На веранде сидели трое: сэр Фингер, некто Шло и мадам Труляля. Мадам, качаясь в подвесном кресле, смотрела в окно, в котором трепыхал раскатом закат; Шло вертикально стоял в углу; сэр читал стопы газетных новостей, попыхивая новой сигарой из старых запасов. Обстановка располагала и немного волновала. И все было спокойно и надежно, как швейцарский сыр в швейцарской мышеловке.
Шло время. В тот момент, когда оно подошло совсем близко, Шло крякнул. А возможно, и брякнул, хотя больше похоже на звякнул, но мы считаем, что крякнул. Как утка. Однако ж утка женского пола, а Шло мужского ( хотя и не факт), из чего не следует делать поспешных выводов о принадлежности Шло к семейству утиных.
- Сэр, - обратилась мадам к сэру Фингеру, - Который час сейчас?
- Сейчас, - ответил сэр Фингер, не поднимая глаз с газет, на которых лежали глаза сэра, запасные, повседневные, ночные, не для чтения и на все случаи жизни.
- Хорошло, - сказала мадам и продолжила смотреть в окно, в котором закатом трепыхал разврат.
Около прошло три минуты, а с ними под ручку еще две. Шло опять крякнул.
- А что же он у вас все время крякает? - поинтересовалась мадам Труляля у сэра Фингера.
- Так он и у вас крякает, мадам, вы просто, может, не слышите, - сказал сэр Фингер, и показал мадам незаметным движением средний fингер.
- Может быть, не слышу. Но знаю, что просто так никто не крякает, - А ты, - сказала мадам, обращаясь к Шло, - не позорься. Веди себя достойно.
- Мадам, - вмешался сэр Фингер, - Ничего дурного в том, что Шло крякает нет. Возможно, так он показывает свои скрытые эмоции - скажем, некое недостижимое удовлетворение жизнью. Или наоборот.
- Хорошо, - сказала Труляля, - Но слова свои назад не заберу и обратно не отдам.
Время опять шло, тикая временами в промежутках. Шагах в пяти прошло еще несколько минут. Шло крякнул.
- Нет, это возмутительно! - вскочила мадам Труляля, - Опять он за свое!
- Ведите себя прилично, мадам, - сказал сэр Фингер, подняв свой фингер. Вы слишком возбуждены, успокойтесь.
- Я совершенно спокойна. Но только не совсем. Что-то необъяснимое и зловещее исходит отовсюду.
- Все хорошло, - успокоил ее сэр, - Но выглядите вы неважно и не влажно. Вам лучше принять меры. Или - пять капель коньяка.
- Может, вы еще проверите мой нос, здоров ли он? - возмутилась мадам.
- Нос здоров, - подтвердил сэр, рассматривая нос мадам глазами для рассматривания. И добавил, - Во всяком случае он не выглядит как больной.
- Это все из-за него, - показала на Шло взглядом мадам, - он ведет себя так вызывающе вульгарно.
- Шло всегда немного на взводе, чтобы все шло туда, куда оно собиралось идти.
И снова все пошло по-старому, чинно, размеренно, благопристойно. Спокойствию и тишине не было предела, только Шло через равные промежутки покрякивал.
- Вчера я видела его, - спустя время сказала madame Труляля.
- Кого? - спросил сэр.
- Не знаю, кажется кого-то видела...
- Вряд ли это он. Ведь вчера прошло. Сегодня уже сегодня.
- А вы все читаете старые новости, а я изо дня в день смотрю на закат, и ничто нам не угрожает, как в былые добрые времена. Сэр Фингер, как насчет того, чтобы не сыграть нам в бадминтон?
Тут же в дверь входит сэр Бадминтон, сотрясая воздух дулом ремингтона, и заявляет:
- Йю-ху, старые развалюхи! Я пришло, чтоб угрожать вам помешать сыграть, как в былые времена. Я шел мимо и сейчас же вижу, что ничто не прошло. С этими словами некто Бадминтон стреляет из ремингтона в вертикально стоящего Шло, который падает в горизонтальное, разбиваясь вдребезги. Наступает темнота и конец всему.
Через время сквозь тьму раздается тихий голос:
- Кто этот странный человек?
- Это сэр Бадминтон, если не ошибаюсь. Он старый приятель Шло.
- А где Шло? - Шло больше нет, теперь есть Прошло.