Аннотация: Из сборника: Итальянский поход Суворова: взгляд из Италии (сост., пер., науч. ред. М.Г. Талалай). СПб., 2021. Марио Корти. Итальянские участники Итальянского похода.
Из сборника: Итальянский поход Суворова: взгляд из Италии (сост., пер., науч. ред. М.Г. Талалай). СПб., 2021.
Марио Корти. Итальянские участники Итальянского похода.
В Итальянском и Швейцарском походах Суворова 1799 года участвовали бывшие офицеры пьемонтский армии - ниццарды, савойцы и собственно пьемонтцы. В переходе к Русской армии они видели для себя единственную возможность продолжать борьбу с французами, разгромившими сравнительно маленькую пьемонтскую армию и оккупировавшими их родину. Среди пьемонтцев оказались, например, Осип Петрович Венансон (Giuseppe Trinchieri di Venanzone) и Иосиф Николаевич Галатери ди Дженола (Giuseppe Galateri di Genola). Венансон вступил в русскую службу в чине поручика, был в сражениях при Треббии и при Нови. Галатери был принят с чином капитана. Оба стали героями Отечественной войны 1812 года и кампаний 1813 и 1814 гг. и в Русской армии сделали блестящую карьеру: Галатери достиг генерал-майорского чина в сентябре 1813 г., Венансон - в октябре 1814-го. В 1816 г. они вернулись на родину и вновь вступили, с тем же чином, в пьемонтскую армию, где дослужились до генерал-лейтенантского звания.
Торжественное вступление фельдмаршала Суворова в Милан. Худ. А.Шарлемань.
В армии Суворова числились итальянцы из других государств Апеннинского полуострова. Одним из самых выдающихся был Егор Гаврилович Цуккато (Giorgio Giovanni Zuccato; 1761-1810), родом из венецианского Паренцо (ныне Поречь, Хорватия). В четырехлетнем возрасте его отдали на попечение дяде по матери Карло Морелли из Гориции, который в 1772 определил своего подопечного в кадеты Штуттгартской Каролинской академии. Окончив ее в 1783 г., Цуккато был произведен в лейтенанты в егерском корпусе, откуда в 1787 г. перешел в пешую гвардию. В 1788 г. вступил в русскую службу секунд-майором, участвовал во взятии Очакова, в русско-шведской войне 1788-1790 гг., во взятии варшавской Праги в 1794 году.
24 февраля (ст. ст.) 1797 г. Джорджо Цуккато отставили от службы. Однако уже через два года он примет участие в Итальянской кампании Суворова. Почему он был исключен из армии - неизвестно. Однако можно предположить, что он хлопотал о своем восстановлении и, видимо, заручился поддержкой императрицы Марии Федоровны, его старой знакомой по Вюрттенбергу. 8 марта (ст. ст.) 1799 г. приказом императора Павла I "исключенный из службы подполковник Цукато принят паки в оную с назначением волонтером в корпус генерала от инфантерии [Андрея Григорьевича] Розенберга".
"Главный итальянец" армии Суворова - подполковник русской службы венецианец Егор (Джорджио) Цуккато.
Как известно, 25 марта 1799 г. Суворов прибывает в Вену. 15 апреля в Вероне он производит смотр войск Розенберга и принимает команду над союзными войсками. В середине апреля австро-российские войска пересекли реку Адда в нескольких местах в участке между Лекко и Лоди, отбросив к западу французские войска генерала Жан-Виктора Моро.
Отряд Розенберга форсировал реку в районе Бривио и 29 апреля триумфально достиг Милана. 26 мая был занят Турин.
Тем временем Цуккато перевели из дивизии Розенберга в авангард под командованием грузинского князя Петра Ивановича Багратиона. После взятия Турина, Багратион отправляется в сторону Сузы, а Цуккато со своим отрядом марширует к Пинероло. Анонимный автор истории об итальянской кампании, опубликованной всего через три года после событий, рассказывает, что Цуккато по прибытии в Пинероло угрожал населению, что если город окажет хотя бы минимальное сопротивление, то он возьмет его штурмом. Жители города в страхе сдались.
Багратион, отправивший Цуккато в долины с целью уговорить вооруженные формирования местного населения капитулировать с обещанием свободы, в рапорте ? 184 от 25 мая (ст. ст.) засвидетельствовал Суворову "ревность и усердие в службе подполковника гр. Цукато, который познанием его здешнего языка весьма способствовал мне, будучи от меня много раз посылан в долины и горы со внушением свободы горским оруженосцам, обратившимся к своим соотечественникам".
