Вторая Глава.
   AMOR AD MORI

Расписание поездов — во всяком случае расписание ТУДА! - он уже знал наизусть.
    После разговора с Адой Акимовной разговор с матерью был для Феди пустяком. Он даже не задумывался, что конкретно будет говорить и как это будет происходить во времени и пространстве. Поэтому отправился сразу на вокзал. Билетов не было. Точнее они были, но достать их можно было только через знакомых…  - .-.=.-. -  - .-.=.-. -  ..=)\-  - .-.=.-. - 
    Галина Викторовна была уже на пенсии и у неё не было никаких причин отказываться от  подмены на неделю, а именно столько наш герой выторговал у директриссы, пообещав, что если дело решится быстро, то он быстрее и вернётся…
    Батю он предупреждать не стал, совершенно справедливо полагая, что мать и отец—это одно и то же. И здесь Федя ничуть не обманулся:  матушка восприняла неожиданную необходимость подменить сына даже с каким-то энтузиазмом, признавшись что за время сидения на пенсии даже немного соскучилась по школе… Галина Викторовна любила , наверное,  свою учительскую работу, которой отдала 35 лет—всю свою жизнь…
    Ни родители, ни тем более Федя сам – особенно не распространялись о том, что у него неожиданно намечалась свадьба в столице. Не знали об этом даже ближайшие родственники.
    Поездки нашего героя объяснялись тем, что немногочисленные родственники и знакомые  уже знали— стремление  "протолкнуть" свою писанину в печать . Федя так и сказал матери:
    - Им просто скажешь, что я  поехал снова в столицу, в Союз Подлецов СССР. чтобы ускорить  прохождение своей машинописи сквозь  э-ээ… Объяснишь, что сейчас без блата никуда! Надо мол заводить полезные связи и знакомства. Надо деньги, чтобы поить литконсультантов по ресторанам… А остальным даже ничего не говори про Москву, скажи лучше, мол, уехал к родственникам на Украину…
    Конспирация расцветала махровым цветом.
    - Зачем ехать?  Та-а-акие мучения! И ради чего?  Чтобы услышать нет в ответ? - спросил хрипатый.— Всего лишь одно слово! Просто жуть как глупо и бестолково! Да ты позвони и просто спроси: да или нет?
    -  откуда ты знаешь, может я последний раз хочу посмотреть ей в глаза? - значительное оживление внутренних голосов в его черепушке было отчасти положительным признаком, так как свидетельствовало о том, что Федя возвращается в прежнее сумеречное состояние… Нет, не сумеречное, скорее полусонное...
    - Чёрт! Дьявол! Сатана! Страна! Ну когда ты поумнеешь! Что ты можешь прочесть в её глазах? Что-о-о? - хрипатый неистовствовал, перерождаясь в лёгкую головную боль.
    И еще он подумал, что этот вариант внезапного для Веры явления в смысле житейского опыта будет гораздо поэтичнее, чем получение отказа просто по телефону; ещё раз он поймал себя на двойственном отношении к  Вере и ко всей этой истории в целом взятой.
    - ты же можешь написать за это время, которое ты выкинешь насмарку написать 23—ты подумай только! - аж целых 23 страницы своего гениального мусороскрипта!!!
    - А зачем ей последний раз смотреть в глаза? Не, ну ты чокнутый на всю голову!
    Х*       Х*       Х*
    Из Неотправленных Писем Провинциала: «БОРЬБА С БОРЬБОЙ БОРЬБУЕТСЯ?»  Копия Сестре Большого Брата.
    ЗАПИСЬ ОТ 12.04.1987
    Можем ли мы серьёзно сказать, что за последние два года, т.е. с 85-го по нынешний 87-й маятник серьёзно качнулся влево?

• Гласность антисоветизма, антикоммунизма, точнее её элементы…
• Попытки "демократизации"
• Начало движения децентрализациии и проч.

