13.

В коридоре больницы врач со шприцем в руках, собирается сделать себе укол в предплечье. Подхожу к нему, и указывая взглядом на шприц, спрашиваю:

- Что это?

Тот отвечает:

- Раствор сосульки ржавого гвоздя.

14.

Кто-то водил меня по незнакомому городу, очень близкое мне существо. Ходили по разным местам, которые казались знакомыми, где я почему-то плакал. В каждом из таких мест оставались до тех пор, пока я выплакивал из себя что-то чужое, затем шли дальше.

Переходили дорогу...

На другой стороне улицы многолюдное шествие. Спутница говорит:

- Смотри, видишь похороны? Это ребёнка хоронят. Он умер от того, что не смог дышать сам.

Пришли в дом бабушки. Она встречает меня на пороге с улыбкой. Её глаза лучатся радостью, в них столько живого тепла и чувств, тем более странно, я ведь помню, что она умерла несколько лет назад. Крепко обнимаю её и в этот момент вдруг осознаю, что на самом деле не испытываю к ней вообще никаких чувств!

"Так может быть это умер я?.."

Прошёл по коридору на кухню. Остановился у низкого холодильника...

Только сейчас ощутил, как что-то сжимаю в правой руке - это большущий пучок свежего зелёного лука! Положив на крышу холодильника, вспомнил откуда он у меня. Я взял его в доме матери в другом сне, который приснился мне пару месяцев назад!

(Ссылка на тот другой сон: http://www.proza.ru/2011/03/05/1915)

15.

Яйцо в человеческий рост и молния-трещина...

Пронеслась по белой поверхности, прочертила горизонт и сквозь просвет открылось, что внутри яйца - продолжение улицы...

По тротуару что-то быстро пронеслось, поднимая пыль и, выплеснулось наружу...

Невидимое грубо схватило меня за руку, с силой дёрнуло и швырнуло, как тряпичную куклу, оземь!

Ошеломление и контузия от неожиданности и удара всем телом.

Встал, осмотрелся по сторонам...

Никого.

Яйцо тоже куда-то исчезло.

Стал просыпаться. Потянулся за блокнотом, чтобы записать сон, но вместо этого заснул...

Стою на той же улице, на том же самом месте, с блокнотом и ручкой в руках и записываю. На текст тяжело шлёпается и разбрызгивается большая клякса птичьего помёта! Текст поплыл и потёк с листа.

"Что бы там не вылупилось из яйца, но оно, вот только что нагадило прямо в мой блокнот!" - Эта мысль рассмешила. От смеха проснулся. За окном из темноты доносилось громкое карканье - вороны смеялись вместе со мной, в очередном "пробуждении..."

16.

Бреду по холмистой равнине...

Натыкаюсь на патруль римских легионеров. Без боя не уйти. Подбираю с земли древко, ломаю на две части и отбиваюсь от атакующих. Одного ткнул в живот, другого ударил по голове.

Центурион заметил вслух:

- Он сражается не как варвар, а как римлянин!

К легионерам идёт подмога... несколько лучников... нужно уходить...

Превращаюсь в чёрного ворона! И взлетаю. Тяжело взмахиваю крыльями, идя на подъём, словно по ступеням небесной тверди. Парю прочь от летящих стрел. От одной уворачиваюсь, другие не долетают. Впереди огромные серые полотнища колышутся на ветру и словно занавес преграждают путь. Ныряю вниз и лечу у самой земли. В промежуток между полотнищем и поверхностью, как через трещину, за кулисы этого сновидения...

17.

Эскалаторы, уровни, проходы, тупики...

Ходили, бродили и разминулись.

Звал её, звал...

Обыскивал вниманием каждого прохожего, но она затерялась в толпе.

Подумалось: "Сама найдёт дорогу в пробуждение, чего беспокоиться?"

В очередной раз поразился размерам этого сооружения, вспомнив что бывал здесь уже не однократно и когда-то назвал это место: "вселенское метро". Пара эскалаторов вела вверх. Поднялся по движущимся ступенькам, свернул налево. Ряд скамеек. Несколько человек сидело, кто-то стоял у стены. Это крыло заканчивалось тупиком.

Вернулся назад и пошёл на право.