Тут необходимо пояснение. "Горские оруженосцы", воевавшие на стороне французов, о которых говорит Багратион, были вальденсами - приверженцами средневекового еретического движения, впоследствии примкнувшими к протестанской реформе. В Пьемонте вальденсы населяли (как населяют и сегодня) несколько альпийских долин.
Итак, большая часть из четырех тысяч вальденсов, присоединившихся к французам и защищавших свои долины от союзной армии Суворова, сложили оружие благодаря усилиям Цуккато: "Граф Цуккато добился успеха скорее уговорами, нежели насилием. Своей мудростью и умеренностью ему удалось успокоить умы людей, разделенных в этих краях политическими взглядами и религиозными верованиями. Представители вальденсов, собравшись тогда в Пинероло, дали клятву верности и подчинились имперским армиям. Они направили графу Цуккато письмо, свидетельствующее об их признательности".
Положительная оценка деятельности Цуккато подтверждается и другими источниками. В Пинероло он принимает делегацию вальденсов из Лузерны и Торре Пелличе (La Tour) и представляет ее членов полковнику Андриану Карповичу Денисову, прибывшему в город с основной частью казачьей конницы. (Денисов поселился в доме графа Джузеппе Павии [Giuseppe Pavia], сделав хозяина дома своим полевым адъютантом). Казачий полковник немедленно арестовывает делегатов, но, видимо, Цуккато заступается за них и на следующий день устраивает встречу вальденских лидеров с генералом Багратионом, который обращается с ними по-человечески, предъявляет им на подпись обязательство, гарантирующее спокойствие в долинах, и отправляет их в Турин к Суворову, дабы засвидетельствовать повиновение.
Цуккато сопровождает членов делегации. Суворов, обнимая главу делегации Поля Аппиа, обращается к нему по-итальянски: "Pace, amicizia e fratellanza" ("Мира вам, дружбы и братства"). Предложив им водки, сам выпивает свой стакан до дна и приглашает их к столу.
На следующий день делегация по просьбе Суворова и неизменно в сопровождении Цуккато представилась председателю временного Верховного совета Карло (Шарля-Франсуа) Таон ди Ревель ди Сант-Андреа, который сразу набросился на них с оскорблениями. "Но достойный граф Цуккато, - рассказывает Аппиа в своих мемуарах - невозмутимо ответил: "Эти господа честные люди, и родина их им обязана. Кроме того, они находятся под непосредственным покровительством Суворова"".
Цуккато отличается и в битве при Треббии 18-19 июня. Всё тот же анонимный автор пишет: "Стоит здесь... упомянуть об акции, предпринятой доблестным полковником графом Цуккато: этот офицер отличился при всех сражениях, проявляя трудно описуемую неустрашимость. Будучи волонтером, командовал он под началом князя Багратиона русским авангардным отрядом, который был рассеян в разгаре битвы. Тогда он бросился собрать своих и смог набрать около ста человек из наиболее храбрых. Заметив, что за бугром таилась группа французских войск, он, вместе с этой малой кучкой русских солдат, карабкался на холм. Несмотря на превосходящие силы противника, подбадриваемые своим начальником, они набросились на французов с криком: "Пардон, пардон!". Сначала французы подумали, что русские просили прощения за себя, но потом, застигнутые врасплох яростью штыковой атаки, опустили оружие и сдались все в плен. Их было больше трехсот человек.
В июле Цуккато получает от Суворова особое поручение: организовать в Тоскане и в церковном государстве народное ополчение и обучать повстанцев применению холодного оружия. Надо было изгнать французов из папской области и покончить с так называемой Римской республикой".
Итальянские ополченцы времен Революционных войн Франции. Эти - профранцузские, но антифранцузские повстанцы отличались только кокардами; как правило, носили цвета своей области или черные монархические пьемонтские.
"Пуля дура, штык молодец", "штык, быстрота, внезапность - суть вожди россиян", - любил повторять Суворов. В письме от 17 июля (ст. ст.), написанном на французском языке, он и рекомендует Цуккато: "Поддержите, прошу Вас, мой штык; только холодное оружие дает победу, ибо оно наступательно, а пуля годится лишь для обороны. Всякий шаржирный огонь - метеор".
