На следующее утро после встречи с матерью Алексей и Никита терпеливо ждали её в вестибюле отеля. Алексей развалился в глубоком кресле, не зная, куда деть руки. Сначала он положил их ладонями вниз на колени, затем нахмурился и спрятал под мышки, плотно прижав к туловищу. Минуту спустя принялся что-то усердно искать в карманах пиджака. - Возьми что-нибудь в одну и вторую руку. И зажми в кулаках. Хоть делом их займёшь, - не открывая глаз, негромко посоветовал Никита. Он сидел в соседнем кресле и так искусно притворялся спящим, что мог обмануть кого угодно. Алексей замер, обдумывая подсказку. Что-то решив для себя, он кивнул и выудил таки из бездонных карманов огрызок карандаша и клочок мятой бумаги. Зажав находки в кулаках, он наконец успокоился, и его руки мирно легли на подлокотники. Никита, всё так же не размыкая век, едва заметно улыбнулся. К стойке администратора беззвучно подошла молоденькая горничная. Указывая на братьев, она что-то зашептала портье. - Месье! Месье! - позвал братьев администратор. - Да? - приоткрыл один глаз Никита. - Ваша маман... - портье не успел закончить фразу. Входная дверь скрипнула, и в вестибюль кто-то вошёл. Как по команде, братья одновременно обернулись и ахнули. Перед ними стояла мать.- ...я хотел сказать, что её нет в номере, - растерянно договорил администратор. Но его, кроме горничной, никто уже не слышал. Братья обнимали маму. - Мамуль, ты почему так рано проснулась? - укоризненно покачал головой Алексей. - Действительно, ещё ведь раннее утро, - поддержал брата Никита. Алла обняла сыновей и нежно поцеловала каждого в щёку. Никита тут же густо покраснел и зашептал:
- Мам, ну я же уже большой! Да и люди кругом...
- У людей тоже дети есть! - улыбнулась Алла. - А я ходила встречать рассвет. Как же прекрасен Париж в лучах утреннего солнца!
- Я полностью согласен с вами, мадам, - как истинный парижанин отозвался администратор, услышав восхищённый возглас постоялицы.
- А ещё у торговца я купила мороженое, - заговорщически прошептала сыновьям Алла. - Ну, мам! - укоризненно развёл руками Алексей. - И где оно? Что ж, пойдёмте есть мороженое. Тут недалеко как раз есть парк, - смирившись, вздохнул Никита.
Он развернулся и придержал тяжёлую входную дверь, пропуская маму и брата обратно на улицу. -О ревуар месье, - кивнул Никита на прощание служащему отеля. -О ревуар, - ответил вежливой дежурной улыбкой администратор. Утренняя парижская улица встретила их свежим шелестом листвы, весёлым щебетом птиц, стуком копыт проезжающих карет и фаэтонов, который то и дело перекрывался непривычным гулом первых мчащихся автомобилей. Легко позавтракав, семья наняла изящное ландо и покатила по весенним улицам Парижа. Сыновья твёрдо вознамерились устроить маме незабываемую экскурсию. Город поражал великолепием: изысканные парки, грандиозные памятники великим деятелям прошлых эпох... Мостовые были переполнены куда-то спешащими каретами, омнибусами, фаэтонами и безумно мчащимися автомобилями, которые то и дело оглашали воздух резкими гудками. Никита увлечённо рассказывал матери о знаковых местах, мимо которых они проезжали, и Алла слушала его с искренним интересом. Алексей же бросал по сторонам ленивые, на первый взгляд, взгляды. Однако в его глазах вспыхивал неподдельный азарт каждый раз, когда в пролетающих мимо экипажах он замечал кокетливых и чарующих парижанок. Вдруг на одном из перекрёстков перед путешественниками предстало необычное зрелище. Прямо на мостовой собралась толпа бастующих прачек, требующих повышения расценок за свой тяжкий труд. Но в этот миг женщины напрочь забыли о забастовке - всё их внимание было приковано к настоящему чуду. Небольшой белый пудель, устроившись на стульчике, старательно перебирал лапками по клавишам малюсенького рояля, извлекая из него мелодии Моцарта! Толстая веснушчатая прачка Надин истово крестилась, глядя на собаку, как на святое знамение. Старая ворчунья Жанна застыла, вытаращив глаза, решительно не понимая, как реагировать на такое святотатство. Ещё несколько помолодевших от удивления прачек заворожённо следили за музыкантом, пока хитрый хозяин пуделька обходил толпу, собирая с доверчивых зрительниц монеты. И только битая жизнью, не ждавшая от людей ничего хорошего мать троих детей Лизет криво усмехнулась. Она решительно направилась к подвальному окну ближайшего дома, откуда как раз вылезал худой рыжий кот. Схватив протестующе мяукающего бродягу, Лизет поднесла его почти вплотную к пуделю. Инстинкт взял верх над искусством: пёс сорвался с места и оглушительно залаял. Лизет выпустила кота, тот бросился наутёк, а за ним с яростным тявканьем помчался "мохнатый Моцарт". Толпа на секунду замерла, а затем взорвалась диким хохотом - брошенное маленькое пианино продолжало самозабвенно играть мелодию без всякого участия пуделя! На улицу обрушился шквал смеха и улюлюканья вслед убегающему пройдохе-хозяину, который на ходу пытался поймать свой живой инструмент. Братья хохотали от души. Алла, широко раскрыв глаза, наблюдала за этим забавным и колоритным зрелищем, которое, казалось, могло произойти только в Париже.
