Аннотация: "Если бы двери восприятия были очищены, все предстало бы человеку таким, каково оно есть - бесконечным". Уильям Блейк из "Бракосочетания рая и ада".
"Если бы двери восприятия были очищены, все предстало бы человеку таким, каково оно есть - бесконечным".
Уильям Блейк из "Бракосочетания рая и ада".
Помню, лежал я в своей кроватке. В окно лился синий свет. Мне было одиноко. День, проведенный с родителями, закончился слишком быстро. Я не хотел спать, не хотел быть один. И я решил воображать. Вообразил, что в комнате светло! Что я опять прыгаю с дутого телевизора на огромную мягкую собаку! У нас была такая игрушка. Длиной с диван и шириной с две подушки. Папа страховал меня, чтобы я не ушибся. И только так я смог уснуть.
В детском садике я вообразил, что я великий художник, я нарисовал себе усики, я мыл краски в маленькой раковине, я забирал всю бумагу у воспитателя. И только так со мной играли остальные дети.
Позже я вообразил, что я самый умный. В домашней работе я писал, что вздумается. Отвечал то, что придумал. Записывался на олимпиады по истории. Становился человеком класса, человеком года! А потом самолично бросил школу, потому что был умнее всех! Когда папа с мамой ушли, я вообразил, что они уехали жить лучшую жизнь в теплые страны. Я воображал, что наша старая квартира отремонтирована, я прямо-таки видел новые обои, новую мебель и сантехнику.
На работе я воображал себя центром притяжения и душой компании. Все дарили мне подарки, меня постоянно повышали потому, что я работал лучше всех.
Потом мне встретилась она. Моя будущая жена. Я вообразил, что она прекраснее всех на свете. Надо было лишь расфокусировать взгляд, и ее образ проявлялся в сознании.
Я воображал себя лучшим ее любовником, воображал, что довожу ее до экстаза.
Воображал, что жизнь наша прекрасна, мы никогда не ссоримся, и она всем довольна и обеспечена.
Потом началась боль. И я вообразил, что ее нет! Голова моя не болела. Она была огромная, такая, что невозможно держать шею, а боль в ней была маленькой и выходила с каждым вздохом. Я воображал, что у меня есть аппетит и что еда моя - это лучший деликатес, я воображал, что волосы мои не выпадают и цвет лица не зеленит.
Я проснулся. Свет холодный, воздух пахнет спиртом, хлоркой и резиной.
Я увидел лицо женщины над собой, озабоченное и прекрасное. Да, в уголках глаз залегли морщины, да, в волосах проблески седины. Но глаза ее большие и бездонные, а губы чувственные.
- Наконец-то ты пришел в себя, - сказала она.
- Кто ты? - спросил я.
- Я твоя жена!
- Теперь я вижу!
- Но я не могу более фантазировать, родная, как ни стараюсь!