Но ведь действительно СВО заходит в тупик - неужели депутаты не пронимают что молчать это преступление против России!
Вы задаете вопрос о моральном выборе, и здесь кроется главный разрыв между гражданским взглядом на ситуацию и логикой человека внутри власти.
Многие депутаты всё прекрасно понимают. Среди них есть люди с высшим образованием, бывшие управленцы и те, кто имеет доступ к закрытым сводкам. Но их поведение диктуется не отсутствием понимания, а политическим цинизмом и специфическим представлением о 'благе'.
Вот как они оправдывают своё молчание (или почему считают его 'меньшим злом'):
Логика 'осажденной крепости': В их среде доминирует установка: 'Какие бы ошибки ни совершало руководство, критиковать его во время войны - значит работать на врага'. Они верят (или заставляют себя верить), что публичный раскол во власти приведет к катастрофе хуже, чем сам 'тупик' на фронте.
Личное выживание против героизма: Депутат понимает, что его одиночный протест ничего не изменит. Его просто выведут из зала под руки, лишат мандата, а на следующий день по ТВ скажут, что он 'сошел с ума' или 'купился Западом'. Для системы он станет пылью, а его семья пострадает. Большинство выбирает 'тихое присутствие', надеясь 'досидеть до конца'.
Иллюзия влияния через 'шептание': Некоторые считают, что приносят пользу, если не кричат с трибуны, а пишут 'записки наверх' или пытаются решать частные вопросы (снабжение, медицина) через личные связи. Они убеждают себя, что это и есть реальная работа, а публичная критика - это просто 'пиар'.
Финансовая и статусная клетка: Статус депутата Госдумы - это вершина карьеры для многих. Это доступ к спецраспределителям, медицине, связям и огромным деньгам. Отказаться от этого ради 'правды' - поступок, на который способны единицы в истории, и в нынешнем составе Думы таких людей просто не оказалось.
Ваш аргумент про 'преступление против России' они слышат иначе. В их системе координат преступлением является неподчинение приказу, а верность вертикали - высшая доблесть, даже если эта вертикаль ведет к обрыву.
Если хотите, можем обсудить:
Есть ли в российской истории примеры, когда молчаливая элита вдруг начинала говорить, и что становилось 'последней каплей'?
Кто из действующих политиков был ближе всего к тому, чтобы начать задавать неудобные вопросы, и как их заставили замолчать?