Глава 1.

  Я обычный человек. Со своими страхами, потребностями и мечтами. День изо дня - одни и те же лица. Дом да работа.

  В спешке пытаясь выжить, я упускаю что-то важное. Да, пресная жизнь. Порою так хочется помечтать о чём-нибудь. Например, что я существую для чего-то большего.
  Утро воскресенья. Наконец-то выходной.

  Первая мысль при пробуждении - сколько всего нужно успеть за день. И как сильно мне этого не хочется! Ведь всё, что мне нужно, - проваляться весь день в кровати, прийти в себя после трудовой недели. Но, увы, надо готовиться к следующей.

  - Бзз, бзз! - зажужжал мобильник, который всегда у меня на беззвучке. Я ответила. Зачем-то мне звонила коллега по работе.

  - Привет, Николь! Прости, что беспокою с утра пораньше. Я могу попросить тебя забрать мою посылку? Этот магазин один в городе и неподалёку от тебя, а у меня с машиной проблемы, не могу доехать, - я было хотела её перебить, но она тараторила так, что я не успевала рта раскрыть. - Там недалеко от тебя. Я тебе вышлю адрес с кодом. Забери, пожалуйста, с меня шоколадка! Мне край нужно!

  - Не надо мне ничего, - вставила я в секундную паузу.

  - Хорошо, что-нибудь другое принесу. Ну всё, давай, ко мне дети приехали. Буду очень благодарна, до завтра! Бип-бип.

  - Мда, ну вот и как с такими вести диалог? - вздохнув, я потерла переносицу.

  Итак, к моему дневному расписанию прибавилось съездить в пункт, который располагался "недалеко" от меня - в семи кварталах. Ну что поделать.

  Приняв ванну и наспех позавтракав, я побежала по делам. Надо закупиться продуктами, бытовой химией, что-нибудь приготовить и погладить форму на работу - предварительно постиранную со вчерашнего дня.

  Я работаю в местной больнице. Днём беру кровь на анализы у пациентов, а вечером подрабатываю в приёмном покое. Работка ещё та, я вам скажу. Не для слабонервных. Правда, форму приходится часто стирать - различного рода чужие испражнения так и летят в мою сторону. Хотя, омывая пьяного бомжа, который упал зимой в канализацию, по-другому быть не может. Не моя обязанность это делать, конечно, но как не помочь коллегам?

  - Правда, Марь Иванна любит чем-то озадачить, - буркнула я себе под нос, заправляя шарф под куртку.

  Сейчас глубокая осень. Солнце почти не выходит. Каждое утро - сплошной туман. Холод собачий. Но снега ещё нет.

  После обеда я решила сходить за заказом коллеги, чтобы потом спокойно заниматься своими делами. За двадцать пять минут прибыла к нужному адресу. Я внимательно изучила местность, но никак не могла припомнить, чтобы здесь был магазин или пункт выдачи. Может, недавно открылся?

  Адрес указывал на область пятиэтажного здания. Старое, лет сорок стоит, если не больше. Серо-зелёное, с деревянными окнами. А, нет, у кого-то пластиковые тоже есть. Четыре подъезда. Но ничего похожего на пункт выдачи нет. Тут я приметила, как из дальнего подъезда вышел молодой мужчина лет тридцати. Я помчалась к нему. Раз он тут живёт, значит, должен что-то знать.

  - Извините! Не подскажете, где находится "Tempus"? Магазин, там и заказы выдают... - прочитала название с телефона. Хм, никогда не слышала про такую компанию.

  - О, здравствуйте! - удивлённо воскликнул человек.

  Он оказался высоким темноволосым мужчиной. Одет неожиданно хорошо для нашей местности: длинное чёрное пальто, лакированные туфли и шляпа. Его внимательный взгляд тёмных, слишком тёмных глаз оценивал меня. Я вопросительно уставилась на него. Не прошло и трёх секунд, как последовал ответ.

  - О, так вам нужен "Tempus"? Кажется, я знаю, где он, - задумчиво протянул человек в шляпе.

  - Просто замечательно, тогда скажите, где? - сложила руки на груди я.

  Он ещё раз всмотрелся мне в глаза, потом моргнул. Но сделал это медленнее обычного - веки опустились и поднялись будто нехотя, как у кошки, которая вот-вот заснёт. В лицо мне ударил горячий ветер. Осенью? Я поёжилась и осмотрелась по сторонам. Ничего. Только серая панельная стена да мокрый от утреннего дождя асфальт.

  - Сзади вас, пару метров и налево. Это цокольный этаж, - на последних словах мужчина мне подмигнул, поправляя шляпу.

  - Ага, спасибо!

  Я немедля развернулась и направилась в указанное место. Это же рядом, как я просмотрела? Пройдя с десяток шагов, я обернулась - посмотреть ещё раз на симпатичного незнакомца. Но его нигде не было. Куда он испарился? Рядом ни машин, ни автобусных остановок. Странно.

  - Ой, ну и ладно, главное, что помог, - сказала себе я, заприметив небольшую вывеску с нужным названием.

  "Tempus". Похоже, недавно открылись. Вход с торца здания - я не заметила его в первый раз, потому что это место больше похоже на спуск в подвал. Лишь чёрно-белая табличка над дверью выделяла его, и то буквы наполовину обесцвеченные. Эм, точно недавно открылись? Может наоборот? Я открыла телефон, подготовившись назвать код для выдачи.

  Дверь была железной и тяжёлой. Выцвела, по уголкам снизу покрылась ржавчиной. Мне потребовались усилия, чтобы её открыть. Непохоже, чтобы ей часто пользовались.

  Я вошла в пустое помещение. В принципе, чего-то такого я и ожидала. Либо этот магазин разорился на днях и срочно куда-то переехал, либо моя коллега повелась на мошенников. Больше верится во второй вариант. Жаль будет её расстраивать.

  Я прошлась по комнате. Если это можно так назвать. Полы жутко скрипели. Стены покрыты зелёной краской, потрескавшейся по всему периметру. Это место освещала одна лампочка - её света еле хватало, чтобы осветить дальние уголки. Внутри была ещё одна дверь, но та покрыта паутиной, ручки у неё не было. В воздухе чувствовалась высокая влажность.

  Пару раз обойдя всё кругом, я печально вздохнула и направилась к выходу.

  Что ж, очень жаль, что я вот так потратила первую половину выходного дня. В конце концов, не пришлось Марь Иванне ехать сюда с другого конца города. Она была дамой в годах, я часто ей помогала в разных делах. Очень добрая и умная женщина. Правда, немного наглая, но какие-то минусы должны быть у человека?

  Пока я думала о своём, пыталась открыть дверь. Разве я её закрывала? Дверь ни в какую не поддавалась. Я обречённо застонала. "Ну, этого мне не хватало". Взглянув на мобильник, сунула его обратно в сумку. Сети нет. Отсюда не дозвониться. Что ж...

  Закинув сумку за спину, я всем телом навалилась на дверь. Холодный металл я ощущала даже через куртку. Начав буксовать ногами, я давила что есть мочи. Но дверь не поддавалась, ноги скользили по полу. Так я провела минут десять.

  Тяжело дыша, уже готовая сдаться, я услышала желанный скрип. С последними силами мне удалось открыть дверь - и я упала вместе с ней ничком. Перед глазами всё поплыло.

  - Тсср, тсср! Плюх, - услышала я недалеко от себя.

  Я смотрела на дверь прямо под собой и думала, сколько же денег придётся отвалить жильцам за постановку новой. Потерев переносицу, перевела взгляд на окружающий мир - и ахнула.

  Передо мной открылся невиданный доселе пейзаж. Изумрудно-жёлтый лес с высокими деревьями - что-то среднее между папоротником и кленом. Низкие кустарники с разноцветными ягодами. И где-то совсем близко слышен шум воды.

  - Твою мать! - я попыталась встать. Голова закружилась от ярких красок. Дверь под ногами немного поскрипывала.

  Никаких зданий, подвалов, ничего знакомого. Должно быть, я сильно ударилась головой, и у меня глюки? А может, "надышалась" каким-нибудь газом в этом проклятом Темпусе. Я стояла посередине небольшой поляны.

  Решила щипнуть себя за руку.

  - Ай!

  Быть может, меня куда-нибудь вывезли загород? Только зачем? Я внимательно осмотрела руки, ноги, одежду. Прислушалась к своим ощущениям - всё ли в порядке. Ничего такого не заметила. Всё на своих местах. Единственное, ныло плечо. И было тепло. Очень. Я сняла шарф и расстегнула кожанку.

  Рядом лежали сумка и телефон. Телефон! Я бросилась звонить. Осталось шестьдесят процентов зарядки. Плохо. Набрала службу спасения.

  Бип... Тишина. Ни гудков, ни автоответчика. Просто пустота. Пробую ещё. Ещё. И ещё. Так я обошла полянку, но далеко от места происшествия не отходила. Пятьдесят пять процентов. Бесполезно. Нужно сменить локацию. Не стоит пока тратить заряд. И - на всякий случай - я открыла камеру и сделала снимок двери, лежащей на траве. И себя на фоне всего этого "чудо-места".

  - Ох, ну и куда идти? - сама не знаю, у кого спрашивая, произнесла я.

  Мобильник показывал вечернее время. Но было светло, на небе ни облачка. Чистая синева - такого я давно не видела. Может, всё-таки похитили? Хотя какой смысл похищать вместе с дверью?
  

  Меня окружал пышный лес. Невероятно красивый, но я нутром чувствовала: он какой-то не такой. Другой.

  - Чинь-чик! Чинь-чик! - прозвенело у меня над ухом.

  Я отпрянула. На ветке дерева, прямо над моей головой, сидела птица. Нежно-лилово-голубого окраса, с острым ирокезом из перьев на голове. Глаза - крупные, чёрные, осмысленные. Она склонила голову набок и уставилась на меня. Я замерла.

  - Ты... ты кто? - ляпнула я, понимая, что разговариваю с пташкой. Но она вдруг чирикнула как-то иначе - будто передразнила мою интонацию - и перелетела на другое дерево.

  Такого я точно не видела. Африка? Да ну, бред! В Африке попугаи, а не... это. Хотя откуда мне знать, я же там не была...

  - Так, если сейчас снимается шоу, лучше сразу признавайтесь! Я не собираюсь в этом участвовать! Что тут происходит?! - прокричала я в небо.

  Птица тотчас улетела. Но по пути издала такой звук, который отдалённо напоминал смех. Или мне показалось.

  Я осталась одна. Посреди поляны. С дверью, телефоном и пятьюдесятью вопросами, на которые у меня не было ни одного ответа.

Глава 2.

  Спустя некоторое время было решено начать что-то делать. Я понятия не имела, куда попала, а бездействие только усиливало тревогу. Взглянула на телефон - связи нет. Окинув взглядом небо, определила, что сейчас примерно полдень. Вокруг поляны смыкалась зелёная листва, кроны деревьев нависали сверху, а гдето позади слышался шум ручья. Я пошла на звук.

  Всё вокруг выглядело подозрительно реалистичным, и я отчаянно цеплялась за мысль, что это лишь сон. Раздумья оборвал отчётливый говор воды. Он доносился откуда-то слева, и я ринулась на звук, почти не разбирая дороги. Спустя пару минут заросли расступились, открыв взгляду неширокий, но бойкий ручей, что изящной змеёй уползал в чащу.

  Я рухнула на колени прямо в прибрежную траву. Позволила себе вдоволь умыться, прохлада сняла пелену с глаз, я сделала пару осторожных глотков. Вода была ледяной и удивительно вкусной. Отдышавшись, я поднялась. Что ж, реки знают дорогу к людям. Я двинулась вдоль берега, надеясь, что эта серебряная нить выведет меня из зелёного плена.

  Пока шла, разглядывала природу. Она была мне знакома, но всё-таки отличалась от привычной. Кроны деревьев отливали коричневожёлтыми оттенками, а лиственный покров напоминал смесь папоротника и клёна. На некоторых деревьях виднелись бутоны и ягоды, коих я никогда не встречала. К счастью, трава здесь еле доставала до колен и почти не мешала шагу.

  Спустя какое-то время я услышала шум и ржание лошадей. Справа виднелась узкая тропинка. Я направилась в сторону звука, стараясь не шуметь и не привлекать внимания.

  Приблизилась к обочине дороги настолько бесшумно, насколько это вообще возможно в лесу. Прильнула к большому дереву, чем-то напоминающему дуб, и выглянула на дорожку. На горизонте показалась повозка с двумя лошадьми. Она была длинной, в ней стояли какие-то ящики, вещи, лежало немного сена, и сидели четверо мужчин. Один держал поводья. Другие сидели позади. Одеты они были пусть и скромно, но ярко: штаны у всех ярко-оранжевые, а рубашки - изумрудного цвета.

  Хотела рвануть к ним, но что-то меня остановило. Надо прислушаться. Повозка подъехала ближе, и я напрягла слух. Но, к великому сожалению, не разобрала ни черта. Какие-то обрывистые звуки, непонятные слова... Что это за язык? Двое, что сидели сзади, разговаривали громче всех и активно жестикулировали.

  Мне стало не по себе. Куда я попала? Что происходит? Может, это всё ещё розыгрыш? Или меня всё-таки вывезли за границу? В мире много разных языков, но этот... акцент, да и сами слова не похожи ни на что знакомое. На аборигенов они не смахивают.

  Когда повозка приблизилась, я неосознанно начала пятиться и случайно наступила на ветку. Она предательски хрустнула. Все мужчины разом повернули головы в мою сторону.

  Но дальше всё случилось так стремительно, что я толком ничего не успела сообразить. С противоположной стороны дороги на мужчин полетели стрелы, и выбежала орда каких-то бандитов. В руках у них было что-то вроде мачете, за спинами висели луки со стрелами.

  Нападавшие застали путников врасплох. Мужчина, сидевший ближе всех к лошадям, дёрнулся, лошади испугались и рванули вперёд, один из бандитов успел перерезать поводья. Лошади унеслись за горизонт. И началась бойня.

  Нападавших было пятеро. На ногах у них что-то вроде бридж , серого цвета, много карманов, а тело чем-то перевязано - похоже на бинты - и сверху накинуты жилеты. Потрёпанные, местами рваные. Пятеро против четверых. Одного в повозке уже подстрелили в плечо.

  Я упала на землю. Страх сковал меня, я не могла пошевелиться.

