Аннотация: Криминальный ирреализм. Первая из историй про корабельщика "chernogo solntza" Резчика.
Предупреждение!!!
Текст содержит ненормативную лексику и сцены насилия.
Коли тебе меньше 18 лет - отвернись к стенке и забудься тяжким сном!
Медведев А. А.
Криминальный ирреализм
Рассказ
Колесница смерти
THE TYGER
Tyger Tyger, burning bright,
In the forests of the night;
What immortal hand or eye,
Could frame thy fearful symmetry?
In what distant deeps or skies,
Burnt the fire of thine eyes?
On what wings dare he aspire?
What the hand, dare sieze the fire?
And what shoulder, & what art,
Could twist the sinews of thy heart?
And when thy heart began to beat,
What dread hand? & what dread feet?
What the hammer? what the chain,
In what furnace was thy brain?
What the anvil? what dread grasp,
Dare its deadly terrors clasp?
When the stars threw down their spears
And water'd heaven with their tears:
Did he smile his work to see?
Did he who made the Lamb make thee?
Tyger Tyger burning bright,
In the forests of the night:
What immortal hand or eye,
Dare frame thy fearful symmetry?
William Blake. Songs of Innocence and Experience
Shewing the Two Contrary States of the Human Soul
Она царапала мне спину и кусала плечо. Одновременно с мощным оргазмом, взорвавшим мозг, зазвонил мобильник.
- Не надо, абонент недоступен, - она закусила губу, вцепившись мёртвой хваткой.
Из ванной по закону Архимеда давно был выдавлен лишний объём воды. По кафельным стенкам плясали лучики света. Я бы и рад не ответить, но это был тот самый мобильник. Его всучил мне Сафран, мой драгоценный босс, с неделю назад и сказал, чтобы ждал звонка.
Пару дней я действительно ждал. Сидел, как на иголках. Потом решил немного развлечься. Клубы, казино, девочки... Жаль, Лёву завалили на прошлой неделе, мне нравилось подкалывать его нежных мальчиков. Лёва любил подчёркивать свой сияющий интеллект изящным профилем юного красавца.
Сам я не мог преступить некий порог, который как говорил Лейба, ожидает каждого мужчину после сорока. Хотя мне осталось довольно долго до того юбилея, который мужчины предпочитают не праздновать. Мне по прежнему нравились женщины. Это милое существо была четвёртой на этой неделе. Но лучшей из всех. Пожалуй, из всех кого я знал последние года три. Боже, как много времени прошло...
Телефонные переливы не стихали. Ладно, пора объявляться. Просто так не позвонили бы. Значит, была работа. Долгожданная работа. Шанс устроить своё будущее раз и навсегда!
- Да, у аппарата.
- Шалом. Забивай стрелу с ними на сегодня.
- Понял. Но это против правил. Обычно мы делаем по-другому. Они могут не успеть с товаром.
- Они же ждут твоего звонка. В их интересах получить бабки. С тобой будет ещё один человек.
- Кто? Зачем?
- Подстрахует тебя. Так надо. Он вровень с тобой ходит, так что не дуркуй. У нас есть проблема. Его дело беду от нас отвести. Спросит чего - ответь. Я проверю. Будь возле Макдональдса на Тверской в двенадцать.
- Там два Макдональдса.
- Тот, который возле памятника Пушкину. Купи "PLAYBOY" и держи его в руках. Он тебя сам найдёт. Там решите, где будет удобнее встретиться с продавцами. Ты уверен, что с ними всё в порядке?
- Уверен.
- Деньги ещё не пропил?
- На это годы уйти должны...
- Я знаю, как ты пьёшь!
- И как его зовут?
- Резник.
- Как адвоката? Он ему часом не родственник?
- Даже не однофамилец.
- Что, тоже еврей?
- Кто его знает. Легитраот.