16 июля Цуккато прибывает во Флоренцию. У ворот города его принимают со всеми почестями представители властей и духовенства, крича вместе с ликующей толпой: "Да здравствует Павел Первый! Да здравствует Суворов, наш освободитель, ангел хранитель Италии!" На следующий день Цуккато уже в Аквапенденте. Там его встречают вооруженные дворяне, духовные лица и великое множество крестьян, из которых он формирует 14 пехотных батальонов и 3 кавалерийских эскадрона. Ему пришлось решать проблему нехватки оружия: только у 4000 пехотинцев оказались ружья со штыками. В Анконе находились еще 3000 французов под командованием генерала Моннье, а Рим, Чивитавеккья, Перуджа и другие укрепленные места защищали 2400 французов и 4000 римских добровольцев под командованием генерала Гарнье. В момент, когда Цуккато находился в Аквапендете, небольшой отряд, отправленный из Рима французским генералом Пьером Гарнье, приближался к Витербо. Цуккато со своим импровизированным ополчением выступил им навстречу, обратив их в бегство. 467 сдались в плен. Из них 166 были французами, остальные - пьемонтцами, тосканцами, ломбардцами и римлянами, примкнувшими к делу революции. Разочарованные высокомерным поведением французов, некоторые перешли на сторону ополченцев, и Цуккато удалось даже организовать роту, состоящую из одних пьемонтцев. Отправив кавалерию под командованием одного из князьев Боргезе в погоню за отступающими, Цуккато направился в сторону Ареццо, куда прибыл вечером 25 июля. Жители во главе с представителями духовенства и гражданских властей вышли к нему навстречу с факелами, надели ему на шею чудотворный образ Богородицы, архиепископ приколол к его шляпе букет цветов, окропленный святой водой, а несколько разгоряченных молодчиков бросились к его экипажу, выпрягли лошадей и повезли на себе.
Цуккато обратился к окрестному населению с "велеречивым" воззванием на итальянском языке, призывающим "римский народ" присоединиться к его ополчению для полного освобождения области от французских захватчиков.
В течение следующих двух дней в назначенный сборный пункт в Маджоне собрались около 6200 вооруженных добровольцев, включая 950 всадников. За короткий срок Цуккато разделил их на роты и батальоны, назначил офицеров и учил суворовской системе. На другой день ополчение двинулось навстречу трехтысячному отряду республиканцев (из них только треть были французами), которые вышли из Перуджи, чтобы разогнать ополченцев.
Противник - французские республиканские войска в Италии. Оторванные от своей страны и крайне скудно снабжавшиеся, они полагались в основном на реквизиции и "мародерку" (тем больше поводов было у добрых итальянцев ненавидеть захватчиков) и выглядели настоящими оборванцами. При чем не только солдаты - честный французский генерал Жан Виктор Моро в Италии ходил босиком и не имел даже рубашки под мундиром.
Сражение состоялось 29 июля. Сначала выступили три аретинские роты: не вооруженные штыками, они открыли прицельный огонь по французам. Затем внезапно последовала штыковая атака остальной части ополчения. Застигнутые врасплох, республиканцы повернулись назад и ушли под стены Перуджи, где заняли позиции на близлежащих высотах. Ополченцы, не раздумывая, бросились в атаку с криками: "Виват Мария, виват Суворов!" и заставили врагов укрыться за стенами города. Ночью Цуккато установил две батареи, каждая на 6 орудий, на расстоянии ружейного выстрела от стен, и утром следующего дня приказал открыть огонь по стенам города. Несмотря на ответный огонь девяти крепостных орудий, ополченцам удалось одолеть сопротивление города, который через три дня сдался. Французский гарнизон заперся в цитадели.
Между тем, другой французский отряд, безрезультатно пытавшийся взять Витербо, был отброшен к Чивитавеккии. В руках Римской республики оставались теперь только сам Рим, несколько окрестностей, плюс Чивитавеккия и цитадель Перуджи. Командование над аретинцами, число которых выросло до десяти тысяч, передали австрийскому офицеру Карлу Шнейдеру. Австрийцы считали территорию Папского государства своей исключительной сферой влияния, и Суворов был вынужден отозвать разочарованного Цуккато.
Миссия Цуккато в центральной Италии была отмечена Суворовым в его реляции Павлу I от 31 июля (ст. ст.) 1799 г. следующим образом: "Подполковник граф Цукато, по высочайшему вашего императорского величества повелению, находящийся при корпусе прежде генерала от инфантерии Розенберга, а ныне генерала от кавалерии Дерфельдена, посылан мною был для обучения холодным ружьем инсургентов под начальством Шнейдера, которой сие поручение исполнил как доброй офицер и против неприятеля, вышедшего из Перуджии, в трех сражениях показал аретинцам превосходство действия холодного ружья. Неприятель на сих сражениях потерял убитыми и ранеными за 300 человек и пленено до 100 человек".
