшего получить уважение и потому лелеящего жалость к себе. А пока я буду умирать, они будут плакать осознав своё горе и каждый день кормить меня мороженным.
  В поисках убежища от падающих с неба капель я огляделся вокруг. Привлекательным показалось уютное кафе на углу, но впомнив что у меня с собой денег нет я отверг этот вариант отдав предпочтение демократичному книжному магазину рядом, где забесплатно можно было полистать стоящие на полках произведения человеческого ума и не только.
  Как только я оказался внутри, тучи наконец прорвало и по витрине забили струи непродолжительного но грозного весеннего ливня.
  Магазин в котором я находился, оказался реликтом того короткого времени ,между книжными универмагами социалистического равенства, и вычурными пещерами коммерциализированных супермаркетов настоящего где с пластиковой улыбкой подают завёрнутые в пластик пластиковые книги.
  Скрипящий деревянный паркет, тяжёлая дубовая мебель, полки с книгами расставленые так чтобы создать укромные уголки где можно было в покое почитать выбраное произведение.Убаюкивающий шум дождя за окном, прикрытая занавеской дверь, и витрина отгороженная от внутреннего зала стенами книг сложенными от пола почти до самого потолка, так что свет снаружи почти не пробивается, создавая приглущённую атмосферу как в церкви и рисунки света на полу, как будто сковь бойницы в крепостой стене.
  И круглый тёмный деревянный стол с уютными креслами вокруг, в одном из которых расслабившись расположился подозрительно знакомый субьект
  Сергей принял мое присутствие ко вниманию, ничуть не удивившись, и указал мне рукой занять место в одном из кресел, сам в это время любуюсь игрой света на книжных полках.
  Не сказал бы, что я не ожидал его увидеть в таком месте - он куда глубже чем может показаться если видеть его в компании со мной и Михаилом. Когда мы в троём, он занимает вынужденую роль шута, так как я нигожусь ни на какую роль вообще, а Михаил слишком серьёзен чтобы быть путеводящей звездой в кругу друзей.
  Я обычно молча сижу с траурным Видом, Михаил если пытается шутить отпугнёт кого угодно - вот и приходится Сергею отдуваться за нас сыпя мягкими смешными историями,ведя нить разговора и принимая на себя все косые взгляды и комментарии.
  В его кампании, девушки обращают на меня внимание, так как я единственный сохраняющий серьёзное лицо, и они почемуто думают что я занят какими то вселенскими думами и видят во мне больше чем на самом деле есть.
  Наедине они просто находят меня скучным.
  Я вздохнул и опустился в кресло напротив.
  -Ты преследуешь меня? - неловко попытался пошутить я.
  -Да. - совершенно серьёзно ответил он. - Ты должен мне 50 тугриков, которые одолжил у меня в прошлом месяце. Но зная твою финансувую ситуацию, боюсь мне придётся довольствоваться одним твоим советом по одному важному для меня вопросу.
  -Хм? - не зная что сказать хмыкнул я.
  -Для начала объясни, чем заслужил нелюбовь тех вырвавшихся из книжек про Конана варваров гнавшихся за тобой? Книжек много, из каждого тома по одному размахивающего картонным мечём герою - толпа получилась изрядная.
  Я вспомнил недавние события и дрогнул ещё раз медленно проматывая перед глазами плёнку отчаянной погони - на этот раз с ужасом замечая мелкие детали типа пролетевшей в сантиметре от головы бутылки или момента как я чуть не столкнулся с уборщицей. Всё висело на волоске и удивительно, что он так и не порвался под весом моей привычной неудачливости.
  -Мы поспорили со Стражински по вопросу существования чудес. Он наглядно доказал, что они бывают - я всё еще жив. Но за каждое чудо приходится платить и цена обычно горъче исполненого желания.
  - Для того чтобы осознать существование чудес тебе не нужно было идти таким крайним путём - усмехнулся Сергей поправляя воротник рубашки и смотря мне за спину. - Три здоровых парня по 20 лет - и не в армии. Чем тебе не чудо?
  -А вот и ещё одно...
  К столу подошла женщина лет тридцати, судя по всему владелица магазина. Её русые волосы были собраны в косу и переброшены через плечо, а приятное спокойное лицо украшали узкие очки устроившиеся на носу строгими прямоугольниками линз.
  Одета она была в серое платье с широким, достающим до щиколоток подолом. Агатовая брошь на груди. Прямой позвоночник, вывереные ровные шаги - истинная аристократка. Вот только после революции...Сохранившая достоинство, ум, и выучку, но потерявшая былую яркую гордость.
  Смотря на неё появляются ассоциации с матерью, дети которой уже покинули дом, и которая печально и одиноко сидит у окна в пустой усадьбе. Не сломленная, но принявшая свою участь.
  Ну вот опять я навыдумывал... мне за неё уже грустно, а я её увидел то только секунду назад.
  Она опустила на стол поднос с двумя стекляными чашками чая в металических подстаканниках.
  - Твой друг? - робко улыбнувшись обратилась она к Сергею. Он взял её ладони в свои и осторожно усадил себе поперек колен приобняв за талию и уткнув нос в её мягкие волосы. Она была удивлена, но не сопротивлялась, явно привыкнув к таким нежностям, и лишь чуть смутившись их проявлению на людях. Так уютно они несколько секунд молчаливо сидели не говоря и не двигаясь, прислушиваясь к тихому стуку дождя за закрытыми окнами. Не хватало только потрескивающей свечи на столе.
  - Алиса, - наконец обратился к ней Сергей мягким голосом, - нет человека к которой понимал бы меня лучше чем ты, - он снова взял её левую ладонь в свою, и сжал, будто боясь отпускать что то важное и родное ему - но сегодня, мне нужен твой совет, не как чистейшей в мире души, а как прекраснейшей в мире женщины...
  - Есть знакомая девушка... страшная вещь произошла с нами...это ничья вина, но боюсь что осадок страха остался в её душе. Она боится меня. - я с раскрытым ртом наблюдал удивительную ситуацию, внимая словам Сергея. Алиса со вниманием и грустной нежностью смотрела ему в глаза - Я не хочу, чтобы она терзалась из за меня. Не могу видеть раненую душу. - он замолчал и крепче сжал её руку.
  -Поэтому я прошу совета у тебя. - после паузы продолжил он. - Чем можно излечить её сердце?
  Это были заколдованные мгновения. Слишком много неожиданностей и странностей за сегодня. Сергей и Алиса, как они смотрят друг на друга, как искренне касаются упиваясь красотой друг друга - между ними явно больше чем просто дружба. И в тоже время... он просит её совета в том как заполучить расположение другой девушки. И она понимает. И прощает ему.
  Она на десять лет старше, но в его руках выглядит помолодевшей. Не ярко радостной как молодые влюблённые, этой радости ей уже не вернуть, но... озарённой светом.
  Она печально и любяще гладит его пальцы сжимающие её ладонь и задумчиво смотрит вдаль, вспоминая или просто задумавшись о чём то недостижимом но прекрасном.
  - Не бросай её. Будь рядом когда она требует ответов. Будь рядом наперекор ей. Будь рядом когда она будет ненавидеть тебя. Будь рядом когда она отвергнет тебя. Будь спутником, даже если ваши дороги разошлись и вы не близки друг другу. - шепчет она грустно. - Потому что однажды её настигнет её страх и одиночество, и она никогда не простит тебе если тебя не будет с ней. Она простит тебе всё, но не то что ты оставил её одну.
  Алиса почти что трясётся, будто в шоке, кажется на глаза её вот вот выступят слёзы.Сергей обнимает её и крепко прижимает к себя успокаивая. Осторожно снимает её очки и, убрав выбившуюся прядь с её лба, целует в губы. Сначало осторожно, потом она реагирует и крепко обнимает его шею, боясь отпустить и искренне отвечая на поцелуй.
  - Не оставляй её одну.... - всхлипывает она тихо.
  - Не бойся...- отвечает он. - Никогда не бойся ничего. Ты прекрасна и сильна. Ты пережила всё, и ты не одна. Не одна... - шепчет он.
  Я смущённо, но не в силах отвести взгляд наблюдаю эту трогательную сцену. В магазине только мы трое. Чай на столе остыл и через пару минуту мир медленно возвращается на свою привычную ось.
  Алиса пересела в незанятое кресло и смущенно, но не встревожено, улыбается держа чашку ароматного чая в руке.
  - А вы должны быть, Олег? - она обращается ко мне наконец - Сергей много о вас рассказывал.
  - Правда? И какие же гадости? - искренне удивлён я тем что она меня знает.
  - Совсем наоборот. У меня даже сохранились где то на одной из полок ваши стихи...
  Я укоризнено смотрю на Сергея, но он игнорирует мой взгляд и лишь весело добавляет.
  - А сейчас он занимается написанием фэнтези романа... впрочем, он лишь печатает, сюжет персонажи и цитаты принадлежат мне, Михаилу и Юле компенсируя его недостаток таланта. Кстати, встреча в субботу не отменяется. Мы не хотим оставлять процесс твоего творчества на самотёк...
  Алиса переводит взгляд с меня на него и обратно, поджав губу думает о чём то, и наконец предотвращает назревающую между мной и Сергеем перепалку предлагая:
  - А почему бы Вам не использовать это помещение для собраний? Раньше, много лет назад здесь регулярно встречались поэты и проводились литературные вечера. Давно... - она рассматривает фотографию на стене за моей спиной. - Я буду рада если этот дом снова наполнится жизнью.
  - Я боюсь... - начинаю было я говорить, что несмотря на заманчивость, мне не удобно принять её придложение так как... , но Сергей решительно обрывает меня на середине фразы.
  - Никаких но! - он кидает мне строгий взгляд - Ты не посмеешь оскорбить даму своим отказом. Тебе оказана честь, так что благодари и кланяйся в ноги, халоп.
  Алиса смеётся и пообещав вернуться с чаем, встаёт из за стола. Когда она уходит, Сергей поворачивается ко мне и серьёзно говорит фиксируя мой взгляд:
  - Это не только ради тебя. Ты видел её. - он кивком указывает место в котором сидела Алиса. - Она ранена оставшейся ей пустотой. В сердце и этом доме. Ты мой друг - а зничит и её. Валяй дурака сколько угодно, но не смей ранить её безразличием. - в его голосе что то вроде непривычной мне угрозы, я никогда раньше не видел его таким. - Ты и так уже жестоко ранишь близкого тебе человека, делая вид, что не замечаешь этого. Повзрослей наконец.
  Я замер ошарашенный его неожиданными словами. Что он имеет в виду? Да брось лицемерствовать, ты отлично знаешь...
  Мария.
  Да, есть ли человек ближе мне чем она ? И ,да, я ощущаю её боль каждый раз смотря ей в глаза. И виной тому я. Но что он знает? Как я не могу представить всю историю Алисы и понять происходящие с ней, что он может сказать о нас?
  Был он тем кто пережил всё это? Мог он понять глубину пропасти разделяющую нас?
  Нет.
  Он видит боль, но не видит кровоточащей раны. Может быть он ангел хранитель сниспосланный свыше чтобы спасать отчаявшиеся души, такие как Юля, Алиса и другие девушки увидившие этот свет в нём.
  Но не наш с Марией.
  Я жестоко и холодно возвращаю его взгляд. Такого он не ожидал. Удивлён, но не испуган. Он не боится ничего. А зря...
  Я хочу кричать так чтобы стены дрожали - не обманывайтесь в своих представлениях о мне, все они лживы, так как меня НЕТ - оставьте своё тупое сочувствие другим. Всё данное мне канет в пустоту на месте моей души. Отцепите свои руки - дайте мне погрузиться в эти тёмные воды, иначе вы последуете за мной.
  Как Мария?
 
 
  ***
 
  Я вспоминаю ту ночь. Когда кровь текла по моему лицу с рассеченного лба до вспухшей губы и я невольно захлёбывался бьющим дождём и этой солью. Как снова и снова голова отлетала назад под ударами которых я не чувствовал.
  Я перестал что либо осознавать и единственной настоящей мукой было медленное, ужасно медленное течение времени заставлявшееся эти моменты казаться вечностью.
  Я был виноват. Я не думал в какие дела ввязывался. Я был виноват - я был горд. И тогда я расплачивался за свою гордость, платя всю цену сполна. Но и этого не хватило, за мою ошибку расплачивались другие...
  Я не чуствовал боли от ударов, только в голове набухала опухолью ноющая боль режущей струной растянувшаяся сквозь замедленное время, с каждым биением сердца нестерпимее и туже.
  До сих пор не знаю, как Мария узнала где я буду, возможно кто то из знакомых
  в тревоге поведал ей кудя я пошёл. Мы никогда не говорили друг с другом о событиях той ночи.
  Она стояла там, промокшая под ливнем, опустив руки и пустыми глазами уставившись на смешавшиеся с моей кровью ручьи дождевой воды стекавшие к её ногам.
  Не помню, не хочу вспомнить детали. Знаю только, она молила пощадить меня. Кричала. Кинулась между мной и очередным занесённым в ударе кулаком и в боли упала наземлю приняв его на себя.
  Тогда они обратили внимание на неё. Я проклянал ту ночь, материл богов, переживал те события много раз просыпаясь посреди ночи в холодном поту.
  Они жестоко насиловали её, а я лежал омываемый ливнем скрывавшем слёзы на лице, и не в силах помочь, не в силах сказать что либо наблюдал как страдает от моего предательства единственный человек который меня когда либо любил.
  Я думал я умру в ту ночь, и в каком то смысле это так и случилось.
  Они бросили нас, как два трупа, на мокрой земле под холодным ветром, хлещащим дождём и пустым беззвёздным небом.
  Теперь я понимаю почему так разозлился прочитав конец книги Стражинского - мне казалось это про нас, приговор и кара за глупую надежду.
  Мария смогла собрать силы, и даже после всех ужасных событий, дотащить меня до дороги где остановила машину , так как я не был в состоянии идти.
 
  Возвращаясь к этому, я даже не могу вспомнить их лиц, всю тогдашнюю ночь я помню сквозь пелену крови на глазах.
  Вот только боюсь Марии этого дара было не дано - слишком сильно и слишком ярко они должны были впечататься в её память.
  Должно быть это страшно - идти по улицам и боятся узнать в одном из встречных тех кто сотворил такое с тобой.
 
  Странно, но с тех пор она всегда старалась быть рядом со мной. Я боялся глядеть ей в глаза, боялся слышать звук её голоса и вспоминать свою вину перед ней. Избегал её, был жестоко груб.
  Но она продолжала следовать за мной, запирала в кругу наших друзей не давая моему отчаянию проявиться, познакомилась с моими родителями которые были просто восхищены ей и удивлялись моим мрачным взглядам.
  Пыталась быть опорой мне, а я чурался её как объятой огнём.
  Со временем к нам возвратилась иллюзорная видимость нормальности. Мы снова могли смеятся шуткам, я снова мог взглянуть ей в лицо без тени боли. Мы даже ходим в один и тот же институт и живём вместе.
  Но осадок остался.
 
 
  ***
 
  Я со злостью и ненавистью гляжу в глаза Сергею. Вот только он не знает, что эта ненависть - ненависть к себе. Пустому, бесполезному, проклятому.
  Он принимает удар на себя. Он не понимает, но смиряется с этим осознав что где то совершил ошибку. Вот всегда он так - он всегда признаёт вину, легко уступает, соглашается... но в отличии от меня, никогда если нужно восстать против угрозы. Защитить кого либо или ответить на нанесённую другому рану. А себя.... У него нет той глупой гордости погубившей меня. Может поэтому он и нравится всем так - потому что жертвует себя всего, не прося ничего взамен.
  Я отвожу взгляд, и чувствую вину за очередную рану ненароком нанесённую другу. Но в этом нет ничего нового... я привык, что моя душа покрыта шипами и все кто касаются меня оставляют на них капли своей крови.
  Вот с горячим чаем возвращается Алиса грациозно ступая по скрипящим деревяным половицам - и это в центре города то.
  Я не смотрю на неё, боясь передать часть своей печали, а Сергей пытается отвлечь веселым голосом рассказывая какой то смешной анекдот из жизни старинного поэта.
  - Ну так, договорились? В субботу? На сколько человек расчитывать?
  - Четверо. Я, Олег, Михаил, Юля. Или... Олег, как ты думаешь, Маша будет свободна в это время?
  - А..что? - его голос пробуждает меня от моих грустных мыслей и я с вопросительным выражением лица поворачиваюсь к ним. Алиса снова сидит с чашкой дымящегося чая на коленях в своём кресле и приветливо улыбаясь смотрит на меня.
  -Маша? -нет, слава богу голос не дрогнул - Я спрошу её если она сможет прийти. Хотя ты же знаешь, как у неё со временем...
  -Это твоя подруга? - спрашивает Алиса.
  - Подруга детства. - поправляю на более невинное определение я. - Мы живём вместе, хотя, Сергей наверняка уже рассказал Вам. - лживо улыбаюсь я в ответ.
  - Она обычно очень занята - работает, учится, посещает всякие курсы и семинары...
  - Мне всё равно как, но на этот раз ты как хочешь но должен уломать её явиться даже если это будет стоить ей работы. У меня на примере как раз есть место железнодорожного грузчика для тебя. - смеётся Сергей и продолжает серьёзно. - глупо получается, по почте общаться с подругой живущей в двух кварталах от тебя. Пригласи её.
  - Попытаюсь. - Увидев что дождь за окном прошёл я поднимаюсь из кресла и поправляю одежду. - Боюсь мне пора. Было очень приятно с вами познакомиться, Алиса. Сергей. - я киваю им, и направляюсь к выходу. На пол пути вспоминаю Сергеивы ранние слова, делаю усилие над собой, поворачиваюсь и галантно кланаясь Алисе говорю:
  - Это была честь для меня оказаться в такой волшебный час в доме такой очаровательной хозяйки. Надеюсь, вас не стеснит тот факт, что отныне мои ноги снова и снова будут приводить меня сюда - этот дом дал мне почувствовать свою гостеприимную душу, а я в замен оставляю кусочек своей. Желаю Вам дождливых дней и случайных гостей. - лукаво улыбаюсь, теперь уже окончательно разворачиваюсь и ухожу.
  Могу поклясться я чувствую за спиной искреннею улыбку, без тени грусти в в первый раз за долгое время озарившую Алисино лицо.
 
 
  ***
 
  Около моего дома что то не так. Стоят милицейские машины, люди в форме прочёсывают прилегающий парк. Любопытные жильцы пристают с вопросами к милиционерам.
  Что то случилось.
  Каждый день в сводках новостей видишь информацию о произошедших жестоких преступлениях, терактах - но всё это как то нереально, далеко.
  В глубине души мы уверены что будем жить вечно,и эти неприятности свидетелем которых мы являемся не могут произойти с нами или нашими близкими.
  Мы все живём в своих маленьких закапсулированных мирках. До тех пор пока оболочка не трескается и мы с непониманием и удивлением повторяем одну и туже бесполезную мантру: 'Это не могло произойти со мной! Только не со мной!'
  Вот в такие минуты как сейчас, ты чувствуешь что твой мир находится на опасной грани и в сердце поднимается тревога и страх, когда наконец осознаёшь что всё это время с закрытыми глазами балансировал на канате над пропастью.
  Что случилось? Мы все оптимисты так как всё ещё живем и не согнулись под ударами судьбы , но в такой ситуации любой человек всегда опасается худшего, и ни какие разумные доводы и уговоры не действуют.
  Я пытаюсь пройти ко входу в дом не привлекая внимания - лучше не знать об опасности, стереть из своей памяти, игнорировать, забыть: самообман, но в такой момент стараешся вытолкнуть прочь все опасные мысли.
  Может быть достаточно спросить, и груз спадёт с души: что то случилось, но не со мной, не с Марией, не с кем то кого я знаю. И радость от того, что горе обошло тебя стороной захватив другую жертву.
  Но может быть если я сейчас протолкнусь сквозь толпу, увижу холодное мёртвое лицо знакомого...
  Это 'может быть'... вот от чего я бегу стараясь скрыться от своих страхов.
  Я почти достиг входа, когда дорогу мне преградил коротышка следователь в гражданском. Он был под полтора метра ростом и глядел снизу вверх усталым но внимательным лицом решительно остановив меня перед подездом.
  - Вы живете здесь? - спросил он разглядывая меня.
  - Да, на 16ом этаже.
  - ФИО? - он приготовился занести мои данные в блокнот сжимаемый короткими худыми пальцами. Вообще, в подобной ситуации он выглядел более чем странно - худой коротышка окружённый великанами милиционеров в бронежелетах.
  Ему явно не досталось много сна в последнее время. Лицо украшали круги под глазами, но взгляд его был внимателен и ясен. Возрастом лет под 28, он из за роста казался более молодым чем был на самом деле был. Одет в промокшее под дождём раскрытое пальто поверх серого костюма.
  Я назвал своё имя и возраст, и он в ответ представился показывая удостоверение.
  - Мартин Форлорт, ответственный следователь.
  Я удивился услышав иностранное имя, но не подал виду, заместо этого поинтересовавшись:
  - А что здесь случилось то?
  Он вздохнул и махнув рукой в сторону угрюмого бритого стажера сидевшего неподалёку с мрачным видом уставившись в мокрый асфальт дороги.
  - Нам поступила информация о имевшем место вчера ночью приступлении. По словам свидетеля - он кивнул раздраженно смотря на стажёра - произошло убийство. Жертва - молодая девушка, перерезано горло. Преступника они не очень хорошо рассмотрели, но в один голос утверждают, что похожий по описанию человек уже отправил в госпиталь одного из их друзей жестоко избив.
  Я сглотнул, только маньяков убийц нам во дворе не хватало.
  - Трупа мы до сих пор не нашли, пропавший девушки никто не хватился. Единственное что у нас есть, фотопортрет убийцы. - он достал из кармана пальто сложеный вчетверо листок и развернув перед моим лицом, бе з особой надежды поинтересовался:
  - Видили ли вы где нибудь этого человека?
  С листка на меня смотрело суровое лицо с жёсткими чертами, по описанию преступник был метра под два роста и словно вытесан из камня. Да уж, такого на улице встретишь сразу в милицию побежишь - и не зная кто он.
  Чем то напоминает Михаила если тому скорчить зверскую рожу, но на этом сходство и заканчивается.
  Я кивнул отрицательно, давая понять что впервые вижу этого человека.
  Форлорт ещё раз устало вздохнул и убрал листок обратно в карман:
  - Как я сказал, портрет не точный, вчерашние свидетели не успели рассмотреть преступника точнее, и портрет основан на словах парня валяющегося с переломами в больнице.
  - Ну чтож... не буду вас больше задерживать. - он отвернулся и направился к следующему жильцу дома в любопытстве остановившемуся перед подездом.
  Я встряхнул головой и вошёл внутрь вызывая лифт. Преступление произошло вчера ночью, а значит все мои друзья впорядке, в это время мы сидели у меня дома на слёте клуба самоупийц. Совесть днём отправила СМСку, тоесть она тоже вне опасности.
  Как радостно каждый день светит солнце над залитым кровью и слезами миром, смеясь над чужим горем и осозная что мы все с ним заодно. В заговоре игнорантства.
  Со стены лифта на меня смотрело нарисованное маркером анимешное лицо девушки с огромными глазами цвета серой стали - художник оставил зрачки незакрашеными.
  Номер Ангелы. Признание любви Лене. Наверное с пятого этажа.
  Маша + Олег = Красное сердце с трещиной посередине.
  Интересно, я провожу пальцем по черной линии ломающей нарисованное сердце, вы всегда приходите, когда дувушки уже мертвы, инспектор Форлорт?
  Какая страшная должна быть работа.
  Приходить по зову трупов.
 
  16.
  Дзинь.
 
 
  Стадия пятая.
 
 Однажды, я наконец посмотрю Правде в глаза, и она, не выдержав моего обвиняющего взгляда, совестно потупит свой взор. Осозновая всю тяжесть своей вины, робко моргнёт ресницами и опустит голову рассматривая магическими узорами разбежавшиеся по деревянному паркету трещины.
  А я помолчу несколько секунд, а потом тихонько подойду, нежно приобниму и со смесью радости и грусти шепну:
  - Где ж ты всё время была, дурочка... Нам всем так тебя не хватало...
  А она протрёт тёплые слёзы и ответит:
  - Всем нужна правда. Говорят, у каждого она своя, но это не так...
  Вздохнёт грусто:
  - Правда только одна, но никто не знает её лица, никто не внимает её голосу.
  Отойдёт от меня и отвернувшись продолжит дрогнувшим голосом:
  - Я ходила по домам, но двери захлоповались перед моим лицом. Я просила выслушать меня, но люди лишь кидали в меня камнями и гнали прочь.
  - Они говорили "Не правда! Ты - не она! Ты Лжёшь.Прочь самозванка!", и я уходила прочь, проклиная себя за свою глупость и моля о том кто мог бы понять меня.- в голосе её горечь и усталость. - Со временем, они просто перестали замечать меня, и я бродила безмолвным призраком между ними.
  -Папа...!!! - она оборачивается и кидается мне в руки содрогаясь в рыданиях. - Прости меня! Я ушла из дому, я не верила... - голос её срывается. - Прости!!
  Я крепко сжимаю блудную дочь в своих руках и успокаивая её говорю:
  - Не нужно доказывать людям что ты есть. Они слепы и глухи, но каждый из них один раз в жизни увидит тебя. - я глажу её светлые волосы скребя щетиной её заплаканную щеку - Ты повзрослела и готова к своей роли. Ты станешь справа от моего трона, и каждый смертный, в свой последний час обретёт дар увидеть тебя. Сияющаю, великую, истинную - мою любимую дочь и правую руку. На последнем суде. - шепчу я.
  - А теперь, успокойся! Сёстры соскучились по тебе, и увидев что ты идёшь я приказал зарезать на праздник лучшего барана! Они любят тебя.
  Она горько смотрит мне в глаза и обвиняющем голосом отвечает.
  - Не правда. Я то знаю. Это моё проклятие знать истину.
  Я улыбаюсь и беря её за руку веду в дом, где всё подготовлено к встрече сбежавшей дочери.
  - Ты знаешь не всё. Человеческие чувства всегда лгут. Пусть этот урок будет твоим благословением. Ты - Истина. Но чувства - ложь. Любовь - обман. А жизнь - прятки от правды.
 
  О нет.. Только не опять эти бредни... я поудобнее устроился в кресле перед компьютером и снова закрыл глаза. Пусть мне приснится чтонибудь более приятное..
  Литературный блок разлетелся на куски и теперь я не мог заниматься романом так как из под клавиш пёрли абсолютно не отношащиеся к делу метафизические рассуждения.
  Освободите своё подсознание, хм.
  Ну чтож, Вечер полудня мудреней.
 
 
  ***
 
  Кулак просвистел прямо над его ухом заставив его пригнуться и ногой ударить назад переходя в низкую стойку и уклоняясь от ещё одной атаки с противоположной стороны. Это были двое, сейчас должен последовать...
  Он резко опустился наземь крутнувшись в подсечке и пытаясь задеть кого нибудь из противников. В этот момент над ним пронеслась в ушедшем в молоко ударе ногой в прыжке масса третьего противника который пролетев через то место где должен был находится торс Сергея с грохотом приземлился на другой стороне и ещё несколько метров пробежал по энерции.
  - Что же вы? - усмехнулся Сергей - тому кто меня хоть раз заденет оплачу счёт за ужин с Ирой.
  Ира с холодным видом отвернулась делая вид что не интерисуется исходом схватки.
  Желающих заполучить бесплатный ужин, а ещё более снисхождение упомянутой дамы было трое. К удивлению Сергея, они не конкурировали друг с другом, а объединив силы скоординированно пытались припереть его к стенке.
  Двое атаковали с разных сторон пытаясь удержать его на одном месте, а третий, как бык на корриде - то и дело пытался с разбегу попасть в него ударом ногой в прыжке.
  Ну как хотите... это уже 4й заход по одной тактике. Будет вам уроком не повторятся в будующем.
  Когда третий противник в очередной раз попробовал достать Сергея в прыжке, тот не ушёл от удара полностью как раньше, а лишь отклонил корпус так что пятка противника прошла мимо, и зацепив пролетавшего противника под локоть своей рукой развернулся вместе с ним и выпустил его мешком лететь по инерции в сторону подошедшего к Сергею с боку спарринг партнёра. В тот же момент он используя энергию начатого вращения сам крутанулся в воздухе и достав ногами последнего противника заставил его закрытся в защите, а сам упал напол и подцепив руками тренировачный мат с пола вертикально поднял его, и как щит толкнул на противника.
  Тот растерянно подставил руки под возникшую из ниоткуда мягкую стенку. Сергей усмехнулся и ударом ногой с разворота по мату послал его вместе с замершим за ним противником в короткий полёт закончившийся громким стуком когда тот неуклюже приземлился мягким место на оказавшийся не такими уж мягким устеленый матами пол тренировачного зала.
  -Вжик вжик вжик! Кто на новенького? - улыбнулся он поправляя форму.
  -Вжик вжик вжик! Выноси готовенького! - пропел он известную песню подражая Миронову.
  Мурат, Николай и Владимир являвшиеся добровольными жертвами в этом представлении постанывая поднимались с пола.
  - Конечности не болят? - поинтересовался Сергей.
  - Нет. Только раненое эго и отшибленная задница.
  - Ну, значит будут болеть завтра утром. - ответил он. - Что вас не убивает...
  - То заставляет остаток жизни провести в больнице питаясь через трубочку?
  -Кхм, не совсем. Но я хотел сказать, то что нас не убивает как правило оказывается убитым нами.
  - С тобой неинтересно драться. - простонал Мурат - Тебя сверху бог за верёвочки дергает. Нормальный человек не может так двигаться.
  Сергей продолжая улыбаться внимательно осмотрел бывших противников ища возможные увечия нуждающиеся в медицинской помощи.
  - Одна из причин почему так приятно заниматься боевыми искусствами, это то, что границы "нормального" для вас расширяются по продвижении тренировок. Так же как ты изначально не можешь поднять слишком тяжёлый груз, так же ты рано или поздно заметишь что способен на вещи которые раньше принимал за спец эффекты в фильмах, и потолок не достигнут на этом - просто планка возможного поднялась ещё выше.
  - Угу. Раньше я не знал что такое настоящая боль. Теперь же вижу, что упомянутая тобой планка отодвинулась в бесконечность а ты толкаешь меня в спину обещая показать что в действительности способен чувствовать пытаемый организм!
  Друзья рассмеялись и Владимир осторожно поинтерисовался у Сергея:
  - Так получается, ужин за твой счёт отменяется? Или ты сам намерен пригласить Ирину?
  Ира изподлобья взглянула на Сергея, стараясь чтобы её взгляд не казался очень уж заинтересованным, но он лишь качнул головой отвечая:
  - Нет, у меня другие планы на сегоднишний вечер. - и тут же подмигнул друзьям заговорщески растянув губы в улыбке. - Но было бы позором отказывать даме в обещанном романтическом мероприятии, поэтому вы можете проводить её все трое. За мой счёт, само собой.
  Мурат, Владимир и Николай сначала растерялись, так как каждый намеревался пойти с Ирой наедине, но потом улыбнулись решив, что дружеская компания за бутербродами не намного хуже запланированного ужина при свечах.
  Ира же, явно расстроилась, такая перспектива не очень то устраивала её, в глубине ожидавшую что Сергей, как победитель , сам пригласит её на ужин.
  Её лицо резко изменилось засияв искренней радостью, когда Сергей покопался в своей сумке и вручил ей четыре билета на проходивший сегодня концерт её любимой группы.
  Она крепко обняла его повиснув на шее и продолжая светится неожиданным счастьем убежала переодеватся, незабыв улыбнуться и стоявшей в недоумении троице.
  - Кхм. - робкий кашль заставил Сергея развернуться и взглянуть в сторону источника звука.
  На пороге зала стояла не высокая, под метр шестьдесят пять, девушка с короткой энергичной стрижкой и большими серыми глазами на серьёзном строгом лице. Одета она была в облегающий синий мотоциклетный комбинезон подчёркивающий плавные линии её фигуры. Одной рукой она прижала к боку синий шлем, а другую нерешительно опустила на бедро смотря под ноги Сергею.
  Он секунду рассматривал её лицо, а потом удивлённо выдохнул подбежал к ней, ураганным ветром подняв её за талию в воздух и держа на руках как ребёнка и восхищённым взором смотря ей в глаза прошептал:
  -Юля!! Ты ли это? Не может быть!
  От неожиданности она выронила шлем и тот покатился по матам остановившись у ног ошарашенной троицы наблюдавшей за этой сценой.
  На Сергея глядело то самое немного скованное лицо девушки с которой он договорился сегодня встретится, но... её волосы! Она состригла свои прикрасные длинные пряди сменив их на модную короткую и несколько вызывающую причёску придававшею её спортивный и энергичный вид.
  Большие очки которые она так стеснялась надевать исчезли, и за место этого на Сергея смотрели строгие расширенные кантактными линзами знакомые глаза.
  - Сергей Юрьевич, пожалуйста опустите меня наземь, сейчас же. - с неискренним холодом произнесла она.
  Он наперекор ей, словно не ощущая её веса, поднёс её к высокой стопке матов у стенки и усадил её на них сам усевшись по турецки перед ней на полу.
  - Мне нравится смотреть на твоё лицо вот так вот, снизу. - улыбнулся он. - тогда твоя маска не так хорошо держится и можно заглянуть под нее и увидеть твою истинную красоту.
  - Но всё же, - не дал вставить слово он ей - с чего такая перемена? Причёска просто сногшибательная и новая Юля нравится мне не чуть не хуже чем старая, но чем вызвана твоя внезапная решительность сбросить старую кожу?
  Юля смирившись со смущающей ситуацией решила по крайней мере использовать её в свою пользу и закинув одну ногу на другую сверху вниз уставилась на улыбающееся лицо Сергея с холодным достоинством снежной королевы заявив:
  - Как долго вы меня знаете, Сергей? Как я вижу, не знаете вообще, так как больше всего я ненавижу быть скованной - обещаниями, порядками да и самой собой. Так что смиритесь ли вы с фактом, что девушка с которой вы встречаетесь сегодня не та что вы встретили вчера и ничего общего не имеет с завтрашней.
  - Да брось ты - лучился счастьем Сергей - ты та же не зависимо от того как пострижешся, решишь стать монашкой или записаться в армию - огонь внутри тебя всё тот же, просто вчера он сжигал тебя саму внутри, а сегодня пылает снаружи озаряя мир своим истинным светом. И если завтра он превратится в яростное инферно - есть ли разница? Это пламя было, что я увидел в тебе - не твои волосы или манеры, над которыми тебе стоило бы поработать! Тебя!
  От этих слов Юля потеряла свой воинственный настрой и покраснев отвела взгляд чтобы не были так уж заметны счастливые уголки у глаз.
  - Ну что, пошли? - протянул ей руку Сергей и оперевшись на неё она спрыгнула с матов на пол и оглядела в поисках укатившегося ранее шлема. Владимир с Николаем подошли к ним и подали утерянную вещицу:
  - Так это значит и есть твое занятие на сегодня?
  - Знакомьтесь. Юля - Володя, Коля. Как долго ты кстати за нами наблюдала?
  - С момента как они почти размазали тебя по стенке? - хмыкнула она.
  - Почти не считается. Я просто ждал смогут ли они придумать что нибудь оригинальное.
  - Я бы тебе и шанса не оставила. - с серьёзным лицом заявила Юля.
  - Уверен в этом. Поэтому я и не дерусь с женщинами, боюсь. - так же серьёзно ответил он.
  - Да весь бой был недействителен. - хмуро вставил Мурат. - он наверняка объелся амфитаминов и килограмами стеройдов. Признайся, правда ведь?
  - Только 200 милиграм кофеина в крови.
  - Могу дать номерь телефона знакомой вампирши, которая душу бы продала за чашку кофе.
  - А у вампиров разве есть душа?
  - Я имел ввиду фигурально.
  - Ну и какая у неё фигура?
  Толчёк в бок.
  -Ау! Ты же не думала что я продамся какой то незнакомой вампирке? Моя кровь целиком и полностью принадлежит тебе. Кусай на здоровье. - улыбнулся Юле Сергей. - Ладно, пора.
  Он попрощался с друзьями и идя рядом с гордо ступающей задравшей к небу нос Юлей вышел прочь.
  Когда они подошли к припаркованному у входа синему спортивному японскому мотоциклу Сергей замер в восхищении.
  - Это твой? - без завести, хотя это оказалось тяжело, поинтерисовался он.
  - Нет, украла только что. Лови! - она кинула ему второй шлем притороченный к сиденью.
  - А почему на моём шлеме эмблема "Hello Kitty!"- возмутился Сергей. - твой нравится мне больше. - при ближайшем рассмотрении её шлем оказался разрисован привращая его в анимешного духа ветра из разных оттенков синего.
  - Обойдёшся! - усмехнулась она и усевшись за руль кивнула ему занять место сзади - По рангу не положено!
  - Ха! Мотоциклы! Шлемы! Вот я тебя в следующий раз вытяну на планере прокатится - поймёшь насколько приземлённы твои устремления.
  - Хочешь сказать ты с ветром на ты? - оглянулась на него Юля и лукаво усмехнулась:
  - Ну тогда ДЕРЖИСЬ!!!
 