Но когда это будет достигнуто, а оно скорее всего всё-таки будет достигнуто, то начнётся нешуточная БОРЬБА. Поэтому я говорю о противоречивости программы КПСС Горбачёва: , с одной стороны, подавление администрирования силой нетрудовых доходов, с другой стороны, коллективный подряд, индивидуальная трудовая деятельность, кооперация и проч.
    Часть советского общества будет тянуть в сторону коммунистического труда, технополисов и проч., повышения уровня, сознательности бескорыстного труда на благо общества и т.д. Назовём её всё же Левой Группировкой. Другая часть будет тянуть в сторону частичной реставрации капитализма со всеми вытекающими последствиями…
    Именно это может стать содержанием наступающих ближайших лет…
    Ещё разок - после достижения определённых уровней:

• Гласности
• Демократизации, в том числе и политической
• Децентрализации, в том числе и национальной
• Продовольственного налога
• Кооперации и т.п.

Начнётся борьба. И сейчас совершенно неясно - до какого предела она дойдёт и насколько кровавой…
    Х*       Х*       Х*

Отъезд из Джи* … сев в вагон, Федя расслабился. Впереди его ждала бессонная ночь на вокзале. Надо было хорошенько выспаться впрок. От неё не осталось практически никаких воспоминаний. Его провожала мать, отец очень устал на работе и остался дома.
    Несмотря на осень вагон был забит битком не только людьми, но и сумками; свой баул, Федя поставил у себя в ногах на верхней, второй полке и всю ночь провёл скорчившись, ужасно затекали ноги. Иногда он был вынужден слезать вниз и прохаживаться до тамбура и обратно.
    Это был последний по времени поезд, прибывавший в Москву практически в полночь. Ехать было ровно сутки.
    «Жалко, что судьба ли, Всевышний или его рогатый оппонент, не будь он к ночи помянут—не дали мне написать Монаха к этому моменту, хотя бы часть… Впрочем. Не всё еще потеряно… Если будет полный и окончательный финал, то я его напишу точно!»
    Я еду чтобы точно узнать—да или нет! -  подумал Монах. – И если нет, то с чистой совестью постригусь в монахи и перейду на местожительство в горный заоблачный монастырь.
    - а зачем ехать? - возмутился Хрипатый— ты за несколько дней перед днём свадьбы просто позвонишь ей и спросишь, приезжать тебе или нет? Она ответит—нет! Ты пожелаешь ей счастья на прощанье и вежливо распрощаешься… , конечно, тебе будет немножко печально, но только—немножко, потому что  была без радости любовь, разлука будет без печали …
    - Чертяка! Ты что не видишь, что мы с тобой уже едем в вагоне?! Или ты всё ещё остался там – в Джи*
    Положение, в котором он очутился, он посчитал странным и непонятным; что-то внутри заставляло его – дёргаться. Та рационализация, а именно при помощи написания художественного произведения, здорово помогала: вопрос будет ли создана семья или нет  - отодвигался на второй план.
    Даже если семья не будет создана, он вернётся из этой полуторасуточной поездки обогащённый наблюдениями и набросками. Это был тот долгожданный опыт живой  (не книжной!) жизни, которого ему – по мнению родителей – так не хватало для писательства. Сама эпоха социалистического реализма была такова, что произведения ценились по правдоподобию в том числе не в последнюю очередь. И в те времена—времена молодости—ему не хотелось идти против течения: опыт—дело наживное.
    Вам нужно правдоподобие, сэр?! 
    Ему казалось, что он с большой лёгкостью может написать практически правдоподобный любой текст, хотя теоретически он считал натурализм – мертвым направлением в нашей словесности. То есть …
    На этих литературоведческих размышлизмах они и заснул.
    ...Поезд прибыл на Курский в 11 вечера. Выйдя из вагона с пузатым, но всё равно лёгким портфелем, Федя сразу отправился к билетным кассам. Здесь, отстояв небольшую очередь, он приобрёл обратный билет без особых трудностей. Билет на последний поезд завтрашнего дня. В случае решительного и окончательного отказа Веры наш герой не знал, он ещё не определился: сделать визит вежливости брату, объяснив ему свой поступок тем, что решил дожать Веру или нет?
    Иногда Федя почему-то думал, что Старший Брат поймёт его... Иногда ему казалось наоборот:
    - Ты зачем приехал? Езжай обратно? Ты что не мог со мной посоветоваться? Не мог предупредить заранее по телефону? Я смотрю ты совсем больной - на всю голову!
    Вот что он услышит от Старшего Брата…
    Нет, он как-нибудь перекантуется день, а вечером уедет из столицы. Но впереди была ночь на вокзале… Больше всего он боялся милиционеров, которые обязательно подойдут и проверят его документы. Документы и обратный билет. За всю ночь он так их и не увидел. Ни одного.

