|
|
||
Хрен знает что за название такое, но другого ничего в голову не приходит. Вобще-то тяжело написать про террор никого не обидев. | ||
|
Террористический акт.
1 В комнате царила тишина. Она давила на Олега, сбивала дыхание, злобно зыркала из пыльных углов пробуждая нехорошие предчувствия. Ему казалось, пройдет еще секунда и старые пожелтевшие обои, не выдержав витавшего в воздухе напряжения, начнут с противным треском отслаиваться от стен. Неизвестно откуда появившаяся муха влетела в комнату, нарушив негласный обет молчания. С противным жужжанием она принялась кружить вокруг единственной в квартире лампочки. - Чего мы ждем Инженер? - спросил Олег, удивляясь тому, как надтреснуто прозвучал голос. Человек у окна обернулся: в азиатских глазах плясали веселые огоньки, а губы расплылись в широкой неискренней улыбке. - А чего ты волнуешься? Девчонка что ли на выданье? Сейчас Брат придет. Деньги принесет. Все нормально будет, - по-русски Инженер говорил хорошо - без акцента. - Мне тебя верные люди посоветовали. Ты меня не подвел. Я тебя тоже подводить не буду. - Что-то задерживается Брат-то, - оробев сам не понимая отчего, произнес Олег. - Кто сказал что задерживается? Сейчас будет, - отрезал Инженер, вновь повернувшись к окну. Глядя на внушительную фигуру своего нанимателя, Олегу хотелось верить в его слова. Они уже выплатили ему аванс в три тысячи, значит и оставшиеся две штуки баксов заплатят. Хотя кто их знает они до денег жадные. С другой стороны захотели бы убить пообещали заплатить после дела. Зачем им деньги терять? Олег все равно бы согласился, у него тогда ломка начиналась, а в кармане и на полдозы не было. Тогда не понятно, почему Инженер его сегодня на машине встретил? Не доверяет? Решил проверить доведет ли он дело до конца? Наверное, так и есть. Волнуется парнишка, думал Инженер, глядя на двор сквозь узкую щель между штор, как бы не взбрыкнул. Он, конечно, не боялся торчка-заморыша, нервно елозящего по табурету, но и возиться с ним не собирался. Взбрыкнет - придется прикончить. Вот только делать этого раньше времени ему не хотелось. Скорей бы Брат пришел, новости принес, тогда и с этой падалью можно кончать. А сейчас надо его успокоить. - Ты дряни свой успел купить? - не поворачиваясь, спросил Инженер. - Да, есть немного, - поспешно закивал Олег. - Ну, вот и ширнись - успокой нервишки. - А можно? - Нужно, - поморщившись, произнес Инженер. Вскочив со стула, Олег кинулся на кухню. Инженер вновь брезгливо поморщился. Падаль, гнилушник, таких и свои и чужие давят, а они все равно откуда-то на свет появляются. Самое обидное, что после войны в родном городке Инженера почти половина молодежи на наркоте сидит. Война сука, гребаная война! Она во всем виновата: мать с отцом забрала; его с братом по разные стороны баррикад раскидала. Сука война! Во дворе между кустов мелькнул знакомый силуэт. Брат! Хвала Аллаху! Значит все идет по плану. На сердце у Инженера сразу отлегло. Вернулся Олег глаза затуманенные - капроновые. - Ну, как? - поинтересовался Инженер. - Норма, полегчало на душе, - сообщил явно повеселевший Олег. - Где Брат-то? - Идет уже. - Ну, слава богу. Кстати, а почему вы его Братом кличете? Инженер улыбнулся, на этот раз по-настоящему искренне. -А он ваш фильм "Брат" обожает. Говорит Данила - чел конкретный. Вот мы его Братом и прозвали. - Поня-ятно. В дверь позвонили. Инженер скинул цепочку, отомкнул замок, чуть приоткрыл дверь. Брат тенью просочился в образовавшуюся щель: застыл, прислонившись к стене. - Как дела? - нахмурился Инженер. - Все в порядке. Никто ничего не заметил, - и, повернув свое худое с огромным горбатым носом лицо к Олегу, добавил. - Хорошо поработал