Белая дверь в стене. Слева от двери на стуле, сидела женщина лет тридцати. Она смотрела прямо перед собой взглядом "погруженной в себя как в чтение книги."

Я резко открыл дверь.

Женщина в тот же миг метнулась ко мне и схватила меня за икру левой ноги. Ощущения... как будто схватили за "яйца души"! Любопытство сразу куда-то улетучилось, осталось только одно желание, чтобы она побыстрее отпустила.

Дверь мгновенно захлопнулась, сама, как от сквозняка, хотя ветра не было. Успел заметить красные керамические ступени, ведущие в низину и безлюдный мир, пустынный до самого горизонта.

18.

Разруха... пыль... война.

Люди бегут, кто куда. Мимо нас, один за другим, проехало два старых "запорожца", передняя часть деревянная и колёса от телеги!

- И чего люди не по навыдумывают, чтобы спасаться не пешком! - говорю своему товарищу.

Идём вверх по улице.

Отмечаю что город был когда-то красивым с удивительной архитектурой. На площади фонтан выстрелил струями воды в высь - война его не затронула. Небо пасмурное, давит тяжёлыми тучами. Упали первые капли дождя. Ледяные, обжигают холодом.

До дома далеко.

Бежим вперёд в поисках укрытия. Справа высоченный гротескный храм. Ступени ведут к широко распахнутым дверям. Взбежали по лестнице. На бегу обратил внимание, что мы одеты в одинаковые чёрные брюки и чёрные рубахи. Откуда-то сверху пролились чернила - потекли по стёклам защитных очков неровными полосами. Вязкое будто слизни проползли, оставляя следы.

Нашёл умывальник. Мою стёкла очков, отмываются с трудом. Обращаю внимание на руки и замечаю надетые на них носки.

"Хорошо хоть успел носки надеть, иначе пришлось бы и руки отмывать!" - мысленно похвалил себя за находчивость.

Дождь закончился.

Наконец-то, после долгого отсутствия возвращаюсь домой. Огромный двух-этажный особняк. Не припоминаю, чтобы у меня такой был, но точно знаю, что это мой дом. На пороге незнакомый здоровенный мужик восточного вида - теневой делец. Смотрит на меня сверху вниз, презрительно, как бы спрашивая своей приподнятой мохнатой бровью: "Чонада?"

Знаю, что он тут всем заправлял, пока я отсутствовал. Накатила волна возмущения. Говорю громко и сердито так:

- Фигасе, устроил тут притон. Поплатишься за свои дела!

Тот вдруг испугался, стал метаться по комнатам, собирая вещи и вскоре выбежал из дома.

Выхожу во двор.

Серые блоки разбросаны повсюду... Забор разрушен! Стена, построенная собственными руками, развалена. Вернулся в дом и спрашиваю подругу, что случилось со стеной.

Молчит, на меня не смотрит...

Явно что-то утаивает.

Прошу, чтобы рассказала кто развалил стену. Она спокойно и невозмутимо выходит из дома, уходит от ответа.

Я за ней...

Начинаю сердиться, кричу на неё, требую чтобы ответила. Она с прежним спокойствием указывает на разрушенную стену и говорит:

- Приснился мне сон, что один наш знакомый, говорил о непрочности этой стены. Ну и в подтверждение своих слов, он толкнул стену, та и развалилась.

Время шло к вечеру...

- Может ещё успеем как-нибудь восстановить стену до темноты? - спрашиваю её. - Хотя бы просто поставим блок на блок, а то как-то неуютно, всё слишком открыто, прямо душа нараспашку.

Внимание привлекло движение справа...

Мужик средних лет, с обыкновенным зонтиком однотонного кирпичного цвета, завис в воздухе в метрах пяти от земли на фоне безоблачного неба. Колышется на ветру и наблюдает сверху за нами. Что-то потянуло меня за руку...

Смотрю и у меня в руке зонтик, такой же как у него, только совсем маленький, влечёт меня за собой и уносит в небо... затем назад к земле... и снова в небо.

От прежней озабоченности и сердитости и следа не осталось. С ощущением лёгкости пролетаю над трех или четырёхэтажными бетонными кубами домов с плоскими крышами и, ныряя то вверх, то вниз, медленно просыпаюсь от внезапно нахлынувшей волны беспричинного смехотрясения.

23.07.2011