Аннотация: Return to Castle Leninstein. 5 уровней. По колено в крови.
1.
Папа расстрелян, а мама в ЧК --
Долго Ильич утешал паренька.
Только не знал революции вождь -
Наших парней просто так не возьмешь!
Детям другим подавая пример,
Мальчик достал боевой револьвер.
ВЫСТРЕЛ! Казенник от газов раздут.
Ленин спросил в изумлении: -- Брут?!
-- Что ж ты наделал, мерзавец такой?
Кто же теперь будет править страной?!
Но не ответив, упрямый как мул,
Мальчик повторно за спуск потянул.
Где промахнулась Фаина Каплан --
Там не подвел трехлинейный "наган".
ВЫСТРЕЛ! Охрана бежит в кабинет,
Мальчик достал запасной пистолет.
Целься спокойно! Смотри, не промажь!
Метко стреляет бельгийский "Лепаж"!
Предохранитель в режиме "огонь",
ОЧЕРЕДЬ! Будто лягается конь!
Из комиссаров никто не ушел -
Пули охранников валят на пол!
Порохом пахнет открытый затвор.
Мальчик выходит в пустой коридор.
И на ходу, совершенно один,
Он опустевший сменил магазин.
Новый охранник навстречу ему:
-- Слушай, товарищ! Никак не не пойму --
Где в кабинетах гремела стрельба?
Мальчик в ответ: -- Получай, голытьба!
Выстрел раздался - вырвался крик,
Мертвым под ноги упал большевик!
Новый охранник навстречу... Опять?!
Мне надоело об этом писать.
2.
И продолжает торжественный голос:
-- Нет, Кальтенбруннер по-прежнему холост;
Волны Дуная не бросились вспять;
Небо на Землю не стало падАть...
Пасть или пАдать? Оставьте, пустяк...
Магнум - велик! А иначе - никак.
Где ключевое скрывается слово,
Всей гениальной поэмы основа?
Мне надоело об "ЭТОМ" писать.
О! Вдохновенье проснулось опять!
Мне надоело здесь и сейчас,
Может, когда-нибудь, в другой раз...
Здесь потерялся случайно размер!
Что же мне делать?! Возьму револьвер...
НЕТ! Это выше, с героем другим.
Нынче, друзья, мы прощаемся с ним.
Где-то лежит в плодородной земле
Маленький мальчик, погибший в Кремле.
3.
Хоть ни разу не играл,
Не сидел в засаде,
Вашу кружку, адмирал!
Чокнемся не глядя.
Я был должен, перемать,
Однозначно, сразу,
Аналогию узнать,
Приступив к рассказу.
Две гранаты на ремне,
И взведен "штурмгевер",
Ничего не страшно мне,
Ленинштейн - форевер!
Заряжую "панцершрек"
Вслед за автоматом...
Вдруг навстречу человек
С "кольтом" сорок пятым!
Это грозный большевик
Прибыл к Первомаю!
Я сдаваться не привык
И в ответ стреляю!
Не видать в ночи ни зги!
В жилах кровь застыла!
БАХ! - прострелены мозги.
(Их немного было).
Продолжаю страшный квест -
Тысячу за тыщей
Уничтожу всех окрест,
Мир от них очищу!
Пропускаю поворот
С пушкой наготове,
Рявкнул грозный огнемет,
Опаливший брови!
Но душа огнем горит -
Метко бью по почкам,
И взрываю динамит -
Замок на кусочки!
Трупы в море гонит Рейн -
Будет море чистым,
Будут помнить Ленинштейн
Разные фашисты!
4.
Опустошив свою промежность,
Сидел товарищ в камыше.
Достал "Партком". Проснулась нежность
В его погубленной душе.
Шумел камыш. А между делом
Вставало зарево вдали.
В мозгу одна мысля горела:
"Куда, куда вы удали...?"
Шумел камыш у перевала.
Его раздутая ноздря
Сигнализировать устала,
Что он поужинал не зря.
Ручей стремился по оврагу...
Внезапно он, в приливе сил,
Сложил газетную бумагу
И нежно к заду приложил.
Да, приложил. Но что за чудо!
Газетный лист остался чист!
Герой, что приготовил блюдо,
Был настоящий коммунист!
От счастья задрожали губы.
В какой земле, в каком году,
Слеза катилась прямо в зубы,
Но испарялась на ходу.
В лесу шакалы громко выли.
Назло отчаянной судьбе
Он вспомнил годы молодые,
Перенесенные в борьбе.
