Аннотация: Старенький рассказ, почему-то пропущенный мной ранее. На Мини-Прозе играл.
Звонки, звонки...
- Да?!
- Ну, привет... - слегка неуверенный голос в трубке.
- Вам кого? - я начал раздражаться. Того гляди, вызовут на совещание, а тут какой-то шутник отвлекает.
- Кого-кого? Тебя! - голос заговорил увереннее.
- А вы кто, собственно? И по какому вопросу?
- Кто-кто? Да ты же! - собеседник на том конце развеселился.
- Чего?..
Я с опаской посмотрел на красный телефонный аппарат. Интересно, в каком это отделе появился сумасшедший? Вроде бы, всех должен знать, кто может позвонить. Но голос совершенно незнакомый. Новенький? И такие шутки разыгрывает? Ха-ха. Его же в два счета вычислят и уволят по-быстрому.
В этот момент звякнул городской, и я недовольно поднял белую трубку. Что и следовало ожидать: директор. Вещает приподнято-обличающим тоном:
- Чем занимаешься? На местном висишь? Ну-ну. Давай-ка на совещание. И материалы захвати, - и трубку бросил.
Даже оправдываться не надо: делай, что сказали, и молчи в тряпочку. Однако надо покончить с первым звонком.
- Оставьте свой номер, я перезвоню. Или скажите комнату, я загляну после совещания.
Собеседник фыркнул и ответил невразумительно:
- Номер ему подавай. Он у тебя записан, прямо на телефоне... Ладно, я позже перезвоню. Ты жди, настраивайся, - и частые гудки.
Вот, зараза. За собой последнее слово оставил.
Совещание закончилось ничем - заказчик выставил претензии, директор вяло отбрехивался, ссылаясь на невозможность того или другого, иногда обращаясь ко мне за подтверждением его слов. Я подтверждал, не особо разглагольствуя: заказчик отродясь не был специалистом и не понимал специфики работы. Ему, главное, чтобы красиво, а на слова, что это невозможно сделать не только физически, но и по существующим нормам и правилам, он плевал.
Мы получили указание доработать и сделать так, как он всё видит, и были отпущены до следующего совещания.
Про звонок от неизвестного я вспомнил перед самым обедом, когда вновь зазвонил красный телефон. Мало ли кто звонит. Я поднял трубку.
- Ну, что?
Опять этот противный голос. Недошутил, что ли?
- Да ничего, - ответил я, стараясь не повышать голос.
- Настроился? - голос был радостный, словно человек получил давно ожидаемый им подарок.
- А то как же! - надеюсь, он услышит сарказм.
Не услышал.
- Вот и хорошо. Поговорим?
- Ну, давайте... - протянул я, всё еще не понимая, чего он хочет.
- Может, на "ты"?
- Хорошо, - я устало вздохнул.
- Значит так. Вводная. - Он говорил значительным голосом, так что я поневоле прислушался. - Я из другого времени. И даже, вероятно, из другого мира. Иначе, как бы я с тобой разговаривал? Кроме того, я - это ты, а ты - это я. Понятно, нет?
Понятнее от его объяснений не стало. Я - это я. Как может кто-нибудь быть мною? К тому же, с таким противным голосом? И про время, и про миры - ерунда. Сказки. Не бывает такого. Нет, в книжках бывает. А вот в жизни - нет. Я ни разу не сталкивался с чем-либо необъяснимым или выходящим за рамки привычного. Розыгрыш, однозначно.
- Тебя как зовут?
- Глупый вопрос, - собеседник фыркнул. - Не помнишь свое имя?
- Свое - помню. А вот твое хотелось бы уточнить.
Он сделал паузу, видимо, пытаясь смириться с моей тупостью и упертостью, но, всё-таки, ответил:
- Иван.
- Как и мое, - ответил я радостно.
- Твое и есть, - процедил он.
Я уже явно, по его мнению, должен был всё понять, но никак не врубался в ситуацию.
- Ну, ладно. Мое - не мое, какая разница. Ты, вроде, спрашивать что-то собирался?
Иван помолчал, но потом нехотя "угукнул".
- Так спрашивай, не тяни время. У меня обед уже - есть хочется.
Я даже не кривил душой. На обед сегодня давали рыбу, жареную с картошкой под майонезом - запах разносился по коридору - и в животе уже началось голодное бурчание. Если б не разговор, я бы уже минут десять, как сидел в столовой и уплетал положенную мне порцию. Голодный, я всегда начинаю злиться и становлюсь просто невыносимым. Еще немного, и Иван почувствует на себе, с кем связался.