 
  ***
 
 
  Я проснулся с ужасной усталостью. Нет. Наверное я всё ещё сплю, и то что я встал из кресла и внимательным взглядом рассматриваю комнату, словно вижу впервые, мне только снится.
  Странно. Я вижу всё своими глазами, но как будто издалека. Будто моё сознание забилось в тень подальше,и свернувшись клубком у внутренней стороны черепа., наблюдает за происходящим через далёкие прорези зрачков.
  Почему я себя так паршиво чувствую? Ненавижу такие сны. После них остаётся ложная память, а потом в течении дня начинаешь волноваться - Маша же просила купить чаю, он кончился - а потом осознаёшь, что это лишь приснилось тебе утром.
  Однажды, ещё когда мы учились в школе, в Летнем лагере куда нас отправили на каникулы Михаил сговорившись с Сергеем жестоко подшутил надо мной.
  Он разбудил меня утром и спросил, почему я сплю когда через 30 минут нам уже нужно быть готовым уезжать домой.
  Какой дом? - промычал я тогда сонно - Мы же только неделю тут... ещё два месяца...
  На что он возмутился, как можно быть таким рассеянным. Я хоть знаю какой сегодня день?
  Я не знал. Я никогда не следил за календарём, да и сейчас с трудом вспоминаю какой день недели, не то что какое число.
  28 Августа. Серьёзно просветил меня Михаил. Меньше недели до начала учёбы. День отъезда из лагеря.
  Я не поверил. Как такое могло быть, мне казалось мы только приехали, не могло же лето пролететь так быстро? На что он указал мне на висящий на стене календарь с отмеченным числом и упакованные сумки друзей у соседних кроватей.
  Тогда в комнату вбежал Сергей и закричал, чтобы мы поторапливались, сбор у автобуса через десять минут.
  В этот миг я действительно испугался. Не того что опаздывал, а того что у меня напрочь отсутствовала память о пролетевшем лете - я поверил им и ощутил сковывающий меня ужас -оцепенел расширив глаза и испуганно глядя им в лица.
  Это действительно страшно, осознавать что не можешь разобраться в своих воспоминаниях, не знаешь что реально а что нет.
  Они видели ужас на моём лице и мой страх передался им, осознавшим наконец что они натворили и испугавшимся достигнутого еффекта.
  Они никогда больше не пытались так подшутить надо мной. Это послужило им уроком.
  И мне...
 
  Вот так и в этот момент. Я вижу как иду по квартире, осматриваю вещи, выглядываю из окна - я ощущаю реальность происходящего, чувствую своё тело, слышу свое дыхание - но не имею власти над собой. Я знаю - это сон. И всё таки мне страшно.
  Словно кто то другой внутри меня. Нет, неверное определение.
  Словно я, тот простой рассеяный парень, вдруг стал чем то неимоверно более глубоким и сложным. Вспомнил мудрость поколений и опыт веков. Обрёл сильную волю и нацеленную на конкретную точку устремлённость - и тот старый, несовершенный я, был за ненужностью отложен в пыльную кладовую, из которой и наблюдал теперь за действиями своей новой, улучшеной личности.
  Вот я... нет, не я - он, берёт мой кошелёк и внимательно перебирает его содержимое. Холодное внимание привлекает фотография Совесьт в одном из отделений.
  Он вынимает её и долгие секунды смотрит запечетлевая в своей, нет - нашей памяти.
  Читает список контактов в моём сотовом.
  Кладёт обратно. Подходит к компьютеру и запускает Ворд.
  Печатает что-то, но я не могу понять текста - не могу опознавать знакомые буквы, сейчас для меня всё это бессмыслица.
  Мне становится легче на душе - помню я где то читал, что один из способов определить спишь ли ты - взять любую книгу с полки и посмотреть есть ли в ней текст. Раздел мозга отвечающий за письменную речь, занят другими делами во время сна, да и не можем мы вспомнить или выдумать содержание читавшихся нами книг, чтобы ещё раз прочесть их во сне. Поэтому во сне книги либо пусты, либо нечитаемы.
  Значит я сплю. Хорошо. Тогда осталось только дождатся когда же этот странный сон наконец кончится. Может быть когда проснусь уже забуду его. Хорошо бы.
  Вот я - он, садится обратно в кресло, так как сидел я , выключает компьютер и смотрит в черный экран затухающего монитора.
  Его глазами я вижу странное отражение - аморфное постоянно меняющееся лицо демона. А я уже его видел, да... когда же это было?
  Но вот он медленно закрывает глаза и я погружаюсь в вожделенную тьму.
  Как хорошо что этот сон всё же кончился.
  Я снова Я.
 
 
  ***
 
 
  Мария устало сидела наклонившись над тетрадью с конспектами в маленьком кафе неподалёку от дома.
  Как всегда, день выдался напряжённым и она наслаждалась этим редким спокойным мгновением. Так редко удавалось полной грудью вдохнуть свежего воздуха. Пусть пыльного и со смогом - но лучшего она не чувствовала уже годы.
  Вот выбраться бы в горы... в пустоту и тишину снежных пиков и задержав дыхание на максимально возможный срок упиваться потом сладостью и чистотой морозящего кристального воздуха ворвавшегося в легкие.
  Мечты...
  Мимо пронёсся мотоцикл с визжащей от восторга наездицей обуздавшей этого зверя и парнем крепко обнявшим ей за талию. Вот так надо жить - с завистью подумала Мария.
  Сегодня она была одета в скромное зеленое платье оставлявшее плечи открытыми солнцу наконец то к вечеру вышедшему из за туч. Она всегда одевала только платья и другую одежду традиционно считавшуюся истинно женственной - она никогда не могла понять чем привлекают подруг безполые джинсы или пиджачные костюмы.
  Возможно они стремились к ощущению равенства или свободы даваемой такой одеждой, но она не была уверена. Для неё это было бы чем то вроде маскарадного костюма - пытатся выдать себя за когото другого. Казатся независимее, уверенней чем на самом деле есть?
  Нет, это не для неё. Как любая девушка, она привыкла чувствовать направленные на себя взгляды. Можно было пытаться недеть эту феминистическую броню внешне защищающую и создающую видимость внутренней силы - но она знала что это не изменило бы её суть.
  Она была слишком мягка, слишком ранима, слишком ...женственна. Тем древним изначальным способом.
  И её слабость как ни странно стала и её защитой. Люди относились к ней по другому, более понимающе, более осторожно - уступая ей и сдавая позиции без боя. Словно она была прекрасным хрупким хрустальным цветком до которого они боялись докоснуться грубыми мозолистыми руками.
  Не всегда... - она горько усмехнулась вспоминая правду о себе.
  Она перевела взгляд на экран телевизора над стойкой кафе. Там как раз передовались новости: сменяли себя яркие кадры - вот кажется Центральный Книжный, залитое кровью лицо Стражинского, яростная драка с панками у входа в концертный зал, ОМОН разгоняющий толпу.
  Боже!! - охнула Мария, Олег же должен был сегодня присутствовать там! Господи! Лишь бы с ним всё было в порядке, это моя вина! - в ужасе думала она дрожащими пальцами пытаясь набрать на сотовом Олегов номер.
  На экране журналист как раз обратился с микрофоном к двухметровому качку с голым торсом яростно размахивающему обломком чего то похожего на топорище и корчащего яростые рожи - словно берсерк в пылу боя.
  - Вы могли бы объяснить нам что здесь произошло?
  Ко всеобщему удивлению, варвар вдруг успокоился, покосился на камеру, достал из кармана шорт очки с толстыми линзами и натянул их на нос пытаясь рассмотреть логотип канала на микрофоне.
  - Первый? - получив подтверждение он с интилигентным видом не как не вязавшимся с его предыдущим поведением произнёс:
  - К сожалению я не смог рассмотреть террориста, но произошедшее днём в ЦК было воплощающим актом вандализма послужившим незаслуженным оскорблением глубокоуважаемому мэтру Стражински... - он хотел было продолжить, но разочарованный его поведением журналист расчитывавшей на исходящего пеной викинга а в замен получившего занудную отповедь переключил всё свой внимание на новый объект - двух полуголых девушек в порваном кожаном белье которое наверное изначально должно было изображать броню, усевшихся на распластаном по земле панке и со злостью расцарапывающих его под смех его товарищей.
  Нет!! Телефон не отвечает. Или же Олег забыл его дома или же он не может его взять потому что... потому что... - Мария чуть не расплакалась. - Скорее домой, может быть он там, лишь бы с ним всё было в порядке, пожалуйста! Она вознесла короткую молитву вечернему небу.
  Уже разворачиваясь она краем взгляда заметила, что репортаж на экране сменился и теперь крупным планом показывают лицо низкорослого инспектора на фоне такого знакомого дома. Их дома.
  - Серия преступлений в этом районе принесла ещё одну жертву. Утопленный труп свидетеля прошлого совершонного маньяком приступления был найден сегодня в реке около Евангелической общины имени Мартина Лютера, неподалёку от парка в котором произошли первые два приступления. - говорил он слепимый вспышками фотоаппаратов, стараясь пересилить гомон задающих вопросы журналистов.
  - Мы подозреваем, что стажёр окружного милицейского училища, Виктор Николаевич Разин, был убит тем же преступником что и до сих пор не найденая девушка.
  С экрана на Марию смотрела до ужаса знакомое лицо. Она в шоке остановилась выронив сумочку и дрожащей рукой облокотилась о столик кафе - ноги не держали её.
  Не может быть. Память той страшной ночи снова вернулась к ней затавляя её опустится обратно в пластиковое кресло и опустевшим взглядом уставится в экран по которому показывали уже другой репортаж.
  Ошибки быть не может. Это один из тех кто..кто ... - она дрогнула и залилась слезами опустив лицо в руки.
  Какая то горькая справедливость была в этом - что одна из тварей сломавших её нашла страшную насильственную смерть.
  Но она предпочла бы никогда, ни при каких условиях не вспоминать об этом, не видеть это лицо... НИКОГДА!
  К ней подощёл взволнованный официант и собрав разлетевшиеся из упавшей сумочки вещи осторожно подал ей:
  - С вами всё в порядке, госпожа?
  - Нет... - искренне ответила Маша - ничто никогда уже не будет в порядке. Спасибо. - подобрала из его рук свою сумочку и медлено зашагала к таящему ещё одну тревогу дому.
  Он уже видел этот репортаж?
  Лишь бы с ним всё было в порядке.
  Молю вас, боги!
  Будь вы ПРОКЛЯТЫ!!!!
 
 
  ***
 
  Слава богу теперь мне снился мой нормальный сумашедший сон. Некоторые люди со знающим видом утверждают, что все сны имеют какое то значение и при желании их всегда можно растолковать.
  Хотел бы я посмотреть как они обламают зубы о снившийся мне обычно бред. Если сны - продукт подсознания перерабатовавшего произошедшее за день, то моё подсознание представляло из себя кратер от попадания атомной бомбы - одни обломки реального мира, призраки воспоминаний и светящиеся радиоактивным светом мутанты фантазий бродящие между извилинами мозга тихо поскуливая и меняя свой генетический код в такт моему сонному дыханию
  На этот раз мне снилась героическая сага о Сире Скринсэйвере Он живёт в королевстве по ту сторону экрана монитора. В день возведения в ранг рыцаря он поклялся всеми силами защищать свою родину, и если понадобится, даже самоудалиться прихватив с собой на тот свет как можно больше графических глюков.
  Размахивая флагом в виде четырёхцветной форточки он смело отправляется на подвиги во имя своего королевства и возлюбленной девушки переодически появляющейся на экране что бы объявить наступление нового часа.
  Но тревожно по ту сторону экрана, неизвестно откуда набегают толпами глюки заставляющие цвета искажаться и привращая лица жителей королевства нарисованые на воллпэйпере в фиолетовых зомби.
  Вжик! Меч Сира Скринсэйвера разбивает очередного восставшего из график-карты демона на пиксели. Вжик! Один из жителей снова стал похож на себя.
  Но их слишком много! Здесь нужно использовать секретное оружие. Настал тот самый роковой час. И вот Скринсейвер вместе с королём, в самом глубоком подземелье, за пределами экрана, аж в меню монитора - стоят около окованного литием сундучка с красной кнопкой. Одновременно проворачивают ключи вставленные в отверстия в сундуке. Кнопка нажата и вот уже идёт отсчёт.
  5...4...3...2...1...
  Размагничивание.
  Убийственная волна проносится по королевству с корнем вырывая деревья и заставляя графические глюки таять в адском пламени возвращая откуда они пришли. Слава богу, размагничивание не действует на мирных жителей , и на время в королевстве всё становится спокойно и Сир Скринсэйвер занимается простыми бытовыми делами такими как:
  Планирование и постройка огромного вентилятора способного остановить глобальное потепление и предотвратить перегрев постоянно включённого монитора.
  Убийство драконов, чтобы их сокровищами оплатить счёт за электричество.
  Сканирование отпечатков пальцев оставленных на Экране жителями Той Стороны, и отсылка их через интернет в Интерпол, фабрикуя уголовные дела, чтобы они уж точно не имели возможности больше повторять свои акты вандализма.
  В общем - обычную работу рыцаря в мирное время.
  Но не всё так просто... Не случайно глюки атаковали монитор, не по своей воле отправились на верную гибель - за всем этим стоит дьявольский разум главного врага всего заэкранного царства. Великого мага - Черного Эк?рана.
  Он - чья цель навеки отключить питание монитора. Он - включающий хентай скринсервер в присутствии дам зашедших в гости к хозяину монитора. Он - затягивающий невинных юзеров в Глубину.
  И он готовит новый, ещё более страшный и извращённый план.
  Сможет ли Сир Скринсервер остановить его и спасти королевство и любимую девушку Лулу?
  Смотрите в следующей серии.
 
 
  ***
 
  "16:00. Всё спокойно!" - меня будит сообщение программы будильника в виде полуголой девушки выходящей из за края экрана и синтезированным голосом объявляющего какой сейчас час. Я и так знаю. Слишком поздний.
  Я потягиваюсь и с хрустом разминаю кости. Хоть раз бы заснул в кровати - скоро мой позвоночник примет форму спинки этого кресла. Учитывая что это кресло специально разработано для поддержания правильной осанки - эта будет та самая форма которую ему и надлежит иметь, но меня это не радует, так как каждый позвонок в спине уже сейчас отдаётся ноющей болью и боюсь когда спина наконец выпрямится я так и останусь с гордой осанкой замерев в параличе с прищемлённым в шее нервом.
  Надо бы заняться делом. Я сегодня написал хотя бы две строки?
  Я с надеждой смотрю на экран, но обнаруживаю текст в том же состоянии в каком он был и вчера.
  Бездельник. Сама по себе работа не продвинется, хотя очень бы хотелось надеятся на это.
  Я усаживаюсь по удобнее, и для того чтобы найти нужную волну неконцентрируясь просто даю пальцам выводить случайные фразы в Ворде.
  Серые глаза. Длинные волосы. Робкая гордость. Уязвимая улыбка.
  Хмм. Похоже на описание персонажа. Ну чтож, да будет так.
  Пусть это будет девушка моей...нет. Лучше мечты героя книги.
  Она должна быть... как всегда лгут описывая качества нравящиеся им в женщинах люди в агентствах знакомств? Да, первым делом она должна быть умной.
  Что они понимают под этим понятием? То что она должна обладать энциклопедическими знаниями и уметь цитировать классиков наизусть?
  Разбираться в политике и иметь своё мнение?
  Нет, спасибо. Умных людей не бывает вообще. Есть люди образованные, есть люди сформировавшие и обосновавшие своё мнение по множеству вопросов. Есть люди быстро реагирующие в новой ситуации - но что есть ум что привлекает нас?
  Понравится герою революционерка филосов эколог феминистка блистающая своим интеллектом? Возможно. Но вот искренней любви врядли получится, если герой не совсем безвольный и у него тоже есть свой мнение.
  Так что же подразумевается под Умом делающим девушку привлекательной?
  Хм. Стираю Ум и заместо этого печатаю Понимание.
  Ум, это внешний фасад, так же как и хорошая фигура привлекающая а иногда и отпугивающая людей.
  Важно чтобы этот ум был способен разобраться в тебе и понять твои переживания, твои мысли, чувства, точку зрения - даже если не разделяя её.
  Главное чтобы умы влюблённых находились на одной волне. А это подволит нас к другому качеству: Мудрость.
  Никогда не спрашивали себя значение присутствующих во всех рпг атрибутов интелект и мудрость?
  Интелект - умение воспринимать и обрабатывать новые данные, логически мыслить, да пусть даже считать в уме! Умение осваивать новые знания.
  А мудрость - умение эти знания правильно применять.
  Люди склонны больше любить людей мудрых, чем умных Поскольку мудрость включает в себя навык уступать, соглашаться, прощать - основываясь на жизненном опыте избегать ошибок вызваных собственным эгоизмом или амбициями.
  Итак. Она должна быть понимающей и мудрой.
  Все остальные личные качества - мишура, мы всё можем принять и простить если мы понимаем близкого нам человека и он отвечает нам тем же. Мы не идеальны и нет смысла ожидать этого от других. Может быть это их ошибки что делают их такими родными нам.
  Внешность? Те кто говорят внешность не важна - нагло врут. Внешность является зеркалом души и даже в самой накрашеной оперированой кукле мы рано или поздно различим истинную суть.
  Только очень хорошие актёры могут выглядеть красиво внешне и не быть красивы внутри. И только на короткий срок.
  Человек может иметь отличную фигуру, идеальную кожу, божественно двигаться - но всегда есть детали портящие картину. Эгоистический взгляд, агрессивная поза, глупая речь, легкомысленное игнорантство.
  Красота - эта не внешний каркас, а сумма всех факторов,и нам нравятся не те с идеальными пропорциями, а те кто находятся в гармонии с собой. Чей взгляд не лжёт. Через внешний вид которых мы можем заглянуть им в душу и не отпрянуть в отвращении.
  Да. Она должна быть красивой. Из любой девушки можно сделать королеву красоты, но только если она уже была красива внутри. Иначе, как ни старайся, получится неживая кукла.
  Когда говорят о людях полюбивших уродливых или не привлекательных - это никогда не лёгкая любовь с первого взгляда. Эти люди были сведены вместе жестокими обстоятельствами или нуждой, и пройдя их вместе смогли заглянуть внутрь друг друга и полюбить.
  Да... что я там написал? Понимающая, мудрая, красивая. Не очень то я продвинулся в создании персонажа. Здравствуй, Мария. Ты не могла бы попозировать, мне срочно нужно вдохновение а заместо этого у меня перед глазами всё время стоишь ты. Нет, не уходи. За тобой пустой фон, так что лучше уж я надену на тебя маску и костюм, выдавая за другую - но пожалуйста, останься.
  Я грустно вздыхаю отодвигая клавиатуру.
  Ничего. Ни одной написаной строки. Что то мешается, отвлекает мысли.
  Но надо. Пиши. Пусть оне по теме. Пусть субьективно. Пиши. Там будет видно.
  И я стал писать.
 
 
  ***
 
  Поворот ключа в замке. Мария открыла дверь и остановилась в коридоре боясь сделать шаг. Но вот тишину прервал стук пальцев по клавишам и камень упал с её плеч - он здесь. Она прошла в комнату и измотано уселась на кровать наблюдая за печатавшим Олегом.. Он так был погружён в свои мысли _печатая, то даже не заметил как она тихо вошла.
  Мария с тоской смотрела на него и обдумывала события сегодянешнего дня. - Прошлое снова нанесло удар, но как долго оно будет преследовать меня? Как долго эта боль будет рушить мою жизнь? Или это я сама, застрявшая в нём, позволяю воспоминаниями управлять мной? Не решаясь взглянуть правде в глаза. Не решаясь сделать шаг.
  Вот, в трех шагах от меня сидит самый любимый на свете человек, и я боюсь преодолеть эту пропасть. Сама рушу своё счастье.
  Мария с грустной лаской подумала насколько же Олег красив когда вот так, сконцентрировавшись, не замечая ничего поглощён своими мыслями - творит выводя волшебные слова на экране.
  Стараясь не шуметь встала с кровати и подошла к нему заспину взглянув в экран. И замерла.
  Это был не его фентези роман. История о любви грустной девушки с именем Мирия и её проклятого слуги . Её сердце забилось чаще - руки Олега замерли окончив строчку в которой герой наконец то решается поцеловать возлюбленную...
  Он попытался начать новую строку, о том как он нежно обнимает её признаваясь в любви, замер... удалил. Начал заново...
  "И не было на свете никого желаннее и прекраснее её. Внутри них бушевала огненая буря - они чувствовали рядом тепло друг друга и..." - тут он вдруг резко обернулся и расширившимися от ужаса глазами уставился на Марию. Страх в его глазах сменился глубокой печалью, а потом задевающей за живое искренней болью - её болью отразившейся в его глазах.
  Ни говоря не слова Мария отвернулась,подошла к комоду и достала оттуда запакованный пакет. Не смотря на Олега она вышла из комнаты и заперлась в ванной бессильно опустившись напол и прислонившись спиной к двери.
  Слёз на глазах не было, но тем хуже они жгли сдерживаемой солёной болью . Дура. Она же всегда знала... ну почему... Дурак! Оба они трусы, неискренние палачи растягивающие жуткую боль связывающую друг друга.
  Она разделась и встала под душ омывая себя струями холодной воды.
  Это не изменило её. Как в строчках написанных Олегом, она чувствовала сжигающий жар внутри. Кожа казалась нестерпимо горячей, пульс участился в бегстве от её чувст .
  Вытеревшись она секунду смотрела на запакованый пакет на полу, а потом раскрыла его и вынула так долго хранимые ей кружева.Ещё больше ошибок чем они уже совершили не сотворить. Она переоделась и вышла обратно в комнату.
  Он всё также с раненым взглядом сидел в кресле. Она подошла и встала перед ним смотря в сторону. Медленно поднял взгляд и попытался взглянуть в её лицо, но она лишь отвела голову не встречаясь с ним глазами.
  Они чувствовали исходящий друг от друга жар. Казалось можно было услышать биение их сердец. Между ними словно была натянутая струной молния готовая разрядиться в любой момент и испепелить всё вокруг несчастных любовников. Олег встал и сделав шаг положив руки на ей талию. Она чувствовала его горячее дыхание на своей коже.
  А потом струна порволась...
  Крепко, больно, он притянул её к себе и прижался ртом к её шее. Это не был ласкающий поцелуй - словно дикий оголодавшийся зверь вгрызся в убитую им косулю. Руки срывали её одежду, она царапала судорожно сжатыми пальцами его плечи снимая рубашку. В этом не было медленной нежности, огонь сжёг все чувства, всю мягкость любви - оставив лишь дикую жажду обоим так долго разделённым вечностью душам..
  Огонь прижигающий кровоточащие раны в сердце - страсть и нежелание отпустить, сжимая сильнее, до боли - боясь что это страшное и так давно ожидаемое мгновение внезапно кончится.
  Мария наконец то набралась сил взглянуть Олегу в глаза и впервые увидела в них больше чем скрывавшие его отражения. Боль и решимость. Решимость несмотря ни на что, нисмотря на все раны и знаки указывающие в противоположные направления - идти наперекор судьбе.
  Да будет так.
 
 
  ***
 
  Мне снова снился этот страшный сон. Словно кто то чужой, занял моё место и смотрит моими глазами. На этот раз, я не помнил что конкретно происходило, последние воспоминания относились к моменту как я засыпал ощущая голову дремлющей Совести на моей груди.
  Произошедшее с ними было страшными, дикими, несдержанными и в тоже время чудеснейшими часами их жизни. Что будет когда наступит рассвет? Когда новое солнце взойдет на горизонт - принесёт ли оно им и новую жизнь? Искренность и может даже, чуть чуть, считавшегося навсегда потерянным счастья?
  Я мыслями снова вернулся к призрачной памяти о прошедшем сне.
  Холод от чужого присутствия исчез, но всё равно я ощущал что то было не так. Этот сон был важен, я не знал почему, но я должен был вспомнить его.
  Я приподнял голову и взгляд мой упал на лежащую рядом со мной Марию. Как же она прекрасна, нагая и наконецто истинно спокойная. Я провёл ладонью по очерчивая линию её груди. Она не дышала.
  В ужасе я соскочил с кровати , неверными ногами отошёл на несколько шагов, но потом вернулся и склонился над ней. Как такое могло случится? Что произошло? Я помню - когда я засыпал с ней всё было в порядке!
  Я почувствовал подступающую панику и попытался взять себя в руки. Я не мог нормально думать - ужас душил меня совей холодной удавкой и взгляд на секунду помутнел, когда мир качнулся и на мгновение почернел. Пульс!Проверить пульс!
  Впанике я сначала сжад её запястье, а потом приложил палец к вене на шее.Да, ещё есть - сердце слабо но бьётся и поднеся лицо к её губам я определил что она всё таки дышит. Пока ещё дышит. Руки мои дрожали и я в попытке взять себя в руки отвернулся, стараясь не смотреть на бессознательное телол возлюбленной с которой мы всего несколько часов назад смогли преодолеть черту разделявшую нас.
  Это должно быть что то типа литаргического сна или комы...но почему?!!
  Компьютер пискнул и я панически обернувшись бросил взгляд на экран.
  Там где я не окончил историю о Совести и себе, сейчас виднелся написаный красным шрифтом стих. Я не помнил когда мог написать его.
  Неужто это было самоубийство, Мария оставила прощальное сообщение и отравилась снотворным? Наше признание было её последним шагом отчаинья перед смертью. Прощанием. Нет! -я отбросил от себя эту дикую мысль. Не паниковать. Думай чем ей можно помочь. Вызови скорую, наконец!
  Но заместо этого я подошёл к монитору и расширившимися от ужаса зрачками уставился на красные строки:
 
  Ты снишся сошедшей на землю богине
  Ты призрак, ты память о том кого нет
  Любимый ребёнок, ты часть её плоти
  Но также убийца - проклятие, смерть
 
  Ты пуст - ты ворота, ты нить через тьму
  Ведущая к свету за запертой дверью
  Готовься. Я был, и ещё раз прийду
  Забрать часть себя, прервать её стезю
 
  Она как ребёнок сбежавший из дома
  Твой мир - её грёзы, ты сам - её сын
  Но время вернуться настало, проснуться
  Признать мою власть. Идёт Господин!
 
  И тут я впомнил всё подробности моего сна. Память словно лавиной ворволась в моё сознание. Тот чужой вытеснил меня, снова - это уже не первый раз, осознал я. Он вернулся чтобы убить наиболее близкого мне человека. Это он, коснувший Марии отослал её в кому. Моей рукой. Не убил. Но только потому, что она оказалась не той кого он ищет. Поэтому он вернётся.
  Я недвижно стоял посреди комнаты, и в голове не было ни одной мысли - только переполнявшее меня отчаяние.
  По комнате разнёсся похоронный колокольный звон. Я механически взял сотовый и поднёс его к уху. Ни капельки не удивился услышав голос Стражинского - во мне не осталось ни удивления, ни страха, ни эмоций - только знакомая пустота и подкрадывающаяся шепчущая злость.
  - Сиди дома. Не предпринимай ничего. - давал какие то указания он. - Мои люди скоро подъедут и позаботятся о ней. Главное защитить её до конца цикла. Объясню всё когда вас привезут ко мне. Пока всё идёт по плану, но всё зависит от того доживёт ли она до конца цикла. Охотник изменил правила и пока дочери нет в игре чтобы восстановить их мы должны быть крайне осторожны - я не знаю что за сюрприз он приготовил. Ты меня слышишь?!
  Я не обращал внимания на то что он говорил. Я молча сидел и смотрел на кровавые строки на экране.
  Я знал что происходит - не написанная третья глава моего романа.
 
 
  Она сделала шаг вперёд и, закрыв глаза, неустойчиво замерла на краю пути трещиной пересекавшего купол неба.
  Что такое высота, здесь, в замке по ту сторону мира? Дуновение ветра и вот ты, теряя равновесие, соскальзываешь вниз... или взлетаешь?
  Белоснежные платформы и сюрреалистические постройки Яслей, связанные кружевом узких каменных дорожек смотрели острыми шпилями вверх. Но глубина бесконечного неба была снизу. Сверху, огромным куполом, расположилось отражение Истинного мира - ещё одно небо, частично скрытое пеленой блуждающих облаков. А за ним....изумрудная зелень континентов и тёмная синева океанов.
  Ночью, взглянув вниз можно было увидеть гигантскую луну свернувшегося в клубок спящего дракона на фоне черноты пустого беззвездного пространства. Взглянув же вверх - различить каждую деталь казавшегося таким близким мира растянувшегося от тёмного горизонта до освёщённого всходящим солнцем противоположного края, неба?
  Сделать шаг вперёд с ненадёжного пути, и... упасть вниз? В черноту неба. Преодолеть преграду воздуха и продолжать падать в бесконечность - к забытию, за пределы разума Истинного.
  Или... сделать шаг вперёд, взмыть вверх и набирая скорость нырнуть вглубь сквозь собственное отражение, разгоняя волны на тонкой поверхности Астрала - выше, сквозь облака - к увеличивающейся и занимающий всю ширину взгляда тверди Истинного мира.
  Так будет если шагнуть вперёд, и пожелать куда хочешь. Что случится, если она с закрытыми глазами просто сойдёт с каменного мостика и даст принять за себя решение окружающему Миру?
  Скорее всего, она просто повиснет в воздухе. Ничего не происходит здесь без воли кого-нибудь из Первых. Она тяжело вздохнула и открыла глаза. А если перестать хотеть дышать?
  Вряд ли это что-нибудь изменит.
 
  Существует множество теорий об устройстве этого места.
  Ей больше всего нравилось объяснение описывающее вселенную как отражение сознания Истинного.
  Нижний, истинный мир - это его разум, его память, совокупность его знаний и осмысленных переживаний, мыслей обречённых в форму. Ядро этой странной вселенной.
  Плёнка Астрала, невесомая, призрачная - его подсознание, мир в себе - песочница для игр, снов и скрытых мыслей. Пустота, в которой блуждают забытые воспоминания и неосознанные желания. Толщиной с мечту, он является границей созданного первым миром. Линией очерчивающий его 'Я'. Ничто не приходит в мир извне. Все обретшее плоть в нижнем мире сначала снилось Истинному здесь. Каждый может превратить свои мечты в Астрале в реальность, но только родившиеся в первых циклах обладают достаточной волей спроецировать свои сны в Истинный мир. И только Истинный мог бы сделать их реальными...
  И за покрывалом Астрала - Отражённый замок и простирающаяся в бесконечность пустота - мир, который на самом деле можно было бы называть Истинным. Мир, каким он был до нашего прихода. Пустой и мёртвый.
  Никто не знает, кто из Первых придумал Ясли отражённого замка - но, с определённого цикла, мир отторгал надёлённые волей ранних перевоплощения Истинного, выкидывая их сюда. На более глубокий уровень сознания Истинного? Или прочь, вон, чтобы сила их разрушительных желаний не уничтожила сформировавшееся 'Я' нижнего мира?
  Память всех, кого она знала в Яслях, начиналась с появления на площади Застывших волн в центре замка. Они все должны были пройти бесконечное число циклов, там, снизу - но, ни у кого не осталось воспоминаний о тех жизнях.
  Вот и сейчас она снова пристальным взглядом наблюдала за этим местом..
  Обычно площадь представляла из себя широкий круг, соединённый с другими секциями яслей тонкими мраморными лестницами. В центре находилась каменная композиция в виде замерших во время дикой бури в пике ярости морских волн.
  Когда новый Первый появлялся в яслях, волны оживали и превращались в воронку воды ведущую вглубь площади - в нижний мир?
  Но не сейчас. На этот раз волны тоже обрели жизнь, но не превратились в воду. Валами цунами взметнувшись ввысь. Образовали бурлящую стену скрывающую центр. Всё происходило бесшумно, казалась, что вытесанные из камня статуи волн как по кадрам меняли своё положение - художник подставлял следующий рисунок, незаметно для глаза подменяя предыдущий. Они не двигались - они изменялись. Ярость стихий взбурлила запертое в круге площади море, заставила забиться пеной бешенства на гребне взбесившихся волн. Разлетятся чёрными брызгами, ударившись друг о друга.
  Но это не было обычным ритуалом проходившим при появлении Первого - бушевавшее в центре площади море было морем камня.
  Через несколько растянувшихся в годы секунд, волны снова опустились, и, образовав неподвижную корону, превратились обратно в замершие каменные изваяния.
  В центре круга стоял мужчина, следя за которым она пришла сюда.
  Почувствовав её взгляд, он поднял голову и посмотрел на протянувшийся сверху нитью странной паутины узкий мост, на краю которого она стояла.
  - Что это было? - тихо спросила она.
  Он вышел за пределы круга и, ступив на лестницу, направился навстречу ей. Она всё также смотрела в центр замерших уже волн, дыша в такт звуку его шагов разносившихся в тишине непривычно пустого для этого времени замка. Глубоко и медленно.
  Он подошёл сзади и встал за её плечом, смотря туда, куда был направлен её взгляд.
  - Я волновался за тебя, - его голос лгал - Ты же знаешь, что многие из замка пропали. Двери на галерее грёз распахнуты настежь и за ними пустота. Мы проверили - никто из пропавших не объявился в нижнем мире, как мы предполагали.
  Она знала. Слишком ярко было осознание пустоты вокруг - несколько её лучших друзей пропали. Остальные засели по своим комнатам, боясь выйти. Некогда оживлённые галереи и мосты небесного замка сейчас зияли мёртвой пустотой.
  Она почувствовала тяжесть его руки на своём плече и на секунду, её сковал дикий бессмысленный страх, что вот сейчас он толкнёт её и, соскользнув вниз, она сорвётся с моста, разбившись о камни волн под собой.
  Глупо. Первые бессмертны, тем более в Яслях. Если захочет она просто взлетит, позволяя воздуху поднять себя в небо. И всё же... слишком многое случилось в последние дни. Слишком многие бесследно исчезли. Так ли она уверена, что её воли хватило бы преодолеть его желание превратить её полёт в жуткое падение?
  - Я хотел проверить одну теорию, - спокойно сказал он. - Ты знаешь, что я был первым и пока единственным из вернувшихся. Мастер преподал нам страшный урок. И я боюсь, кто-то последовал его путём...
  ТЫ. Всё началось, когда ты вернулся. Она испугалась своих мыслей. Если она была права, его силы сейчас должно было хватать, чтобы видеть её насквозь.
  Он преобнял её за плечи и прошептал:
  - Прошу тебя, будь осторожна. Не выходи из покоев, отправься в нижний мир как сделали уже многие - не доверяй никому, пока убийца не найден.
  Она поёжилась от его слов. Не доверяй никому. В этих словах было больше правды, чем он хотел сказать.
  - Я постараюсь разобраться во всём этом, но до тех пор - не пускай к себе никого из Первых - любой из них может оказаться Охотником. Любой, - уверял её он. Зачем? Была ли это искренняя забота, память о прошедших днях? Был ли человек стоящий рядом с ней тем, кого она когда-то знала... ? Нет, уже вернувшись из своего сна, он изменился. Соединился с убитыми Мастером первыми? Как они не видели этого, как могли быть так слепы?
  Она боялась его. То, что произошло сегодня на площади - не было нормальным, не было предназначено для её, ... чьих либо глаз. Сильнее чем когда либо, она ощущала сейчас свою уязвимость и страх. Что должно было случиться, что это давно забытое чувство вернулось к считавшими себя бессмертными и всемогущими обитателям этого призрачного дворца?
  Он взял её за локоть и осторожно отвёл от края.
  - Иди домой, - вздохнул он - Отдохни. Ты выглядишь усталой. Я навещу тебя попозже, чтобы проверить, что всё в порядке. Не приходи больше сюда. Это слишком опасно, - последние слова были произнесены железным не принимающим возражений голосом.
  Она безвольно кивнула и, развернувшись, медленно зашагала прочь.
  Он холодно смотрел ей вслед погружённый в собственные раздумья.
  На этот раз он промахнулся. Дважды. Первый раз, погрузившись в чужой мир, когда хозяйка не присутствовала в цикле. И второй раз, когда позволил ей проследить за собой.
  Ничего. Первая в том странном мире никуда не сбежит запертая в собственном сне. А вот о второй проблеме нужно будет позаботиться пока нанесенный урон ещё можно исправить.
  Он последний раз взглянул на замерший в камне кусок моря снизу и развернувшись, зашагал прочь.
  Настала пора навестить нижний мир.
 
