Лисовин Алексий
Сильная Русь. Глава - 15(окончание)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это окончание основного текста, но впереди ещё эпилог


 Тяжёлый, плетёный из ремней кнут, раз за разом хлопал по воздуху, к счастью, без тех залихватских щелчков, что доступны руке умелой и крепкой. Пребрана била сильно и зло, но без необходимой сноровки и это спасло Истому от тяжких увечий. Длинное и тугое охвостье кнута, со свистом секло по тканине одежды, забившейся в дальний угол холопки.
 - Потаскуха! Ёнда дешёвая! - Шипела Пребрана между ударами. - К какой такой другой? Отвечай! Да не вертись будто кошка блудливая!
 - Матушка - хозяюшка, да я же не про тебя! - Вжимаясь в угол как можно плотнее взвизгивала от ударов Истома. - Вырвалось, к слову. Не губи - помилуй. - Взмолилась лишь сильнее разъярив хозяйку.
 - Сука, мне что-же, тебя теперь миловать?! - Пребрана хлестнула изо всех сил, от злости, вместо холопки попав по стене и видно разочаровавшись в своём оружии, перехватила его по-другому, теперь норовя ударить кнутовищем.
 - Убьёшь!
 Но Жиляту она не услышала и массивная деревяшка рукояти кнута, с размаху опустилась на руку холопки, вынудив ту вскрикнув, схватиться за запястье, открывая голову под следующий удар. Который угодил бы точно по затылку, но был перехвачен рукой подоспевшего воина.
 - Убьёшь ведь!
 - Пусти! - Взвизгнула Пребрана и не в силах ударить кнутом, попыталась ногой дотянуться до девушки.
 - Убьёшь! Не бери грех!
 - Да я эту шлёндру... - Скрипнув зубами рванулась из захвата.
 - Ты слышал на что она намекала? - Яростно выкрикнула в лицо. - Я, дура, батюшку упросила, выкупить всю их семейку у тиуна...- Отпусти говорю! - Заорав попыталась освободиться и даже хлестнуть Жиляту кнутом. Не вышло и Пребрана, видимо убедившись в тщетности попыток, всхлипнув обмякла в его руках.
 - А потом эта сучка с моим же мужем... - Расплакалась, шмыгая в его этим приведя воина в полное смятение. Холопку он спас, но как же теперь быть с её хозяйкой? Женщина, которую он вожделел всё это время, беззащитно плакала сейчас в его объятьях. Очень хотелось её как-нибудь утешить, но нужные слова никак не находились. Видел, что её ярость уже поугасла, и надо бы отпустить свою пленницу, но не было сил от неё оторваться. Так и стоял пока Пребрана, не справилась, кое-как, со слезами.
 - Отпусти пожалуйста. - Попросила тихо. - Так и быть, не трону её.
 Жилята отпустил, поспешно, но нехотя. Она, всхлипнув, оторвалась от его плеча, задев щекой его подбородок и отстранившись, всего на полшага, приосанилась - как прежде красивая и строгая.
 "И не моя, не моя!" - Огорчился Жилята, любуясь ею и уже тоскуя по тем совсем недавним мгновениям, когда он полной грудью вдыхая её запах, сердцем ощущал удары её сердца.
 - Не трону. - Повторила, окинув брезгливым взглядом дело рук своих. Тканина летника, не выдержав кнута, на плече холопки пошла длинной прорехой, нижний край которой уже напитывался красным. Улыбнувшись этому, с заметным удовольствием, Пребрана величаво расправила плечи и обернувшись к дальнему выходу, окликнула требовательно - по-хозяйски.
 - Эй, люди, кто там?!
 На её зов из двери в поварскую, тут же, как будто того только и ждал выскочил мужичок лет под сорок, обычно справлявший разную работу в конюшне и на дворе гостевого.
 - Тута я, матушка. - Скинув шапку перед хозяйкой, замер шагах в десяти от неё, по-холопски преклонив совсем седую голову.
 - Дочка где твоя?