Но он больше не стал медлить. Его голос стал резче и суше. И произносить слова он стал быстрее:
- Давно в этой конторе работаешь?
- Года три, наверно. Хотя это как считать. Мы тут несколько раз переименовывались...
- По специальности?
- Разумеется!
- А должность какая?
- Главный конструктор.
- Интересная у тебя работа?
- Нормальная, не жалуюсь.
- Платят много?
- Достаточно...
Достал уже. Да кто он такой, чтоб выспрашивать? Я и жене об этом не рассказываю! Кто ж в наше время свои доходы открыто объявлять будет? Даже если собеседник и не имеет каких-то планов, чтобы тебя подловить, так прослушивание еще никто не отменял. Говорит, будто не знает об этом. А если и правда - не знает? Как же. Наплел сказочку, а ты и поверил.
- Ладно, - собеседник глухо кашлянул, прикрыв микрофон на своей трубке. - Вижу, не получится у нас диалога. Не нравятся тебе мои вопросы. Да? Тогда сам расскажи. Что делал, чем занимался. Скажем, за последние десять лет. Только самое важное и значимое.
Я пожал плечами, чего собеседник, разумеется, не увидел. Рассказать, конечно, можно, но ради чего? Будет ли мне от этого выгода или хоть какие-то дивиденды? Да ладно, с выгодой этой. Расскажу, он тогда отстанет, и можно будет на обед бежать.
- Женат, есть дети. Двое. Мальчик и девочка. Квартиру купил не так давно, переехали от тещи наконец-то. А так, жизнь размеренная и спокойная.
- Как жену зовут? - внезапно перебил Иван.
- Катя.
- Не Света? - вдруг удивился собеседник. - И не Наташа?
- Почему это мою жену не могут Катей звать? - возмутился я.
- Где ты с ней познакомился? - он проигнорировал мой риторический вопрос. В голосе Ивана прорезался искренний интерес.
- Где-где? На работе.
- Опять на работе... - разочарованно протянул Иван. - Ну и как оно было?
Я вкратце описал, как моя будущая жена пришла в нашу группу, как мы стали встречаться, и к чему это, в конце-концов, привело.
- Банально, - отозвался он угрюмо. - Тебе влом было где-нибудь в другом месте знакомиться?
- Это что - так важно?
- Для тебя - уже нет. А мне, видно, придется твой путь повторить. Все вы с будущими женами на работе знакомились.
- Кто - все?
Он оставил мой вопрос без ответа.
- И как, ты счастлив?
Я хмыкнул. Ну, он и спросил. Если бы я сам мог ответить себе на этот вопрос... Ведь не раз же задавал и так и не ответил. Мне почему-то казалось, что я ни с кем не буду счастлив. Что в одиночестве мне комфортнее. Но тогда почему я живу не один? Почему, не смотря на почти каждодневную ругань, я не ухожу, хлопнув дверью? Только ли потому, что содержу семью, и чувство долга не отпускает меня?
- Что молчишь?
- Думаю...
- О чем-то глобальном? - подколол Иван.
- Что тебе вообще надо?
- Да ничего... - протянул он. - Просто собираю информацию.
- И как? Много узнал? - я говорил с вызовом, надеясь вывести собеседника из себя. Да только он оставался на удивление спокойным.
- Достаточно. Ты всё равно не поймешь.
- А можно поинтересоваться, какого рода информация тебе требовалась?
- Можно. Поинтересуйся, - нахально ответил он.
- И какого?..
- О своей будущей жизни.
- Как это можно знать? - я оказался в недоумении.
- Да ты сам мне всё рассказал.
- Я про свою рассказывал, что ты выдумываешь?!
- Вот именно.
- Да пошел ты! - сказал я в сердцах и бросил трубку на рычаги.
Странный разговор. Ну, и черт с ним. Надо поскорей бежать в столовую, а то время поджимало - можно остаться без обеда. И я выкинул разговор из головы.
***
Я аккуратно положил трубку. Телефон не виноват, что большинство моих собеседников не хотят говорить с собой. Этот еще ничего - долго держался, прежде чем послал. Меня одно удивляет: почему никто из них так и не поинтересовался, каким образом можно связаться с самим собой через глубину лет? Они - я - не любопытны? Или какие-то события жизни отучили их проявлять интерес к необычному? Хотя, мне такое на руку - я бы и сам не сумел толком объяснить, что происходит.
