Глава 3. Ринон

Ринон поставил на стол чашку недопитого горького чая и в глубоких раздумьях прошелся по кабинету. Сегодняшний визит друга его ильмаронского коллеги не на шутку озаботил ахета.

Министерству обороны Ильмарона пришёл странный приказ от Верховной жрицы - установить личности ключевых создателей ахартарианского вооружения. Также её заинтересовали проекты по ментальному усилению, - сообщил Сэйнахине, как только они остались наедине.

Имена главных инженеров Сайентрона и Зэристара никогда не оглашались публично. Ученые всегда оставались частью тайны Ахартара. Однако больше всего директора встревожила вторая часть новости. Личность Тутэль Джент, заведующей исследованиями в области ментальных сил, секретом не была, особенно после недавней научной конференции. А это значит, имя его бывшей ученицы уже известно правительнице Ильмарона.

Но действительно ли эта планета готовится к открытому противостоянию? На этот вопрос у Сэйнахине не было ответа. Жрица всегда придерживалась жёстких изоляционистских взглядов, граничащих со скрытым безумием, но она никогда прежде не заговаривала об агрессии. Навязчивый страх. В древности коллективное помешательство уносило миллионы жизней и губило целые государства в горниле кровавых бань. Память об этом до сих пор тревожила многие обитаемые миры, давно отошедшие от дикой практики проживания на отдельных клочках суши, некогда именуемых странами, и истребления собственного вида. Однако на фоне потенциальных межпланетных столкновений локальные конфликты прошлого казались не более чем безобидными сказками для запугивания детей.

Ринон запустил медиасистему - большой голографический экран вспыхнул на стене, чтобы хоть немного отвлечь его от тягостных мыслей. В эфире небезызвестного четвёртого канала как раз гремел голос харизматичного Митэви Никарао:

- Сегодня мы получили официальное заявление от Верховной жрицы Ильмарона Аджитту Мэй.

Вот же пропасть! А он так хотел передохнуть!

Изображение Никарао сменилось трансляцией, в кадре появилась смуглая женщина с короткими волнистыми чёрными волосами, отливавшими медью. Ее меткий волевой взор был устремлён вперёд, стрелой пронзая душу каждого, кто осмеливался смотреть на экран. Одним только выражением лица Аджитту могла подавить слабую волю - неудивительно, что она за столь короткий срок добилась высочайшего положения на Ильмароне.

- Я официально заявляю от лица всей планеты, что Ильмарон не причастен к аварии на димидианской станции Сигос!

Аварии? Какой еще аварии? Ринон ни о чём подобном не слышал и понятия не имел, когда это произошло, но прямо сейчас почувствовал, как внутренности обдало ледяным холодом. Он вгляделся в изображение женщины, словно пытаясь что-то в нем разглядеть. Но та выглядела более чем буднично, даже привычно поднятые уголки губ не дрогнули, а глаза все так же беспристрастно глядели в камеру, будто она искренне верила собственным словам.

- Более того, никакие подробности нам не известны, - в отличие от ее железного взора, голос жрицы звучал мягко, но безапелляционно. Ринон вынужден был признать: с такой интонацией она способна убедить кого угодно. - Если у Ахартара имеются претензии по этому поводу, предлагаю провести официальные переговоры. Также я бы хотела, чтобы Сальмастат более не упоминал Великий грех. Это довольно чувствительная тема для Ильмарона, и нам не хотелось бы её поднимать.

Великий грех? Это же надо додуматься! Наверняка Такеуни ляпнул, - подумал Ринон, отпив глоток остывающего чая. - На него похоже. Великий грех геноцида прошлого Грех тотального уничтожения всех наций Ильмарона, кроме одной-единственной, выжившей и заполнившей планету. Тяжёлый взор Аджитту явно намекал: маршал наступил на самую болезненную мозоль, а вместе с ней - и всему её миру. Но что чёрт подери за инцидент, и почему именно на Димидиуме?