  ***
 
 
  ***
 
  Форлорт снова постучал в ворота монастыря. За шумом дождя нельзя было расслышать шагов по ту сторону и поэтому для него оказалось неожиданностью когда створки наконец сдвинулись и в проёме показалось лицо старого смотрителя. Он вопросительно уставился на инспектора замершего с поднятой для очередного стука рукой. Мартин представлял собой не лучшее зрелище - плащь насквоз пропитался влагой и обвис мокрой тряпкой на его худых плечах, волосы промокли и разметались на лбу полускрывая вечноуставшие голубые глаза.
  Он сунул было руку в карман попытавшись достать удостоверение, но потом решил не рисковать давая ему промокнуть под дождём и просто представился:
  - Мартин Форлорт. Меня ждут. - по крайней мере он надеялся на это. Разговор по телефону выдался не очень удачным, настоятель ни в какую ни хотел впускать следователя в свой монастырь и только факт что сам Мартин был евангеликом помог сдвинуть чашу весов в нужную сторону.
  На самом деле в последний раз он был в церкви 2 года назад, на похоронах свой дочери и ещё год до того - жены, но в швейцарском паспорте всё так же значилась эта религия. На родине он не был ещё дольше и вспоминая причины по которым покинул её - возвращаться не спешил.
  Смотритель захлопнул ворота прямо перед его носом и через ещё одну долгую минуту которую Форлорт вынужден был делить с дождём со скрипом отворил калитку сбоку от них.
  Старик указал ему следовать за собой, медленно ступая через залитый лужами двор.
  Вообще то, евангелический монастырь - крайняя редкость, а уж такой отгороженный от мира - вообще исключение, объясняющееся фактом что на самом деле он принадлежал одному из многочисленных церковных орденов для легитимности считавшихся принадлежащих к одной из крупных религий на самом деле являясь почти самостоятельной сектой.
  Что же. Каждый сходит с ума по своему и только дьявол по тебе.
  Надеюсь они втайне не готовят какую нибудь пакость вроде собирания армии господней а ля Опус Дэй или захвата политической власти для сотворения господнего же царства на земле как Свидетели Иеговы.
  Опыт столкновения с последними у Мартина уже имелся. Год назад, когда он наконец то получил долгожданную неделю отпуска и собирался провести её от начала до конца проспав в своей квартире в дверь позвонили две улыбающиеся женщины.
  Чего не надо делать с коробкой пандоры ясно каждому ребёнку, но что делать если её, уже открытую, незаметно подсовывают под твою дверь?
  Он пригласил их внутрь и предложил угостить их чаем. Пока он на кухне заваривал столь любимый им напиток, не экономя дорогих листьев редкого ароматного сорта - бумажный вкус по какой то ошибке тоже называвшегося чаем ширпотреба он терпеть не мог, они с интересом перерастающим в настороженность а потом и в ужас рассматривали его комнату.
  Начать с того, что журнальный столик украшала начерченая красной помадой гексограма с маленькими свечками по углам - его жена почему то находила такой дизайн очень оригинальным, а после её смерти у него не хватило воли чтобы избавится от этого рождающего воспоминания предмета.
  Вообще, её, как и их отношения, вряд ли можно было назвать нормальными. Наверное все талантливые люди немножко не в себе. А она без сомнения была талантлива - он впервые увидел её на театральном представлении где она играла второстепенную роль и к концу погибла зарезаная сошедшим с ума главным героем. В момент когда она поднялась с пола раскланиваясь он облегчением тем фактом что она всё таки ожила выдохнул - и понял что влюбился.
  Когда он вернулся в комнату балансируя на руках поднос с чаем, городские проповедницы беззастенчиво рассматривали его книжную полку уставленную в основном связыными с работой произведениями.
  Теория Убийства,Сектантсво, Известнейшие маньяки, Чёрные Мессы, Психология жестокости, Кровавые жертвоприношения - приходилось в работе сталкиваться и с таким. Его коллекция покрывала весь спектр классифицированых ужасов знание которых могло бы предотвратить их повторение.
  Для успокоения глотнув чаю гостьи всё же решились начать разговор с проверки того что основные библейские факты ему конечно же известны и он понимает, что в наше время вера как никогда важна ибо царствие господне уже близко...
  В этот момент в комнату вошёл и прыгнул ему на колени чёрный кот удобно свернувшийся клубком и жёлтым неморгающим взглядом уставившийся на незнакомых посетителей.
  - Осторожно, Локи. Когди втяни обратно, больно же. - простонал Мартин успокаивающе поглаживая его. Услышав имя кота проповедницы недовольно поморщили, но всё же собрались с силами и уже открыли было рот чтобы продолжить начатую речь, но...
  В проёме двери появилась клыкастая морда, а за ней и жилистое тело огромной собаки с любопытством искавшей куда это делся её хвостатый сожитель по квартире. Заметив посетителей пёс подошёл к ним, настороженно обнюхал и вопрашающим взглядом уставился на хозяина - а не загрысть ли нам их?
  - Спокойно, Люцифер. Не пугай гостей. - пёс тоже принадлежал раньше её жене, но никогда не слушался, игнорируя её приказы и по какой то причине уважая только Мартина. Который больше любил кошек и не знал, что делать с любовью этого огромного лучшего друга человека. Кормить - заверяла наглая пасть пса.
  - Да что здесь к черту творится?! - не сдержалась одна из проповедниц и сама тут же заткнула себе рот осознав что упоминула имя дьявола - Петнаграммы...
  - Гексаграма. - поправил Форлорт.
  - Ритуалистика, эти жуткие монстры! Куда мы попали? Кто вы?
  - Вы разве не знаете? Ну тогда позвольте представится. Марлин Варлорд - черный маг, гадатель и по совместительству чуть чуть Йог. Так чем я могу помочь Вам? - усмехнулся он.
  - Еретик! - воскликнула вторая в унисон первой проповеднице.
  - Да нет, просто неверующий. - улыбнулся Мартин. - Я уверен что все чему я научился изучая чёрное искусство можно нормально объяснить с учётов законов физики.
  - Магии не бывает! Только Господь может творить чудеса!
  - Да? А хотите доказательство обратного? Этому коту - он почесал довольно замурлыкавшего Локи за ушами - Вы сразу не понравились и потому он вас проклял. Да именно, так вот взял, взглянул на вас жёлтым глазом и проклял. Как это всегда и случается. - с серьёзным видом ответил Мартин.
  - Я уверен что для этого феномена тоже есть разумное объяснение. В средневековье в том числе велась охота на людей с дефектами зрения, так как считалось что у них злой взгляд. - усмехнулся он. - Это серьёзно сдержало рост популярности очков, но думаю они были не правы. Дело не в самих глазах, а частной способности индивидуума к направленному гипнозу.
  Не волнуйтесь, в вашем случае проклятие не представляет из себя ничего серьёзного - просто понос весь остаток дня. Если хотите, за скромную плату я сниму с Вас это и ещё с десяток проклятий судя по всему висящих на вас уже достаточно долго. Наверное вы уже не раз были у людей домашним животным которым вы не понравились. Сами люди как правильнее посдержаней в своей ненависти.
  Женщины повскакали с мест и яростно вереща и ругая его выбежали прочь из квартиры как им казалось ярого поклонника сатаны, на последок пообещав вернуться и заставить его покаятся.
  Ну вот, не получается даже нормально принять гостей. Конечно они обещали зайти снова, и даже возможно с компанией, но...
  Не вернутся - думал тогда Мартин сливая в раковину остатки чая со слабительным.
  И как всегда был прав.
 
  К удивлению Форлорта настоятель ожидал его не в своих покоях, а в беседке расположившейся во внутренем дворе монастыря. Со всех сторон пространство было окружено стенами камня и воды стекающей с крыш образуя второй занавес. Возможно он выбрал это место так как подслушать их разговор здесь не представлялось бы возможным.
  Мартин медленно ступал по скользким камням за стариком без проблем находящим дорогу в темноте - сейчас был поздний вечер но закрывавшие небо тучи подгоняли наступление тьмы.
  Настоятель сидел в открытой деревянной беседке, прислушиваясь к вою ветра и стуку дождя. Изнутри монастыря не было видно ни других домов, ни огней города - парк надёжно отгородил его от суеты и шума.
  Войдя внутрь Мартин наконец то смог рассмотреть ожидавшего его человека. Лет под сорок, высокого роста и неплохого сложения начисто выбритый и с длинными вороньеми чёрными волосами собраными в хвост за спиной.
  Он не говоря не слова указыл Мартину занять место напротив, и тот, на секунду замявшись стараясь подстелить подол плаща поверх мокрых досок сел и уставился на него.
  Странная тишина царила в этом месте, Мартин не спешил начать разговор, так же как и настоятель глядя скозь пелену дождя на сумрачное небо. Было ощущение словно вдруг оказался в другом мире - сумрачном и пустом, и если продолжать вот так вот , не двигаясь сидеть - услышишь тихую песнь духов в шелесте дождя, стоне ветра и звоне хрустальных колокольчиков капающих капель.
  Мартин внимал этой странной сказачной атмосфере медленно вдыхая освежённый грозой воздух. Где - то там, далеко, за стенами этого мира мелькнула вспыщка молнии - но звук грома так и не последовал - только тёмные небеса на секунду осветились очерчив строгие лица туч и снова скрыв их во тьме.
  Настоятель повернулся к нему, и с серьёзным лицом кивнул. То ли приветствуя, то ли разделяя с ним право оказыться в этом странном сне.
 
  Струи дождя размыли все краски
  Смешали цвета - в сажу
  Смыли потоком - прошлое
  Очистили лист - не белый, серый
  Разбавили горе, горечью
  Не сдержав слёз, разбившихся грёз
  Забились в агонии, муками
  Потеряных дней, холодных ночей
  Взорвав небеса, молнией
  Моё место не здесь
  Я свидетель защиты
  Обвиняющий злобное небо
  Я промок и устал,
  Никуда не попал,
  Здесь меня никогда не было.
 
  А вот и гром. Звук пронёсся по двору оглушив Мартина. Ветер метнул ему в лицо тугие струи дождя и он наконец проснулся от сковавшего его призрачного ощущения. Но не вернулся в реальный мир, а словно почувствовал как струи дождя сменили мелодию - на нагнетающую тревогу, ожидающую опасность, достигающую пика оглушающими ударами грома.
  Форлорт открыл было рот, наконец то решившись обратиться к настоятелю, но ветер сорвал слова с его языка унеся их прочь и развеяв под сумрачным небом. Снова ударила молния, и вечность спустя тишину разорвал раскат грома.
  Мартин достал из кармана плаща свёрнутый листок и молча протянул его настоятелю. Фотопортрет уже полностью промок и на настоятеля смотрело искажённое, размытое лицо подозреваемого, за возможной информацией о котором и прищёл сюда Форлорт.
  Настоятель молча встал, Мартин было последовал за ним но его жест и взметнувшийся ветер заставивший полы плаща забиться вернули его на место.
  Настоятель ушёл, а Мартин в тревоге пытался рассмотреть мрак за пределами беседки отгороженой яростоной пеленой дождя.
  Несколько минут спустя в проёме входа появился огромный, метра под два ростом, силуэт человека показавшего Форлорту следовать за собой Он снова ступил под дождь на этот раз борясь против бьющего в лицо ветра и стараясь держаться за широкой спиной ведущего.
  Они вошли внутрь помещения освященого огнём пылавшем в камине, и когда незнакомец наконец захлоплул входную дверь наваждение песни дождя наконец то спало с Форлорта.
  Мартин не спрашивая скинул промокшее отяжелевшее пальто и ежась от холода уселся у огня в тоже время расматривая приведшего его сюда человека.
  Тот вышел в другую комнату ,вернулся со стаканом вина и протянул его Мартину. Он с благодарностью принял его и отхлебнув почувствовал себя немного лучше.
  - Меня зовут Мартин Форлорт - представился он. - Вы конечно же знаете о преступлениях произошедших в этом парке, я хотел...
  - Михаель. - назвал своё имя другой, усаживаясь напротив него. - я уже знаю зачем вы пришли. Прощу прощения что вы вынуждены были ждать. - К удивлению Мартина Михаель ответил не по русски а по немецки, вынудив его самого перейти на этот язык.
  - А вы...?
  - Настоятель решил, что я лучше подойду чтобы ответить на интерисующие вас вопросы. Сразу скажу, что мы врядли можем вам чем то помочь - большинство монахов проводят всё своё время внутри этих стен - Михаель обвёл вокруг рукой - и мало интерисуются происходящим снаружи.
 
  А вот я почему то думаю, что лично ты как раз смог бы помочь - думал Мартин рассматривая своего собеседника. Лицо Михаеля было ровным, без морщин,сосредоточенным и спокойным. Совсем не таким как искажённое яростью лицо преступника на фотопортрете, но вот рост, черты скул и ладони рук - словно вытесаные из камня, твёрдые, недвижимые. Мартин сильно сомневался что в округе было много подходящих под описание двухметровых великанов.
  Но такая встреча была бы слишком хорошим совпадением.
  Настоятель ведь специально послал этого человека к Мартину - что бы это значило?
  - Ну тогда, один вопрос, может кто нибудь из вас видел этого человека - он протянул Михаелю промокший лист с фотопортретом. Тот взмахнул им стряхивая капли, и внимательно уставился на изображённое лицо.
  - Чем то похож на меня - спокойно, с долей улыбки в голосе ответил он. - но боюсь, никто из нас не видел его. - серьёзно сказал он возвращая листок Мартину.
  - Тогда ещё один вопрос. - кто из монахов был за пределами монастыря в это время - Мартин назвал ему предполагаемое время преступлений.
  -В первый и третий раз, пятеро человек, но боюсь никто из нас не подподает под ваше описание. К тому же, во время убийства девушки, мы все находялись здесь на праздничной службе.
  -Что то я не помню никакого церковного праздника в этот день... - поинтерисовался Мартин. Он всегда на отлично знал предмет с которым сталкивался. Перед тем как направится сюда он сначала собрал информацию об этом Монастыре и особеннастях людей с которыми ожидал столкнуться в.
  - Годовщина смерти Иохана Хайденхата - улыбнулся в ответь Михаель.
  - Хм... извените что спрашиваю, но кто это был?
  - Святой в тринадцатом веке убитый африканцами на территории нынешнего Конго. - охотно пояснил Михаель.
  -Конго? - искренне удивился Мартин не веря своим ушам - разве в то время...
  -Как вы знаете, в 1190 году крестоносцы на святой земле завоевали город Акон, в близи Иерусалима. В тот раз, победив основные войска сарацин, рыцари пообещали пощадить оставшихся в городе масульман если те пустят их без боя.
  Но войдя в за стены они не сдержали своего слова устроив одну из ужаснейших в истории резню.
  101 год спустя, в тот же день когда город был захвачен крестоносцами масульмане отвоевали его и так же как в своё время рыцари, пообещали пощадить их если они сдадутся. И так же как и тогда жестоко убили их всех, в расплату за столетнее придательство.
  Это была страшная кровавая баня ещё одним жестоким пятном отметив поражение крестаносцев на завоёванной ими земле.- Мартин сухо описывал события тех дней, словно это была его собственная память и он не хотел возвращаться к тем страшным эпизодам.
  - Йохан был сыном одного из казнёных крестоносцев. Его продали в рабство в Египет, но в возрасте 16 лет он смог сбежать и с греческим торговым судном переправится в Константинопль.
  Будучи свидетелем ужасов произошедших из за грехов нарушивших собственное слово людей церкви, он проповедовал пересмотр политики церкви, стремясь заставить людей по другому взглянуть на заповеди господни.
  Он был свидетелем того как Господь своей рукой покарал нарушивших клятву христьян. Через сто лет, но провосудие случилось - руками Сарацин.
  Само собой такие речи не приветствовались церковью, и в возрасте 29 он вынужден был покинуть Европу, скрываясь от гонений. Говорят он направился обратно в египет, а потом в Эфиопию и далее в глубь африки. Согласно легендам где то там, он основал орден приютивший таких же как он отверженных и втайне выкупавший учавствовавших в крестовых походах рыцарей из рабства.
  Целью ордена была Справедливость. Такая как он пережил её тогда в Аконе. Такая какую отвергла церковь с новым заветом. Ведь до рождения Христа, стояло в библии - 'Зуб за зуб, глаз за глаз'. Это только в новом завете появился постулат смирения и подставления левой щеки когда тебя бьют по правой.
  Рыцари его тайного ордена стали рукой господней восстанавливающей справедливость - гонимые и властями и церковью. Ангелы мести а аду чёрного континента.
  В возрасте 56, Йохан был убит враждебным племенем, во время экспедиции на территории Конго. К сожадению, с его смертью распался и орден. Только в двацатом веке церковь восстановила Йохана в правах и признала святым. Не всех кардиналов это устраивало, но тем не менее - если вы возьмёте выпущенный в этом году церковный календарь - вы найдете там его имя. - закончил Михаель.
  Слуги мести. Ангелы возмездия. Вот вам и возможный мотив. - думал Форлорт. - Но доказательств нет. Сначала нужно найти причину произошедших преступлений. Хорошенько покапаться в прошлом убитого стажёра и его валяющегося в больнице приятеля.
  Он посмотрел в чистые невинные глаза Михаеля отражавшие пламя камина за его спиной.
  - Ну чтоже... не буду вас задерживать...я думаю я услышал то, что хотел. - поднялся с места он.
  - Вы проводите меня до выхода? - Михаель согласно кивнул и вместе с ним вышел прочь. Они молча прошли путь до ворот, и лишь остановившись по ту сторону линии разделяющей монастырь от внешнего мира, Форлорт обернулся и глядя за стоящим в калитке Михаелем произнёсс по русски:
  - Только один волнующий меня вопрос.. - холодными взглядом своих синих глаз он уставился на Михаеля. - Посвящены ли вы...?
  - Этого ордена не существует уже как 800 лет. - улыбнулся он в ответ. - как и рыцарей, как и героев. Всего хорошего Вам. - сказал он закрывая тяжёлую деревянную дверь.
  Мартин развернулся и зашагал прочь, сквозь тёмный парк, к далёким огням города.
  Как же паршиво когда любая романтическая сказка на деле оказывается всего лишь смотрящими на тебя мутными глазами утопленного трупа.
  Интересно, что знал Скорнев отдавая ему это дело? Нужно будет распросить его поподробнее насчёт того о чём он умолчал посылая меня.
  Происходящее здесь как раз являлось специализацией Мартина.. Привычной грязной работой.
 
 
  ***
 
  Бывает так, что неприятности не ломают нас а только пробуждают ото сна в котором мы находились всю свою жизнь - и то, что пробуждение не было приятным не портит ощущения от осознания свободы от того что твои оковы спали.
  Сзади пылают созженные мосты и гарь от чёрного дыма красит твоё лицо в чёрный цвет придавая твоей улыбке что то демоническое.
  Как легко шагать вперед когда нечего потерять и лишь перспектива возможного выигрыша ожидает тебя в конце пути.
  За свою жизнь мы успеваем совершить множество ошибок и большинство из них даже не осознаём. И когда всё вокруг рушится в пропасть падают те кто оказались не в силах отпустить своё прошлое камнем тянущее их вниз.
  Счастье в горе. Кто бы подумал, что для того чтобы мир стал реален надо просто иметь перед глазами цель ради которой живёшь.
  Каждые наше решение - решение которое мы принимаем перед лицом своей неизбеждной смерти. Каждая полученная нам рана - смертельна. Каждый нанесённый нами удар - несёт гибель. Это сказка для дураков будто феникс восстаёт из пепла.
  На самам деле он сгорает изнутри, испепеляемый новой обретшей жизнь личностью стремящейся сбросить оковы мёртвой уже оболочки сжигая изнутри её боль, печаль, страх, иллюзии. Слабый уступает место сильному. Это слепота людей заставляющая их думать что огненная птица получает второй шанс. С каждой перижитой битвой мы оставляем себя позади,среди павших друзей и врагов. Каждая полученная нами рана - смертельна. Каждый нанесённый нами удар - несёт смерть. Выживает сильнейший, сумевший победить всех и своего главного противника - того кем он был, ради того кем он стал.
  Сейчас в кресле напротив Стражинского со злой усмешкой сидел этот новый, завоевавший свою очередь , принявший свою роль Я.
  Увидели бы меня сейчас знакомые наверняка не смогли бы узнать. Ни осталось ничего лишнего - ни страха, ни печали, ни любви ни даже жалости - к Марии в данный момент пребывавшей в соседней комнате подключённой к капельнице и аппаратам без перерыва нервно пищащих оповещая о присутствии пульса.
  Пойти бы и оборвать эти дурацкие провода - оставить Совесть наедине с собой и посмотреть сможет ли она сама преодолеть приграду через которую только что прошёл я - эта мысль доставляет мне странное удовольствие и осознание её дикости заставляет меня ещё раз восхитится новоприобретённой чистой радостной ярости.
  Как прост становится этот мир если отбросить все глупые условности. Итог жизни - смерть. Существование по законам общества - вынужденая мера для нашего собственного выживания, вот только глупые людишки слишком закостенели в этом, не понимая когда для этого самого выживания любые законы нужно отбросить, забыть о морали е действовать.
  Сочувствие - бессмыслено. Жалость - жестокость к себе. Нерешительность - смерть.
  Вот таким наверное должен быть идеальные человек - сволочью для которого все законы общества лишь слова, но умеющего с грацией насить требуюмую обществом маску.
  Нет зла и добра, есть слабость и сила. Просто глупое применение силы - проявление слабости. Идеальный злодей никогда не должен одеваться в черные цвета и издеваться над слабыми - он должен быть добрейшим человеком дружащим со всеми и никогда не отказывающим в помощи. Просто в момент когда этого будут требовать его цели он должен без сомнений спокойно выстрелить в затылок другу. А потом протянуть руку и с сочувствующей улыбкой помочь пережить трудные период его оставшейся без кормильца семье.
  Мне не было жалко Марию. Я был зол на тех кто посмел отнять принадлежащее мне. Я был зол на неё за то что она посмела ускользнуть от моей власти умерев. Почти. Я был свободен и по своему счастлив. Вот только я осознавал, что подобная свобода похожа на таймер расположившийся внутри меня бомбы - это не могло длиться вечно и рано или поздно это мир убьёт восставшую во мне личность или же пламя горящее внутри меня сожгёт остатки моей потрёпанной души и я как кукла у которой кончился завод безвольно рухну наземь - навсегда.
  Я находился в квартире Стражинского куда нас с Совестью привезли посреди ночи. Я понял иронию ситуации - теперь совести у меня не было, и еле сдержал злой смех рвавшийся из пересохшей глотки.
  Стражински в своём кресле каталке встревоженно елозил напротив меня пытаясь втолковать сидящему перед ним демону всю сложность ситуации в которой он оказался.
  Вот сейчас встать, подойти и схватить его за горло. Сжать пальцы и давить пока не услышииь хруст позвонков. Я был уверен у меня сейчас хватило бы силы на это. Ярость оказалась отличным источником энергии превосходящим всё - но за одно сжигающим и тебя.
  Стражински помахивал перед моим носок листами бумаги в которых я без удивления узнал распечатку собственного романа.
  - Разве ты не понимаешь серьёзность ситуации?! Ты видишь что это! - бесился он - думаешь твоей глупой башки хватило бы чтобы придумать такое? Каким по счёту был визит охотника сегодня?! И мы только сейчас заметили это.
  Он указал на распечатку:
  -Это память которую ты получил когда он впервые занял твоё место. В такой миг ты сливаешся с охотником - вы становитесь одним, деля память друг друга, будучи единым существом - просто баланс меняется так что доминируящая часть тебя берёт верх над ним в Истинном мире, а он берёт контроль здесь.
  Вот значит кто мой враг. Охотник. - с радостным предвкушением думал я.
  - Когда ты написал это?
  - Позавчера.
  - Сколько раз охотник уже проникал в эту реальность?
  - Два, нет... - я вспомнил когда впервые увидел демона в мониторе - 4 раза. В ночь когда я начал писать роман, следующим вечером и два раза сегодня.
  - Хмм... - задумался Стражински. - значит у нас есть время до конца цикла. Площадь волн будет активна не ранее чем через неделю. Конечно он может войти сюда в любой момент, но если он не уверен в успехе и хочет оставить запасной ход чтобы вернуться он будет вынужден ждать. А пустые визиты я надеюсь поохладили его пыл. Это облегчает нашу задачу.
  - Объясни наконец кто ты и что всё это имеет общего со мной? - терпеливо повторил я. Терпения мне было не занимать. Я готов был ко всему для достижения своей цели и слабость суетливости или несдержанности не давила на мне больше. Я всегда мог разобраться с заставившими меня ждать дураками после того как получил нужную информацию.
  - Ещё раз. - тяжело вздохнул Страдински. - Основы ты сам понимаешь, как никак уже даже умудрился описать это на бумаге, так что пропущу ненужные описания.
  - Ты знаешь, поскольку обладал памятью охотника, о способе которым Мастер воссоединялся с другими частями Истинного - Первыми. Я был одним из тех кто столкнулся с ним когда он ещё не отработал методику идеально. Я почти погиб, но мне удалось ускользнуть - из собственного сна, в сон своей дочери - сюда.
  - Если ты один из Первых, в чём сложности справится с ним в на своей территории?
  Стражински неожиданно взъярился услышав этот вопрос:
  - Думаешь я всегда был таким?! - он потряс худыми обтянутыми сухой кожей руками развернувшись в инвалидном кресле - думаешь в своём мире я создал себе роль обессиленного калеки?! То что ты видишь перед собой - всё что осталось от меня. Форма приданная мне правилами этого сна когда я попал сюда. Это не мой мир, он принадлежит моей дочери, и никто не в силах диктовать правила внутри сна другого Первого!
  - Охотник может. - усмехнулся я ему в лицо.
  - Охотник может только гнуть их, на время, его опасность не в этом. Ты хоть понимаешь ради чего он всё это делает?
  - За счёт других Первых обрести больше силы?
  - Глупость! - прорычал он давя меня своим взглядом, ха!, как будто что то могло меня сейчас испугать - Убивая Первого он не получает его силу - он становится им! Происходит слияние их воли и разума. Куски сознания Истинного сходятся вместе. Его цель не стать сильнее - его цель: стать собой. Снова стать единственным и осознающим себя демиургом и вырваться из тюрьмы в которой он был заточён.
  - Получается что мы боремся на сторене шизофрении расщепивший его разум на миллионы кусков и должны предотвратить выздоровление пациента? - рассмеялся я.
  Стражински вдруг посерьёзнел и непривычно спокойным тихим голосом спросил меня:
  - Скажи. Этот мир, он действительно так не нравится тебе? Ты хотел бы чтобы его и твоё существование прекратилось просто потому что ты не высшее звено в пищевой цепи и создавший мир бог заберёт вложенные в творение силы назад?
  А в нашем случае просто исчезнет потому что выдумавший этого демиурга божество решит стереть своё творение с листа бумаги и вернуться к началу?
  Тебя это ни капельки не волнует?
  - Моя жизнь очень даже нравилась мне. Но её больше нет. Разрушена, созжена, сами основы моего я изменились. Пути назад нет, так о чём горевать?
  - Есть. - серьёзно ответил мне Стражински как показалось с сочувствием глядя на меня. - если мы сможем защититься от атаки охотника моя дочь сможет вернуть мир к прежним правилам. Всё вернётся на круги своя. Она - он кивнул в сторону комнаты в которой была Мария - оживёт словно ничего и не случалось. И ты сможешь и дальше продолжать блуждать в собственных мечтах...
  - Почему я?
  - Охотник занимает место наиболее близкого к Первому в созданном им мире человека.
  - С какой стати я наиболее близок к ней? Я её даже не знаю. Как мне казалось до сегоднешнего дня наиболее близким мне человеком являлась Мария. Охотник тоже считал так.
  - Он знал только что что знаешь ты. Я однажды был в такой ситуации и попав сюда договорился с дочерью подготовится к этому случаю. Охотник появился и ушёл с пустыми руками - потому что в этом цикле её ещё нет. - терпеливо объяснял он смирившись с тупостью собеседника.
  - Иначе мы не знали бы момента его появления и были уязвимы. Теперь мы можем подготовится к защите - надо только дождатся следующего цикла когда она появится в мире.
  - Но всё таки, почему я?
  - Потомучто в этом мире она твоя дочь! - прокричал Стражински рвя сжатые в кулаках листы в клочья.
  Я думал ничего не могло пробить мою теперешнюю броню, но удивление оставило в ней трещину и я почувствовал как она распадается по кускам впуская холодный ветер задувающий пламя пылавшее внутри меня.
  - Как... дочь? Чья дочь?
  - Твоя с Марией.
  - Но... - голос мой дрогнул и я не смог продолжить фразу.
  - Дочь будущая у вас если бы этот цикл продолжался как положено. - он встретил мой вдруг объятый паникой взгляд. - Она беременна.
  - Дочь... - безмолвно шевелил губами я повторяя это слово.
  - Но теперь механизм защиты сработал и следующей ночью цикл начнётся заново - исправив ход вещей.
  - Но... - до того как я и Мария...
  - Не важно, - прочёл мои недосказанные мысли Стражински. - новая жизнь уже появилась и в начале цикла Дочь будет с тобой рядом. Не знаю уж какой возраст она себе выбрала. Главное сейчас чтобы с Марией ничего не случилось до завтрашней полночи.
  Вся сила покинула меня, я безвольно лежал в кресле переваривая обретённые знания. Ложь. Ловушка. Всё подстроено. Я. Мария. Моя любовь к ней. Всё ради ловушки для охотника?
  А есть ли разница? Изменилась ли моя жизнь от того что теперь я знаю что судьба существовала? В лице моей собственной ещё не родившейся дочери выдумавшей своих отца и мать.
  Стражински внимательно осмотрел меня, проверяя в силах ли я справится со свалившимися на меня событиями и подождав чуть чуть вывалил на меня ещё больше горьких новостей:
  - Боюсь у нас нет времени дать тебе спокойно обдумать всё это. Сработал не только наш защитный механизм, но и защита тюремщиков Истинного. Почему ты думаешь никто из ушежших в свои миры не выбрался обратно?
  В Истинном мире заточившие Его оставили стражей - дракона Скайгарта - на случай что если как сейчас охотник проник в сон дочери, кто нибудь попытается проникнуть в Истинный мир снаружи.
  И дракона Слэйера - на случай если Истинный попытается выбраться сам.
  Уходя в собственный мир, Первый не в силах выдумать его с чистого листа. Хочет не хочет, но это будет отражение его собственной жизни и памяти. Наполненый людьми которых он знал. Переживая события которые он испытал.
  И с этой памятью, в наших снах хранится и память о Стражах.
  И визит Охотника - заставил их проснуться.
  Их цель ты - поскольку через тебя прошёл в мир Охотник и они устраняют причину беспокойств. Но если это было бы так просто я давно убил бы тебя сам. Если ты погибнеш, другой близкий Ей человек, возможно даже я, станет вратами.
  Ни ты ни Мария не должны погубнуть до конца цикла.
  Остался только один день, драконы принимают форму соответственно правилам мира, и скорее всего не будут так сильны здесь как в Истинном мире.
  В этом наша единственная надежда.
 
