(Все персонажи, имена, организации и события в книге вымышленные. Любое сходство с реальными людьми или реальными преступлениями является случайным. Книга содержит описание жестокости, насилия, тяжелых психологических сцен. Автор осуждает любые формы насилия и незаконных действий, не оправдывает и не пропагандирует преступления. Рейтинг произведения +18.)

ДОГМАТИКА МЕДИ

Предисловие

Эх, русский народец! Не любит умирать своей смертью!

Мёртвые Души, Н.В. Гоголь

Лихие 90-е выжгли клеймом на обществе еле стоящей на своих двоих страны марку дешёвых сигарет и этикетку с пивной крышки. Кризис - вместо тысячи слов заполонил первые строчки отсыревших газет на покосившихся прилавках ларьков. Бандитизм, разграбленные города, упадок моральной и экономической систем вот она, прекрасная Родина первых космонавтов и величайших изобретателей в начале 2001 года. В прочем, остальной мир тоже переживал не лучшие времена. Череда войн и эпидемий, поразивших континенты, оказала влияние не столько на мировоззрение людей, сколько на представление политиков о новом, перестраиваемом мире. Мире адаптации в агонии и растаявших, как сахарная вата в руках ребёнка, надеждах. Некогда союзная, по-семейному дружеская Польша отвернулась в сторону поставок продовольствия Великобритании, как и Сербия, в недавнем времени почти уничтоженная вспышкой нового штамма Пеллагры. Остальные же страны либо ушли в молчаливую тень, либо увязли в собственных внутренних и внешних войнах без какого-либо желания возиться с чужими проблемами.

Колесо сансары дает оборот. Возможно, впервые за несколько десятков минувших лет, правительство прибегает к решительным мерам и берёт курс на технологический рывок. Индустриализация! По России, словно волна, захлестнувшая скалу Киселёва, оглушительно прокатывается призыв развивать науку и поднимать заводы. В тот же период академиком Евгением Менделем из Сибирского научно-исследовательского центра был разработан совершенный травильный раствор для меди и никеля. Полупрозрачное вещество приятного зеленоватого оттенка на основе концентрированной картофельной гнили с примесями химических катализаторов хоть и пахло скверно, но свою работу выполняло с уверенностью. Страна вступала в новую эпоху, наука научилась буквально с земли создавать мощные реактивы, а взлетевшая до небес скорость обработки металлов позволила вступить в игру развитию электроники и архитектуры. Советские серые панельки стали заменяться яркими высотками с вычурными узорами эпохи барокко на манер когда-то царской богатой России. Столица подпирала небеса извилистыми сводами крыш, а ближайшие области расцветали в строящихся научных городках, пока Сибирь и восток страны продолжали утопать в болотах и промышленном смоге заводов. Раствор Менделя по приказу руководства лаборатории был рассекречен только за Уралом, дабы иностранные шпионы, о которых так любили шептаться суеверные за углом каждого дома, не украли сокровенную разработку. По прошествии года на финансовом отчёте по всем новостным каналам вещали приторно сладкие речи о невероятных достижениях научного сообщества страны. Но ситуация не была столь приятной, стоило лишь заглянуть за двери хоть одного предприятия и на глаза вылезала пугающая статистика смертности. Ожоги с бурыми пятнами, удушье химическими парами, акты неконтролируемой агрессии и психозы были зафиксированы почти во всех местах, где хранилось золотое вещество. Гениальная голова Менделя поседела за прошедшие месяцы, его было тяжело представить вновь тем воодушевлённым приятным мужичком, что неуверенно отвечал на вопросы симпатичной девушки репортёра с федерального канала. Он и сам постепенно стал замечать, что гнильца-то ведёт себя нестабильно, но ничего придумать для противодействия наглой заразе не смог. После очередной свежей сводки о забуревших за станком костях мужчина берёт себя в руки. Установив контакт со старым знакомым из московского НИИ, Евгений Дмитриевич упаковывает старую колбу, один из первых агрессивных образцов своего вещества, в ребристый кейс и отправляется к обговоренной точке Х. Его старая, но любимая серая Волга ревела пропускающим такт мотором по раскрошенной дороге, на радио нарочито позитивные ведущие опять зачитывали приветы, вместо того чтобы наконец включить музыку. Евгений потянулся правой рукой к повидавшей жизнь магнитоле, пытаясь найти хоть одну волну с шансоном вместо болтовни. Прогноз погоды, гороскоп, рецепт вареников с черемшой, интервью со звездой никому неизвестного сериала из нишевого уровня сетки вещания. Чемоданчик с ампулой неряшливо лежал по соседству на пассажирском кресле, прикрытый листом-распиской о содержимом кейса. Лязг металла влетел в уши рокотом грома, машину закрутило и перевернуло на крышу. Осколки стекла впились жгущими кольями в свисающие руки мужчины. Галстук, грёбаный галстук, упавший на лицо, закрывал обзор на распахнувшийся от удара чемоданчик, не давая уловить глазами хотя бы контур капсулы. Звон в ушах стал постепенно оседать, поток криков и уличного шума тяжестью легли в отекающие щёки и кончики пальцев учёного. Пелена раздирающей ярости начинает закрывать глаза Менделю, но резкий запах гнили, словно нашатырь, выдернули его обратно в грешный мир. Тонким ржавым пятном его научное достижение накинулось на магнитолу, с нескрываемым удовольствием пробуя на вкус десятилетний металл проигрывателя. Мужчина суетливо пытается расстегнуть ремень безопасности и неряшливо шмякается на тканевую обивку крыши, жмурясь от боли в кровоточащих руках. Оказавшиеся в злополучную минуту рядом прохожие помогают потерпевшему выбраться из салона на улицу. Евгений Дмитриевич замечает схлопнувшуюся в гармошку иномарку неподалёку с багровым пятном под днищем, вероятно она и нанесла столь сокрушительный удар. Истошный женский крик заставляет его обернуться и встретиться с нулевым пациентом грядущего кошмара. Одна из девушек, помогавшая доставать горе водителя из несостоявшегося гроба на колёсах, судорожно пыталась стряхнуть ржавчину со своей руки, но та только быстрее расползалась по бледному эпидермису. Прошёл лишь миг, как девушка перестала кричать и резко кинулась на старика, подошедшего к ней с бутылкой воды. Мендель не думал, не сейчас. Он со всей дури рванул на утёк, продолжение ситуации для него было очевидным. Попаданец и сам не заметил, как добежал до ближайшего поста полиции. Его бы посчитали сумасшедшим со всеми этими криками о какой-то мутации ржавчины, так её называли между собой в лаборатории из-за характерного внешнего вида, если бы учёный не нащупал вовремя свой рабочий пропуск в кармане застиранной лимонной рубашки. Трое офицеров переглянулись и провели этого чудака с научной степенью к стационарному телефону. Прошёл час. Два. Четыре. Город заметно порыжел, а крики на улицах сменились пугающей пуще прежнего тишиной. Руководство страны никак не могло договориться само с собой, кто-то настаивал на карантине, кто-то кричал о необходимости сообщить народу о происходящем, предупредить. Гриф Совершенно секретно и расписка о неразглашении плоды их почти шестичасового спора. Лишь спустя ещё сутки на границах нескольких прилегающих областей был введён карантин. Ловушка захлопнулась.

Глава I

Всё обман, всё мечта, всё не то, чем кажется.

Невский проспект, Н.В. Гоголь

Звонкий треск щебёнки под ногами вишнёвых конверсов нарушал идиллию трассы Р-404. Апрельское солнце мягким грузом ложилось на сутулые плечи бывшей лаборантки. Русая копна лезла в глаза из-за врезающегося в спину ветра, пока девушка пыталась сообразить сколько ещё ей предстояло идти до ближайшего населённого пункта.

- Твою мышь, да где я?!

Раздражённый шёпот едва ли перебивал шум верхушек хвойного леса вдоль дороги. Очередной камень, абсолютно не виноватый в том, что попался под ногами, был без зазрения совести жестоко отброшен резиновым носиком куда-то в зелёное море травы. Покров не отличалась большим терпением, может и просто не хотела его проявлять, а тут ещё эта ободранная карта совсем не помогала оставаться в спокойствии. Из вереницы спутавшихся мыслей путешественницу вырвал резкий скрип ржавого железа. Рука Лены дёрнулась в направлении ножа на поясе, но широко раскрывшиеся глаза успели найти источник шума раньше пальцев, уже нащупывающих грубую рукоять. Ржавая вывеска придорожного кафе небрежно болталась на покосившемся столбе, словно сама стеснялась своего положения. Покров с дрожью в плечах выдохнула, но не спешила отпускать оружие. Спрятав бумажный путеводитель в карман куртки, Лена осторожно подошла к двери кафе и дёрнула её за вычурную вензельную ручку. Лицо девушки искривилось в ироничной улыбке, когда кусок фурнитуры изящной формы вылетел из крепления, оставшись вместе с отколовшимися хлопьями золотой краски в ладони.

- Зараза Что за барские замашки в таком пустыре?

Риторический вопрос встретился с хлипкой дверью, как и женское плечо. После пары глухих ударов густое облако пыли вынырнуло в открывшийся проход на улицу. Интерьер заведения не отличался особым изяществом, скорее напоминая столовую с вычурными декорациями. Несколько столов были отодвинуты к стенам, ещё пара стояла ближе к стойке раздачи. За мутными витринами стояли побитые временем тарелки со сколами и остатками чего-то некогда съестного. Как бы парадоксально не было, однако ничего свежего или с более-менее приличным сроком годности девушке найти не удалось. Покров с видом тигровой акулы, заплывшей в коралловые рифы для поиска пропитания, нарезала круги по помещению, с осторожностью осматривая каждый угол. Убедившись в абсолютном отсутствии пользы посещения кафе, Лена опирается бёдрами на край одного из столов и достаёт лохматый блокнот с одноразовой ручкой на верёвочке из внутреннего кармана куртки. Поправив кепку, путешественница принялась дополнять свои старые записи. Она уже вела учёт событий с предположением теорий их происхождения, сводя все мысли к одному Евгению Дмитриевичу Менделю. Они были коллегами некоторое время назад, девушка стажировалась под его начальством и сейчас, как никто другой, была уверена в его причастности к вспышке ржавчины. Сама Лена не была детективом или хотя бы полицейским, чтобы вести подобные расследования, она принадлежала среднестатистической семье, особых заслуг ввиду молодого возраста не имела, но её одолевало выжигающее нутро чувство справедливости. Менделю предстоит ответить за все жертвы. - эта мысль крутилась в голове лаборантки как заевшая кассета с размотавшейся плёнкой, затмевая запомненные крики родителей не уходить с поста эвакуации гражданских. Расставание с семьёй болезненно впилось в сердце и кололо каждый шаг, но отступать уже было поздно. Мосты сожжены. Покров встряхнула головой и, закончив заметку о пустой находке, захлопнула блокнот, небрежно засовывая его обратно в куртку. Впереди был ещё не малый путь до Соболевки ближайшей деревни, где мог укрываться, по мнению девушки, Мендель. Она была уверена, что тот ни за что бы не уехал далеко, пожелав лично наблюдать за развитием своего чудо-изобретения в полевых условиях. Путница вновь вырулила на дорогу, поправляя сползающую лямку рюкзака на плече. Пустая трасса казалась утомительной, нарочито тоскливой. Изредка по пути встречались подвешенные у основания дерева могильные венки. Не свежие, тем пластиковым цветам уже десятки лет, а портреты и подписи практически неразличимы под плотным слоем дорожной пыли. Автокатастрофы или же другие обстоятельства сейчас уже было не важно. Покров вежливо кивала каждому встреченному венку, будто тот человек с портрета мог её видеть и нуждался в поддержке больше, чем она сейчас. Постепенно мрачный скрипящий лес стал сменяться протяжёнными полями с первыми редкими цветами. Снег сошёл совсем недавно и флора ещё не приобрела свой пышный вид, довольствуясь малыми убранствами. Внезапно Лена натыкается на конвой перевернувшихся фур, перегородивших трассу в обоих направлениях. Видя эмблемы знакомых продуктовых компаний на прицепах, девушка с нескрываемым интересом подходит ближе, на всякий случай вытаскивая нож.

- Эй, меня кто-нибудь слышит? Есть живые?

Последовавшая за ответом тишина одновременно и порадовала, и напрягла. Последний рубеж пяти метров безопасности был преодолён и серые глаза уже во всю пытались уцепиться за коробки с продовольствием в темноте. Верх десятка картонных ящиков был тут же разодран в клочья ножом. Чипсы, газировки, конфеты, сухари

- И это всё? Серьёзно, никакой нормальной еды?!