Ответов на эти вопросы Ринон не получил: тревожное экстренное обращение жрицы прервал Никарао, вернувшийся к комментированию будничных новостей. Но Хонтаро они совершенно не интересовали. Бытовые внутрипланетные проблемы на фоне шатких отношений Ахартара и Ильмарона теперь казались детским лепетом. Как же трудно чего-то добиться совместно, если приходится закрывать глаза на личные амбиции, думая лишь о благе для всех. И как легко в один миг разрушить плод этих титанических усилий, возжелав недолговечной и ненадежной власти длиной в одну-единственную жизнь. Сэйнахине не зря предупреждал, что Аджитту Мэй становится всё более похожей на диктаторов древности. Она часто отзывается об Ахартаре в негативном ключе, ссылаясь на его чрезмерное влияние на другие планеты, критикует его стремление присоединиться к Союзу Мортема, утверждая, что это сомнительный путь. Ринон не был историком, но общие знания о риторике автократов до сих пор держал в голове. Неужели она настолько порочна? думал ахет. Все это только ради власти, или все же у нее есть веская причина так себя вести?

Отложив в дальний мысленный ящик эту мысль, он решил обсудить новость с Эрихай Тадарэ. Ее волну директор вспомнил без малейшего труда. Так же легко он настроился на нужную частоту и установил с ней телепатическую связь.

- Эрихай, ты видела новости? Знаешь, что случилось?

- Нет увы, - ответила женщина, её ментальный импульс отозвался привычным покалыванием в мозгу ахета. - Но обращение жрицы застала. Похоже, стряслось что-то действительно серьёзное. Думаю, завтра на кафедрах всё станет понятней, Ты-то как? Расскажешь, что сообщил посол твоего коллеги?

- Даже если не захочу - придётся. Надвигается шторм. Тадарэ, ты сегодня видела Тутэль Джент?

- Да, а что такое? Волнуешься за неё?

- В том-то и дело что да

- Тогда ложись скорее спать, завтра все обсудим. А если совсем испугаешься, попроси Сальмастат присмотреть за ней. Внеочередное заседание в любом случае состоится.

- Хах, ты, как всегда, умеешь меня поддержать. Приятно знать Ринон тепло улыбнулся.

- Брось, на то мы и друзья! Приятных сновидений, господин зануда!

- Ага, взаимно, тари задира!

Беззаботный, привычный тон Тадарэ немного успокоил Ринона. Допив остывший горький чай, он настроился на ментальную волну Джент. Ахет прекрасно понимал, что сейчас совершает нечто грубое и бестактное, пытаясь тайно проверить состояние бывшей студентки, но тревога за неё не отпускала. То, с чем он столкнулся, добравшись до её ментального поля, озадачило даже его, носившего высшую ученую степень тэйхадера уже не один десяток лет. В течение пяти минут Ринон никак не мог определить местоположение Джент. На шестой минуте ее эманации наконец проявились, и директор увидел девушку в её собственной лаборатории. Наблюдать дальше он не стал, посчитав, что достаточно просто знать: она в безопасности.

- Однако, что это сейчас было? прошептал в пустоту тэйхадер. Сама она не способна наглухо перекрыть волну, на такое ментальное сокрытие способны лишь высшие мастера. Джент для подобного еще слишком юна

Мысли о поведении ауры ахетки долго не давали ему уснуть.

Ступив на арену, Ринон отыскал взглядом сидящую в самом центре женщину. Сегодня у студентов не было занятий, и она пришла в тренировочный зал одна. Ахет окинул мысленным взором витающие в пространстве вибрации - остаточные вспышки недавних энергетических ударов Тадарэ. До погружения в медитацию она явно выложилась на все сто. Сама Эрихай в физической оболочке отсутствовала, и это Ринон зафиксировал почти мгновенно. Не боясь потревожить оставленное тело, он прошел в центр арены и опустился рядом, спиной к спине, намереваясь последовать за ней.

Заходя в Информационные центры космоса, Ринон не мог не думать о том, что это подобие вселенской ментальной сети - обитель вне пространства и времени, - хранит знания и память всех разумных существ во Вселенной. В этом сакральном пространстве он, как и все жители планеты, мог встретиться, с кем-то даже находясь за миллионы световых лет друг от друга - достаточно лишь овладеть сложнейшими техниками отделения души от тела или прямого подключения сознания к информационным потокам. Второе давалось редким, одаренным ахартарианам, но им определенно было куда расти. Ринон знавал древние цивилизации, которые управляли всеми уровнями ИЦК чуть ли не на уровне биологических рефлексов. Именно они возглавляли Союз Мортема, куда так отчаянно стремился попасть Ахартар. Но сейчас мысли Ринона сводились не к высшим расам, а к вполне равным по уровню развития соседям: димидианам и ильмарам.

