Марта.
Сегодня у меня была куча дел. Раз - заехать на работу и объяснить шефу причину своего отсутствия на работе и два - купить новый телефон взамен своей разбитой "Ноки". Три- сдать в ремонт то, что осталось от фотоаппарата. Четыре - купить что-то из еды.
Лишь я переступила порог офиса, вокруг образовалось кольцо доброжелателей, участливо спрашивающих меня о причинах отсутствия и сочувствующе намекающих о том, что отсутствие будет стоить мне как минимум штрафа. Впрочем, после вчерашнего визита бывшего мужа мне казалось все это чепухой и я смело вошла в кабинет готовая к самому худшему. Начальник мой был занят, перебирая бумаги на столе и слушал меня мягко говоря, в пол уха. А когда перед ним оказалась справка (выписанная, конечно Ветровым) о том, что я стала участником ДТП, он и вовсе, махнул рукой, буркнув о том, что больничный мне будет оплачен и к своим обязанностям я могу преступить как только мне станет лучше.
Такая удача подняла мне настроение и я отправилась в ближайший магазин мобильной связи, что бы выбрать самую бюджетную модель телефона. Все же эта покупка была непредвиденна в моем бюджете и грозила пробить в нем ощутимую брешь. С фотоаппаратом дела обстояли из рук вон плохо - приемщик долго вертел его в рука и в итоге объявил мне, что дешевле купить новый, чем собрать то, что осталось от этого.
Я вышла из сервисного центра и медленно шла по бульвару, щурясь на проглядывающее из-за облаков солнце. Боже мой, я совсем потеряла счет времени позабыла, что сегодня последний день зимы. Конечно, до настоящего тепла было еще далеко, мне уже мерещился в воздухе неуловимый весенний дух и казался прекрасным подтаявший рыжий снег у края тротуара. Я прошла пешком несколько кварталов, наслаждаясь прогулкой. Свернула в попавшуюся по дороге булочную, что бы купить несколько пышных горячих рогаликов. Предвкушая, как я буду пить кофе со свежей выпечкой, я прыгнула в красный трамвай и он повез меня к дому.
Выйдя на своей остановке я свернула в ночник, что бы купить банку кофе и сигареты. Сейчас здесь было пусто. Тихо пело радио голосом Киркорова приглашающего полететь сквозь стекла занавешенные дождем. У прилавка стоял мужчина в длинном кашемировом пальто. Наверное, ехал мимо и остановился что бы купить сигарет или мятных жвачек... Не знаю что там могут покупать мужчины в дорогих пальто вот в таких придорожных магазинчиках. Вряд ли сомнительного качества колбасу или заветревшиеся сосиски. Так я размышляла медленно приближаясь к прилавку и рассматривая ассортимент кисломолочной продукции в стеклянной витрине. Мужчина как раз рассчитывался и будто какая-то сила оторвала мой взгляд от йогурта с лесными ягодами и перевела его на мужчину. В глаза мне бросилась пухлая рука поросшая рыжеватыми волосками.
Рука... У меня зашумело в ушах и поплыло перед глазами. Запах дорого одеколона смешанный с застоявшимся запахом продуктового магазина внезапно исчез и в ноздри мне ударил удушливый запах свежей крови, который вдруг сменился смрадом разлагающейся плоти.
Мужчина резко развернулся и блеклые его глаза резанули меня ненавидящим взглядом. С полных алых губ сорвалось беззвучное ругательство и грубо оттолкнув меня, гражданин ринулся к выходу.
- Как обычно? - до меня донесся голос продавщицы.
Я кивнула в ответ и, развернувшись к прилавку, протянула зажатую в кулаке купюру. Меня мутило и я вцепилась в его край, что бы не упасть. Рыжеволосая грудастая продавщица привычным жестом достала с полок пакет растворимого кофе и пачку ментоловых сигарет, отсчитала сдачу и с любопытством уставилась на меня.
- Что-то еще?
Я мотнула головой, что должно было означать "нет, спасибо" и собрав все свои силы, оторвала руки от прилавка, что бы сгрести покупки и деньги в рюкзак.
Путь к выходу казался мне бесконечно долгим. Каждый новый шаг давался мне труднее, чем предыдущий, почти у самой двери меня так повело, что я врезалась плечом с холодильник с пивом.
- Аккуратнее! - рявкнула на меня продавщица и этот вопль предал мне сил, будто вытолкнув на улицу.