 - Лушка-то моя? - Засуетился мужик, косясь на кнут в хозяйских руках. - Так она в воеводский терем направилась. Помочь обиходить господина Перфилия, а то тяжко ему, от раны страдает...
 - Добро. - Прервала хозяйка и указала на холопку:
 - Её отволоки в светёлку, да девок там покличь, чтобы шли сюда прибраться. А Лушка, потом, как возвернётся, пусть глянет - не сильно ли я зашибла эту потаскушку. Будет нужно, пусть и её обиходит.
 Холоп с заверением всё справить как следует, бросился к Истоме, помог ей подняться и тихонечко причитая на её страдания, стенающую вывел из общей залы.
 Хозяйка, проводив их взглядом, несколько мгновений о чём-то размышляла, после чего обернулась к Жиляте.
 - А ты небось за своим скарбом пожаловал? - Спросила она с вызовом в голосе и пока тот думал, как лучше ответить, ловя себя на мысли, что ищет оправдание, Пребрана устало махнула рукой:
 - Да знаю я всё уже! Так что идём - заберёшь своё добро, да там и распрощаемся!
 Он вслед за ней проковылял в "келью", где первым делом нашёл свой мешок, да так и стоял с ним соображая, толи о том, с чего начать сборы, то ли не зная, как их отсрочить. Вдруг не захотелось уходить отсюда, особенно теперь, когда здесь она. Стоит и смотрит, ещё добавляя всё больше смятения в его душу. И он, что бы хоть как-то скрыть свою неловкость сказал первое, что пришло в голову:
 - А ты как об этом прознала?
 Пребрана только руками всплеснула:
 - Такую-то новость как не услышать?! - Вновь заговорила "тем самым" своим голосом и на один шажок приблизилась к Жиляте. - Теремные девки всем уши прожужжали. У нас же теперь, почитай, новый тысяцкий. Гадают за что это наш воевода, пожаловал тебя эдакой-то честью. Милует, видать, за какие-то заслуги. Ну то его забота, а ты вот мне скажи. - Шажок за шажком, подошла вплотную, и голос зазвучал ещё глуше чем обычно. - Скажи мне, а ты город оборонить сумеешь?
 Жилята опять замешкал с ответом, уже собираясь глупо и ненужно начать объяснять про численность войск, выучку воинов, да неприступность городских стен... Женщине, но не успел. Она разобралась в этом раньше и сама.
 - Вижу, что сумеешь! Меня же оборонил. Сперва от самого воеводы, а после ещё спас от греха смертоубийства. Я ведь эту сучку Истому и в самом деле хотела убить. Давно уже хотела! С тех пор как увидела со своим мужем. Да решимости всё никак не хватало. Всё же таки она, теперь, его имущество. Хоть и досталась моим приданным, вместе с этим самым гостевым двором. И теперь всё его, вместе со мной. А он муженёк то мой ох как горяч, да, по-хозяйски, на руку скор. - Она, будто лелея старую память, провела ладонью по правому боку, при этом, едва заметно, болезненно поморщившись и заговорив вдруг совсем о другом:
 - Церковный благочинный ныне мне сказал, чтобы в чёрные одежды пока не обряжалась. Молиться наказал об возвращенье мужа. - И вдруг улыбнулась с горькою радостью. - И это мне?! Ещё чего! Нет его больше! А я вот есть! - И сделав шаг назад, повела плечами, явив свою стать во всей красе.
 - А скажи-ка ты мне, господин новый тысяцкий, я тебе люба, али нет?
 У Жиляты так перехватило дыхание, что воздуха хватило лишь на самое короткое:
 - Да...
 - Так чего же ты ждёшь? - Ласково спросив, стянула повойник, оставшись простоволосая, такой какой её, с самого венчания, не имел право видеть никто кроме мужа.
 - Или не люба... - Шевельнула губами, отстраняясь ещё на чуть-чуть и Жилята не желая меж ними расстояния, шагнул за ней, настиг, на мгновенье замер, так словно обжёгся взглядом её глаз, только что зовущих, жарко и настойчиво и вдруг уже подёрнувшихся томной поволокой, подобно тем окнам глубокой воды, что прячут себя под болотною ряской.