Следуя за волной Тадарэ, он очутился неподалеку от димидианской станции Сигос - той самой, о которой вчера сообщили в новостях.

- Не пытайся пройти туда, это ни к чему.

Услышав голос позади себя, Ринон обернулся. Тадарэ. Здесь она выглядела несколько иначе, чем в реальности: длинные темные волосы ниже пояса сменила короткая стрижка пепельного цвета с бледно-зелеными прядями на висках, а глаза приобрели ярко-сиреневый оттенок. Перед Риноном стояла высокая девушка, окутываемая дымкой сияющего света, подобно прозрачному звездному савану. До конца оставалось неизвестным, почему облик выходящих в ИЦК меняется тем или иным образом, но дух Тадарэ, полный жизни и молодости, походил на юное дитя природы. Лишь мудрый взор выдавали ее истинный возраст, давно переваливший за сотню ахартарианских лет.

- Доброго дня, Эрихай, - ответил Ринон. Ты, как всегда, жаждешь ответов.

- Трудно удержаться, когда творится что-то интересное, - улыбнулась Тадарэ. - В конце концов, тяга к неизведанному - это лучшее топливо для поиска знаний.

- Думаешь, дело рук ильмаров? - Ринон внутренне напрягся.

- Понятия не имею. Они полностью заблокировали границы доступа к станции через ИЦК. Не хочу пока строить пустые предположения, однако мне кажется, что это не авария, а теракт.

- Согласен. В таком случае димидиане не стали бы закрывать каналы связи. Но и жрице невыгодно действовать так открыто. В её интересах - выставить Ильмарон жертвой внешних посягательств и клеветы со стороны Ахартара. Тогда остальные планеты примут их сторону.

- Не будем спешить с выводами. Сегодня заседание Сальмастата, тебя наверняка туда позовут.

- Могу провести тебя с собой, - Ринон бросил внимательный взгляд на Тадарэ.

- Я не член Сальмастата.

- Но им гарантированно потребуется твоя помощь. Архонт не оставит этот инцидент без внимания, ей будут нужны специалисты из Эль-Хор-Сари для расследования. А ты единственная, кто владеет техникой распознавания остаточных волн совершенстве.

- Ты думаешь это так легко? - Тадарэ негромко засмеялась. - Пока я доберусь туда, будет слишком поздно что-то распознавать!

- Если тебе потребуется помощь, я буду рядом. Но даже если ничего не выйдет, ты хотя бы удовлетворишь свое любопытство. Быть в курсе дел гораздо спокойнее, разве не так?

- Ты, как всегда, Ринон, себе не изменяешь.

Тадарэ замолчала, погрузившись в омут сложных, противоречивых размышлений. Как и любого истинного мастера, её временами терзали сомнения: пределы ментальных возможностей не достижимы даже за одну жизнь, а сколько таких жизней уже осталось за спиной у её бессмертной души - она до сих пор не выяснила.

- Но не смей меня опекать! - женщина в шутку толкнула его плечом. - Я тебе не Тутэль Джент!

- О Она до сих пор меня избегает? - Ринон добродушно заулыбался, вспомнив бывшую студентку. - Только и получаю от неё сухие безликие отчёты. Хоть бы раз на чашку чая заглянула.

- Господин зануда, если бы ты был к ней чуточку мягче!

- Я всего лишь хотел, чтобы она стала сильнее. Такой колоссальный потенциал требовал жесткой отшлифовки.

- А в итоге твой потенциал сбежал в другой научный отдел и улепётывает от твоего общества на попутных кораблях, - съязвила Эрихай. - Ринон, ну зачем надо было вести себя как тиран?

- Данатан попросил - ахет отвел взгляд. - Он лично просил позаботиться о своей дочери в их с Селиной отсутствие. Я не знал, что впоследствии она так меня возненавидит.

