Юркая старушка ловко спрятала потрёпанную тетрадь под фартук и открыла дверь.
- Вы ко мне?
- К вам.
Толстый участковый протиснулся в узкую дверь.
- Присаживайтесь, - старушка засуетилась вокруг гостя, - вы, наверное, по поводу Васьки соседа, буянит проклятый вторую неделю, нашей коммуналке житья от него нет, вы уж поспособствуйте.
- Нет, Марфа Егоровна я по вашу душу.
- Дак что же, зачем я вам понадобилась? За комнату плачу справно, хоть и пенсионерка. Одна всю жизнь живу, помочь некому.
- Жалоба на вас поступила из роддома.
Старушка побледнела, но постаралась сохранить спокойствие.
- А что такое, я пятьдесят лет там нянечкой работаю, одни благодарности, - вот, старушка вскочила, словно сидела на пружине и бросилась к комоду, - вот сколько, - она потрясла пачкой грамот.
- Видите ли, медсестра Валентина Пыжикова увидела, как вы подменили детей.
- Как это подменила?
Скользкие грамоты посыпались из рук.
- Так, бирки перевесили, с ручек и ножек, потом переложили детей, одного вынули из кувеза, другого из люльки, или как она у вас там называется, прозрачная такая.
- Я, я, - старушка попятилась.
- Да вы не волнуйтесь так, разберемся.
Привыкший ко всему участковый равнодушно разложил бумаги и начал писать, его лицо ничего не выражало.
- Фамилия, имя, отчество.
- Марфа Его...
Она схватилась за сердце и упала навзничь, тетрадка вылетела из-под фартука и спланировала на ворох грамот.
Участковый выругался.
Когда скорая увезла старушку, участковый наклонился за тетрадкой и его прошиб пот. Перед глазами замелькали написанные аккуратным ученическим почерком сломанные судьбы:
"Мальчик Жуков родился 4 октября 1963 года, мать Светлана слишком молода, дитё не подходит ей, родился недоношенным, боюсь не справиться, намучается. Подменила на здорового крепыша от опытной Рукавишниковой, седьмые роды как-никак".
Участковый перевернул страницу, потом ещё, его бросило в жар, жена Леночка тоже рожала в этой больнице, мужчина не хотел вспоминать тот кошмар, прошло много лет, рана затянулась, но сейчас боль пронзила душу с новой силой, голова закружилась, участковый пошатнулся и присел на краешек стула. Тетрадка была пухлой, он торопливо пролистал половину, прежде чем добрался до нужной даты.
"Мальчик Курякин, родился 7 ноября 1992 года, мать Елена студентка, муж в органах рядовым, живут в общежитии, ребёнок им сейчас не по карману. Подменила на умершего только что сына Зябликовой Анны, хорошо, что праздничный день, из врачей только дежурный, и тот навеселе. Там ребенку будет лучше, да простит меня Бог, мать работает в министерстве, отец депутат".
По растерянному лицу участкового покатились горячие слёзы. Мужчина достал с антресолей медный таз, щелкнула зажигалка, и листы тетради весело заполыхали, заполняя комнату едким дымом.