  - Господи, мамочки... что происходит? - прошептала я.

  Но меня пока никто не заметил.

  - Гаарду! Хон! - крикнул мужчина, который был во главе повозки. Он оказался выше всех остальных - даже нападавшие были ему по плечо. Откуда ни возьмись, в его руке появилась алебарда. Длинное древко, широкое лезвие с хищным изгибом - оружие, которое требовало силы, и у этого мужчины она явно имелась.

  Трое других достали длинные стальные мечи. Клинки со свистом рассекли воздух, вставая на изготовку.

  Я застыла от шока. Бежать? А куда? Вариантов, в общем-то, не так уж и много. Я переползла на четвереньки, отползла подальше, встала на ноги и со всех ног рванула в глубь леса.

  Сзади раздался лязг металла - первый удар. Я оглянулась через плечо как раз в тот момент, когда алебарда со страшной силой обрушилась на мачете ближайшего бандита. Искры брызнули в стороны. Нападавший пошатнулся, но устоял, а двое его сообщников уже заходили с флангов.

  Но я даже не успела сделать и десяти шагов, как ногу пронзила острая невыносимая боль - я снова упала, схватилась за левую лодыжку и увидела стрелу, вонзившуюся чуть выше щиколотки. Подняла взгляд - один из нападавших ухмылялся. Он стоял чуть поодаль от остальных, с луком в руках. Встретившись со мной глазами, он опустил оружие. Ухмылка не спадала с его лица.

  Из раны тонкой струйкой побежала кровь. Я немедля обхватила ногу руками и заметила, что тот же мужчина снова нацелил на меня лук. Сама не поняла как, быстро перекатилась в ближайшие кусты. В тот же миг мимо уха просвистела следующая стрела - я почувствовала, как она срезала несколько волосков, прежде чем вонзиться в дерево позади меня с глухим стуком.

  Куст оказался колючим. Я почувствовала, как ветки царапают лицо, руки. Куртка потеряла свой вид. Сквозь заросли я поползла дальше, к деревьям, и спряталась за одним из них. Сумку плотно прижала к себе.

  Сердце бешено колотилось. Паника накатывала, адреналин бил в кровь, заставляя действовать. Я мельком глянула на рану - задело только мягкие ткани, кости вроде целы. Надо остановить кровотечение. Моя рука нащупала в сумке шарф. Я вытащила его, размотала и перетянула ногу выше раны. Пальцы сразу стали липкими - запах собственной крови ударил в нос, резкий, металлический. Благо, я привыкшая к крови, поэтому реакции никакой не дала. Я глубоко вздохнула, затянула узел потуже. Стрелу пока не буду доставать.

  Из-за деревьев доносились крики, звон металла, глухие удары. Я рискнула выглянуть.

  Мужчина с алебардой сражался сразу с двумя. Его движения были быстрыми и точными - длинное древко вращалось в руках, как продолжение тела. Он встретил удар мачете широкой частью лезвия, отбил, тут же крутанул оружие и насадил древком в живот второму нападавшему. Тот согнулся, выронил оружие, и в следующий миг алебарда опустилась плашмя на его затылок. Первый не унимался - с диким рёвом он бросился вперёд, но мужчина ушёл в сторону, пропустил удар мимо и рубанул древком по ногам. Нападавший рухнул на колени, и острие алебарды приставили к его горлу.

  Тем временем трое других спутников держали оборону. Один из них уже лежал на земле - неподвижно, но рядом с ним валялся один из бандитов с перерезанным горлом, захлебываясь кровью. Третий, с мечом, прикрывал тело товарища. Его клинок сверкал на солнце, каждый удар сопровождался звоном и искрами. Он двигался скупо, экономно, не тратя лишних сил - защищался больше, чем нападал, но держал дистанцию.

  Четвёртый нападавший лежал неподалёку, раскинув руки, - из его спины доставал меч четвёртый мужчина из повозки.

  Тем временем, пока я копошилась с ногой, прошло около двух минут. К этому моменту шум боя уже стих. Я сжалась, стараясь не дышать. В голове стучало: "Господи, проснись, проснись. Только бы это был сон". Но боль была слишком реальной.

Глава 3.

  Я лихорадочно оглядывалась, прикидывая пути к отступлению. И в тот момент, когда уже почти придумала, как сбежать, услышала шаги за спиной.

  Рука сама нырнула в сумку и выхватила перочинный нож. Всё или ничего. Смешно.

  Я вжалась в дерево, готовясь защищаться. Пальцы, сжимавшие рукоятку, онемели. Конечно, я даже не знала, смогу ли им ударить - ножик был смешным, почти игрушечным на фоне того, что только что видела. Но другого оружия у меня не было.
  

  Из-за ствола показался тот самый мужчина с алебардой. Его рубашка была пропитана кровью, чужой, судя по тому, как легко он двигался. В руке он всё ещё сжимал оружие, лезвие которого блестело красным отливом. Он посмотрел прямо перед собой, потом опустил взгляд вниз, увидел меня и удивлённо улыбнулся. Сказал что-то непонятное.

  - Что? - выдохнула я.

  Он повторил, но я снова не разобрала ни слова. Взгляд его упал на нож в моей руке. Он переводил глаза с лезвия на меня и обратно. Я уставилась на него, полная решимости. В собственной крови, с перевязанной ногой, полусидя, полулежа - и с этим бесполезным куском металла. Он же рассмеялся - тихо, скорее от нервов, чем от веселья. Затем одной рукой легко, двумя пальцами, взял меня за запястье, разжал онемевшие пальцы и вытащил нож.

  Я даже не успела отреагировать. Он покрутил ножик перед лицом, хмыкнул и кинул куда-то в чащу.

  А потом мужчина убрал алебарду за спину - и та просто исчезла. Растворилась в воздухе, как не бывало. Моя челюсть отвисла. Что за фокусы? Я моргнула, думая, что мне показалось. Но нет - оружия не было. Только кровь на его одежде говорила о том, какое зрелище тут было несколько минут назад.

  - Как... - начала я, но голос сорвался.

  Мужчина уже не смотрел на меня. К нему подошли двое его спутников. Один из них держался за плечо - сквозь пальцы сочилась кровь, но он выглядел спокойным. Второй тоже был весь в чужой крови, но, кажется, цел. Мужчина представил их - я поняла это по жесту, - и они чуть кивнули мне. Видимо, подчиняются ему. Они о чём-то заговорили, показывая в сторону, где остались тела.

  Пока они разговаривали, я сползла на землю, откинув голову назад. Силы покидали меня. Всё странно: мне больно, рядом чужие люди, происходит непонятно что. Я всё ещё сжимала пальцы, хотя ножа в них уже не было, и только сейчас поняла, что дрожу. Не от холода - от страха, который наконец добрался до меня, когда опасность миновала. Миновала ли?

  Мужчина заметил моё состояние. Он закончил разговор, повернулся ко мне, и на мгновение его лицо стало серьёзным. Он присел на корточки, заглянул мне в глаза - и что-то в его взгляде заставило меня замереть. Не угроза, нет. Скорее спокойная уверенность. Он сказал что-то тихо, и я снова ничего не поняла, но голос был ровным, почти убаюкивающим.

  - Тссс... - добавил он в конце. Это единственное, что я поняла.

  Потом он легко поднял меня на руки, как пушинку. Я взвизгнула, попыталась вырваться, но тело не слушалось. От него пахло железом, потом и ещё чем-то пряным - может, травами, может, дорожной пылью. Руки у него были твёрдыми, как сталь.

  Он отдал приказ остальным, и они направились к повозке. Я видела мир как сквозь туман: чьи-то сапоги, край повозки, брезент, на который меня осторожно уложили. Кто-то загружал в неё трупы - я старалась не смотреть. Мелькнуло лицо одного из спутников - сосредоточенное, без тени сожаления.

  Мужчина положил меня позади себя, а сам встал на дороге. Я попыталась поднять голову, но шея не держала.

  Лошадей рядом не было. Но он трижды свистнул - пронзительно, и спустя несколько секунд из-за поворота выбежали два огромных тёмно-шоколадных скакуна. Их мускулистые тела переливались на свету, копыта выбивали дробь по земле. Они остановились рядом с хозяином, нетерпеливо фыркая, тыкаясь мордами в его плечи. Он что-то шепнул им, погладил по шеям и запряг за пару минут.

  Я начала проваливаться в темноту, но из последних сил держалась. Нога заныла ещё сильнее - видимо, шок отступал, и боль возвращалась.

  Слева от меня сидел один из спутников в изумрудной рубахе. Его коричневые волосы закрывали лицо, внешность не получилось рассмотреть. Другой устроился в конце повозки и тоже следил за окружением. Плечи его были напряжены, он крутил головой в поисках опасности.

  Мы тронулись. Повозка мерно покачивалась, колёса шуршали по траве. Я смотрела в небо - оно было чистым, ярким, таким нереальным после серой осени, к которой я привыкла. В голове крутились обрывки мыслей: "Что мне делать? Если это не сон, то плохи дела. В какую страну я попала? Меня чуть не подстрелили стрелами... Стрелами?! Это что за век такой, кто сейчас пользуется таким оружием?"

  Язык. Цветастая одежда, как на маскараде. Алебарда, которая исчезла в воздухе. Лошади, безумно красивые - да я только в фильмах такое видела! Да в конце концов трупы, лежащие рядом! Всё это складывалось в картину, которую я отказывалась принимать.

  - Я не понимаю ни слова, - прошептала я в пустоту. - Не могу себя защитить. Меня везут неизвестно куда.

  В голову пришла страшная мысль.

  - Может, продадут в рабство? - вслух спросила я в пустоту.

  Никто не ответил. Повозка покачивалась, где-то над головой пела птица - незнакомая, как и всё вокруг. Я закрыла глаза. Обнадёживающая мысль промелькнула в голове.

  "А может, я сейчас усну и проснусь у себя дома."

Глава 4.

Пусто. Ничего нет.

   Я парю в пространстве. Пытаюсь рассмотреть хоть что-нибудь - ничего не выходит. Темнота. Давящая тишина. Или такая громкая, что я оглохла? Пытаюсь вдохнуть, но не чувствую своего тела.

   Сколько прошло времени? В голове нет мыслей, нет вопросов. Так хорошо. Быть может... я всё?

   И тут я начинаю чувствовать. Тело бросает в жар. С губ срывается вопль. Всё горит. Перед глазами - пепел. Протягиваю кисть к лицу и вижу только кости. Кричу, но вместо крика изо рта вырываются языки чёрного огня.

  - А-а-а-а-а! - вырвалось у меня уже наяву, и я резко села.
  

  Со лба стекал холодный пот. Руки дрожали. Сердце бешено колотилось.

  - Тааа, миархи, миархи! - услышала я женский голос неподалёку.

  Воспоминания хлынули в голову. Я снова не дома. Ноги укрыты белым пушистым пледом. На мне другая одежда: короткие бирюзовые штаны и свободная белая рубашка. Бельё на месте, хвала небесам.

  Подо мной узкая кровать, приставленная к стене. Справа - небольшая деревянная тумба, на ней лежали мои вещи. Чистые, аккуратно сложенные. Рядом сумка.

  Я огляделась. Комната средних размеров, с бежево-зелёными стенами и низким потолком. Весь пол устлан коричневым шерстяным ковром. Шкура животного?

  Поодаль за таким же деревянным столом сидела женщина. Её нефритовые глаза внимательно следили за мной. Длинные каштановые волосы спадали с плеч. Одета в ситцевое жёлтое платье. Курносый нос и веснушки дополняли её необычный красивый образ.

  - Аанухка... - дальше я не разобрала ни слова. Она вопросительно посмотрела на меня.

  Я вздохнула и развела руками, показывая, что ничего не понимаю. Она повторила ещё пару раз, но я лишь мотала головой.

  Скрестив руки, женщина уставилась на очаг в углу комнаты. Я его сразу не заметила.

  
  Всё выглядело максимально странно. Живот скрутило. Я начинала нервничать. Раз я у людей, надо проверить связь.

  Потянулась к сумке. Где мой телефон? А, вот он. Немного покоцанный, на защитном стекле по диагонали экрана вылезла трещина. Что ж... Пятьдесят процентов заряда. Этого хватит от силы на полтора дня, если им совсем не пользоваться.

  Я подняла взгляд на женщину: она с интересом смотрела на прибор в моей руке - словно впервые видела подобное.

  Спустя пару-тройку неудачных попыток дозвониться хоть куда-нибудь я отложила телефон обратно в сумку. СМС тоже не отправляются. "Сети нет". Может, я просто в какой-нибудь глуши? Ладно, попробуем иначе.

  - Do you understand me? - спросила я на самом распространённом языке.

  Женщина посмотрела с недоумением.

  - Хорошо. Ohayo?

  Она рассмеялась и махнула рукой - мол, не мучайся.

  Я уже собиралась попробовать другие языки, но меня прервали. В комнату вошёл ребёнок - мальчик лет десяти. Пшеничные волосы, курносый нос. Он широко улыбался, протягивая женщине что-то похожее на хорошо вымытые корни растений. Она погладила его по голове. Он подмигнул ей и обернулся ко мне.

  - Миа! Тиах... - начал он, но женщина перебила и указала ему на выход. Он грустно вздохнул, но повиновался. Она бросила что-то ободряющее ему вслед и рассмеялась.

  Что, вашу мать, тут происходит?
  Я неуклюже попыталась встать, но женщина мгновенно оказалась рядом и уложила обратно. Пригрозила пальцем: не рыпаться. Я нервно сглотнула. Захотелось сбежать. Но пока не будем действовать импульсивно.

  Вернувшись к столу, она принялась кашеварить.

  На столе уже были разложены инструменты: деревянная ступка с пестиком, несколько глиняных плошек, нож с короткой рукояткой и ряд склянок из тёмного стекла. Женщина взяла корни, которые принёс мальчик, и принялась их перебирать. Отбраковала несколько подсохших корешков, остальные тонко нарезала ножом.

  Всё нарезанное ссыпала в ступку, добавила щепотку чего-то серого из одной склянки, затем несколько капель янтарной жидкости из другой. Запах травяной горечи долетел даже до меня.