 
  ***
 
  Ветер бил в лицо беглецам пытавшимся скрыться от преследующего их течения времени. Жизнь большинства людей построена на том чтобы на протяжении десятков лет с постоянством заниматься одним и тем же делом - методичным убийством времени.
  Встать утром. Умыться - вот прошло минут пятнадцать. Позавтракать - ещё столько же. Поболтать с женой ни о чём. Выпить чашку кофе - не учень уж и хочется, но чем то нужно заполнить имеющуюся у нас время, чтобы не сидеть бессмысленно смотря на стрелки часов. Оно должно проходить незаментно, тогда нас не мучают угрызения совести о ненужно растраченном времени жизни.
  Вот пора выходить на работу. Конечно же не хочется, лучше бы пролежал ещё в постели - но с другой стороны, мы с облегчением ожидаем этого момента: он отмечает что одну часть дня мы благополучно убили и не нужно больше ходить по квартире ищя себе занятие, а следующий отрезок дня автоматизирован и заполнен - не нужно задумываться ни о чём и ты чётко знаешь что этим уничтожиш большую часть дня.
  Вот только паузы нервируют, но в них от ощущения неприкаянности помогает очередная чашка кофе или сигарета. Вообще, кофе и сигареты наши постоянные спутники если мы хотим чтобы очередной кусок ненавистного времени проскочил незаметно.
  Работа окончена, мы приходим домой и садимся у телевизора - спустя несколько часов наступает ночь и пора спать.
  Мы ложимся с облегчением, мы прожили ещё один ужасно длинный день. И нас даже не пугает осознание сравнительно малого количества этих самых дней оставшихся нам. Главное что бы не выбиваться из ритма общества, чтобы не было опасных пауз заставляющих ненаходить себе место. Заставляющих опасные мысли появлятся в голове - что то в этом не так, имеет ли смысл то что я делаю ежедневно? А ведь жизнь проходит...
  Но в такие моменты всегда спасает зазженая сигарета или очередная чашка кофе. Можно даже перекинуться словами с приятелем по работе, но ни тебя ни его не интересует разговор. Время проходит и к нашему облегчению приходит к концу ночью. А когда то, в будующем и на всегда. Но ты не задумываешся о том сколько времени тебе ещё осталось будучи полностью сосредоточен на том чтобы убить его очередной отрезок.
  Но говорят счастливые часов не наблюдают. Для этого есть причины. Если в собственном горе и печали мы можем пребывать годами, то моменты счастья это всегда только яркие вспышки чистой радости - мгновения длящиеся только одно биение сердца и сменяющиеся сладкой но грустной памятью о только что переженом счастье омрачённым осознанием что и она неминуемо пройдёт.
  Поэтому и нёсся мотоцикл по ночным улицам, стараясь растянуть волшебное мгновение, и увести объединившимся в заговоре против неминуемого течения времени людей прочь от нагоняющей их волны.
  Это был сказочный вечер и за ним следовала волшебная ночь, но и она должна была закончится.
  Сергей указал Юле повернуть к мосту на огромной высоте протянувшемуся над холмами разделяющими два спящих района города. В середине обосновалась компания бэйз джамперов радостно приветствовавшая Сергея и дружески принявшая Юлю в свои ряды.
  Оставив шлем у мотоцикла Юля провела рукой взлахмачивая свои вспотевшие волосы. Кто то дружелюбно попытался вручить её бутылку пива, но она отказалась скорчив гримассу взглянув на Сергея потягивающего своё.
  - Как можно пить эту гадость? - проныла она.
  - Знаешь кто был первым человеком который сказал эти слова насчёт пива? - усмехнулся Сергей.
  - Твоя прошлая пассия которую ты нагло пытался отравить этим напитком и беспамятную затащить в постель? - съязвила она.
  - Папа Римский. - ответил Сергей. - Пиво изобрели немецкие монахи. Вообще то монастыри тогда были чуть ли не основными производителями качественного алкоголя, но самим монахам во время постов и в зависимости от ордена часто запрещалось пить вино. Поэтому они послали бочёнок пива в Ватикан, чтобы спросить мнения Папы насчёт нового напитка.
  Сергей поставил недопитую бутылку к пустым стоявшим на асфальте моста. Всё таки он принял Юлину неприязнь к пиву к сведению.
  - Но пока делегация достигла Рима, прошло несколько месяцев и пиво в посланом для дегустации бочёнке испортилось. Попробовав его Папа Римский, так же как ты, заявил 'Что это, мол, за гадость?' и сказал что коли монахи добровольно готовы травится этим напитком, нет смысла запрещать им это, чем открыл дорогу его распространению и популярности.
  Юля обняла его за руку и положила голову ему на плечо, как желала сжелать с их первой встречи.
  - Примешь ли ты роль моего рыцаря, благородный господин? Дама предлагает вам вакантное место. Уведев окружа.щих меня Драконов нуждающихся в убийстве кандиты обычно почему то со страхом убегают.
  Сергей отощёл от неё на несколько шагов, помолчал секунду, а потом обернулся и опустился на одно колено склонив голову перед ней.
  - Мой меч и моё сердце к Вашим услугам, госпожа.
  Юля улыбнулась и спосила:
  - И готовы ли Вы ради меня совершать подвиги? Защищать и прославлять имя свой Дамы?
  - Воистину так. - ответил он.
  Юля помолчала несколько секунд задумавшись.
  - Докажите что Ваши слова правдивы, Сир Рыцарь.
  - Вы видите вокруг Драконов нуждающихся в уроке поведения?
  - Хм. Да. Вон видишь тех двоих? Слабо подойти к тому парню и сказать что его девушка уродина по сравнению с твоей дамой сердца? - рассмеялась она.
  Сергей вдруг резко поднялся и холодно взглянул ей в глаза.
  - Не делай так больше. Никогда. - его голос заставил её улыбку сойти с лица и смениться растерянным недоумением сменившимся страхом что она допустила какую то страшную ошибку.
  - Ненавижу стерв играющих с чувствами. Одно дело когда в автобусе галантно уступаешь место даме, и другое когда она орёт на тебя как тебе не стыдно сидет жлобу здоровому.
  -Рыцарство - это искренний подарок для дам. Не то что некоторые считают они заслуживают от других или что является их привелегией. Рыцарь должен быть достоен дамы, нои дама должна быть достойна рыцаря.Если она требует от него чего то плохого или бессмысленного - она не достойна являться объектом поклонения, так как глупая дура. А любовь не может основываться на глупости, потому что тогда рано или поздно та женщина которой представляет свою возлюбленую рыцарь окажется разбитой мечтой, разочарованием. - говорил Сергей.
  -У китаёцев есть поговорка ' Если Мастер не живёт так как учит -уходи, он не сможет тебя научить так как не знает чему учит'.
  Ты должна мне доверять, а не требовать от меня доказательств верности. Я пойду ради тебя на всё, кинусь в огонь, буду драться насмерть - но ради той тебя которую я люблю. И только её. Не глупой дуры использывающей мои чувства для развлечения. Ты понимаешь? - он замолчал и взял за подбородок повернув к себе, не давая отвести взгляд.
  Вот так и кончаются заколдованные мгновения. Такой вот горечью осознания и пустыми днями последующей привычной жизни. В Юле смешалась вина от понимания ошибки и горечь обиды - за правду, и за воспоминания об их прошлой встрече.
  - Помнишь, в первый день.. - тихо произнесла она освобождаясь и отворачиваясь. - Ты мог кинуться в бой с ними, мог попытатся сбежать со мной - сделать какую нибудь глупость которая не ранила бы меня так как сделал ты. Ты принял единственное верное решение. Но ты выбрал верный путь заместо пути способного пощадить меня... - голос её дрогнул.
  - Это была опасная ситуация. Хочешь ты или не хочешь, но я не такой как другие . Я - воин. Мне приходится смотреть на жизнь трезвым взглядом и действовать отбросив сомнения. Это единственный способ выжить и защитить близких тебе.
  - Получается... если того потребует ситуация, наши чувства ничего не будут значить для тебя? Ты снова пойдёшь верным путём и пожертвуешь ими ради...
  Сергей подошёл и нежно обнял её сзади.
  - Важнее этих чувст для меня есть только одна вещь - твоя жизнь и безопасность. Ради них я приму даже твою ненависть.
  Они молча стояли так думая о своём и ежась от показавшегося вдруг холодным ночного ветра.
  - Знаешь... - сказал Сергей. - Тебе не нужны доказательства готовности умереть по твоему знаку от твоего рыцаря.... Нам нужно доверие. Друг к другу. Мы не должны требовать друг от друга глупых доказательств вености, но если хотим чтобы наши отношения стали глубже и не разбились о разочарование - мы должны искренне доверять друг другу.
  - Подвиг. Одно дело если ты скажешь собаке на побегешках спрыгнуть с крыши и он прыгнет и разобьётся. И другое когда твой рыцарь сам жертвует себя ради тебя. Искренне. Не по приказанию или твоему слову. Ты должна знать, что это значит - использовать чью то любовь и доверие.
  Сергей отошёл и скрылся в кругу знакомых расположившихся на мосту. Через несколько минут он вернулся и принялся надевать солидных размеров рюкзак тщательно застёгивая ремни и проверяя крепления.
  - Что ты собрался делать? - с нарастающей тревогой спросила Юля.
  - Прыгать. - улыбнулся Сергей и взабрался на парапет моста балансируя на краю. - Это встреча бэйс джамперов в конце концов. Для того и собрались.
  - Ночью? Отсюда? Не вздумай!! - Юля подбежала к нему и вцепилась удерживая из за чего он чуть не потерял равновесие и не полетел вниз.
  - Более того. - серьёзно продолжал он. - Я прыгну не сам. Ты меня столкнёшь.
  - Что?.. - замерла Юля с страхе.
  - Ты своими руками скинешь меня с этого края. Просто толкнёшь ладонями в спину сбрасывая вниз.
  - НЕТ! Ты с ума сошёл?!
  Сергей решительно встретил её взгляд ис горечью в голосе ответил чуть помедлив:
  - Ты сделаешь это. Слишком много ошибок совершённых нами. Если мы не сможем довериться друг другу сейчас, рано или поздно наши чувства умрут душимые недосказаными словами и обидами. Сейчас или никогда. Ну давай же! Мы оба должны решиться, знать что способны преодолеть страх ради другого. Для тебя это страх сделать то что я тебя прошу. - он отвернулся и взглянул в даль балансируя на краю. - Это твой выбор.
  На глазах Юли стояли слёзы. Пальцы мертвой хваткой сжимали Сергея боясь отпустить. Она закрыла глаза и с ужасом почувствовала как её ладони толкают его прочь и мгновение спустя его вес исчез оставив ужасную пустоту.
  Она в панике распахнула глаза и перегнувшись через бордюр глянула в низ в поисках падующего тела. Вот он, на протяжении растянувшегося в вечность мгновения он с огромной скорочтью нёсся вниз к чёрноте земли. Но вот вдруг его закрыло белое облако, качнуло и падение замедлилось превратившись в медленное планирование на ветру - раскрылся парашут.
  Юля с облегчением выдохнула - сердце страшно стучало а слёзы щеках горели огнём. Вот он поворачивает в сторону пустой автостоянки освещённой желтыми огнями фонарей.
  Раздался мелодичный звонок сотогого телефона и Юля растеряно достала его из кармана уставившись на экран. Нажатие кнопки, поднесла к уху и вот уже до боли знакомый голос которого она так боялась больше не услышать - искрящийся искренний радостью и уверенным спокойствием:
  - Вот видишь, я же говорил что нужно было доверять мне.
  Юля снова готова была разреветься, теперь уже с облегчением, но заместо этого набрала в грудь воздуха и яростно заорала в трубку привлекая к себе внимание недоумённо уставившихся на неё людей на мосту:
  - УРОД!! ДЕБИЛ!! НЕДОУМОК!! РЫЦАРЬ НЕДОДЕЛАННЫЙ!! КРИТИН УБЛЮДОЧНЫЙ!! У тебя есть пара минут чтобы благополучно разбиться, поскольку когда я встречу тебя внизу я собственоручно сверну тебе шею!! - вскочила на мотоцикл и забыв их шлемы лежать на мостовой помчалась вниз, к стоянке на которую он приземлялся.
 
  Оставалось три часа до рассвета и почти день до начала нового цикла, но как ни странно, то что чей то мир в этот момент лежал в руинах не означало для них ничего.
  Двери их мира только отворились пропуская их после пройденого испытания.
  И пусть это будет длиться только мгновение, до того когда огонь достигнет и их обращая мечты в пепел - с счастьем всегда так.
  Это одно мгновение которое мы мечтаем чтобы длилось вечность.
 
 
 Седьмая стадия. Волшебное число.
 Седьмая стадия. Волшебное число.
 
  Она почувствовала зов утром. Он странной мелодией лег поверх громкой музыки исходившей от автомата Dance Dance Revolution и заставил её сбиться с ритма снова теряя надежду побить собственный рекорд - она замерла в замешательстве пытаясь разобраться со странными внезапно нахлынувшими мыслями.
  Подруга засмеялась взглянув на её ошарашенное лицо, мягко столкнула с площадки и показав ей кончик языка сама кинула жетон в автомат и выбрав другого персонажа затанцевала в такт двигающейся на экране фигуре.
  Каюши озадаченно стояла среди мелькающих огней игровых автоматов пытаясь привести в порядок собственные перепутанные мысли - что было не так то просто учитывая ужасный шум исходившей от десятков автоматов музыки, щелкающих ударов починко и множества возбужденных голосов старающихся перекричать друг друга.
  Кто то из друзей в очередной раз умер пытаясь застрелить Боса action-игры и трагически взвыл отказываясь принять поражение. Это была новая игра и ещё никто из её знакомых не смог пройти её до конца.
  Парень только что смертью храбрых павший от выстела его лазерной пушки решив что на сегодня хватит бессмысленно истраченных денег сдался разочарованно глядя на сменяющиеся цифры отсчёта под надписью Continue.
  Когда до конца отсчёта оставалась одна секунда Каюши взяв прикреплённый к проводу пистолет бросила жетон в автомат продолжив с момента на котором обламал зубы парень.Тот лишь задиристо хмыкнул предвкушая что предстоящее жалкое поражение этой девчонки хоть как то скрасит грусть от собственного проигрыша. Каюши спокойно стояла направив орудие на экран и чуть склонив голову набок, так что упавшие со лба пряди закрыли один глаз.
  Выстрел. Она даже не двинула руку - враг появился как раз там куда было направлено дуло. Чуть чуть приподнять кисть - Выстрел. Выстрел. Перезарядка. Очередь.Каюши отвернулась от экрана и в слепую всадила все шесть пуль в слабое место на шее огромного робота являвшегося босом игры.Вложила пистолет в руки разинувшего рот парня и не смотря конечную заставку вышла из клуба.
  Оказавшись на улице она снова попыталась сконцентрироваться на звучащей в голове мелодии, но и здесь шум от проежающих машин и обычного городского гомона центра Токио не давал сосредоточится.
  Она осмотрелась по сторонам и заметив ресторан на другой стороне направилась к нему. Обычно такие рестораны были звукоизолированы чтобы даровать гостям заведения покой трапезы избавляющей от городского стресса
  Она вошла внутрь и кивнув одетой в кимоно женщине в приёмной направилась в туалет. Там, заперев дверь остановилась перед зеркалом наблюдая своё отражение, а потом закрыла глаза и снова попыталась разобрать зов.
  Это была странная мелодия теперь уже отчётливо звучавшая в её голове. Она была уверена, что слышала её в первые, но в то же время - знание о ней скрыто присутствовало в ней всегда, ожидая момента когда эти ноты пробудят её ото сна давая указания к действию.
  Ей придётся покинуть Токио. Мелодия пробудила и её силы, но применять их ей было нельзя - её задачей была защита, не наказание, а значит она не имела права напрямую вмешиваться в нормальный ход вещей. Будет не просто справится с этой работой. Уже сама попытка покинуть Японию, в её то шестнадцать лет оказывалась первым припятствием на её пути.У неё нет ни визы, ни разрешения родителей. Тем не менее - задание дано и сбежать от него не получится. Пора было начинать действовать.
 
  Первым делом Каюши направилась домой. Она жила в престижном районе Токио разбитым на ровные квадраты отгороженными от друг жруга высокими заборами частными домами.
  Её отец был главой одной из крупных фирм входящих в неофициальный дзайбатсу Митсубиси. Официально, такой организации не существовало, но на самом деле состаящий из множества корпораций гордо носящих имя Митсубиси и подставных фирм отрицающих какую либо принадлежность к ним синдикат являлся одной из самых влиятельных сил в Японии - не в последнию очередь благодаря тому, что чуть не половина земли на которой был построен Токио принадлежало одной из входящих в него корпораций.
  После второй мировой войны американцы и новое японское правительство пытались противится возвышению старой элиты и концентрации экономической и фактической власти в руках крупных синдикатов - поэтому заседания правления Митсубиси до сих пор проводились под видом неоффициальных встреч директоров - клуба курильщиков, основываясь на истории того как после войны стали популярны сигары.
  Все знали о дзайбацу, а они и не скрывали происходящего бросая вызов правительству бессильному предпринять что либо по этому поводу, так как выборы прявящейся партии традиционно финансировались теми же синдикатами которые являлись по сути монополистами по скупке сельскохозяйственных продуктов и поставок в крупные магазины в регионах - абсолютно легально имея право контролируя это давить на политиков из этих регионов выходящих и если нужно перекрыть воздух вызывая недовольство населения депутатом на следующих выборах.
  Каюши ненавидела эту систему, и поэтому находилась в разладе и с собственным отцом являвшемся частью этого механизма.
  Как дочь богатого бизнесмена она посещала элитную школу и должна была соответствовать присутствовавшему своему социальному рангу положению. Если с учёбой проблем не было, то второе являлось постоянным источником неприятностей.
  Каюши не признавала никакой власти, не питала должного уважения к культуре своей страны и абсолютно не пылала желанием соответствовать положенной ей роли из за чего постоянно сорилась с учителями, отцом, и сверстниками.
  Она была помешана на Америке. Наивно верила в идеалы свободы, критически глядя на собственную родину и считая что там, за океаном всё по другому - лучше, честнее, свободнее. Являлась фаном Элвиса, предпочитая американский Рок н Рол популярной среди молодёжи музыке. Любимой едой были гамбургеры из Бургер Кинга. А заветной мечтой было когда ей исполнится восемнадцать, отправится в США и в собственном вэне проехать от одного побережья до другого - весь континент насквозь, пока не уткнёшся в берег другого океана. Она уже давно строила планы на это приключение, у неё даже имелись друзья в США, которых впрочем она никогда не видела в лицо - общаясь исключительно через интернет. В общем - половина знакомых просто считала её не нанормальной, другая же половина делая скидку на её происхождение считало её просто изболаванной эксцентричной дочкой богатого папеньки, не подозревая, что чем угодно - но избалованной она не была.
  Отец оплатил её учёбу, но в остальном её приходилось довольствоваться маленькой суммой денег ежемесячно выделяющейся её матерью и самой подрабатывать чтобы оплачивать стандартные тинейджерские прихоти.
  По мнению её отца, это должно было подготовить её к реальной жизни, а по её - являлось даже преимуществом так как она не была зависима от него чему была крайне рада когда в очередной раз выходила из гостинной высказав ему в лицо что она о нем и его корпорации думала.
  Но теперь всё это было не важно. Неизвестно, вернётся ли она сюда когда нибудь. Сейчас важно было только поставленное перед ней задание, то чего она не осознавая ждала всю жизнь - проснувшееся предназначение.
  Вот только не могло оно проснуться лет на пять позже? Насколько проще было бы тогда всё.
  Она вошла домой не обращая внимания на удивлённо взглянувшую на дочь мать. С ней Каюши тоже не разговаривала. С её стороны это было жестоко, но лгать делая вид что она способна смириться с капитуляцией человека которого она раньше уважала больше всего она не могла. До рождения её младшего брата, Акио, её мать успешно делала карьеру как независимая архитекторша. Но вот уже третий год, она смирилась с ролью домохозяйки по воле отца сидя дома и следя за ребёнком.
  Ещё одна из причин ненавидеть отца для Каюши. Нет, она не желала ему зла, даже по своему любила - но простить его не могла, ненавидя его непонимание и презирая его решительность вынуждать весь мир вокруг себя соответствовать его стандартам. Каюши была горьким исключением из этого правила, поэтому всю надежду он вложил в молодого сына, ожидая что он примет наследие семьи и займёт его место. Каюши жалела Акио за предстоящую ему судьбу. Она искренне любила брата, видя в нём единственную чистую дущу не успевшую ещё быть извращённой и сломаной окружающим диким миром.
  Она прошла в кабинет отца и выдвинув ящик стола взяла стопку наличных прикрытую сверху бумагами. Не много. Она ожидала больше. С её собственными накоплениями этого едва хватит на билет на самолёт.
  Не важно. Нужно пользоваться тем чем имеешь. Выйдя в коридор она наткнулась на мать тревожно стоящую в проёме комнаты Акио.
  - Каюши, опять звонили из клуба, Господин Шинджи спрашивает почему ты ушла так рано ничего не сказав. Ради твоего отца, он сохранит место за тобой, но всё же нельзя так пренебрежительно относиться к работе. - вдруг она побледнела когда внезапная мысль пришла ей в голову. - С тобой ведь всё в порядке? Ты себя нормально чувствуешь?
  - Да, да, всё в порядке. Мне просто нужно было забрать кое что из дома, я сама разберусь с Шинджи, не волнуйся. - солгала она. - Я попросила Юкито заменить меня пока.
  - Ты уверена что?...
  - Мам, мне скоро опять бежать, а у меня желудок пуст как голова нашего премъер министра. - её мать поморщилась от такого неуместного сравнения. - ты не могла бы запаковать мне что нибудь с собой чтобы перекусить по пути? Я спешу.
  - Конечно. - кивнула она.
  Каюши вошла в свою комнату и заперев дверь начала перебирать свои вещи. Так, денег, как и ожидалось не много. Что взять с собой? Одежду потеплее, в первую очередь. МП3 плэйер? Косметику? Хотя, куда её к демонам, какая там косметика, врядли у неё будет время для этого.
  Подумала.
  Плэйер всё таки возьму.
  Упаковала вещи в сумку, оставалось только незаметно вынести их из дома - Мать наверняка начнёт задавать вопросы если поймет её с вещами. Всё таки кинула в сумку косметичку. Да и ещё меч.. Копия ключа от шкафа с оружием у неё имелась, о чём её родители и не подозревали.
 Вот только как взять его незаметно...
  Она вышла из комнаты и на цыпочках зашла в комнату Акио. Мать была на кухне готовя ей пакет с едой. Её младший брат радостно глянул на сестру сжимая в руках свою любимую игрушку.
  Прости... - тихо шепнула Каюши - и забрала плюшегого покемона из его рук. Брат обиженными предательством собственной сестры глазами взглянул на неё и несколько секунд хмуря щёки в надежде на возвращение игрушки, не сдержавшись громко заревел.
  Каюши тихо выбежала из комнаты и закрывшись в своей комнате спрятала игрушку под кроватью.
  Послышались шаги матери а потом её тихий голос успокаивающий плачущего Акио - пора. Каюши подхватила собраную сумку и на цыпочках вышла из комнаты тихо крадясь по коридору. Пройдя мимо прикрытой комнаты Акио она с облегчением вздохнула - не заметили. Оказавшись в гостинной она ловким движением открыла оружейный шкаф и достала из него отцову катану - это было боевое оружие, отец иногда демонстрировал остроту лезвия подставляя под падающий шёлковый платок который касаясь его распадался надвое. Катана была слишком большой и тяжёлой для Каюши, но в данный момент это не имело значение. Она сунула оружие в зранившийся там же в шкафу футляр для перевозки и остородно закрыв шкав, зашла на кухню прихватив оставленный матерью пакет с едой - иначе та заподозрилабы что нибудь, и тихо вышла из дому.
  Так, теперь в офис к отцу.
 
  Охранник узнав её приветливо улыбнувшись пропустил её внутрь.
  - К отцу?
  - Нет, я хотела навестить госпожу Киомо - честно ответила она. Киомо была одним из знакомых семьи работавшив в этой фирме. Единственным человеком из корпорации с которым у Каюши завелась искренняя дружба. Киомо была заграничным представителем фирмы без перерыва находясь в путешествиях в других странах, о чём любила рассказывать Каюши.
  - Она как раз вернулась из Америки, тебе повезло. - улыбнулся охранник зная пристрастие дочки боса к этой стране. - позвонить ей?
  - Нет, я сама зайду если она не занята. Я ненадолго сегодня. - ответила улыбкой она. - Кстати, мать приготовила отличную выпечку, но я уже успела объется на вечеринке в клубе. Будешь? - спросила она протянув ему взятый с кухни пакет.
  - Каю Шири, я что выгляжу настолько жалко, что ты каждый раз пытаешся подкармливать меня?
  - Считай это взяткой чтобы ты не говорил отцу, что я заходила. Ты знаешь.
  - Как обычно... зря ты так, он не плохой человек, тебе невероятно повезло с родителями.
  - Хочешь поменятся со мной местами?
  - И ещё раз проходить школу? Иди уж.
  - Мм... Можешь посторожить сумки пока я наверху?
  - Я тебе что, консьерж?
  - Там и Суши в пакете насколько я помню. А ты знаешь как моя мать готовит...
  - Ты уверена что не хочешь перенять правление корпорацией? У тебя бы отлично получилось.
  - Только через мой труп.
  - Будет, если я сейчас позвоню твоему отцу и скажу что ты пытаешся подкупить охранника. - усмехнулся он.
  - Могу сверху добавить талон на скидку в Бургер Кинге. Два сэндвича по цене одного.
  - Иди уж, терористка молодая. Только шума не устраивай как в прошлый раз.
  - Так точно, Генерал! - отдала честь Каюши и оставив сумку с одеждой и футляр с мечом направилась к лифту.
  Надела наушники, ступила внутрь и нажала две кнопки - этажа в лифте и пуска на плэйере. Стеклянная кабина медленно воспарила над полом поднимая её ввысь. За место привычной мелодии из плэйера звучала знакомая до боли музыка зова. Каюши чувствовала, что по мере того как лифт поднимался выше она оказывалась ближе к своей стихии и с пульсом исходящего из наушников ритма к ней возвразалась её сила.
  Кивая головой в такт мелодии, она улыбнулась осознавая что задание перед ней не было обузой отвлекающией её от повседневной жизни, это было самое прекрасное что могло с ней когда либо случится. Она пробуждалась, краски вокруг словно становились чётче и ярче с каждым вдохом, чувства обострились - она чувствовала льющуюся сквозь себя силу - к моменту когда лифт достиг нужного этажа она повисла в воздухе в сантиметре над землёй наслаждаясь этим парением.
  Когда двери открылись, она опустилась оставив между своими подошвами и поверхностью милиметровую щель, так что её полёт не был заметен другим и в припрыжку наслаждаясь вернувшейся силой выбежала в коридор чуть не збив какого то клерка несшего стопку бумаг.
  Она чуть покланилась ему извиняясь,стараясь сдержать радостную улыбку, и направилась к отделу где находился большей частью пустовавший кабинет Киомо.
  С каждым шагом она всё сильнее ощущала переполнявшую её энергию - значит она выбрала правильный путь. О первом этапе можно было не волноваться. Теперь она была уверена что всё пройдет без неприятностей.
  Киомо, молодая женищина с короткой причёской, ради разнообразия хоть раз одевшаясь в платье на короткий срок вернувшись на родину - обычно она вынуждена носить строгие костюмы положеные по работе, ничуть не удивилась появлению Каюши. Лишь заметила, что уже сама собиралась позвонить ей, так как только что вернулась тз США и знала что она наверняка захочет услышать рассказ об этом путешествии.
  - Я тебе даже сувениров привезла Но это после, раскажи сначала как дела у тебя самой? Я слышала ты опять посорилась с отцом?
  Каюши улыбаясь кивнула ей подтверждая и закрыла дверь кабинета провернув ручку.
  - А что это такое? - протянула руку к серебряной заколке в волосах Киомо. - Ах это, когда я была в ... - начала та явно имея какую то историю связанную с этой безделушкой, но когда палец Каюши коснулся её лба вдруг обмякла и уронив голову на грудь замерла в кресле оборвав фразу на полуслове.
  Sorry. - Подумала Каюши обыскивая её в поисках удостоверения - отец сказал бы что амереканизмы засорили даже её язык, на что , если бы он заявил это ей в лицо она без сомнения ответила бы - Sure, Dady.
  Вот удостоверение с фотографией, ключи - нужно взять с собой, бумажник - что в нём? Опять мелочь! Кредитная карта, но что толку от неё без пина?
  Подошла к компьютеру, заказать билет через фирму съэкономив собственную наличность? Она двинула мышь выводя компьютер из режима сна, скринсейвер в виде рыцаря в сияющей броне патрулирующего края экрана погас, и он уперлась в окно ввода пороля. Damn!
  Можно было прочитать у Киомо, но для этого та должна была быть в сознании, а силы Каюши не позволяли как в фильмах про джедаев заставить её забыть проишедшее - в конце концов это была её подруга и она не хотела причинять ей зла. Когда проснётся вспомнит просто момент когда вдруг потеряла сознание. Если же напрямую сканировать сознание это не останется незаметным.
  Придётся пользоваться тем что имею. Каюши подошла к окну и смотря в своё отражение на стекле для пробы поменяла форму превратившись в точное подобие Киомо. Изменился и рост и одежда и черты лица. Сойдёт - она вернулась в собственной форме.
  Она ещё несколько секунд стояла у окна рассматривая серой скрытое смогом небо в промежётках между скрывающими его небоскрёбами делового квартала. Губы сами по себе сложидись в слова знакомой детской песенки которою раньше напевала ей мать.
 
  Отвратительное солнце
  прожаренно плохо,
  без корки и жира
  Помятое, с жилами
 
  Сырое внутри
  Сгоревшее снаружи
  Исчезни за тучами
  Пусти стужу
 
  Приправь облаками
  Посоли снегом
  Добавь уксуса
  Дождя по вкусу
 
  Ударить громом
  Перевернуть и снова
  Знакомьтесь - блюдо
  Попробовать - чудо
 
  Подавать - стылым
  С холодным пивом
  Оближешь пальчики
  Налетай, мальчики!
 
  Вообщето могла бы долететь до цели и сама, воздух был её натуральной стихией, как она осознавала сейчас., но это займёт слишком много времени. Снова взглянула на серую дымку смога скрывавшую горизонт - к тому же отравилась бы не успев даже вылететь из Токио, усмехнулась она.
  Нет, придётся отправлятся традиционным путём.
  Она вышла из комнаты, убедившись что никого вокруг нет, ключами взятыми у Киомо заперла комнату и уже только спускаясь вниз на лифте вспомнила что забыла проверить что за сувениры привезла ей Киомо из Америки. Вздохнула , возвращаться было уже поздно. Ну чтож, не судьба.
  Выходя из здания перебросилась парой фраз с охранником забирая свои вещи и зайдя за угол, чтобы он не видел её, приняла форму Киомо и остановила такси.
  - В аэропорт. И как можно быстрей.
 
  Не всё прошло как она ожидала, но главное что она благополучно долетела оказавшись в этой чужой её стране - уже намного ближе к цели, но всё ещё в удалении пары сотен километров.
  Факт что она не понимала языка, а здесь никто по японски не разговаривал, а услышав её произношения английского лишь морщили лица, значения не имел.
  То что все деньги она потратила на билет на самолёт, так что ей не хватило наличности купить билет на поезд до города в котором находилась цель - было не важно.
  То что батарейки у плэйера сели ещё в самолёте не страшно.
  То сумку с прихваченой ей тёплой одеждой своровали на вокзале - мелочи.
  Холодный весенний ветер развивал её волосы и сильнее дул в лицо по мере таго как поезд на крыше которого она сидела набирал скорость. Она достала из за спины футляр с катаной и вытянула меч любуясь лезвием.
  В нем отражались глаза проснувшегося существа приближавшегося к своей цели - её глаза.
  Глаза Дракона Скайгарта.
 
 
  ***
 
  И пусть это будет последний наш день.
  Живи каждым мигом, дыши полной грудью
  Ведь завтра наступит конец всех ночей
  Финал этой пьесы, фейверк в завершеньи
  Угрюмого фарса, комедии шансов
  Несбывшихся снов, сумашедших идей
  Мы жили по нотам, и умерли также
  Под грохот фанфар, на пике страстей
  Никто не узнает мораль нашей сказки
  Все критики стихнут. Живи веселей!
  Ведь завтра накроет нас бархатный занавес
  Исчезнут овации, боль станет злей
  Взорвётся и скрутит воспоминаниями
  Забытого текста, неверных ролей
  Коснётся плечей костяными объятьями
  Приветствуя как долгожданных гостей.
  Последний наш зритель, давно ожидающий
  Актёров для пьесы под пламя свечей
  Горящих в сердцах, что с тобой поменяли мы
  Клянясь понимать, самых близких людей
  "Ты знаешь", шепну я, теряя сознание
  "Возможно что если б мы были смелей"
  "Играли других мы сейчас персонажей"
  "С совсем другим текстом, значимей, важней"
  "Другим был финал бы, без яда и гибели"
  "С другою судьбой, без трагичных речей"
  "Стояло б в либретто последнею фразою"
  ""И жили счастливо, в кругу их друзей""
 
  А ты докажи что ты не верблюд! А кто вам сказал, что я не?
  Должен ли нормальный человек слепо верить всему бреду в реальности которого его пытаются убедить?
  Не должен, не ознакомившись с как минимум тремя независимым источниками подтверждающими развед данные. Но верит же!
  Во что легче верить? В хорошее или плохое? Конечно верить больше хочется в хорошое, но вот жизнь наперекор надежде учит готовиться к плохому - так что в глубине души мы с облегчением вздыхаем когда получаем злые вести, так как всю жизнь и предвидели чегото такого - и теперь по крайней мере не придётся томится в ожидании.
  Получив же хорошие известия мы невольно начинаем искать скрытый подвох. И вот вроде солнце всё ещё светит, люди вокруг живут и радуются этому, миру вроде и наплевать с высочайшей колокольни на злые пророчества, но чуть что и массы послушно верят вторжению инопланетян описанному по радио, прячутся в подвалах ожидая атомного удара или с ужасом считают секунды оставшиеся до конца миллениума а вместе с ним и обещаного Света.
  Вот вроде бы взять бы и забыть обо всём как о страшном сне. Прожить день как будто бы он и не последний, и не начнётся всё сначала вполночь, когда карета превратиться обратно в тыкву а я окажусь в начале такого близкого Вчера - когда с Совестью всё ещё было в порядке.
  Вот только - это будет подтверждением худшего. Того что всё происходящее вокруг, то о чём говорил Стражински - правда.
  Сегодняшний день - последний. В эпохе этого мира закончившийся сегодняшними событиями. В моей жизни и жизни всех живущих на земле.
  У вас осталось несколько часов, а потом вы все умрёте и исчезните. Мир начнётся заного, но ни вас ни меня сегодняшних уже не будет.
  Нет, нужно быть оптимистом - во первых если слова о Драконах правда, я могу и не дожить до конца этого дня, а во вторых - могу заниматься чем угодно, сделать любую глупость без боязни последствий.
  Я хищно усмехнулся и вошёл в широко распахнутые двери районного военкомата. За столом сидела женщина в форме с неряшлевой причёской и видом ужасно занятого делами человека.
  - Служу Советскому союзу! - громогласно заявил я вытынувшись по стойке.
  Она аж подскочила на месте и недоумённо взглянула на меня.
  - Вы к кому?
  - Явился по зову родины для несения воинской службы в горячих точках!
  - А вы кто собственно будете?
  - Поколение Икс! Доброволец по статье "Грудью на Амбразуру". Миротворец в противогазе. Приложение к прикладу автомата, модель 20СТуДПатр!
  -Никита Иваааановиич! - громко протянула она обернувшись в сторону длинного обшарпаного коридора.
  - Чой надо? - хмуро высунулось из одной из дверей усатое лицо в фуражке.
  - Ещё один.
  - Шли нахер к Коленко, по повестке. - рыкнул он мрачно оглядывая меня.
  - Так этот без повестки, добровольно, в горячие точки. - усмехнулась она доставая из кармана сигарету и зажигая её.
  - Не понял? - недоумённо уставился он на неё.
  Я закашлялся невольно вдохнув горького сигаретного дыма и оба собсеседника удивлённо смотрели на меня пока я пытался собрать дыхание.
  - Он же мед комиссию не пройдёт... - неуверенно заявил военный.
  - Да всё пройдёт, вчера только глухонемого в танкисты записали.
  - Я имею в виду по голове.
  - Что по голове?
  - Чем били и как долго? Ты ж только посмотри на него. Солдатик, повтори за чем пришёл? - кивнул он мне.
  - За гранатами. Я как пороху нюхнул раз, с тех пор по военной службе сохну.
  - А порох ,сынок, какого цвета?
  - Как же, белого! - удивился я.
  - Всё ясно... - тяжело вздохнул он и набрав в грудь воздуха вдруг заорал. - Вон отсюда, ередь коселовая! Наркоты зеленой только и не хватало. А ну ножками топ на выход и имечко своё оставь чтоб пометили, а то щаз санитаров вызову, шизня намазаная.
  Женщина за столом привычная к такой картине кивком указала на дверь и вернулась вниманием к своим бумагам игнорируя буйство военного позади себя.
  - Ну, блин, выродились! Добровольно в армию только шизики прут. До чего дожили. ВОН!!
  Я поспешно вышел на улицу ошарашенный такой реакцией. От всёй души хотел ведь. Пусть жизни день и остался так посвятить его благому делу. Так нет же и здесь выперли. Знал бы заранее что для того чтобы не пройти в армию сойдя за сумашедшего достаточно просто добровольно явиться в военкомат.
  Проходящий мимо человек задел меня плечём и резко обернувшись я толкнул его в спину так что он сподкнулся и чуть не выронил сумки сжимаемые в руках. Зло обернулся, взглянул мне в глаза, замер на секунду и неговоря не слова зашагал прочь, словно ничего и не случилось. Вот только спина явна наприжена, словно боится удара.
  Я улыбнулся и пошёл в противоположную сторону меряя шагами тротуар.
  Изменился ли я? Нет. Изминился ли мир? Нет. Изминились правила.
  Что вы будете делать если оказались в безвыходном положении, надежды никакой нет - а есть заряженый пистолет. В такой ситуации часть побоится дотронуться до оружия, другая же часть застрелится.
  Я же взял бы оружие и пошёл отстреливать всех подряд. Когда всё подходит к концу, всё в мире теряет смысл - не остаётся ни друзей, ни невиновных, ни любимых.
  Никто не будет горевать по тебе, никто не осознает своих ошибок узнав о твоей гибели.
  Но вот покрайней мере на короткий срок у меня будет ощущение, что рушится не только мой, но и весь этот проклятый мир. Ужас на их лицах. Судьба в моих руках. И ощущение неуязвимости от тиканья секундой стрелки часов отсчитывающей оставшееся мне время.
  Кто то вышел на улицу, а с крыши кирпич на голову. А ведь он никогда не задумывался об этом, с пренебрежением относился к каменщикам и смеялся над глупыми касками.
  И вот вышел на улицу, довольный собой, гордый - а в лицо дуло пистолета, а на другом конце ещё одно лицо - моё.
  Сострадание, батюшка, это не роскош - это навык необходимый для выживания.
 Вы не имеете контроля над обществом частью которого являетесь, но ответственность за него всё же несёте. А я объявляю этому обществу войну. Никто не знал. Баю бай. БУХ!
  Сжигать мосты нужно качественно. А то ведь идя по выбранному пути захочется обернуться - взглянуть назад, и окаменеть навеки?
  Нет. Прочь глупая злость! Кто ты такая чтобы диктовать мне что делать? Тьфу! Эмоция основаная на прошлом зле. А у меня нет прошлого. Значит и злиться мне не на что.
  Правила игры изменились, но из за этого только и стало ясно что всё происходящее - игра. Пора делать ход. По законам мира - я враг. Я предатель пускающий противника на свою территорию. Я обгорелые останки себя былого.
  Ну раз уж таковы законы - будем играть по правилам мира, до поры до времени.
  Просто следовать указаниям. Бросок кубика. 4 клетки вперёд. Бросок - пропусти ход - Э нет! Не со мной! - Переброс - Шестёрка. - Я стою перед дверьми знакомого книжного магазина.
  Алиса! Чёрный рыцарь на твоём поле. Мат тебе и шах Миру.
  Смотрю в отражение в витрине.
  Неужели это я?
 