Солнце исчезло за облаками. В лицо мне бросился ледяной обжигающий ветер. От этого меня затрясло и я, не в сосотоянии больше сдерживаться, тихо взвыла. Со мной происходило что-то непонятное. Меня трясло, но не от холода, а от ужаса, разворачивающегося у меня внутри медленно, словно кто-то бережно расстилал дорогой персидский ковер. Чужая боль и страх нарастали во мне, питаемые жуткими возникающими помимо воли кровавыми картинками, напоминающими кадры из самых жестоких и безумных фильмов.
Скрючившись, будто это могло как-то помочь, я сделала несколько шагов к краю дороги и присела прямо на грязный холодный бордюр.
- Не надо, - тихо взмолилась я, понимая, что сама не смогу это прекратить. - не надо... Пожалуйста...
В отчаянье зажала голову руками и зажмурилась.
Не знаю сколько бы я так просидела, если бы не появился Кит. Он, собранный и четкий, как всегда, рывком поднял меня на ноги и усадил в свою машину.
Кит втолкнул меня в полутемный коридор моей квартиры и, без всяких церемоний, схватил меня за грудки и потребовал:
- Говори, что с тобой случилось! Ты слышишь?! Говори!
Я не слышала. Я оглохла от криков боли и ужаса, звучавших сейчас в моей голове.
- Марта! - ревел в бешенстве Кит, тряся меня.
- Не могу! - провыла я. - Я не могууууу!
Я в самом деле не могла ничего ему сказать и остановить кровавое кино в своей голове тоже не могла.
Он ударил меня по лицу, что бы привести в чувство. Как не странно, но это помогло. На какую-то секунду безумие мое отступило и, пользуясь этим, я бросилась в кухню, срывая с себя на ходу рюкзак и бросая на пол куртку. Целью моей был кухонный шкафчик в котором стояла начатая бутылка коньяка - средство от душевных ран. Сейчас я хотела одного - поднести к губам стеклянное горлышко и пить обжигающую жидкость до тех пор, пока не отключусь. Но у Кита, похоже, было свое мнение. Пока я хлопала дверцами в поисках бутылки коньяка, он где-то нашел лекарство, которое прописал мне Ветров и наполнив до краев столовую ложку, скрутил меня и заставил выпить. И все же, даже мой обезумевший организм не желал принимать эту волшебную отраву. Меня немедленно вырвало прямо на белоснежный, с высоким горлом, свитер Никиты. Светлый отшатнулся от меня с брезгливой гримасой и скрылся в ванной.
Этот неприятный инцидент несколько привел меня в чувство. Оказалось, что если сосредоточиться на чем-то, то можно немного абстрагироваться от этого ада, пляшущего в моей голове.
- Надо убрать. Убрать, - бормотала я, тихо подвывая и шмыгая носом.
Я загрузила в стиральную машину свитер Кита, проговаривая каждое свое действие и сбиваясь иногда на детские стихи и скулеж.
- Кит, - проныла я, вцепившись в его загорелое мускулистое плечо. - Что же ... делать, а?
- Не путаться с Темными для начала, - сквозь зубы процедил он, но, увидев, как меня в очередной раз скрутил новый приступ, сжалился. - Я позову Ветрова.
Он подхватил меня на руки и отнес на софу, где я сжалась в комок, стараясь спрятаться от боли под старым пледом.
- Марта, - от звука этого голоса мое беспамятство отступило и сознание мое на некоторое время вырвалось из бури кровавых картинок.
Не знаю сколько прошло времени. Видимо я слишком устала, что бы плакать и лишь иногда вздрагивала, словно судорога пробегала по телу.
- Марта, - я открыла глаза и увидела, что рядом сидит Миран. Мой Миран гладил меня по встрепанным волосам и от этого будто бы становилось немного легче.
- Давай, - улыбнулся он мне ободряюще. - Обними меня.
Только сейчас я заметила стоящих у дверей Ветрова и Никиту, которые выжидающе смотрели на нас. Я решила, что это какая-то жутка галлюцинация. Что вот оно - проклятие Видящей сбылось - я потеряла разум и все смешалось в моей несчастной голове.
- Делай, как он говорит, - сказала галлюцинация Ветрова и я, не находя ничего другого, покорно взобралась Мирану на колели и обняла его, сложив голову у него на груди.
- Сейчас, - ласково шептал мне на ухо Миран, - сейчас станет лучше. Дыши, Марта. Дыши глубже.
В самом деле боль понемногу отступала. Дыхание становилось медленней и спокойней. Я словно парила в безмолвной успокаивающей пустоте.
