Аннотация: Рассказ о другой стороне поиска - о мародерах... с точки зрения мертвого
БЕЗ НАДЕЖДЫ
Я -мертвый.
Мое тело прозрачно, а кости хрупки от времени, словно губка.
"Землей стал и травой..."
Ха.
Вокруг меня - одна глина. Жирный червяк, натужно извиваясь, пытается протиснуться между ребер.
Мне все равно.
Когда-то давно я мечтал, чтобы меня нашли.
Да...
Но я лежу глубоко, - так глубоко, что даже корни травы не достают до моих костей.
А, может, и не воронка это была вовсе, а окоп, - вот только доски под моей спиной окончательно сгнили, но первым было мое тело, моя несчастная, усталая плоть.
И ведь если бы меня изрешетило осколками, пулей - в сердце - навылет - как романтично, - мгновенная, безбольная смерть, но...
Но - только не мне, как в жеребьевке.
Меня ждала куда более болезненная, мучительная смерть, - такая, какой я ее совсем не ждал, и ветер за бесконечным оскольчато-дымным небом, вместе с горячей, пыльной шрапнелью дождя, - когда я впервые почувствовал эту боль, и, успев завалиться в окоп, спиной перекатившись через бруствер, вытянувшись вдоль пола, пытаясь стянуть с себя ремень, чтобы, перетянув перебитую ногу, остановить кровотечение...
Боль сводит мои пальцы, костяшки - белы как снег, - и я почти ощущаю, как с каждым толчком сердца бурый поток смывает с меня последнюю память, и я никак не могу справиться с ним, понимая, что боль - сильнее, и что все, что еще минуту назад было мной, станет этой же пылью. И даже стон, - тяжелый, бессильный, вместе со вздохом, - мне слышится ватой, как шепот, и холод срывающейся с отвала окопа земли уже греет меня, притягивая к себе и обнимая...
"Спи, мальчик! Усни! Нет больше боя! Нет неба! Лишь ты, - и земля, - и война, - где-то там, за спиной, - но тебе ведь совсем нет до нее никакого дела. Ты очень устал, - ну так спи, спи, хороший. Сон, - он ведь слаще войны."
Но я не заснул.
Сон кинул меня, обманул, оставшись пустым забытьем, - и я ждал, ждал и ждал, и сердце, мое мертвое, пустое, ставшее комом суглинка, сердце, - всяк раз замирало, когда наверху раздавались шаги...
Стадо коров ли шло к переправе, лось пробегал через поле, в каждом звуке я видел надежду. Видел - и ждал, ждал, - так мучительно и нестерпимо хотелось мне избавиться от этого проклятого небытия, что я готов был поверить кому угодно...
Однажды я едва не ошибся.
Там, наверху были люди. Тонкая стальная игла протыкала землю, с шуршанием и скрежетом задевая за камни.
И - голоса, приглушенные дерном.
"За мной ли?" - мелькнуло нетвердо, и, отозвавшись в пустой грудной клетке, тяжелым ударом, - "За мной!"
Шорох, скрип, - влажное чавканье, - земля надо мной распадалась, срезаемая острием лопаты. Еще, еще, и еще, - пока наконец луч света не коснулся моих останков. Горячее, непривычное тепло растеклось по руке. Череп же мой продолжал оставаться в земле.
- Да тут одни кости! - брезгливая речь резанула ударом.
- Ты глянь, есть при нем что?
- Да нет тут ни черта. Наш это, "голый".
- Вот, б...Четвертый раз за день - и все в пустую...
Голоса исчезли, вновь сменившись тишиной, из чего я сделал вывод, что те двое ушли.
Остались только мои кости.
Солнце жестоко обжигало их беззащитную обнаженность, и я не знал, куда деться от этого света, ворвавшегося в мою темницу через узкий шурф, - но и укрыть себя тоже не мог.
Понемногу края шурфа оползли, размытые дождем, - зима, лето, еще раз зима, - и кости вновь затянуло.
Но я больше не ждал.
Я - не верил.
Да и кому было верить?...