 
 
  Pause//Play!
 
  Ощущение что сердце бьёт в ломаный ритм дикой мелодии гоня по венам красное - не кровь, пламя - словно спец эффект из очередного голивудского боевика - реактр в центре базы взорвался и ты видишь несущееся по корридорам беспощадное пламя - всего миг, но его повторяют и показывают с разных углов снова и снова.
  Вообще время теряет значение - есть череда событий с помощью которых можно вести отсчёт - шаг, взрыв, удар сердца, поворот камеры - а между ними бесконечная пустота не вошедшая в кадр и моё сознание имеющующее всю вечность для принятия решения и перехода к следующему мгновению оканчивающимся такой же пустотой.
  В глазах вспышки повторяющихся взрыров а в голове только ритм саундтрека придающий всему происходящему смысл.
  Сознание, выражение лиц персонажей, крики боль и ужас - ничего не имеет значения - всё идёт правильно, как должно - пока мелодия соответствует происходящему.
  Жизнь уложенная в четыре минуты знакомой музыки - начинающаяся ещё до первой ноты - мы знаем мелодию наизусть и нарастающая в предвкушении гитарного проигрыша и кульминации конца. А потом?
  Random.
  Там будет видно.
  Любое сумашествие абсолютно нормально пока играет музыка. Некоторые народы считают что человеку дарован дар слышать мелодию жизни - и худшей участью считалось бы перестать внимать ей.
  Цивилизованный же человек привык не прислушываться к звучащей вокруг музыке а жить в такт медленному, почти не слышному ритму городского быта. Незамечая этого шагая в строй с миллионами таких же людей отбивающих этот ритм.
  И потому когда вдруг сталкивается с собственной индивидуальной мелодией, это чаще всего оказывается шоком для него - нитерпретация хромает, понимание искажено, единственное что остаётся - боль от столкновения непривычного с вечной мелодией прожитых лет и желание действовать в ритм - наперекор всему, в урон себе, слабым нетринерованным телом и сознанием следовать губящему танцу родившемуся невовремя и в не правильной душе.
  И вот ты сумашедше улыбаясьи кивая головой в такт музыке шагаешь по улице.
  Мой танец не из движений - из действий. Пришёл. Увидел. Победил. Улыбнулся. Сорок секунд до конца.
  Я открываю дверь книжного магазина, Сергей смотрит на телефон - ждёт звонка. Форлорт сидит закинув ноги на стол листает документы. Михаил в белом плаще смазывает оружие. Юля смотрит на телефон, отводит взгляд - нужно закончить рисунок. Стражински пустым взглядом уставившись в стену сидит за своим письменным столом. Совесть спит. Алиса в подсобке магазина слышит звонок колокольчика на открывшейся двери.
  Оглядывая помещение я беру со стойки книгу с закладкой - наверно, ту что читает Алиса и сажусь в удобное кресло в середине помещения. Юля удаляет непонравившуюся линию, потом решает по другому и выбирает в менюю опцию Undo. Михаил встречается взглядом с настоятелем и тот кивает ему в ответ подтверждая его мысли. Сергей уворачивается от удара демонстрируя ученикам правильную технику ухода от атаки. Совесть спит. Стражински закрыл глаза. Алиса идёт в холл магазина.
  Я достаю из кармана зажигалку - откуда? Не моя, не курю ведь. - вырываю из книги лист не смотря на название, подношу его к пламени и смотрю как он чернеет, на секунду становится прозрачным и лизнув мои пальцы огнём рассыпается пеплом. Михаил вставляет обойму и смотрит на новые электронные часы на руке - у них у всех такие. Сергей забыл о телефоне, он целиком и полностью сконцентрирован на выполняемом комплексе. Юля сворачивает окно и открывает оригинал фотографии служащей образцом. Совесть спит. Стражински, всё ещё с закрытыми глазами начинает мелко дрожать - движение от пальцев рук переходит в предплечья грудь а потом передаются и всему телу. Алиса стоит на пороге в недоумении глядя на меня и вырывающего из книги очередной лист. Каюши расправляет волосы давая ветру подхватить их и пригинается чтобы очередная балка с проводами не задела её усевшуюся на крыше несущегося поезда. Слэйер улыбается и повторяет выученые фразы - снято!
  Я улыбаюсь и поджигаю сжатый в руке лист, пламя жадно лижет пальцы. Подхожу и с силой сжав запястье Алисы вкладываю туда догорающие останки - она невольно пытается отдёрнуть руку, раскрывает пальцы и из ладони сыпится лишь чёрный пепел - не осталось ничего, ни ожога, ни клочков бумаги, прах развеян воздухом.
  -Кто ты? - вопрос который она хочет задать, но задаю его я. 2 минутты 43 секунды. 12 секунд припева. Ритм ускоряется.
  Щелчёк передёргиваемого затвора. Удар, перемещение, удар. Undo, Undo, Redo?
 Звук аппарата отсчитывающего пульс. Сухие пальцы с силой вцепляются в подлокотники кресла. Попытка вырваться из захвата. Тяжесть слишком большого меча за спиной. Дамская сигарета сжатая в тонких пальцах.
  -Кто ты? - сжимаю запястье сильней. Уже два человека поймано в эту мелодию. Бежать не куда и она это знает. Испугано смотрит в глаза по молчит.
  - Какая роль предусмотрена тебе? Не лги, не поверю!
  - Гад!
  - Я не выбирал правила. Что ты знаешь о происходящем?
  - Ты не имеещь права! - крик боли, я отряхиваю руку только что хлустнувшую её по щеке. - Ты сумашедший!
  - 3...2...1... Вступает хор. - я гляжу её в глаза. - Я ничему уже не верю. Не верю в случайности. На чьей ты стороне? Заодно со Стражинским?
  Отрицательный кивок.
  - Програма как я?
  Нет.
  -Первая? - молчание, отчаянный взгляд. - Чужая здесь.... ясно. Да ничего не ясно.
  Не важно. Игра всегда велась в слепую, так что бессмысленно сейчас менять правила. Я не блефую - я ставлю всё на шанс дожить до полуночи и может узнать что то большее о происходящем вокруг.
  Толкаю Алису в кресло в котором только что сидел сам. Я повышаю ставку. Там будет видно удасться ли сорвать джекпот или же совершил ошибку поставив на кон Всё. Опции выйти из игры у меня не было никогда.
  Вот стопки книг в углу ещё связанных шнуром. Я беру со стойки ножници и перерезаю веревки - Алиса не сопротивляется когда я связываю её - лишь смотрит в пустоту словно увидела призрака - прошедшего года или грядущей беды? Она слышит тоже что и я, я уверен.
  Раскладываю книги вокруг кресла, образую странную пентаграму, вырываю страницы - раскидываю их вокруг. Всё готово. Жизнь - поэзия действия. Поэтому бессмысленно пытаться добиться ненужных слов. Единственный ответ на который я могу надеятся - ответ действием.
  Беру Алисин сотовый, новая модель с камерой. Зажигаю один из листов и кидаю в угол - вокруг мгновенно вспыхивает пламя, но быстро прогорает оставляя лишь пятна пепла на деревянном полу - не пойдёт.Занавеска - точно. Теперь огонь прогорает не так быстро, медленно, неохотно продвигается по бумажным обоям - загарится ли карниз?
  Алиса не кричит, не двигается. Взгляд растерян, она всё ещё не осознает ситуацию в которой оказалась. Её фигура - тёмный силует на фоне объятой пламенем стены на заднем фоне. Такое короткое видео я и снимаю на сотовый в конце поворачивая его к себе и давая захватить в кадр мой лицо с отблесками плоамени в глазах.
  Отправить видео Сергею и смотреть защищена ли Алиса правилами, какую роль играет он в этой комедии, и насколько правящей стороне нужна моя фигура на доске.
  Рыцарь поставил шах обоим игрокам. Не пат. Апокалипсис?
  Выхожу прочь. Алиса раскрытыми от ужаса глазами смотрит на медленно подбирающееся пламя - пока ещё даже нет удушлигого дыма, бумага прогорает легко - но она знает что он придёт. Сергей оглядывается на звенящий сотовый - пришло сообщение. Юля выклюбчает компьютер и берёт свой телефон, набирает номер. Михаил на коленях - в молитве. Стражински пришёл в себя - листает на мониторе картинки с камер наблюдений вокруг дома. Совесть спит. Каюши встала во весь рост и направилась к локомотиву несущегося поезда. Слэйер выронила сигарету, расширила глаза, прислушивается к чему то.
  - Алло?
  - Здравствуй, ну как сегодня?
  - Как договаривались.
  - Ну тогда пока! - улыбка по беспроводной связи. Юля кладёт трубку. Сергей смотрит на экран - входящее сообщение - видео.
 
 
  ***
 
  Slayer.
  Эмеральд Старрэйн Дрэйк - такое имя стояло у неё в паспорте. Целое поколение американцев взяло моду придумывать своим детям оригинальные имена "со значением" за что до конца своих дней заслужили их презрение.
  Представьте как на вас будут смотреть люди, когда знакомясь представляетесь:
  - Очень приятно, Космическая радуга. - протягивая руку для рукопожатия и так и держа её в воздухе пол минуты пока до собесебника доходит сказанное. Или например - Принцесса Ангелов, Сапфирная надежда...
  Неизвестно чем два человека зачавшие тебя думали выбирая такое имя, но если его не сменить половина дорог навсегда останутся для тебя закрытыми в терпимом, свободном и до шеи занятьм борьбой с дискриминацией королевстве соодинённых штатов Надежды.
  Друзья звали её Эмстар. Недруги - хэмстер. Фэны, под псевдонимом - Эмбер.
  Мир знал её по сущности - Слэйер.
  Она целенаправлена шагала по волнам залива, прочь от материка, платье промокшее насквозь, полускрытая зависшей над водой пеленой тумана. Голые ступни касаются и чуть погружаются в воду - как будто под рябью волн плоскость дна по которой она шагает.
  Вот ещё один вертолёт. Пытается залететь спереди, заснять крупным планом для новостей. Слишком много их здесь, как мух, жужжащих вокруг, боящихся подлететь слишком близко чтобы волнами от винта не нарушить удивительный феномен.
  Слэйеру не было дела до них. Ничто на этой планете не имело значения кроме предназначения.
  Она услышала зов во время сьёмок на одном из пляжей восточного побережья, наделав не мало шуму когда ни с того ни с сего зашагала в море - её чуть не бросились спасать, думали идёт топиться, мало ли что этим звёздам взбредёт в голову. Личность творческая - создание хрупкое.
  Она усмехнудась про себя, не позволив улыбке пробить маску её прекрасного сконцентрированного лица.
  Краем мозга она осознавала сообщения репортажей бурлившие не хуже волн во время бури в радиоэфире вокруг неё.
  "Божественное откровение! Экстрасенсорные способности, левитация. Инопланетяне. Секретные разработки пентагона. Конец света. Антихрист. Большой обман".
  Когда пришёл зов мир вокруг словно померк - превратившись в отвратительное чёрно белое кино. Она смотрела вокруг и видела разлагающиеся полумёртвые каркасы людей ходящих по съёмочной площадке. Безжалостные радиоактивный круг солнца в загазованном небе. Токсичные воды залива выносившие мутировавших рыб и мусор творения человеческих рук.
  Тот кто придумал этот мир был сумашедшим. Психом которого нужно было держать под замком, в дали от мест где он может натворить бед. И судя по всему он пытался сбежать, снова.
  Она рада была покончить с отвратительным и жалким существованием в роли жителя этого мира которое влачила до сих пор неосозновая этого.
  В голове звучала знакомая с момента создания мелодия - гимн конца. Гимн справедливости, гимн расплаты. Гимн пророка Горького Конца - её гимн.
  Она раскинула в стороны руки и невидимая волна разметала по потемневшему небу игрушки вертолётов заставив их взорваться огнеными шарами на секунду наполнив радиоэффир дикими криками.
  Единственное чего её не хватало - забытых на пляже сигарет. Не по глупой людской зависимости - а просто хотелось почувствовать перед собой элемент родной стихии - огонь, вдохнуть глубоко в лёгкие дым и не выдыхать наслаждаясь горьким жаром разливающимся по телу.
  Обычно она не играла в боевиках, предпочитая рлмантические роли - но на этот раз предложение было таким от которого невозможно отказаться.
  В расплату за одну выполненую работу к ей предлагали дымящиеся руины этого жалкого мирка. Воистину, вселенская щедрость.Первый долго ещё не оправится от её удара собирая осколки сознания чтобы попробовать воссоздать этот сон.
  Убить она его не могла, но этого и не требовалось.
  Над головой с оглушительным грохотом пронёсся реактивный самолёт. Быстросъориентировались из разряда интересного феномена переведя её в категорию неизвестной опасности. Вот теперь можно и улыбнуться. Уверена что эту улыбку сейчас транслируют со спутника и те кто видит эту фигурку шагающую по холодной глади моря сейчас в ужасе замерают. Концентрация воли и она миллиардами своих глаз смотрит с включённых экранов телевизоров во всём мире высматривая свою жертву.
  Здесь. Она останавливается и словно поднимая большой груз поднимает левую руку. Смена стадии - глаза вспыхивают синим огнём.
  Разгоняя волны из глубины перед ней поднимается громада подводной лодки.
  Она вдруг резго разгоняется бежа по волнам к чёрным металическим стенам с которых всё ещё с шумом стекает вода - лодка уже выше уровня на который может всплыть нормальным путём.
  Снова панические крики. Антена связи испаряется в на мгновение возникшей синей дымке не оставляя и пепла. Так то лучше.
  Тонки пальцы касаются корпуса металического гиганта и медленно но легко как бумагу, вминают метал внутрь - только раздирающий душу скрежет никак не вяжется с этой картиной.
  Прижимается всем телом к металу и словно погружается внутрь, исчезает за слоями железа - вспышка там где она была взрыв и искарёженные осколки вылетающие наружу. Она уже шагает по узким коридорам подводной лодки. Капли стикают с волос и мокрого платья на решетчатый пол. Вспышки сирен. Красные тона нравятся ей.
  Удивлённое лицо матроса выбежавшего из за поворота вспыхивает разноцветным пламенем которое словно дивое существо накидывается на него подирая кожу, на миг оголив череп, ныряет через прозженую дыру в том месте где были глаза - вспыхивает изнутри - свлим зрением она видит как пламя наполняет изнутри кости. Не нудно - отпусти. Тело рассыпается в прах и искра падая на пол уносится по коридору - к следующей жертве.
  Запертый отсек. Дверь просто исчезла мгновенно аннигилирована словно ей никогда и не было. Два кресла с обгоревшими скелетами вопрошающе смотрящих на неё наполнеными огнём глазами. Отбой.
  Вот оно
  Опускает ладонь на пульт. Замыкание, появившееся пламя ныряет внутрь по проводам уносясь в глубь. Подтверждение на экране. Отсчёт. Глухой гром и содрогание встряхивающее корпус. Один, две, три.
  Четыре баллестические ракеты с атомными боеголовками уносящиеся в высь, одержимые и управляемые её огнём - привлекаемые её Жертвой.
  Всё же лучше не оставлять дело на слуг - нужно быть там самой. Закрывает глаза. Яркая вспышка пробивающаяся слепящая даже сквозь закрытые веки. Подводной лодки нет, лишь пепел зделавшей воду на километр вокруг чёрной. Она зависла в метре над водой но медлено опускается обратно к поверхности. Воздух не её стихия.
  Грохот очередного истребителя пронёсшегося над головой хлестнув её звуком.
  На его радаре она видит авианосец в 12 милях от сюда.
  Она может и не умеет летать - но умеет кое что другое.
  Поворот - новая цель.
  Ненавижу воду.
 
 
  Стадия Восьмая. Первый тест.
 
  Конец. Время мира кончилось ещё вчера ночью, и вся вселенная находится на последнем дыхании. Не своём, а на взятом взаймы, в последнию минуту составленным из теней потеряных в прошлом секунд, пролетевших незаметно часов, бессмысленно прожитых лет. Реальность составленна из случайно сшитых лоскутков прошлого.
  Люди спешат пытаясь закончить дела которые должны были быть сделаны вчера.
  Говорят то что должны были сказать годы назад.
  Подставляют ладони пытаясь поймать на лету утекающее каплями крови время.
  Что вселенная делает перед наступлением часа расплаты? Панически смотрит где бы ещё можно было занять в долг.
 
  Лоскутки потерянного времени складываются в дикую картину хаоса.
  Страхи из прошлого - танки давящие гусеницами дорожный указатель с надписью Техас.
  Страхи из настоящего - ответный удар, привет из преисподнии в которою через несколько часов отправится бывший вероятный противник. Не по нашей воле, но нашей рукой.
  Страх неизбежного - небо наполненное смертоносными огнями несущихся стальных птиц, опаздывающих, не догоняющих.
  Опустевшие улицы, оставленные включёнными телевизоры в витринах, стаканы трясущуеся по столу когда оставляя глубокую сеть трещин по мостовой едут пехотные броневики.
  Кто то сминает подошвой в лепёшку пустую пивную банку. На другом конце района гусиницы танка проводящие туже процедуру с оставленными автомобилями заблокировавшими мост на выезде из города.
  Город небывалыми темпами разрастается - сверху это выглядит как людская волна разбегающаяя от центра к краям и наружу - наполняя полупустые обычно дороги гомоном и шумом и оставляя эпицентр этой бури голым, вымершим.
  И девушка не замечающая ничего вокруг ,скользящая по битому асфальту на роликовых коньках, в Глазе бури, там откуда все нормальные люди бегут нестесняясь, по головам таких же нормальных людей, застревая в пробках на выезде из города, хватая то что попадётся под руку, бросая машину и бегом пешком, прочь.
  Если вы единственный человек не паникующий на идущем ко дну корабле - вы просто неоосознаёте всей грозящей вам опасности. Или же проспали эвакуацию в каюте, и теперь сонно бродите по опустевшим коридорам, погружённый в свои мысли, не задаваясь вопросами куда это все делись.
  Где то там, вдалеке, в другом районе, воющие сирены призывающие к эвакуации. Здешние молчат - наверняка сломаны уже как лет сорок.
  Шум от вертолётов несущихся над крышами. Тень на секунду скрывшая вечернее солнце, и тут же изчезающая.
  Крики толпы, гудки автомобилей. Тревожные сообщения по радио и в зависимости от удаления от центра событий и степени осознования происходящего испуганно хищные лица журналистов - вдали, в телецентре, предвкушающие небывалые рейтинги. Ближе - серые, оглядывающиеся, вздрагивающие при грохоте разбиваемой витрины за спиной.
  В эпицентре - яркие, словно радостные, размахивающие микрофоном и не успевающие выбрать самое интересное чтобы заснять на камеру - картинка прыгает с горящих машин на проезжающие мимо броневик с солдатами внутренних войск, на вспыхивающую в небе звезду противовоздушной ракеты - готовятся, тестируют на базе.
  И все подняли головы в ужасе и восхищении возможностью раз в жизни быть в первых рядах такого театра.
  Мысли бурлящие, у всех разные, текущие в разные направления, о важном, глобальном, мелком, бессмысленном. И часть людей с пустыми взглядами бродящими по улицам - у них мыслей уже нет. Только взгляд поднятый к небу.
  Вообще, впервые за долгое время, население города поголовно подняло взгляд из под ног, с грязной мостовой где он блуждал большую часть жизни, к небу - красному в огне закатного солнца с огнями ненастоящих звёзд в одночасье наполнивших небосклон и метающихся туда сюда в нерешительности до последнего момента покинуть зону бедствия.
  И девушка с короткими волосами незамячающая всего этого, уже как пол часа несущаяся на роликовых коньках, с книгой в руках, в больших студийных наушниках и с МП3 плейером закреплённом ремешком на предплечье. Не снижая скорости. Не оглядываясь по сторонам.
  Дикое зрелище для обычного времени, но не сейчас. Никому нет дела до других. Да и нет почти никого уже в опустевшем районе города по которому она несётся.
  Взгляд под ноги , на дорогу, объехать выщерблину, взгляд в книгу - зрачки ищут предложение на котором она закончила читать. Громкая музыка создающая аккомпонимент происходящему в читаемом романе.
  Она полностью сконцентрирована на том чтобы не въехать в очередной столб и не потерять место на котором остановится когда вновь поднимет взгляд. Музыка почти не воспринимается несмотря на громкость - мозг занят другим.
  И нет ничего вокруг кроме серого асфальта, букв на окрашенных в оранжевое солнцем страницах, ритма в наушниках сливающиегося с ритмом с движением ног и биением сердца, и обрывочных мыслей о своём, личном, глубоком, каким то образом умудряющимся пробиваться на поверхность несмотря на то что и так уже она исключила из своего восприятия всё не нужное, мешающее - только так можно одновременно наслаждаться скоростью, чужой фантазией на страницах, для своей не остаётся места и придающей ей жизнь музыкой. А эти ненужные, бесполезные мысли только сбивают, заставляют сходить с ритма и пытаться вспомнить о чём только что читала...
  Плавное скольжение на повороте, воспоминание от том как раньше при этом развивались за спиной волосы подхватываемые ветром. Заместо этого ускорение, чтобы придать острости движению и прогнать ненужную печаль не задающим вопросов восторгом адреналина.
  Вот и первый мост. Юля не снижая скорости въехала на неровную брусчатку деревянного мостика перекинутого через неглубокий ручей отделяющий город от парка. Тряска, попытка сохранить равновесие - перехватила книгу в левую руку, а правой зацепилась за поручень - получилось плохо, развернуло, чуть не швырнуло за бортик - в медленную воду песчаного ручья в котором видно своё отражение растеряно перегнувшееся вниз, из под кромки воды и пытающееся достать тебя рукой.
  Юля остановилась, собрав дыхание перехватила книгу и осторожно съехала с брусчатки на гладкий асфальт тропинки ведущей внутрь парка. Это ночью он страшный, а сейчас вечером, залитый золотым солнцем он словно согрет тёплым нежным огнём. Словно присел протянув руки к костру вечером. Взгляд вверх - на небе ни облачка, только огни неопознаных Юлей ночных мотыльков - вертолёты наверное. Кто их знает что там... пожар где то?
  Импульс, скольжение на одной ноге, мягкий поворот и вот она уже под сенью деревьев, в другом мире, откуда не видно ни городских огней, где уже нельзя встретить усталые стрессованые лица горожан. Здесь другие правила. Нельзя быть грустным.
  И Юля не грустна. На её лице нет улыбки, но это потому что сейчас рядом никого из друзей которым эта улыбка могла бы помочь. Она наедине с собой, в своём мире, и он не радостен, не грустен - спокоен, как гладь затерявшегося в лесу озера.
  Для других, если кто то сейчас пересечёт её путь, её лицо может показаться невыразительной маской скрывающей чувства, но это не правда - маска, это то что другие ожидают увидеть - радость, горе, реакцию. А Юле не было дел до других в этот момент.
  Вечером, у монастыря, она договорилась встретиться с Сергеем. Они были странной парой, если смотреть со стороны, чужими глазами. Ловелас с толпой поклониц и холодная странная девушка с чертями в глазах.
  Наверняка другие сказали бы, что у них ничего не получится. Что скоро сказка прекратится, что мир возьмёт своё и это окажется их моментом счастья - не их, так, одолжили на выходные, верните пожалуйста. Это волоновало других.
  Не Юлю грациозно скользящую по вечернему парку. Она знала всё что другие сказали и была согласна с ними. Ну и что?
  Вот она встретит Сергея вечером, натянет на лицо радостно счастливую маску
 чтобы облегчить ему его актёрство, до рассвета погрузится в нереальную сказку, без злодеев, ведьм, но и без счастливого конца как она знала.
  Она была бы дурой, если бы отказалась от предложеных хрустальных туфелек которые разлетятся осколками в конце сказки. Когда музыка угаснет и принц разочарованно уйдёт можно будет нагнуться и подобрать ещё один хрустальный осколок с воспоминанием, вставив его в поломаный пазл ледяного сердца. Возможно когда все осколки займут своё место, оно вновь станет настоящим?
  Вот навстречу, чуть не сбив её пронёсся велосипедист с испуганным лицом. Наверное опаздывает куда то. На свидание, к девушке. Или же получил дурные вести и теперь спешит в больницу к слегшей в приступе матери. Кто знает?
  Обижаться за то что чуть не оказалась на обочине отвиливая с его пути? Глупость. Сама виновата что вокруг не смотришь. Темнеет уже, да и в неосвещённом парке читать дальше было бы сложно - Юля кинула книгу в спортивный рюкзачёк за спиной.
  Вот виляет поворот, словно крепостые стены окружают путь деревья, создавая впечатление что едешь внутри зелёной пещеры - волшебный корридор петляющий в заколдованном пространстве леса. Пока проезжаешь ,снаружи могут пройти века, может на том конце пути длившемся для тебя всего десяток секунд - совсем другой континент, другой, неизвестной, необозначенной на карте страны?
  Вот тунель из стволов деревьев оканчивается и она выезжает на широкую поляну - сбоку от неё из заростлей вылезает ручей и с журчанием огибая вознёсшийся к небу памятник в центре поляны уходит своей дорогой вглубь леса по другую сторону. На скамейке около памятника неизвестного космонавта, как прозвали его в городе (- устремляющаяся в небо ракета, без надписей и имени где нибудь на доске в основании. Куда? Кто? Одинокий путник покидающий родную землю на пути к звёздам.), сидела старушка грустно смотревшая в воду протекающего мимо ручья. Рядом костыли, но выглядит слишком усталой чтобы ийти самой, наверное ждёт когото - думала Юля проезжая мимо.
  Ещё один поворот и ещё одна граница - деревянный мостик, на этот раз ровный, ухоженный, как и всё в окрестностях монастыря.
  Дорожка ведущая к каменным стенам, просёлочная неасфальтированая автомобильная дорога сливающаяся с ней у ворот. Следы машин но никого вокруг. Юля остановила, щёлкнула выключателем на плейере и посмотрела на часы на сотовом - ещё рано. Ну и пусть, так даже лучше, больше времени для себя.
  Усевшись на деревянную скамью у ворот Юля достала из рюкзака туфли и переобулась, убрав ролики в специальный пакет и с облегчением вытянув ноги и пошевелив в воздухе ступнями разминая мышцы.
  Взвесила на руке пакет с коньками - нужно оставить их на хранение Михаилу, не таскаться же с ними всю ночь. Она подошла к приоткрытым створкам ворот и приличия ради постучала. Не добившись ответа она заглянула внутрь и никого не заметив ступила на мощённый камнем двор монастыря.
  Вокруг не было видно ни души, что впрочем было неудивительно. Может сидят себе по кельям занимаясь своими церковными таинствами. Конечно она ожидала, что её встретит знакомый привратник, но его не было на посту - тоже вполне объяснимое явление - не Тауер в конце концов чтобы охрянять его от кого то.
  Юля достала из кармана сотовый и попробовала набрать номер Михаила. Абонент недоступен. Ну что ж.... Может оно и к лучшему - подумала она и направилась к беседке на другом конце монастыря.
 
 
  Форлорт сидел на том же месте, что он занял и при первом визите в монастырь, смотря на пустующую скамью которую в прошлый раз занимал настоятель и в уме ведя мысленную беседу с вооброжаемым опонентом.
  Он отлично знал что происходило вокруг, но всё же не поспешил как многие покинуть город спасаясь от ядерного удара, а спокойно продолжил выполнять свою работу.
  Этому было объяснение, уверял он себя. Нет смысла в такой ситуации паниковать и пытаться найти выход из безвыходной ситуации. Многие считали что их мир рушился, но он так много раз сталкивался с подобным, что привык, что крушение мира одних это всего лишь пробуждение к жизни других.
  У всех было своё предназначение и цель. И то что всем казалось адом на земле, временем хаоса и крушения всего - для других было повседневной средой, тем чем они жили, чему учились, с чем умели бороться.
  Так же, чья то смерть означавшая печаль для всех знавших человека людей, для Форлорта было всего лишь повседневным событием состовлявшим его жизнь, импульсом приводившим заржавевший механизм его управления в движение.
  Возможно кровь была смазкой? Как странно думать об этом. Но это объясняло ход мира. Кровь - чернила которыми пишется история. Да нет, что за чушь...
  Сейчас, когда он бессильно смотрел на красное таящее опасность небо, он понимал, что настало другое время.
  Время Других Людей.
  И оставалось только молится что у них хватит умения выполнить свою работу хорошо и предотвратить катастрофу или спасти то что было можно. Молиться, и как можно лучше продолжать делать свою работу, надеясь что Другие, чей черёд пришел сейчас, справятся со своей...
  Он пришел в монастырь потому что снова хотел распросить настоятеля. Его начальное подозрение нельзя было доказать, но слова монаха с которым он общался в прошлый раз натолкнули его на новую версию.
  Распросив валявшегося в больнице парня и знакомых убитого стажёра он узнал о существовании ещё одного подозреваемого подходящего под описание - парня метров двух роста, с похожим лицом, с плохим зрением но нелюбящего таскать свои очки с толстыми линзами - сокурсника убитого парня выгнанного из академии милиции. Не за плохие результаты. Не за ненадёжность - иначе бы и убитый не смог учиться там. За явную, бросающуюся в глаза одержимость. Самотрактование провосудия, несдерживаямую ярость, и постоянные разногласия с учителями и сокурсниками.
  Это было просто наитие, но Мартин хотел задать настоятелю один вопрос. Не пытался ли этот человек когда нибудь установить контакт с монастырём? Пытаться узнать больше о Хайденхантерах? Божественном правосудии?
  Скорнев жёстко указал Мартину даже не пытаться копать под Орден, из чего тот понял, что либо этим уже вплотную занята другая служба, либо же, кокой либо из кантор этот монастырь нужен. Почему? Мало ли что могло твориться в наше время в этой странной стране? Форлорт не задавал вопросов вслух. И всё же...
  Каждый охотник желает знать... Что охряняют эти считающие себя рыцарями люди, на том конце радуги.
  Поэтому заместо того чтобы бежать из города или сидеть в пустой квартире, в опустевшем, но ещё не успевшем быть заселённом призраками доме, он направился сюда.
  Почему то, он был уверен, что так же как и он, монахи не покинут город. Судя по всему он ошибся. На территории монастыря не было не единой живой души, двери заперты, окна распахнуты впуская вечерний ветер.
  Тогда почему он был всё ещё здесь? Наверное он врал говоря себе, что пришёл сюда по делу.
  Наверное на самом деле, в эти минуты немощи и бессилия, бессмлысленного ожидания, он не хотел находится в проклятом городе, погибшем ещё даже не получив удара и зиявшим ужасными ранами пустых улиц, разбитых окон и брошенными на дорогах каркасах машин.
  Здесь, в сердце монастыря, время замерло, город исчез за стенами отгораживающими беседку от того сумашедшего мира, и тишина леса не напоминала мёртвую тишину опустевшего города, переодически разрываемой рёвом сирен-банши.
  В тот раз мир был серым, скрытым плащём дождя, размытым, ненастоящим.
  Сейчас - пламя вечернего солнца придавало окружающему пейзажу вид старинной гравюры в золотых тонах.. Мартин невольно вспомнил пепельные силуеты людей вызженые на камнях Хиросимы. Станет ли его тень из праха ещё одной деталью на этой картине?
  Форлорт поднял взгляд и увидел как к беседке направляется девушка с короткой причёской, рукзчком за спиной и сумкой в руках. Не здороваясь она подошла к беседке, оглядела Мартина, и , кивнув, уселась на скамью напротив него. Огляделась вокруг, подняла взгляд к затухающему пожару неба и спокойно поинтересовалась у Мартина:
  - А где все?
  Он лишь пожал плечами в ответ, ничуть не удивившись что нашёлся ещё один сумашедший чья судьба привела его в это место также как и его в этот жуткий час.
  - Вы когото ждёте?
  Скорее жду чего то... - подумал он. Хотя... кто знает кто ещё присоединится к нам для этого пира во время чумы.
  Подумав, что он не заинтересован в разговоре, Юля перестала делать вид что ей интересно пытаться поддержать светскую беседу и усевшись поудобнее достала книгу.
  Мартин некоторое время наблюдал за ней, а потом произнёс:
  - Мартин Форлорт, следователь, я здесь так как хотел бы распросить настоятеля касаемо некоторых фактов произошежших в этом парке преступлений.
  Юля подняла взгляд безразлично взглянув на него.
  - Здесь, в этом парке недавно была убита девушка, а потом стажёр милиции являвшийся свидетелем приступления.
  Ни единый мускул не дрогнул на лице Юли. Форлорт внимательно следил за ней следуя странному наитию. Всё происходящее здесь сплелось в странный клубок, и все его концы ведут к монастырю. Случайно ли?
  - Вы часто бываете в этом парке?
  Юля кивнула подтверждая, взглянула в книгу, но потом отложила её в сторону задумавшись о чём то.
  - А когда произошли преступления? - спросила она наконец.
  Форлорт назвал её даты и пожалел, что не прихватил с собой фоторобот преступника. Услышав ответ Юля никак неотреагировала, лишь глубже задумалась о чём то своём.
  Мартин не сдержался и всё же задал интересовавший его вопрос:
  - Могу я поинтересоваться что вы здесь делаете?
  Она холодно встретила его взгляд и подумав ответила:
  - У меня здесь вечером свидание.
  Форлорт удивлённый ответом, всё же сдержался от желания задать ещё вопросы.
  Какой смысл имело интересоваться этим сейчас?
  Так молча, погрузившись в свои мысли, они сидели напротив друга, пока мир медленно погружался в вечерний сумрак. Тик так. Тик так. Мартин снял с запястья часы и несмотря на циферблат сунул их в карман.
  - Смотрите. - сказал он наконец, указав рукой в небо. Где то на горизонте по нему растеклись два радужных пятна медленно гаснущих в фиолетовом сиянии.
  Минус две. Это должна была быть попытка перехватить их в атмосфере, где то над океаном, с помощью американской установки на Аляске, генерирующей плазменное поле в атмосфере.
  Интересно, как кричат сейчас экологи оценивая нанесённый этим ущерб?
  Пересилит ли он детонацию самих ракет?
  До всех кто заметил это сияние только сейчас стал доходить весь ужас происходящего. И следующая за этим северным сиянием, ядерная зима. Мартин в ужасе смотрел, не в силах оторвать взгляд от этого завораживающего зрелища.
  Всё происходившее вокруг было реальностью.
  - Красиво. - донёсся откуда то издалека до него спокойный Юлин голос.
 
