Аннотация: Посвящается безумным женщинам сказавшим - Давай без презерватива И мужчинам, которые после этих слов, высунув язык и выкатив глаза, кинувшимся на нее.
3:17 30.09.2010
Как Вы мне все дороги...
Посвящается безумным женщинам сказавшим - Давай без презерватива
И мужчинам, которые после этих слов, высунув язык и выкатив глаза,
кинувшимся на нее.
НАЧАЛО
Мир рухнул. За одну лишь секунду перед тобой проносится вся история Помпеи. В голову накатывает волна из кипящей лавы и черных клубов дыма -
ДВЕ ПОЛОСКИ. Всполохи кипящей магмы...и черная плоская равнина.
Ты идешь, идешь, идешь по выжженной пустыне, обдуваемый раскаленным ветром, а над тобой все ярче разгорается солнце, с каждым днем оно
все ближе к точке кипения:
- Куда пошел?
- Да (что-то мямлишь в ответ), друга давно не видел.
- Опять там нажретесь!!!
И ты идешь дальше.
- Я на работе задержусь.
- А как же я, сижу тут одна, а ты где-то там отдыхаешь?
И ты идешь.
- Огурцов хочу маринованных!!!
- Блин, раньше нельзя было это сказать?
Ты вылазеешь из кровати и идешь, идешь...
РОДДОМ
Под слоем пепла, все же есть жизнь!!! Ты полон жизни и энергичен. Друзья, пиво, водка и трава живы и будут жить. Красотищщщща!!!
Падаешь мордой в снег и орешь - Жиииизнь!!!
Два дня спустя...
Раннее (для тебя уже) утро. Полный энергии от утренних "сто грамм" ты мчишься через весь город на раздолбанном такси, потому что проспал.
Влетаешь в цветочный ларек и... покупаешь букет "Какой-нибудь, потому что, бля, срочно". Такси победно дребезжя подлетает к крыльцу роддома,
где уже собралась толпа счастливых родственников. Выскочив из машины, на автомате заражаешься их счастьем, дверь открываеться. Зал - весь в
зеркалах, ангелочках из какой-то белой херни и куче пыльных пластиковых цветов - придает нереальную торжественность сему событию. Ты немного
плывешь, в голове одна мысль - какого ..., почему сто, надо было принять двести пятьдесят.
Зал заполняется каким-то шепотом и шуршанием цветочных оберток. Все ждут, а ты вспоминаешь свадьбу - там тоже были все счастливы, потому что
в конце нажрутся, набухаются и здриснут, а тебе разъебываться всю жизнь.
Тишина.
Кто-то в белом халате выносит объемный такой пакет, перевязанный розовой лентой, и торжественно скрипучим голосом вопрошает - Кто здесь муж?
Ты идешь на кривых ногах (всё вчерашнее и сегодняшние сто давят на больную голову) и около нее дрожащим (все думают от волнения) голосом
отвечаешь:
- Я.
- Держите папочка!
ПАПОЧКА? Еле удержавшись чтоб не блевануть на ее чистый белый халат, забираю пакет. Выходит жена бледная и сильно похудевшая, ненакрашенная и
осунувшаяся, в одежде на 6 размеров больше ее, но улыбающаяся. Мы целуемся! Вспышка стробоскопа, голос - 500 рублей. Сука, фотограф, отрезал
еще кусок моей жизни.
НАЧАЛО НОВОЙ ЖИЗНИ
Все суетятся. Жизнь, вроде, наладилась, именно так утверждают два фужера шампанских и двести пятьдесят сверху. Мужики за столом то ли
матерятся, то ли песни поют. Тетки в другой комнате водят странный хоровод, наклонившись вперед градусов на 120, так что видны лишь одни
жопы. Ты мотаешься по квартире как хуй в проруби. Вдруг они расступаются и ты замечаешь на кровати красный лысый комочек с маленькими ручками и
ножками и зеленым кружком на животе. Кружок увеличивается и разрастается до огромного сигнала светофора - вперед по новой дороге.
НОВАЯ ЖИЗНЬ
Новая жинь началась с бессонной ночи, лишь под утро куда-то проваливаешься. Глаза мееедленно открываются - перед ними кипа сценариев и куча
возмущенных журналюг. Работа. Вечером ты с удовольствием замечаешь, что кипа не увеличилась и с не удовольствием, что не уменьшилась. Радостный
мчишься домой в надежде на вкусный праздничный ужин, фужер вина, часового чтения книги перед телеком, часовой любви и сладкого сна. Надежда
бдзенькнула об пол и разлетелась на куски от раскрытой двери. Перед взором предстала во всей своей красе гора Фудзияма в тазике в коридоре,
около гладильной доски. Раздевшись, идешь мыть руки... но и за второй дверью ждал сюрприз - Эверест, но с преобладанием желтых тонов, на вид не
совсем твердотельных. От радости за такие мощные сюрпризы ты чуть не обоссываешься, но, сделав шаг в сторону туалета, с ужасом понимаешь,
что сюрприз может быть и там. Берешь сигарету и идешь ссать в мусоропровод. Покурив, через полтора часа возвращаеся обратно, надеясь, что четыре
бутылки пива исправят картину и уберут миражи гор. Тупо, они выросли еще как минимум на 4-5 сантимеров. Надо, так надо - убеждаешь себя, хлебая
половником суп из холодильника, который жена сготовила в 10л кастрюле, чтоб каждый день не готовить.
21 час. Матерясь тащишь 20л эмалированную бадью с горячей водой, обещая убить человека который ее сделал. Купание вещь-то сама по себе
приятная, но когда купаешься сам, а не купаешь красного орущего человечка. Присыпка, какой-то крем, перекись водорода и зеленка. Суууука, кто
придумал такие пластмассовые закупоривающие крышечки к пузырькам - зеленые губы, руки и палас под тобой. А потом ТИШИНА, человечек сосет,
тихонько причмокивая.
Из последних сил таща ванночку с немеренным количеством воды из комнаты (потому что там теплее) в ванную, ты подозреваешь, что горы тебя
еще ждут. Через час, победоносно шествуя между рядов выстиранных пеленок и подгузников, обещаешь убить всех производителей стиральный машинок
за то, что они не придумали машинку, самостоятельно вычишающю какашки из белья. Утюг радовал только тем, что ты не родился лет на сто раньше и
поэтому его весь на 10кг меньше.
00 часов. В предвкушении хоть какой-нибудь любви, открываешь дверь в спальню. Суууки, раздельные комнаты и бебиняни придумали марафонцы
шизофреники.
Через пару часов ныряешь в постель и... жена спит в одежде. Ты ясно знаешь, что спящюю ее раздеть уже сил нет, а разбудить бесполезно! Опять
верещит бебиняня.