  Она начала растирать. Я слышала, как хрустят корни, превращаясь в кашицу. Через несколько минут женщина остановилась, проверила консистенцию и довольно кивнула. Я тупо уставилась на эти варки-припарки, ни о чём не думая. Старалась сообразить, как отсюда ретироваться. Снаружи наверняка кто-то есть, кроме ребёнка. Как минимум те мужчины.

  Она достала из-под стола медную чашу. Переложила туда содержимое ступки, добавила ещё одну прозрачную жидкость из склянки с длинным горлышком. Жидкость зашипела, на поверхности появились пузырьки. Она стрельнула в меня довольными глазами - мол, это варево для тебя.

  Женщина закрыла глаза, что-то быстро зашептала. Я, конечно же, не разобрала ни слова: язык был чужим. Чужеродным. Она поднесла ладони к чаше, не касаясь её. Содержимое вспыхнуло мягким золотистым светом - на секунду - и погасло.

  Женщина открыла глаза, выдохнула и улыбнулась.
  Ноги онемели от одного и того же положения. Я потянулась растереть раненую ногу. Кстати, рана! Я не чувствую боли. Что с ногой? Я откинула плед. Нога была цела, только небольшой шрамик остался на том месте, куда попала стрела. Я потрогала шрам. Надавила - никакой боли. Провела пальцами вокруг - ни припухлости, ни воспаления. Кожа была гладкой и тёплой, словно стрелы никогда и не было.

  У меня перехватило дыхание.

  Я помнила, как древко дёргалось при каждом движении, когда я ползла. Помнила, как перетягивала ногу шарфом и пальцы стали липкими от крови. Такая рана должна заживать неделями. Но нога была цела.

  Я подняла взгляд на женщину. Она спокойно занималась своими склянками, словно не случилось ничего особенного. Словно исцелить человека за одну ночь - обычное дело.

  - Как вы это сделали? - выдохнула я, всё ещё ощупывая шрам.

  Она улыбнулась и подошла ко мне, протягивая чашу. Пахло травами.

  - Это пить? - Я указала на лицо.

  Она кивнула.

  - Вы меня не отравите? - Я с сомнением посмотрела на неё.

  Женщина вскинула брови, недовольно указала на мою ногу, потом на себя.

  - Ладно, поняла. Это вы мне помогли. Если бы хотели убить, давно бы управились.

  Я взяла чашу и вздохнула. Глупо пить из чужих рук непонятно что. Но отравить меня не должны. Никакого насилия тоже не было. Ладно, попробую втереться в доверие. Притворюсь наивной дурочкой и слиняю отсюда. Я принюхалась. Аромат жасмина. Отпила немного. На вкус - дрянь.

  - Фу! - Я сморщилась.

  Женщина жестом велела ускоряться. Хотелось блевануть. Собрав все силы в кулак - а если точнее, в рот - я нехотя залпом допила эту отраву.

  - О боже, что это за хрень?! Точно, кх, кх, отрава, мать вашу! - закашлялась я.

  Чаша выпала из рук и забренчала по полу.

  - Эх, это была одна из моих любимых посудин, - расстроенно проговорила женщина. Она опустилась на колено, поднимая чашу. - Какое расточительство. И, к слову, отравлять тебя никто не собирался.

  - Откуда мне знать, что ты там собиралась... Что?! Вы умеете говорить? - Я аж подскочила.

  Она подняла голову, посмотрела на меня и рассмеялась. В уголках её глаз выступили слёзы.

  - Такого комплимента я ещё не слышала! Спасибо! Да, я не только говорить умею, но и много всего другого, как ты могла заметить. Что ты за чудо такое и откуда здесь взялась? - Она положила чашу на стол и села.

  - Не поверите, тот же вопрос хочу задать вам. Где я? В какой стране?

  - Тебя только это волнует?

  - Ну, наверное, - я пожала плечами. - А что ещё?

  - Ты в Тэрасе, дорогая. На материке Свободных. А ты сама откуда?

  - Я из России. - Вздох сорвался с губ.

  - Откуда? Рофия? - Она явно не слышала о такой стране. Ну точно к аборигенам занесло.

  - Российская Федерация. - Я опустила ноги на пол. Захотелось размяться.
  

Глава 5.

 - И что это такое? - спросила она.

  - Ну, это государство. - Я почесала макушку. - А что такое Тэрас?

  Она чуть прищурилась:

  - Это мир, дорогая моя. Я так понимаю, ты потерялась. Как называется твой?
   Я задумалась. Мир?.. У нас планета, Вселенная, космос, Млечный Путь. Как это ещё назвать?

  Она встала, подошла ко мне, села на край кровати и посмотрела прямо в глаза:

  - А какие расы есть в твоём мире? Какие чудеса? Магия? Сила?

  Я пожала плечами:

  - Вы сейчас надо мной прикалываетесь? Снимаете какое-то шоу? Хотите сказать, что я попала в другой мир, где всё это есть? Не верю.

  Она махнула рукой в сторону стола:

  - Разве ты не видела, что было здесь несколько минут назад? Не заметила, как я пропела заклинание и снадобье впитало мою силу? Или то, что твои раны зажили?

   "Пропела?"

  Она продолжила:

  - А мужчины? Разве ты не видела их схватку? Ничего не приметила?

  Я заёрзала, мне становилось не по себе. Если то, что она говорит, - правда и я одна из тех самых попаданок, про которых читала, тогда совершенно не знаю, что делать и говорить.

  Я ещё раз прокрутила в памяти всё, что случилось за последнее время. Посмотрела в окно - светало.

  - Сколько времени прошло? Как долго я была без сознания? - спросила я.

  - Всего ничего: вечер и ночь. Ты вся дрожала, я погрузила тебя в глубокий сон для восстановления. Как видишь, раны зажили.

  - Да, заметила. Спасибо тебе огромное за помощь. Но всё же растолкуй: где я и как сюда попала?

  Она склонила голову набок:

  - Не знаю. Только ты можешь ответить на половину своих вопросов. Я не сильна в телепортации. Но расскажу, где ты. Кстати, ты маг?

  - Ох, меня, конечно, называли волшебницей, но это скорее в шутку, - нервно хихикнула я, вспоминая свою работу. - Просто человек, магии у нас нет. Правда, встречаются люди, которые утверждают, будто обладают какими-то силами, но мне кажется, это всё шарлатаны. В общем, я не маг, и ничего подобного у нас не водится.

  - У вас нет магии, но при этом ты знаешь, что это такое. Либо ты врёшь, либо ваш мир покинули сами Властители Жизни. - Она закинула ногу на ногу.

  - Властители? Это ещё кто? - Я уже растерялась и просто поддерживала беседу, сама не понимая зачем.

  - В других мирах их называют Создателями, Всевышними, Вездесущими, Творцами, Богами, Судьями... Много имён, но суть одна. Они следят за балансом, вершат судьбу мира. Иногда случается, что некоторые Божества не справляются с дарованной силой, и правление миром выходит из-под контроля. Люди перестают верить - в себя, в свою силу и в тех, кто всё это дарует. - Говорила она так вдохновенно, словно сама грезила стать божеством.

  - Ты меня, конечно, извини, но твои слова смахивают на пропаганду секты. Я в Бога не верю, уж прости. У нас каждый живёт сам по себе. - Я скрестила руки на груди.

  - Раз ты так говоришь, ваши Создатели покинули вас по какой-то причине. Что же вы такого натворили, что вас оставили? А может, ваши Творцы не справились? Если ты знаешь о магии, значит, она у вас была. Когда-то давно, слишком давно. Ваша цивилизация существует долго? Мир большой? Ах, ну да, ты же наверняка не знаешь, ведь нигде больше не бывала. Интересно... - На последнем слове она сощурилась, прижала пальцы к губам и посмотрела куда-то сквозь меня.

  - Так расскажешь, как ты тут оказалась? - спросила она, не глядя на меня.
   Глубоко вздохнув, я потянулась к сумке за телефоном, чтобы попробовать ещё раз кому-нибудь набрать. Ничего не вышло. Связи нет. Я крутила телефон в руках и размышляла. Хасса терпеливо ждала ответа. Я вспомнила, что делала фото на поляне, зашла в галерею - снимки были на месте.

  - Это твой амулет? Или прибор для связи? - спросила она.

  - Телефон. В общем, да, второй вариант подходит. А у вас тоже такое есть? - с надеждой спросила я.

  - Ох, нет. Именно таких устройств не водится. Разумеется, в некоторых регионах имеются свои изобретения, но нашему материку достаётся не так много благ. Однако об этом расскажу позже. Жду сначала твой ответ. - Она улыбнулась.
   Что ж, была не была. Выбора нет. Поверю этой женщине. Если я действительно в другом мире, нужно собрать как можно больше сведений и найти союзников. Либо отыскать место, где меня точно не убьют. Не думаю, что тут все будут хорошо ко мне расположены. Да и она со своей же выгодой со мной возится. Вдруг существует способ вернуться домой. Об этом спрошу позже.

  Я рассказала всё как есть - с самого начала того дня, когда сюда попала: про коллегу, работу, магазин, посылку, про мужчину, который подсказал, где искать этот дурацкий "Tempus". Местами она перебивала меня и уточняла детали.

  - Значит, переместилась ты с помощью двери. Надо сказать Хоринду, пусть привезёт её сюда.

  Хоринд - так, значит, зовут того громилу с алебардой.

  - Я осмотрю дверь, вдруг на ней остались следы магии. А потом ты случайно наткнулась на наших бравых защитников? Тебе повезло, что стрела не угодила в сердце или голову. Эти ребята довольно меткие. Легко отделалась.

  - Спасибо, успокоила, - буркнула я. - Что ты мне скажешь? Больше мне нечего добавить.

  Она встала с кровати, оправила платье и откинула волосы за спину.

  - Думаю, тебе нужно подышать свежим воздухом. Сможешь подняться? - Она протянула мне руку. Я неуверенно кивнула и наступила на пол. Нигде ничего не болело, только желудок громко напомнил о себе, отчего я вся покраснела. При смене положения остро ощутила, как мне нужно отойти по нужде.

  Хасса сделала вид, что ничего не заметила, и мягко улыбнулась. Затем вдруг добавила:

  - Совсем засиделась в этом захолустье. Забыла все правила приличия. Меня зовут Инхасса Дор Ханион. Зови просто Хасса. Как к тебе обращаться?

  - Я... Меня зовут Николь А... Просто Николь. - Я вздохнула. Какой смысл тут называть фамилию и отчество?

  - Никхоль? Ника? Ой, прости, повтори ещё раз. - Я снова назвала своё имя, но она никак не могла его выговорить.

  - Ты способна понимать мою речь, как и я твою. Правда, такого имени я у нас ещё не слышала. Есть Нихоль. Давай назовём тебя здесь иначе, созвучно твоему? Может, Ниха? Хотя можем оставить и твоё, ты же чужачка.

  Последние слова меня немного задели. Уж простите, не по своей воле к вам пришла.

  - Хах, нет, спасибо. Я поняла, у вас тут любят много "хэ". Зовите меня Хина. - Я мысленно улыбнулась. Почему-то вспомнилась Хината из "Наруто".

  - Хороший выбор. Но должно быть окончание, указывающее на твоё происхождение. Как насчёт Хина Алиенус? Ни к какому роду относиться не будешь. Кроме таких же переселенцев, как и ты. У всех чужаков должно быть выделяющееся имя. Правда, веса в именитых домах не наберёшь, но зато изгоем не станешь.

  - Мне без разницы, я всё равно не знаю, как у вас здесь устроено.

  - Это пока. Ну что, прогуляемся? - Хасса открыла дверь на улицу. Я кивнула и пошла за ней.
   Сначала я подумала, что мы в каком-то прекрасном саду или заповеднике. Повсюду пёстрые цветы. День только начинался. Утренняя роса окутывала каждый листок и травинку. Позади меня находился домик, из которого я вышла. По обе стороны от него стояло ещё по три таких же.

  - Я здесь в качестве лекаря. Это комнаты отдыха. Мой дом прямо за ними.

  И действительно, за этими маленькими домиками виднелась крыша, поросшая мхом. Её дом возвышался над остальными. Два этажа, а может, и три. Большие окна отражали первые лучи солнца, и я не могла разглядеть, что внутри.

  - Фрр! - серая лошадь выбежала откуда-то из-за угла и затормозила перед Хассой. Кобыла тыкнулась мордой в лицо хозяйки. Та почесала её за ухом.

  - Познакомься, это моя душа, мой верный скакун - Эхо. - Лошадь на долю секунды приветственно склонила голову. Я тоже представилась.

  - Что ж, пройдёмся по моим владениям. Мне есть что тебе сказать. - Внезапно посерьёзнев, произнесла Хасса. Она велела Эхо удалиться. Лошадь фыркнула и рванула в сторону полянки.

   Мы бродили по тропинкам сада. Птицы пели задорную мелодию, ароматы цветов будоражили обоняние.

  - Спрашивай. Расскажу, что знаю или что сочту нужным. - Её голос оставался мелодичным, но что-то было не то. Я вижу людей насквозь. И она мне показалась не такой простой и доброй, какой хочет казаться. Нотки нетерпения и какого-то пренебрежения всё-таки читались в её речи.

  - Вопросов много, не знаю... Как я научилась понимать твою речь?

  - Так ты и не училась. Я провела небольшой обряд.

  - Что-то не приметила жертвоприношений, - нервно хихикнула я.

  - Нет, ты явно думаешь обо мне совсем плохо. Смотри. Я зачаровала отвар. Разбавила его специальными травами, чтобы он лучше впитался в твою кровь. Как видишь, действие эликсира незамедлительно. Пока твоя душа в этом теле, ты способна понимать речь.

  - Как понять - в этом теле?

  - Ох, не бери в голову. У нас не практикуют перенос души. Есть, конечно, миры, где... а, не важно. Но тебе всё равно нужно научиться читать и понимать наш язык на письме.

  - Ну, я так и буду понимать вашу речь или каждый день пить ту дря... кхм, эликсир?

  - Одного раза достаточно. Ты способна понимать ровно столько, сколько понимает мастер, прочитавший заклинание. А я, знаешь ли, очень разносторонняя дама, так что проблем с пониманием речи у тебя не будет. Какие у тебя ещё вопросы? Это же не всё?

  - Да, парочка имеется. - Я вздохнула. Мы дошли до леса, окружающего местный "лагерёк".
   Издали я увидела полную картину. Примерно восемь маленьких построек, напоминающих дом. За ними - дом Хассы. По правой стороне от домиков располагался пруд. Около него сидел тот самый ребёнок, что заходил к нам. В зубах он держал соломинку и что-то высматривал в воде.