Я набрал телефон одного всезнайки и поинтересовался у него о Резнике или Резнике с любым ударением, но не адвокате. Тот пообещал разузнать. До двенадцати время было. Всех моих знакомых ле блядей (извините мне мой французский) зовут Света, но не все Светы - ле бляди... Эта чудная девушка с именем моей бывшей мне нравилась всё больше и больше. Её ум не раздражал присутствием чуждой изгибам женского тела мужской логики. Так меня давно никто не чувствовал. Возрасту Христа присущ некий навязчивый мазохизм, пора мне, наконец, снова жениться, а то я, обжёгшись на молоке - дую на воду.
Она появилась в освещённом проёме двери. Перевёрнутое сердечко пустоты под неразличимым треугольником паха. В «Тысяча и одной ночи» сказано, что обнажённая женщина похожа на знамя. В такие минуты я понимаю смысл этих слов.
Без пяти двенадцать я был на месте. На улице было холодновато, но по крайней мере сухо. Слякоть в Москве наводит на меня тоску. Сезон жидкой грязи под ногами в этом городе занимает большую часть года. После моих недавних упражнений, в теле образовалась звенящая пустота. Безразличие к окружающему, впрочем, не мешала думать, хотя и делала мысли лёгкими и мало весомыми.
Взял журнал в первом попавшемся киоске по дороге и теперь, разорвав пакет, в который считалось нужным заворачивать подобный товар, я углубился в созерцание женского тела. Чисто западный вид медитации. Целлофан, надо полагать, служил гарантией того, что какой-нибудь другой потребитель не высосет из журнала его первозданную невинность и не заляпает глянцевые страницы своими жирными отпечатками, а может и того хуже...
- Шалом! Ме хадаш? - Этого парня и видел впервые. Моложе меня года на четыре-восемь, но словно высеченный из каменной глыбы, или если быть точнее из обломка метеорита. Держится уверенно. Высокий, крепкий, по виду обычная торпеда. Глаза излучали спокойствие. Коротко стрижен. В повадках затаённая мягкость движений. Спортсмен? Надо полагать, Сафран просто меня усилил, и некоторые мои сомнения, которые появились в последнее время, были беспочвенны. Хотя к любому раскладу я был готов как пионер. На том стоял, и стоять будет огонь Ханаанский.
- Да всё как обычно... Так ты тоже из соплеменничков. Ани самеах лирэотха. Но я на иврите не очень. Здесь в России, если на ридной мове размовлять - примут за айзеров.
- Лады, мне просто сказали, как к тебе правильно обратиться, чтобы лишних вопросов не было. Я теперь на иврите буду целых четыре слова знать.
- А какое четвёртое?
- Ты звони... Давай стрелу забивай, а пока будем ждать - всё тебе расскажу, да всю правду доложу. Короче, здесь через час будет всего удобнее. - Он мне приказывает?! Вот сука! Закопаю...
- Здесь же народу немерено. - Моё внешнее спокойствие было ледяной коркой покрывающей вулкан.
- Вот и хорошо, ты слышал про Льва Борисовича, а вчера завалили Пулковского со всей его братвой. Из дробовиков прямо в бассейне. Там такие турецкие бани были, мама не горюй. Причём, суки, девки там с ними были, так их тоже - очень художественно разделали, как Бог черепаху, со всеми прибамбасами, с контрольным в голову. И никто ничего не видел, бля! Ни одного сраного свидетеля. Так что мы с тобой будем осторожными, нам Родина-Мать велела себя беречь. Меня из Питера выписали с вашим бардаком разбираться, со всей моей командой. Надо гниду эту, которая своих сливает, на Божий свет вытащить. - Теперь было понятно, откуда ветер дует, и зачем этого пассажира мне довесили в самый последний момент. Сафран свои кадры бережёт. Только оно нам надо?
- Я Витю Пулковского лично предупреждал, независимого, что его орлам неприступным секель овечий ещё лет десять грызть, а не стволы потными ручонками дрочить. Бандиты ё-моё. Вечно у них, блядь, праздники, карнавалы. Но это Эдика работа - ясный пень, причём тут наши друзья из Элата? Эдик хочет гириком торговать, связался с таджиками какими-то, и прёт, как танк. Но его, не сегодня-завтра, в подворотне попишут, как Рафаэль ту мадонну, что нам теперь не дышать?!! Чем меня неделю парить, дали бы зацепку - Эдик бы уже жмурился.