 
  ***
 
 
  Ветер. Вот кто первым приходит в места брошеные человеком. Захватывая территорию которую он никогда и не покидал, но где вынужден был подчиняться навязанным законам и где терялся в облаках дыхания перемещающихся живых масс и препятствиях запиравшими ему путь и заставлявщему метаться от стены к стене, от дома к дому, пытаясь вырваться из ловушки через щель открытой форточки или пещеру подземного перехода.
  Но сейчас, когда живой враг покинул его территорию, он ворвался обратно с яростью трепеща полы белых плащей нескольких смертных замерших на площади вымершего железнодорожного вокзала.
  Ветер ураганом завывал сдувая пыль и мусор оставленный прошлыми хозяивами, стараясь стереть память о ненавистных противниках заставивших его голос потерятся в шуме вечно бодрствующих толп и грохоте поездов приносивших на его территорию обрывки голосов ветров из других далёких мест, врывавшихся из под в щели на битом бетоне перона, смешиваясь с ним, но так же быстро затихавших истощаясь как и истинный властелин этого царства.
  Ветер жестоко бил в лицо Михаилу, разметав волосы и трепя воротник белоснежного плаща.
  Их было семеро на этом опустевшем вокзале. Поезда отсюда не вели из зоны бедствия, а соответственно и не были интересны для живой массы вытекавшей через все поры умирающего города как выдавлемая тисками кровь.
  Михаил, Грэй и Карл заняли позиции с одной стороны площади, а Настоятель, Штефан и Владимир с другой, заблокировав возможные выходы с площадки прибывающих поездов. Старик привратник переодически докладывая по рации о ситуации, внимательно следил за пультом из башни железнодорожного управления.
  Только один поезд находился на вокзале, но и он был полностью пуст, рассеча площадь напополам решёткой пыльных окон пропускавших затухающий свет проходящего солнца, бросая на восточную часть перона причудливую тень.
  Михаил проверил как ложится в руку немецкая автоматическая винтовка, оттягивающая смертоностой тяжестью правое плечо перекинутым через него ремнём. Такие же винтовки были сейчас в руках у всех кроме привратника.
  Холод оружия в руках не вызывал ни каких посторонних эмоций - ни страха, ни возбуждения, ничего. Они готовились к этому всю жизнь, но наступление долгожданного момента не волновало их.
  Не первое поколение Хайденхантеров проходило через одно и тоже испытание. Рано или поздно наступал черёд Проклятого господом увидеть свет мира и вновь попытаться погубить всё созданое Господом и ,его волей, человеческой рукой.
  Антихрист? Ересь. Просто врата для врагов творения чтобы попытаться прорваться сюда. Но было глупо бы ожидать, что Творец оставил бы своих детей беззащитными. Не их виной было пробуждение Проклятого и не их войной была борьба с ним.
  В такие моменты Ангел Мести лично спускался в Мир чтобы покарать дерзнувшего пойти против Его Воли.
  Но и Падшии Ангелы посылали Своего посланника, чтобы защитить осквернённый присутствием проклятого мир от гнева всевышнего.
  Орден должен был лишь попытаться остановить темного Стража давая время карателю найти проклятого.
  И сейчас их враг направлялся сюда и они готовили ему положеную встречу...
  Наверняка, всё это показалось бы бредом посторонним людям, но они жили в неведении, не в силах осознать правду, не в силах услышать зов, не обладая теми знаниями которыми распологал орден...
  Михаил подумал, что сказал бы ему Олег, скажи ему Михаил, что вселенная ограничена всего лишь Солнечной системой, окружённой зеркальной сферой творения, дарующуму миру Свет далёких несуществующих звёзд, фальшивые радиоволны, генерируя кометы когда, учёным вдруг приходило в голову, что она должна быть... и заставляя гадать, почему связь со всеми спутниками теряется когда они достигают этого края....
  Не так уж далеко от правды были предки считая что звёзды были прибиты к небу, а на краю мира пропасть проглатывающая всё соскальзывающее за его пределы...
  Бесконечность вселенной - иллюзия для обретших гордыню и стремящихся в даль, убивающих собственный мир в надежде на будущее, людей. Вавилонская башня построенная людьми в попытках добраться до неба, строя всё новые и новые этажи, разрывая землю в поисках материалов чтобы подняться ещё выше, камней для витых лестниц ведущих вверх, роящих глубокие котлованы чтобы подняться Ввысь - и однажды обнаруживших, что под последним, поднятым с земли камнем, который должен был занять место на вершине башни - пустота тьмы, и трещины разбегающиеся по земле вокруг этой дыры, заставляющие землю рассыпаться растворяясь в этой тьме, пластами соскальзывать вниз, в конце концов оставив только мёртвый камень самой башни парящей в полой тьме дарованного мира.
  Всякая щедрость рано или поздно кончается.
  Треск рации закреплённой слева на поясе, голос привратника в шуме помех:
  - Готовность. Прибытие через ноль тридцать.
  Михаил кивнул Грею ийти к третьему пути, хедому но высокому немцу в круглых очках, так же как и Михаил в готовности сжимавшего штурмовую винтовку в одетых в белые перчатки руках. Белая одежда была ритуальным знаком их работы. Очень скоро она превратиться в заляпаное грязью и кровью тряпьё - таков мир, таковы правила, в этом была их жертва. Никто не берёт в руки оружия безнаказанно.
  Михаил опустил взгляд к путям под переном - железнодорожные шпалы еле слышно вибрировали предупреждая о приближении железного монстра.
  Из за поворота на полной скорости несся как одержимый демоном, пассажирский состав, без зазженных огней, зияя мертвыми окнами и железным руком содрагая землю вокруг.
  На крыше локомотива выпрямившись в полный рост виднелся ситует девушки подростка с аспущенными подхваченными ветром волосами. В вечернем сумраке её было не очень хорошо видно, только поблесковала холодным отражённым светам лезвия длинного загнутого меча в её руках - слишком длинного для её роста.
  Карл, второй подчинённый Михаила, вскинул на плечё ракетницу целясь под ноги приближающейся фигуре, но тут Михаил среагировал крикнув Карлу и Грею разбежаться - состав и не думал замедляться, со всей скоростью несясь к концу пути.
  Михаил бросился прочь стараясь успеть спрятаться за бетонной стеной будки продажи билетов недалеко от перона. Защита явно не лучшая, но выбирать времени не было... секунду спустя с состав с оглушительным грохотом врезался в бетонный вал в конце пути, скрежет метала и раздирающий душу скрип - краем глаза он заметил как тонкая фигурка соскачила с крыши вагона, который врезавшись смялся в гармошку, но потом ему пришлось упасть наземь, прячась, так как следовшие за локомотивом вагоны от удара выкинуло на перон, и первый из них проскользил по бетону прямом мимо Михаила, снеся одну сторону будки и осыпав его осколками камня и стекла.
  В голове всё ещё стоял звон, когда он через несколько секунд всё же смог подняться, плащ был порван в нескольких местах, а в плече глубоко засел осколок метала, судя повсему отлетевший от искарёженного вагона.
  Он развернулся стараясь найти умудрившуюся пережить столкновение девушку, и только мгновение спустя заметил блеск её катаны в и странные вспышки озаряющие вечерний сумрак с той стороны гле она находилась.
  Что за... это же стреляют, должно быть группа Настоятеля, но почему ничего не слышно?
  Девушка спряталась за руинами покарёженного киоска скрываясь от пуль решечивших наполненный неуспевшей осесть пылью воздух. Как раз на линии огня подумал Михаил и только тогда осознал, что не сжимает в руках автомата - искарёженное оружие валялось в пяти шагах, под обломками будки служившей ему укрытием.
  Девушка, судя по всему молодая азиатка, не рвалась под огонь, перебежками от укрытия к укрытию стараясь приблизится к выходу из площади.
  Обернись! - крикнул Михаил Штефану незамечавшему подкрадывающейся опасности, но не услышал своего крика. Блеск взмахнувшего лезвия и и его тело медленно падает на усыпанный осколками стекла бетон. Нет! Вот он встаёт, жив, как?
  Михаил увидел как исчез силует девушки, и рядом с телом другом выпрямилась во весь рост полная его копия. Она умеет менять форму, знают ли соратники...
  Штефан вышел из за укрытия за которым сидел и спокойно подняв автомат прицелился во Владимира высматревавшего исчезнувшего пртивника. Михаил крича во всю силу лёгких кинулся к противнику пытаясь привлечь внимание к себе. Бесполезно. Вспышка выстрела - по белому плащу Владимира расплывается уродливое красное пятно, винтовка упала на бетон, а за ней и уже мертвое тело.
  Щелчёк. Ещё один выстрел - этот Михаил уже услышал, слух потехоньку возвращался. Со стороны башни. Но у привратника вроде нет оружия?
  Щелчёк. Громче. Лже-Штефан уронил винтовку и сжав в руках неизвестно откуда появившуюся катану обернулся высматривая источник опасности. Плащ не плече был порван, но крови не видно.
  Столбики пыли взметнувшиеся под его ногами .Настоятель определил изменение противника и пытается срезать его прицельной очередью. Не расслабляйся, усмехнулся Михаил, пытающийся незаметно подобраться к автомату Штефана упавшему на пути.
  Изменение - теперь это снова девушка, бежит на встречу настоятелю,наклонившись и сжав катану перед собой, игнорируя град пуль направленных в неё. Снова хлопки сзади, из башни. Неужто это Грей или Карл забрались туда? Михаил оглянулся - нет, вот Грей, с разбитыми очками, безжизнено сидит у стены, придавленный вылетевшей дверью вагона. Карл как приказано занял позицию у противоположного выхода с вокзала. Тогда кто?
  Азиатка словно зачарована от пуль. Настоятель бросил бесполезный автомат - времени перезаряжать нет и бросился ей на встречу сверкнув вынутым из под плаща лезвием. Старинный клинок как знал Михаил, наследие рыцарей ордена из прошлого.
  Лязг стали, меч настоятеля столкнулся с катаной, высеча искры и как ни странно не сломав её - да и нет уже катаны, сжимая два одинаковых меча с одинаковой гримассой на напряженном лице стоят две копии настоятеля.
  Замешка. Больше нет выстрелов сзади, лишь на секунду. Неизвестный стрелок разрешил ситуацию просто, переключившись на автоматический режим стрельбы и прочерчив очередь через обе фигуры.
  Мгновение и одно лезвие треснуло перебитое пулей, которая отлетела и ещё раз срикошетила от бетона, ещё мгновение и один из настоятелей падает на колени обхватив руками рукоятку меча противника - катаны.
  - НЕТ! - это должно быть голос Михаила, он он сам не узнаёт его, впервые потеряв контроль, дав разрушающему вихрю бурлящей на площади ярости подхватить себя, кинувшись на противника.
  Снова девушка, она пинком отстранила тело настоятеля от себя, и побежала к свободному теперь выходу, с той стороны вокзала.
  Михаил резко развернувшись и сорвав с пояса рацию проорал в неё, молясь чтобы она не была повреждена:
  - Руби! Восток!
  Неизвестно услышал его привратник за пультом, или съориентировался сам, но через пол секунды, за спиной Михаила раздался оглушающий взрыв на мгновение озаривший площадь ярчайшим светом и в очередной раз осыпав его осколками и швырнув наземь.
  Не теряя времени он поднялся и взглянул туда, где теперь дымились руины входа в подземный переход ведущий прочь с площади. Невредимая девушка стояла смотря в огонь, охваченая странным вихрем кружащем осколки вокруг неё, и медленно ослабевая расшвыривая их прочь от её фигуры.
  Она обернулась. Теперь остался только один выход, ей придётся пройти через меня, думал Михаил который уже неооборачиваясь несся к оставшемуся с площади выходу, ведущему через здание вокзала. Пути завалены перевернувшимися вагонами, переход взорван - она должна попытаться пройти здесь.
  Порыв ветра за спиной заставивший Михаила резко развернуться, слишком быстро она достигла его, взмах меча и... яркое свечение пламени вдруг вспыхнувшего на том месте где они находились. Не от неё - это странная аура охватила фигуру Михаила в защите подставившего руку под лезвие катаны. Что за?
  Расширившиеся в понимании глаза девушки уставившейся на него. Он вдруг понял - сейчас их силы равны. Сейчас она не сможет сопротивлятся. Он не сможет убить её, но задержать.... Он перехватил её запястье с мечём - сейчас я неуязвим для тебя, что бы это ни значило, не правда ли?
  Неуверенность, попытка найти решение в её глазах. Это же ребёнок, не старше шестнадцати, и сейсас она для него та кто является на самом деле - слабый подросток, не в силах вырваться или атаковать...
  Серия хлопков. Осколки бетона от пуль попавших кудато под ноги. Удар по плечу сзади, Михаил удивлённо посмотрел на пятно крови расплывавшееся по плашу под правым плечём. Пламя ауры погасло. ИДИОТ. - проклял он со слезами разочарования на глазах, стрелка в башне. - КРИТИН. Я же держал её...
  Девушка сбросила его руку со своего запястья и кинулась к выходу.
  Взрыв.
  Поздно. Шанс упущен. - плакал Михаил бессильно лежа на асфальте. Теперь есть только один путь... Зажав рану левой рукой он с трудом поднялся с бетона и не увидев сбежавшей девушки, направился к покосившемуся дымящему зданию вокзала...
  Свой шанс атаковать они упустили. Теперь нужно было готовится к защите.
 
  ***
 
  Мир катится ко всем чертям.
  Я усмехнулся, представив как шар размером с планету с грохотом катится по аду давя визжащее от ужаса войско Сатаны. Так им и надо. Что хотели то и получили. Выдернуть чеку из лимонки и кинуть в руки другим с криком 'Лови!'. Подарить израненую, на последнем издыхании, агонизирующую реальность силам которые на протяжении вечности основательно подтачивая опоры и расширяя трещины пытались вывести её из равновесия и заполучить в свои руки.
  Этот день принадлежит Вам! Распишитесь в бланке о получении одного мира, укомплектованного атомной войной, концом света ровно в полночь, свихнувшимися поэтами в кол.ве. одной штук, двумя бездомными драконами, преданной дружбой, счетом за доставку и предписанием об экологически безопасной утилизации в течении двух часов так как данный участок пространства требуется для строительства следующего объекта, по исправленной и более современной технологии.
  Если верить Стражинскому - в прошлой жизни я был собой. К сожалению, в следующей тоже. Сверим часы. Часы остановились. Что вы говорите, у всех? Ну и хрен с ними. Время в любом случае понятие абстрактное, и я не достигну конца прямой пока не пройду через все образующие её точки. Или вы куда то спешите?
  Я вопрошающе поднял взгляд и посмотрел в лицо ещё одному из потерявших волю... нет, надежду... нет, волю к надежде и надежду на то, что усилие воли ещё что то может изменить...
  Большинство людей уже покинуло проклятый город оставив только таких вот бессмысленно бродящих по улицам, застрявших в вязком времени, ожидающих конца бедолаг и сумашедших типа меня.
  'Я! Я во всём этом виноват! Прости меня, Господи! Не гневайся на детей своих. Дай мне принять вину и наказание на себя! Сними моё проклятие с невинных!' - это бородатый мужик уголовного вида вдруг упав на колени у разбитой витрины из которой только что выносил ювелирию, осатанело глядит в небо и истово молится.
  Даже сумашествие у нас - похожее. Вот только у него мания величия, так как главный герой сегоднешнего представления несомненно я. Они все остались здесь потому что не знают куда ийти. Не верят что есть куда направится. Как собаки перед землятресением, чувствуют, что бежать бесполезно - и не в тупых ядерных боеголовках опасность, не в войне, не в разрушениях - что то большее грядёт.
  Я же гуляю по городу спокойно, словно хозяин. Да я и есть хозяин этого мира оставленный присматривать за ним в отсутствие демиурга. И не беда, что конюшни уже пылают, а скоро займётся и веранда. Всё застраховано и по возвращении хозяина будет отстроено заново, лучше, со свежей не облупившейся краской, не прогнившими досками, не битыми стёклами.
  А прислуга и челядь...а что прислуга? Нанять новых, разве проблема? Нет, и пусть горят если нет ума покинуть пылающую усадьбу.
  Попробовать вынести чтонибудь ценное, сохранить от беспощадного всепожирающего огня?
  Дружбу? Что толку спасать то чем ни разу не пользовался. Так хоть проверишь на прочность, узнаешь цену словам и как далеко простираются границы этой самонадеянной лжи.
  Любовь? Так это она и подожгла этот дом. Тем что свеча чувст, упав со стола, не погасла, не прогорела сама по себе тихим пламенем, а в эгоистической боли переметнула языки огня на разметанные ветром по полу листы документов, на покрытое лаком дерево мебели - ярким светом и жаром наполненого болью крика став сильнее чем никогда и тем самым спалив себя и всё вокруг.
  Последним дыханием дав жизнь искрам ненависти.
  Прав был Нерон. Настоящее вдохновение приходит когда ты смотришь на объятые пламенем развалины своего города. Вот только это должен быть именно ТВОЙ город, ТВОЯ боль, ТВОЁ прошлое.
  Я медленно брёл по линии в середине автомобильной дороги направляясь к дому Стражинского. Объявшее город пламя заката уже угасло и улицы были скрыты пеленой серого мрака, ещё не погружающего всё вокруг тебя во тьму, оставляя на островке осязаемой реальности, а лишь скрывая детали, размывая границы видимого, заставляя буквы на вывисках и указателях превращаться в незнакомый, нечитаемый чужой алфавит чужой страны - пока не подойдёшь вплотную
  Было пугающе тихо. Ни шума машин, ни сливающихся в нераспозноваемый но всегда присутствующий фон звук тысяч голосов. Только вдруг ставшее отчётливым завывание ветра и непривычно громкий, бьющий по перепонкам стук собственных подошв по асфальту.
  Я хотел было снять ботинки, и остаток пути, пройти по этому вернувшемуся к изначальному состоянию незаселённому миру босяком, но взглянув под ноги оставил эту идею. Заместо этого подошёл к витрине магазина на обочине и стараясь прервать тишину инородным звуком с размаху ударил локтём по стеклу. Вопреки моим ожиданиям, оно не разлетелось сверкающими осколками, а лишь чуть качнулось, поглотив звук и частичку моей ярости. Ну и фиг с ним. И не надо. Можете доказывать мне мою беспомощность и безполезность хоть до конца времён. До скорого!
  Я вновь зашагал, всё глубже погружаясь в тень надвигающихся домов. Это не правда. Я не пешка, не безвольная фигура на доске. Я сделал свой ход, и просто сейчас вынужден в бездействии ждать ответа противника... таковы правила, чтоб их!
  Жду реакции. Если получится так как я хочу - ответной, дающей что то понять из происходящего, глубже заглянуть в память Охотника которая так не к месту стала моей. Соотнести сказанной Стражинским, с тем что знал противник занимающий моё место.
  Если не получится - то цепной, сжигающей все вокруг и заканчивающую игру для меня и всех присутствующих фигур. Откладывая повторениее партии на неизвестный срок.
  Если получится не так - мы просто сделаем вид, что этих глупых ходов небыло и отставив фигуры на раннии позиции продолжим игру как ни в чём небывало.
  По улице разнёсся траурный колокольный звон - как нельзя кстати , последняя деталь которой нехватало для окончания этой картины сумашедшего художника - город призраков погруженный во мрак, освещённый только дорожными фонарями - окна домов не горят. Все покинули его, и только одинокий путник медленно шагает по опустевшим дорогам, сопровождаемый вездесущим Ветром и траурной мелодией отпевающий погибающий мир.
  Я снял телефон с пояса и взглянул на экран, уже зная что я увижу. Номер Сергея. Трубка снова завибрировала в моей руке, и подождав секунду, я всё таки нажал на кнопку принятия звонка.
  Тишина. Мы оба молчали, слушая эхо собственного дыхания на том конце линии.
  - Она жива. Соседи заметили пламя и освободили её вовремя. - странный, без выражения, голос Сергея. - Наглоталась дыму, но вроде ничего серьёзного.
  - Это имеет значение? Сейчас? - горько усмехнулся я в ответ , посмотрев на небо.
  - ДА! Только это и имеет значение!! - вдруг взорвался он. - Только это и важно! Пусть всё рушится - это не твоя вина, но то, что ты сделал - обясни мне... Почему?!
  - Ты уверен?
  - Что? - переспросил он.
  - Что то что происходит - не моя вина? Откуда ты знаешь? Всё моя вина, по независящим от меня причинам. Но мы ведь всегда невиноваты в том что делаем и том что происходит? - пауза, я остановился посреди улицы, там где не горят фонари, только экран телефона бросает свет на лицо.- Или все таки виноваты? Бездействием? Незнанием? Безразличием?
  - Заткнись урод! Ты знаешь о чём я говорю - не уходи от ответа! Почему?! Как ты мог? Я всегда был твоим лучшим другом...
  - Теперь больше нет? Эта связь порвалась в момент когда ты увидел то видео?
  Сергей замолчал на минуту, видно мой вопрос заставил его задуматься.
  - Не знаю... - тихо ответил он. - несмотря на всё, ты мой друг, сумашедший поступок врядли мог что изменить... но, мне будет жалко убивать тебя...
  - А это то что ты хочешь?
  - Да. Это что чем я обязан тебе как друг. Прекратить существование монстра которым ты стал.
  Я усмехнулся, услышав то что и ожидал:
  - Знаешь. Что стало с нами и миром если мы оба оказались на путях ведущих в пропасть...? Я знаю... могу предсказать то как ты сейчас думаешь, и что страшнее что следующим придёт в голову мне, и почему то что происходит сейчас - правильно.
  Я - приятный парень, а ты - хороший человек. Какова разница? Она огромна, и так страшна, когда осознаешь...
  Я никому не держал зла, я не делал ни добрых ни плохих дел, жил несомый течением, пуст, лист на ветру - внимая в себя окружающую радость и злость, и ничего из этого не делая своим.
  И вот настал Крах. Ситуация, когда всё рушится, когда мир заполняется злом и необходимость становится выше принципов. Когда люди вынуждены принять сторону - стать негодяями в чёрной броне, борясь за выживание отбросив лицемерные принципы, и на тех кто предпочли белый цвет - на самом деле, возможно более жестокие, те кто лгут себе и миру пытаясь выдать это за добро?
  Ты стал белым - человеком с принципами, рыцарем в сияющей броне, тщательно очищенной от крови жестоко убитых людей с твоей позиции названных Врагами.
  Лгущий и принимающий меньшее зло во имя того, что ты считаешь правильным. Вот и сейчас, следующий с мечём по моим пятам...
  А ведь я даже не смог быть честным с собой, отринуть всю навязанную цивилизацией ложь и сказать что то, что я делаю - единственный путь, то как мир работает по настоящему. То как жизнь выглядит если не лгать себе пытаясь скрасить её.
  Нет, я не принял и эту сторону. Ведь я был пуст - во мне нет и уверенности во лжи которой следуешь ты, и я не готов открыть глаза... я снова повис между мирами, пустой, лёгкий словно воздушный змей, гонимый ветром...
  Почему я сделал то что сделал? Не со зла, которого нет. Не следуя своей вере в право одних людей жить , а других умирать - так как делаешь ты.
  Я просто хотел узнать... обе стороны. Мой ход - твой ответ.
  - Всё не так как мы верили. Всё заканчивается неожиданно, сумашедше и глупо. У тебя нет этого чувства, что... это всё? Черта уже перейдена, и всё что происходит сейчас, просто последнее движение шестерёнок сошедших с осей, скрежешащих, слетающих - последний импульс агонии в сломанном механизиме? - после паузы ответил Сергей.
  - Игра по сошедшим с ума правилам... Игроки ушли, а фигурки продолжают двигаться по сломаной доске?
  - Да... помнишь, как тогда...в детстве...
 
  Мы играли в недетские игры
  Мы мечтали чтоб стали взрослей
  Воевали корявыми палками
  Заменявшими нам блеск мечей
 
  Мы стремились к запретным высотам
  Шли вослед настоящих страстей
  Мы считали, что были свободны
  Шаг за шагом теряя друзей
 
  И мечты позади оставляя
  Всё во имя великой игры
  Оказалось что нами играли
  И теперь не сойти нам с доски
 
 Он замолчал, и я продолжил сочинённые мной когда то в детстве строки:
 
  Расшвырнуло по разные стороны
  Ты на восемь, а я - на один
  Оба пешки, на белом и чёрном
  Мы стобою - один на один
 
  И на сей раз мечи настоящие
  Настоящая красная кровь
  И с высот тех видна нам лишь пропасть
  И в глазах твоих вижу я злость
 
  И клинок свой с земли поднимаю
  И шагаю навстречу судьбе
  Я устал, я тебя понимаю
  И прощаю удар, но...
 
  - Ты так никогда и незакончил этот стих. Где ты?
  - Хочешь узнать как он продолжается?
  - Хочу закончить эту игру.
  - И всё ради того, чтобы отомстить за того кого ты защищаеш?
  Молчание. Гудки в трубке... Ну, тогда пусть нас рассудит судьба. Если на то её воля - ты меня найдёшь...
  Я повесил телефон обратно на пояс и осмотревшись, направился к дому Стражинского.
  Вот уже и старая колокольня возвышавшаяся за ним - молчит. Также темна и мертва как и весь город.
  Вхожу внутрь. Дверь нараспашку, свет не горит...Стражински всё в той же позе, склонив голову сидит в кресле, словно задумавшись. В стене перед ним - широкий экран телевизора по которому снова и снова повторяется одна и таже запись с камеры наблюдения. - вот в комнату, прижимая рану в плече, входит высокий широкоплечий человек в белом плаще... Михаил. Я без удивления принимаю этот факт. Мне всё равно.
  Игнорирует Стражинского бессильно кричащего на него, застрявшего в своём инвалидном кресле. Идёт в соседнию комнату, через минуту выходит, с трудом переставляя ноги от потери крови и тяжелого груза на плече - бессознательной Совести. Оставляя пятна крови на полу, выходит из квартиры...
  Запись повторяется. Вот высокий, широкоплечий человек входит в комнату. Нет, это не Михаил - похож, но и только, в руке винтовка с оптическим прицелом. А ведь я его знаю... это тот самый Варвар из Центрального Книжного.
  Вот он осматривает квартиру. Подходит сзади к Стражинскому, мощным рывком сворачивает ему шею, выключает свет, и следуя тем же путём, что и Михаил - выходит.
  Запись начинается заново.
  Я взял со стола пульт и выключил телевизор, оставшись в тёмной комнате, наедине с словно спящим, опустившим голову на грудь, силуэтом Стражинского вычерченого лунным светом на фоне окна.
  Было одновременно зябко и жарко - от кипящей огнём ярости и холодной, мстительной ненависти к посмевшим бросить мне вызов. Ярость была моя. Ненависть же была слишком глубока чтобы быть порождением моего поверхностного существа.
  Вот оказывается что чувствует Охотник...
  До полуночи оставалось всего два часа. Молча, в слепую я выбрался из квартиры, и направился к такому знакомому парку около собственного дома.
  Я знал куда Михаил увёз Марию. Зачем - не важно. Он не причинит ей вреда. Но вот второй... Варвар -жёстко усмехнулся я.
  аааАААААААААРРРРГГХ!!!!!! - с диким криком сорвался я с места, и рассекая тьму, подгоняемый новой, пьянящей ненавистью, теряя последнии частички себя, помчался навстречу судьбе...
  Или прочь... от душащей, страшной безысходности надвигающегося Конца.
 
 Стадия Девятая.
 
