Андонис, начальник порта Пирей беседовал с Неархом, близким другом царя Александра, сидя в своей комнате. Разговор шел о строительстве новых кораблей, столь нужных для осады Тира и других финикийских городов на побережье Персии. Прибежал раб с пристани и закричал:
- Господин, в порт прибыл чужой парусный корабль.
- Ну и что? К нам много приходит чужих кораблей. И ты посмел нас беспокоить известием о корабле из какого-нибудь Карфагена?
- Нет, господин, это парусный корабль из Гипербореи.
Неарх и Андонис переглянулись и поехали к пристани, взяв с собой раба.
Анджелос, командир патрульной триремы, встретил уважаемых людей на пирсе и показал на корабль. Неарх и Андонис аж рты разинули, увидев чужеземный парусный корабль. Это судно длиной как тетрарема, было в полтора раза шире, но корпус был низкий. Зато на нем были три мачты, не было тарана, но сверху вперед торчало бревно. Неарх насчитал целых шестнадцать парусов, и все это богатство управлялось множеством веревок и непонятных приспособлений, неведомых ни эллинам, ни финикийцам. Как будто огромная белая птица с черным брюхом, плыла по воде, готовая стремительно помчаться, дай только свежий попутный ветер.
Больше всего поразило моряков Эллады и гостей Пирея, что ветер, дувший с запада, не смог помешать гиперборейскому кораблю подходить под парусами к берегу с юго-востока. И никаких весел ему не было нужно.
Настолько чужих кораблей по облику никто из моряков, знавших все суда между Геракловыми столбами и Колхидой, не видел до нынешнего дня. И таких красивых...
И сам экипаж лицами был как дикари далеко к северу от Эвксинского понта, но одеты совсем странно. Еще все заметили, что команда на неведомом корабле это не бестолковая толпа и не гребцы, действующие в такт, а люди, каждый из которых быстро делает свое дело в нужный момент и в нужном месте. Таких тут не видели на море.
Капитан советской баркентины "Вега" Валентин Седов, управляя швартовкой, мучительно думал, что делать дальше, раз занесло не в то место и не в то время. Хорошо хоть нашелся на борту знаток древнегреческого языка.