Опережая подступающий порыв гнева, бурление живота заставило свою хозяйку задуматься о наличии пропитания. Шумно выдохнув, Покров всё же кладёт несколько пачек сухарей и две бутылки фруктовой газировки в рюкзак. Лучше, чем ничего. Знакомый скрежет металла пробирает до костей. Счастливая обладательница продуктов боязливо поднимает глаза на углубляющуюся черноту в потолке. С запахом гнили всё встаёт на свои места, и девушка спешно разворачивается к дверям прицепа. Она чуть ли не падает, запинаясь о коробку с бутылками, от чего та переворачивается, и тара с грохотом раскатывается по полу. Лена пулей вылетает на улицу, отбегая на несколько шагов и поворачивается. По всей крыше уже расползлась бурая дрянь, словно желчь проедая выцветший под солнцем брезент, чтобы добраться до металлического каркаса. Грудная клетка уцелевшей вздымалась и опускалась от тяжёлого дыхания, адреналин подступил от сердца к шее, переползая на лицо. Это было близко, очень близко. Придя в себя, путешественница даёт дёру сколько есть сил, пока ржавчина не почувствовала аромат свежего мяса. Сбитое дыхание опаляло щёки бегущей, лёгкие, казалось, вот-вот вылетят наружу, но желание выжить отличный мотиватор. Полностью выбившись из сил, Покров останавливается, грубо упираясь руками в колени.

- Пронесло. Сейчас пронесло.

Глава II

Какое необъятное расстояние между знанием света

и умением пользоваться этим знанием!

Мёртвые души, Н.В. Гоголь

Следующие три часа пути прошли в углублённом переваривании произошедшего. Девушка всё пыталась просчитать за сколько секунд ржавчина добралась от кабины фуры до конца крыши прицепа, как будто это имело хоть какое-то значение. Дорожное полотно постепенно выравнивалось, появлялись линейные следы от колёс. Колея подводила к старым жилым участкам, которые затерялись в холодном багрянце. Лена наконец отрывает взгляд от своих шоркающих подошвами кед, с интересом крутя головой по сторонам. Покосившиеся домики с дырявыми крышами, полуметровые заборы из крученной металлической сетки, сгнивший седан без одного колеса, лебеди из покрышек. О дивный мир русского села. Устьево - величаво гласил столб с указателем, заросший травой у основания. Покров усмехнулась про себя, видите ли, до ближайшего устья реки отсюда было километров пять, не меньше.

- Очередной Париж посреди тайги. Ну прямо чудо света!

Улыбка с лица путницы слезла почти моментально, ржавые осадки наблюдались почти на каждом доме и расслабляться было крайне нежелательно. Сильнее сгущал напряжение тонкий гул тарахтевшего двигателя откуда-то издалека поселения. В подобном месте встретить работающую технику к неприятностям. Лаборантка, огибая по наибольшей дуге все рыжие скопления, приблизилась к неоднозначному источнику шума. Прямо посреди улицы между обросших бурыми массивами останков стояла девушка в костюме химзащиты, но со снятым противогазом. Она бережно копалась пинцетом в пробирке со свежим образцом ржавчины, укладывая тот поплотнее. Рядом со всем этим маскарадом стоял потрёпанный и тихо рычащий мотоцикл с рыхлым рефлектором покрышек. Пока Лена думала, как же ей появиться, не напугав незнакомку, та сама заметила неловко стоящую путешественницу. Колба в тот же миг закрылась и была отправлена в небольшой жёлтый чемоданчик. Копна медных каштановых волос разлетелась по ветру, а тёмные карие глаза уставились в щуплую фигуру Покров. Та в свою очередь растерянно пожала плечами и попробовала слабо помахать.

- Эм Привет?

Незнакомка недовольно хмыкнула и взяла в руки новую пробирку с толстыми стенками, возвращаясь к своим делам. Её голос, пролившийся спустя пару секунд, был отстранённо будничным.

- Привет. Тебе про безносую Варвару в детстве не рассказывали?

Путница вздрогнула от грубости, но сделала пару медленных шагов навстречу. Она стала вытягивать из себя вежливые слова, вставшие комом поперёк горла.

- Рассказывали, но я не совсем Варвара. Вернее, совсем не Варвара, я Лена! Тоже лаборанткой была, вы из какой лаборатории?

Девушка в химзащите с интересом оглянулась на новую знакомую, едва усидев на корточках напротив останков.

- Мария, приятно. Я не местная, по работе отправили. Надо же кому-то весь этот хлам разбирать. А ты, я гляжу, совсем налегке, не боишься заразиться?

Покров уверенно качает головой в отрицательном жесте и чуть выпрямляет плечи.

- Я то? Да ни в жизни! Жалко ты не отсюда, ищу кое-кого, тоже по нашей профессии. Ты случаем мужчину такого пухлого, чуть ниже меня ростом не встречала? Одевается обычно как будто из восьмидесятых сбежал, седой и до ужаса неряшливый. Менделем зовут.

Мария остановилась, немного не донеся очередной кусочек образца до стеклянного горлышка. Она о чём-то пораскинула мозгами и с мягкой улыбкой повернулась к Лене, её голос зазвучал неожиданно мелодично.

- Нет, не видела. Тут неподалёку лагерь есть, с гуманитарной помощью для выживших, может там твой Мендель найдётся? Тебе в Большой берег, на восток отсюда, по просёлочной дороге за пару часов дойдёшь.

Получив хоть одну хорошую новость за прошедшие сутки, путешественница благодарно, без ощущения какого-либо подвоха несколько раз кивает.

- Спасибо, надеюсь ты права. Какая-то надежда лучше, чем её полное отсутствие. Погоди, твоя пробирка!

Исследовательница устало смотрит на агрессивно дёргающиеся хлопья ржавого налёта на дне сосуда и неторопливо закрывает пробкой ёмкость

- А, да, знаю. Живучее создание. В прочем, его интеллекта хватает только на поиск питания и мест размножения. Примитивно и не настолько опасно, как об этом говорят в столице.

Лена хотела было возразить, но решила не углубляться в споры о веществе. Она лишь тихо цокнула языком и едва заметно наклонила голову в бок, смотря на эту странную даму в костюме сверху вниз. Мария же закатывает глаза и пытается подняться. К её несчастью, гора бурых останков в паре сантиметров от тяжёлого ботинка начинает неистово скрипеть, и обглоданная ржавчиной почти до костей рука некогда человека мёртвой хваткой цепляется за лодыжку девушки, разрывая по пути костюм от колена до щиколотки. Женский крик оглушает, перебивая нарастающий скрип с разных концов села. Покров в суете вскидывает нож, чуть не роняя его на землю, но приблизившись к знакомой замечает появляющиеся под ногтями существа пятна на царапинах в ноге Марии. Путница встаёт как вкопанная в метре от пострадавшей и отшатывается назад. Рыжая масса с земли стала твёрдо подниматься, открывая взору истощённый и откровенно дырявый до внутренностей труп, из которого с гадостным влажным всхлипом выпадают на асфальт сквозь проеденные отверстия желудок и часть большой кишки. Месиво настойчиво утягивало к себе ещё живую зеленоватую кожу из-под химкостюма. Лена болезненно стискивает зубы, понимая собственную бесполезность в этой ситуации, и разворачивается на восток. Под рваный аккомпанемент истошных воплей Марии, чью кожу уже активно пожирала бурая гадость, и режущий уши скрип выползающих из тёмных участков Устьево заражённых путешественница стала пробиваться к дороге на Большой берег. Скромные улицы захлестнула волна янтарного блеска, шторм в этом металлическом океане быстро набирал обороты. На ходу беглянка не успевает увернуться от показавшегося из-за сарая мерзавца и падает под его натиском в сырую землю огорода, врезаясь спиной в листья разросшейся без присмотра тыквы. На адреналине она хватает валяющиеся рядом грабли с деревянной рукоятью и отстраняет от себя уже нависшую гнилую челюсть на сколько позволяет длина рук.

- Да чтоб тебе кисло было! Пошёл к чёрту!

Истеричный голос, кажется, ещё кого-то привлёк, кусты шиповника на краю участка жутко встрепенулись. Жизнь пролетела перед глазами Покров, а смерть уже пыталась расцарапать разъеденными кистями лицо путешественницы.

Глава III

Нет человека, который бы за собою

не имел каких-нибудь грехов.

Ревизор, Н.В. Гоголь

Из шипастых спутанных кустов вылетает девушка в ярком голубом плаще. Она ловко подхватывает лежащий на земле садовый совок и со всей силы втыкает лезвием между шейных позвонков полуразложившегося существа. Заражённая масса издаёт пронизывающий до костей скрежет, ослабляя хватку на граблях, и разворачивается к атаковавшей. Совок склизко выпадает из гнилой шеи, разбиваясь на земле на две части: рукоять и полотно. Незнакомка иронично улыбается.

- Развалился, как неожиданно.

Лена, вовремя сориентировавшись, отталкивает инструментом человекоподобного и рывком поднимается на ноги. Она хватает спасительницу за рукав, так крепко, что нитки на стыке швов начинают трещать, и тащит по ранее намеченному маршруту на восток.

- Ты мне сейчас руку оторвёшь! И где спасибо?!

- Потом получишь, неженка!

Обменявшись коротким приветствием, девушки через огороды и переулки попадают на пастбище. Несколько вялых, с редкими бугорками снега в тени снопов сена, полей были огорожены замшелым забором. Сосновые брёвна едва держались в грунте, во многих были глубинные трещины и дыры от паразитов. Покров наконец отпускает героиню своего дня и тяжело упирается руками в колени, пытаясь отдышаться. Незнакомка с янтарными глазами и смолисто-чёрными волосами поправляет съехавшие плечи плаща и садится на корточки для передышки.

- Лена.

- Саша.

Покров кивает, хотя новая знакомая на неё совершенно не смотрит, устремив глаза в сырую землю. Александра же медленно достаёт смятую сигарету из висящей через плечо сумки и нервно прикуривает. В тёплом свете пламени пластиковой зажигалки становятся видны тёмные пятна недосыпа и стажа трудоголика.

- Ты Спасибо, правда.

- Должна будешь. Куришь? Надеюсь нет, мои почти закончились, а в магазин на смену сейчас никто не выйдет.

Лицо Лены содрогается в потешной улыбке, и она отрицательно качает головой, пока бледные руки Саши убирают зажигалку в карман.

- Не, не курю, твои запасы останутся за тобой. Интересно, в гуманитарке есть сигареты? Ладно, это риторический вопрос. Я к пункту гуманитарной помощи шла, ты со мной? Я, конечно, не настаиваю, но мне кажется моя компания будет приятнее этих.

Путешественница кивает в сторону села, оставшегося за спинами дам. Саша переводит недоверчивый взгляд на собеседницу и поднимает бровь в вопросительном жесте.

- Ты серьёзно сейчас? Думаешь кто-то вдруг резко решил вспомнить о простых людях? Ты либо очень наивная, либо отчаянная. Я надеюсь на второе, оно хотя бы лечится. Ладно, выбор не велик, пошли.

- Не самокат...

Покров начинает тихо смеяться в локоть. Александра же проводит рукой по лицу, пытаясь скрыть выползающую улыбку, и выпрямляется в полный рост.

- Да ты юмористка смотрю. Не велик не самокат, я так понимаю? Оригинально.

- Да ты бы свою кислую мину видела, я не могла не пошутить.

Лена поднимает голову и смотрит на попутчицу, будто в первый раз её действительно видит. Серые глаза заинтересованно пробегают по классической офисной одежде под плащом и сумкой шёлковой рубашке, приталенных штанах с выглаженной складкой, ботиночках и галстуке? Бордовый галстук с вышитой золотой нитью пчёлкой был туго повязан под горлом. Кожаные ботиночки на шнуровке совсем не подходили к другим элементам образа, но казались достаточно удобными для бега. Отцепив маленький термос с кофе от ремня сумки, Саша начинает идти по протоптанной дорожке, на которую её вывела попутчица. Вытянутые худые пальцы скручивают крышку и давно остывший напиток соприкасается с губами. Покров сокращает дистанцию отставания и достаёт спустя несколько метров карту из-под куртки, небрежно ту разворачивая.

- Чёрт, надеюсь мы идём правильно и Большой берег в этой стороне.

- Мы точно идём правильно, смотри.

Саша отводит от термоса указательный палец и показывает на смятую пачку с бело-голубой обёрткой, валяющуюся в жёсткой траве. Маленькая коробочка была лишена сигарет, но выглядела совсем свежей, не успела ещё даже отсыреть в мокрых зарослях. Лаборантка понимающе кивает, и компания ускоряет шаг, оставляя артефакт уцелевшей цивилизации на поле.

- Слушай, а ты как выжить умудрилась? Не подумай, ты выглядишь бойко, но сама понимаешь, тут скорее удача нужна.

- Про удачу ты права. Я школьным учителем у младших классов работала. Решила прийти пока был выходной, прибраться перед майскими праздниками в своём кабинете. Деревенская школа маленькая, поэтому каждый старался следить сам за своим рабочим местом, а я чутка запустила там всё. Скажем так, у меня был лёгкий рабочий беспорядок, окей? Школа была пуста, только охранник и бухгалтер в столовой сидели чай пили. Когда всё это началось у меня была фора на обдумывание ситуации, я схватила вещи и вышла через пожарный ход. А там и не помню, как деревню пробежала, некогда было думать. Я из Ясенки, часов семь-восемь отсюда пешком. До нас доходили слухи об утечке раствора из соседнего города, но никто не поверил, тут и без того много бредовых слухов ходит.