- Неделю назад я на солнышке загорал, думки горше, чем чирей, вскочивший на причинном месте, не имел. Ладно. Не нашего это ума дело. Здесь всё просто - товар принял, деньги отдал, а я тебя прикрою и никаких гвоздей. Не боись Ерёма - до пизды не дойдём!
Я позвонил. Абонент недоступен. Пришлось звонить в офис.
- Турагенство «Земля обетованная». - Опять новая секретарша. Солят они их там что ли!
- Девушка, Мишу Гофмана дайте!
- А по какому вопросу?
- По личному! Он на месте?
- Что?
- Девушка, Вас представляться не учили? Как тебя зовут, красавца?
- Мария...а...
- Света?! Какое совпадение... Так вот, Света, скажи звонит Борис по поводу встречи. Ты шоколад любишь?
- Да, ...а...
- Лады, я потом проверю лично. - Заиграла музыка. Кажется «Voodoo people». От этой музыки у меня холодок по спине и мурашки по телу. Мейджик пипл. Радио всё равно лучше какой-нибудь стандартной музыкальной заставки.
- Боренька, куда пропал, дорогой.
- Это ты пропал, что у тебя с мобильником?
- Да мы тут совещание проводим.
- Понятно, а думаю, что это твоя секретарша такая задёрганная. Ты видно ей спуску не даёшь. Не слезаешь... Через час возле Макдональса на Пушкинской. Со мной будет ещё человек - ты не пугайся, всё идёт по плану. Асур.
- Так, понял, горячо стало, через час нельзя, подстраховаться надо.
- Да час пик, понимаю. Ты меня отлично понял, ну, через два, так через два... Только здесь с парковкой облом. Ты мою тачку помнишь? Здесь поставить негде, пришлось возле Маяковки оставить. Возьмёшь нас на повороте после светофора в сторону Макдональдса, если к Кремлю ехать, понял!
- Товар на Маяковке!
- Ага!
- А ключи?
- Ну, там девушки ещё всегда стоят, открыто стоят, только попроси, всё дадут, жрицы любви ё-моё...Хаим мевин ата оти?
- Какие жрицы,...а-а-а! Девушка будет стоять возле тачки и её откроет! А слово заветное есть?
- Ну, наконец-то! Давай, ждём! С тобой приятно работать. Свете привет передай анальный от Бори-кочегара.
Резник был абсолютно увлечён журналом. Он успел развернуть вкладку и по ходу пускал слюни на мою собственность. Не спас пакет...
Пространством вокруг овладели подростки. Рюкзачки на спинах, возле фонтана через дорогу, словно цапли, манерно задирая ноги, пятеро бездельников играли...кажется это называется «сокс» - носок. Довольно поздновато для подобного вида развлечения. Парниковый эффект перепутал все времена года. Мой портфель выглядел на их фоне, словно динозавр среди потока современных машин.
Проплывала на роликовых коньках чужая, уже недоступная молодость. Хотя почему так пессимистично, молодость всегда можно купить. Хотя бы на ночь. Таких мыслей не было уже года два, сразу после моего тридцатилетия у меня был маленький возрастной кризис.
- Придётся подождать, будут часа через два не меньше, сам видишь какие пробки. Жрать хочешь?
- А то как же... А где лучше? Ресторан долго, а в Макдональдс я не пойду...
- Чего так, патриот?
- Меня от запаха их воротит, у них такая специфическая вонь, словно тараканов жарят, и потом, откуда я знаю, может какой-нибудь их замордованный мальчик мне в гамбургер плюнет, вкус от этого не изменится. Его зарплата тоже. Кока-кола у них поганая. Словно они в неё ослиную мочу добавляют. Совсем другой вкус, чем в бутылках. Видел я в гробу эти транснациональные бутербродные! Вот у меня знакомый один, кстати, в штатах жил, когда их Биг-Мак наконец в душной очереди дождался, скандал закатил, почему мол, этот Биг-Мак вдвое меньше по сравнению с американским. До менеджеров дело дошло.