Х*       Х*       Х*
    С цветами было туго, прежде всего из-за их дурацкой символики:

• красные и их разновидности этого огненного цвета—это вечная любовь… Но в силу прогнозируемого  разрыва отношений подарить красные, наш герой не решался.
• Белые—это значит Федя  как бы сам принял решение… и в знак расставания навсегда почтил память…. и сказал вечное безмолвное белое спасибо. А он не хотел делать окончательного выбора, он хотел, чтобы это сделала она….
• Жёлтые? Знак вечной памяти и печали… ну может быть  … Но о чём жалеть? Даже если врёт Фотинья, а не Вера, то— жизнь продолжается.

И тут его внимание привлекли отдельно стоящие фиолетовые с белыми прожилками астры… Значения фиолетового цвета (неадекватность? Психическое заболевание? Сумасшествие?) Федя не знал, и ему подумалось, что именно ФИОЛЕТОВО  - это будет здорово, и как раз в общих чертах соответствовать переживаемому моменту… Но и ещё одно— семь штучек будет достаточно. Совсем не то, что Старший Брат прав, просто тащить охапку тяжело, ведь в другой руке была сумка? Но даже семь астр оказались довольно крупным и объемистым букетом. Астры!
    Астры!
    Пер аспера ад астрам!
    Всё равно придётся выбрасывать—скорее всего в помойку…  И здесь уже можно было с чистой совестью сэкономить.
    - .-.=.-.—
    И когда наш герой шёл с фиолетовыми астрами наперевес по проспекту Мира, то ему казалось, что это не он идёт, а его герой — Монах…
    "Многим от сотворения века уже казалось, что их жизнь – это всего лишь сон; меня сейчас тоже не покидает это ощущение … Я ухожу в себя и открываю целый мир!.. Он как-то очень мало гармонирует с моей настоящей жизнью, ибо воплощён в странных предчувствиях и смутных вожделениях, а не в живых и полнокровных образах. И всё тогда смущается и мутится перед моим взором, и я начинаю тормозить по жизни, ожидая пробуждения, которое никак не наступает … "
    Х*       Х*       Х*
    Из дневника Галины Викторовны: «Федя уехал в Москву. Вчера на вокзале, - очень грустный, очень сосредоточенный. Ждали прибытия поезда в полном молчании.
    Решается судьба моего сыночка…
    Но - Ещё не вечер!
    Я хотела отвлечь, но поняла что это невозможно. Мысли сами перескочили на нашу историческую встречу. Она вылилась в фотографии, которые сделал довольно удачно Федик. Смотрела на них и вспоминала две сказочные недели. Две недели мы общались. Было очень и очень хорошо. Мне кажется, что Иришка от меня чего-то ждала… сама не знаю. А я вела себя как ребёнок, на каникулах, у папы с мамой в гостях. Ведь у родных. Берёзки, сосны, лесная прохлада…
    Вспоминаю разговор с Иришкой и ничего не могу понять. Неужели она действительно не верила в знакомства? Неужели что-то человеческое есть в наших с ней отношениях? Если это так, то я глубоко ошибалась… И их отношения для меня загадка. Каждый человек—тайна.
    Женя довольно оригинален.
    "А ты ещё молодая!" - сказал мне Казик. Он меня увидел с балкона, когда я возвращалась.
    Ещё не вечер! И мен очень хочется, чтобы моему сыну повезло с женой...»
    Я помню это, потому что разговор состоялся при мне, когда я собирал свой баул-портфель в Москву.