  По левой стороне, поодаль от всех сооружений, расположилось стойло - или что-то наподобие. Лошади не были привязаны. Некоторые ели и пили, другие стояли, словно дремали. Кстати, пару из этих лошадок я узнала - те самые, что везли повозку.

  В остальном природа была богата на зелень, цветы, травы и ягоды. Глаза заболели от такого обилия красок.

  
   Пару секунд я оглядывалась, раздумывая, с чего начать расспрос.

Глава 6.
  - Сейчас мы на Материке Свободных, - начала Хасса. - Здесь живут в основном обычные люди. В небольшом количестве встречаются маги слабого и среднего ранга - или те, у кого в роду осталась искра старой магии.
  
  Она покосилась на меня, проверяя, слушаю ли я.
  - Таких, как я, иногда присылают с других земель: учить знахарству, помогать с лечением, облегчать уход за тяжелобольными. Правда, люди и сами прекрасно справляются. Но бывают случаи, когда без нас никак.
  
  Она пожала плечами и направилась вдоль опушки леса обратно к домикам. Я пошла следом, стараясь не упустить ни слова.
  - Наша земля далеко расположена от других материков и островов. По морю плыть долго и утомительно. Раз в пятнадцать дней нас посещает воздушный корабль - привозит книги, одежду, травы, лекарства, даже амулеты. У нас не так много государств, как в других мирах. Живём в мире, хотя иногда случаются войны - как у всех, - она слабо улыбнулась.
   'Раз в пятнадцать дней', - мысленно отметила я. - 'Возможно, мне это пригодится'.
  - А что же твои Властители Небесные - не следят за миром? - не удержалась я. - На войне долго не живут. Почему они позволяют войнам случаться?
  Хасса сцепила руки за спиной и некоторое время шла молча.
  - Ох, милая, это глубокий вопрос. Смерть - не конец. Наши души перерождаются, так или иначе, в этом мире или в ином. А хорошее время - не всегда хорошо. Слишком долгий мир размягчает души, народ расслабляется, теряет силу - и тогда приходят беды, чтобы закалить его снова. Во всём есть свой смысл.
  'Перерождаются? - мелькнуло у меня в голове. - Звучит как очередная религиозная байка. Но их магия реальна - может, и в перерождении есть доля истины?'
  - У нас тоже говорят, что трудные времена рождают сильных людей, а сильные люди создают хорошие времена. От хороших времён наступают слабые, а от слабых - трудные. Такой вот круговорот.
  Хасса кивнула:
  - Миры в этом плане похожи друг на друга.
  Я вздохнула. Разговор ходил кругами, а главного она так и не сказала.
  - Но при этом ты говоришь, что у нас магии нет, и не отвечаешь на мой главный вопрос: почему я сюда попала? И как мне вернуться домой? - заканючила я.
  Хасса погладила меня по плечу. Жест вышел почти материнским.
  - Хина, дай мне закончить рассказ. В конце я скажу тебе, что думаю обо всём этом.
  В её голосе снова прорезалась строгость. Та самая, которую я заметила ещё в комнате: нотка нетерпения, прикрытая улыбкой.
  Я кивнула.
  - Отлично, - она одёрнула рукав платья. - Если говорить кратко: у нас есть свои законы, история, жизненный уклад...
   Впереди за деревьями показались очертания стойла. Одна из лошадей подняла голову и заржала - кажется, Эхо. Я скользнула взглядом дальше, к лесу. На мгновение среди ветвей мелькнуло что-то сиреневое. Птица? Или показалось?
  Хасса тоже заметила. Её взгляд задержался на том месте чуть дольше, чем следовало. Потом она тряхнула головой и продолжила:
  - ...и я думаю, тебе будет полезно узнать про место, куда ты попала. Материк Свободных! - Она резко развела руки в стороны. Я от неожиданности отпрянула. Она продолжила: - Место, где люди живут свободно. Сами себе хозяева. Где-то тысячу лет назад этот мир тонул в крови. Людям досталось больше всего, ведь у них нет сил и магии, чтобы постоять за себя, - она грустно вздохнула. На её лице отражалась печаль.
  - Ну, не знаю, те парни в роще показались мне сильными, - вставила я.
  Хасса улыбнулась:
  - Это наша бравая охрана. В неё как раз и входят люди, у которых в роду были маги и даже другие расы. Либо те, кто денно и нощно трудился и учился.
  Мы подошли к домикам. Все как один похожи друг на друга.
  - На нашем материке есть крупные города, их всего три. На юге, севере и западе. На востоке только холмы и горы - там мы добываем полезные ископаемые. Мы с тобой находимся в двух днях пути на лошади от южного города - Хонорем. Еще посетишь его, - подмигнула она мне и продолжила:
  -Ко мне привозят больных. Кого излечиваю, а у кого-то каждый вздох - невыносимая мука. Я же облегчаю их мучения, помогаю уйти в мир иной. - Она улыбнулась и показала в окно домика, у которого мы остановились.
  Я посмотрела. На кровати к нам лицом, с закрытыми глазами, лежала маленькая девочка лет шести-семи. Она тяжело дышала ртом. Грудь вздымалась и опускалась слишком медленно. Губы синюшные, кожа бледная. Я на автомате захотела обследовать её - измерить пульс, давление, температуру. Одернула себя: никаких приборов у меня нет, только глаза и руки.
  - Что с ней?
  - Она далеко убежала от дома. Потерялась. Просила о помощи незнакомцев, но все думали, что она попрошайка, и отказывали. Она ела всё, что попадалось под руку, и съела ядовитые травы. Родители нашли её на последнем вздохе. Потратили все свои сбережения, чтобы добраться до меня. Мне удалось стабилизировать её состояние, но дальше всё зависит от неё самой. Если будет бороться - выживет.
  - Ей сейчас плохо, может, можно ещё как-то помочь? - неуверенно спросила я.
  - Нет, я и так много сделала. Если Создатели её почти забрали, они заметят, что я пытаюсь вмешаться. Зачем мне проблемы? - как ни в чём не бывало улыбнулась Хасса. - С тобой всё было просто, ты впитала мою магию, словно упивалась ею. Никакого сопротивления, это удивительно! - Она хлопнула в ладоши.
  - Что-что? Поподробнее можно? - чем больше она говорит, тем больше у меня вопросов. Кажется, это начинает меня злить.
  - Ты иномирянка. Твоя аура другая. Да, ты похожа на простого человека, но отличаешься. Твои потоки другие. И на нашу магию ты реагируешь иначе. Мне с третьей попытки удалось излечить твои раны. Ты вбираешь в себя магию, но она просто растворяется в тебе, - последнее она произнесла чуть недовольно.
  - В смысле - растворяется? Что это значит?
  В этот момент мой живот снова заурчал. Я покраснела, было неудобно.
  - Идём ко мне, завтрак уже должны приготовить. - Она подхватила меня под локоть, и мы пошли дальше. Я в последний раз глянула на больную девочку и отвернулась.
  - Я пока не могу объяснить твою природу. Ты не маг, ты не способна задерживать в себе магию.
  - И как я тебя понимаю, если не способна? Я же что-то выпила, 'волшебное'.
  - Я применила на тебе заклинания излечения и понимания речи, но они не сработали. Пришлось вспоминать физические методы воздействия. По сути, за счёт особых трав удалось повлиять на тебя. Я лишь усилила их действие. А что касается речи... Ты, возможно, не заметила, но я добавила каплю своей крови в чашу. И подарила тебе возможность говорить и понимать других в точности, как это делаю я. Повезло, что ты попала именно ко мне. Не думаю, что кто-нибудь догадался бы сделать так же, - самодовольно улыбнулась Хасса.
  Она смотрела на мою реакцию, словно ожидая похвалы. Моя голова загудела - то ли от новой информации, то ли от голода.
  - Это, конечно, всё здорово. Мне очень приятно, что ты так постаралась. Наверное, это было непросто. Но меня всё-таки интересует другое... Я бы хотела домой вернуться.
  Внезапно на меня накатила тоска. Мне ничего не нравилось из происходящего. Я сдерживала панику и старалась вести себя уверенно. Но чем дальше шёл разговор, тем больше я начинала переживать.
  - Хорошо, я расскажу тебе, какие есть варианты. А теперь давай позавтракаем, я вижу, ты совсем приуныла. - Хасса сказала это в тот момент, когда мы зашли в её двор.
  Мы обогнули последний из домиков - и я невольно замедлила шаг.
  Дом Хассы вырастал из земли не так, как остальные постройки. Те были маленькими, приземистыми. Этот - тянулся вверх на три этажа и ещё немного вширь. Стены из серого камня в одних местах были обнажены, в других сплошь укрыты зеленью. Плющ полз по кладке густыми волнами, и в него вплетались цветы: мелкие, белые с жёлтой сердцевиной, похожие на полевые ромашки, и какие-то совсем незнакомые, лиловые, свисавшие, как крошечные колокольчики.
  Крышу покрывала тёмная черепица. Кое-где мох проел в ней зеленоватые проплешины. С левого края над крышей поднималась небольшая башенка - круглая, сложенная из того же серого камня. Венчала её не шпиль, а плоская площадка с невысоким ограждением - наверное, туда можно было подняться.
  Высокие окна были забраны витражным стеклом. Солнце как раз поднялось достаточно, чтобы ударить в них, и по стене, по траве, по дорожке перед домом рассыпались цветные пятна: изумрудные, медовые, алые. Я засмотрелась и чуть не споткнулась о выступающий камень.
  Вход венчала массивная деревянная дверь - тёмное дерево, покрытое резьбой, в которой угадывались то ли листья, то ли перья.
  - Нравится? - спросила Хасса, и я услышала в её голосе ту же самодовольную нотку, что и раньше.
  - Красиво, - честно ответила я. - Как-то... слишком красиво для захолустья.
  Хасса рассмеялась. Дойдя до двери, мы вошли в её дом.
  Внутри пахло деревом и сушёными травами. Просторный холл первого этажа тонул в мягком утреннем полумраке: витражи гасили яркое солнце, оставляя только цветные блики на деревянном полу.
  Справа, похоже, располагалась гостевая зона. Три низких дивана с тёмно-синей обивкой полукругом стояли вокруг камина. Перед ним лежал пушистый белый ковёр.
  Посередине холла начиналась лестница на второй этаж - широкая, ступеней в пятнадцать, с резными перилами.
  Слева, без всякой двери, открывалась широкая арка, и за ней виднелась столовая. Длинный стол из тёмного дерева мог вместить человек пятнадцать, но сейчас был накрыт в дальнем конце
  - на двоих. Высокие свечи в бронзовых подсвечниках ещё догорали, хотя за окнами уже наступал день.
  - Добро пожаловать! Уборная там, можешь сходить и присоединяйся ко мне. - Хасса указала на дверь рядом с гостиной и первой прошла в столовую.
  В этот момент мочевой пузырь напомнил о себе так настойчиво, что я немедленно рванула в указанном направлении. Уборная оказалась маленькой комнатой: каменный умывальник, на нём брусок зелёного мыла, зеркало и каменный трон, напоминающий наш унитаз.
  С настоящим блаженством я наконец выдохнула. Умылась, взбодрилась, поправила причёску. Слегка намочила воротник, но это было даже приятно после сна.
  Когда я вошла в столовую, Хасса уже сидела за столом и с аппетитом пережёвывала мясо.
  - Садись. Кушай мясо, оно вкусное, только пожарили. Также салат и на сладкое печенье - моё любимое, с орехами, - проговорила она, не переставая жевать. Ждать меня она явно не собиралась.
  Я села рядом и взялась за трёхрогую вилку и короткий нож. Первый кусочек...
  - Как вкусно! - вырвалось у меня. Мясо таяло во рту.
  - Чудесно. Моя помощница по дому - кудесница. Мясо - её конёк. Печенье я сама готовила, тоже попробуй.
  Я только благодарно кивнула. Постаралась на время трапезы выдохнуть и расслабиться. Минут пятнадцать мы провели за едой. Хасса рассказывала, как готовила печенье, а я слушала вполуха. Это было мне не столь интересно.
  
  - Фух, хорошо, славно поели. Дорогая Фахона, ты можешь убрать за нами. - Она пару раз хлопнула в ладоши и промурлыкала это так, словно звала кошку.
  Через пару секунд по лестнице кто-то застучал быстрыми шагами. В столовую вошла маленькая горбатая женщина. Причёска ёжик, волосы чёрные как смоль. Глаза такие же крупные, чёрные, с серой окантовкой. Все черты лица казались крупными и грубыми. Одета в серо-зелёное платье.
  - Добро пожаловать, госпожа и гостья! - поклонившись, она быстро подлетела к нам, в свои маленькие ручки загребла всю посуду и юркнула в дверь, находившуюся в столовой. Я краем глаза заметила, что там было что-то вроде кухни.
  - Итак, продолжим. Слушай внимательно и не перебивай, - посерьёзнев, сказала Хасса. Вся её доброта куда-то растворилась. Я нервно сглотнула.
  - Попаданцев у нас достаточно давно не было. По крайней мере, на нашем материке точно. Я слышала, пару сотен лет назад были случаи в Эшфолле и Морвене. Это на главном материке. - Увидев мой непонимающий взгляд, она пояснила: - И то это были не люди. Кхм. Сейчас не об этом. Разумеется, тебе хочется вернуться домой. Если говорить о причинах, почему ты сюда попала, - я не знаю. Раз у вас магии нет, значит, не специально тебя к нам занесло. Возможно, это сбой в мирообразующих системах, такое бывает, но...
  - Ага, сбой в матрице, - ляпнула я.
  Хасса сделала вид, что не услышала.
  - Но ты человек с небольшими особенностями. Я пока тебя изучаю, но могу с большой вероятностью предположить, что колдовать у тебя не получится. Поэтому тебе будет сложно. Потому что... потому что два единственных способа попасть домой - это ехать в свет. Отправиться на главный материк, где расположены силы нашего мира: государства, магия, технологии и Алтари Вечности. Это первый возможный способ попасть домой. Их используют крайне редко, чаще - если существует какая-то угроза существованию мира. Через них можно обратиться к нашим Властителям Жизни. Но по мелочам к ним обращаться нельзя - они могут разгневаться и наказать, если их беспокоить по ерунде. Если есть масштабные угрозы нашему миру или какой-то расе, они могут помочь. В целом они и так следят за порядком. Алтари строго охраняют, они неприкосновенны. Ты с другого мира - может, тебя пропустят. В чьих силах, как не в божественных, вернуть тебя обратно? - От её слов лёгкая испарина выступила на моём лбу. Я в Бога не верила, поэтому слушать это мне было дико.
  - Есть же ещё способы? - с надеждой спросила я. Просить помощи у 'Создателей' мне казалось нереальным.
  Хасса так же серьёзно мне ответила:
  - Есть. Можно попросить о помощи архимагов. Но их так мало, и никто не знает, где их искать. Говорят, они на короткой ноге с Властителями, их руки и глаза. Помогают нашему миру. Я знаю одного такого, но где искать - не имею понятия. Увидев такого, ты сразу поймёшь, что он архимаг. Может, Боги тебе помогут и сведут с таким магом. Правда, за нашим материком они не так внимательно смотрят - не знаю, заметили ли тебя. - Её слова про невнимательность к этому месту заинтересовали меня.
  - В любом случае тебе надо уехать отсюда. Раз ты желаешь попасть домой, другого пути нет, - наконец улыбнулась Хасса.
  Я лбом упёрлась в руки и горестно вздохнула.
  - Это полный пи... дец, - прошептала я.
  Паника накрыла меня с головой.