торчек. Олега, которого уже порядком развезло, слова Брата задели: - Ты деньги-то принес? - Принес, принес, - лицо Брата расплылось в самодовольной ухмылке. Он взглянул на Инженера: наткнувшись на одобрительный кивок, полез в карман куртки и вдруг резко выкинул руку вперед. - Вот твои деньги собака. Олег не понял что произошло. Два резких и болезненных толчка в грудь опрокинули его на пол - в глазах поплыло. Как во сне он увидел склонившегося над собой Брата. - Сдачу оставь себе урод, - весело произнес тот, обтирая окровавленный нож. Все-таки Олег был прав: деньги его наниматели любили, да и лишние свидетели им были не к чему. - Машина готова? - Инженер, не отрываясь, следил, как затухают искорки жизни в глазах у Олега. - Обижаешь! Конечно, готова! Ехать пора! - отозвался Брат, вытаскивая из внутреннего кармана олеговой джинсовки портмоне. - Вот сука! Успел-таки бабки заныкать. - Поехали. Нет времени копаться. 2 Яркое весеннее солнце клонилось к закату. Петр Иванович Никодимов возвращался с прогулки домой. Шел неспешно, наслаждаясь долгожданной оттепелью. А ведь было дело, в январе захворав, думал, что не доживет до мартовских капелей, не увидит набухающих почек, не вдохнет чистого и теплого весеннего воздуха. Но болезнь отпустила. Вымотала, истощила и отпустила. Теперь глядишь, и до лета дотянет. Вот бы послушать знатоков бытия рассуждающих с экрана телевизора о бессмысленности вечной жизни на склоне их лет. Кому вечная жизнь не нужна? Подходи, поделись с Петром Ивановичем Никодимовым! Разве можно надышаться всласть весной? Да никогда! Никогда не налюбоваться бездонным лучезарным небом; не нанежиться в ласковых лучах июльского солнца; не насмотреться на бескрайнюю белизну замерзшего Белого моря. Тысячу раз никогда! Никодимов все бы отдал, чтобы вновь и вновь встречать новый день; сидеть на скамеечке у подъезда и следить за играющей детворой; видеть, как деревья накидывают зеленые платья; просто знать, что мир существует. - Здравствуй Петр Иванович! - знакомый голос вернул его к реальности. Никодимов обернулся. Позади него в двух шагах ковыляла Татьяна Олеговна Заборная из соседнего дома, нагруженная двумя большущими сумками. - Привет Олеговна! Хорошо-то как? - улыбнулся Никодимов. - И то верно. Весна! - Ты откуда идешь-то? - С рынку. Вечером дочь внучат привезет, а у меня дома хоть шаром покати, - ответила Заборная, поравнявшись со стариком. Никодимов с грустью подумал о своих внуках живущих в далеком Новосибирске. Когда он их теперь увидит? Может, даст бог, летом в гости пожалуют. - Давай помогу что ли, - предложил Петр Иванович. - А то что-то ты какая-то квёлая. - Это кто квёлая? - подбоченилась Заборная. - Это я квелая? Шагай давай, не ровен час сам рассыпишси! Никодимов улыбнулся, но возражать не стал. Заборная всегда слыла своенравной бабой. Не хочет помощи, умолять никто не станет. Так они и пошли бок о бок, обмениваясь свежими слухами. 3 Дмитрий Степин спешил домой с работы. Даже не спешил - летел, ничего не замечая вокруг. В голове нервным пульсом билась одна лишь мысль: "Она меня ждет! Ждет только меня! Моя Оленька!". Еще месяц назад в наркологическом отделении он хотел умереть. Думал, не вынесет позора: в тридцать два года быть постоянным клиентом наркдиспансера. И ладно бы пил с горя какого, а то так, от нечего делать; от безделья и бесперспективности жизни простого работяги из захолустного городка. С другой стороны как не пить когда все только и делают что пьют: дома, на работе, просто на улице. Отдых подразумевает водку, водка бесшабашное веселье и забытье. И вот ему повезло. Лежа в диспансере, совершенно случайно попал под программу "Стоп алкоголь!" проводимую в их клинике