    Мать запыхавшись ворвалась в прихожую, а потом и в нашу большую комнату. Красные лучи заходящего солнца осветили её раскрасневшееся лицо и сделали его багровым, а глаза более выпученными чем всегда.
    - А ты ещё молодая! - сказал Казимир Петрович, наклонив голову набок и любуясь своей женой.
    Наверное, мамка обрадовалась, но в тот момент я видел ей уже только со спины, и вместо лица – затылок…
    - Несёшься как лошадь боевая, всех обогнала, - батя последователен и тоже настойчив в своих похвалах, в своём видении этого мира
    - Я—Лошадь? - вся радость исчезла с мамкиного лица, как будто её стёрли моментальным взмахом…
    В Дневнике у Бабы Гали всё это отразилось несколько иначе…
    Ну на то она и поэзия! Чтобы быть поэзией, а не правдой…
    И теперь "гвупый" вопрос:
    - Куда бедному маленькому человеку идти за правдой?
    В библиотеку? Там сплошная поэзия…
    В суд? Там сплошная коррупция…
    В Храм?...
    Х*       Х*       Х*
    … Федя с серьёзным душевным трепетом нажал кнопку звонка.
    "Последний раз нажимаю, и больше никогда уже не нажму", - поэтически подумал он, пребывая в своём репертуаре. Затаил дыхание, чтобы лучше слышать.
    Несмотря на длинные звонкие трели, за дверью была тишина. Похоже, что в квартире никого не было. "Так, сейчас—8 часов 37 минут! - посмотрел он на часы.—Странно, даже если допустить, что Вера на работе, то куда подевалась её мать? Отец её ещё работает, он скорее всего —на работе, а мать? Наверное ушла в магазин, занять с утра пораньше очередь...И сколько мне ещё придётся ждать? "
    - И-и-и, милая, до самыя смерти! - ответил ему нежный ласковый мелодичный голосок.
    - не плагиатствуй! - ответило Федя своему внутреннему голосу…
    "положи один-единственный цветок под дверь, а сам шуруй обратно на вокзал! Всё ясно и так. Пусть она поломает голову, кто и зачем мог подбросить ей цветок – и зачем? Тебя здесь совсем не ждут. Тебе здесь делать нечего!"
    С цветами?! Так карикатурно стоять…
    - спрячь их где-нибудь?
    Где?
    - Ну например рядом с мусоркой. А кгда появится Вера сбегаешь и вытащишь их оттуда… А если она не появится, то тебе не надо будет лишний раз ходить и выбрасывать, потому что  они будут уже выброшены...
    Что и говорить – внутрениие голоса значительно оживляли и скрашивали время ожидания…
    Он вспомнил  мать Веры, её неожиданные слова тогда на детской площадке: "Идите, она ждёт вас"
    Всё складывалось  как-то очень непонятно и странно: вот опять Фотинья то же самое повторяет но по-своему—у него всё в ушах звучало : ""сделай всё, чтобы у Веры и Феди всё получилось хорошо». Как ни странно, но столь практичный подход к делу его если и коробил; восприятие самого себя в виде рыбёхи, которую следовало поймать и вытащить на берег или—это он уже дофантазировал сам: в виде козла, должного быть загнанным в стойло, - его ничуть не коробило. Это было непоэтично, зато жизненно; так в жизни оно и бывает...
    ОН и сам не прочь заглоить этот крючок и быть вытащенным на берег семйного благополучия.
    Ну как рисуют любовь в книжках и особенно в кино?
    Страстные взоры, пылкие монологи и диалоги
    А здесь  поездки по магазинам
    Он опять нажал на кнопку звонка… Внутри квартиры было тихо. Пусто. Ну всё! Финита ля комедия…
    Как хорошо, что он запасся обратным билетом в ночь!