- Трогай! - коротко бросил Никита извозчику, когда путь освободился, и ландо покатило дальше. Получив свои первые впечатления, от утренней прогулки, наши путешественники покатили дальше. Мимо них проплывали фасады фешенебельных особняков и помпезное здание казино. Уже этим вечером оно засверкает сотнями электрических ламп иллюминации, зазывая под свои своды десятки богатых гостей, жаждущих острых ощущений и легких денег.
Но на очередном перекрёстке их ландо снова вынуждено было притормозить: перед глазами братьев и Аллы развернулась поистине эпическая картина. Местные извозчики усмотрели в дорожном заторе отличный повод и унылую стоянку превратили в состязание на скорость! На кону стоял ощутимый куш - целая тысяча франков, которую должен был забрать тот, чья упряжка первой пересечёт невидимый финиш у следующего поворота. Вокруг стоял невообразимый гвалт. Зрители и случайные прохожие кричали, спорили, размахивали руками и наперебой заключали пари, превращая парижскую улицу в шумный живой ипподром.
- Гони! Быстрее гони! - отчаянно закричала девушка своему кучеру. Извозчик изо всей силы полоснул кнутом по спинам горячих коней. Лошади с места рванули в галоп, и ландо рыжеволосой незнакомки с грохотом умчалось прочь, унося её подальше от опасного места. Наши путешественники видели всё от начала до конца. Никита, холодно сцепив зубы, не отрываясь смотрел на упавшего на мостовую апаша, который корчился в пыли. В глазах парня не было ни капли жалости. Алла же, напротив, замерла: её глаза округлились от подступившего ужаса, и она судорожно зажала рот ладонью, сдерживая готовый вырваться крик. Алексей же, задремавший ещё в начале поездки, продолжал сладко спать. Наверняка ему снилось что-то исключительно хорошее, потому что на его лице блуждала блаженная улыбка. - Не буди его, - едва слышно попросила Никиту пришедшая в себя Алла. Никита удивлённо покачал головой, глядя на старшего брата, и тихонько прошептал: - С неба пускай хоть камни падают, но у нашей "маленькой ляльки" всё неизменно и строго по расписанию! - Что ты там говоришь? - переспросила мать, услышав тихое бубнение Никиты. - Да ничего, мамуль. Едем дальше! - громче отозвался он сначала матери, а затем повторил извозчику: - Трогай, любезный! Дальше им дорогу перегородила галдящая толпа. Прямо посреди толпы колоритный толстый дядька с черными волосами, заметной лысиной на макушке и свернутым набок носом бойко принимал ставки.
- Сто франков на Ива и его кобылу Красавицу! - орал ему прямо в ухо какой-то азартный горожанин. Букмекер морщился от крика, но послушно забирал хрустящие купюры и быстро заносил данные в свою коричневую потертую записную книжку.
- Никита, а мы можем это объехать? - прокричала Алла, патаясь защитить уши от диких криков, хохота и свиста. От этой какафонии окончательно проснулся Алексей. Он удивленно огляделся по сторонам, хлопая глазами. - А что тут происходит? Впрочем, оценив обстановку за долю секунды, Леша не стал дожидаться объяснений. Он, наклонился к самому уху их извозчика и крикнул: - Объезжайте, месье!! Это представление тут надолго! Кучер понимающе кивнул, натянул поводья и начал аккуратно разворачивать ландо в узком переулке, увозя семью подальше от безумного уличного ипподрома.
Миновав шумные парижские переулки, ландо наконец выехало к Марсову полю, где раскинулся грандиозный ансамбль Всемирной выставки. Перед путешественниками выросли помпезные, сверкающие свежей краской павильоны, а над толпой сотен тысяч гостей со всего мира величественно возвышалась ажурная Эйфелева башня. Экипаж затормозил прямо у центрального входа. Для братьев прогулка подошла к концу - вот-вот должен был начаться их рабочий день. - Ну что, мамуль, мы работать, - мягко улыбнулся Алексей, помогая Алле выбраться из ландо. - А ты пока самостоятельно погуляй, посмотри на это чудо света. Только аккуратнее, ладно? Алла с восхищением и лёгкой тревогой оглядела бурлящую многоязычную толпу у входа. Спрятав в сумочку входной билет, она обняла сыновей. Братья быстрым шагом направились в глубь выставочного городка, к российским строительным лесам. Продолжение следует.