каким-то швейцарским благотворительным фондом. Два месяца лечения, причем бесплатного, и результат, как говорится, превзошел все ожидания. Теперь вот с Ольгой познакомился. Вспомнив о предстоящем свидании, Дима улыбнулся: нет, он определенно счастливчик. Вынырнув из арки на полном ходу Димка чуть не сшиб идущих навстречу стариков. - Димка! Черт трепанный! Куда так несешься! - зычный голос Заборной мог привести в чувства кого угодно. - Ой! Простите, тетя Таня, я того... я не специально, - выпалил запыхавшийся Степин и, окинув беглым взглядом спутника Заборной, добавил. - А вы я гляжу, время зря не теряете. - Вот трепло, - зарделась Татьяна Олеговна. - Что мелешь-то. Это же Петр Иванович из дома напротив. Взглянув на Никодимова, Дима признал в нем сухонького старичка частенько прогуливающегося вдоль соседнего дома. - Здрастье. - И вам здрастье, - улыбнулся старик. - Ты давай-ка дружок сумки у меня возьми, - вновь зашлась Заборная.- А то я погляжу, шибко резвый стал. Не пьешь хоть? - Не пью, - пробубнил Димка, принимая сумки. Как бы он не спешил, но отказать лучшей подруге матери не мог. - Как мать-то там в Белоруссии? Пишет? - Пишет! У них уже тепло - лето почти. - Лето... - эхом отозвался Никодимов, вспомнив свои недавние мысли. 4 Во дворе дома разгружали грузовую машину. Пара крепких кавказцев, сновали туда-сюда с большими тюками с удивительной быстротой. Видимо носить было не далеко и дело у них спорилось. - А это что еще за напасть? - спросила своих спутников Заборная, поравнявшись с припаркованным у подъезда "газиком". Никодимов в ответ лишь пожал плечами. - Может, кто квартиру им сдал? - предположил Дима. - А может, они нас взорвать хотят!- выдвинула свою версию Заборная, и закричала, обращаясь к одному из кавказцев некстати вынырнувшему из подъезда. - Ну-ка, ну-ка, постой антихрист! Вы это тут что носите!? Пока изумленный кавказец безумно вращал глазами, силясь понять, что от него хотят, из подъезда вышла Настасья Филипповна Колесникова, бывшая учительница математики, а ныне пенсионерка. - Не беспокойся Олеговна. Это я ребятам угол под вещи сдала, - скрипучий голос Колесниковой разнесся по всему двору. - Они на рынке шмотками торгуют. Я их давно знаю, да и каждый мешок сама проверяла. - Проверяла она, - пробубнила Заборная, подойдя к кавказцу, достающему из фургона очередной куль. - Ну-ка покажь красавец чего привез? - Бруки, куртки, рэмни, чего жэлаешь? - отозвался тот на ломаном русском. - Ты открой, открой! Что там у тебя за бруки, - Заборная раскрыла мешок и принялась ворошить содержимое. Никодимов и Степин с улыбкой наблюдали за действиями бдительной старушки. - Не врет антихрист! Точно брюки! Кавказец, пораженный такой наглостью, не мог прийти в себя: - А ты что хотэла? Говорю же бруки! - Ладно, ступай, не нужны мне твои бруки, - отмахнулась Заборная. - Ну что Дима пошли, сумки до квартиры донесешь. Спасибо что проводили Петр Иванович! - Вам спасибо, - улыбнулся Никодимов. 5 Дима взбегал по лестнице на свой этаж, когда его кольнуло нехорошее предчувствие. На секунду ему показалось, что было в этих кавказцах разгружающих машину во дворе что-то подозрительно знакомое. Но что? Он остановился, прислушиваясь к своим ощущениям. Нет, глупости все это! Он и сам не раз видел их на рынке - ребята действительно брюками торгуют. Это все Заборная: вечно она воду мутит. Но предчувствие не отпускало, даже мысли об Ольге не могли развеять воспоминания о кавказцах. Что в них было не так? Димка только что принял ванну и теперь брился перед зеркалом опасной бритвой. Вдруг рука его дрогнула: по лицу побежала тонкая струйка крови, но тот момент он даже не заметил что порезался. Перед его внутренним взором мелькал калейдоскоп воспоминаний: -... Террористы провезли взрывчатку на территорию области под видом мешков с сахаром. Следствие полагает, что сдавший им подвальное помещение коммерсант не подозревал о том, что находится в мешках... ...