- И что?
- Что, что...извинились, поменяли.
- Так как же поменяли, если других они не продают...
- Поменяли, может это был Биг-Мак их местного босса-американца, или они для своего посольства по другому делают, только поменяли на большой!
- Двойные стандарты... Лицемерие империализма! Тогда пошли в «Ёлки-Палки по монгольски», там сам набираешь мясо разных видов, его на твоих глазах жарят, а потом салатик добавишь на свой вкус, только Кока-Колы у них нет, пиво ты пьёшь?
- А то...
- Как тебя в миру-то зовут?
- Юра.
- Боря. Вот и познакомились.
Мы сели за крайний столик. Юрик недорезанный, так я его окрестил про себя, расположился спиной к замурованной двери, я лицом к коврам на стене. Тем, кто с таджиками не тёрся, мой юмор не понять. Он, как и всякий неофит наложил в свою плошку выше всякой меры, утомлённый косоглазый поджариватель снеди посмотрел на него с привычным раздражением и сказал, что такое количество не влезет, «надо брать две тарелки». «Влезет, влезет и в кринку влезет...» - как-то неопределённо ответил мой визави. Так и оказалось. К немалому моему изумлению лёгким движением руки кухонный вьюнош аккуратной горкой всыпал в свежую плошку изрядную порцию прожаренного мяса, которое буквально таяло теперь у меня на глазах.
- С аппетитом у тебя полный порядок.
- Кто много жадно жрёт, тому и Бог подаёт! - Сказал и сделал мощный глоток пива, запрокинув голову и задёргав кадыком. Помилуй Бог, он ещё и остряк.
- А это твоя идея была насчёт журнальчика? - Я постучал пальцем по глянцевой обложке.
- Нет, Сафрана Вашего. Он сказал, что ты и есть этот самый плейбой, или ходок по нашему. - Как всегда, подобное утверждение одновременно и польстило мне и уязвило.
- Между прочим, данное издание редактирует Артемий Троицкий и именно благодаря ему сложилась парадоксальная ситуация, когда бульварное на Западе издание стало в России приемлемым чтением для образованного и обеспеченного делового человека. - Как всегда после плотного завтрака моя речь стала несколько витиеватой.
- Абсолютно с Вами согласен! - Возле нас стоял с подносом молодой человек. Неброская, но дорогая одежда, выверенная манера держаться выдавали в нём представителя «золотой молодёжи». Во времена моей молодости его бы назвали мажором, но пренебрежительный смысл этого слова давно исчез вместе с советской властью.
- Могу ли я претендовать на место за вашим столиком? - Я огляделся, вокруг действительно негде было сесть. Выслушивать сентенции Юрика совершенно не хотелось. Босс обещал неприятные вопросы, а в обществе этого милого человека они были совершенно исключены.
- Эта... - Я не дал договорить насупившемуся Резнику.
- Несомненно! Мы, кажется, где-то виделись раньше, не могу вспомнить имя.
- Благодарю! Может, и виделись, не помню. - Юрик неожиданно просветлился на этом слове и стал смотреть на незнакомца более благожелательно.
- Ты садись, в ногах правды нет. - Сказал и снова уткнулся в тарелку, свинья.
- Но нет её и выше! - Парировал молодой человек. Мы с ним улыбнулись друг другу, как люди способные оценить некоторую кощунственность каламбурчика. Я чуть сдвинул портфель, чтобы гость мог удобнее устроиться.
Какое-то время мы провели в полном молчании. Но после того как голод отступил, а
глубокие тарелки всё не показывали своего дна, меня потянуло на беседу. Симпатия, возникшая у меня буквально с первого момента нашего знакомства, подсказывала, что разговор мог бы быть интересным. Потянувшись к стаканчику с зубочистками, я предложил вновь познакомиться, раз никто не мог припомнить обстоятельств более раннего знакомства.