- Все хорошо? - его голос вернул меня и я открыла глаза, щурясь на ранние сумерки февральского вечера. Меня больше не изводили чужие мучения, тело не терзали "фантомные" боли и мир царил в моей душе.
- Да, - удивленно пролепетала я, глядя на Мирана так, словно он исцелил меня от последней стадии рака.
Никита презрительно фыркнул и я только сейчас поняла, что они с Ветровым в самом деле находятся в этой комнате и смотрят сейчас на нас с Мираном.
- Миран, тебе пора, - сказал Ветров и вытолкал Никиту в кухню, тактично давая нам с Мираном попрощаться без посторонних.
- Что здесь происходит? - шепотом спросила я.
- Они позвонили мне с твоего телефона и сказали, что бы я срочно приехал, - он с нежностью поправил мои растрепанные выбеленные волосы. - Надо прощаться. Твои друзья нетерпеливы.
Он поцеловал меня и улыбнулся.
- Я пойду.
Мы поднялись с софы и я проводила его до дверей.
- Когда мы увидимся? - спросила я, задержав его ладонь в своей.
- Как только будет возможность, - ответил он, выразительно посмотрев в сторону кухни. - Пока.
Закрыв за Мираном дверь я отправилась к своим Светлым.
- Как ты себя чувствуешь? - первым делом спросил Ветров.
Я налила себе тепловатой воды из чайника и сделала несколько глотков.
- Все нормально, док.
Мне было как-то не по себе из-за того, что они видели нас с Мираном вместе. Пусть даже наши объятия и носили "терапевтическое" назначение.
- Что с тобой произошло?
- Не знаю, - я села за стол и пожала плечами. - Я зашла в магазин и ... И там ... Кажется, я столкнулась с убийцей.
- Кажется! - презрительно фыркнул Кит. - Ты Видящая! Тебе не должно казаться!
- Хорошо, я столкнулась с убийцей, - поправилась я. - На нем было столько крови, что мне стало плохо. Будто... Будто я сразу увидела всех его жертв и как будто я была сразу всеми, когда он... убивал. Это ужасно...
- Это потому, что ты не пьешь лекарство! - грубо прервал меня Никита.
- Это потому, что меня от них тошнит, как ты заметил! - огрызнулась я в ответ.
- Надо меньше путаться с Темными, что бы не тошнило! - Никита был в бешенстве.
- В его словах есть доля правды, - поддержал Кита Ветров, что было для меня полнейшей неожиданностью. - Обычно Видящим помогает снять приступы регулярный прием лекарственной настойки, а ты довольно странно на нее реагируешь. Вот мне и пришлось пойти на этот эксперимент и лечить Темный приступ Тьмой.
- Очень мудро с вашей стороны, - буркнула я. - Излечивать подобное подобным.
Ветров взглянул на свои наручные часы и сообщил:
- У меня сейчас прием. Мне нужно идти. Вечером жду вас у себя.
Он вышел из кухни, оставив нас с Никитой вдвоем. Я слышала звук его шагов в коридоре, а потом они исчезли. Я прислушивалась, стараясь уловить хлопок закрывшейся следом двери, но не могла. Неужели он стоит сейчас там, в полутьме у зеркала любуясь своими рыжеватыми усами?!
Никита вдруг расхохотался.
- не могу! - закатывался он, едва не падая со старой табуретки и хлопая себя по коленям. - нет! Я не могу!.. Он ушел! Ушел, Марта!.. А Ты?! Ты верно думала, будто .... Ой, я не могу!
Он хохотал, а я злилась, чувствуя себя дурой.
- Да что происходит?! - взорвалась я.
Кит, справившись с приступом смеха сообщил мне:
- Он ушел через портал! Знаешь, что это, Марта? Порталы, это такие штуки, которые помогают нам перемещаться в пространстве без этих ваших машин! У Ветрова достаточно силы, что бы самому открывать их в любом месте. Просто он вышел в коридор, что бы не шокировать тебя. Вот и все. А вот твой Миран, непосвященная полукровка и может ходить только через телепорты, да и то, не чаще раза в неделю.
Слова про Мирана почему-то меня обидели и я едко поинтересовалась:
- Ну а ты-то сам, отчего не экономишь бензин?
- Мы живем в мире людей, рядом с людьми и поэтому не высовываемся, что бы не возбуждать лишних подозрений. Да и бензин дешевле, чем затраченные на разную чепуху силы. Такой ответ тебя устроит?
- А когда Мирана посвятят, он станет сильнее?
- Ага. И кровожаднее. Тьма дает силу и требует крови.