Этот симпатичный парень давно проявлял ко мне откровенный интерес. Будучи частным предпринимателем в области строительного дизайна, он частенько забегал в наше управление по своим вопросам, а в последнее время зачастил, выбивая себе производственное помещение. Зная меня, он не раз заходил ко мне в кабинет с просьбой помочь ускорить решение этого вопроса, но в действительности это был лишь повод увидеться со мной.
Был паренёк лет 28-ми, среднего роста, хорошо сложен, занимался спортом. Его волнистые каштановые волосы имели вид аккуратной стрижки, глаза были серыми, красивыми, черты лица правильными. Носил он в основном джинсы, трикотажные кофты и эти вещи выгодно подчёркивали достоинства его спортивной фигуры.
Весной его визиты участились. Он уговаривал меня встретиться, предлагая съездить за город в живописное место, о котором, с его слов, знал только он.
Я выдумывала много причин, чтобы не ехать, не отказывая при этом в резкой форме. Меня совсем не оскорбляли его предложения. Мне нравился этот парень и его настойчивость.
Прошла весна.
В начале июня он опять зашёл ко мне на работу с прежним предложением выехать отдохнуть за город.
- Скоро последние соловьи отпоют. Ну когда же мы съездим в тот райский уголок? - с мольбой в голосе вопрошал Стас.
- Хорошо, - наконец согласилась я, пользуясь тем, что муж уехал в командировку, - давайте в пятницу после обеда.
Ожидая появления Стаса в пятницу, я волновалась. Ведь раньше я не позволяла себе таких вольностей. На поездку со Стасом меня подтолкнул ставший мне известным роман моего благоверного с какой-то девицей, на много моложе его, ну и меня, соответственно. Нам было по 33 года. К тому же женщины на работе постоянно рассказывали о своих увлечениях, романах и закатывали глазки и недоумённо пожимали плечами, когда я, не поддерживая их, говорила, что верна мужу и меня всё устраивает в наших с ним отношениях.
Но всё оказывается когда-то заканчивается и, как это не банально и не ново, тайное всегда становится явным. Только почему-то я, отправляясь на свидание со Стасом, была уверена, что эти народные премудрости не для меня.
Позвонил Стас и сказал, что уже ждёт меня неподалёку.
Только в его машине, закрыв дверь, я сразу перестала волноваться.
Выехав за черту города, мы проехали ещё километров 25 и остановились в берёзовой роще у подножья небольшой сопки.
- Я был здесь однажды лет десять назад. Туда, куда я тебя отведу, не ступала нога человека, - уверенно и радостно сообщил мне Стас, незаметно перейдя на Ты и вдруг, притянув меня к себе, сладко и волнующе поцеловал в губы.
На чистом небе сияло ослепительное солнце, в роще пели соловьи и душу наполняли радость и восторг.
- Машина останется здесь, а нам предстоит подняться вот на эту сопку. Там, на верху, есть площадка, как-будто специально подготовленная для таких, как мы, желающих уединиться.
Мы взяли пакеты и начали недолгое восхождение. Вот мы наверху. Отсюда открывался прекрасный вид. Макушка сопки была действительно будто срезана и представляла собой ровную площадку, густо поросшую травой и кустарником по периметру.
- Странно,- сказал Стас, - а раньше этих домиков тут не было, - показал он в сторону, чуть поодаль от берёзовой рощи. Какое-то крестьянское хозяйство, похоже... И дорога просёлочная сюда идёт.... Но я не придала этому значения.
Мы расстелили покрывало, достали продукты, вино, переоделись (он одел шорты, а я купальник) и начали общаться, предвкушая неизбежный интим. Стас старательно подливал мне вино, произносил тосты, блистая красноречием и глаза его сияли, глядя на меня, а в движениях угадывалось нетерпеливое желание заняться со мной любовью.