Лена слушает, не отводя глаз от напарницы по несчастью. Её сердце пропускает удар, когда Саша говорит о деревне. Покров опускает глаза в землю с хмурым выражением соболезнования.

- Понимаю, даже в городе не все поверили в происходящее, пока сами не столкнулись с травилкой. А я Я сама с эвакуации гражданских ушла. Видишь ли, я работала раньше лаборанткой с человеком, который создал ржавчину, думаю он и виноват в этом всём. Хочу найти его.

Саша резко закрывает термос. Щелчок крышки кажется разрядом грома в повисшей тишине.

- Лаборантка? Здорово. Просто потрясающе. То есть, ты хочешь сказать, что мы буквально пойдём к местному злодею? Чего ты этим добьёшься? Это же бред.

- Справедливости.

Лена устремляет тяжёлый взгляд на сузившуюся между деревьев тропу и зашагала вперёд, обгоняя напарницу. Александра недовольно хмыкнула и ускорила шаг. Через час неловкого молчания перед шатким союзом открывается маленький палаточный лагерь с пластиковыми контейнерами снабжения.

- Смотри-ка, а Мария не соврала!

Покров меняется в лице, после чего с облегчением подходит к ближайшему контейнеру, садясь напротив него на колено. Учительница осторожно встаёт за спиной знакомой и осматривает маркировки на крышке, она замечает помимо стандартных серийных номеров флаг Польши.

- Чего блин? Лен, ты уверена, что нам стоит здесь копаться? Польские припасы и в таком месте сомнительное сочетание.

Но Лена её будто не слышит и откидывает крышку назад, жадно заглядывая внутрь. Консервы, розжиг, бутыли с водой и часть медикаментов.

- Хороший набор, но я думала здесь хоть что-нибудь для обороны будет.

Грубый мужской голос прорезается сбоку вместе с тихим щелчком предохранителя.

- Для того ящика вам нужен статус посолиднее.

Девушки оборачиваются и их лица бледнеют от вида направленного в их сторону пистолета. Высокий парень в полевой военной форме держал их на мушке, смотря как голодный удав на гостей его базы. Его светлые, почти прозрачные, голубые глаза контрастировали со смуглой кожей и коротко стриженными тёмными коричневыми волосами из-за чего казались ещё опаснее. Лена медленно подвинула крышку обратно и подняла руки, переводя взгляд на солдата.

- Согласна, погорячилась, но это не повод сразу убивать. Я видела девушку в химкостюме, она представилась Марией, сказала, что здесь есть гуманитарная помощь.

- Маша? Где она? Отвечай, пока моё терпение не кончилось.

Покров в потоке мыслей начала невнятно жестикулировать, пытаясь додуматься, как преподнести новость о кончине девушки. Из палатки показывается другой парень, Лёня или Прошка для своих, намного моложе и крайне растрёпанного вида с тлеющей бело-голубой сигаретой в руке. Солдатский голос звучит неожиданно низко и прокурено, для кого-то его лет.

- Вереск, оставь их, видно же, что просто гражданские, что с них взять.

Блондин с ехидной улыбкой затягивается и сплёвывает в сторону, делая пару шагов вперёд. Саша включается в разговор, скептично уставившись на владельцев лагеря.

- Какое тёплое приветствие. Мы обе час-два назад из заражённого села поблизости выбежали, полагаю ваша Мария осталась там и явно не в живом виде.

Покров тяжело выдыхает и кивает в подтверждение слов попутчицы.

- Да, она права. Я видела, как на Машу набросилось одно из этих созданий, сама еле ноги унесла. Я хотела тоже спросить у вас про одного человека. Евгений Мендель здесь не проходил? Такой пухленький, чуть ниже меня, седоват. Ваша знакомая сказала, что он может быть здесь.

Двое солдат едва заметно переглянулись. Павел, он же Вереск, подозрительно опустил железку дулом в пол, вернув предохранитель. За ними показалась массивная фигура. Анатолий Трактор Сергеевич капитан этого небольшого отряда, рослый и крепко сложенный. Его оливковая кожа блестела от влажного воздуха на солнце, а короткие волосы были неряшливо взъерошены после снятого шлема. Уголки тонких искусанных губ недовольно дёрнулись от вида курящего сослуживца. Мужчина скрестил руки, отложив на лежащее рядом полено полевой журнал.

- Жалко Машу, хорошая была девушка, выпьем вечером за неё. А пока к вам. Мендель говоришь? Тогда вы обе остаётесь, мы его тоже ищем.

Александра быстро перекидывает взгляд то на Лену, то на капитана.

- Вы что, издеваетесь? Это какой-то сюр, куда я попала.

Покров не отвечает ей, лишь пожимая плечами с неловкой улыбкой.

- Я же говорила он ко всему причастен, вот его все и ищут. В любом случае, я Лена, а это Саша. Она учитель, а я лаборантка, раньше с Менделем работала.

Саша осуждающе толкает подругу в плечо, оставляя её откровенность без комментариев. Павел недовольно скалится и уходит в палатку, на что Лёня усмехается и сразу получает подзатыльник от товарища, скрывающегося за брезентом. Анатолий качает головой.

- Курящий Прошка, злыдень Вереск, я Трактор. Больше вам знать не обязательно. Располагайтесь, но не наглейте.

Глава IV

Это уже известно всему свету,

что когда Англия нюхает табак, то Франция чихает.

Записки сумасшедшего, Н.В. Гоголь

Лена потупила взгляд на Анатолия Сергеевича, ожидая какого-либо выговора за вторжение в продовольственный ящик, но оного не последовало. Саша же буравила взглядом спину Лёни, наклонившегося к отложенному полевому журналу. Парень вздрогнул, почувствовав острый недоверчивый взгляд.

- Расслабься, надзиратель, я не ответы на контрольную смотрю. Или мне лучше тебя поразглядывать, красотка?

Сухарев неоднозначно ухмыльнулся. Градова поёжилась, сдерживая желание влететь острыми костяшками пальцев в смазливое лицо. Покров, наконец вынырнув из толщи мыслей, неряшливо достаёт карту из-под куртки.

- Так, эм, мы все ищем Менделя, верно? Тогда Тогда нам стоит пойти в Соболевку. Я уверена он там, по крайней мере на его месте я бы эвакуировалась туда. Это деревня неподалёку отсюда, у меня отмечено.

Девушка спешно разворачивает карту, случайно надрывая одну из граней. Она протягивает полотно Трактору, на что тот хмурится, но не отказывается. Мужчина беззлобно усмехается на количество разноцветных маркировок, разобрать среди которых что-нибудь отдельная миссия.

- Ты с собой канцелярский магазин носишь в карманах или это украденная из Лувра картина времён Ренессанса? Да тут чёрт ногу сломит, не то, что мой стариковский глаз.

Однако капитан всё же начал вникать. Его брови съехались к переносице и губы скептично растянулись к ушам. Путешественница же крадучись подошла под левую руку и ткнула пальцем в Соболевку.

- Вот сюда надо, видно же. Ну подумаешь три метки в одном месте, название то всё равно просвечивает.

Она пожала плечами и сделала шаг назад, чуть не столкнувшись спиной с вернувшимся Пашей. Он нёс кружку с растворимым кофе в руках, если этот напиток вообще можно поставить в ряд с кофе, не оскорбив при этом зерновую культуру. Коваль цокнул языком, перехватывая кружку с холодным месивом в другую руку. Он не стал комментировать упавшие на лакированный ботинок капли и прошёл дальше, грубо отталкивая преграду в виде Покров. Вереск подвинул Лёню за плечо, открывая себе обзор на план следующей вылазки в журнале. Капитан покосил на коллег взгляд. Его голос пролился грубо, но отрезвляюще.

- Вы чего оба устроили, давно штрафные не бегали? Девчонки тут пару минут, а вы уже на них зубы скалите. Прошка, сверь маршрут до Соболевки, у нас поменялся ориентир. И завязывай с курением, задрал уже.

Парень чуть не выронил сигарету. Сухарев неохотно выпрямился и, наигранно улыбнувшись дамам, удалился в палатку. Павел же позволил себе беззвучный смешок.

- Капитан, много почестей гражданским, они свою полезность ещё не доказали

Свирепый взор Трактора заставил солдата замолчать. Парень едва заметно покосился осанкой и молча отошёл к границе лагеря, якобы проверить безопасность территории. Ещё до формирования отряда Лёня и Паша знали о чётком моральном компасе капитана, не дававшем цены людям и считавшего каждого значимым, поэтому сейчас они старались не лезть на рожон, хоть и девушки своим присутствием раздражали. Лишние рты и головная боль. Анатолий ослабил пыл и вернул карту лаборантке, потрепав её по голове, как ребёнка.

- Эт ты хорошо, малая, подготовилась. Проверим мы твою Соболевку. Вы голодные? Если по пути отключитесь те двое вас принципиально не потащат.

Мужчина широко улыбнулся и вытащил со дна коробки, в которой ранее копалась Лена, две консервы с тушёнкой. Саша холодно обвела глазами контур жестянки, обдумывая разумность питания из неизвестного источника, но подруга уже взяла инициативу в свои руки и торжественно пихнула одну из банок в руки Градовой.

- Дольше думаешь, меньше ешь!

Александра не успела возразить. Однако и на еду не накинулась, в отличие от Покров, которая уже вовсю орудовала консервным ножом, полученным от Трактора. Учительница спокойно повернула банку, начав читать состав с обратной стороны этикетки. Убедившись в адекватности содержимого, девушка приступила к трапезе. Приём пищи вышел сумбурным и сопровождался подготовкой отряда к походу в деревню. Вереск то и дело задумчиво поглядывал в сторону попутчиц, пока таскал амуницию, а Прошка шёпотом кидал колкие комментарии сослуживцу с пошлым взглядом на женские фигурки. Не прошло и часа, как разношёрстная группа выдвинулась в сторону Соболевки. Дорога казалась затянувшейся, так как никто не мог найти отправную точку для общего разговора. Ну или не хотел. Покров пинала мелкие встречные камни под ногами, Градова шла, уставившись в землю и явно о чём-то глубоко размышляя. Бойцы изредка перешёптывались о своём. Однако, несмотря на резкость знакомства, пыл первой встречи вскоре спал, сменившись нейтральными бытовыми рассуждениями. До Соболевки было три часа пути, и каждая минута тянулась словно еловая смола. Лёня снова потянулся к сигаретам, за что в его сторону тут же полетел упрекающий оскал капитана.

- Ты опять за своё? И часа не прошло, а снова за эту пошлую шутку смерти взялся?

- Простите, Анатолий Сергеевич, быт солдата требует.

Трактор нервно закусил губу от негодования, но выговор делать не стал, лишь повернулся в сторону дороги чуть резче, чем обычно. Сухарев, которому пришлась по душе дерзость Саши в лагере, делает элегантный выпад в сторону девушки с уже узнаваемой пачкой сигарет в руке.

- Александра, верно? Угощаю.

Градова вопросительно подняла брови, явно не ожидая столь джентельменского жеста от парня.

- На солнце перегрелся или мозги отшибло?

Девушка подозрительно сощурилась, но сигарету взяла, так как её запас скоропостижно начинал иссякать. Она покрутила отраву в руке и в следующий миг оказалась лицом у зажигалки предприимчивого солдата. Паша оскалил зубы, глядя на приторную картину и ткнул Лену в плечо.

- А твой цербер охотно носит поводок.

Лена скептично посмотрела на собеседника, поправляя лямку рюкзака.

- Не стоит сравнивать её с собакой, а то и правда укусит.

Парень ухмыльнулся и повернулся к Покров с каким-то заговорщицким видом.

- Ты так её защищаешь, словно вы давно знакомы. А что, если она не та, за кого себя выдаёт? Гражданская, которая чудом выбралась из заражённого города, при этом не имея боевых навыков. Я бы задумался, а вдруг она с Менделем заодно и отвлекает тебя, потому что знает о твоих поисках?

Лена нервно вздрогнула, её голос осел до хриплого шёпота.

- Ты с ума сошёл? Да если бы не она, то я как гнилой овощ на огороде бы сейчас валялась!

Коваль едва наклонил голову в бок и искоса посмотрел на девушку, оставляя своим молчанием пространство для размышления. Лаборантка задумчиво отвела взгляд. Тем временем отряд постепенно приближался к деревне. Начали мелькать ряды цветастых заборов и отходы существования человечества. Соболевку можно было бы сравнить с пёстрым осенним лесом, если бы рыжие наросты не скрипели металлом на ветру. Запах стоял тошнотворный, на зависть Франции.

- Так, держимся вместе, никакого геройства, а то будете тут ещё друг перед другом красоваться, голубки.

