КНИГА СЕКСУАЛЬНЫХ ОТКРОВЕНИЙ (фразы, редактирование) - 111
(Алексей Виноградов, журналист, десять лет вел брачную рубрику в газете, а это выдержки из его статей и кусочки интервью с читателями газеты):
Французская любовь 1812 года (школьное сочинение 1998 года одной старшеклассницы):
- Две русские версты до этой деревни, - перевел своим офицер и размашистым ударом
опустил саблю на голову крестьянина, у которого он расспрашивал дорогу, но удар
получился неловким, и мужик с рассеченным глазом изумленно стоял и смотрел на
окруживший его дозор наполеоновской армии. Всем стало неловко за этого недобитого
русского, и всадники бестолково топтались вокруг уже сильно мокрого от крови
бородатого человека.
- Ах, господа, я спорю на десять золотых, что одним ударом отрублю эту русскую
голову, - похвастался самый молодой офицер, и своим коротким взмахом только разбил
скулу крестьянина, который так и продолжал безмолвно стоять на дороге. Уже под
третьим неточным ударом русский ожил и, громко крича, кинулся в сторону, и тут
же упал, в ужасе ожидая, что его сейчас зарубят на смерть.
- А пусть его, - приказал старший офицер, и разведка французской армии повернула
лошадей в сторону деревни. - В такую жару он околеет раньше, чем проползет сто
шагов.
Восемь конных французов с двух сторон обогнули деревню и тем самым отсекли жителей
от ближайшего леса. Старший офицер на плохом русском объяснил крестьянам, что
всем им нужно немедленно собраться у околицы, и подмигнул своим:
- Сейчас станем пробовать русских девушек. Это чудные цветы, которые надо рвать
только летом.
В течение получаса в указанное место выползло из изб десятка три чумазых жителей,
в числе которых было по приметам и несколько особ женского пола. Этих последних
отделили от остальных крестьян, которых приперли бревном в самой крепкой избе.
- Эти девушки дурно пахнут, - засомневался пожилой офицер, но его перебели сразу
три молодых голоса, предложившее вымыть девчонок прямо в речке. Для этого шесть
самых симпатичных девчушек обвязали одной веревкой, и прямо этой связкой столкнули
в воду и стали окунать их прямо я головами.
Уже через полчаса крестьянок вытащили, но две из них успели захлебнуться и их
просто спихнули ногами в реку. У оставшихся в живых четверых девушек саблями
срезали рубахи, и уже голышом стали рассматривать, как опытная кухарка ощупывает
перед разделкой кур. В пять минут решили, что пожилому офицеру достанется в индивидуальное
пользование самая толстая девица, с которой он может уйти за сараи, и там стыдливо
уединиться со своим трофеем. Еще с одной девушкой ушел старший офицер, А оставшихся
двух худеньких девчонок лет 15-17 решили пользовать всем вместе, прямо на берегу,
в вшестером, надеясь, что русские лошадки все выдержат.
Вначале, на каждую девушку навалились по трое, но тут же поняли, что в такую
жару по-другому просто не справится с такими увертливыми девчонками, но даже
так ничего толком не получалось.
В самый разгар этой рукопашной борьбы одному из французов надоело сопротивление
и он, оттолкнув товарищей, вспорол саблей живот одной упирающейся девушке, отчего
вторая тут же прекратила сопротивление и покорно отдалась по очереди всех шестерым.
Все это время раненая девушка держала обеими руками вывалившиеся внутренности
и тупо смотрела, как шестеро французов, красуясь друг перед другом, самыми замысловатыми
движениями женились с ее подругой. А потом, распалившись, стали это делать одновременно
вдвоем и даже втроем. Она так и не произнесла ни единого стона, а медленно угасла,
словно заснула, так и не разжав ладони, закрывающие ее разрубленный живот.
Насытившись, французы отрезали несколько прядей волос у обесчещенной ими девушки
и спокойно отпустили ее прочь. Вернувшийся старший офицер кисло посмотрел на
распотрошенную мертвую девушку и велел немедленно уходить из деревни, так как
выехали они с самого утра, но так и не нашли признаков русской армии.