Первый раз я дозвонился до себя случайно, так и не поняв во время разговора, с кем общаюсь. Думал, с кем-то из сотрудников - уж больно он хорошо знал людей, с которыми я хотел поговорить. Правда, никого он так и не позвал - все либо уволились, либо ушли на какую-то демонстрацию. Он там остался один и явно скучал. Почему-то я не спросил, как его зовут. Уже повесив трубку, я сообразил, что происходит что-то странное: все как раз вернулись с обеда, никто не увольнялся, ни на какую демонстрацию не пошел. А на мои дурацкие вопросы крутили пальцем у виска и советовали лучше пойти поесть или хотя бы поиграть в настольный теннис. Да, в момент моего звонка их в комнате не было. Ну и что?
Куда же я звонил? Какой номер набирал?
Я оставался в недоумении до тех пор, пока не уволилась одна из сотрудниц. И тут я вспомнил, что тот, с кем я тогда говорил по телефону, упоминал, что она уже лет пять, как уволилась.
Это что ж? Я звонил в будущее? А если позвонить еще раз? Узнать, как я живу, спросить того, кто подойдет, про себя? Я точно вспомнил ситуацию первого звонка, дождался, когда все уйдут, и звякнул.
И опять нарвался на того же типа. Он меня не узнал. А на вопрос о себе сказал, что это он и есть. Он, то есть я. Этот Иван оказался необщительным. На все попытки разговорить его, отвечал, что ничего такого не было, и ничего он не помнит. На вопросы о своей персоне лишь хмыкал и бурчал нечто невразумительное. А потом бросил трубку.
Это только подхлестнуло меня. Я звонил и звонил, едва подворачивался удобный момент. Спрашивал и спрашивал. И каждый раз мой собеседник, а это всегда был я сам, говорил со мной будто в первый раз. Да и события, о которых иногда он мне рассказывал, постоянно менялись. То я работал на одной работе, то на другой, то опять на первой, на которую вернулся. То зарплата у меня была миллион, а то - две тысячи, на которые можно было купить больше, чем на этот миллион. И всё в одно и то же время - я уточнял.
Вот так я и пришел к концепции разветвленности времени. Разумеется, никто не стал бы со мной разговаривать о ней - я имею в виду серьезных ученых. Но мне это и не было нужно. Я хотел практического применения своим идеям. Когда я до этого дошел, уже появились первые персоналки, и стало возможно хоть как-то оптимизировать собираемые данные, свести их в графические схемы и получить конечный итог.
Под конечным итогом я понимал идею личного счастья. Это движет любым человеком - что бы он не делал, к чему не стремился. Быть счастливым, что может быть привлекательнее? И я уже почти добился.
Вероятностная пирамида сходилась всё точнее. Еще два-три звонка, и настанет время сводить линии в точку. Вот тогда-то мы и узнаем, что следует предпринять и как дальше жить. Точный выверенный график поступков и решений - ноль страданий, разочарований и неприятных неожиданностей. Всё будет учтено. Начнется замечательная жизнь, когда заранее знаешь, что с тобой будет, если ты сделаешь так, а что будет, если иначе...
На моем столе зазвонил красный телефон, и я автоматически снял трубку.
- Всё графики рисуешь? Жизни радуешься? Ну-ну, давай! Идиот! Какой же ты идиот...
Я уже научился распознавать собственный голос. Но до сих пор я себе не звонил. Что-то новое. Надо воспользоваться представленной возможностью.
- С чего бы? - ответил я.
- Не понимаешь простых вещей.
- Это каких? - поинтересовался я.
- Основополагающих. В чем смысл жизни. Куда движется мир. Да тебе плевать на всё это. Да и мне - тоже. Это всё не страшно. Не страшно, когда убивают твоих близких. Не страшно, когда страна летит под откос, а простые люди десятками прыгают с мостов, чтобы покончить с жизнью. Не страшно смотреть телевизор в ожидании, когда оповестят об очередном теракте в школе. Ведь ты прекрасно знаешь, что и как будет. Ты даже представить не можешь, какой он - самый страшный страх.
Иван на том конце громко сглотнул и судорожно вздохнул.
- Да что может быть страшнее всего этого? - возмутился я. Вот еще. Нотации он мне читать будет.
- Скука... - и частые гудки уроненной трубки.