Он шёл по улице, презирая её. За то, что вылизанная дождём сволочь отражала небо и вмещала многое другое, чему и названия-то нет.
 От вывески на булочной осталась только "Б".
 - Б... - он хотел выругаться, но запнулся и тоскливо вздохнул.
 В магазине пахло как в детстве. На деревянных поддонах гнездились округлые батоны и угловатые буханки. За прилавком сидела продавщица, положив руки на застиранный фартук, и смотрела в сторону. Проследив взгляд, он обнаружил муху, ползущую по стеклу витрины. Муха была толстенькая, как булка. Сдобная, ржаная... волосатая. В животе некстати заурчало. Тётка уставилась на посетителя, вопросительно подняв брови. Он хмуро кивнул на батон белого, говорить не хотелось. Продавщица усугубила его унылую немоту своей, молча отсчитала сдачу и вправила кассе звякнувшую челюсть. Мерные хлопки заставили людей вздрогнуть - муха аплодировала, тараща на них пустые зенки.
 - Сволочь, - сказала как сплюнула тётка.
 Спрятав хлеб за пазуху, он поднял воротник и заспешил к дому. Деревья норовили харкнуть за пазуху, птицы сволочились в кронах. Во дворе, не обращая внимания на погоду, дети гоняли мяч, невнятно вопя.
 - Сволочь! - взвизгнула какая-то девочка обиженным голосом.
 Пожав руку соседу, он резво взбежал на свой этаж и зазвенел ключами. Дверь неожиданно отворилась. Непричёсанная жена отступила вглубь прихожей, зябко завёртываясь в халат, он вошёл и торопливо захлопнул створку. Тусклая, как февральское солнце, лампочка зажглась, рассекретив потёки на обоях и под глазами супруги.
 Не размыкая губ, он протянул жене купленный хлеб. Во рту разлагался привкус несказанных слов... Тишина вновь повесилась, вывалив засиженный мухами язык.
 - Борщ? - предложила она, обрывая паузу.
 - Борщ?.. - удивлённо переспросил он.
 - Борщ, борщ.
 - Борщ, - он кивнул.
 Разуваясь, он потерял равновесие и сам себе наступил на ногу.
 - С-сволочь!
 Получив пинок, ботинок мстительно пнул шкаф и упал набок.
 - Борщ! - донеслось из глубины квартиры.
 Зайдя в кухню, он потянул носом, с шумом выдохнул и благодарно приобнял жену. Та шутливо отмахнулась, и продолжила крошить зелень.
 Над тарелкой поднимался вкусный пар. Горка сметаны торчала островком в алом море. Всколыхнув ложкой вкусную гладь, он зачерпнул гущу и причмокнул. Начал есть, с шумом прихлёбывая, вприкуску с хлебом, мыча от удовольствия. Супруга улыбалась.
 Управившись со второй порцией, он громко икнул и ошеломлённо запер рот ладошкой. Икнул вторично.
 - Сволочь, - ласково пожурила жена.
 Он подхватил её на руки и закружил по кухне, радостно крича:
 - Сволочь!.. Сволочь, сволочь!..
 Жена обнимала его за шею и хохотала.
 - Сво-олочь, - игриво протянула она, целуя мужа в щёку.
 - Бо-орщ!.. - проревел он, направляясь в спальню.
 - Бо-о-о-орщ!!! - заорали на улице дети, загнав мяч в ворота.