 
  Что это? Не уж то трещина... не может быть. На пусть не сияющей, но всю жизнь служившей верную службу, казавшейся такой надёжной броне Сергея.
  Да нет, просто кажется - пятно, вот если сейчас собрать волю в кулак, прийти в себя, отбросить глупые сомнения - оно исчезнет, и ,отполировав металл до блеска, можно будет увидеть в ней отражение своих глаз - лгущих глаз...
  ДА! Вру! Пусть не пятно, но не трещина! Так, царапина на образе того, что всю жизнь считал правильным, на броне - нет, не защищающей от внешнего мира - а сдерживающей ту хаотичную чёрную тучу, которая считается личностью. Придавая ей форму - рыцаря в горделивой позе, облачённого в броню Защитника.
  И даже не надо маски на лицо - все видят в прорезях шлема тьму, но осознают лишь форму - остроносый, замерший в жесткой металлической ухмылке череп благородного рыцаря.
  Какой дурак придумал придать этому древнему ритуалу служения смерти ареол романтизма, доброты и возвышенности?
  Человек, чтобы выжить, стать идеальной машиной убийства без сомнения, разящей с осознанием своего Права на это, чтобы преодолеть ужас окружающей его дикости - становился квинтессенцией творящегося ужаса.
  Убивал мягкую оболочку своей души, чтобы она покрылась ранами, огрубела и лучше переносила удары жестокой судьбы. Чтобы защитить себя от горя становился несущим Горе. Чтобы защитить себя от стали - облачался во сталь.
  И вот теперь, оказалось, что существует что-то способное пробить даже эту броню, оставляя кровоточащую рану в самом естестве...
  Сталь рассудка холодна как лёд, ибо только так может защитить от жара пылающей снаружи боли, страсти, бесящихся эмоций.
  Но не изнутри - когда собственная кипящая кровь из лопающихся вен попадая на замерзший металл с шипением сталкивается с мёртвой стужей. И тогда паучей сетью разбегаются по пластинам брони трещины...
  Сергей всегда знал каким он должен быть. Всегда знал путь по которому должен был ийти. Он выбрал... нет. Роль сама выбрала его.
  Он стал Защитником. Нет, не по тому, что было что то дорогое ему что он хотел бы сохранить, укрыть от опасности. Нет. Как раз по тому, что не было ничего к чему бы он стремился по настоящему, ничего что он бы понастоящему ценил, ничего что он хотел бы по настоящему делать. Но как ни странно - были люди ценившие его.
  Вот вроде бы ты ничего и не сделал чтобы понравится им, ни чем не помог, не проявил внимания, не пересёк их путь - но почему то, они следуют за тобой, видят в тебе того кого нет, но кем бы они хотели чтобы ты бы. И вслед за ними - ты тоже хочешь. Потому что это незаслуженное внимание, эта безответная любовь, эти бессмысленные попытки понять тебя - согревают душу, создают впечатление будто жизнь не так уж и черна, будто Ты - пусть только в их глазах, представляешь из себя что то чьё существование имеет смысл.
  И ты становишся тем кем они тебя видят. Благородным рыцарем, романтичным любовником, понимающим человеком.
  И ты принимаешь на себя роль Защитника - единственной ценности в твоей жизни: тех людей что ценят тебя, тех людей кто опираются на тебя, зависят от тебя, любят тебя.
  И чёрная сущность твоя служит свою роль, карая тех кто встаёт на пути этих людей, разя тех кто подняли руку на твои сокровища. И это правильно... ведь у добра нет кулаков чтобы защитить кого либо, ведь белый плащ не должен быть забрызган чужой кровью. И тогда ты принимаешь ту злую, хаотичную и беспощадную часть себя на службу во имя высшей цели. Ведь что такое то драгоценное, доброе, что ты пытаешся защитить - просто частичка мира близкого к тебе которую ты лезвием меча должен отделить от серой массы всего остального. И не страшно если лезвие будет чёрного цвета. Это правильно.
  По крайней мере так считал Сергей до сегодняшнего дня.
  Сегодня он чуть не потерял любимого человека. И испугался... Запаниковал. Почувствовал ужас от представления, что поддерживаемый другими его образ разрушится и наружу вырвется хаос из сдерживаемых эмоций, страхов - и запертое глубже всего, упрятанное в дальний угол осознание бессмысленности существования.
  Броню Защитника рассекла трещина, и он чуть не превратился в Карателя...
  Он ведь действительно намеревался убить Олега, звоня ему он ещё не осозновал этого, но сумашествие его друга чуть не стало его собственным, почему то, Олег знал о творящемся в душе Сергея и сознательно подталкивал его к этому шагу - принял правила игры, сам сформулировал ненависть Сергея, сам добровольно стал в центр мишени. И Сергей чуть не сорвался...
  Одну минуту, они снова были на одной волне, понимая истинные мысли друг друга, как когда то в дестве... словно загипотизированный Сергей шептал в трубку строки написанного когда то Олегом стихотворения. Олег принял ненависть Сергея, а Сергей его сумашедшее желание в последнюю минуту - пойти миру наперекор, нарушить все законы, насладится последней вспышкой сжигающей всё суперновы всю жизнь сдерживаемого собственного "Я".
  Но тогда....
  - И всё ради того, чтобы отомстить за того кого ты защищаешь?
  Защищаешь. Он не мститель, не Каратель. Он - Защитник, и он забыл об этом. Он поднял свой чёрный меч и вогнал его в спину собственного отражения в зеркале. Чуть не погубил последнее что у него осталось - свою роль. Свою Цель. Своих верующих.
  Алиса - должна быть в порядке, уже вне города. Хотя, какой теперь к чёрту порядок - теперь бесполезно бежать куда либо, конец настигнет их везде. И всёже, свой долг он выполнил - пока она не здесь, оставалась мизерная, микроскопическая, невесомая надежда.
  Юля!
  Сергей со всех ног нёсся по ночным улицам к заколдованному, проклятому парку. Всё снова возвращается туда, где началось. Начало было страшным, оставив на них обоих шрам от того что Юля мельком смогла заглянуть сквозь прорезь в его забрале - и ужаснулась увиденному.
  Конец не сулил ничего лучшего.
  Наверняка она уже покинула город. А ведь он даже не позвонил... Наверняка она сейчас далеко, в безопасности, смотрит на небо пытаясь найти взглядом приближающиеся смертоносные огни - как и все вокруг, и не вспоминает даже о нём, глупом, забывшем, предавшем тогда когда он должен был оказаться рядом.
  Сергей сбившись с дыхания в темноте налетел на перила деревянного мостика отделяющего парк от города. Чуть не перелетел в протекающий под ним ручей, взглядом упёрся в тёмную гладь воды в ладони от своей протянутой руки - и не увидел ничего, мрак ночи скрыл его отражение.
  Отдышавшись он несмотря на колющую боль в груди и ноющие ноги (никогда ещё так быстро не бежал) бросился дальше, к повороту за которым арка деревьев образовывала тёмную пасть тунеля ведёщего внутрь этого зачарованного царства.
  Её там нет. Она вне города. Доверие...ведь так все хорошо шло! Они почти оставили произошедшее при их первой встрече, в этом же лесу, позади себя. Научились доверять друг другу... чтобы ни происходило..
  Верить...
  ...она там. Чёрт! Чёрт!Чёрт! Чёрт!!
  Он вслепую нёсся по ночному парку. В ушах свистел ветер, холодный воздух морозил грудь, а разрывающееся от напряжение сердце горело огнём.
  "Сталь рассудка холодна как лёд, ибо только так может защитить от жара пылающей снаружи боли, страсти, бесящихся эмоций.
  Но не изнутри - когда собственная кипящая кровь из лопающихся вен попадая на замерзший металл с шипением сталкивается с мёртвой стужей. И тогда паучей сетью разбегаются по пластинам брони трещины..."
  Сергей в два шага перелетел второй мост и оказался на поляне с вознёсшейся к небу стрелой памятника неизвестному космонавту.
  Не останавливаясь он пробежел мимо, краем глаза успев заметить силует старушки сидевшей на скамейке закрыв глаза , рядом с прислонёными палками костылей.
  Не было времени задуматься над увиденным. Вот уже снова кроны деревьев образуют тёмную арку, а за ней, метрав в двухстах уже видно и тёмный силует монастыря - наверняка она там. Ждёт. Знает ли она об опасности? Михаил придупридил бы, но может монастырь как и весь город покинут, брошен, оставлен с распахнутыми настеж ставнями на растерзание ветру.
  Выстрел.
  Сергей остановился как вкопанный, в ущах эхом отдавался разнёсшийся над шумящей листвой, живой, тишиной леса грохот. Сомнений быти не могло - стреляли судя по всему в монастыре.
  Два тихих хлопка. Два звука пуль крошаших кирпичную кладку. Тишина, кажется даже сам лес затих в ожидании - что дальше?
  Ничего. Кто бы ни стрелял, оба стрелка замерли в ожидании. Да что там к чёрту происходит?!
  Тишину прервал звук шагов за его спиной. Как ни странно, прозвучавшие выстрелы лишь привели Сергея в чувство, по телу пробежала судорога напрягшихся и словно дающих знать о готовности к бою мышц - адреналин прояснил сознание, убрав все ненужные вопросы и оставив лишь инстинкт охотника. Не жертвы, Хозяина этой территории готового принять вызов смельчака нарушившего её границы.
  Он обернулся приготовившись отразить аттаку или рывком с места попытаться прыгнуть в кусты - если это окажется один из стрелков. Медленно печатая шаги по асфальту к нему приближалась старая женщина, та самая которая сидела на скамейке у памятника. Не расслабляясь он внимательно всматривался в её силует, стараясь различить черты скрытого тенью лица, отчётливее проступавшие по мере того как женщина подходила к нему.
  Сначала медленная уставшая походка её, незаметно перетекла в лёгкий, словно невесомый шаг, черты размылись и перед Сергеем остановилась уже молодая азиатка снизу вверх глядящая в его лицо раскосыми чёрными глазами. Он дал бы ей лет шестнадцать, не больше.Одета не вызывающе, но явно дорого. Да она ведь почти, что ребёнок.. - подумал Сергей внимательно разглядывая её. Паники по поводу столкновения с невозможым в реальной жизни у него не возникало. Он всегда принимал события так как они шли, реагируя на них, а не пытаясь анализировать. За последний день произошло столько странного, что меняющая облик девчёнка уже не казась ничем особенным, просто ещё одной деталью в пока неизвестном ему плане происходящего.
  И ведёт она себя совсем как ребёнок - растерянно улыбнулась и приложила палец к накрашенным губам давая знак не паниковать и помолчать.
  - Наконец то ты здесь. Маяк Слэйера уже там, так же как и Творящая. Цели ещё нет, но он тоже скоро должен объявится. - прошептала она на ломаном английском. Из за ужаснейшего произношения Сергей с трудом смог разобрать что она сказала, а уж что она имела ввиду и вовсе не понял. Да его это и не интересовало, он напряжённо оглянулся в сторону монастыря и тщательно подбирая слова спросил её:
  - Девушка. С короткими волосами. Метр пятьдесят шесть ростом. Не видела?
  Японка лишь недоумённо взглянула на него, явно не понемая, что он от неё хочет. Сергей взял её за запястье и другой рукой попытался жестами показать рост и причёску Юли. Та лишь снова недоумённо кивнула, толи отрицая, толи подтверждая что то, и Сергей отвёл глаза думая что же сейчас делать.
  Ладонью он почувствовал как рука девушки сжатая в его пальцах изменилась - похолодела на мгновение, а потом почувствовал как за место рукава её блузки касается пальцами мягкой шелковистой кожи.
  В недоумении он поднял взгляд и затаив дыхание замер смотря в холодные словно зимние озёра, такие знакомые строгие глаза Юли. Так она выглядит, когда каждый день прощается с ним, возвращаясь в свой собственный одинокий мир.
  - Где она? - невольно он сжал её запяться сильнее и с неожиданной силой она вырвалась и обиженно взглянув на него указала рукой в сторону монастыря.
  - Извини, я не хотел. - та лишь гордо задрала нос и несколько секунд стояла так демонстративно рассматривая ночное небо. Потом , несдержавшись, недовольно фыркнула и по очереди сменила внешний облик сначала в низкорослого коротышку с голубыми глазами лет тридцати в сером плаще, странно бледную словно спящую Марию, скорчившегося от боли Михаила с раной на плече, и чуть похожего на него качка с безумным огнём в глазах. И снова вернувшись в свой изначальный облик указала в сторону монастыря. .
  Вновь приобретённая уверенность Сергея дрогнула - не только Юля, каким то образом и Совесть с Михаилом оказались здесь. Ловушка. Яма выратая под конкретную дичь, но куда один за одним сваливаются ничего не подозревающие создания. Вот и он теперь тоже здесь, в этом лесу, и почему то уверен, что если захочет плюнуть на всё развернутся и уйти - у него не получится. Вот только кто эта дичь на которую идёт охота? Он вспомнил странные слова японки которые она произнесла встретив его.
  - Кто Цель? Что такое Маяк? Творящая? Слэйер?
  Та раздражённо закатила глаза и вновь сменила облик - теперь перед Сергеем в аррогантной уверенной позе стоял он сам.
  - Маяк Каюши. - даже голос такой же как у него. Обычно, записанный на магнитофон голос не узнаётся человеком, удивлённо моргающим глазами прослушивая запись и в итоге отвечающим - Да нет, я не так звучу, головки наверное плохие...
  Но не сейчас - Сергей словно слышал как слова формируются в его голове, лёгкие выдают свою порцию воздуха чтобы отправить их в плавь в море звуков наружного мира, язык напрягается чтобы произнести нужные слова.... но звучат они в метре от него, сказанные точной его копией.
  Девушка ткнула пальцем в него, а потом в себя, давая понять что Каюши, что бы это не значило - это она.
  - Маяк Слэйера. - теперь перед Сергеем в в полный рост, почти что два метра, стоял Михаил, в незнакомом белом плаще, и с белыми же перчатками скрывающими ладони.
  - Маяки всегда рядом с целью. Так Стражи находят её. Монах - маяк Слэйера, ты - мой.
  - Кто цель? - в ответ она лишь пожала плечами давая понять, что не знает. - Узнаю когда увижу. Цель идет сюда.
  - Почему?
  - Творящая здесь.
  - Но зачем всё это? Зачем тебе и этому Слэйеру нужна цель?
  - Убить конечно. Цель - пытается нарушить порядок и вырваться наружу. Цель должна быть уничтожена. - просто и безмятежно объяснила она. - Мы должны успеть убить Цель до конца цикла, или её Убьёт Слэйер, и Творящую заодно.
  - Не понимаю! - раздражённо перебил её Сергей. - Что бы здесь ни происходило, это не касается...
  Девчёнка тихо выругалась по японски, ловко взмахнула руками и перед лицом Сергея остановилось неизвестно откуда взявшееся лезвие катаны. - Нет времени. Ты сидишь здесь и ждёш сигнала. Если Цель появится раньше Слэйера - отлично, если нет - ты понадобишся.
  Сергей лишь усмехнулся и спокойно отпихнув её руку с мечём прошёл мимо замершей в удивлении японки и остановившись за её спиной, не оборачиваясь бросил:
  - Ещё чего. Та ради которой я пришёл - там внутри и возможно нуждается в моей помощи. Всё остальное меня не касается. Сайонара.
  Каюши двигалась совершенно бесшумно, в чём её заслуги не было - ноги даже не касались земли когда она развернулась и занеся локоть в ударе прыгнула в сторону Сергея. Тем больше было её удивление, когда он увернулся, и каким то образом оказавшись сзади неё толкнул в спину, так что она развернувшись в воздухе пытаясь сохранить равновесие плашмя упала на асфальт поцарапав руки и не прикрытые юбкой колени.
  Возглас боли и удивления, через секунду перешёл в тихое хихиканье - Бака! Второй раз за день не подумала. Если уж Маяк Слэйера обладает частью силы Самого дракона достаточной чтобы остановить её меч, то и её маяк должен обладать частью её собственной силы. Для того и нужны они - чтобы найти Искомого, а потом объединившись в нужный момент с хозяином - трансформироваться в драконов. Бака!
  Каюши спокойно встала с земли, отряхнула юбку, и повернулась к Сергею глядя на него ледяными безразличными глазами Юли - не выражавшими ничего, но заставлявшими смотрящего словно погружаться в пропасть жестокой ненависти.
  Она нашла его слабое место.
  - Хочешь сказать ты с Ветром на ты? - прочитала она память Сергея. Воздух вокруг неё будто стал плотнее, искажая перспективу как если смотришь в глубину реки. Разминая руки словно раскрывая затёкшие от долгого сложенного положения крылья она провела ладонями собирая в них кружащийся вокруг неё вихрь..
  - Знакомься. - произнесла такая похожая на Юлю девушка взлетая ввысь кистями рук выбрасывая собраную стихию в сторону Сергея. - ВЕТЕР!
 
 
 ***
 
  Она была сыта происходящим по горло! В принципе, ничего неожиданного не случилось, просто Юля снова столкнулась с правдивостью собственного постулата утверждавшего , что все люди вокруг врут.
  Особых надежд на то, на то что эта аксиома когда либо могла оказаться неверной у неё не было, и всё таки, было горько каждый раз проходить через одно и то же - мазками кисти выводить на полотне прекрасное лицо, час за часом стараться прорисовать глаза, чтобы они могли выразить всю глубину застывшей в холсте богини, пытаться проработать каждую деталь, чтобы восхитетельно живая, куда более живая чем окружающие её люди, героиня обрела жизнь.
  Совершенство достигнуто и часть себя перенесена на картину - не жалко, всё равно никто и никогда не видел этого в тебе, так зачем жадничать стараясь сохранить кусочек ненужной, скрытой серой оболочкой обыденности души - ей, на холсте, она понадобится больше так как когда последния линия на её лице будет закончена, Юля добавляла в картину окружавший героиню мир.
  А он, так же как и настоящий, был жесток страшен и беспощаден...
  И вновь рождённая богиня с частичкой её души попадала в душный ад тянущихся к ней рук, отвратительных щупалец реальности стремящихся только к одному - на миг завладеть недоступной им красотой, сделать её своей - или уничтожить чтобы её существование не мучило их своим совершенством.
  И другие руки - мягкие, нежные. Голоса шепчущие сладкие слова на ухо. Обещающие, клянущиеся, восхищающиеся. Лгущие. Так же как и в том настоящем аду, стремящиеся владеть или уничтожать.
  Только в этом аду на лица всех грешников надеты маски и все они сговорившись во всеобщем молчании играют роли дикой пьесы - вор с галстуком на голое тело, убийца с улыбкой приседающий в реверансе, блудница словно малыша убаюкивающе качающая в руках завёрнутое в пелёнки полено.
  Они все играют свои роли, и вежливо не замечают, если чья то маска вдруг сползает открывая клыкастое лицо. Вокруг дым, смрад,стоны. Их же не смущает, что дома их лишь картонные декорации на сколне взбесившегося вулкана заливающего всё вокрул лавой.
  Лгуны. Кто то говорит, что желает добра тебе, и может он даже по роли действительно желает тебе добра - во время разговора проворачивая пику воткнутую в чей то живот. Кто то говорит, что любит тебя, и может действительно любит - как и всех прошлых любовниц чьи выпотрошенные чучела украшают его гостинную, где он часами рассматривает их влюблённым взглядом. Кто то говорит, что не желает никому зла - и безразлично смотрит на игру других, апплодируя особо удавшимся сценам.
  Юля знала это, но всё же иногда хотелось верить, что существует другая жизнь, другой мир который однажды, раскрыв глаза увидишь перед собой. Нужно только не дать аду сломить себя и искать, ждать, выживать, старатся не растерять то драгоценное в себе, что единственное было бы достойно существовать в это честном, искреннем мире.
  Но нет... ещё один день подходит к концу, и вместе с солнцем исчезла и лицемерная сказка о возможном счастье.
  Во первых, Сергей не сдержал своего слова и не пришёл на назначенную встречу.
  Во вторых, Форлорт поведал ей о приближавшемся конце света. Юля всегда удивлялась почему миру зависшему на краю пропасти требовалось так много времени, чтобы сорваться вниз. Может он настолько поверил в свою ложь, что надеялся что в последний момент волшебным способом придёт прощение и избавление?
  В третьих, в монастырь из последних сил добрался тяжело раненый знакомый Сергея - Михаил. Притащив с собой какую то бессознательную девушку и в больном бреду вещавший о своей версии конца света - с Проклятым, Карателем, Защитником и аватаром творца - ещё не родившимся ребёнке в чреве этой девушки.
  В четвёртых, какой то маньяк со снайперской винтовкой, зачем то убил старушку ранее сидевшую у памятника и бросив её труп у ворот монастыря засел где то в лесу стреляя по всем кто пытался бы подойти или выйти. Форлорт попытался было высунутся, даже заметил его, но тут же чуть сам не схлопотал пулю. Потом ещё пару раз перестреливался с ним, но поняв что с его стареньким семейным револьвером - маленькой американской игрушкой которую он носил заместо табельного оружия по настольгическим причинам, Ватерло не устроишь предпочёл перейти на осадное положние уйдя с линии огня внутрь монастыря.
  В пятых... Да разве нужно больше причин, чтобы быть несчастной? И одной завсегда хватало чтобы привести в действие давно отлаженный механизм в отличии от разума всегда умеющий точно объяснить и расставить по местам всё происходящее с тобой. Все люди сволочи, мир - дымящаяся свалка, судьба - для всех одна: горе и следующая минута не принесёт ничего худшего чем то что ты уже мог себе представить минуту назад.
  Нормальный человек, избитый ударами судьбы, чувствовал бы злость считая, что весь мир ополчился против него. Не Юля. Она то знала, что ни миру, ни судьбе, ни людям её окружавшим не было дела до неё. Мир не идёт на тебя войной - он безуспешно пытается совершить самоубийство, всегда спасаемый в последний момент, но с каждым разом всё сильнее теряя нить связывающую его с жизнью. И каплями его крови из неудачно разрезаных рук капают на пол ванной чьи-то потерянные судьбы.
  И вот все они, в этом парке, оказались в бессмысленной ловушке. В буре чужих войн. Под ударом изначально предназначавшимся не им.
  Кап... кап...
  Больше всего Юлю потрясло убийство нивчём неповинной старой женщины. Быть может, убийца видел в чём то её вину, быть может просто хотел дать им знак - в ненужном времени, в ненужном месте, ненужным людям. Она сама подошла к воротам, тяжело ковыляя на больных ногах - и устало опустилась наземь усыплённая принёссшейся из неоткуда пулей.
  Это было символом всего происходящего. Бессмысленной смерти. Бессмысленной жизньи. Бессмысленной борьбы?
  Юля тихо спрыгнула с крыши прилегающего к стене монастыря здания, ловко приземлившись на сырую траву. В ночной тьме можно было различить только силуэты деревьев и освещённую луной дорожку ручья бесшумно текущего вдоль монастыря.
  Вот до тех деревьев и нужно добраться в первую очередь, в лесу она будет в безопасности. Каких то метров двадцать - стрелок должен быть с другой стороны монастыря, и всё же, сердце испуганно бьётся выдумывая страшные варианты развития событий и к своему ужасу воспринимая молчание разума даже не пытающегося опровергнуть их. Кричит в лицо совсем уж сумашедшии кошмары, стараясь спровоцировать на логичные, успокаивающие довыды, и не слышит их.
  Юля с силой, до боли в пальцах, сжала рукоять револьвера украденного у Форлорта стараясь зачерпнуть немного уверенности в холоде мёртвого оружия в своей ладони. Было предательством и подлостью стащить его и бросить спутников одних, беззащитных в клетке каменных стен позади. Юле было жаль их, и ещё горьче было от осознания собственного соответствия картине которой она рисовала людей, но их судьба принадлежала им, а её.. Никому, никому, никому! Никому она не позволит разрушить ту суть себя, что прячет глубоко внутри, и словно пламя свечи на ветру должна донести до конца. Каким бы он небыл. Спасти. Ведь даже и небыло ещё жизни, берегла всё до последней капли, до земли обетованной. Выжить.
  Нужно отвлечься от злых маслей, сосредоточится, собрать волю и силы и преодолеть полосу отделяющую её от леса. Там - Спасенье.
  Вот только ноги не двигаются, спина испуганно прижата к холодной стене монастыря, и невозможно сделать шаг...
  Соберись! Думай о чём нибудь другом. Нет, не думай вообще. Отвлекись - один шаг: разрешить одну мысль.
  "Ты знаешь кто я?"
  Шаг.
  "Нет. Конечно ты не знаешь.."
  Шаг.
  "Да и откуда тебе это знать?"
  Шаг.
  "Ты жил не зная,"
  Шаг.
  "И умрёшь не зная"
  Шаг.
  "В раю тебе меня не повстречать."
  Шаг.
  Будто идёшь по верёвке над пропастью, в темноте не видно даже себя, только силуэты деревьев впереди.
  "Да и в аду не свидется нам вместе"
  "Ведь у меня - свой личный, персональный ад"
  "Я там вдвоём, с самим собою вместе"
  "Кратаю огненные дни"
  "Ночей здесь нет."
  "Всю жизнь шутил над сатаною"
  "Теперь он пошутил над мной, увы"
  "Мне в этом вечном заточеньи"
  "Сокамерника дал"
  "То, я - со стороны,"
  "один в один"
  "Молчим"
  "Нет тем уже для размышления"
  "И не о чем мне с ним поговорить"
  "Презренье лишь друг к другу"
  "И сомненья - не ужто это я?"
  "Как может это быть?"
  "Сей жалкий раб, его я ненавижу"
  "Не вижу ни одной черты его в себе"
  "Пусть он умрёт. Ищу рукой булыжник"
  "Гляжу в глаза, и вижу - держит он его уже..."
  Сбив дыхание Юля неглядя рванула вперёд ,вслепую преодоолев последний участок пути, и ,нырнув в тень деревьев, прижалась плечём к стволу невидимого дерева. Первый шаг сделан. Лишь для того чтобы увидеть что за пересечённой чертой ещё одна черта и нельзя развернутся и уйти так как провожая взглядом эту границу видишь как она загибается, заворачивает за тебя и замыкаетсяя в круг за твоей спиной. И вот она снова на стартовой позиции, в бесконечности ночной тьмы и стрелки указывают во все стороны и не определить уже откуда пришла и где выход из этого круга. Где то там, за границей души, снова проснулся страх - потерятся, повернуть не туда, выпасть из реальности потеряв ориентиры. Но сама Юля не там же, где её страх, разум погрузился вглубь сознания, уйдя во тьму и зачаравоно в трансе смотря как тело крутя голову пытается отыскать в окружающей тьме с дырами лунного неба себя. Мир вращается вокруг неё, а может это она просто прокрутилась один, три, десять раз . Ища чтонибудь за что зацепится взглядом - чёрных стен монастыря уже и невидно: спереди и сзади единая распахнувшая свои холодные объятья тьма.
  Юлина рука наткнулась на шершавую кору дерева, и она обхватилась за него как за спасательный круг, стараясь вырваться из засасывавшего её гипнотического водоворота ночи. Вот, вот этого же дерева она коснулась прибежав сюда, значит сзади монастырь, где то за спиной протекает ручей лунного света, но сейчас он скрыт деревьями. Значит надо ийти вперед, вглубь леса - что там? Юля попыталась успокоится и сосредоточится вспоминая план парка. В том направлении, всего метрах в двадцати по чащёбе должен находится памятник и дорожка ведущая наружу.
  Юля не отпуская руки от дерева обошла его, и осторожно вслепую пошла вглубь леса, медленно шагая по мягкой земле, стараясь не задевать ногами корни и руками проверяя путь перед собой
  Да что со мной в конце концов происходит? - попыталась отвлечься она от своего страха. - Не на подвиг же иду, не под обстрелом вражеской артилерии, опасность позади, волноваться не о чем... - шептала она, неосозновая что говорит это вслух - Всё почти уже позади... А дальше... Как я буду жить дальше? - перед её глазами встали лица людей оставленных позади, труп женщины перед воротами,и она поняла, что выбравшись отсюда не избавится от своего страха и переженного опыта. - Нет... не так, не страшно, живут же люди, и не такое бывает, я ведь тоже... тоже смогла забыть... или? - Даже детский страх и обиды, до сих пор преследовали её, являясь кусочками мозаики через призму которой она смотрела на мир. - Забудь! Господи... яркое солнце, шум волн, песок...что ещё? Вспоминай! Вспоминай! - пыталась она отвлечься от злых мыслей, строя в мозгу ласковую картинку несуществующего моря. - Кровавая пена, чёрные скалы,чёрная бездна глубины! Нет!! Задепится, за истину, за себя, что то хорошее в том ужасе! Венера...венера выходящая из волн. И пусть вокруг разбитые корабли и тела утопленников . Она чиста и прекрасна, а это единственное, главное, самое важное! Думай об этом! И Иди!
  Цепляясь одеждой за ветки, наклонив голову и прикрыв ладонью бесполезные в темноте глаза она шагала вперёд, или по крайнеё мере куда-то в направлении более менее противоположном откуда она сбежала. Впереди, в чёрной стене деревьев, мелькнул и исчёз жёлтый огонёк электрического света. Показалось? Нет, туда, вперёд, ты уже близко. Вот он снова, уже ближе, мелькнул и она поспешила отвести взгляд от за какой то час ставшего непривычным света. Нет, не бойся, свет это безопасность, тебе надо туда, свет - это люди... Она быстрее зашагала по лесу, и достигнув края, замерла в просвете кустарника на краю освёщенной одиноким фонарём поляны памятника Неизвестному Космонавту.
  И увидела Себя.
 
 
  ***
 
  Сергей с трудом увернулся от удара - странная девушка принявшая облик Юли была нечеловечески ловка, казалось, её ступни даже не касаются земли, когда она снова и снова атаковала его.
  Вот снова, пролетев мимо него, она оттолкнулась от асфальта за его спиной взмыла вверх и перекувыркнувшись в воздухе развернулась, зависла в метре над землёй и развела руки в странном жесте. Сергей со всех ног бросился в сторону зная что последует за этим. Вихрь воздуха серой воронкой ударил в то место где он стоял, пробурив рваную рану в асфальте. Девушка, знакомым Юлиным тоном усмехнулась, словно радуюсь занятной игре. И опустившись до двадцати сантиметров над землёй приняла гибкую боевую стойку.
  Улыбка, глаза на миг сверкнули синим огнём, змеями медузы накрыв лицо волосы встрепенулись подхватываемые ветром толкающим её в спину и она кинулась в очередную атаку.
  Пожалуй это был самый серьёзный противник с которым Сергей когда либо сталкивался, и в тоже время, несмотря на её сверхординарные способности, он словно бы по какой то причине ощущал привосходство над ней - почему то он мог предсказать её действия, нутром ощущал её движения - словно был учителем дерущимся с талантливым, но лишь позаимствовавшим навык у более опытного мастера учеником.
  Он не нападал, не защищался - просто чётко уходил от её разнообразных попыток атаковать, а её это вроде бы ещё и радовало.
  Он так и не смог понять смысл происходящего, но в этот момент его это и не волновало - с каждым движением, с каждым выдохом в нём словно бы нагнеталась какая то внутренная сила готовая высвободится в нужный момент.
  И вот уже он не воспринимает облик Юли перед собой, вот он уже не видит истинного противника атакующего его - противника нет, и его нет , а есть танец двух сил, единых и разных, и он ,накапливая источаюмую ей энергию мягко уворачивается, чтобы достигнув нужной точки превратить эту мягкость в сокрущающую силу.
  Увернутся от удара ногой, ещё раз, дистанция ближе, град ударов, руки с силой несутся навстречу и повстречавшись словно растворившись вдруг друге поглащают эту дикую ярость, и пол биение сердца спустя, так и не ощутив касания вырываются из вихря атак ,отводов и блоков ощутив на вылете давящую энерцию перенаправленной силы. Ближе - лицо в лицо, он усмехается, на него глаза в глаза смотрит так же дико усмехающееся опьянённое энергией схватки лицо Юли. Она же на голову ниже меня, успевает подумать он, осознав, что девушка снова зависла в воздухе, и уворачиваясь от невозможной кроме как в невесовмости неожиданной атаки.
  Всё. Хватит. Конец играм. Она словно читая его мысли, отлетает, оборачивается на месте, и когда снова оказывается лицом к нему уже держит в руках рукоять слишком большой для её роста катаны. Даже сейчас у неё такое выражения лица, будто всё это для неё игра. Зря. Мы на последнем уровне. Дальше только Game Over.
  Взмах, прочерченная в воздухе отражённым от лезвия лунным светом линия от места где она только что была до шеи Сергея. Дальше оно не двинулось, так как рука девушки оказалась зажата в его крепких пальцах - а ведь, даже сейчас, несмотря ниначто, она на самом деле всего лишь слабый подросток.
  Проворот сустава, хруст, и меч выпадает из раскрывшихся пальцов. - на лице её видна жуткая боль, и всё таки губы жёстко сжаты в агрессивной усмешке. Удар в живот - она скрючившись отлетает назад и Сергей спокойно поднимает её меч с земли.
  Он смотрит в её глаза и видит сумашествие - такое же как и у него. Как всё таки они похожи, эта незнакомая девушка словно копия него - и потому ненужно слов, нет неясностей. Они хотят одного. Победителя. Боя до конца. Танец продолжается.
  Каюши всё ещё в виде Юли, с неестественно вывернутой рукой невероятно высоко отпрыгивает, приземляясь на основании памятника в восьми метрах от Сергея, и прищурив глаза уставилась в тёмное небо шепча что то.
  Листва окружающего поляну леса взметается громко шелестя разволнованная пробуждающимся ветром. Откудато налетает пыль, высохшие хвойные иголки и песок с асфальта очерчивают контур окружившего руки девушки вихря. Взмах - изгибающийся хобот материализованной стихии задев памятник словно куски плоти срывает бронзовое покрытие с железобетонного каркаса и смертоносным кнутом устремляется к Сергею.
  Мимо, он уже в другом месте, которое через секунду взрывается осколками принявшего удар небесного молота асфальта, но и там его уже нет. Занеся меч он уже замер в двух шагах от неё, глядя в глаза, ища ответа и получая его, в отчаянной ухмылке и последнем прыжке в который вложены весь азарт и радость боя пытаясь достать его смертоносными когтями ветра.
  Мимо, удар в спину посылающий её на колени, рука хватающая сзади за волосы и лезвие катаны в милиметре от горла. Лезвие чуть сдвигается перерезая горло, и агонизирующее тело пинком в спину отправляется прочь, чтобы не запачкать фонтаном крови убийцу, лицом вниз, опустившись щекой на холодный асфальт.
  Мёртвое, со странным удовлетворённым выражением лицо Юли.
  Game Over.
 
  Выстрел! Выстрел! Выстрел!
 
  Десятая стадия.
 Десятая стадия.
 
  Сергей: - Почему мы оказались по разные стороны?
  Олег: - Мы читали разные книги.
  Сергей, Олег: ... ... ...
  Алиса: - Мальчики, чай готов!
 
  Я поудобнее устроился в мягком кресле и ленивым взглядом обвёл шахматную доску перед собой. Уютный холл книжного магазина ставшего нашим регулярным убежищем был погружён в полутьму ласкаемую тихо потрескивающим пламенем камина. Аромат горящих дров смешавшись с двумя нежными голосами женских духов и шёпотом тёплого чая согревал просыревшую душу. Раскрашивал уютную тюрьму заточившую от нас весь суетливый наружный мир в мягкие цвета навремя заимстванного из ненаступившего ещё лета вечера.
 
  Через пару месяцев он будёт общим, принадлежащим всем людям и каждому даря уникальную, принадлежащую только ему часть. Но сегодня, мы поменяли грустное обыденное сейчас на частичку этого летнего волшебства, пусть и только на одну ночь и только для этой комнаты.
 
  В кресле напротив, с безмятежной улыбкой, в расслабленной позе застыл Сергей. Силуэт в полутьме и только два мерцания отражённого в сапфирной радужке пламени, заменяющий зрачки огонь с оттенком льда неотрывно и невозмутимо наблюдающий за мной. Бесконечно можно смотреть на воду и огонь. Но Огонь всегда пересматривает смотрящего. Куда проще с водой - она сдаётся в тот же момент когда ты отводишь взгляд.
 
  (и лишь тьма продолжает смотреть в тебя даже с закрытыми глазами)
 .
 ..? ....
 
  Нет чтобы смотреть на доску, просчитывать ходы, выдумывать гениальные тактики - во время игры всё его внимание посвящено противнику, или же ,он отвлечённо рассматривает какие нибудь детали интерьера - не бросая ни одного взгляда на поле, и словно бы вслепую двигая фигуры когда противник одёргивает его напоминая что настала его очередь ходить.
 
  Какие выводы делает он наблюдая за мной, что расчитывает узнать чтобы одержать победу? Такое его поведение очень раздражает, и было бы хорошей тактикой чтобы вывести любого соперника из равновесия, но я то знаю, что он просто напросто не стремится выиграть игру.
 
  Играет он не плохо, но и только. Он принимает любой результат и одинаково рад и победе и проигрышу. Но, раз уж он не воспринимает этот матч серьёзно - победу я ему не отдам. Хотя и для меня, шахматы это скорее просто способ скоротать время. В этот ночной час, в кругу друзей, без насущных проблем тревожащих наши души - время словно замерло. Обманчивое впечатление, уже скоро нам его будет катастрофически не хватать, но сейчас мы, под нежное потикивание стенных часов пытаемся это нежданно не гадано появившееся время провести как будто его у нас бесконечно много. Да так оно и есть - пустые дни и недели проносятся мимо нас незамеченными, но этот, единственный день останется с нами на весь месяц, напоминанием о следующем таком же - Настоящем, живом дне.
 
  Я почувствовал как сзади меня за шею приобняли чьи то (у меня нет ...) нежные руки и секунду спустя вдохнул такой любимый аромат волос Совести услышав её игривый шёпот и ощётив щекотку тёплово дыхания у своего уха:
 
 - Не знаешь как ходить? Юля тут объясняла мне как гадать по чайной гуще, а Алиса так кстати принесла сей магический реагент. Так как я вижу, отвлекатся на распитие сего напитка в компании знакомых дам вы не собираетесь, почему бы не использовать его с пользой и не погадать? Что хочешь знать, Але?
  Я проигнорировал предложение Марии и с показным вниманием уставился на шахматную доску стараясь взглядом заставить одну из вражеских фигур исчезнуть. Сработали ли мои Джедайские способности, или же я просто не был сконцентрирован на игре, но одна из фигур судя повсему и впрямь дезертировала с доски и устало улеглась на кладбище деревянных статуэток. Если прочертить железнодорожную линию через середину доски, то она расположилась недалеко от станции d12.
  Тихий смех Сергея подтвердил мои опасения по поводу принадлежности этой фигуры к одной из воюбщих сторон. Моей.
 - Чего смеёшся гад? Скоро пройдёт твой смех и сменится удивлённым лицом человека непонимающего каким это образом у него оказался мат. - сурово взглянул я на улыбающегося Сергея. - Здесь была моя лошадь! Я точно помню!
  Я строго пробуравил его взглядом, что оказалось не так то легко, так как лазерные лучи из моих глаз просто растворились в смеющейся глубине его зрачков.
  - Врать не хорошо, я точно видел как он три хода назад самолично съел её ферзём! - прогрохотал Михаил с чашкой чая устроившийся на самодельном троне из стопок книг.
  Я решил попробовать оружие на другом опоненте и стрельнул глазами в сторону его монументальной фигуры, но и тут промахнулся так как Мишкина голова была скрыта в тёмной выси в недосягаеости светильника на столе. Всадник без лошади и без того что должна прикрывать шапка.
  - И ты, Брут! Прямо так целиком и съел? С седлом и зазевавшимся рыцарем? - обречённо простонал я.
 
  - На него то чёрная королева и положила глаз. - ответил Сергей.
 
  - Да ладно, мне чтоль жалко, пусть подавится шпорами, вот только что все оруженосцы в это время делали?
 
  - Мечтали о выдвижении в ранг евнуха по достижению восьмого ряда.
 
  - Хмм... тогда хитрым манёвром я рокируюсь королём в другую спальню. - снова склонился над доской я - Стража! Не говорить Королеве где я спрятался. Пусть лучше выдерет волосы этой чёрной ведьме, я знаю Моя Прекпаснейшая тоже неровно дышала вслед кавалерийской консервной банке.
 
  - Але, давай погадаю - Мишка, дай сюда свою чашку, и так допил уже. - мурлыча внесла свою лепту в наш бредовый диалог Мария.
 
  - Ты знаешь какого я роста? А прилагающийся к этому росту вес? А колличество кусков торта которые мне пришлось съесть за вас ,неблагодарных, весь вечер так и не давших дань кулинарному искусству хозяйки. А количество энергии нужное чтобы поднять эту массу с места представляешь? - заявил он демонстративно пытаясь приподнять ноги с пола и с грохотом бессильно опуская их обратно. - Иди сама возьми. Или выпей. В моей чайной гуще моя же судьба - не дам! Жадный я!
 
  - Ммяяу..... мне так приятно здесь, не хочу двигаться. - ответила Мария трясь своей щекой о мою.
 