- Алексей.
- Борис.
- Юрий.
- Да, Боря то четвёртое слово, ты спрашивал...
- Любопытно-с...
- Лехаим!
- Борис, а как правильно пишется: нехаим или лехаим?
- Нехаим - это что? От нехай? Нет, Алексей лехаим - правильно.
- Странно, я во всех вариантах видел.
- Лехаим! За знакомство! - Юрик высосал вторую кружку.
- Так, всем очень приятно и, надо полагать, что с формальностями покончено. Сегодня волею судьбы оказался я в метро. Знаете, после того, как где-то очень давно не был - замечаешь всякие мелочи.
- Это просто зависит от настроения и наблюдательности. Я постоянно бываю в метро. Отец не хочет больше рисковать, даря мне машины. И вот со мной сегодня произошёл такой случай. - Это был разговор, когда собеседники абсолютно понимают друг друга и именно поэтому перебивают. Мы как бы уцепились за одну нить и стали раскручивать клубок смыслов.
- Вот совпадение, именно о таком случае, я и хотел рассказать. Позвольте мне как старшему, Алексей, начать первому, а потом послушаем, что у вас за история.
- Deal!
- На перроне было не так много людей. Моё внимание привлёк маленький мальчик. Когда подул ветер, возвещающий приближение поезда, он подошёл к краю платформы. Его мама стояла глубоко погружённая в свои, видимо, нерадостные мысли и не заметила опасности. Он поднял руку и чуть запрокинул голову. Первый вагон мчался в грохоте и огнях. Я не понимал, что происходит, и автоматически напрягся, понимая, что к краю платформы мне не успеть. В самую последнюю секунду он успел убрать руку. Мама заметила его близость к поезду, но не фокусы с рукой. Он смеялся и я понял, что он делал - он играл с этим электрическим монстром в «поймать такси», и смеялся тому, что угрюмый зверь метрополитена не понял юмора. Мать подняла его на руки, прижалась лицом к маленькой курточке, и даже не ругала его, у неё не осталось печальных мыслей, только любовь к нему. А он всё смеялся, и ветер развевал его светлые волосы.
- Красивая история.
- Реально красивая. - Это подал голос Юрок. - Моя мамуля бы прибила меня на месте.
- Нет, у меня история совсем другая. - Алексей погрустнел. - Это даже и не история, а галлюцинация. Так это я называю.
- Ничего, рассказывайте, рассказывайте, я настаиваю.
- Я спускался по эскалатору и вдруг увидел необычайно бледное, почти белое лицо девушки. Она поднималась наверх, и моё сердце словно остановилось. Мне показалось, что это сама смерть. Помните как в фильме «Встреча с Джо Блэком». Только смерть на западе мужского пола. У нас она женского рода. Обычно её представляют, как старуху с косой. Теперь я думаю, что это молодая красивая девушка с необычайно бледным лицом. Светлые волосы её заплетены в эти странные африканские косички, дреды. Тогда я подумал, что настала моя очередь и замер не дыша. В ушах вдруг словно выключили звук, и раздался звон, который был осязаем и создавал вокруг другое пространство. Если бы я смог увидеть его, то не разговаривал бы с Вами. А она даже не посмотрела в мою сторону и медленно проплыла ввысь и исчезла.
- Пронесло. - Юрок сочувственно закивал. Мне в голову внезапно пришла забавная мысль.
- Ну-ка, напиши слово эскалатор... Алексей достал ручку, и вывел на салфетке «экскалатор».
- Смотри, что ты написал.
- А что?
- ЭКСкалатор. Моя интерпретация такова, молодой человек, Вам видимо приходилось переживать смерть, и теперь Вы настолько близко знакомы с этой дамой, что она разрешает Вам на неё временами смотреть, но шла она не по Вашу душу. Это очевидно!
- Ну, ты грузанул, Боря! Внушает!
- Всё равно в этой истории есть некая загадка. О чём ты в ту минуту думал? Может в этом всё дело.