Капитан ухмыльнулся, довольный своей шуткой, но моментально вернул командирский настрой. Лёня и Паша сняли оружие с предохранителей, напряжённо сутулясь и вглядываясь в тени построек. Трактор поворачивается к Лене.

- Ну и где этого твоего Менделя тут искать?

Путешественница с оленьими глазками оглянулась на мужчину.

- Не знаю. Сейчас разберёмся.

Хлопок руки Градовой по собственному лицу стал отражением реакции всей группы. Анатолий медленно выдохнул, пытаясь не вспылить. Вереск с Прошкой переглянулись с явным матерным подтекстом. Казалось, только сама Покров не замечала, какая зловещая тишина повисла за её спиной. Девушка целеустремлённо стала шагать по улице. Саша в тревожном жесте поправила загнувшийся воротник рубашки и пошла за подругой, хоть надежды на многое уже не питала. Капитан что-то пробурчал под нос, цитируя Гоголя, и указал жестом двигаться вперёд. Группа людей выглядела инородно в мёртвой деревушке. Покров с нескрываемым любопытством рассматривала каждую проеденную травилкой дыру с лохматыми краями, вслух шёпотом рассуждая о местоположении учёного. Лёня же с Пашей зацепились глазами за продуктовый ларёк с протёкшей крышей и выбитыми окнами. Сухарев ловко подхватил с прилавка отсыревший календарь, наполненный вульгарными фонами прошедших лет.

- Вот так да, умели же использовать клиентоориентированность. А сейчас сплошная цензура.

Коваль закатил глаза и смёл пыль с пары нижних полок, его шипящий голос почти сливался с шелестом ветра.

- Ни карты, ни новостей. Ни черта в этой дыре нет. Мы так до посинения искать будем.

Градова, оставшись на улице с Анатолием, неспеша докуривала данную ей сигарету, пытаясь вытащить из неё весь потенциал. Трактор ненавязчиво сделал шаг в сторону от ядовитого серого дыма. Девушка с интересом приподняла брови.

- Принципиально не курите, капитан?

- У меня есть и другие заботы помимо курения. Дома жена с сыном остались, а проблем здесь и без сигарет хватает.

Александра понимающе кивнула и затушила окурок о грубую подошву. Лена же постепенно отдалялась от группы, забыв об отстающих. Где-то в стороне слышался треск перекатывающихся бутылок. Или показалось? Капитан прищурился.

- Надо двигаться, чую у нас хвост.

Группа быстро скучковалась и догнала свой незадачливый компас, всё ещё изучающий бурую поросль. Покров наконец начала замечать напряжение в рядах отряда. Она, выплеснув наружу всю свою харизму, показала пальцем на открытую автомастерскую.

- Эта рыжая хтонь любит металл, а Мендель не упустил бы возможности подобраться к очагу заражения, надо посмотреть!

Саша недовольно цокнула языком, усомнившись в адекватности решений подруги и переглянулась с остальными. Парни не выразили открытого протеста, а потому все двинулись к гаражам. Дверные ставни были приподняты до половины, из-под них виднелось скромное помещение, почти полностью заполненное разобранными машинами и стеллажами до потолка. Знакомые медные следы простилались по всем поверхностям, что определённо не внушало чувства комфорта. В углу с зимними шинами лежала разорванная толпа сросшихся бывших работников, образуя нечто напоминающее раскрытый кокон. Градова тут же выбежала на улицу, опорожняя желудок после увиденного. Бойцы заметно поникли в лицах, прежний блеск шутливости испарился. Покров, привыкшая к подобным видам в лаборатории, спокойно подошла и, взяв с бетонного пола гаечный ключ на девять, ткнула ближайшую выступающую из массы голову. С влажным шлепком из правой глазницы трупа вывалилось глазное яблоко, прокатившись по полу до колеса вишнёвой Девятки. Лена задумчиво пожала плечами.

- Похоже, вторая стадия. Быстрее, чем мы рассчитывали с Евгением Дмитриевичем.

Солдаты остро перевели взгляды на спину девушки и Анатолий вытащил её за шкирку со всеми на улицу. На небе сгущались набитые тучи и вот на зернистый асфальт упали первые капли дождя. Устав слушать бредни лаборантки, Трактор заводит коллег по миссии в стоящую поблизости усадьбу, переоборудованную в музей. Как только массивная дверь закрывается, Анатолий и Лёня накидываются с изливающимся негодованием на Лену.

- Ты что, просто по наитию место выбрала? Я свой отряд для твоего развлечения что-ли из лагеря вытащил?! И что значит вторая стадия?!

- Дурёха, ты понимаешь, что привела нас в заражённый пункт с какой-то новой тварью и теперь просто жмёшь плечиками, словно в этом нет ничего такого?!

Паша остаётся молчать в стороне, задумчиво повесив взгляд светлых глаз на панически жестикулирующую Лену. Саша решила в полемику не вступать и обратила своё внимание на экспонаты вокруг. Кокошники, глиняная посуда, сарафаны, журнал. Журнал? Журнал в тёмном кожаном переплёте был неряшливо оставлен на массивной тумбе возле чучела глухаря. Девушка аккуратно открывает титульный лист кончиками пальцев.

Собственность научного сотрудника

Сибирского научно-исследовательского центра

лаборатории 5 Е.Д.Менделя

Резкий голос Саши прервал дебаты о безответственности Лены.

- Мы на месте. Мендель был здесь.

Вереск в мгновение ока оказался за плечом Градовой, подхватывая рукой твёрдую обложку. Он вчитывался в последние страницы, медленно оттесняя своей фигурой учительницу от находки.

- Надо же, оказывается вы всё же можете приносить пользу.

Коваль протягивает капитану растрёпанный журнал с открытой незаконченной записью. Анатолий хмурится, но одобрительно кивает, углубляясь в содержание карандашной заметки.

- Вот оно как. Этот гад хотел встретиться с москвичами, дописать не успел, но явно должен был отчитаться об устроенном хаосе. Чёрт бы побрал этого Менделя.

Трактор со злости ударяет кулаком по стоящему рядом столу с резными ножками, от чего тот болезненно трещит дубовым массивом столешницы. Лена решительно сжимает кулаки.

- Мы должны прочесать округу! Он может быть ещё где-то рядом

С улицы разносится вой. Высокие ноты отражаются эхом в ушах, заставляя кости под кожей и мышцами звенеть. Музей оглушает треск поднятого в сторону окон оружия. Паша шёпотом обращается к капитану.

- Это она? Новая стадия? Эвакуируемся?

Трактор кивает и осторожно, словно он стоял посреди минного поля, подходит к раме окна, выглядывая вместе с остальными из-за ажурных штор. На улице нечто прямоходящее склонилось над грудой останков с ржавой плесенью поверх. Существо размером не уступало добротному жеребцу, было покрыто огромными кусками металлолома и человеческих конечностей, торчащих из плоти создания. Мутант вновь изверг пронзительный крик и томно пошёл вдоль улицы, звеня бурыми отростками на каждом шагу. Жёстко укомплектованные мышцы, которые тварь нарастила с трупов кокона, до сих пор пульсировали, приживаясь к новому телу. В переходных участках виднелись ещё не приросшие пальцы оторванных рук, а на ноге существа болталась тряпка в машинном масле, застрявшая между мясных сочленений во время роста. Отряд тихо двинулся к выходу и быстро удалился в сторону лагеря. В этот раз никто не решился начать разговор после увиденного. Палатки с флагами Польши, встретившие бедолаг, теперь казались насмешкой над человеческой несуразностью. Разве кто-то смог бы спокойно уснуть после увиденного? Риторический вопрос. Анатолий Сергеевич достал откуда-то из закромов флягу с крепким алкоголем в тканевой обмотке. Он жадно отхлебнул джин, практически не поморщившись, и передал свою драгоценность дальше. Вереск с резким выдохом сделал мелкий глоток и всунул сосуд в руки Прошки. Тот помялся и закрыл фляжку, после чего поставил на ящик возле девушек. Его голос дрогнул, но парень пытался держать себя в руках.

- Такого на учениях не было. В контракте тоже.

Лена с Сашей, видимо пытаясь придумать как успокоить бойцов, молча жестикулировали друг перед другом. Александра берёт инициативу в свои руки.

- Понимаю, ситуация полная дрянь, но зато у нас есть журнал. А это улика против Менделя. Надо прочитать его, полностью, а потом будем думать, что делать. Тем более, у нас есть другая причина пить. Вы же не забыли про Машу?

Тяжесть отложившегося на подкорке сознания ужаса сменилась понимающей тоской. Лагерь окунулся в дождливую ночь с волнительным осмыслением прошедшего дня. А всего в паре километров пухлый седоватый мужчина охлопывал карманы затасканного пальто.

- Странно, где я мог оставить записную книжку?

Глава V

Нет, кто уж кулак, тому не разогнуться в ладонь.

Мёртвые души, Н.В. Гоголь

Утро началось с пелены сигаретного дыма, тонущей в пучине серого рассвета. Солнце почти не пробивалось к земле сквозь хвойные ветви, от чего морозная влажность пробиралась под одежду. Саша с Лёней задумчиво сверлили глазами куст тёмных синих ягод вдалеке.

- Черника.

- Вороний глаз.

- Дурак, листья видишь? Черника.

- Траванёшься, идиотка. Вороний глаз.

Трактор, широко потягиваясь, вылез из своей палатки. Он тихо подошёл к самопровозглашённым биологам и резко положил массивные ладони им на плечи. Двое вскрикнули от неожиданности, девушка выронила дымящуюся сигарету из пальцев, а парень дёрнулся к ящику с оружием у своей ноги. Павел вылетел на шум пулей из палатки, вскидывая пистолет под громовой смех Анатолия Сергеевича. Лена сонно высунула лохматую голову, пытаясь понять картину происходящего. Градова с матерным характером повернулась на капитана, что-то гневно бурча под нос. Прошка же, осознав шутку товарища, начал простодушно смеяться, нервно теребя пальцами футболку за ворот. Паша шумно выдохнул, опустив пистолет в кобуру.

- Капитан, вы хоть предупреждайте, когда захотите нас до инфаркта довести.

- А вы, молодёжь, не расслабляйтесь!

Анатолий широко улыбнулся, на что Покров едва слышно хихикнула. Александра такого жеста не оценила. Она кинула в сторону подруги укоризненный взгляд, на что та виновато пожала плечами. Учительница, явно не обрадованная минутной шалостью, хмуро цокнула языком.

- Нам нужно думать, как учёного достать, а вы

Лаборантка протёрла рукой лицо, стирая остатки нервного сна.

- Успеем ещё, а от одной шутки никто не пострадал. Я думаю, полезно уметь отвлекаться.

- Да ну? Больше всех горела идеей мести, а теперь пытаешься убедить меня отдохнуть. Что, лампочка больше не светит, запал кончился?

Лена обиженно свела брови к переносице.

- Будешь корить меня за то, что я иногда хочу побыть простой девушкой? А может ты просто сама забыла значение слова человек со всеми этими мутантами?

Покров стала закипать, приняв слова собеседницы близко к сердцу. Саша уже сделала выпад ногой к оппонентке, как та схватила пустой походный термос и сутуло, но с гордо поднятой головой пошла в сторону леса.

- Я за водой.

Капитан кивнул подбородком Вереску в спину уходящей девушки, чтобы тот сопроводил её. Коваль сердито по привычке поправил кобуру.

- Да твою Почему вам спокойно не живётся?

Паша тихо выругался сам себе и, обойдя коллег, в пару шагов оказался в метре от лаборантки. В лагере после ухода товарищей повисла неловкая тишина. Капитан с лёгким недоумением повернулся к Сухареву, тот лишь похлопал сослуживца по спине.

- Не переживайте, она скоро придёт в себя. Надеюсь. А ты, Саш, в чём-то всё же права. Есть уже какой-нибудь план?

Градова покачала головой, скрестив руки на груди. Она осталась крайне спокойной, несмотря на столкновение мнений.

- Ни одной мысли. Но мы и журнал ещё не читали, там могло остаться что-то полезное.

Трое утвердительно переглянулись и вернулись в штаб-палатку, обсуждая насущные вопросы. В то же время Лена прочёсывала поляну, сбивая ногами попадающийся комками мох и раскрывшиеся шишки. Павел некоторое время молчал, изредка поглядывая по сторонам. Сосновый бор величаво раскинул пышные зелёные убранства у макушек деревьев, словно не замечая маленьких людей у земли, виляющих между голых стволов сосен. Сухая хвоя хрустела под подошвой, тонко перебивая скрип веток наверху. Лес одновременно казался и защитой от внешнего мира, и лабиринтом Минотавра, где зверь мог поджидать на каждом углу.

- Долго дуться будешь?

Лена, откинув очередной кусок растительности, громко и напыщенно хмыкает.

- Давно бы остановилась, коли ты за мною не увязался. Какого чёрта тебе от меня надо?

- Смотрю, чтобы ты по глупости не убилась.

Покров поворачивается на парня, не сбавляя шага. Она саркастично разводит руками в стороны.