 - Милая. - Обнял, привлекая к себя, ладонью скользя по спине к пояснице и ниже, всё ниже, к пышному и мягкому.
 - Милая! - Успел ещё раз вымолвить, прежде чем губами коснулся её губ.
 
 Уже потом, остывая от страсти, Жилята обнаружил, что его лежак недостаточно широк для них двоих.
 - Погоди! - Шепнул, целуя Пребрану. - Что-то у меня в горле пересохло.
 Скользнул на пол и с первым же шагом наступил на какой-то ремень. Присмотрелся впотьмах, пошарил рукой.
 - Ты конюху кнут забыла отдать?! - Удивился припоминая, что Пребрана сюда шла не с пустыми руками.
 - Спозаранку верну ему его снасть. - Лениво отозвалась хозяйка гостевого и помолчав сочла нужным добавить. - Вот как разъярила меня эта ёнда! Но ты не бойся, вдругорядь, я её сечь уж не буду! Я по-другому с ней поступлю.
 Жилята, наконец-то, отыскал баклажку, в которой, как он помнил оставалась брага.
 - И как же ты поступишь со своей холопкой? - Не то, что бы ему было интересно, но нравилось слушать голос Пребраны.
 - А я её продам...Мужиков там много - будет с кем потешиться.
 - Продашь?! - Браги оказалось всего на два глотка и жажду утолить удалось кое-как. - Воевода не даст хорошую цену. Верша эрзянок ему наловил, так что в девках теперь нет недостатка. Так, что может пока погодишь продавать? - Не услышав ответ, подошёл к лежаку.
 Пребрана уже крепко спала. Вольно разметавшись своим пышным телом, без одеяла по тёплому времени, и открыв взгляду все свои прелести. Жилята чтобы налюбоваться, даже поднёс поближе свечу, из поставца, что был под иконой. Не спеша, провёл взглядом, в трепещущем свете, от роскошной груди и по животу и дальше, туда, к самому сокровенному... Возникла было мысль - а может быть ещё раз? И ниже живота тут же шевельнулось, но спящая Пребрана так мила и безмятежна. Он не захотел её беспокоить.
 "Ещё успею". - Решил Жилята, взглядом примеряясь к своему лежаку.
 Оставшийся свободным край его постели, был узок для того, чтобы он мог там разместиться. Оставалось только улечься на полу, и он бы это сделал:
 "Хоть так, да лишь бы с нею!"
 Но вот ведь дела - спать совсем не хотелось. Зато вновь напомнила о себе жажда, а в его "келье" не осталось ни капли. Можно было кликнуть холопов с гостевого, или отправиться к ним самому, но взглянув на их хозяйку, эту мысль счёл неразумной.
 "А на колодец идти далеко". - Подумал и тут его осенило. - "У стражи, что в воротах, всегда есть вода! Пройдусь, а заодно проверю их службу. Я же теперь, как-никак, у них тысяцкий".
 Осторожно, стараясь не нашуметь, накинул на себя порты и рубаху, влез в сапоги и поправив на поясе ножны с мечом, стараясь не скрипнуть, отворил дверь.
 
 Уже направляясь к воротам детинца, неожиданно заметил, что почти не хромает. Это удивило, ведь буквально только-что, он ковылял так сильно, что едва успел спасти холопку от расправы. Теперь же шагал твёрдо и прямо, совсем не опираясь на свою клюку, а раненая нога почти не беспокоила. Жилята, отвыкший уже от такого, даже не поверил своим ощущениям и ему пришло в голову как-то их проверить. Но как? Пробежаться, или попрыгать? Он бы так и сделал, но стражи у ворот уже его заметели. Жилята представив, как будет выглядеть, невольно хохотнул и тут обратил внимание на стену детинца. Вспомнил как трудно даются восхождения и тут же сообразил, как себя испытает.