Вскоре он подсел ко мне поближе и, откинув мне волосы назад, стал нежно целовать лицо, шею, плечи.... Потом как-то незаметно уложил меня на спину и, сняв с меня верх купальника, целовал мои соски, ласкал груди, повторяя, - Боже мой, как ты прекрасна...
Вот Стас потянул с меня трусики купальника. Он снимал их не спеша, открывая постепенно мой лобок, русые волосики, покрывающие аккуратные,сомкнутые интимные губки... Я помогла ему снять их с себя, приподняв попку. Стас быстро сбросил с себя шорты и стал страстно покрывать поцелуями всё моё тело. Он целовал мой цветок, нежно проводя языком между его лепестками, затем, поднимаясь вверх по моему телу, проводил языком по животу, покусывал соски, разводя в это время мои ноги. Его член едва не звенел от напряжения, когда он подвёл его ко входу в мою пещерку. Обильная смазка, выделяемая нами обоими, помогла ему легко войти во влагалище. Желание наше было взаимным. Я обвила ногами его поясницу и наши тела затрепетали и задвигались в неистовом танце любви.
В это время очень близко раздался шумный рёв мотора вертолёта. Я видела, что вертолёт подлетел и завис над нами.
- Чёрт! - ругался Стас и, понимая, что вертолётчики с интересом разглядывают нас сверху, прикрыл мне лицо моими же волосами и, закрывая моё тело своим, продолжал движения во мне, на зло глазеющим.
Сквозь волосы я видела, как нас рассматривают в бинокль два улыбающихся пилота, нетерпеливо вырывая по очереди этот бинокль друг у друга.
Стас лежал на мне до тех пор, пока эти идиоты, немного покружив над нами, не улетели. После этого мы разъединились.
Выпив немного вина и посмеявшись над этим случаем, мы вновь улеглись на покрывале, единые в желании предаться утехам любви. Теперь я начала целовать его лицо и тело, задержавшись в области паха, лаская губами его нежно-розовый красивый фаллос. Доведя его член до состояния натянутой струны, я села на него и, прикрыв глаза от удовольствия, не спеша отправилась в путешествие наслаждения. Однако неожиданно вновь раздался шум двигателя и из-за сопки появилась сначала голубая шляпа кабины, затем сама кабина, и, наконец, колёса и весь полностью трактор "Беларусь"! В тракторе сидели два мужика, смеющихся, и показывающих на нас пальцами. Они объехали вокруг нас два раза и укатили восвояси вниз с горки, продолжая ржать, как два очумевших жеребца. Я поднялась со Стаса только тогда, когда они скрылись из вида.
Уже не было смешно. Но мы всё-таки не стали унывать, поговорили, покушали фруктов и снова начали целоваться. Стас уже лежал на мне, приноравливая своего дружка для третьей попытки войти, насладиться и, наконец, разрядиться, когда я услышала детские голоса.
- Мария Ивановна! Мария Ивановна! Идите скорее сюда! Тут голые лежат! - пищали они.
- Да что за проклятье сегодня? - взревел негодующий Стас. Он встал совершенно голый во весь рост с торчащим и, надо заметить, довольно крупным членом и крикнул:
- Ну где же, наконец, ваша Мария Ивановна? Пусть идет скорее посмотреть!
Появившиеся дети в оцепенении стояли неподалёку молча хлопая глазами и открыв рты.
В это время на горку поднялась Мария Ивановна - учительница в годах. И тут началось такое, о чём лучше не вспоминать. Она прогнала детей, а нас костерила и стыдила, использовав весь запас ругательных слов, которые только может знать педагог со стажем.
- Стыд-то какой! - кричала она. Вы зачем гениталии-то выставили? Извращенцы! Какое безобразие! Нашли место себе для сношений! Бесстыжие! Я сейчас милицию вызову!
Кое-как наспех одевшись, мы бежали с горы к машине, как ошпаренные, сопровождаемые руганью Марьи Ивановны.
Мы уже подъезжали к городу, а её крик всё ещё стоял в ушах.
Вот так однажды мы отдохнули в райском уголке, куда не ступала нога человека).