- Я думал, я думал... не помню...
- Точно! Разгадка в этих мыслях. - Алексей посмотрел куда-то мимо меня сквозь стеклянную витрину на улицу, и вдруг лицо его прояснилось.
- Вспомнил! Я думал о Мерседесах. Чёрных таких квадратных джипах, которые стали модны в последнее время.
- А что с ними такого?
- Я часто смотрю такую передачу - «Дорожный патруль». После того как однажды увидел в ней своего друга. Его родители ещё не знали, а я уже видел раскуроченную тачку. Показали, как его увозят в больницу. Тачка была отца его подружки. Но фишка не в этом. Последние четыре недели постоянно показывают заказные убийства. Или, скажем, угоняют машину и стреляют в хозяина. Так вот! Объединяет эти случаи только одно - машина. Gelen vagen. Джип-мерседес. Потом в инете натыкаюсь на статью. Оказывается эти машины сконструировали ещё во времена Третьего рейха. Году в сорок четвёртом. Но запустить в производство не успели и только после войны их стали клепать для армии и потом для всех остальных, но не именно эту модель. Парень, который её сконструировал, по слухам сотрудничал в одном из институтов «Аненербе». Он слизал очертание машины из описаний колесниц, на которых вожди Ариев переносились в Валгаллу. Не простые воины, а именно вожди. Поэтому машину планировали сделать для Гитлера в нескольких экземплярах. После войны само собой всё, что было связано с именем фюрера, добропорядочные немцы спрятали подальше и только совсем недавно эти чертежи снова всплыли. Всю эту чепуху про «Аненербе», Валгаллу немцы давно позабыли, но дизайн понравился. Сейчас у них там возрождение Германии и потом действительно машина выглядит классически, и вместе с тем необычно. И после того, как в России машина стала покупаться с бешеной скоростью, конвейер заработал на полную скорость. Нашим новым русским этот Мерседес особенно понравился. Даже мой папуля его прикупил. Только я теперь понимаю, что так притягивает наших бандеров к этой тачке. Эта машина - колесница смерти.
- Бандер, молодой человек, это содержатель притона с девочками. Вы, верно, имели в виду бандитов, но разве Ваш отец...
- Нет! Он в издательском бизнесе.
- У меня тоже такая же машина. Ладно, нам пора. - Настроение моё несколько ухудшилось, хотя видимых причин не было. Юрик вытер губы салфеткой, скомкал её, внимательно посмотрел на меня и Алексея, подмигнул ему и сказал.
- А у меня Toyota Landcruiser. Бывай, глюконавт. А филателией ты особенно не увлекайся, сынок. Хотя... Бог даст, свидимся.
Мы вышли на улицу. Я с наслаждением вдохнул свежий воздух. Странная
процессия приблизилась к Макдональдсу. Молодые парни в распахнутых шинелях, под которыми угадывалась форма белых офицеров. Один из них держал бело-жёлто-чёрное знамя, другой кричал в мегафон, третий раздавал газетки.
- А чего ты сорвался, время есть.
- Пойдем, купим антисемитскую газетку, я их люблю на досуге почитать. Настроение поднимает.
- Что так?
- После них приятно себя евреем чувствовать. Весь мир мы заговорили и объебали, а эти арийцы в полной жопе. И потом мы все банкиры, плутократы, согласись - приятная жизненная перспектива... Это же экзотика! Скоро такого нигде не увидишь. В Израилке или Германии за такие дела посадят шиментом.
Монархисты посмотрели на нас с сомнением, но газетку продали. Я раскрыл её на
последней странице.
« Ведь по мысли теософов, человечество должно будет пройти через период, когда
новая, "шестая" раса уже появилась и даже уже пришла к власти, но большинство
населения Земли все же еще принадлежит к вырождающейся "пятой" расе. По
самоощущению Анны Безант, которая в молодости проповедовала
неомальтузианство, "теософ достиг вершины, опередив свою расу". Как же
смогут они сосуществовать с обычными людьми?