- Ой, Ромео, спасибо за геройство! Что бы я

Земля под ведущей ногой девушки осыпается, но парень успевает одёрнуть её за свитер назад. Лаборантка повисает на вытянутой руке знакомого и инстинктивно хватает его за локоть, чтобы удержаться на ногах.

- Говорю же, убьёшься.

Лена опускает глаза и замечает напротив себя рыхлый скос из смеси гальки и земли, ведущий к узкой речке.

- Ладно, беру свои слова назад. Но благодарности не жди.

Путешественники спускаются к воде, прозрачной настолько, что видно блеск обточенных камней на дне. Покров падает на корточки и заводит пальцы в ледяной поток, играясь в быстром течении. Неожиданно она резко выдёргивает руку, направляя капли в сторону Паши с невинным смехом.

- Попался!

Вереск ехидно приподнимает уголок губ, уворачиваясь от капель, и мягко толкает ногой юмористку в спину. Девушка с громким всплеском падает в речку, прокатываясь кубарем по мелководью. Коваль начинает от души хрипло смеяться, словно он редко позволял себе такое удовольствие. Лена неряшливо садится в воде, убирая с глаз налипшие пряди волос.

- Хей, это было слишком!

- Зато теперь ты точно остыла, Джульетта.

Парень наклонился и натянуто улыбнулся, протягивая раскрытую ладонь.

- Вылезай, не хочу перед капитаном отчитываться о твоей простуде.

Покров с хитрым прищуром взяла руку и потянула на себя, пытаясь скинуть обидчика в реку, однако Паша, который был значительно больше шутницы, даже не сдвинулся.

- Ага, не дождёшься.

Солдат рывком поднимает подопечную на сушу. Он глазами пробегает по мокрому силуэту, облепленному одеждой, и задумчиво вскидывает брови, тут же их опуская. Лена расценила это как комплимент и смущённо промолчала. Она сняла обтекающий ручейками свитер, оголив просвечивающиеся сквозь тонкую кожу рёбра с ключицами, и принялась выкручивать его, параллельно мелко подрагивая от холода. Коваль отводит взгляд в сторону, пересчитывая глазами деревья.

- Могу поспорить это всё ещё лучше работы с Менделем.

Лаборантка с усмешкой кивает и повязывает влажный свитер на плечи.

- Тут ты прав, у нас всякое случалось. Он же про осторожность только в кино слышал.

Вереск задумчиво повернул плечи к собеседнице, его голос опустился до доверительного полушёпота.

- Слушай, а расскажи про него. Вы же поди хорошо знакомы были.

Девушка горько улыбается, поправляя растрёпанные волосы.

- Мы хоть с Евгением Дмитриевичем давно знакомы, да так и не сработались. Он человек творческий, но в его голове ничего кроме работы нет, а потому и извращался в лаборатории он по-всякому. Слышала даже, что он над чем-то новым работать начал, помимо травильного раствора, но сам он говорить об этом не захотел. А так, если говорить честно, то дураком его считаю. Такой потенциал у мужика был, гений в своей отрасли, а продал свой мозг какой-то заразе. Мог бы семью иметь или стать светилом науки, а не людей косить.

Паша тревожно кладёт ладонь на рот Лены, молча обрывая её разглагольствования. Он осторожно показывает второй рукой на южную часть берега. Мутант. Тот самый из Соболевки. Вот только комплекция его стала ужимистей, чужие конечности заняли свои места по периметру тела, плотно приклеившись всей поверхностью. Создание валко шло вдоль берега, увязая ногами в мелкой гальке, казалось, оно ещё не заметило своих старых знакомых. Павел толкнул подопечную назад за деревья, и они оба помчались до лагеря. Почти часовой пеший маршрут пролетел за считанные минуты. Ещё мокрая до нитки девушка чуть не врезалась в стоящую у входа в штаб Сашу, что-то невнятное говоря про мутанта. Вереск же сразу стал спешно скидывать провизию в ближайший рюкзак. Лёня, не дожидаясь объяснений, стал помогать сослуживцу, наполняя соседние сумки. Трактор наконец схватил крепко Покров за плечи, выдёргивая её горячую голову из паники.

- Так, что происходит?

- Мутант! Мы видели того обросшего у реки!

Коваль, словно выйдя из транса, тоже пролил голос.

- Надо менять дислокацию, здесь больше не безопасно.

Отряд активизировался, лагерь погрузился в экстренные сборы вещей первой необходимости, так как брать всё не было времени. Саша на скорую руку пихнула журнал Менделя в сумку, смяв несколько страниц.

- Так, предлагаю двигаться восточнее. Там должен быть какой-то исследовательский лагерь геодезистов, судя по записям нашего горе учёного. Хоть какой-то ориентир.

Впервые никто не спорил. Временный лагерь был оставлен на растерзание природе, а отряд суетливо удалялся в чащу. В суматохе были оставлены некоторые карты, тёплые вещи, палатки и даже полевой журнал Анатолия Сергеевича, который завалился за один из ящиков. В уголке обложки тонкой сетью пошла знакомая рыжая паутинка.

Глава VI

Как будто вместе с непорочностию оставляет и ум человека.

Невский проспект, Н.В. Гоголь

Замызганные коричневые туфли, просторные для своего обладателя, болтались на мельтешащих ногах. Лимонная хлопковая рубашка выбилась из-под ремня брюк и качалась в такт серого пальто. Евгений Дмитриевич устало торопился к исследовательскому пункту геодезистов. Его мысли перемешивались в голове, словно плотные щи, периодично отвлекаясь на дорогу, дабы не сбиться с пути. Пухлый мужчина уже изрядно выбился из сил, когда на горизонте показались хлипкие прицепы домов на колёсах. Транспорт был организованно расставлен по кругу, образуя подобие небольшого табуна в преддверии спуска в угольные шахты. Мендель облегчённо выдохнул, стирая пот со лба.

- Ну слава всему святому, хоть что-то ещё целое в этой неурядице!

Захлопнув пальто от нахлынувшего холодного ветра, учёный попытался открыть дверь одного из прицепов. Очевидно, металлический замок оказался амбициознее планов недопонятого гения. Бедняга дёрнул ручку ещё несколько раз в надежде, что её просто заклинило. Наивно. Осознав отсутствие магии и чудес в мире, мужичок тоскливо сел на порог стоящего рядом внедорожника.

- Блокнот потерял, дверь не открывается, связи нет. Экий дурдом.

Учёный пораскинул мозгами и неохотно поднялся на грузные ноги. Он оценил на вскидку состояние вагончика, почесав седоватую макушку. Волос у него было не больше, чем деревьев у лесного озера. Евгений поднял с земли увесистый камень и ударил по широкому окну дома на колёсах. Стекло разрослось тысячей осколков, хлипко держащихся в плёнке, которая со вторым ударом палача пала быстрее головы Марии Антуанетты. Мендель довольно улыбнулся сам себе, тихо восславляя свой мимолётный успех, и придвинул к стенке запасное колесо, лежавшее возле автомобиля. Исполнив феноменальный номер с неловким перекатыванием себя через подоконник, он наконец попал внутрь неприступного дома. Наполнение прицепа было скудным по меркам выживальщиков: припасов почти не было, большая часть техники разряжена, а оружия не было и подавно, только сигнальный пистолет скромно висел у двери в тесную душевую. Оформление интерьера из тёмного дерева и грубых шерстяных тканей давило визуально на без того тесное пространство. Учёный принялся выворачивать содержимое шкафчиков, погружаясь в слой плотной пыли, летящей с петель и ручек. Посуда, оборудование для работы в земле, бытовые мелочи, ящик крепких спиртных напитков всё казалось ныне бессмысленным, но наш герой знал, что искал. Геологи не дураки и часто брали с собой всё, что может хоть немного прикрыть спину в экстренной ситуации. Карты местности с отмеченными пунктами снабжения и полевых работ оказались разложены на узком кухонном гарнитуре. Евгений Дмитриевич заметно преобразился в лице, увидев отмеченную радиовышку неподалёку. Однако, отправляться туда было рано. Мендель открыл изнутри дверцу вагончика, выйдя на улицу как приличный человек. Его взор упал на генераторы, провода которых уходили за железную решётку на входе в шахты, к удивлению счастливчика, техника была в строю. Заполнив пустоту в баке генератора, как в новогоднюю ночь мужчина подал свет в гирлянды лампочек. Правда озарил он не праздничное дерево, а душные каменные коридоры и часть уличного освещения вагончиков. Умелец оживился, воодушевлённый хорошим стечением обстоятельств и открыл незапертые ворота в подземелье. Он излишне уверенно зашёл внутрь и огляделся по сторонам. На нулевом уровне была развёрнута полевая лаборатория, которую он и искал. Евгений, забыв обо всём на свете, бросился к оборудованию, панически проверяя целостность датчиков и лабораторных инструментов. Когда-то давно он проводил здесь свои первые опыты с раствором над ржавыми бурами. Время не смогло совладать с силой науки и все принадлежности дожили до встречи со старым владельцем в целостности и сохранности, разве что покрылись чёрной угольной крошкой, которая уже стиралась заботливыми пальцами. Лаборатория ожила под лёгкой рукой своего отца.

Параллельно с везением Менделя развивалось и напряжение в рядах отряда Трактора. Пятеро шли по координации Саши, стараясь не думать о том, насколько близко к ним была опасность. Лена на ходу натянула на себя куртку Паши, так как свитер ещё не высох, а идти полуголой было совершенно не вариантом. Парень же помогал Лёне пересчитывать ресурсы, которые в спешке удалось унести из лагеря. Список удручал своей сжатостью. Анатолий Сергеевич шёл, стиснув зубы, но по его лицу было видно всё накопленное негодование, к тому же чувствовал он себя неважно, но пока спустил это на стресс и недосып. Спустя несколько часов группа окончательно выбивается из сил и останавливается на передышку у придорожной заправки. Яркая краска с колонок и рекламного щита давно слезла, обвалившись трухой у оснований конструкций. В воздухе стоял запах бензина, а дверь придорожного магазина с выбитыми окнами была открыта. Отряд заносит вещи внутрь, а Градова и Сухарев остаются курить на улице, как обычно обмениваясь искромётными подколами и пошлыми анекдотами. Остальные трое расположились внутри магазинчика. Анатолий устало прильнул спиной к автомату с газировкой, потирая зудящую ногу, а Коваль и Покров расположились у стойки кассира, облюбовав коробку злаковых батончиков на картонной стойке.

- Капитан, вы что-то совсем не в духе. Вы как?

- Пойдёт, Паш, и не такое проходил. Забегался видать, года то уже не молодые.

Вереск задумчиво хмыкнул и перевёл взгляд на Лену.

- Согрелась хоть немного?

- Да, могло быть хуже. Давно ты стал таким сентиментальным или просто лёд первой встречи растаял?

Девушка дружелюбно усмехнулась, укутываясь глубже в куртку. Трактор закатил глаза с душевной ухмылкой, а Павел едва раздражённо перевёл взгляд на мутное стекло, за которым виднелись силуэты Саши и Лёни.

- Не обольщайся. Я просто слежу за состоянием отряда и не более. Далеко мы в таком виде не уйдём. Мы измотаны, нормально не спали и не ели, а за последние сутки прошли больше, чем планировали. Ещё немного и мы окажемся загнанными оленями на пире у той твари.

В помещении воцаряется понимающее молчание. Слова парня попали точно в цель и это нельзя было игнорировать. На улице фигуры юморного дуэта замирают. Градова показывает рукой в сторону леса и что-то быстро говорит собеседнику, повернувшему голову в указанном направлении. Вереск выглядывает на улицу и замечает то же, что его товарищи. В верхушках деревьев дальше у дороги отразился тёплый свет от земли. Но земля же светиться не может.

- Там горят лампы, у кого-то здесь есть электричество.

Прошка хрипло озвучил общую мысль, но всем уже было понятно, где находится дальнейшая точка маршрута. Не дожидаясь абсолютной темноты и без столь желаемого отдыха, люди двинулись к свету, будто моль, увидевшая во мраке бархатный абажур книжного столика. Вскоре они прибыли к вагончикам геодезистов, обнаружив следы человеческого присутствия. Генератор мерно гудел в стороне, а у некоторых домов на колёсах были нараспашку открыты двери. Солдаты настороженно прошлись по лагерю в поисках угроз, но их встретила лишь немая пустота. Лёня почесал затылок и сел на выставленный раскладной стульчик между машин, чуть не свалившись назад из-за тяжёлого рюкзака.

- Ничего не понимаю, свет есть, а людей нет. Ладно, кто бы тут не жил, предлагаю пока остаться здесь, дальше мы сегодня уже не уйдём.

Анатолий сел рядом с ним и утвердительно кивнул, поставив окончательную точку в вопросе перемещений. Он достал флягу с водой и запрокинул голову, сделав несколько больших глотков. Лена и Саша скинули вещи в один из домиков и вяло вышли к парням. Покров опустилась на ступеньку ближайшего трейлера, Градова же крутила в руках карту геодезистов, которую ещё пару часов назад смотрел Мендель. Девушка в шутку повернулась к остальным.