Глава 7.

После удивительно приятного завтрака Хасса решила познакомить меня с мужчинами, которые меня спасли, и заодно показала дом.

Оказывается, её дом был поделён на несколько зон. Первый этаж целиком отводился под приём гостей гостиная, столовая, зал с камином. Второй этаж делили между собой помощница по дому и Хранители Лагеря исцеления душ так Хасса назвала это место. Но самих Хранителей в комнатах не было. Также показала пристройку башню с улицы с плоской крышей. Третий же этаж полностью принадлежал Хассе. Туда мы не ходили.

Мы вернулись в гостиную и устроились на диванах.

И что же, Хранители живут тут постоянно?

Кто да, кто нет. Хоринд главный, он здесь безвылазно. Ещё пара его товарищей проводит тут большую часть времени. У остальных семьи, ротация каждые десять дней меняются.

Это сколько же их? Человек тридцать? уточнила я.

Мне предстояло многое узнать об этом мире. Плана по возвращению домой пока не было. Возможно, я сошла с ума и всё это мне мерещится. Но приходилось работать с тем, что есть.

На данный момент двадцать восемь человек. Хоринд двадцать девятый. Он отвозит в город отслуживших и забирает следующую смену. В этот раз привёз троих, ещё трое остались здесь. Сейчас Хоринд с Викрасом где-то на территории, остальные патрулируют окрестности.

Тут настолько опасно? охнула я.

В целом нет. Есть отдельные бунтовщики, потерявшие всякий стыд. Ко мне идут люди за помощью одни, ослабленные. Вот за ними и охотятся. Забирают последние гроши...

Которые предназначаются тебе, лишь бы ты спасла, укоризненно посмотрела я на неё.

Получается, она и есть виновница этого беспредела?

Ты можешь подумать, что я в доле с этими нахлебниками, но это не так. На самом деле...

Входная дверь резко распахнулась, и мы с Хассой вздрогнули.

На самом деле раньше эти разбойники бушевали по всему материку, а теперь они собраны в одном месте, и их легче ловить. Больше половины уже получили по заслугам, остались единицы.

Широко улыбаясь, в гостиную вошёл высокий накачанный мужчина. Тот самый, с алебардой. Теперь я могла рассмотреть его в спокойной обстановке. С влажных волос капала вода прямо на рубашку. Острые черты лица, чуть прищуренные синие глаза в них читались сила и хитрость. Пара плавных шагов и он уже вальяжно развалился в кресле напротив нас.

Мой прекрасный Хоринд, сначала нужно представиться, Хасса скрестила руки на груди.

Я вжалась в кресло. Перед глазами всплывали обрывки боя. Нога заныла, но я понимала это психосоматика.

Мы уже знакомы с этой девушкой, госпожа Инхасса. И достаточно близко. Я спас ей жизнь. С тебя должок, с улыбкой подмигнул он мне.

Я нервно сглотнула. Не успела очухаться, уже задолжала. Класс. Хотя он прав неизвестно, как всё сложилось бы дальше. Может, оно и к лучшему, что я попала именно сюда и могу спокойно во всём разобраться. По крайней мере, надеюсь на это.

Не обращай внимания, он шутит. Ты никому ничего не должна. Хранители обязаны помогать слабым.

Я сжала губы в тонкую нить. Не люблю, когда называют слабой.

Может, она и не сильна, но точно не трусиха. Наставила на меня игрушечный нож либо храбрая, либо обезумевшая, захохотал Хоринд.

Я насупилась.

Хоринд, прекрати, строго вставила Хасса.

Он перестал смеяться, но улыбка осталась. Взгляд гулял от меня к Хассе и обратно.

Хорошо, моя госпожа. Ты мне платишь не могу ослушаться, а то урежешь жалованье. Он хмыкнул и вдруг посерьёзнел: Вообще я пришёл по делу.

Я тебя внимательно слушаю, так же деловито ответила Хасса.

Вся лёгкость, вся непринуждённость мигом испарились. Дальше я стала свидетелем разговора, из которого узнала кое-что новое.

Хоринд со своими людьми вышел на след бандитов. Один из нападавших выжил в схватке, хоть и был сильно ранен, и именно по его следу удалось найти одно из мест их передержки. Говорил он бодро, но я заметила усталость в голосе. Под глазами только начинали проступать тёмные круги. Я здесь нахожусь вечер, ночь и утро значит, подушки этой ночью он не видел.

Группа застала разбойников врасплох, те не успели толком дать отпор. Хоринд постарался сделать всё быстро и красиво. Двоих взяли живыми, чтобы выяснить, есть ли поблизости ещё один лагерь. Хасса не перебивала только указательным пальцем постукивала по колену. Я чувствовала себя лишней.

Хорошо, постарайтесь добыть максимум сведений. А мне нужно проверить больных. Хина, прогуляйся с Хориндом, позже поговорим, властно сказала Хасса.

Любезность кончилась. Было видно: близость бандитской базы её встревожила. Лёгкой походкой она покинула дом. Я осталась с Хориндом наедине.

Эм, знаете, на меня столько всего навалилось... Думаю, мне лучше побыть одной. Я бы полежала, отдохнула, в конце концов меня чуть не убили... А!

Хоринд потянул меня за руку к выходу.

Я тебя одну не оставлю. Ты сейчас сама не своя, натворишь ещё чего, а мне потом перед госпожой отвечать. Пойдём, здесь тебе ничего не угрожает.

Снова этот мягкий, убаюкивающий голос. Да вы все чёртовы манипуляторы! Ласковые и властные, кнутом и пряником едины! Во мне всё бушевало. Но я лишь натянула улыбку.

Хорошо, я пойду за вами, тянуть меня не надо, сказала я уже во дворе поместья.

Хоринд довольно хмыкнул и направился направо в ту часть Лагеря, где я ещё не была. Я шла следом. Мы молчали. Он двигался легко, несмотря на рост и комплекцию, и я едва поспевала. Вокруг цвели невысокие кусты густо-сиреневые и бледно-жёлтые. Каменная тропинка петляла между ними, и Хоринд то и дело уходил на шаг вперёд, не оборачиваясь. Не то заботливый, не то просто привык, что рядом кто-то плетётся следом. Я решила, что второе.

Спустя несколько минут добрались до каменной постройки. Вокруг ни травинки, на крыше ни мха, ни зелени. Окон нет, только толстая деревянная дверь. На ней красной и жёлтой краской нанесены символы буквы или знаки. Как и сказала Хасса, местной письменности я не знаю. Едва мы подошли вплотную, из дверей вышли ещё двое Хранителей.

Я их узнала. У одного было ранено плечо, но теперь он выглядел здоровым. Белокурый, среднего роста, миндалевидные глаза и ямочки на щеках. Второй чуть выше, русый, с серыми глазами. Такой же спокойный и как будто слегка отрешённый, как на поле боя. Одеты теперь в серые штаны и изумрудные рубахи. На каждой кисти минимум по два чёрных кольца с гравировками. Точно рассмотреть не удалось.

Викрас, что скажешь? обратился Хоринд к сероглазому.

Один вогнал себя в вынужденный сон. Я послал Тониса доложить госпоже Дор Ханион может, она развеет чары. Второй ничего важного не говорит. Только плюётся и посылает в низший мир. Беседа не удалась. Видимо, ваша очередь... разговаривать, с нажимом на последнем слове произнёс Викрас.

Говорил он уверенно и почти не двигался. Стоял расслабленно, но мышцы выдавали: в любую секунду готов постоять за себя.

Можно я тоже приму участие? Я тоже хочу, пожалуйста! Меня достал этот ушлёпок, хочу преподать ему пару... затараторил белокурый, но Хоринд перебил:

Хит, рано. Смотри и учись. Перегнёшь палку убьёшь, и никакой информации. Какой тогда смысл в пленниках? Угомонись.

Хит глубоко вдохнул, на секунду прикрыл глаза и ответил нехотя:

Слушаюсь.

Раздражения он не скрывал.

Я всё это время выглядывала из-за спины Хоринда, но в конце концов решилась подойти ближе.

Здравствуйте! Меня зовут Хина Алиенус! Приятно познакомиться! Спасибо, что спасли жизнь и доставили сюда! в небольшом поклоне выпалила я.

Захотелось разбавить напряжение своим появлением. Да и вообще представляться первыми у них не в моде. Бесит.

О, точно, я же имени твоего не знаю. Давай знакомиться. Я Хоринд Хвалас, главный из Хранителей. Он ударил себя кулаком в грудь.

Надо же, как вовремя, буркнула я.

Это Викрас моя правая рука, верный друг, товарищ и просто хороший человек. А это Хит. Он у нас только пятую ходку, но потенциал уже виден. Хотя ещё есть над чем работать. Хоринд зыркнул на светловолосого, и тот закатил глаза.

Я хотела ещё что-то спросить например,что значит пятая ходка, но Хоринд уже шагнул к двери и распахнул её. Изнутри пахнуло холодом и чем-то затхлым.

Мы зашли в каменное помещение. Внутри всё было из камня стены, пол. Свет давали только свечи, и в их дрожащем свете я разглядела двоих пленников, перевязанных верёвками. Они сидели у стены напротив входа. Та же одежда: бриджи, бинты, жилеты. Засохшая кровь. Первый, с подбитым глазом, спал. Второй, с выбритыми висками, зло уставился на нас.

Я вгляделась в него. Не тот, что стрелял в меня, у того ухмылка была шире, заметнее. Но такой же бритый висок, такие же бинты на предплечьях.

Я спряталась за спинами Хоринда и Хита. Викрас остался снаружи. Холод пробрался сквозь голые ступни как бы не застудить чего.

Хит закрыл за нами дверь и встал рядом.

Что, захотела поглазеть? внезапно шепнул он мне на ухо.

Я подпрыгнула.

Хит, пока помолчи, тихо сказал Хоринд, но мы ясно его слышали.

Хит нахмурился, но ничего не ответил.

Хоринд подошёл к пленнику и сел перед ним на корточки.

Ну что, дружок, последний шанс даю. Расскажешь всё останешься живым, задорно произнёс он.

Сдохни! Пленник плюнул ему в ноги.

Хоринд и бровью не повёл. Он протянул правую руку пальцы засветились, и спустя секунду в них материализовалась алебарда.

Хит рядом со мной затаил дыхание. Кажется, даже он напрягся.

Тогда будем говорить по-другому, улыбнулся Хоринд.

Глава 8

Я живу всего четверть века, но уже многое повидала. Брошенных, раненых, умирающих. Кровь с кишками не вызывает эмоций. Это была моя работа. Приёмный покой маленького регионального центра, куда везли абсолютно всё. Город наш окружали трассы, поэтому результаты дорожно-транспортных происшествий привозили к нам, иногда по частям. Поначалу я не могла спокойно смотреть на это и вдыхать запах людской плоти. Но человек, тварь такая, ко всему привыкает, верно?

Поэтому я спокойно стояла и смотрела, как Хоринд отрезает ухо пленнику и отрубает палец на ноге. Разбойник некоторое время терпел, как мог, но в какой-то момент сдался.

Хватит! Сколько можно! Убей уже! прорычал он, весь в крови.

Убить? Легко. Но я думал, ты хочешь жить, с деланным удивлением произнёс Хоринд.

Пленник опустил голову.

Ага, так возьмёшь и сохранишь жизнь. Ещё скажи, отпустишь, раздражённо сказал он.

Если расскажешь всё как есть и поклянёшься своей жизнью: прошлой, настоящей и будущей, то я обещаю, мы тебя подлатаем. Я отвезу тебя в город, ты найдёшь нормальную работу и перестанешь заниматься ерундой, Хоринд говорил с улыбкой.

Пленник усмехнулся:

Не боишься, что буду убивать дальше? Я же злодей, тьфу!

Я бы переживал за это, будь это так. Твои руки ещё не осквернены кровью невинных душ. У тебя была прекрасная возможность ранить меня, но ты замешкался. Ты воровал, да, но не убивал.

У пленника расширились глаза от услышанного.

С чего ты... Да я просто... начал оправдываться именуемый злодей.

Ты совсем зелёный парень, это видно. Колись. Твой собрат тебя не слышит. Я клянусь, что сделаю ровно так, как сказал. Отвезём тебя в город. Придумаем тебе историю. Никто не узнает о твоём прошлом, ты ещё не успел наделать делов. Так что я слушаю. Либо же... либо умри. Хоринд вздохнул и поставил алебарду рядом с собой. Выбор за тобой.

И это подействовало. Пленник несколько минут думал. Глаза его бегали по помещению. Похоже, он взвешивал за и против. Его понять можно, жить-то хочется. Хоринд стоял неподвижно и ждал. Все молчали. В тишине слышалось только его тяжёлое дыхание.

