Юрких рыбок Красного моря
Черствым питерским хлебом кормлю.
Разомлев от внезапного зноя,
Повторяю украдкой: люблю.
Там уже холода. Там метели
Все пути замели.
Там простуженным горлом не смею
Говорить о любви.
И представить не мог, что в предзимье
Так нещадна бывает жара.
Что ты мне наколдуешь, Изида?
Что шепнешь, угасающий Ра?
2
А может быть, дано? И будет щедр закат
На даль прозрачную и свет не жгучий,
Пролившийся впопад и наугад
В долину, распростертую под кручей.
Мой горизонты проблуждавший взгляд
К тебе, как в отчий дом, вернётся.
И длань небес над нами разожмётся,
Благословения роняя звездопад.
3
Почему-то глупая надежда
До сих пор не бросила меня,
И влюбленность не смежила вежды
В ожиданье страстного огня.
День июньский тих и нескончаем,
Ливнем убегающим умыт.
И том, что предстоит,
Так блаженно ничего не знаем.
4
Когда я пьян, я думаю о Вас.
Когда я трезв, я думаю о смерти.
Холст загрунтованный пылится на мольберте.
Щи, закипая, гасят газ.
Вы далеко - и так мечтам просторно.
Увижу Вас - и сердце защемит.
Суров и хладен питерский гранит.
И меланхолии предаться незазорно.
5
Любовь как перемену участи
Я мыслил, только вышло вновь
Лишь проявление колючести:
От розы на ладонях кровь.
И лепестки, пожухнув кромкою,
На стол слетают и паркет.
Зачем, душа, такою ломкою
Ты появляешься на свет.