- В том прицепе повсюду стёрта пыль и лежала эта карта, а у нас, напомню, была наводка в журнале Менделя на это место. Представляете, как смешно будет, если окажется, что он сейчас где-то рядом?

Лаборантка покачала головой.

- Да уж, было бы забавно. Но сейчас нам бы о себе подумать, а то ловить его будет некому.

Покров поднимает с капота машины плед, накидывая на плечи. Отряд постепенно выдыхает, готовясь к ночлегу и шерстя по лагерю в поиске ресурсов. Павел во время очередного обхода замечает провода, ведущие в шахту, но не придаёт им значения. Ночь опускается на лес.

Глава VII

Да ведь сам собою дошёл, собственным умом.

Ревизор, Н.В. Гоголь

Промёрзлая сырость рассвета стелилась ковром по полу жилых прицепов. Солнце ещё не успело показаться из-за горизонта, но угрюмая синева уже понемногу начала отступать. Сухарев высунулся взъерошенной головой в окно занятого ими с Анатолием Сергеевичем вагончика. Он плавно запустил кончики пальцев в светлую копну, заглаживая пряди на затылок. Вид открывался на удивление спокойный сонный лагерь был погружен в уютную тишину, только лампочки изредка раздражающе мерцали от перебоя электричества. Парень неохотно закрыл окно и выполз на улицу. Прижавшись спиной к поцарапанной дверце с парой наклеек от бывшего владельца с названиями разных городов, Лёня достал сигарету. Искра старой зажигалки блеснула на мгновение, сменившись удушающим горьким дымом, оседающим нефтяной плёнкой в горле.

- Утра.

Солдат подскочил на месте от неожиданно раздавшегося почти у самого уха голоса. За плечом уже стояла закутанная в колючее клетчатое одеяло Саша со смятой сигаретой между пальцев. Девушка ехидно улыбнулась, цокнув языком.

- А мне говорили я красивая. Ладно тебе, не настолько я и страшная.

- Твою Саня!

Градова быстро поднесла к губам палец, напоминая товарищу по перекуру о том, что остальные ещё спят. Сухарев передёрнул плечами и сгорбился с раскрытой зажигалкой, подпаливая гадость в руке девушки. Та неспешно втянула молочного цвета облако и выпустила тонкой струйкой между губ.

- Всё те же, всё там же.

Парень согласно качнул головой и его лицо наконец приняло дружелюбное выражение.

- Надеюсь скоро эта фраза потеряет актуальность, хотелось бы выбраться уже из этой ржавой солянки домой. Куплю себе новенькую иномарку на зарплату с контракта и проставлюсь с товарищами.

Александра вальяжно сделала реверанс рукой в воздухе, обдумывая слова знакомого. Плотный дым вырисовывал рассеивающиеся петли при каждом дуновении ветра.

- А я, вероятно, начну писать трактат о неостановимом человеческом желании выжить. Ну или лягу в дурку.

Девушка тихо рассмеялась, из-за чего на край одеяла просыпался остывающий пепел. Лёня неоднозначно ухмыльнулся и подтянул девушку за талию ближе к себе. Градова взметнула брови к макушке и уставилась на собеседника.

- Да какая тебе дурка? Поехали ко мне, моя мама такой маковец печёт, закачаешься. Хотя ты, конечно, и сама весьма сдобная.

Солдат опускает руку на бедро учительницы и уверенно впивается пальцами, за что в тот же миг получает медаль в виде красного отпечатка женской руки на щеке. Эхо отвешенной оплеухи ещё несколько раз ударяется от машин в кругу лагеря, после чего сменяется недовольным топотом Саши. Она возвращается в вагончик Лены. Сухарев досадно потёр щёку и сплюнул в сторону. В прицепе за его спиной послышался заливистый смех Анатолия Сергеевича, видимо заставшего сие представление в самый нужный момент. Парень поворачивается к открывшемуся окну с раскинутыми руками.

- Что? Я хотя бы попытался.

- Спать иди, ловелас, подъём через два часа.

Утреннее безмолвие воцаряется до самого завтрака. Обмен тарелками с овсянкой на воде протекает в красноречивой тишине. Никто не хотел поднимать вопрос о внешнем виде Прошки, но по глазам было ясно все догадались о произошедшем. Лена зарылась смущённым взглядом в дневник Менделя, а Паша с Анатолием сосредоточенно уставились в тарелки.

- Дневник почти пуст, тут заметок о продуктах на ужин больше, чем научных терминов. Эта книжка абсолютно бесполезна.

Покров прерывает тишину, но ситуация не становится лучше. Отряд уныло кивает головами, принимая неприятный факт. Генератор ловит очередное короткое замыкание на пару секунд и вдруг из шахты слышится мужской голос с хрипотцой.

- Тысяча чертей, да когда же эта консервная банка с топливом начнёт работать адекватно!?

Пятёрка переглядывается, словно пытаясь понять не послышалось ли им. Трактор вскакивает с места и тяжёлой поступью подходит к приоткрытой решётке ворот шахты. Вереск на ходу проверяет кобуру с пистолетом и встаёт по правое плечо от капитана. Саша с Лёней поворачивают головы на навострившую уши Лену, та поворачивается к ним с шёпотом.

- Это он, Мендель.

Группа заметно напрягается и, быстро собравшись с мыслями и амуницией, заходит в предбанник шахты. Внутри по помещению разбегаются вибрации от работающей лабораторной техники и слышен неразличимый, но определённо бранный бубнёж учёного. Отряд сближается с источником звука, оставаясь на безопасном расстоянии. Как только край знакомой лимонной рубашки попадает в зону видимости Покров, Лена сразу же выходит из укрытия. Она направляет на Менделя пистолет, который успела вытащить из кобуры Паши.

- Ни с места, предатель!

Покров совершает выстрел, но тот проходит мимо головы перепуганного Евгения, врезаясь в деревянную балку у стены. Мужичок второпях роняет пробирку с мутной голубой жидкостью, начинающей шипеть после разлива на полу, и бросается куда глаза глядят. Лаборантка, совершенно ни о чём не думая, устремляется за ним, а за ней по цепочке и остальная часть компании. Паша ещё успевает догнать Лену и Менделя до начала развилок, но вот Трактор с больной ногой и Прошка с Градовой отстают, теряясь в общих технических помещениях до спусков. Покров пытается попасть в убегающего бывшего коллегу ещё дважды, но вновь терпит неудачу, постепенно добавляя пробелов в магазин пистолета. Отзвук выстрелов доносится до тройки позади, только забежавшей на склад инструментов шахтёров. Наконец, Анатолий решает остановить группу рядом с ним и поднимает крепко сжатый кулак в воздух.

- Стоять, мы их не догоним, нет смысла бежать. Будем ждать у выхода, он тут скорее всего один.

Градова ударяет костяшками о стену и пытается отдышаться в душном коридоре.

- Нельзя их так оставлять! Лена чуть не убила его, а вдруг что-то случится внизу?

- Там Вереск, он разберётся.

Сухарев скалится, готовясь огрызнуться в сторону скрывшегося учёного, но вместо этого беспомощно поджимает губы.

- Чувствую ничем хорошим это не кончится.

Словно предчувствуя угрозу, Лёня и Анатолий поворачиваются ко входу на склад. Размеренные, грубые как у голодного зверя шаги в коридоре, откуда прибежало трио, нарастали вместе с тошнотворным запахом железа и гнили. Приплюснутая морда размером с автомобильный диск просунулась на склад из проёма. Тусклый свет лампы упал на безобразные черты массивного существа с выступающими наружу мышцами. Словно крысы на мокрой палубе, люди разбежались по углам склада, укрываясь от затянутых бледной плёнкой глаз мутанта. Старый знакомый отряда, совершенно не стесняясь своего вида, ступил между стеллажей, покачнув их костяными наростами на плечах. Из-за низкого потолка существу приходилось идти в сутулом наклоне, чтобы не скоблить камень затылком. Тряпка механика с автомастерской в Соболевке была пробита выросшей в ноге острой костью. Скрежет некоторых металлических наростов твари болезненно терзал по ушам, проникая глубоко в черепную коробку. Детище науки непоколебимо шагало вперёд, сбивая преграды на своём пути будто карточные домики, пока не учуяло Прошку. Въевшийся в кожу и одежду табачный дым в небольшом помещении был равносилен мишени на лбу с табличкой бесплатный приз за попадание. Сообразив положение своего подопечного, Анатолий рванул к сослуживцу, когда нечто, похожее на руку ржавого создания, колыхнулось вверх. Конечность, покрытая металлоломом и костями обрушилась на солдат снежной лавиной. Основной удар пришёлся по и без того многострадальной ноге капитана, Лёню же почти не задело. Парень отделался парой ссадин на спине, Трактору повезло меньше большая рваная рана с крошкой от бурых наростов мутанта теперь выглядывала из-под разорванной штанины. Александра панически вскрикивает, но не позволяет себе полностью погрузиться в отчаяние. Она кидает в сторону попавшую под руку каску с налобным фонарём. Головной убор с треском ударяется о пол в смежном коридоре, и мутант заинтересованно отворачивается от своих жертв к звону разлетевшегося в дребезги крепления фонаря. Градова прижимается к стене и задерживает дыхание, пропуская ненавистного гостя мимо и запирая за ним металлическую дверь с вентилем. Оставшись на складе с травмированными сокомандниками, девушка тихо подбегает к Трактору и подхватывает его вместе с Прошкой под руки.

- Как я и думала, он слепой. Видели плёнку на глазах этого черта? Если не будем шуметь и пахнуть, то нас не обнаружат.

- В крови и сигаретах будет тяжело не пахнуть.

Язвительные слова сорвались с языка Сухарева. Он не мог оторвать взгляда от распространяющейся по правой ноге капитана ржавчины. Анатолий и сам, мягко говоря, не был в хорошем расположении духа. Саша и Лёня вытаскивают товарища ко входу в шахту, к злополучным металлическим воротам. Мужчина, кажется, поседел за эти несколько минут больше, чем за несколько прошедших лет. Заражение уже почти добралось от голени до колена, а ботинок заливался горячей кровью. Двое садят раненого на брезент с раскинутыми старыми дрелями. Девушка быстро пробегает взглядом по поверхностным царапинам на спине Прошки и, не заметив чего-либо серьёзного, возвращает внимание к Трактору. Тот едва держался в сознании, но продолжал оценивать ранение. Его голос пролился томно, но не приемля отказа.

- Молодёжь, у меня семья, я не могу здесь остаться. Рубите.

Градова и Сухарев повернулись на него с вытаращенными глазами.

- Анатолий Сергеевич, вы с ума сошли? Мы что, на мясников похожи?

- Капитан! А если есть лекарство? Мы же сейчас поймаем учёного

Трактор разъярённо рявкнул на опешивших молодых людей.

- Это приказ! Я не собираюсь ждать, когда станет слишком поздно, а мне вас ещё домой возвращать.

К глазам Градовой подступили слёзы в осмыслении неизбежного, Сухарев пытался подавить ком в горле. Он неровно выдохнул и стал снимать с пояса сумку с медикаментами. Саша кое-как удержала себя в руках.

- Это безумие!

Лёня поднял на неё абсолютно серьёзный взгляд, которого она никогда раньше у него не видела.

- Это безумие. А теперь помоги.

Саша скинула своё пальто с сумкой на верстак неподалёку и стала разрезать ткань на штанине капитана, оголяя травмированную часть ноги. Девушка затянула жгут на ноге мужчины, останавливая кровоток. Зрелище было не для слабонервных, металл стал разлагать живые ткани, открывая вид на часть берцовой кости. Сухарев подготовил руки, надел перчатки и достал шприц-тюбик с сильным анальгетиком. Анатолий Сергеевич почувствовал укол и прикрыл глаза, а дальше всё было как в тумане. Строгие команды сослуживца и крики учительницы на фоне расплывались в белом шуме сознания. Он мысленно перебирал воспоминания из разных периодов жизни детство, молодость, семейная жизнь, служба. Очередное воспоминание о тёплых моментах с близкими было прервано хлюпающим звуком шлепка брошенного обрубка. Мужчина медленно открыл глаза. У противоположной стены лежала отпиленная голень со стопой в его ботинке и едкой рыжей хтонью, рядом сидела Градова с мокрыми грязными следами от слёз на щеках, а напротив стоял дрожащий Сухарев с абсолютно опустошённым видом и старой ножовкой, наскоро обработанной спиртом и теперь перепачканной кровью. Девушка перебинтовывала место среза, стараясь унять эмоции. Анатолий аккуратно положил руку на её шею и подтянул макушку к своим губам. Лёня, видя спокойствие капитана, наконец приходит в себя и откидывает инструмент в сторону, падая на колени возле товарища. Трактор крепко обнимает обоих, словно собственных детей.

- Спасли старика, молодцы.