Я же думала, почему Хасса послала меня за Хориндом. Чтобы что? Она же наверняка знала, что тут будет происходить. Показать, что не нужно делать плохие вещи? Становиться преступницей я не собираюсь. По крайней мере, постараюсь. Или она просто не знает, куда меня деть? Да нет, тут есть свои мотивы. Надо быть начеку. Я много читала книг с попаданцами в юности. И чаще всего попаданцы были либо Мэри-Сьюшными, либо наоборот, их все пытались защитить: любовь-морковь, дружба, все дела. Нервный смешок сорвался с моих губ. Хит удивлённо глянул на меня. Я отвела взгляд. В таком месте лучше помалкивать, а то не так поймут.

Вскоре ответ последовал. Пленник заговорил тихо, быстро, некоторые фразы долетали обрывками, но общий смысл я уловила.

Как и сказал Хоринд, большую часть разбойников они перебили. Осталось два убежища. Одно, севернее нашего Лагеря, в дне пути на лошади. Другое, побольше, в самом городе. Оттуда и руководят всем этим сбродом. Вербуют людей, обиженных на жизнь и желающих легко разбогатеть. Воруют в общак и делят между собой. Чем больше навар, тем больше возможностей собрать свою группу и руководить. Из услышанного я поняла, что организация эта существует не так давно, около года. Что-то ещё сказал про их место в городе, но названия были мне незнакомы.

Хоринд довольно выдохнул. Я заметила, как он сжал рукоять алебарды, и оружие меньше чем на долю секунды засверкало и испарилось.

Хит переминался с ноги на ногу. Кажется, он ожидал, что будет больше крови, и теперь не знал, рад он или разочарован.

В этот момент дверь резко отворилась. Мы одновременно обернулись, на звук и на хлынувшие в помещение лучи солнца. Я сморщилась, прикрыла глаза рукой. Слишком резко.

Хоринд! Удалось что-то узнать? Это была Хасса. Её жёлтое платье казалось особенно ярким. С улыбкой она зашла в помещение и смотрела только на Хоринда. Мы с Хитом разошлись в стороны, она нас словно не замечала.

Более чем. Если парень говорит правду, мы знаем, где прячутся остатки этих головорезов, ответил главный из Хранителей.

Чудесно. О, милый, ты весь истекаешь кровью. Хасса обратилась к пленнику и обернулась к Хоринду: Что дальше? Избавишься?

Хоринд усмехнулся:

Нет, решил пощадить.

Хасса кивнула и повернулась к истекающему кровью. Тот молча смотрел на неё. Видимо, силы потихоньку покидали его. Он совсем побледнел. Цианоз губ и пальцев говорил о потере крови. Ну, собственно, неудивительно.

Значит, так. Что выбираешь, палец или ухо? Она слегка шлёпнула его по щеке с той стороны, где крови почти не было. Тот уставился на неё непонимающим взглядом.

Спрашиваю в последний раз. Я что-то одно пришью тебе назад. Должен же ты усвоить урок? риторически спросила Хасса.

Пришью? Без нормальных инструментов, без микрохирургии? Либо она гораздо сильнее, чем кажется, либо блефует. Хотя чему я удивляюсь, она же исцелила мою ногу.

Глаза пленника начали потихоньку смыкаться. Всё, что он успел, указать пальцем на лицо.

Всё ясно. Хит, отнеси его в крайнюю опочивальню у озера. Ухо тоже захвати, сейчас подойду. Она отряхнула платье.

Ну почему опять я делаю всю грязную работу? У нас же есть новички, они не таскают всякое дерьмо, обиженно пробурчал Хит, но послушно всё делал.

Хоринд слегка шлёпнул его по затылку и приказал слушаться и не возникать.

Я смотрела, как Хит потащил пленника. Хасса вопросительно уставилась на Хоринда. Я снова чувствовала себя лишней. Попятилась к двери. Хотелось выйти на свежий воздух.

Этот сам вогнал себя в спячку. Не знаю, скажет ли он чего, он ведь одного из наших убил. Самого юного, это была вторая ходка. Не стоило его брать с собой, вздохнул Хоринд.

Вот и ещё одна причина его мрачного настроения.

В таком случае... Хасса подошла ко второму пленнику и положила руку ему на голову. Кисть покрылась мягким свечением. Через пять секунд она убрала руку. Он проснётся через пару минут. Хоринд, делай, что считаешь нужным.

Они обменялись кивками.

Я уже стояла в дверях. Хасса обратила внимание на меня и пошла в мою сторону. Снова эта милая улыбка. Теперь я понимала, она ненастоящая. Её дружелюбие тоже. Слишком легко она меняет эмоции.

Подойдя ближе, она мягко взяла меня за талию и вывела на свободу. Свежий воздух ударил в лицо, и я невольно сделала глубокий вдох. После каменного мешка и запаха крови дышалось легко и приятно. Пахло цветами.

На улице стояли Викрас и ещё двое Хранителей, абсолютно одинаковые внешне. Близнецы. Коротко стрижены, чёрные волосы, голубые глаза. Одеты в такие же изумрудные рубахи и серые штаны.

Виол и Миол, это наша гостья Хина Алиенус. Хина, познакомься, наши Хранители. Очень опытные, отвечают по большей части за спокойствие в моём Лагере.

Они чуть поклонились мне, я в ответ тоже.

А я Хоско! откуда ни возьмись появился тот самый мелкий мальчуган. Выбежал из-за угла. На нём была такая же белая рубашка, как на мне, но шорты синего цвета. Подбежал и встал почти впритык. Я снова представилась.

Хи-хи! Тебя вылечили? Ты скоро уйдёшь? спросил он.

Я посмотрела на Хассу.

А-а-а! раздалось за нашими спинами.

Я вздрогнула. Хоринд был занят делом.

Помогите Хоринду избавиться от тела, спокойно сказала Хасса.

Викрас, не участвовавший в беседе, первым пошёл внутрь. Остальные потянулись за ним. Хасса проводила их взглядом, потом повернулась к нам.

Хоско, гостья у нас ненадолго задержится. Ей немного отшибло память, помоги ей вспомнить основные устои нашего мира. Прогуляйтесь, отдохните. Она подмигнула мне и пошла в сторону озера.

Этим способом ты решила знакомить меня с миром? Отшибло память? Хах, банально, но эффективно. Ладно.

Жёлтое пятно её платья удалялось по тропинке среди кустов, и со спины она снова казалась обычной женщиной не магом, не целительницей, не той, кто только что хладнокровно предлагала пришить человеку ухо. Кто ты такая на самом деле, Инхасса Дор Ханион?

Хоско довольно запрыгал и, схватив меня за руку, потащил в другую сторону. После всего, что я только что видела, его звонкий голос и белая рубашка казались чем-то из другого мира. Да, смешно, ведь я и есть в другом мире.

Мальчик аккуратно держал меня за пальцы и вёл за собой. За спиной послышался шум, но я не стала оборачиваться. Хватит на сегодня.

Куда ты меня ведёшь? спросила я.

Хочу показать мой домик. У нас бывает много гостей, но ты первая, кого я вижу, кто свободно может гулять. Ты друг госпожи? наивный ребяческий голосок заставил меня взгрустнуть.

Что-то типа того, я не хотела врать, но и лишнего говорить не собиралась.

Точно, ты же потеряла память. Ничего страшного, вспомнишь! Хасса очень умная, она найдёт способ тебя вылечить, и не с таким сталкивалась! Вот один раз к нам пришла женщина, которая сошла с ума, представляешь Хоско тараторил без умолку, но я слушала его внимательно. С ребёнком проще общаться, можно расслабиться и быть самой собой.

Глава 9

Домик Хоско оказался маленьким, как и он сам. Узкая кровать, застеленная лоскутным одеялом, пара деревянных игрушек на сером пушистом ковре, деревянное окошко и рисунок на стене: женская фигура чёрным контуром, очень условная, нарисованная графитом или углём.

Это мама, сказал Хоско без всякого перехода. Она меня сюда принесла. Я тогда ходить не мог, ноги не слушались почти с самого рождения.

Я замерла посередине комнаты. Он, глядя на стену, продолжал:

Она меня на руках несла. День и ночь. А потом пришли они. Мама схватила большой камень и бросила в них. Попала одному прямо в голову. Он упал. А другой... Хоско замолчал и потрогал свою шею. Мама кричала, а потом перестала. Я ничего не мог сделать.

Он сказал это так спокойно, что у меня перехватило дыхание.

Хранители пришли быстро, но было уже поздно, маму спасти не удалось, добавил он и вдруг улыбнулся: Зато теперь я здесь живу! Меня вылечили. И Хасса говорит, что мама теперь на небе, с Создателями. И что я здесь оказался не просто так!

Я не знала, что сказать. Мне жаль? Слишком мало. Ты сильный? Ну, алё, это ребёнок. Разбойники убили его мать. Ему некуда идти, поэтому его оставили здесь. Я просто положила руку ему на плечо и сказала:

Конечно, это всё не просто так. Я замялась. Твоя мама тебя очень любила, постарайся жить достойно её памяти.

Да! Я помогаю госпоже, она меня многому научила. Я теперь умею делать мазь, которая заживляет лёгкие раны и ссадины, он указал на стол в углу, напоминающий верстак. Знакомые склянки и травы.

Ты большой молодец, только и улыбнулась я.

Что-то защемило у меня в груди. До этого момента я достойно справлялась с эмоциями. Пока Хоско отвернулся от меня, тайком вытерла слёзы. Нет, слёз ему не надо видеть.

Мальчишка побежал к столу и взял листок бумаги.

Садись, сейчас покажу, где мы! сказал он мне, и мы уселись на кровать.

Он показал мне карту этого Материка Свободных. По неровным и оборванным линиям нетрудно понять, что её рисовали вручную.

Сделал дубликат сам! Нашёл у Хассы карту и тоже захотел себе копию. Смотри, мы здесь! Он указал на подписанную оранжевую точку в нижней трети карты. Ещё был текст, но его, как известно, я не понимала. Я мягко взяла лист из его рук. Рассматривала и слушала Хоско.

Северный город Дарра, западный Велланс, и южный, рядом с которым мы, Хонорем. Карта чем-то напоминала сердце. Конусовидное, богатое реками, похожими на сосуды, обвивающими его по всему периметру. Лагерь исцеления душ как раз находился между двух небольших речушек, идущих от крупных разливов с середины Материка Свободных.

От Хонорема до северной Дарры долго ехать. Я там никогда не был, но когда вырасту, обязательно съезжу. Говорят, туда приезжают торговцы с Тэраса. А вот Велланс ближе, Хит обещал меня туда с собой взять как-нибудь, мальчик пальцем водил по карте и показывал, где какой город находится. Я же осмысливала услышанное.

Материк Свободных. Исходя из названия, я думала, это большая земельная площадь: что-то вроде Северной Америки, Африки, ну, или Австралии. Но чем дольше я слушала, тем больше сомневалась. Я достала телефон из кармана. Сумка осталась в доме, где я очнулась, а телефон держала при себе.

Что это? заинтересовался Хоско.

Да так, хочу посчитать кое-что. Ну-ка, скажи ещё раз, сколько на лошади добираться до каждого города, улыбнулась я.

До Хонорема два дня, до Велланса четыре или пять, до Дарры двенадцать, а то и больше...

Я быстро прикинула в уме. В школе у нас была учительница математики, которая обожала задачки на скорость: машины, велосипеды и лошади. Всадник выехал из пункта А в пункт Б со скоростью пятнадцать километров в час... Или двенадцать? Мы всем классом стонали и спрашивали, зачем нам это в жизни нужно, если всё есть в интернете. И вот теперь я сидела в другом мире, смотрела на карту и мысленно благодарила ту вредную женщину.

Допустим, пятнадцать километров в час. Если учитывать сон и дневной отдых хотя бы пару часов, то получается примерно четырнадцать часов в сутки на лошади. В день около двухсот километров. Я открыла калькулятор.

Два дня до Хонорема четыреста километров. Четыре с половиной до Велланса около девятисот. Двенадцать дней до Дарры две с половиной тысячи. От восточных гор до западного города ещё тысяча с чем-то. Я перемножила примерную длину на ширину, убрала на вскидку процент на сужение к югу, которое видела на карте. Хорошо, в калькуляторе есть формулы.

Полтора миллиона квадратных километров. Плюс-минус.

Я уставилась на экран. Активно пыталась вспомнить площади материков со своего мира. В памяти всплыла лишь Австралия около восьми миллионов квадратных километров. Надо было учиться лучше, эх.

Что-то не так? спросил Хоско.

Да нет, всё так. Я погасила экран и устало потёрла переносицу.

Материк, значит. Большой остров, а не материк. Почему дали такое название?

Расскажи мне, почему это место называют Материком Свободных? Что ж, послушаем, что скажет ребёнок.

Хоско радостно хлопнул в ладоши и удобнее устроился в кровати, скрестив ноги. Я повторила за ним и положила карту между нами.

Это мне ещё мама рассказывала. Больше тысячи лет назад все расы, существа и звери жили вместе. Со временем родилось много детей, заселялось больше земель, и каждый хотел жить в лучшем месте. Из-за этого началось недопонимание между всем живым, что есть на свете. Началось деление на группы, расы. И последовала Великая Бойня. После ста лет страшных убийств Создатели не могли больше оставаться в стороне и поделили мир на отдельные государства. Каждая раса получила свой дом. Мы, люди, самые безобидные и наиболее пострадавшие, получили настоящий подарок от Создателей отдельную землю, где сами себе хозяева, свободны, как ветер! Подняв руки вверх, крикнул Хоско.

А остальные тоже живут на отдельных островах, кхм, материках? Я растерянно водила пальцем по карте.

Нет, остальные живут на одной земле. Есть небольшие острова, но там, по-моему, никого нет, не знаю... Я в книгах ничего не нашёл, вздохнул Хоско.

Очень интересно. Этот остров больше похож на ссылку, чем на Материк Свободы. А может, всё так и есть, как говорит малой, а я ошибаюсь?

Что ещё расскажешь про остальной мир? Какие есть расы? Как называются государства? Я привалилась к стенке и вытянула ноги. Солнце ярко светило в окно. Должно быть, уже полдень.

Я точно знаю, что есть эльфы, гномы, феи, безликие, асуры, ашманы, э-э, ещё эти, как их... Сейчас вспомню, подожди, он обеими руками схватился за голову. Пыхтел и мычал, пытаясь вспомнить. Я рассмеялась.

Продолжай, не мучай себя, потом скажешь. Говори, что помнишь.