Выходя утром на работу, встретил Олега, снимавшего квартиру по соседству с Колесниковой. - Привет! Ты чего это волочешь, - спросил, глядя на пятидесятикилограммовый мешок за плечами Олега. - Да, дядька комбикорма прикупил. Попросил, чтобы я забрал. Обещал после обеда за ними заехать. - Понятно, ну удачи тебе! - И ты не кашляй. Выйдя из подъезда, увидел стоящую у самого крыльца "газельку". Мимоходом заглянул в фуру - пусто. Краем глаза заметил дорожку белесого порошка и не предал этому значения: мало ли чего возят, может сахар рассыпали. Не придал значения и тому, что за рулем никого не было, хотя прекрасно знал: у Олега машины нет. ...Сегодня днем, заскочив домой на обед, опять столкнулся с Олегом. Тот выходил из квартиры с огромной спортивной сумкой. - Все комбикорма таскаешь, - вроде как безобидно пошутил. - А тебя е...т? - огрызнулся Олег. Чего это он? Не в духе? Да и хрен с ним. ...Когда проходил под аркой, обогнала десятка серебристого цвета. В ней на пассажирском сидел Олег, а за рулем упитанный кавказец с окладистой бородкой. НО ведь перед домом машин не было... ТВОЮ МАТЬ!!! 6 Серебристая десятка шла по трассе М-19 в сторону Санкт-Петербурга на крейсерской скорости. Лучи заходящего солнца яркими бликами скользили по корпусу автомобиля, придавая ему бордово-красный кровавый оттенок. В салоне сидели двое. Курили, слушали классическую музыку, неспешно потягивали из жестянок кока-колу. - Хорошую комбинацию ты придумал Инженер, - оскалился в неуклюжей улыбке Брат, притормаживая у очередной выбоины. - Просто гений какой-то. Я бы до такого не додумался. - Ты и не служил в спецподразделении ФСБ по противодействию террористам, - вполне серьезно ответил Инженер. - Слушай, а ты зачем за Олегом поехал? Мог же машину засветить. - Предчувствие. Мне показалось, он слинять хочет, вот и решил проконтролировать. Надо сказать, предчувствие Инженера не подвело. Олег действительно собирался исчезнуть, как только заложил на съемной квартире детонатор, но не успел. - А машину я и вправду засветил, - в глазах Инженера блеснули искорки досады. - Как? - чуть не поперхнулся кока-колой Брат. - А вот так! Я Олега за домом поджидал, чтобы не привлекать внимания. Посадил его. Решил короткой дорогой через арку, а там паренек. "Кто такой?" - у Олега спрашиваю. Инженер глубоко затянулся и ловким щелчком отправил окурок в окно. - Ну и что? - не выдержал Брат. - Паренек этот его соседом оказался. Он Олега на кануне застал с мешками, и сегодня с сумкой видел. - Ага, а тут еще и ты на машине, - мрачно поддакнул Брат. - Э, чё пригорюнился, - улыбнулся Инженер. - Я обо всем позаботился. После того как Глушитель торгашей кончит, он заглянет к этому соседу: тюкнет по головке пару раз и всех делов. А когда утром дом рванет то никто и разбираться не будет, как парень помер. - Слушай, а про торчка этого ты как узнал? - повеселел Брат. - Ты же знаешь что информация не мой профиль - это Нюхач все разведал. А что касается Олега, так он на рынке часто отирался - подрабатывал; да и Колесникова эта там постоянно носками да варежками торгует. Вот Нюхач все к одному и свел. - Значит к нам зацепок никаких? - Никаких. Свалят все на айзеров. - Похоже, чисто сработали. - Чище некуда. Здесь не спеши, за поворотом менты дежурят обычно. - Помню, - ответил Брат, скидывая скорость до восьмидесяти. 