Ласковый шёпот хоть и не может заглушить ужас пережитого для молодых людей, но оказывается достаточным, чтобы вернуть их к реальности. Саша неохотно высвобождается и решительно выпрямляется, смотря в коридор шахты.

- Надо найти Лену и Пашу. Они не знают о прибытии мутанта и о его слепоте. Я займусь этим.

Лёня молча соглашается. Он подхватывает Анатолия под руку и помогает подняться на уцелевшую ногу.

-Логично, капитана сейчас нельзя оставлять одного, а ты его в случае чего не утащишь. Мы вернёмся в лагерь. И Прости за утро, виноват.

Учительница не находит в себе ответа. Резко кивнув, она разворачивается и направляется обратно в недра кошмара. За её спиной пошатнулась дверца ворот шахты.

Глава VIII

Легкомысленно непроницательны люди,

и человек в другом кафтане кажется им другим человеком.

Мёртвые души, Н.В. Гоголь

В глубине шахты вместе с топотом тяжёлых ботинок нарастал и шум сбитого дыхания. Для своего телосложения Мендель был на удивление выносливый, что в совокупности со знанием шахт давало ему преимущество. Лена и Паша не успевали сократить расстояние, как в очередной раз Евгений нырял в затейливый поворот и двоим приходилось делать крюк, чтобы его догнать. Спускаясь в штольню, учёный захлопывает за собой разделительную металлическую дверь. Покров влетает в неё с плеча, но тут же отшатывается обратно под скрипящий звон петель. Коваль останавливается в метре и, пытаясь заглотнуть больше воздуха ртом, водит глазами по скверно освещённому туннелю.

- Лен, он нам живой нужен, ты сбредила стрелять в него?

- Он виноват во всём этом, думаешь, плен и тюрьма его исправят? И вообще, нашёл время обсудить

Девушка замечает искривлённую решётку над дверью и толкает парня в плечо, указывая второй рукой наверх.

- Подсади, иначе мы его упустим.

Павел устало хмыкает, заостряя взгляд на Лене.

- Думаешь сможешь вытолкнуть её из креплений? Ты пистолет то удержать ровно не смогла.

Увидев целеустремлённый взгляд напарницы, Коваль выдыхает и помогает Покров подняться. Он встаёт спиной к двери и, сложив руки в замок, даёт девушке опору. К удивлению солдата, лаборантка действительно смогла оторвать решётку от проёма. Она перекатывается по ту сторону двери и Вереск дёргает за металлическую ручку.

- Хей, а мне открыть не хочешь?

Лена на мгновение закрывает глаза, собираясь с мыслями, и открывает, проверяя патронник пистолета.

- Извини, но ты не дашь мне завершить то, что я планировала. Встретимся позже.

Одержимая местью, девушка вновь устремляется за своей целью, которая уже запыхалась в соседнем помещении. Коваль разъярённо ударил пару раз кулаком по двери, поняв какую ошибку совершил. Кошка оказалась в клетке с мышкой. Он решает найти обход. Покров к тому моменту проходит глубже в штольню, по пути бегло осматривая останки шахтёров, разложившиеся до забуревших костей. Пространства в штольне оказалось намного больше, чем в коридорах шахты, откуда-то издалека даже шёл свежий воздух. Видимо, поблизости был выход на поверхность. Однако выйти Мендель не успел. Он громоздко облокотился на стоящую у выхода аппаратуру, стараясь не выплюнуть лёгкие после напряжённой погони. Лена застала его врасплох своим появлением. Учёный беспомощно упал на каменный пол, прижимая к груди массивную трясущуюся руку. Он из остатков сил пытался отползти к воротам. Лаборантка стремительно сокращала расстояние вскидывая пистолет, чтобы в этот раз не промахнуться.

- Покров! Лена, Леночка! Остановитесь, ради всего святого, людям нужна вакцина. Я уже начал работу, та голубая жидкость

- Ты предатель! Лжец!

Выстрел. Эхо разнеслось тяжёлым боем курантов по шахте. Лена застыла как памятник над упавшим телом бывшего коллеги. Некогда гениальный мозг теперь виднелся через рваное отверстие во лбу седоватого мужичка. Лимонная рубашка, что была ярче похоронного венка в серых окрестностях, теперь утопала в крови. Павел обернулся на звук выстрела, в его голове пронеслись сотни мыслей, пришедших к одному выводу. Он опоздал. Парень выбежал к конвейерной ленте с углём в просторном туннеле. Резкий запах пыли и машинного масла ударил в нос, перебивая даже сладковатую гнилость. Солдат и не заметил, как за его спиной показалась ненавистная фигура. Мутант, привлечённый шумом погони и выстрелом лаборантки, наткнулся на Пашу, когда тот разбирался как отодвинуть технику в проходе. Вереск успевает отскочить на конвейер, незадолго до того, как свирепая тварь с разбега врезается в стоящий посреди коридора буровой станок, сметая тяжёлую груду металла с пути, словно она ничего не весит. Коваль тут же хватается за пустую кобуру, но его отрезвляет мысль о Лене, забравшей пистолет. Парень, замеченный врагом, спешно поднимается на ноги и начинает бежать по ленте, заваленной углём. Мелкие осколки породы от тряски осыпаются на пол, оглушительно рокоча громом в просторном коридоре. Поглощённое вирусом создание садится на хвост бойцу, разнося рабочее помещение в щепки, лишь бы добраться до лакомого кусочка свежей плоти. Коваль едва ли уворачивается от сыпящихся на него ударов ржавых конечностей, балансируя на грани выживания. Он спрыгивает к стоянке вагонеток, замечая вдалеке низкую старую шахту для них. Та явно давно не использовалась и вряд ли отличалась надёжностью, но и деваться больше было некуда. Беглец с широкого шага закатывается кубарем на рельсы, нырнувшая за ним туша мутанта нелепо врезается в проём, скобля отростками камень. Когтистая лапа с усилием пытается зацепить хоть краешком острия добычу, но безуспешно. Вереск, стиснув зубы от боли в спине и плечах, переворачивается на четвереньки и пробирается дальше в единственном свободном направлении. Через несколько минут боец выбирается из пыльной темноты в огороженную часть штольни. Вся его одежда и руки были покрыты размазанной чернотой угля, но внешний вид беспокоил в последнюю очередь. Отряхнув ладони, он наконец находит Лену. Обойдя контейнер с осколками горной породы, он замирает у трупа учёного на полу. Парень медленно переводит холодный взгляд на Покров. Девушка с радостью в глазах подходит к солдату, но оседает, видя его напряжение.

- Ты хоть представляешь, что натворила?

- Отомстила за всех пострадавших?

Павел в два шага сокращает расстояние между людьми и крепко берёт лаборантку за горло, прижимая к металлическому шкафу за её спиной. Опешившая воительница роняет пистолет на пол и впивается пальцами в руку бывшего напарника. Коваль скалится от вида брыкающейся, словно мотылёк, в его хвате Лены.

- Он нужен был мне живым! А ты

Парень сменил оскал на открытую ненависть.

- Я потратил на тебя слишком много времени, а ты мало того, что была бесполезна почти всю дорогу, так ещё и сорвала мне миссию. Ты одна большая ошибка, наивный ребёнок со сказками в голове, дорвавшийся до реального мира.

Вереск грубо откидывает почти задохнувшуюся лаборантку в сторону. Лена хрипло стонет от боли и ослабленно приподнимается на локти, но тут же вновь ударяется затылком о камень, прижатая ногой Коваля в грудную клетку. Парень, увидев неподалёку ворота выхода на поверхность с пробивающимся внутрь солнечным светом, буднично достаёт из подсумка рацию с красной изолентой на выдвижной антенне.

- Аконит, это Вереск, объект мёртв. Собираю остаточную информацию и выдвигаюсь на точку Восход.

Из рации спустя затянувшуюся секунду послышался рыхлый шипящий ответ.

- Вереск, Аконит. Принято, конец связи.

Покров округлившимися глазами смотрит на парня над собой, пока тот с задумчиво мрачным видом убирает рацию обратно. Её голос неуверенно проскальзывает в тишине комнаты.

- Что за букет? Вереск, аконит Ты был не с нами всё это время, верно? Зачем тебе был Мендель?

Солдат усмехнулся, то ли словам девушки, то ли ситуации в целом. Он наклоняет голову к заложнице слепых заблуждений, доставая складной походный нож. Парень выдвигает лезвие и аккуратно проверяет заточку металлической пластины большим пальцем.

- Дошло наконец. Жаль, что поздно, Москвичам теперь придётся передать не человека, а новость о его смерти. Вернее, о двух смертях. Ты слишком много знаешь.

Павел раздражённо цокает языком и надавливает ботинком на покрасневшую кожу Лены под подошвой. Душевную беседу прерывает заходящий в штольню мутант, нашедший другой проход к своему лакомству.

Глава IX

Но по странному устройству вещей,

всегда ничтожные причины родили великие события,

и наоборот великие предприятия оканчивались ничтожными следствиями.

Старосветские помещики, Н.В. Гоголь

Ржавая масса, более не имевшая ничего общего с человеческим родом, ввалилась в штольню хуже пятничного пьяницы. Хлопья металла с отростков на плечах смешались с раздробленной кладкой прохода и сыпались на пол, оставляя рыжую дорожку за мутантом. Вереск инстинктивно отступил назад, выверенными шагами уходя в направлении ворот. Лаборантка, освобождённая от натиска армейского ботинка, медленно отползала к столу неподалёку. Слепая уродливая голова существа неестественно покачивалась при каждом шаге, выискивая свою добычу расширенными ноздрями. Труп Менделя пришёлся твари не по вкусу, запах живой плоти забирал внимание на себя и существо валко пошло дальше. Одним неаккуратным шагом, мясистая медная лапа встала на руку бездыханного учёного, и та с треском кости сплющилась под давлением. Кожа лопнула с влажным тошнотворным звуком, и мышца с раздробленной костью разлетелась по каменной глади. Неожиданно освирепевшая тварь взвыла и бросилась в сторону молодых людей. Коваль едва успел пригнуться от пролетающей над головой лапы, пока Покров поднималась на ноги. Лаборантка с шумной одышкой кое-как поднялась на колено и в тот миг почувствовала крепкий хват её куртки за спиной. Вереск с усилием вытолкнул девушку вперёд к мутанту, отвлекая того от себя. Лена не успела и вскрикнуть, как в её грудь врезалась собранная сухожилиями острая копна бурых наростов. Жалкий всхлип вырвался из губ обмякающей на лапе мутанта девушки. Павел, уже бежавший к выходу, лишь на мгновение позволил себе обернуться, застав картину существа, отрывающего с самодовольным пыхтением неровными зубами ключицу из тела Покров. Вереск рукоятью поднятого пистолета сбивает ржавый замок с кривых ворот и пулей вылетает наружу. Оказавшись у крутого склона карьера, парень тормозит и прислоняется спиной к стоящему поодаль экскаватору. Существо, скверно видневшееся в проёме ворот, отпускает свою добычу и поднимает голову в поиске второго кандидата на ужин. Однако, сбившись со следа, уходит в ложном направлении, возвращаясь в темень шахты.

Саша ворвалась в штольню минутой позднее отчалившего мутанта. Она крепко сжала кулаки, увидев разгромленный коридор, в котором настоялся аромат свежей крови. Градова зажала рукой рот, опережая подступающее желание вывернуть желудок наизнанку. Девушка неуверенно обогнула упавшие стеллажи и покосившиеся от прошедшего существа балки. Облик мёртвой Лены заставил учительницу вздрогнуть с подавленным криком. Саша еле устояла на ногах, панически оглядывая место укуса на ключице и шее, плоть была вырвана жадно и бесцеремонно, в некоторых местах уже покрывалась рыжими прожилками. Труп бывшей подруги застыл с широко раскрытыми серыми глазами. Стеклянный взор сохранил страх и отчаяние последних секунд жизни. Тело Менделя поблизости Градову уже так не удивило, но и не обрадовало. Она присаживается на корточки возле мужчины, осматривая голубые пятна на рубашке от разбитой ампулы.

- Что это было?

- Более совершенная версия вируса, полагаю.

Над учительницей повисла тень. Павел, вынужденный вернуться в шахту, так как обрыв карьера был слишком резким для спуска, с мрачным видом стоял подле Саши.

- Ты видел случившееся?

- Нет, только добрался сюда. Похоже, Покров достигла своей цели.

Градова, тяжело выдохнув, поднялась на ноги и положила руку на плечо Вереска.

- Посмертно. А нам надо выбираться, пока мы ещё можем.

Коваль мягко сжал её руку на своём плече в поддерживающем жесте, оставляя без комментариев кровавое зрелище. Двое выбираются к выходу на противоположной стороне шахты, по счастливому стечению обстоятельств разминувшись с мутантом, всё ещё петляющим где-то в недрах туннелей. Павел постоянно подгонял Сашу, однако не теми грубыми выражениями, что были свойственны ему раньше, скорее подзывал как давнего напарника. Градова едва поспевала за широкими шагами бойца и, выйдя наконец на улицу, одёрнула его за плечо.