Одетый в кожанку и унты,
В руке - тяжелый револьвер,
Он шел на бой с Кровавой Хунтой,
Тогда владевшей ДВР.
Шел хладнокровно, не сутулясь,
В последний и неравный бой.
Шумел камыш. Деревья гнулись.
Заря вставала над Москвой.
С винтовкой снайперской, украдкой,
Спокойно приближался он
К оплоту Старого Порядка,
Где возвышался Бастион.
А рядом с ним вожди раскола,
В руках - винтовка и наган,
Стояли грозный Марко Поло,
И Нико Лаич-капитан.
Он был зеленый точно овощ,
И натворил немало бед,
Но поспешил к нему на помощь
Его товарищ - Магомед.
И вместе одолели гидру --
Срубили три из трех голов!
С корнями прочь буржуев выдрав
Из приамурских берегов.
По списку дальше -- почта, банки
И телеграфные мосты,
Ну а пока, на полустанке,
Он погружается в мечты.
Его глаза сверкают зорко,
О чем теперь мечтает он?
В его мечтах - пожар Нью-Йорка,
И пятна красные знамен.
Пройдут века и с ними - майсы,
Запечатленные в стихах,
Никто не скажет "Оставайся!"
Все говорят "Пошел ты нах!"
И он ушел. Не плачьте, люди!
Не проливайте слезы зря!
Увы! Его мы не забудем,
Моим стихам благодаря.
Хочу избавиться от груза,
Но почему, вопрос таков,
Меня все время тянет муза
В стихи вставлять большевиков?!
Ведь я поэт, оплот культуры!
Не говорите "Аффтар жжот!"
Читать хотите без цензуры?
Кто ищет - тот всегда найдет.
5.
О простом задумавшись вопросе,
Сам с собою занят важным спором,
В полном одиночестве Иосиф
Бродит по кремлевским коридорам.
Он один. Других давно забыли.
(С каждым днем становится теплее).
Бывшие соратники в могиле,
А товарищ Ленин - в мавзолее.
В красной грановитовой палате,
На посту дожевывая пряник,
-- Здравствуйте, товарищ председатель! --
Радостно кричит ему охранник
На него взглянул товарищ Сталин,
Часовой в ответ застыл послушно.
-- Пачему тебя не расстреляли? --
Медленно спросил и равнодушно.
Тишина, нахлынувшая жутко,
Холодом окутала пространство...
-- Ха-ха-ха. Спокойно, это шутка. --
Вождь сказал и прочь идти собрался.
Но солдат - простой красноармеец -
Не желал прощать ему подлянку,
Ни на что особо не надеясь,
Поднял трехлинейную берданку.
Вспомнил, как в четырнадцатом годе,
Уходил на фронт с врагами биться,
Вспомнил, как на питерском заводе,
Слышал, что обещана землица.
Вспомнил, как в неистовом восторге
В небо поднимался в ероплане,
На его груди сверкал "Георгий" -
Честно заработан в Туркестане.
Вспомнил, как прошел войну другую,
Ту, где он рубился с беляками,
И конечно вспомнил дорогую
Девушку с зелеными глазами.
Девушку, что билась за остготов,
Девушку, что билась с Темуджином,
Девушку, рожденную в субботу,
В мужестве подобную мужчинам!
Красотой подобная богине,
И туман загадочный окутал
Глаз ее оттенок темно-синий...
(Наш солдатик что-то перепутал).
Вспомнил, как на трупы лили щелочь,
Растворяя прах династий древних...
Вспомнил продотрядовскую сволочь,
Что его ограбила деревню!
Со двора угнали прочь скотину,
В доме горько плакали ребята...
Ненависть к чудесному грузину
Вспыхнула на сердце у солдата.
Грянул выстрел. Пуля просвистела.
(Как тебе намек, ужасный критик?!)
Рухнуло простреленное тело.
Сталин тихо шепчет: -- Помогите...
Но в Кремле спокойно, как аптеке,
Не спешит никто к вождю-расстриге.
Кремль пуст. В пустой библиотеке
Ветер перелистывает книги.
За оградой - братские могилы.
В небе умирающей столицы -
Сером, ядовитом и постылом -
Не летают больше даже птицы.
Не придет никто сюда тропою,
Даже поклониться для приличья,
Памятник над мертвою страною,
Призраком погибшего величья.
Нет у революции начала -
Есть у революции причина,
Нет у революции финала -
Есть у революции кончина.