7 Дима выскочил из ванны, стянул с бедер полотенце и приложил к кровоточащей ране. Войдя в комнату, свободной рукой схватил со стула джинсы, попытался натянуть на мокрое тело: получалось не очень. - Вот хрень! - поморщился Дима и откинул в сторону мешающее полотенце. Мысли аллюром неслись в голове. Что делать? Звонить в милицию? И что он им скажет? Мой сосед таскал мешки, а потом я видел его уезжающим с кавказцем? Неубедительно. Сам ведь еще не уверен ни в чем. Так предположения навеянные подозрительной Заборной. Нет. Надо с начала все проверить. В дверь позвонили. - Иду! - крикнул Дима, натягивая на ходу футболку. Звонок повторился более настойчиво. - Да иду же! Скинув цепочку, Дима открыл дверь. На пороге стоял здоровый детина под два метра ростом с недельной щетиной на щеках. - Здраствуйте! Горгаз. У нас утечка, можно я вашу плиту проверю? - пробасил незнакомец и, не дожидаясь приглашения, шагнул в квартиру. - Извините, но можно взглянуть на ваше... Мир треснул, словно стекло в оконной раме. Перед глазами мелькнуло лицо незнакомца, обои с золотыми завитушками, белизна потолка. Воздух наполнился вкусом бетонной крошки, и Дима почувствовал, как пол уходит у него из-под ног. 8 Дима очнулся от ноющей боли в груди. Ему хотелось почесать грудь, он поднял руку, наткнулся во тьме на кусок бетона, жалобно поскреб ногтями и заскулил. Ответ не заставил себя ждать. -Агу!- сказали где-то рядом. Дима вздрогнул: боль молнией пронеслась по телу и яркой вспышкой взорвалась вголове. - Бетон - отстраненно подумал Дима. И этот бетон пронизывал его грудь. -Агу! - вновь послышалось рядом. -Темно!- подумал Дима.- Это Горгаз или Чубайс-свет? - Боль. Странное дело мне должно быть больно, - мелькнула в голове мысль.- Ах, как чешется позвоночник. - Агу! - был ответ. Дима чихнул. Чихнул! - не то слово. Кровь брызнула изо рта и носа. Во тьме кровь была кислой. - Где-то здесь, - послышалось сверху. - Голос ребенка. Похоже девочка. - Почему девочка? - спросил Дима, но вместо вопроса вновь неприятно забулькало в горле и во рту стало кисло. -Это я! Помогите! - булькнуло неуклюже горло вверх. - Плохо слышно! - голос сверху был чист и прозрачен. -Я, - Дима почти захлебывался кровью. -Я! - Агу! - Я вижу её! Девочка года три... Не знаю, но внешних повреждений вроде нет. - Я не девочка, - хотел сказать Дима, отплевываясь. - Агу! Дима вспомнил соседку Лену и её двухлетнюю дочь Веронику. Господи как она уцелела? - Нужно сдвинуть эту плиту! - удар по бетонной панели отдался болью в позвоночнике. - Девочка совсем рядом! - Это же Я! Дима! Я! - крик осел хлором в желудке так и не вырвавшись на волю. Нужно подать им знак! Они должны услышать меня! Но как? Рука нащупала нечто пластиковопрямоугольное. Радиоприемник! - мелькнула и погасла мысль. - И он уцелел. Странно... Аккуратно стараясь не потревожить позвоночник, Дима нащупал кнопку и нажал. - Московское время семь часов тридцать минут, - голос диктора разрезал тьму подобно вспышке молнии. - Агу! - утвердительно послышалось рядом. - Я же говорю здесь она,- обрадовался кто-то сверху. - Давайте сюда крюки. - Нет! Здесь Я! Я здесь, - голо Димы сжималось в беззвучных судорогах. Нечто проехалось по бетону с противным скрежетом. Диму стошнило. Наверху загудело и ему стало легче. Дима почувствовал, как освобожденный от тяжести плиты взлетает вверх над руинами дома. - Вот она! Смотрите - это она! - Агу! Дима поднимался все выше и выше. Где-то внизу человек в синей форме нес на руках маленькую девочку. - Вероника! - подумал Дима. - Агу! - ответила Вероника и засмеялась, указывая пальцем в небо. - Агу! Агу! Агу! -Агу! - ответил человек в синей форме и на этот раз улыбнулись все окружающие. - Агу моя крошка! Агу! - Агу, Оля! Агу! - подумал Дима и тоже улыбнулся. 28.02.05 |
|