Аннотация: Философы говорят, что познание изменяет объект познания.
- Каррамба! - воскликнул юнга, вскакивая на ноги. Он был мечтателем, но суровая жизнь научила его грязно ругаться, а также умению постоять за себя. Поэтому вместе с грозным возгласом юнга решительным движением отбросил полу камзола и положил руку на кортик, висевший на поясе.
- Каррамба, - повторил он уже тише. - Что тебе здесь нужно?
- Поговорить, - отозвался незнакомец, остановившись на пригорке.
- Говори, - сказал юнга. Он, конечно же, отметил, что незнакомец прекрасно говорит по-испански, более того на чудесном андалузском диалекте, сочную прелесть которого юнга впитал в себя в кабаках Севильи вместе с галлонами хереса. Но удивляться этому у юнги уже не было сил. Да и трудно чему-нибудь удивляться, если ты только что сидел на краю мира, свесив ноги в бездну, и слушал, как местная речушка низвергается в нее водопадом и где-то внизу в звездных далях сливается с Млечным путем.
- Мне трудно кричать отсюда, - отозвался незнакомец, подходя ближе.
Юнга невольно попятился, но, вспомнив, что у него за спиной бездна, испуганно отпрянул вбок.
- Стой! - разозлившись от испуга, крикнул юнга. - Ты кто такой?
- Я тот, кто, слушая твою молитву в церкви Пречистой Девы в Компасе, обещал, что ты увидишь край света.
Юнга непонимающе посмотрел на незнакомца.
- День тогда у тебя не задался, - сказал незнакомец. - Утром ты еле-еле спасся от Ласарильо, до сих пор не простившего тебя за то, что ты перемухлевал его в карты, а после обеда Каталина заявила, что собирается замуж. Когда опечаленный ты сообщал богу, что жизни тебе в Севилье больше нет, и ты готов отправиться хоть на край света, рядом непрерывно сопел толстый монах, перебирая четки. А когда ты попросил дать знак, что молитва услышана, неловкий монах, поднимаясь с колен, саданул тебе локтем в ухо.
- Так ты?
- Да , - ответил незнакомец. - Посланник божий.
- Присядем? - спросил он, беря юнгу за руку.
И они сели вместе на краю земли, болтая ногами, и смотря, как река перетекает через край земли в темное звездное небо.
- Красиво? - спросил посланник божий.
- Красиво, - ответил юнга.
- Я старался, - ответил польщенный посланник божий.
- В смысле? - повернулся озадаченный юнга.
- Но ты ведь этого хотел? - в голосе посланника божьего появились недоуменные нотки. - И когда спасался через речку-вонючку от Ласарильо, и когда пел серенады ночной порой под аккомпанемент отборной ругани матушки Каталины.
- Да, я этого хотел, - признал юнга. - И что из того?
- То, что ты это увидел, - ответил посланник божий. - Разве это не чудесно? - обвел рукой вокруг посланник божий.
- Да, конечно, - отозвался юнга. - Как и множество других деяний божьих. Но именно на это я готов любоваться часами.
- Вот поэтому я и здесь, - смущенно сказал посланник божий. - У тебя нет желаемых часов, осталось только несколько минут.
- Это почему? - вновь непонимающе вскинулся юнга.
- Видишь ли, когда вы плыли сюда, совсем непросто было передвинуть край света с середины океана до этой суши, чтобы ваши корабли не упали за край света вместе с океанскими водами.
- Зачем? - перебил юнга. - Это было сделано всего лишь из-за меня?
- И из-за тебя тоже. Поскольку твоя вера и твои дела были достойны этого. Но, видишь ли, твой адмирал, славный генуэзец Кристобаль Колон, верит в то, что земля круглая. А ведь, прежде всего благодаря его вере и упорной воле вы оказались здесь. И они также достойны награды.
Посланник божий умолк. Пораженный юнга, также молча, пристально смотрел на темную звездную бездну перед ним и под его ногами. Слушал, как шумит низвергающийся в нее речной водопад. Наслаждался переливами света в его струях. Вглядывался, пытаясь найти то место, где растворяется солнечный свет в бездне.
- У нас больше нет времени, - негромко сказал посланник божий и взмахнул рукой.
И тотчас звездная бездна перед ними пришла в движение. Вещество столкнулось с антивеществом. Пространство встретилось с антипространством, родив в муках аннигиляции подпространство. Параллельно всколыхнулся весь неисчислимый сонм измерений. И пятое прошло сквозь шестое, словно нитка через игольное ушко. Но через секунду, хоть мы и знаем благодаря Эйнштейну, что время относительно, но именно через секунду, гигантское количество кварков успокоилось и застыло в виде высокого обрыва, низвергающегося с него величественного водопада, прекрасного голубого озера внизу и уходящего за горизонт лесного покрова за озером.
Посланник божий успокаивающе похлопал юнгу по плечу. "Мол, не расстраивайся. В жизни вечной - неисчислимое море чудес". Сбросил на прощание плащ, расправил слежавшиеся под ним крылья и стремглав унесся в небеса.
И тотчас на опушку вышли адмирал и его свита, из-за шума воды юнга не слышал их приближения.
- А, Пако, ты уже здесь, - подошел адмирал к юнге.
- Не правда ли чудесное место? Замечательный вид. Но для форта это место, пожалуй, все-таки не подходит.
И Колумб собирался продолжить дальше обход вновь открытых земель. Но юнга окликнул его.
- Адмирал, я могу вас попросить назвать это озеро Фин-Дель-Мундо, край света?
- Но почему край света, Пако?
Юнга пожал плечами.
- Да так. Просто мы здесь, словно на краю света.
- Вовсе нет. Вовсе нет, Пако. Но, впрочем, ты первый нашел это озеро, так что пусть будет по-твоему. Фин-дель-мундо, так и запишем.
И адмирал отправился дальше на встречу с Индией и индейцами.