 - Твой ход. - напомнил Сергей
 - Не видиш я занят? Юль... Юля, Юлечка - просвети этого варвара по поводу опасноти попытки вырватся из объятий любящей женщины.
  Юля и Алиса ,тихо разговаривавшие усевшись с ароматными чашками у стойки, развернулись посмотрев на меня, переглянулись, и дружно захихикали шепча что то друг другу.
  - Предатели. Люботрясы. - осуждающе взглянул я на Мишку. - Жулики. - пробуравив взглядом Сергея. - Душители!! - я повернул голову и попытался цапнуть зубами прядь волос Совести.
  - Так ты ходить будешь или по техническим причинам примешь поражение?
  - Иди ты знаешь куда!
  - Уже!Твоя очередь! - парировал Сергей.
  Маша нехотя расцепила свои руки и на цыпочках, стараясь не скрипеть половицами сбегала к стойке выхватив из рук у отвлёкшейся Юли её чашку чая и вернувшись обратно. Алиса спокойно достала ещё одну фарфоровую чашку ,не прекращая беседы наполнила её из заварочного чайника, и протянула Юле.
  - Вот. Оракул готов. Пей! - дала мне в руку чашку Совесть.
  - Не хочу!
 Тебе перед казнью полагается священник, чтобы ты мог исповедоваться. Мишка, марш сюда. Я пока за верёвкой сбегаю.
  Ну вот всегда так...
  - А может не надо? - простонал я.
  - Твою судьбу предсказываем, ты и пей, до дна!
  - А сахар?
  - Отец Михаил, тут вас ждут уже..
  - Ладно, ладно! Пью! - сдался я, внутренне наслаждаясь этой игрой. - Отравители, блин!
  - Оладий и другие мучные изделия! - укусила меня за ухо Мария - не ругаться!
  - Тогда отпустишь может, а то как пить буду? Или вы как расплавленный метал, прямо в глотку вольёте?
  - Если надо будет. - с серьёзным видом подтвердил Сергей.
  Я вдохнул удивительного Аромата приготовленного Алисой чая, и ,мелкими глотками, специально раздражая ожидающих зрителей выпил его ,как можно дольше растягивая удовольствие. Нужно будет узнать что за сорт...
 Жить долго будешь. - заявила подошедшая к нашему столу Юля, новоявленный эксперт предсказатель. - Так как ты пьёшь, века два тебе дам, не меньше. Дай посмотреть. - Мария забрала из моей руки чашку и протянула ей.Все вокруг замерли в концентрированном ожидании, боясь случайным движением или звуком прервать раздумия Оракула.
  Шло время, шли настенные часы безразлично отсчитывая непринадлежащие им секунды, возможно дождь тоже шёл, но не было никого кто мог бы подтвердить это.
  - Кхм...- несдержался кто-то прервав паузу и тут же скрывшись за невинным лицом. За чьим конкретно установить не удалось, так как на всех были надеты одинаковые маски марки "я тут не причём, и вообще тут меня небыло".
  - Доктор! Доктор! А это не смертельно? - склоуничал я, заслужив осуждающие взгляды окружающих.
  - Щас будет. - ответил за неё Мишка.
  Пауза затянулась, и все начали потихонечку ёрзать то и дело поглядывая на Юлю в нетерпении узнать результат.
  - Ну всё у тебя не как у людей. Не знаю. Смотрите сами. - призналась наконец в своём бессилии растолковать результаты гадания Юля и поставила чашку прямо на середину шахматной доски.
  Все, включая минуту назад заявлявшего о своём недвижимом состоянии Михаила, склонились над столом уставившись в чайную гущу на дне чашки.
  - Кхм... хммм....крхм.... - с видом университетского профессора анализирующего экзаменационные работы прокрехтел Сергей. - Наука в этом вопросе находится в таком же положение как и насчёт вопроса существования жизни на марсе. Наука не знает.
  - Помоему это заяц. - удивлённо произнесла Мария так и сяк вертя голову и стараясь рассмотреть содержимое чашки получше.
  - Да? - удивился её теории Михаил - А мне кажется это шляпа.
  - Удав проглотивший Слона. - высказал своё мнение Сергей.
  Юля со смехом слушавшая сей диалог попросила у Алисы чистый листок и развинтив перьевую ручку плеснула на него чернилами.
  - А ну ка, взгляд сюда - по очереди, что видите?
  - Кляксу. - не задумываясь ответил Сергей.
  - Пятно крови. - внёс свой вариант Михаил.
 Лужайку с цветами и пруд. - все разом повернулись к Совести, а потом обратно к листку пытаясь различить на нём очертания названных объектов. - Ой, а можно я тоже задам тестовый вопрос? Если бы вас убили, что было бы для вас предпочтительней, если бы убийство произошло на личной почве (персональная ненависть) или безличной (стояли на пути, бизнес, заказаны)?- и с рабостной улыбкой на лице обвела нас своим ангельским взором.
  Юля в шоке взглянула на меня ища объяснения. Да, Мария и не такие сюрпризы иногда устраивает, молча кивнул я.
  Михаил почесал подбородок и спокойно ответил
  - На личной. В таком случае моя Смерть это ещё одна победа над ненавидящим меня. Да и ненависть, это другая крайность Любви.
  - На безличной. Ибо тогда моя смерть будет хотя бы иметь какой то смысл и принсёт пользу хотя бы убийце, тогда как личностные убийства обычно абсолютно бессмысленны, ненужны и трагично глупы - высказал свою точку зрения Сергей.
 Давайте не будем об этом. А что видишь на лесте ты? - обратилась Юля к хозяйке суиашедшего чаепития.
  - Время. - почему то абстрактно ответила Алиса.
  Юля повернула листок к себе и посмотрев пару секунд произнесла:
  - Да, вижу зимнее озеро, соответственно - без лужайки.
  Все как по сигналу повернулись ко мне. Господи, сколько можно?!
  - Ну что опять?!
  - Что видишь?
  - Кляксу!
  - Занято. - злорадно рассмеялся Сергей.
  - Ну, тогда.. - задумался я не зная что бы назвать, так как в голове не было ни одной ассоциации. - Клеймо. Точно. Такое выжигали преступникам в средневековье.
  - Сударь! - кивнул я Сергею. - проверьте не скрывается ли такое же клеймо на плече Леди Винтерс - указал я подбородком на Юлю. - Быть может весь этот тест затеян с целью передать бесценные сведения о нашем психологическом здоровье коварному Кардиналу.
 
 - Д Артаньян, я допускаю всё - Усмехнулся Сергей
 - Позвольте, вы же не хотите?! - вмешалась Маша.
 - Да не хочу. И всё же, вынужден заметить, довериться Портосу закупить вино
  не тоже самое, что в бой доверить спину.
 - Не может быть! Ведь это против чести мушкетёрского мундиру! Быть может снова Кардинал свои расставил сети?
  - Остынь, гасконец. Пусть и монастырское вино, не стал бы он препятствовать сей встрече, быть может даже сам бы оплатил его, подсыпав яд.
 - Что думает по теме Арамис?
 - Молите бога, но в руках держите, дела земные. Просто подождём ещё.
  - Дерьмо!! Простите мои французкий, я хотел сказать какой из вас всеуважаемых господ оставил на проходе свою шпагу.
 - Всё в дребезги! А во дворе уже темно! Там комендантский час и гвардия устроила блокаду.
 - Нас четверо, и все за одного! Пробьёмся!
 - Пьют четверо, а платит то за всех один.
 - Атос, не будьте мелочны, не скупость славит благородного, а смелость.
 - Да этот так, но после прошлого, звенит в моей казне лишь мелочь.
 - Мы разве много выпили? Не помню что тогда произошло.
 - Бочёнок красного, две белых, два стола, три люстры, да черепа трёх слуг и вызженый трактир. Теперь в кошеле моём пусто.
 - Да, не густо.. что будем делать?
 - У меня есть план!
 - Казнить нельзя помиловать! - прервала нас Совесть.Леди Винтерс и Алиса всё ещё с удивлением рассматривали своих внезапно поменявших роли кавалеров.
 - Запятую забыла! - парировал я. - Кто там мне судьбу предсказывать собирался? Вы тут, понимаете ли, отвлекаете от матча века всякими своими глупостями.
 - Точно, заяц. - пробормотал Сергей во время разговора успевший стащить чашку со стола.
 - К чему бы это? - спросила Юля игнорируя мои стонания.
 - По индуизму - зайцы это чья то последняя реинкарнация на земле. Те кто принимают эту форму доживают свою последнюю жизнь. Везёт же тебе, братец кролик. - усмехаясь взглянул он на меня. - Одной ногой уже в Нирване.
 - Попрошу отставить всякие еретические разговоры и языческие гадания. -пробасил Михаил усаживаясь обратно на свой трон. - Жизнь только одна и по окончании её некоторых ожидает рай, - он обвёл взглядом девушек, - а некоторых... - выразительно взглянул на Сергея. - не совсем рай.
 - К твоему позору, святой брат, напомню что индульгенции никто так и не отменял, просто церковь не любит больше говорить об этом вслух. Если захочу куплю себе билет в обход твоего мнения.
 - Католики... - хотел было сплюнуть Михаил, но вспомнив что он находится в гостях передумал и заместо этого веско ударил кулаком по стопке книг служившей подлокотником его импровизированного трона. - Если хочешь знать, Лютер вообще считал Папу Римского Антихристом.
 - Кто там у нас кстати сейчас Папа? - спросил Сергей.
 - Карлос II. - ответила Юля.
 - А.. Карлсон... Я тут читал интересную книжку некого Отто фон Корвина, так вот он утверждает, что Мартин и своих последователей к коим относишся и ты считал недостойными глупцами и новое Евангелие...
 - Ах ты паганец!
 - Но но! Требую отставить применение термина язычник, ака Паган, как дискриминирующего и впредь пользоваться только отражающим суть словом "нехристь!". Поклонение Дионису так же как и Христианство разрешено коституцией, хотя и осуждается некоторыми статьями уголовного кодекса.
 - Да ты хоть знаешь как ему поклонялись, дурья башка? Жрицы разрывали на части живых маленьких животных типа котят и кроликов...
 - Ой! - заткнула себе уши Совесть.
 - ...и ели их сырое мясо!! - беспощадно завершил Михаил.
 - Голые жрицы то? - поинтересовался Сергей, ничуть не смущённые пророведью Мишки.
 - Да ну тебя! Былаб моя воля экскомуницировал бы тебя, да вот только нельзя исключить человека из лона церкви навсегда. Максимум до смерти.
  - Хватит. Не место таким спорам здесь. - строго прервала их Алиса. - скажите лучше, как продвигается Олегова книга?
  И вот опять всё их внимание грузом давит на мою изленившуюся и совсем забросившую работу над романом душу. Вот, спорим, Совесть сейчас скажет...
 А вот я вам расскажу, я на днях такой классный рассказ у него читала, про печальную даму и её верного слугу которые... - и подмигивает мне. Злодейка. Вот будешь у меня в следующем романе избалованной принцессой.
  Что, нравится? Подожди подожди! Ты еще всего не знаешь - о пиратах, настоящих небритых неграмотных пиратах я уже говорил? Говоришь придёт герой и спасёт? Нечего улыбатся, всё продумано! Сначала они успеют продать её в рабство... нет, не во дворец султану. Тьфу тебя. Обойдёшся. На галеры. На галеры! Ндаа....
  - Але, Але, Олег! -махает перед моем лицом рукой Мария. - ты здесь?
  - Где здесь?
  - Пациент в сознании и здоровье. Иначе говоря - симулянт. - констатирует Юля.
 Как там продвигается твой роман? - честно честно, невинными глазами смотрит на меня Совесть.
  - Незнаю как закончить сцену - нехотя ответил я..
 Это же очень просто. - улыбнулся Сергей.
  Странно. Для того чтобы улыбнуться надо убрать с лица прошлую улыбку, а я этого что то не заметил. Как это у него получается лучиться светом если он и так улыбается словно Будда под эффектом марихуаны.
  - Запиши на листочке возможные варианты проишествия событий и действий героя героя. - продолжил он . Например - герой в отчаяньи и горе стоит на краю крыши. Выбирай варианты развития событий.
  а) Герой прыгает (поскользнулся)
  б) Герой не прыгает (только что посмотрел Матрицу)
  с) Сзади подходит героиня и умоляет его не прыгать. (мелодраматика, неитересно, хотя например в Титанике лучшим моментом было то что Ди Каприо утопили)
  - Я дума...
  - Не надо. Всё уже придумано. Вариант
  е) Откуда нивозьмись появляется огромный Мех и кроша здания направляется в сторону дома на краю крыши которого замео герой. Земля тресётся, вокруг грохот и облака пыли от рушащихся зданий, здание на котором стоит герой покрывается трещинами и он соскальзывает вниз зацепляясь за карниз. Робот протягивает металическую лапу чтобы схватить его и...
  - Остапа понесло... - тяжело вздохнула Юля. Я растеряно моргнул и попытался перемолоть услышанное между заржавеешими извилинами моего головного мозга.- Ну и при чём тут какой то Мех?
  Сергей:улыбнулся. Опять. Господи, это же против законов физики.
  - Сам подумай, что читателю интереснее - душевные угрызения героя или взрывы, вспышки, ультимативные мехи и рушащиеся города?
  - Ну если посмотреть так...
  Мишка хлопнул меня по плечу и пробасил откудато из под потолка (его рост самое надёжное объяснение того почему его мысли витают в небесах): - И если ты снова не знаешь как продолжить главу. и описать что на завтрак у героя..
  - На выручку всегда придёт огромный разрушительный мега Меха, парочка взрывов и полуголая красотка пилот - закончил Сергей.
  - Да, кстати! - яростной вихрем радости разметала Совесть остатки недосказынных реплик - Ты не поверишь! Я устроилась работать у твоего любимого писателя, Стражински, и более того, случайно... честно... что ты смотриш на меня так? Случайно забыла у него распечатку твоего романа, так он...
 
  -Он же мёртв... -
 
  тихо в непонимающем ужасе произношу я, и все вокруг испуганно замолкают. - Я же сам видел... - во внезапном шоке бормочу я. - Свёрнута шея, никаких шансов что он выжил... я видел...
  - Олежек, милый, что с тобой? - испуганным голосом шепчет Мария обняв ладонями моё лицо и смотря мне в глаза. - Успокойся, что это ты? Что ты говоришь...
  Я в ужасе смотрю на её лицо замершее в двадцати сантиметрах от моего. По спине катится капля холодного пота и пальцы судорожно вцепляются в подлокотники кресла скребя ногтями обшивку. Неправильно. Неверно. Не может быть. Кто я? Где я? Кто ты?
  - Кто ты? - расширившимися от ужаса глазами гляжу я на неё и пытаюсь сбросить её руки со своего лица, словно они вдруг стали ледяными и лёд этот не хуже огня прожигает мою кожу. - Ты ведь... ты не жива... - оборачиваюсь в панике смотря вокруг. Застывшее маской сосредоточенное лицо Сергея в тревоге подскочившего ко мне.
  - Ты... ты пришёл убить меня?
  - Мишка!! Скорую!! Быстро - возьми мой телефон со стойки!
  - Алиса... жива... жива... извини... - в бреду бормочу я найдя взглядом её , успокаивающую не хуже меня испугавшуюся Совесть.- Жаль... жаль... всё таки сон... сон... как могло бы быть... если удастся дожить до полуночи... начать сначала...
  - Воды! - распоряжается кто-то. Голоса - тревожные, испуганные, заботливые, затихают, кто то кричит держатся, не терять сознание, но веки мои тяжелы, медленно опускаются под грузом нахлынувших воспоминаний.
 
  Сон. - успеваю подумать я перед тем как всё вокруг погружается во тьму. - Сон. Или предсказание. Как это может быть...
 
 
  ***
 
  Тиамат со вздохом уселся на край галереи Грез, свесив ноги вниз, ступнями к чёрному холодному небу, и, задрав голову, устало взглянул на скрытую облаками скорлупу Истинного Мира над собой. Он такой же Истинный, как человеческая глупость, и такой же хрупкий как то, что люди считают реальным, - думал он, глядя на то, как пеной небесного прибоя белые призрачные хлопья накатываются на материки и, смыв последние лучи усталого, прячущегося от глаз солнца, оставляют за собой горькую гущу кофейной тьмы наступившей ночи.
  Он любил ночь, он не мог бы сказать почему, но какая-то часть его каждый раз замирала в немом восторге, когда созданный свет, проигрывая извечный бой, уступал место изначальной тьме. Да и его ли часть это была? Часть Истинного, несомненно, но он, Истинным он ещё не был, и этот смутный идеал совершенного сознания был для него таким же чужим, как и весь созданный им мир.
  Но дороги назад, в Свой, сладкий, красочный, счастливый сон - у него не было. Как не было больше и его самого. Тогда, когда он, не зная, Победил нарушившего его иддилию Мастера, нежданным трофеем оказался груз десятков душ, осколков Истинного, таких же как он Первых ушедших в собственные сны. И он, тот кем всё время себя считал, оказался всего лишь одним из немногих составлявших сейчас неоконченный пазл его души.
  Не осталось и Имени, оно потеряло смысл. Ни то, что было у него во сне, ни то, которым звали его друзья в Зеркальном Дворце, он не мог больше назвать своим. Имя того кем ему неминуемо было суждено стать было надёжно спрятано и заперто в сущность этого мира тюрьмы, как и он сам, и он смог бы узнать... осознать его, лишь когда его миссия была бы окончена.
  Другие, не вернувшиеся ещё в лоно Истинного осколки его сознания, звали его Тиамат. Океан Хаоса. Но вряд ли это имя было верно... Он не чувствовал родства ни к нему, ни к какому либо другому набору звуков. В тот первый раз - он потерял себя, того кем себя считал. И теперь, до самого конца, до единства - он никто. Пустота. Оболочка наполненная печалью и памятью десятков таких же, как и он сам, потерянных душ.
  Тиамат устало потянул мышцы и, протянув руку, пожелал, чтобы в ней оказалась ароматная чашка кофе. Такого же, как и мир над ним. Чёрного, с молочной пеной молчаливых облаков. Вдохнув горячего воздуха, секунду понежив губы в ласковом сливочной тумане, он отхлебнул чуть-чуть чёрной бодрости, проясняющей сознание и открывающей глаза затем, чтобы осознать какую усталость приносит эта заимстваная ясность - ведь сила не использованная, превращается в растянутую на долгий срок слабость, а значит - эта новая бодрость не сулила ничего кроме нового напряжения и усиленной, вдвойне тяготящей грузом забот усталости
  В который раз за день он тяжело вздохнул, жалея себя.
  Вот и эта ночь, будет длиться всего каких-то шесть минут - здесь, в выси Яслей, солнце совершало свой обход десять раз в час Истинного Мира - появляясь с одной стороны планеты лишь для того, чтобы тут же скрыться за другим её краем.
  Игра, частью которой Тиамат невольно стал, была скучна до невыносимости. Сделав первый ход её течение уже нельзя было обратить назад - всё было решено, рано или поздно, Истинный, наконец - то воссоединится. Сейчас или через миллионы лет - не имело значения. Но существование в том виде, в каком Тиамат пребывал сейчас, было бессмысленной мукой для него и всех кто по воле или против неё стал его частью. Поэтому он предпочитал делать всё, чтобы этот момент воссоединения, или, чего он ожидал лично для себя - избавления от такого существования, наступил как можно скорее.
  Самое гадкое было в том, что и проиграть то он не мог. Кто бы ни победил - победит ОН. Или Тиамат убьёт Первого и тот станет его частью, или Первый убьёт Тиамата и примет его в себя, приходя к тому же результату. Как во сне, в котором ты снишься себе - и не знаешь кто из вас настоящий, ты смотрящий со стороны, или же это ты фантазия снящаяся ему, но это и не важно - когда сон кончится останется только один. Он старался разнообразить эту игру как можно сильнее, пытаться получить от неё удовольствие, но чаще всего получал лишь усталость. Или, как в случае с сегодняшним Первым - досаду от необходимости присутствовать в чужих глупых снах.
  Он повидал разное, и счастливые радостные сказки для пораненных душ, и персональные Ады замаливания грехов, но такого бредового Мира как сегодня ему не встречалось давно.
  Войдя во врата, он к своему удивлению обнаружил, что является всего лишь частью компьютерной программы. Точнее говоря, глупого хранителя экрана, представлявшего собой нарисованное королевство и пиксельного Первого, в яркой броне и с внушительным мечём патрулировавшего края монитора. Считалось, что он должен быть занять место человека наиболее близкого к нему, но извращённую фантазию этого осколка Истинного нельзя было предугадать - в свой мир он перенёс память о своём лучшем друге в Истинном мире, но вот по каким-то причинам, здесь, в этом бредовом сне, он оказался вечным соперником Сира Скринсэйвера - злобным пиксельным магом Чёрным Эк Раном.
  Попытка одолеть сумасшедшего подручными персонажу средствами не удалась. Ярый герой сначала смело перерубил половину посланного Тиаматом глючного войска, а потом задействовал какое-то вообще уж несусветное оружие и вмиг дезинтегрировал всю созданную Эк Раном армию графических багов, опалив лысину самому магу и заставив его нецензурными словами ругаться, заставив покраснеть не только девушку объявлявшую время, но и видавшего виды, двадцать раз на дню убиваемого Дракона - воспоминание этого психа о Слэйере.
  Много раз доказавший свою эффективность метод похищения любимой девушки героя также не принёс ожидаемых плодов. Мало того, что Тиамата доконало её постоянное назойливое синтезированное пищание без перерыва сообщающее который сейчас час, так ещё и Сир Скринсэйвер оказался тем ещё овощем, и, обрадовавшись неожиданно свалившейся свободе, месяц праздновал холостяцкую жизнь в трактире "На Минном Поле" в меню игр.
  Этим и воспользовался злобный Эк Ран. Связав и, на всякий случай, заархивировав похищенную девушку, он спрятал её как можно дальше в Контрольной Панели, куда никто не лазеет и точно не освободит эту банши даже сквозь кляп продолжающую истерично твердить "Какой-то там час. Всё Спокойно!". Своровав иконку у давно не запускавшейся программы, Эк Ран замаскировался под невинное приложение и втёрся в доверие к Королю. Пока не просыхающий Скринсэйвер спьяну пытался найти выход из трактира, то и дело оглушающим грохотом оповещая мир, что наткнулся на очередную мину, Тиамат внушил королю идею, что королевство его отстаёт от времени, графика доисторическая да и вообще пора перекрасить обои во дворце. За идеей последовал и план - территория королевства должна была быть увеличена с помощью изменения разрешения на заоблачные 1900 на 1400 пунктов. Всего лишь нужно-то было спуститься в подземелье, то, что за контрольной панелью, и подрегулировать пульт со знаменитой красной кнопкой.
  Наивный король, в отсутствие благородного рыцаря тут же согласился и повёл Эк Рана в святая святых королевства. Эк Ран не обманул ожидания и сделал то, что и обещал - поменял разрешение на большее.
 
  После чего итак перегретая его стараниями видео плата курнула напоследок, задымив системный блок едким дымом, и, под завывания агонизирующего вентилятора, отдала концы.
 
  Мир погас мгновенно, как если бы из монитора выдернули кабель питания. Тиамат снова оказался на площади Волн и в сотый раз ругнулся от необходимости раз от раза посещать такие бредовые сны. Но в этом смысл его существования... нет, тряхнул головой он.
 
  В чём смысл жизни молотка? Его функция - забивать гвозди. Но им также можно убить, ломать вещи, обрабатывать камень, высекая статую, просто положить на полку и забыть. Счастлив ли молоток, зная свою функцию? Был бы счастлив человек если бы знал что он на земле всего лишь для того чтобы... ну например строить города, отправиться в космос...
  Нет. Предназначение это воля извне. Сам человек счастлив тем, что существует не зная почему живёт. Поскольку если узнает - придётся пожертвовать все, чем он дорожит, самим собой ради своей функции. Смысла своего существования.
  Проклятие, вот и кофе остыл.
  Кофе остыл и пора снова за браться за работу.
  Проклятую работу, для которой я существую. Трепещите, теперь уже смертные - Охотник идёт искать, И посмотрим... может... может быть, у молотка найдётся и другой смысл кроме как забивать непокорные гвозди. Ну а пока...
 
  Шаг вперёд, в дикие волны и ...
 
  Dies irae, dies illa.
 
  Брысь! Вышли! Вон!
  А ну покинули пределы мира
  Нахалы, без прошения заночевавшие в гостях
  я не хочу делиться, всё моё
  от горизонта до светила
  Всё существующее ожидает лишь меня
  И для меня и только лишь сияют ночью звёзды
  Мне шепчет ветер, для меня цветут цветы
  И лишь меня несёт теченьем время
  мой путь конечен, и не стойте на пути
  Возможно, что у Вас своя реальность
  пусть будет, что мне с Вас, вы вне моей судьбы
  но знайте, тот, кто загораживает свет мне,
  грабитель, вор - без спросу дышит воздухом моим
  я оставляю вам всё то, что за спиною
  туда я не вернусь, богатство впереди
  и каждый миг испытан будет мною,
  одним лишь мной, таких же не найдёте вы
  И не завидуйте вы моему богатству,
  вы обернитесь, вы сошли с пути
  у вас всегда имелось собственное царство
  живите там, иначе нам не избежать войны
  и снова трачу я на вас слова и время
  а может зря? а может не враги?
  Всего лишь часть вы декораций в моём мире
  актёры в шоу, кто ж завидует таким?
 
 
 
  Тень мелодии следующей за мной. Всегда вне взгляда, неосязаема, сливающаяся с собственной тенью за плечом. Но рядом. Следует. Маскируясь под неуверенный звук шагов, шелест листьев - таких же невидимых, скрытых дающим всем приют ночью. И пока пытаешься обернуться, застать мелодию врасплох, останавливаясь, вслушиваясь в замершую тишину, отвлекаешься - в этот момент она и захватывает власть над тобой. Пока ты пытаешься понять, что же происходит с тобой, заметить крадущийся морок, мелодия проскользает внутрь тебя и вот ты уже неровным дыханием отмучаешь её ритм, вот уже, пока глаза всматриваются в отделившую от тебя даже собственную тень тьму, оставившую одного. Как никогда одного. Ты движешься сам, незная перебирая ногами, моргая ресницами - не ты, кто-то другой - во власти гипнотизирующей музыки - уже идущей изнутри.
  И кажется, время остановилось, идёт для одного только тебя, странно, скачками, то замирая, то проскакивая моменты, словно их и не было. Мелодия плетёт в твоём мозгу странную картину нереального мира, частично проявляющегося перед зрячими в транс глазами, но тут же исчезающая не успев собраться до конца.
  И те не знаешь уже больше, стоишь ли ты всё так же на том же месте, идёшь ли, есть ли ты. Ты пассивен, без воли и мысли о возможности вмешаться. Слушатель.
  Ты летишь. Нет. Просто земля вдруг исчезла, мелодия вокруг, пульсирует, вращает несуществующий горизонт, голова кружится. Мелькает механическая паническая мысль. Страх, мгновенно унесённый прочь и развеянный ветром с остатками недосказанных слов складывавшихся в мозгу. Цвета. Только теперь осознаёшь их присутствие. Или это расстояния? Скорость? Звуки?
  Кровь приливает. Пульсация, нагнетающиеся, обретающие массу звуки. Ты вдруг понимаешь, что они означают. Опасность. Настойчивое, не оставляющее альтернатив руководство к действию.
  Конечно. И тут же награда - адреналиновая эйфория, парение превратилось в неостановимое падение. Голос.
  Женский голос поющий о чём то. О счастье? Не для тебя, и счастье это замершая картинка в ваксе музыки - ты просто сравнялся в скоростью с чьим-то другим духом находящимся в падении, как и ты. Интересно, какова та часть, что вносишь в мелодию ты? Что слышит она, невидимая, в другом времени и реальности.
  Набирающий силу, идущий со всех сторон гитарный вой рвущий перепонки. Ярость, очерчивающая резкими линиями скулы, избиваемая встречным ветром лицо ухмылка. Вскинутые в сторону руки, не крылья, ладони сжимающие метровые лезвия. Они вибрируют, содрогаясь от мощных басов, огня ревущего внутри крепко сжавших рук.
  Множество мелодий, контроверзных, ранящих, борющихся, вырывающихся из заточения - сливаются в одну, твою собственную.
  Знание. Воспоминание. Предвкушение - Себя. Ещё чуть-чуть, падение неостановить, мир противится, хлестает тьмой вокруг и пытается вырвать глаза ветром, но яростный звук твоей музыки разрывает мир вокруг на лоскутки, которые в свою очередь воспламеняются подожженные твоей аурой. Превращаются в прах.
  Ещё чуть-чуть.
  Прощай.
  Ты вспомнил.
  Ты. Охотник.
  Тьма.
  Ослепляющая вспышка поглощающая всё вокруг.
  Я иду искать.
 
 
 
 
  -Снимай мешок. Можно уже. - Щекотка бахатной ткани склознувшей по коже, оглушивший своим неожиданным вздохом ветер приносящий с собой пространство, оглушительное и дезориентирующее, кружащае голову своей мнимой безграничностью. И слепота. Темнота была всего лишь единственным содержанием её мира в последний час, свет же - мигом закрыл своими ладонями её глаза надёжнее тем тьма спрятав содержание внезапно нахлынувшего мира. Нельзя ещё, не всё сразу, пусто головокружение пройдёт, вместе сним пройдёт и слепота - вот в яркой пелене медленно проступает тёмный силуэт, наверное человек склонившийся перед ней. Почему склонившийся? Возвращается и ориентация - она сидит на мягком стуле, руки связаны за спиной. Странно, как потеря занимавшего сознание ограниченного мира надетого на голову мешка, унесла с собой и реальность происходившего с ней. Словно она медленно просыпается ото сна.
 Вы как, надёюсь, химии ей не давали?
 Что вы, Иван Фёдорович, за кого вы нас принимаете, не первый день работаем. Это она не совсем в себя после пожара пришла, дыма наглоталась, сознание потеряла. Скоро оклемается. - молодой голос из за спины. Выше, значительно выше её.
 Ну и хорошо. А то времени у нас мало. Нет времени.- вздох - Ну да ничего. Когда это было иначе? Результаты нужны вчера! - имитирует голос, кашляет, да точно, спереди несёт сигаретным дымом. Курильшик. Хочется чихнуть, вдохнуть свежего воздуха, напряжение и преграда, недоумение - рот похоже заклеен чемто. Медленно, страраясь не заглотить много задымлённого воздуха, вдыхает через нос. Да нет, это не сигаретный дым, это горечь едкого дыма забившего и отравившего горло и лёгкие. Пожар, точно, теперь она помнит.
 - Отлепить кляп уже?
 - Подожди ещё, не её черёд говорить пока.
 Слишком много всего. Непонятно. Слепящий свет, отступающий, но не проявляющий мир вогруг, словно проступающую фотоплёнку, а ещё лишь пускающий в углы времени такуюжу слепую тьму, и заставляющий тёмный силуют перед ней менять форму и словно бы придавая ему медленно гаснущую огненную ауру. Лампа долнобыть находится за спиной Курильщика. Это чужой ей мир так неохотно пускает её назад, или она так не хочет возвращаться обратно. Да к томуже ещё и этот тихий звон в ушах. Словно мелодия, знакомая, назойливая, но всё время ускользающая от сознания когда пытаешся сконцентрировать сознание не ней. Свет уходит, но мелодия, безразличным фоном остаётся - предостережением всем кто её слышит. Внезапно подступающее понимание, страх, напряжение мышц заставляющее верёвки на запястьях впится в кожу, несмотря на режущий свет заполняющуе всю радужки зрачки, пытающиеся принять свет другого мира из которого исходит мелодия, скрытого за огненной пеленой единственной лампы в её новой темнице. Сильная ладонь лёгшая ей сзади на плечо и вжимающая её обратно в саркофаг стула. Словно пытаешся выбраться из глубокой могилы, слепимый пеленой дневного света сверху, но вот и он гаснет, скрываемой сыпящейся с верху землёй, оставляя лишь тьму единственной горящей в комнате лампы, и навеки отрезая мир снаружи, надёжно запирая её в избранной ей крипте. Чужой крипте - шепчет невидимый голос из за спины.
  Глаза, голубые холодные озёра, прямо напротив её, неотрывно смотрящие внутрь её сна.
 - Всё правильно. Такова и должна была быть реакция. - Слова написанные сигаретным дымом. Вот проявляется напряжённое морщинистое лицо человека лет пятидесяти, он склонился перед ней внимательно глядя её в глаза, словно ища подтверждения какой то свокй идее. И вот, находя его, отстраняетс от неё, щелкая спичкой и поджигая очередную сигарету. Уступая место плохоосвещённой комнате с покрытыми звукоизолирующей плиткой стенами, и ещё одним силуэтом - человеком повёрнутым к ней боком сидящего за столом, словно происходящее здесь его не интерисует, задумчего ерошащего рукой обширные усы уставившись кудато в стену сбоку от неё. Звезда из жидкого метала у него на плече, вот зрение фокусируется, серебро на погонах. Военный. Движение зрачков - тот, что говорил с ней, в гражданском, без знаков отличия, скорее похож на чиновника. Где она? Мелодия отвлекает от мыслей, мешает сосредоточиться.
 - Даваёте я буду звать вас Алиса. Не знаю вашего настоящего имени, да это и не имеет значения. - пауза - Можете звать меня Скорнев. - усатый ухмыляясь хмыкает не поворячивая гловы к ним. Допрашивающий, наверное это определение верно, на секунду оборачивается к нему и вернувшись вниманием к ней после паузы добавляет - Иван Фёдорочич, если вам так будет угоднее. - Ждёт чегото, переводит взгляд на её заклееный плёнкой рот и смутившись продолжает:
  -Ситуация не способуствует соблюдению положенных приличий, поэтому сразу перейдём к делу. Первая.- слово сказанно с напором, словнобы даже со скрытой неприязнью, нет, скорее с брезгливостью. Она пытается смотреть в некуда чтобы избежать персонального контакта с только что названным. Невольно упирается взглядом в завитые к верху усы всё также безразлично смотрящего в сторону человека за столом.
 - Знаю. Знаю. - Словно извиняясь говорит курильщик нежелаемым припятствием занявший треть открывшегося её глазам нового мира. - Вам сейчас не до разговоров. Голова кружится, сложно прийти в себя, в ушах шумит. Частично это вызванно пережитым вами пожаром. - невольный кашель. - Частично. - повисшая в воздухе запятая. Он с отвращением смотрит на сжатую в руке сигарету, и медленно, словно снимая с руки ядовитую змею, кладёт её в пепельницу на столе, заслужив ещё одну усмешку усатого. - Но для этого есть и другие причины. Более веские. Из за которых мы и вынуждены ийти на прямой контакт. - Пауза. - К чёрту. Степан развяжи ей наконец руки. - Курильщик явно нервничает. Мощные ладони касаются её запястий и секунду спустя впивающиеся в кожу путы спадают. Она пытается напрячь мускулы, но ощутив боль оатавляят руки в такой же позе за спиной, давая им привыкнуть к свободе. Никто не пытается содрать кляп со рта.
  - Не будем углубляться в источники наших знаний, скажем только что мы знаем кто вы, как вы попали в этот мир и почему. Наверное нам известно больше чем вам. Начать с того вы не единственная Первая ищащая укрытия в этом мире. Почему кто то провидит людей из вашего "Зеркального Замка" в именно этот так называемый "сон", мы не знаем, но сейчас это сыграло всем вам плохую службу.
 Усатый сзади него отсутствующе подбирает его окурок из пепельницы и подносит его к губам. Короткое дыхание и мёртвый пепел загорается красным угольком вновь родившегося пламяни. Затяжка. Секунда. Две.
  -Тот от кого вы все бежите, явился за очередной дичью в этот Мир. - Три секунды. - Охотник. - четыре секунды. - И сейчас под угрозой как ваще существование так и судьба сна куда вы непрошенно явились, по совпадению являющегося единственной и незыблемой реальностью мира являющегося нашим домом. - Струя дыма вырывается из приоткрытого рта насекунду зависнув в воздухе аморфным облаком и медленно растворяясь в полутьме комнаты. Допрашивающий её, не замечая её смотрящего ему за спину взгляда пытается подобрать слова чтобы выразить мысль котороя и так уже чётко звучит в её голове, принесённая чуждой мелодией.
  - Охотник здесь. Стражи проснулись и готовы к схватке. Мир балансирует на грани, хрупкий сон в руках могущественных сил. Всё решится до сегоднящней полночи. Ваша и наша судьба зависит сейчас от удачи и возможной маленькой лепты которую мы могли бы внести если вы согласитесь помочь нам. Вы упустили свой шанс. Настало время других людей. Всё что от вас требуется это передать эстафету. - напряжённый взгляд тщетно ищущий её внимания. Тихий, вдруг неуверенный, словно молящий голос. - Если вы понимаете о чём я и согласны, просто кивните.
 Повисшая в воздухе в перемешку с сигаретным дымом ожиданик. Медленный кивок. Усатый за столом медленно поварачивает голову впервые встречаясь с ней взглядом: - Это ты хорошо сказал. - со смешком говорит он вставая и кладя руку на плечо Скорневу.
  - Уступи-ка место. Настало время других людей. Смеющийся взгляд усталых глаз смотрящих на неё.
 - Жалко только его осталось так мало. Вознесясь стальной громадой выше многоэтажных зданий по городу шагал огромный Мех. Нет, не так. Словно огромный стальной айсберг вознёсшийся верхушкой к небу, исполинское тело древоподобного чудовища составленного из обломнов металических конструкций сросшихся воедино бороздило городской океан, оставляя за сабой в кильватере горы обломнов и облака пыли от зданий ставших у него на пути. Существо, напоминало собой огромное дерево созданное скульптором авангардистом из металолома на свалке - за исключением того, что высотой превышало самые высокие здания в городе, а обломки и облака пыли за его спиной напоминали что стало с теми зданиями, что бросили ему вызов попытавшись приградить ему путь. Подтверждая тезис о своей разумности (а своеволие и глупость несомненно признаки развитого разума, которым не обладают простые машины, но полны считающие себя венцом творения люди) Мех к неудовольствию своей хозяйкт вдруг свернул с пути прямой линией прочерчившим город котлованом обломнов и руин, и напрвился к стоящей неподалёку телевизионной башне. Медленно, ужасно медленно, одна из его рук напоминавших ветви огромного дерева, поднялась и словно не встретив никакого сопротивления прошла сквозь середину, здания. Секунду спустя телебашня подомнувшись под своим весом рухнула вниз, оставив лишь ещё одно расширяющееся у ног Меха облако пыли и груду обломнов. Стороннему наблюдателю бы показалось бы, что на лице Меха отразилась довольная ухмылка - но в этом случае сторонний наблюдатель несомненно бы ошибся. Медленно повернувшись, Мех вернулся к изначальному пути и волоча огромные ступни направился к странному красному полупрозначненному куполу на окраине города.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"