- Погоди, Лёня и Анатолий Сергеевич остались с другой стороны холма, нам нужно вернуться за ними.

- Их заберут.

Павел нахмурил брови и ссутулил плечи, ускорив шаг. Он обманывал, понимал, что никто их не заберёт, но и вернуться к ним не мог. Служба с ними была лишь прикрытием, в котором больше не было нужды для бойца. Парень вновь вынул рацию с красной изолентой и, передав пару команд на частоту, повернулся к спутнице.

- Молчишь, выполняешь указания. Иначе отсюда не выберешься.

Девушка холодно кивает. Через пару минут ходьбы в напряжённом молчании, оба выходят к старому ангару вдоль узкой разбитой трассы. На парковке для фур стоял вертолёт с заглушенным двигателем. Десяток бойцов в тёмной синей форме с незнакомыми Саше нашивками мельтешили вокруг, перебирая вынесенные на улицу ящики с электроникой и оружием. Градова, словно поднятый с улицы котёнок прижалась к руке Коваля. Несколько мужчин подняли головы на звук шагов и уставились на девушку. К Павлу подошёл один из его сослуживцев Аконит. Среднего роста мужчина с обыденным для техника телосложением. Внешность его была непримечательна, за исключением шрама под правой бровью и седоватой короткой бородой.

- Агент Вереск, вас ждать, как весточки с Луны.

- Аконит. Извиняюсь за задержку, возникли осложнения.

- Ага, вижу одно из них. Кто такая?

- Ценный свидетель с неплохой выживаемостью. Кандидат.

- Понял. Тогда грузимся, штаб уже всем мозги проел, пока вас искали.

Отряд с нашитыми рисунками цветка лилии в серебряном щите на униформе стал грузиться в транспорт. Лопасти вертолёта начали медленно раскручиваться. Коваль накинул на Градову фирменную куртку отряда, лежавшую на одном из ящиков, и затащил с собой в вертолёт. Когда всё хозяйство организации было погружено на борт, судно взмыло в небо. В иллюминаторе расплывалась в бледно-зелёное море земля, а в кабине повисла тишина облегчения. На Сашу обрушилась вся усталость и боль прошедших суток, от чего она без сил положила голову на плечо сидящего рядом Павла и закрыла глаза. Парень поправил куртку на её плече и прислонился затылком к стенке, медленно выдыхая угольную пыль минувшей трагедии.

В лагере геодезистов молча наблюдали за удаляющимся вертолётом. Трактор и Прошка поняли друг друга без слов ждать им было больше некого. Лёня сплюнул в сторону и достал сигарету, это была уже пятая за прошедшие полчаса. Анатолий тоскливо покачал головой.

- Они хотя бы живые.

Сухарев кивнул. Молча, да и совершенно не радостно. Он облокотился на железную бочку возле лавочки с капитаном.

- Теперь и нам бы отсюда смотаться. Только вот как? Наш связист удрал с девчонками и учёным на личном транспорте. Сервис на пять звёзд. Минус балл за оставленных товарищей.

Трактор усмехнулся. Ситуация может и была скверной, но настроение у него было на редкость позитивное. То ли от отчаяния, то ли от проступившей лёгкости мысли о выбравшихся коллегах.

- Так мы и без него справимся поди. Помнишь, Сашенька находила карту в одном из вагончиков? Там ведь радиовышка была отмечена. К ночи доковыляем.

Прошка преобразился в лице. Он взметнул брови с задумчивым взглядом и утвердительно хмыкнул.

- Золотой вы человек, Толя, золотой.

Парень подхватил под руку сокомандника и потащил по навигации капитана к цели. Закат бойцы действительно встречали уже на ступенях у рубки. Ещё живая система резервного питания держала маяк в строю, а части энергии хватало и на слабое освещение комнатки. Посадив Анатолия на хлипкий раскладной стул из дешёвого пластика, Лёня принялся шаманить с аппаратурой. Прошёл час. Два. Три. Сигнал о помощи словно не уходил дальше надежд мужчин. И вот огонёк вспыхнул. Маленькая зелёная лампочка издала короткий световой всплеск. Эфир зашипел, но слова было не разобрать. Трактор подорвался с места, подкручивая тонкие ползунки Святого Грааля дрожащими пальцами. Из рванной передачи точно дошло только одно - нужно ждать рассвета. Это в целом было единственное слово, которое мужчины смогли разобрать. Остаток ночи протекал в томительном ожидании и молчании радио. Утро нового дня встретило их рёвом двигателей у подножия вышки. Пора домой.

Послесловие

Есть ещё порох в пороховницах.

Тарас Бульба, Н.В. Гоголь

Уже неделю из каждого угла слышались разговоры о карантине в Сибири. Федеральная журналистика каждый день ухитрялась перебить своих конкурентов очередной разоблачительной или выдуманной плаксивой статьёй. Вагоны плацкарта мерно шатались на поворотах путей, мягко отбивая ритм в головах пассажиров. Саша, одетая в простую тренировочную форму с эмблемой лилии, облокотилась на спинку мягкого сиденья и задумчиво считала мелькающие деревья за окном, отодвинув кончиками пальцев кружевную шторку. Погода стояла солнечная, тёплая как в деревне у родственников. На верхней полке спал Аконит, изредка присвистывая сквозь дремоту, его рука свисала перед лицом девушки, но нарушить его сон она не решилась. Сонный Павел появился в проходе с двумя гранёнными стаканами чая. Он аккуратно поставил узорчатые железные подстаканники на трясущийся выдвижной столик, отодвинув на край свежую газету сомнительной прессы с прошедшей станции, и сел на койку напротив Градовой. Крепкий чёрный чай с ещё не растворившимся сахаром на дне сверкал под жёлтыми солнечными лучами.

- Приедем к обеду. Всё по расписанию.

Саша взяла предложенный чай и кивнула.

- Хорошо. Что-нибудь новое от руководства поступало?

- Тебя утвердили в отряд. Не знаю даже, поздравить тебя или посочувствовать. Работы много, лёгкой не бывает от слова совсем.

- Привыкну.

Девушка сделала глоток. Парень задумался о чём-то своём и едва заметно улыбнулся. Он взял в руку подстаканник, болтая по кругу его содержимое. Градова спокойно приподняла брови, глядя на него.

- Ты чего такой довольный? Обычно из тебя и смешок не выдавишь.

- Да так. Вспомнил как скинул Лену в речку. Я таких широких от неожиданности глаз ещё ни у кого не видел.

Паша вдруг стал серьёзнее. Они с Сашей старались не поднимать тему произошедшего, но она сама собой всплывала в разговорах. Градова тоскливо повернулась к окну.

- Лена Своеобразная была, жаль её. Судьба бывает слишком жестока. Да и Анатолия с Лёней мы оставили. Как я вообще тогда повелась на твою ложь о том, что их заберут? Ума не приложу.

Коваль провёл рукой по коротко бритой макушке, не сводя глаз с собеседницы.

- Ты хотела выжить, особенно после увиденного. Думать было некогда. В прочем, они опытные бойцы, уверен смогли выбраться.

Градова отстранённо пожала плечами и вернула взгляд к напарнику. Молчаливая пауза потянулась словно мёд. Парень пересел на койку к девушке и подбадривающе обнял за плечо.

- Ты только не раскисай, ладно? Это всё уже случилось, ты не изменишь прошлое.

Саша закатила глаза и смущённо цокнула своим стаканом о напиток коллеги.

- Тебе не идёт быть сентиментальным, ты знал? Не волнуйся, я никому не расскажу, что видела тебя таким. Но ты прав, возможно, я зря копаюсь в прошлом.

Оба вернулись к чаю. К двум часам дня, поезд прибыл в Москву. В воздухе стояла сырость, а небо затянулось серыми облаками. Даже за закрытыми дверьми вагонов слышался навязчивый гул толпы, курсирующей по вокзалу. Отряду повезло надолго там не задержаться и вскоре они прибыли в маленький военный городок под столицей, выкупленный частной компанией. Градова выглядела инородно среди солдат из-за своего ещё более-менее гражданского вида, но никого вокруг это не смущало. Пройдя несколько кругов различных осмотров, распределений и бумажной волокиты, девушка всё же получила свою маленькую однокомнатную квартирку на том же этаже, где жил Вереск. Немногочисленные дома здесь были старые, древней застройки, но на века. Не успев даже рассмотреть жилплощадь, Градова оборачивается на стук в дверь, за которой её ждал не молодой солдат в отглаженной синей форме с картонной коробкой в руках.

- Александра, вам посылка из штаба!

Девушка проводила посланца и принялась разбирать коробку. Бытовые принадлежности, несколько комплектов формы на разные случаи, базовый набор продуктов для одного человека и письмо с металлическим жетончиком. Серебряный щит с эмблемой цветка лилии. Сосед заглянул как раз вовремя. Паша, поправив свой жетон на рубашке, прислонился к раме входной двери плечом.

- Штаб как всегда оперативен. Добро пожаловать в строй, Протея.

Саша сжала эмблему лилии в руке.

В тот же день своё призвание получил и другой человек. Казармы военного училища возле Белостока в Польше радостно перешёптывались о вернувшихся бойцах. Трактор вовсю отшучивался о потерянной ноге, таков уж был его способ справиться с утратой, а Лёня сразу после прибытия завис у командования на несколько часов. Он по решению руководства переведён из рядового в младшие офицеры и теперь был нагромождён новыми обязанностями и целым ворохом задач, которые должны были быть решены ещё вчера. Трактор с гордостью наблюдал за растерянным подопечным, пытающимся собрать воедино новую картину своей должности. Он вспоминал молодого себя, такого же неопытного, но решительного. К вечеру Лёня совсем забегался и устало упал на лавочку возле столовой, единственное место, как он думал, где его не тронут. Закрыв глаза, он вновь и вновь прокручивал кровавые картины погружаясь в пучину травмирующих воспоминаний. Мутант, ампутация, Саша, ушедшая одна в шахту и не вернувшаяся. Его вырвал к свету звонкий голос юного кадета.

- Офицер Сухарев, разрешите обратиться?

- Разрешаю.

Лёня сразу же пожалел о выроненном слове, ведь это означало получение новой задачи или очередной вопрос от нижестоящего сослуживца. Однако открыв глаза, он обнаружил перед собой парнишку похожего на самого Прошку, вот только юнец выглядел намного здоровее, чем курящий и вечно недосыпающий офицер.

- Я слышал вас назначили капитаном разведки, хотел заявиться в ваш отряд.

Парень держал обеими руками слегка мятый лист с рукописным текстом мелким, но старательно выведенным курсивом. Тёмные карие глаза и кожа с зеленоватым оттенком, Лёня сразу узнал его. Сын Анатолия Сергеевича. Только вот губы были пухлее и уши чуть торчали в стороны мамина заслуга. Сухарев выпрямился и потупил оценивающий взгляд на лице кадета.

- Роберт, верно? Принят, свободен.

Парень опешил от столь скорого одобрения. Он озадаченно опустил глаза в свой лист, исписанный от верхушки и до последних миллиметров бумаги.

- Вы даже не посмотрите?

- Я знаю твоего отца, Вишневский, этого достаточно.

Кадет, не желая надоедать новому капитану, тут же развернулся в сторону казарм. Лёня провожал глазами его до самого конца плаца, пока пытался нащупать пачку в кармане формы. Достав сигареты, он грузно облокотился на колени, крутя отраву перед глазами.

- Это что теперь, мне за Трактора младшего отвечать? Вот я попал.

Парень ухмыльнулся сам себе, как когда-то острил вслед красивым девушкам. Смятая, так и не распакованная пачка полетела в мусорку. Сухарев поднялся и медленно побрёл в свою коморку, скрываясь от упавшей на часть ночной мглы. Роберт, воодушевлённый одобрением Прошки, быстро притопал к отцу, чтобы поделиться новостью. Анатолий хлопнул увесистой рукой сына по плечу, делая вид, что совершенно не ожидал такого расклада. Конечно же, он чётко знал, что так и будет. Роберт, или же Сайгак среди своих, смущённо положил лист на деревянный стол у стены.

- Представляешь, он даже читать не стал, а я час почти это писал, каждое слово просчитывал!

- Ещё бы он читал, твоя фамилия сейчас говорит больше любой рукописи. Сухарев может и молод, да не дурак, хороший из него выйдет капитан. Уж я знаю.

Трактор хлопнул себя по остатку правой ноги. Без пяти минут боец сел подле отца у койки. Вид его стал несвойственно собранным и задумчивым, голос упал практически до шёпота. Парень кивнул подбородком на травму близкого.

- Пап, а что у вас там творилось?

Анатолий откинулся на твёрдую спинку кресла и провёл рукой по старому томику с биографией Николая Васильевича Гоголя, который был забыт Трактором на столе перед отъездом на поиски Менделя. Книжка с пожелтевшими от выдержки лет страницами тихо хрустнула в переплёте.

- О, это долгая история. Я расскажу тебе её, только вот цитаты подберу. Для красного словца.