Объявление было опубликовано на вкладыше к "Родной недвижимости? - одной из тех толстых газет, которыми бесплатно засоряют наши почтовые ящики каждую неделю. Я ни за что не обратил бы на него внимания, если бы после слова "посредников? не увидел загадочной фразы, набранной капслоком:
ПУШКИНА НЕ ПРЕДЛАГАТЬ!
Обратил и тут же забыл и о Пушкине, и о посредниках, и о самой газете - позвонила Женька и предложила сходить на каток.
О газете я вспомнил на следующий день, когда застал в подъезде своего нового соседа за странным занятием. Он вынимал из почтовых ящиков ту самую "Родную недвижимость?, бегло просматривал и клал на место. Более глупого занятия и представить сложно, так что я задержался на пару минут поглазеть и даже ехидно поинтересовался, что же он ищет. Сосед не ответил - он упрямо продолжал просматривать одну газету за другой. А едва я вошел домой, как мой взгляд упал на вкладыш вчерашнего выпуска.
""Меняю 8/20 на 2/19. Без посредников. Пушкина не предлагать"
Я пробежался по всему разделу и с изумлением обнаружил, что загадочный "Пушкин? крайне непопулярен среди населения. Никто не хотел его ни за какие деньги. Наоборот, те, у кого он был, старались поскорее избавиться от него на любых условиях.
""Пушкин. Недорого"
""Пушкин за полцены"
""Пушкин со скидкой"
""Пушкин, б\у"
Мое любопытство достигло отметки почти критической. Взяв телефон, я набрал первый попавшийся среди объявлений номер и заявил:
- Я по объявлению. Насчет Пушкина.
- А что у вас? - обрадовался собеседник.
- А что бы вы хотели? - осторожно поинтересовался я.
- За тридцать Пушкиных ... ну, скажем семь купцов! А ежели купец крупный, даже пять. Алло?
На несколько мгновений я просто завис, словно комп, объевшийся флэшками. Обмен Пушкиными оказался не чьим-то веселым розыгрышем или опечаткой в газете, а делом обыденным и вполне привычным. Более того, мне только что предложили оптовую партию!
- Алло, алло! - раздалось в трубке. - Молодой человек, где вы там?
- Слушаю, - машинально ответил я.
- Так что, мы договорились? Есть у вас купцы?
- Нет у меня никаких купцов, - честно признался я.
- А, может, за дворян согласитесь? - поинтересовались в трубке. - Или за номенклатуру? Могу пятнадцать Гоголей добавить и Белинского. Совсем, правда, больного. Алло?
- Понимаете...тут такое дело. В общем, в первый раз я. Не совсем понимаю, как это всё происходит.
Обладатель тридцати Пушкиных, пятнадцати Гоголей и одного больного Белинского задумался.
- А телефон мой откуда взяли? - с подозрением в голосе спросил он.
- Из газеты. Но я еще совсем плохо ориентируюсь... Вот что значит, меняю 8/20 на 2/19?
- Восьмидесятые годы двадцатого века на двадцатые девятнадцатого...
- Это что... - опешил я. - Переселение сквозь время? Или вообще обмен жизнями?
- Ну да... Да кто вам так бестолково все объяснял-то? Тридцать Пушкиных за семь купцов означает, что тридцать месяцев жизни Пушкина я готов отдать за семь месяцев жизни обычного российского купца.
- Ни фигассе... - удивился я. - А почему Пушкины такие дешевые?
- Лох ваш Пушкин, - расстроенным голосом сообщили из трубки. - С точки зрения современного обывателя, Пушкин - лох. Ну, разве о такой жизни нынче мечтают? Ни богатств, ни наград, ни курортов, ни милости царской. Иэх.... И я, тоже лох, поверил Некрасову. Белинского с Гоголем на базар принес, понимаешь... Последние деньги влупил...
И расстроенный продавец повесил трубку.
А я задумался. Какую жизнь я бы хотел прожить больше - Пушкина или купца? Но решить эту задачку не успел. Позвонила Женька и пригласила кататься на сноуборде.