Аннотация: Небольшие зарисовки неродного, но любимого города. Выложено на сайте "Моя планета" в разделе "репортажи"
-Мама, сейчас осень, потом зима, потом весна, потом лето. А потом?
-Снова осень.
Да, опять? Но я ее уже видел. (Из разговора с сыном)
Так что- снова осень. И хочется вспоминать. Например, города.
Есть города, а есть ГОРОДА.
Вот такой, большими буквами- ПИТЕР. "Город сказка, город- мечта, попадая в его сети, пропадаешь навсегда" (с).
Понятный в своей четкости, стройно- проспектный.
Cложный и многослойный. Квинтэссенция: транспортные развязки- барочные завитки на фоне обще-дорожного классицизма.
Такой литературно-знакомый. Идешь, бывало и думаешь " А вот здесь, как писал старина Пушкин..." и одергиваешь себя: "Не подобает, все же...". Он умеет обязывать, этот город.
Постоянный. Рядом с Казармами Павловского полка -парковка- БМВ и прочие Ауди. Город не меняется- меняется лишь образ жизни.
Капризный. Спасаешься от дождя в ближайшей подворотне.
Пугающий. В предвечерней тишине , среди старинных домов на Миллионной , вдруг слышится доносимый ветром резкий смех.
Праздничный. Ни один парковый ансамбль не затмевает Петергофа, покорившего воображение еще в детстве на фотографиях старых альбомов 50-ых годов.
Целеустремленный как его, почти вертикальные спуски в метро.
Контрастный.
- Эгей, братан, для тебя спецом песню заказали, слушай.
Веселая компания на машинах под окнами Крестов, золотые блики на Неве от сверкающих стеклом на вечернем солнце новостроек и сахарные головки Смольного.
Ироничный. У одной из центральных гостиниц, на стоянке среди кабриолетов Порше, "пятерка", покрытая пылью карельских дорог: "Отпуск: Гулять- так гулять!"
Томный: открытая веранда в кафе, тонкий запах женских сигарет, девочки-студентки: длинные волосы небрежны, шарфы воздушны, ноги и руки худы и длинны, очаровательно-молодо.
- Понимаешь, хотела на журналистику , а получилось на психологию. Но ничего, мне нравится.
- А он не звонит. Не звонит...Что делать?
Грозный. Репродуктор времен войны и нет вокруг веселой толпы- только жесткая непоколебимость 40-ых.
Стремительный. Всюду камеры и попытки протиснуться и прикоснуться к этим самым- "примечательностям".
- Давай ты влезешь на коня. Нет лучше под. И вот тут подержись- будет смешно! (Да не уж то?)
Неожиданный. Из парка, старых деревьев, классических беседок, слышна вибрирующая джазовая мелодия.
Ажурный. Каменная вязь колоннад и чугунных оград.
Призрачный. Среди гула машин невольно слышится цоканье копыт и легкое поскрипывание мягких рессор.
И, напоследок, как прощание. Утреннее небо в дымке: то ли туман, то ли городской смог. Вымыто- голубое в проблесках легкого солнца, именно легкого и, тоже, размытого. Хлопок огромной тяжелой двери в парадном (о, как это по-Питерски)) ), и мальчишка бежит в школу. Звук шагов отражается от стен и, кажется, что не один ребенок, а стайка т бежит по старой мостовой. И, удаляясь от тебя, умножаясь и дробясь в льдистом воздухе и темных лужах , дразнит: "Попробуй, поймай ..."