Привалившись к перилам, а затем как будто прилипнув к ним, Станислав стоял и грыз как будто семечки. Мимо проходили толпы отрешенных и неразгаданных лиц. А Станислав стоял на своем, грызя то, что недавно начал грызть. Так, во всяком случае, казалось со стороны. А на самом деле это семечки вовсю грызли Стаса. Да и то были не семечки, а разные психопатические мысли, которые клубились в воздухе горбатым коромыслом со знаком вопроса. Поэтому он больше курил, чем грыз, изредка поднося сигаретку ко рту, затягиваясь и художественно неровно пуская дым по ветру. Такие, как Стас, вообще не едят семечек, глумливо презирая и отрицая всех, кто этим занимается. Впрочем, никто вокруг этим не занимался, что слегка вселяло надежду, что не все еще потеряно для человечества.
Напротив Станислава геометрически ровно росли перила, и на них тоже залип некто. И он сильно смахивал на курящего человека. Или на грызущего, что в текущей обстановке, в общем-то, одно и то же.
Станислав затянулся, пуская дым - человек напротив тоже. Станислав еще раз затянулся - и человек сделал похожее действие. "Странно, - подумал Стас, - Что это он все повторяет за мной? Это ведь неприлично - так вести себя в моем социуме".
- Эй, ты! - крикнул незнакомцу Стас, - А-ну давай прекращай повторять!
- Эй, давай, - тут же отозвался незнакомец, - Повторяй прекращать.
- Че, по шее захотел, задница? - крикнул Стас.
- Чо хотел, на шее задница? - отозвался незнакомец.
- Вот урод, - подумал Стас, - и откуда он взялся...
- Во дуро, - сказал незнакомец, - и куда он взялся...
- Нет, - думал Стас, - тут дело нечисто. Нужен порядок. Но что же ему надо? Может, он хочет отвлечь меня от себя, внеся смуту в стройный ряд моих мыслей, чтобы затем выкрасть одну из них? А может, он хочет предложить сыграть в подкидного... Но эта игра больше похожа на переводного. И кто тут дурак - надо еще разобраться.
- Эй, ты кто, чувак? - крикнул Стас.
- Йэ, ыт отк кавуч? - отозвалось существо напротив.
- Ну ладно, хватит придуряться, кто ты такое?
- Йа. Йа-йа! - провозгласило оное.
- Понятно, - сказал Стас, - ты - это ты. Только ты впредь по-русски говори, сволочь!
- По-русски говори, сволочь!
- Вот видишь, можешь ведь, когда на тебя надавят.
- Тебя задавят, - сказало существо.
- Это мы еще посмотрим, кто кого задавит. Тебе вообще здесь не место. Здесь я стою и курю.
- Я стою и курю.
- Вот и стой себе в тряпочку...
Внезапно все замолкло, и Стас тоже. Потому что все вдруг поняли, что есть только эфемерная цепь мыслей, а никакого Стаса не существует. Цепь мыслей-семечек, которые грызут сами себя, выплевывая шелуху ушедшего времени. Так думал Стас, улетая в небо на сизых облаках табачного дыма.
Мы не знаем точно, что курил и что грыз Станислав, когда начал разговаривать со своим отражением, однако совершенно понятно, что подобные состояния доступны далеко не всякому курильщику.