Ответ на этот вопрос, несомненно, должен быть у теософов, ведь со времен
Блаватской тема о "шести расах" - одна из центральных в их учении. "Да, во
всех теософических книгах можно найти указание, что шестая раса собирается в
Америке", - пишет Елена Рерих. Эта новая раса - раса Богочеловеков.
"Богочеловек - творец огненный! Богочеловек - носитель огненного знака Новой
Расы" (Иерархия, 14). По терминологии Елены Рерих это будут -
Сверхчеловеки. Между правителями, просвещенными оккультным гнозисом, и
обывателями проляжет расовая граница. Главное: сверхчеловеки будут прекрасно
владеть магией и оккультными силами.
Сначала их, новых хозяев жизни, будет немного. Но со временем иных людей на
земле не останется. "Теперешний вид человека будет рассматриваться как
исключительный выродок". Нынешние люди не просто "выродки", они даже не
люди, а так - "человекообразные": "Стоит запереть шесть человекообразных в
одно помещение, и через час дверь будет дрожать от империла" (Иерархия, 423).
Промежуточная эпоха сосуществования людей и сверхчеловеков будет длиться
427 000 лет. "Идущая Шестая Раса - которая может начаться очень скоро - будет
находиться в своем Сатья (Золотом) Веке, тогда как мы будем еще пожинать плоды
нашего беззакония в нашей Кали Юге". Поскольку "пожинать плоды своего
беззакония" вряд ли радостно, можно заключить, что нынешнее, не-оккультное
человечество, впереди ждет полмиллиона лет страданий, искупающих нашу "карму".
Кроме того, эта многотысячелетняя кармическая очистка будет проходить под
мудрым руководством вовремя развившихся сверхлюдей.
По законам кармы с нами должны поступить также, как мы поступили с кем-то.
Блаватская утверждает, что нынешнее человечество некогда уничтожило "четвертую
расу" Атлантов. Логично предположить, что этим же словом можно обозначить и
ту участь, что ждет современное человечество в "новой эре"»*
- Так... и здесь прокол. Это не антисемиты, а воинствующие христиане какие-то...
- Хочешь, фокус покажу.
- Нет. - Я достал телефон и набрал номер.
- Света? Ну, где же Миша?
- Был. Всё нормально. Я могу уйти?
- Можешь. - Юрик спросил.
- Боря, а что ты ему на мобилу не позвонишь?
- Да занято всю дорогу, мы же нация говорливая. Попробую ещё раз.
- Это Борис, как там у вас.
- Мы проверили, с деньгами всё в порядке. Ждём тебя. Света ушла.
- Правильно. - Я выключил телефон. Теперь осталось совсем немного. Юрик смотрел
прямо мне в глаза. Ничего, пройдёт неделька и всё, любого порву за такой взгляд. А сейчас осталось потерпеть немного.
- Сейчас будут.
- Хочешь ФОКУС?
- Давай! - Он достал колоду, словно вынул из воздуха.
- Загадай любую карту.
- Загадал. - Про себя я подумал: «Туз бубновый. Говорят к большим бабасам».
- Выбери любую карту.
- Вот.
- Так, какую ты загадал?
- Бубновый туз.
- Не получилось.
- Дай-ка посмотреть... Я быстро взял у него из рук выбранную карту. Это была странная
карта. На ней нарисована луна, и задравшие к ней свои морды, волки. Цифра восемнадцать арабскими и на иврите.
- Что это такое? - Юрик забрал карту обратно и размешал колоду. Она вновь исчезла в никуда.
- Это у меня вместо джокера. Ладно, ё-моё фокусник из меня никакой. Смотри - это не они?
- Нет. У них Мерседес чёрный. Ты курить будешь? - Я достал свой любимый титановый портсигар и вытащил из него огрызок недокуренной утром сигары.
- Не пью и не к-у-р-ю! - Я пожал плечами и стал окутывать окружающее пространство клубами дыма.
Возле нас резко притормозил джип. Миша открыл дверь и радостно заорал.