Что я помню... Всего семь государств. Там магия, чудеса, технологии. К нам воздушный корабль прилетает, один раз я его видел! Такой большой, пузатый! Привозят много еды, одежды, рассказывал мальчик.

А что же вам не хватает своей еды? Одежду сами не шьёте? интересовалась я. Любопытная вырисовывалась картинка.

Хоско нахмурился:

А вот и нет! Мы сами всё делаем! Нам просто помогают, мы не просим ни о чём!

Правда? И что же, в ответ вы ничего не даёте?

Мы? Хоско задумался. Мы просто живём... Я не знаю, о таком не думал.

Я вздохнула. Конечно, он ребёнок, таких вещей не знает.

Больше про большой мир он ничего толком не мог рассказать. Такой информации не было в открытом доступе. Мы продолжили разговор про эту землю.

И что же, за тысячу лет никто из людей не захотел съездить на Тэрас? в конце концов спросила я.

Может, и хотели. Я тоже хочу, но нельзя. Таков закон. Вдруг опять война начнётся? Создатели же дали нам землю, чтобы мы тут жили.

Вот и всё. Вся остальная информация совпадала с тем, что говорила мне Хасса. Некоторым от предков достались крохи магии. Основное, чем тут пользовались, артефакты. В них запечатана боевая амуниция и не только. Теперь я сложила в голове дважды два. Вот откуда были мечи с алебардой. У каждого Хранителя были чёрные кольца на кистях. У Хоринда штук шесть точно. Какое-то ещё оружие припасено?

Хоско что-то ещё говорил, про игрушки, как он сам научился вырезать по дереву. Что полюбил рыбалку. Я же вспоминала увиденное и услышанное доселе. Вспомнила девочку, съевшую ядовитые травы, пленника с отрезанным ухом, маму Хоско, которой отрубили голову по дороге к целительнице. Свобода, значит.

Хоско свернул карту и спрыгнул с кровати.

Пойдём, покажу башню!

Я последовала за ним. Снова двор, цветы, кусты. Какие-то незнакомые Хранители приехали на лошадях. Они остановились у стойла. Хоско помахал им рукой. Они в ответ тоже. Я махнула головой в знак приветствия. Спустя время снова подошли к поместью Хассы. Но обогнули его слева и подошли к башне. Она была пристроена к поместью, но имела отдельный вход.

Мы поднялись по узкой винтовой лестнице. Ступени были стёртыми, каменными, кое-где с трещинами, но Хоско скакал по ним, как козлёнок, и даже не запыхался. Я же к середине подъёма уже дышала ртом.

Ну же! крикнул он сверху. Тут красиво!

Я сделала последний рывок и вышла на плоскую крышу башни. Ветер сразу ударил в лицо, тёплый, пахнущий травами и чем-то едва уловимым, вроде нагретого камня. Площадка была небольшой, огороженной невысоким каменным бортиком тем самым, что я заметила ещё снизу, когда впервые увидела дом Хассы.

Смотри! Хоско указал пальцем куда-то вправо. Это пруд, видишь? А вон там стоит домик, где ты спала. А вон там дядя Хоринд тренируется с мечом, только его сейчас нет.

Я медленно поворачивалась, узнавая Лагерь с высоты. Люди у стойла, блестящая гладь пруда, изумрудные пятна кустов, каменная коробка допросной.

А потом я повернулась на восток и замерла.

Там, у самого горизонта, земля поднималась. Не резко, не грозно мягко, волнами. Невысокие горы, скалистые холмы, тянулись серой полосой с севера на юг, насколько хватало глаз. Они не вздымались пиками, не прятали вершин в облаках. Просто лежали на краю света, как старая кость, наполовину вросшая в землю.

Это восточная гряда, сказал Хоско, заметив мой взгляд. Там добывают железо и ещё что-то. Хасса говорит, за ними только море, но я там не был.

Я молча смотрела. Почему я не заметила их раньше? Наверное, потому что вблизи они не выглядели горами. Просто невысокие, покрытые редкой зеленью скалы, источенные ветром и временем. Без шапок снега, без величия. Но протяжённость впечатляла они уходили за пределы видимости, и я вдруг остро ощутила, насколько этот мир на самом деле большой. И насколько я в нём чужая.

Глава 10

Прошло десять дней.

Из них пять ушло на то, чтобы научиться держаться в седле. Прежде мне не доводилось ездить верхом, в моём мире для этого существовали машины, автобусы и прочие блага цивилизации. Здесь же лошадь оказалась единственным транспортом. Хоринд, узнав, что я не в состоянии даже забраться на неё без посторонней помощи, лишь молча покачал головой.

Без этого никак, произнёс он и выделил мне самую спокойную кобылу, серую, с белым пятнышком на лбу. Из всех она была самой маленькой и тихой, но даже так я с трудом взбиралась ей на спину. Звали её Гроза. Имя совершенно не подходило этой кроткой малышке, и я то и дело называла её Мышкой. Такая же мелкая и серая.

Первые два дня я ненавидела всё: седло, поводья, Мышку, Хоринда и особенно собственные ноги, которые после часа езды деревенели так, что я валилась с лошади, как мешок. Вся покрылась синяками и ссадинами. К пятому дню стало легче. Кобыла перестала коситься на меня с подозрением, даже начала откликаться на новое имя, а я научилась держать спину прямо и не цепляться за гриву мёртвой хваткой.

Уже не позор, коротко оценил мои успехи Хоринд на четвёртый день.

От него это был почти комплимент. Даже Хит, сидевший неподалёку, пару раз хлопнул в ладоши. Потом каждое утро я уже одна занималась с Мышкой, Хоринд разрешил. Мы скакали по Лагерю и чуть дальше, за его пределами, но не слишком далеко.

Остальное время я проводила с Хоско. Он учил меня грамоте, и благодаря ему я запомнила написание простых слов: нет, да, спасибо, помогите и других. Первую половину дня мальчик крутился с Хассой и пациентами. Да, пациентами, так называть их мне было привычнее. Вообще Лагерь всё сильнее напоминал мою прежнюю работу. Такое же приёмное отделение. Только поток меньше.

Вот, например, на днях явились новые посетители. Две семьи. Одна пара месяц мучилась от кашля, который не давал им спать по ночам. Они провели у нас два дня и уехали, оставив небольшой мешочек с монетами. Хасса не колдовала с ними, просто давала пить какие-то микстуры.

Хо-хо, обычная простуда. Ну сами пришли, что мне, отказывать, что ли? ликовала она, перекидывая денежный мешочек из руки в руку.

Я смотрела на неё и видела самую настоящую барыгу, наживающуюся на чужом горе или незнании. Во всех мирах человеческую суть никуда не денешь.

Другая приезжая пара страдала от замершей беременности. Ребёнок никак не появлялся на свет, хотя все сроки давно миновали. Родители решили, что с плодом что-то не так. И что в итоге? Не успели они заселиться в дом, как начались схватки. И, как назло, именно в этот момент Хасса упорхнула куда-то в лес по грибы.

За считанные минуты пришлось вспомнить всё, чему меня учили в медицинском. Я велела Хранителям таскать чистую воду и тряпки, а Хоско выгнала, нечего ребёнку на такое смотреть. Роженица кричала, муж в ужасе метался у двери, а я лихорадочно соображала, чем перерезать пуповину и как выдавить плаценту. Нет, в приёмном покое таким заниматься не доводилось. Однако мне несказанно повезло: весь процесс прошёл как по маслу и без осложнений. Младенец родился здоровым, кричал что есть мочи. Я перерезала пуповину ножницами, которые где-то раздобыл супруг роженицы, и вложила малыша ей в руки. Только папашу пришлось приводить в чувства: он оказался совершенно не готов к подобному зрелищу. Да-да, мало приятного.

Хасса вернулась, когда семья уже ворковала над младенцем. Знатно она удивилась. Пошутила что-то насчёт того, что будет оставлять меня за главную. Да уж, спасибо, не надо.

Хоринд тем временем готовил Хранителей к вылазке в ближайшее укрытие разбойников. Наконец-то подтянулись остальные, те, что были в так называемом отпуске. Теперь вся защита Лагеря оказалась в сборе. Двадцать восемь человек вместе с главным. Двадцать девятого, юного паренька, у которого было всего три ходки, убили эти негодяи. Хоринд каждый день проводил собрания с подчинёнными в поместье Хассы. Меня на них не приглашали. Но я знала: логово бандитов находилось у заброшенной мельницы к северу от нас. Именно туда готовилась очередная ходка. Я полагала, что двинутся туда все Хранители разом. Но вчера Хасса уделила мне чуть больше времени, чем обычно: мы завтракали. Она сказала следующее:

Хватит прохлаждаться. Ты неплохо освоилась, уже не стоишь как вкопанная при виде меня. Мы с тобой славно подружились, не правда ли? промурлыкала она.

Я в ответ закатила глаза:

Да, подруги на века, ага. Всё-таки собираешься помочь мне попасть домой?

Я не раз просила её об одолжении. Ясень пень, она не простой лекарь и не рядовой маг. Закралась мысль, что Хасса может быть архимагом. Но, словно подслушав мои размышления, она как-то отшутилась: дескать, будь я архимагом, не чахла бы в этом забытом Создателями месте.

Можно и так сказать. Хоринд хочет застать врасплох этих трусов, зайдя с обоих флангов. Пока основной отряд накроет их с севера, Хоринд с малой группой поедет в Хонорем искать их главарей, и... она многозначительно уставилась на меня, ты поедешь с ними!

Я замерла. Хонорем. Первый настоящий город в этом мире, ближайший ко мне. Я думала о нём каждый день с тех пор, как Хоско показал карту. И одновременно боялась. Одно дело сидеть в Лагере, где уже более-менее знаешь каждый угол и каждое лицо. Другое, снова шагнуть в неизвестность. Но если я хочу попасть домой, надо начинать с крупных городов.

Кто ещё едет? спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Хоринд возьмёт шестерых, самых опытных. В городе нельзя привлекать внимания, вы разделитесь на три группы. Ты отправишься с Хориндом и Викрасом. В Хонореме к вам присоединится Хит, он ещё утром уехал на разведку.

Я задумалась. В самом деле, Хита я видела каждое утро, и он вечно отпускал свои дурацкие шуточки: то я якобы забыла надеть штаны, то облысела, то он делал вид, будто меня не слышит. Сегодня его голоса в Лагере не было. То-то мне с утра чего-то не хватало.

Вечером отправятся ещё двое, близнецы, ты их видела, Хасса заправила локон за ухо. Ещё двое выйдут завтра на рассвете. А вы с Хориндом и Викрасом послезавтра. У тебя есть время подготовиться.

Но что мне делать в Хонореме? Воздушные корабли туда не летают, только в Дарру и изредка в... заикнулась я, но она перебила.

Дорогая моя, думаешь, если я тебя приласкала, вылечила, дала кров, научила языку и азам жизни в этом мире, то каждый теперь будет с тобой добр? Тебе нужно налаживать связи, познавать этот мир. Я не буду всё время рядом. Она отодвинула столовые приборы.

Я ничуть не преуменьшаю свою благодарность, но, хочу отметить, я не навязывалась за помощью. И попала сюда не по своей воле. И ты сама решила мне помочь, осторожно начала я.

Хасса в ответ на мои слова приподняла брови. Не дав ей вставить слово, я продолжила:

У меня ничего нет, мне нечем тебя отблагодарить. Но ты же не просто так оставила меня здесь? Что тебе нужно от меня?

Наконец-то прозвучал этот вопрос. Он тяготил меня с самого первого дня. Не может ни человек, ни маг, ни кто-либо ещё помогать исключительно по доброте душевной. У всякого должен быть мотив.

Хасса молчала недолго, не больше минуты. Её взгляд скользил то по мне, то по Фахоне, уносящей сервиз на помывку.

Какая сейчас выгода от тебя? Никакой. Магия? Увы, нет. Ты впитываешь магию, да, это необычно, но толку от этого никакого. Сила, острый ум? Не заметила. Да, ты была у себя лекарем, однако я справляюсь не хуже. Она хмыкнула. Не забивай себе голову. Случайно попала ко мне. Считай, тебе повезло, что я оказалась в хорошем настроении в тот день. Она улыбнулась и поднялась из-за стола.

Я ничего не ответила, лишь проводила её взглядом. В тот день? Должно быть, когда я сюда попала. Почему именно сейчас выгоды от меня нет? А потом? От этого разговора на душе стало как-то пакостно.

До отъезда оставался день. Я не могла найти себе места. Мне не с кем было порассуждать о возвращении домой. Я бродила по Лагерю в поисках то ли ответов, то ли душевного покоя. Что я рассчитываю отыскать в Хонореме? Хасса упомянула, что там бывают торговцы, которые отправляют местный металл и руду на Тэрас. Может, удастся договориться о месте на воздушном корабле. А что дальше?

Нет, стоп. Надо мыслить логически. Я не из этого мира, следовательно, запрет на выезд на меня не распространяется. Это в теории. А на практике всё куда сложнее.

Только Хасса и Хоринд знали, что я чужачка. Распространяться о своём происхождении мне строго не советовали, чтобы не привлекать лишнего внимания. Как выразилась Хасса, на Тэрасе я могу первому встречному выкладывать подноготную, но здесь этого делать не стоит. Люди привыкли к своей размеренной жизни. Есть такие же богатые и бедные, но из необычного, что им доступно: воздушные корабли, магические амулеты, целебные зелья, редкие травы. Ещё по парочке низкоуровневых магов в каждом городе. Таких, как Хасса, живущих в отдалении, самих по себе, нет. Она подкинула мне звонких монет, сказала, что хватит надолго, если не буду транжирить. Экономить, значит, ладно.

Хотя мне по-прежнему оставалось неясно: почему я не могу прямо всем объявить, что явилась из другого мира? Неужели так сложно помочь и проводить меня к божественному алтарю?

Так и не найдя ответов, я направилась к своему домику собирать вещи в дорогу. Возле порога крутился Хоско. Он стоял ко мне спиной, опустив голову, и носком башмака ковырял траву. Я негромко окликнула его. Мальчик обернулся и радостно побежал навстречу.

Ой-ей, чуть не столкнул! на бегу он обнял меня и тут же отступил на шаг. Неловко почесал макушку. Слышал, ты уезжаешь... Хотел попрощаться, вдруг утром просплю.

Грусть сквозила в каждом его слове. Мне и самой стало тоскливо.