 "Поднимусь туда и узнаю. К тому же у стражников, что стоят возле била, должно быть какое-нибудь да питьё".
 Поднялся на башню без помощи клюки. Рана, хоть о себе и напомнила, но как-то на самом краю восприятия и когда он уже был на самом верху. Радуясь этому, перевёл дух и ступив на сторожевую площадку, поприветствовал стоявшего здесь воина.
 - Бог в помощь!
 Тот его уже ожидал, видно заранее услышав шаги, и хоть находился в собственном городе, а был на стороже, судя по руке на топорище чекана. Разглядев вошедшего в свете масляной лампы, воин, облегчённо выдохнув, ответил на приветствие:
 - Во имя Христа! - И засовывая оружие за боевой пояс, поинтересовался. - А ты, Жилята, с чем сюда?
 - Да вот не спится. Нет ли у тебя чего-нибудь испить?
 У стражника с собой был сбитень. Остывший, но вдосталь, как и разговоров. Жилята, утолив жажду, сначала их поддерживал, но когда дошло до погоды и опасений, что если дождей, таких как сегодняшний, будет с избытком - это ой как плохо и рожь в этом году уродит очень скудно... Жилята, по радостному своему настроению, и думать не хотел ни о каких заботах.
 - Ладно, - сказал воину, - бди!
 С этими словами покинул площадку, но со стены спускаться не стал. Пошёл по её верху, от ворот направо, двигаясь, вдоль Приволжской стороны посада, едва различимого в свете луны, отражавшемся на глади Волги, да кое-где мерцавших в окнах огоньках. Один из них, как показалось, находился повыше остальных прочих. Присмотревшись, Жилята сообразил, что это скорей всего, окно монастыря и, быть может даже, в келье Изяслава.
 "Хотя с чего ему бодрствовать в эдакий час?! Спит давно, должно быть. Всё же таки он слаб ещё - от раны не оправился. Надеюсь, Лаврово зелье поможет, и он уже скоро подымется на ноги и тогда можно будет... - К задумке уехать из Низовского, как только Изяславу это станет по силам, Жилята, внезапно отнёсся с сомнением.
 "Как там посулил Лавруха? После Изяславику станет ещё хуже? Оно-то и понятно - после трудов пути-то! Так стоит ли парня эдак истязать? Пусть себе пьёт Лаврово зелье, да остаётся там, где сейчас, под присмотром преподобного отче Парамона. А убраться отсюда мы завсегда... сможем?" - Мысль оставить Низовской перестала нравиться.
 "Особенно сейчас, когда Пургас вот-вот нагрянет. Бросив доверившийся мне город. Что потом люди обо мне скажут?! Иудой нарекут, и будут в упрёк ставить это моим внукам, а может статься ещё и их внукам!
 Подумав о потомках, вспомнил Пребрану. Её, отсюда, он увезти не сможет.
 "Куда?! Да она и не бросит свой гостевой двор! Останется с Первушей здесь, в Низовском, который, по всему, мне защищать придётся!" - И вот эта мысль разогнала сомнения - теперь воин Жилята знал, как он поступит. От этого сразу стало легко, да ещё так, как давно уже не было. И он с высоты крепостной стены взглядом провёл от монастыря, по мерцавшим там и тут окнам домов, до красиво блестевших в свете луны, сливаясь друг с другом, Оки и Волги.
 "Я буду защищать этот город!" - Решимость заполнила его душу, отогнав к самому её краю всё, что тревожило все эти дни. Когда и в каких силах придёт сюда Пургас? Насколько готов к этому воевода? Что от воеводы хотел князь Ярослав, такого, что убил своего посланца...
 "Ещё всё успею!" - Решил Жилята, представив, как наяву, образ Пребраны, раскинувшейся во сне на его постели.
 "Успею!" - Повторил сам себе, прогоняя мысли о своём боярине, собственной жене и даже о Суздале, что в общем и сделать было не трудно, поскольку он их отсюда не видел, как не мог видеть всего того, что находилось немножечко дальше тёплых огней спящего города.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"