Я никогда не встречала таких, как ты.
Ты - единственный в своем роде.
Интересно, легче ли тебе от этого?
Мне-то уж точно легче.
Двоих таких чудовищ этот мир не выдержал бы.
Впрочем, это твой мир. Он создан тобой, и ему, пожалуй, плевать на то, сколько в нём тебя.
Но не мне.
Нет такого, что я не согласилась бы отдать за то, чтобы тебя не стало. Пусть вместе с тобой не стало бы и меня.
Знаешь, я ведь с детства... знала.
Знала, что этим кончится моя "свободная жизнь".
Которой у меня, собственно, никогда и не было.
Думаешь, я столько дралась и царапалась оттого, что меня поставили перед фактом когда уже было поздно что либо менять?
Нет.
Я знала обо всём ещё с детства.
Никто не счел необходимым всё мне рассказать, но я знала.
Не спрашивай, как.
Я была готова к тебе, Тьма.
Но это ещё не значит, что я была готова тебе смириться.
Даже сейчас. Даже сейчас, когда на моих плечах - мантия великой доминатрисс, даже сейчас, когда я по праву равна тебе, - я боюсь тебя. Боюсь и ненавижу одновременно.
В мире есть очень много страшных вещей, но тех, которых боится Свет - всего одна.
Ты.
Не Тьма. Не Зло. Не Боль.
Ты.
Ты, бывший Светом, ты, оставшийся Светом, ты, принесший и воцаривший Тьму.
Как такое случилось? Как имя твое привело тебя в бездну?
Я не знаю.
И вряд ли узнаю когда-нибудь.
Знаешь, нам двоим, наверное, было бы легче, смирись мы друг с другом. Люби мы друг друга. Хотя я не представляю себе, как абсолютное добро может любить абсолютное зло.
Мне говорили, что я - та частица Янь, в которой есть капля Инь, но если ты - моя судьба, то где же твоя Янь в том море Инь, что так манит и так пугает одновременно?
Я не понимаю, как может существовать такая абсолютная и безграничная Тьма.
И именно поэтому я никогда не смогу тебя принять.
Я просто не знаю, что надо в себя впустить, чтобы согласиться с тобой.
А ведь ты это знаешь.
Ты прекрасно понимаешь мой страх и отчётливо видишь мою ненависть.
И холод, идущий от тебя, лишь разжигает их.
Когда-нибудь настанет тот момент, когда я в нём сгорю.
Но если он настанет, я хочу, чтобы ты просто знал.
Всё могло бы быть по другому.
Будь мы чуть младше, чуть слабее и чуть проще.
И пожалуй, чуть смелее.
Ведь это так просто - подойти к тебе и поднять голову, взглянув в глаза. И сказать: "Давай прекратим всё это".
Но ведь никто из нас этого не сделает.
Но знаешь ли ты, циничный и бесчувственный Тьма, как мил и добродушен ты можешь быть? Знаешь ли ты, как светлеет твое лицо, когда теплый ветер касается щеки? Знаешь ли ты, как тает твоя печаль на пламени, играющем в камине?
Вот и я не знаю.
Но я хотела бы знать.
Я хотела бы представлять себе, как ты улыбаешься, глядя мне в глаза.
Как ты не воспринимаешь все мои слова в штыки и как ты не пропускаешь меня вперед, не опасаясь повернуться ко мне спиной.
Я хотела бы видеть в тебе друга.
А не врага.
Хотя может, оно и к лучшему.
Ведь хороший враг никогда не бросит.
Жаль, вся эта игра давно уже переросла в окостеневшую иссушенную войну.
Я знала тебя с детства, Тьма.
Я заранее была готова тебя принять.
Я знаю, как вести себя с тобой, чтобы ты радовался ласковым словам, как ребенок, и засыпал, устроив голову на моих коленях.
Но я не смогу этого, пока ты сам это не поймешь.
Всё это перерастает в фарс.
Я знаю.
Но причина неприлично проста и дико сложна одновременно.
Всего лишь три слова.
Я боюсь тебя.
Боюсь тебя до дрожи, до озноба, до темноты в глазах. Боюсь стали в твоем голосе и силы в твоих руках, боюсь цинизма в твоей ехидности и боли в твоих глазах.
Но я не знаю, как до тебя это донести.
Ты так жесток ко мне, Тьма, но в этом виновата лишь я.
Эти три слова, которые я никогда не решусь тебе сказать.
Ведь это означает проигрыш.
Демоны не оставляют наравне себе проигравших однажды ангелов.
Но если бы я была хоть чуть-чуть уверена, что ты - не безграничен, как неправильная половинка Инь-Янь, я бы не стала колебаться.
Дождь, идущий сегодня за окном необычайно печален. Или это мне так кажется.
Как ты считаешь, боль моя... и любовь?