30 лет назад написал первую книжку, 'Вавилонские башни'. От того времени здесь роман 'Домашний альбом' и владивостокские рассказы. Теперь выдумывать сюжеты кажется мне и смешным и бессмысленным - время тотальных подделок обесценило литературные фантазии. Пишу о подлинном. Из последнего - книга о Великой Отечественной войне '1943' и первая часть романа-хроники 'Михайловы' - 'Дом', о судьбе моей семьи в ХХ веке. Впрочем, сквозь личное там видна и судьба России. Так бывает в литературе.
Этот текст станет в строй Бессмертного полка за неимением фотографий: повествование о деде моей жены и тех, кто шёл рядом с ним, в широкой панораме войны 1943 года. Я написал его на основе документов Подольского военного архива. Вымысла здесь нет. Для всех, кому интересна история Отечественной войны во многих её малоизвестных подробностях.
Завершение моего рассказа о деде моей жены и тех, кто вместе с ним в 1943 году освобождал Украину. Но "1943", название, несёт и самый широкий смысл. Это попытка показать перелом великой войны в том подлинном напряжении сил, с теми действительными потерями и обретениями, приведшими через два года к Победе.
Лет 25 назад я посчитал, что в диком мире, до которого мы дожили, культуру надо доказывать заново. Нет, тонкость, чуткость, нежность не исчезли в людях, но всё вокруг настолько забил собой и затопил хам, что надо вставать на бой и подымать со дна вод эти изумительные шатры Китежа, всю сложность, богатство каждого человека, вершина чему (и символ) есть способность самозабвенно любить. "Домашний альбом" следует редкой традиции романа последних вопросов. Роман о сложном не мог быть простым. И потому так миниатюрно его пространство, плотен текст, мало персонажей и много споров. Но обычные, казалось бы, движения вновь отзываются эхом символических превращений, и опять нельзя довериться никому из рассказчиков (интересно, кто-нибудь ещё помнит такой приём высокой литературы?) - пока не попробуешь понять всё сам. Я назвал его "книгой "для детей старше 30-ти" - для тех, кто уже спросил себя: "Зачем всё?"" Он и теперь такой, хотя всё реже спрашивают сейчас об этом. Ну что же. Как бы ни глупело человечество, как бы ни упивалось нынешним масс-чтивом, роман этот перед вами, и золото куполов на его шатрах коррозией не берётся.