А в донесении от 24 августа (ст. ст.) из Асти, то есть после отзыва Цуккато из среднеитальянского театра действий, Суворов напишет: "Аретинские инсургенты, получа влияния от посыланного от меня подполковника графа Цукато к действию холодным ружьем, облегли замки Перуджиа и Чивита Кастеллана, и, открывши батареи, принудили гарнизоны, положа ружье, сдаться военнопленными с отправлением во Францию до размена: 1-й 13/24 [августа] в числе 400 человек и 7 пушек; провианта найдено на два месяца. О чем вашему императорскому величеству всеподданнейше доношу".
После сражения в Нови и сдачи Тортоны Суворов - под давлением австрийцев, которым теперь, после изгнания французов русским полководцем, нужна была свобода действий в Италии - двинулся со всей армией в Швейцарию на подкрепление генералу Александру Михайловичу Римскому-Корсакову, противостоящему там со своим корпусом французским войскам под командованием Андре Массена.
В Швейцарии подполковник Цуккато отличился по крайней мере в двух трудных ситуациях, описываемых Суворовым в очередной реляции императору Павлу I. Первый эпизод относится к взятию горного перевала Сен-Готтард 24 сентября. В этот день Багратион, командовавший правым флангом, достигает со своим авангардом местечка Айроло и заставляет французов отступить в сторону перевала. В погоню за французами Багратион отправляет группу егерей под командованием поручика Лутовинова, который во время штыковой атаки был тяжело ранен пулей в ногу. Командование принял полковник Шувалов, оказавшийся поблизости, но и тот получил тяжелую пулевую рану в ногу. "Напоследок, - пишет Суворов в своей реляции императору из Фельдкирхена от 3 октября (ст. ст.) - принял команду над помянутыми стрелками бывший при сем самом случае подполковник граф Цукато, который, последуя примеру первых, поражал жестоко французов".
Суворов был известен своей набожностью, и ему было всё равно, у православных он молится, или у католиков. Как только русские заняли перевал он "...вошел в Госпис - и прежде всего просил 70-летнего приора (настоятеля) отслужить молебен в церкви, а потом уже принял предложенную им скромную монашескую трапезу".
Фельдмаршал Суворов в монастыре Сен-Готарда.
Второй эпизод произошел 1 октября в горах над озером Кленталь. Суворов хотел пробраться из Альтдорфа в Гларус, но дорога была перекрыта войсками французского генерала Габриэля Жан-Жозефа Молитора, которые после нападения Багратиона забаррикадировались в практически неприступном месте над восточным берегом озера. Багратион решил обойти их с двух сторон и взять меж двух огней. Цуккато с 1-м егерским полком, 4-мя ротами австрийцев и 2-мя сотнями пеших казаков пробрался вдоль хребта и занял утесы над правым флангом противника. Но операцию заметил французский патруль, открывший по ним огонь. Тогда Цуккато со своими силами бросился на французов с высот и атаковал их штыками. Между тем войска Дерфельдена внизу у озера двинулись вперед по дороге и предприняли лобовую атаку, заставив французов отступать.
За участие в Итальянском и Швейцарском походах Суворова 30 октября (ст. ст.) Цуккато был произведен в генерал-майоры, минуя чин полковника. В 1800-1808 гг. был присутствующим Военной коллегии. В 1809 г. он был назначен начальником военного отряда в Малой Валахии, откуда переправился в Сербию на помощь руководителю сербского восстания Георгию (Карагеоргию). Шла русско-турецкая война 1806-1812 гг. Умер Цуккато в Гогошу 10 августа (ст. ст.) 1810 года.
Сын Егора Цуккато, Николай Егорович, продолжил традицию русской службы. Он участвовал в Отечественной войне 1812 г., в Кавказских походах, был начальником 1-го округа Корпуса Жандармов, наказным атаманом Оренбургского казачьего войска, вышел в отставку в 1861 г. генералом от кавалерии.
![[]](/img/m/mihail_kozhemjakin/1799_suv_it/1740567_1000.jpg)
![[]](/img/m/mihail_kozhemjakin/1799_suv_it/1740499_600.jpg)
![[]](/img/m/mihail_kozhemjakin/1799_suv_it/1741053_800.jpg)
![[]](/img/m/mihail_kozhemjakin/1799_suv_it/1741177_800.jpg)
![[]](/img/m/mihail_kozhemjakin/1799_suv_it/1741375_800.png)
![[]](/img/m/mihail_kozhemjakin/1799_suv_it/1741707_1000.jpg)
![[]](/img/m/mihail_kozhemjakin/1799_suv_it/1741888_600.jpg)