От Автора: Эти строки мною были написаны почти сразу после безвременной кончины Владимира Семёновича. Но так как в те годы самодеятельным поэтам, да ещё со стихами на такую тему путь к публикации был заказан, этот текст, как мне казалось, за давностью лет и в ходе многих переездов был утрачен. Однако недавно, вскоре после серии возмутительных, на мой взгляд, передач по ТВ, приуроченных к 69-ой годовщине со дня рождения Владимира Семёновича, я неожиданно обнаружил потрёпанный листок с моим автографом, который и решил опубликовать, добавив две последние строфы. Это мой ответ тем нечистоплотным деятелям, которые в погоне за сенсациями наживаются на тиражировании грязных сплетен и вымыслов, вместо того, чтобы изучать творчество великого Поэта и нести людям правду о нём.
Он Памятник воздвиг себе, как Пушкин.
Размноженный на тысячах кассет.
Хоть на него наложен был запрет,
Он в клочья рвал свою и наши души.
Сажусь писать, а к горлу ком подходит,
Размер не тот и рифма не ложится.
От слёз в глазах двоится и троится
И разум объяснений не находит.
Что он ушёл. Ушёл из нашей были.
Теперь уж не споёт под дружный рёв
Звончей и чище сотни "соловьёв".
Хоть и хрипел, как часто говорили.
Так повелось - Поэта на Голгофу.
Таков итог признанья на Руси.
О, Господи! Спаси и вознеси.
Его и кровью политые строфы.
Он, как и Пушкин-был душой измучен.
Но не найдутся смелые умы,
Что вырвут правды луч из плена тьмы.
Как некогда отважный подпоручик.
Увы! Померк надежды ясный свет.
Осиротела бедная Россия.
Ушёл её глашатай и Мессия.
Погиб последний на Руси Поэт.
Пройдут года - табу с Поэта снимут.
Два раза в год - к рожденью и на смерть
Закрутят сплетен пошлых круговерть.
А творчество Поэта отодвинут.
Пусть говорят - глупцы молчать не в силах.
Пиар для них важней, чем кислород.
Поэта помнит остальной народ,
Его страна, озябшая Россия.