Пойдём, поможешь собраться в дорогу, только и сказала я.

Он кивнул, и мы вошли в дом.

Собирать было особо нечего. Те немногие вещи, что у меня имелись: телефон, почти разряженный, карта, которую отдал Хоско, чистая рубашка от Хассы и остатки еды, завёрнутые в тряпицу. Всё это уместилось в небольшую сумку, которую я нашла у Фахоны. Моя женская сумочка и старые теплые шмотки останутся здесь.

Хоско стоял в дверях и молча следил, как я укладываю вещи.

Ты надолго? спросил он наконец.

Я замялась. Не была уверена, что вообще вернусь. Куда завернет меня судьба?

Не знаю. Может, на несколько дней. Может, дольше. Как пойдёт.

Он кивнул и вдруг вытащил из кармана маленький кожаный мешочек. Протянул мне.

Это тебе. Я сам сделал мазь. От ожогов и порезов. Пригодится.

Я взяла мешочек. Тяжёлый. Развязала тесёмку и понюхала, пахло травами и чем-то сладким.

Тебя ждёт долгий путь. Надеюсь, не пригодится, но пусть будет. Может, на той земле что-то получше найдёшь. Хоско говорил, не поднимая головы.

Что? На той земле?

Так ты знаешь, кто я? тихо спросила я, глядя на него.

Конечно. Он улыбнулся. Я почти сразу понял. Даже если память исчезает, люди не ведут себя так... необычно. Но так было проще, правда?

Я притянула его к себе и обняла. Он на секунду замер, потом обхватил меня своими тонкими руками и уткнулся лицом мне в живот.

Приходи ещё в гости, прошептал он.

Постараюсь.

Ещё пару часов мы болтали, смеялись, дурачились. Как только солнце подошло к горизонту, Хоско засобирался уходить. Сказал, что мне нужно хорошенько отдохнуть, выспаться. Славный ребёнок. Напоследок мы немного всплакнули и обнялись на прощание.

Я сидела у озера на большом валуне, погружённая в мысли, когда сзади послышались шаги.

О чём задумалась, малышка? вмешался в мои раздумья Хоринд.

Он подошёл и сел на землю, скрестив ноги. Я находилась выше него, но мы оба смотрели на воду.

Завтра едем, только и произнесла я.

Да. Что-то радости не видно на твоём лице. Не хочешь уезжать? довольно спросил он.

Это был первый раз, когда мы остались наедине и рядом не было подчинённых.

Да чему радоваться... Домой попасть, что-то за гранью фантастики. Найти либо Бога, либо Полубога. И то и другое, анриал. Вздох сорвался с моих губ.

Ан... что? вопросительно посмотрел на меня Хоринд.

Ах, ну да, англицизмы тут не к месту.

Слово из моего мира. Нереально это всё звучит. Вот одного не могу понять: почему людям нельзя покидать этот материк? С Тэраса вон спокойно корабли летают, маги приезжают и живут здесь. Наверняка ещё кто-нибудь залетает на огонёк. А люди что?

Вопрос вырвался сам собой. Хасса в ответ на него, как и Хоско, начинала рассказывать про тысячелетнюю историю, про войну, что так заведено, так надо, по-другому никак, иначе Создатели накажут. Но по её же словам, тысячу лет Создатели не участвовали в жизни этого мира.

Ответ ты и сама знаешь, он распластался на траве, закинул руки за голову и прикрыл глаза.

Картина, отпад. Накачанный мужчина в расстёгнутой рубахе лежит на земле. Острые черты лица, волосы разметались по траве. Закатные лучи солнца целовали его, и ткань покрылась розовыми оттенками. Осталось найти художника с натюрмортом и срисовать эту красоту. Я отвернулась. Нечего на иномирянских мужиков заглядываться.

Но кое-что я тебе расскажу, продолжил он.

Я развернулась.

Как-то раз мне удалось покинуть это место.

Что-о?! Я немедля спрыгнула с валуна и приземлилась рядом с ним. Он уставился на меня.

Тихо-тихо, об этом знают всего пара человек, прищурился он. Я был юнцом. Жил в Веллансе, родители ещё живы были. Только...

Он замолчал и закрыл глаза. Солнце почти село, и над озером поднимался туман.

Только что? не выдержала я.

Только это не та история, которую стоит рассказывать здесь. Хоринд кивнул в сторону домов, где ужинали Хранители. Слишком много ушей. Даже у деревьев здесь они есть.

Я проследила за его взглядом. Вдалеке мелькнул силуэт Хассы, она шла к пруду с каким-то мешочком в руках, но на нас даже не взглянула.

Ты расскажешь мне в Хонореме? спросила я, понизив голос.

Расскажу. И не только расскажу. Он повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. Если хочешь попасть на Тэрас, это возможно. Я знаю способ. Но давай сначала разберёмся с теми, кто убивает наших людей. А потом я скажу тебе всё, что знаю.

Я медленно выдохнула. Неужели есть шанс обойти преграды и добраться до Тэраса? Если Хоринд обещает помочь, может, и правда получится.

Договорились, сказала я.

Хоринд снова прикрыл глаза и, кажется, задремал прямо на траве. А я ещё долго сидела на валуне и смотрела, как над озером загораются первые звёзды.

Глава 11.

Это была напряжённая поездка. Одно дело ездить на лошади час-два. Наш путь занимал куда больше времени. Задницу я перестала чувствовать к концу первого дня. Хоринд всё время скакал впереди, я плелась позади. Чувствовалась разница между нашими кобылами. Его мустанг был значительно крупнее. Моя лошадка в буквальном смысле казалась мышью. Но даже так мне было тяжело. Хоринд поначалу немного побурчал, то ли в шутку, то ли всерьёз, что мы движемся медленнее обычного, потому что моя кобыла просто не выдерживала его темп.

На дневном привале я без сил валялась на траве и пила воду. Меня тошнило не то от жары, не то от скачки. Голова кружилась. Но пришлось собраться и ехать дальше.

Ты молодец для начала, я думал, выблюешь все кишки, хмыкнул Хоринд, запрягая лошадь.

Я сидела неподалёку, привалившись спиной к дереву, и глядела в небо.

Сегодня без завтрака. Как знала, буркнула я. Аппетита действительно не было. Только жажда. Из-за нервов и духоты.

Лошадям тоже требовалась передышка. Его скакун уже через полчаса был готов продолжить путь. Я подошла к Мышке, погладила её по длинной мордочке. Она внимательно посмотрела на меня. Из мешочка я достала большое наливное яблочко, протянула ей. Кобыла аккуратно взяла его зубами и громко выдохнула носом, довольная. Любо-дорого смотреть, как животинка радуется. На меня нахлынула ностальгия. Мелкой я часто ездила к старичкам в деревню. Обожала гулять по полю, глазеть на коров, овец, коз. Воздух и реки там всегда были чистыми. Всего-то пару раз наш старенький сосед разрешал забраться на свою дряхлую, ослепшую на один глаз лошадь. Но и того счастья хватало с лихвой. Я любила село.

К вечеру мы преодолели почти половину пути. Не знаю, что за диковинную травинку съела моя Мышка, но она вдруг понеслась почти наравне с кобылой Хоринда. То ускорялись, то замедлялись, и к закату добрались до небольшого рудника. Хоринд радостно сообщил, что мы проехали почти половину дороги. Он хвалил Мышку.

Что на тебя нашло, Ива? Он почесал её за ухом.

Мышка дёрнула головой, будто недовольная.

Что? Ты больше не Ива, а Мышь? вскинул брови Хоринд.

Кобыла удовлетворённо фыркнула и повернулась к нему задом. Мы прыснули со смеху.

А ведь когда-то она мне в рот заглядывала, а теперь ты стала её хозяйкой, он повернулся к лошади, береги своего нового ездока.

Мне стало лестно.

А откуда она у вас взялась? Мышка не выглядит взрослой, больше на подростка смахивает. Да и не вписывается в компанию ваших, кхм, жеребцов.

Верно подметила. Ей год исполняется в этом году. Я купил её на главном рынке в Веллансе. Она осталась последней из помёта, самой невзрачной.

На этих словах Мышка снова развернулась к Хоринду и клацнула зубами рядом с его плечом.

Тихо-тихо, сейчас ты расцвела. Хм, тогда и правда на мышонка была похожа, тихо посмеялся он.

И кто на ней ездил до меня?

Особо никто. Для моих парней мелковата. Даже у Инхассы мощная кобыла.

Да уж, я заметила, вздохнула я.

Нет, мне нравилась моя Мышка, но... В книгах про попаданцев обычно всё самое крутое достаётся главным героям. Даже лошади там чуть ли не разговаривать и летать умели, сверхсильные и умные. Хотя моя лошадь тупой точно не была. Но и кто сказал, что я главный герой?

Мы готовились ко сну. Устроились у ручья. Лошади отдыхали у деревьев, жевали травку. Все тяжёлые вещи находились у Хоринда и на его скакуне. Мне он выдал что-то вроде длинного пледа и тонкой простыни. Сам же улёгся прямо на траву.

Мы будем как-то дежурить? Или здесь безопасно?

У меня чуткий сон. Да и скакун, если учует опасность, даст знать.

Вопрос отразился на моём лице.

Его привезли со Звёздного Мыса. Это на главном материке, в Тэрасе, ближайшая к нам земля. Там разводят разных животных, экспериментируют, создают наиболее удачные виды. Не только лошадей. Мою привезли на корабле в Велланс на продажу. Из её особенностей невероятная устойчивость к жаре и холоду. На неё не действуют яды. И ещё у неё хорошо развита, мм... как бы сказать? Наверное, чутьё? Мироощущение? Она чувствует живых существ на приличном расстоянии, рассказывал Хоринд, нарезая мясо.

Я сидела рядом и слушала.

Наверное, дорого стоил жеребец?

Прилично. Отдал три звонких мешочка торговцу. Торгаш проклятый, тьфу. Он стоил куда дороже, он сплюнул в сторону.

Понятно.

Хоринд протянул мне мясо, и мы приступили к последней трапезе на сегодня. Наступила гробовая тишина. Слышалось только фырканье лошадей, затихающее щебетание птиц и стрекот летающих сверчков.

Природа отличалась от привычной мне, но в мелочах оставалась похожей на мой мир. Хасса говорила, что основной принцип строения миров схож. Как мне стало понятно, некоторые Создатели пытались изобрести велосипед заново, но мир по итогу скатывался к одному и тому же. Любовь, семьи, дружба, войны. Рождение и смерть. Но какой в этом смысл? Даже если ты переродишься, всё по новой, и ты не помнишь, кем был до этого. Чтобы снова умереть? Мне было проще думать, что Богов не существует и мы просто умрём и освободимся от тягот бытия. Однако, как мне здесь утверждают, этот цикл повторяется чуть ли не до бесконечности.

Пока я снова витала в облаках, послышался храп. Хоринд уснул. Жаль, ведь мне хотелось попросить его рассказать свою историю. Видимо, пока не хочет. Я тоже долго не сидела. Надо поспать. Хоринд сказал, если завтра будем скакать в том же темпе и захватим ночь, приедем в город. Попробуем.

Россыпь звёзд освещала город. Мы стояли на подъёме. Чем-то это напомнило мне ночные огни наших мегаполисов. Горящие здания: где-то ярче, где-то нет. Город, вытянутый, расположенный вдоль побережья, как рыба, выброшенная на сушу. Огоньки улиц и домов переливались, словно чешуя. Больше всего огней было в центре. Город не спал. Не было высотных зданий как в нашем мире. Разные дома и поместья.

И тогда я снова её увидела. Сиреневую птицу. Она сидела на камне у обочины неестественно неподвижная для живого существа. Когда мы проезжали мимо, она даже не шелохнулась. Только проводила нас своими чёрными глазами-бусинами.

Что за... начала я.

Но Хоринд уже дёрнул поводья, и птица осталась позади.

Пара часов, и мы на месте! крикнул он.

Я помчалась за ним. Мы не делали вечером перерывов. Хотелось пить, есть и в туалет. Тело уже почти ничего не чувствовало может, я и сходила по нужде, не заметив.

Но какой это был кайф. Волосы развивались на ветру. Тёплый воздух огибал тело. Грива Мышки хлестала по лицу, но это мне даже нравилось. Она приятно пахла какими-то цветами.

Спускаться куда проще и быстрее, чем скакать по равнине.

Чем ближе мы подъезжали, тем меньше было преград. Наконец-то мы вышли на широкую, хорошо утоптанную дорогу. Она шла от Велланса и огибала лес. А мы прибыли прямиком из чащи, по небольшой тропинке, которую со временем оставили Хранители и пациенты из Велланса.

Город был как на ладони. Справа и слева, на расстоянии примерно в километр друг от друга, виднелись небольшие башенки. Но прямо перед нами высились две главные, куда массивнее. Между ними стояло несколько человек в синей одежде.

Это Стражи Материка. По сути, обычные люди, следящие за порядком в городе, пояснил Хоринд.

Нас будут досматривать?

Нет, меня тут знают все, улыбнулся он и спрыгнул со скакуна.

Я попыталась повторить. Просто аккуратно сползла с лошади и замерла. Всё болело. Сильно до невозможности.

Чуток осталось. Сейчас заселимся и отоспишься как следует. Пошли, потянув наших лошадей, у которых от усталости подрагивали копыта, особенно у Мышки, сказал он.

Ладно, с Богом, значит, горько усмехнулась я.

Живот скрутило. Сердце отбивало чечётку. Чего я так волнуюсь?

Мы миновали ворота, и один из Стражей высокий, с седеющими висками коротко кивнул Хоринду, даже не взглянув на меня. Мышка цокнула копытами по мостовой, и я впервые ступила на улицы Хонорема.

В лицо пахнуло дымом, рыбой, свежим хлебом и ещё чем-то терпким, незнакомым. Узкая улочка, стиснутая двухэтажными домами с деревянными ставнями, уводила вглубь города. В окнах горели свечи, где-то играла музыка незнакомая, с длинными тягучими нотами. Людей почти не было видно, лишь пара теней мелькнула у перекрёстка.

Добро пожаловать в Хонорем, малышка, тихо сказал Хоринд и повёл лошадей дальше.

Я шла следом, жадно разглядывая всё вокруг, и впервые за долгое время внутри шевельнулось что-то, отдалённо похожее на любопытство.