Тадарэ с размаху хлопнула себя ладонью по лбу.

- Что ты, что Данатан дуболомы. Эмоциональная тупость, Ринон, - тяжкий грех!

- Да что я-то - директор смутился так сильно, что сияющий ореол вокруг его ментального силуэта заметно приглушился. - Я бы извинился, если бы она постоянно от меня не бегала. И вообще, Эрихай, ты снова нарываешься!

Тадарэ была искренне рада, что тревожная тема межпланетной политики уступила место чему-то личному и теплому. Она снова шутливо боднула его плечом, словно вызывая на дружеский поединок. Но Ринон, рассмеявшись в ответ, бросил на неё хитрый взгляд и мгновенно исчез, прервав сеанс связи и возвращаясь обратно в физическую оболочку.

С глубоким вдохом Тадарэ вернулась в реальность, концентрируясь на собственных энергетических линиях, проходящих сквозь ментальные центры. Когда ход внутренних сил сбалансировался, женщина поднялась и огляделась в надежде обнаружить рядом Ринона. Однако арена пустовала, словно никого, кроме нее самой, здесь и не было. Тем не менее интуиция настойчиво била в набат, возвещая о присутствии наблюдателя. Эрихай сосредоточилась, просматривая возможные остаточные следы, витающие в пространстве, но не обнаружила ничего, кроме собственной угасающей волны. Сердце ускорило ритм. Не мог ведь директор обидеться на ее подначки и уйти - иначе это был бы не Ринон.

Пытаясь рассеять нахлынувшие сомнения, она просканировала зал повторно - на этот раз гораздо глубже и тщательней, прощупывая каждую точку пространства вокруг себя. Внезапно она уловила чужую, но все же знакомую вибрацию у самого края площадки. Сосредоточив энергию в солнечном сплетении, Тадарэ мгновенно перешла в боевой режим, готовая к атаке или защите. Ждать выпада от потенциального противника она не стала - просто нанесла резкий, направленный энергетический удар в сторону скрытой волны и тут же бросилась следом.

Ухватившийся за край Ринон, вовремя подтянулся, уперся ногами в нижний выступ и, дав телу мощный толчок, легко взмыл вверх, пропустив под собой разрушительный энергетический вал Тадарэ. Кровь бешено заколотила в висках, а чистый адреналин едва не заставил разум захлебнуться - это определенно нравилось ему куда больше горького чая. Стоило ахету приземлиться на арену, как женщина провела стремительный выпад ногой, усиленный телекинезом. Любому новичку такой натиск разбил бы череп, как хрупкую стеклянную бутылку, но Ринон успешно выставил блок. Тепло от ее удара скользнуло по его щеке. Качнувшись в сторону, он отставил назад ногу, не дав себе упасть. Мышцы напряглись, а кровь забурлила в жилах вместе с усиливающимися ментальными потоками, пульсирующими в такт сердцу. Секунду спустя оба закружились в бешеном боевом танце, оставляя за собой шлейфы колоссальной энергии, незримо сгущающейся вокруг тэйхадеров и образуя подобие замкнутого купола. Искрящиеся потоки светились и кололись, словно статическое электричество, но это покалывание было даже приятным. Не прерываясь, Ринон и Эрихай перемещались по залу, безупречно блокируя удары друг друга. Мягкое покрытие пола шуршало под их ногами, а мир вокруг хороводил и размывался, будто дерущиеся находились на бешено летящей карусели. Телекинетический удар пришелся Тадарэ в центр скрещенных рук, отбросив ее назад. Сгруппировавшись, женщина кувырком прокатилась по полу, после чего резво встала на ноги. Из-за разницы в росте ей приходилось чаще использовать инерцию противника.

У Эрихай уже кружилась голова, но она упрямо игнорировала слабость: то были лишь гормоны радости от разгорающегося пламени движения. Бой действительно походил на танец - опасный и прекрасный одновременно. Танец сэти и ахета, сильных тел и закаленных душ.

Воздух над площадкой словно горел, а пространство заполнял хриплый смех уставших тэйхадеров. Мышцы уже ныли от перенапряжения, а ментальная концентрация постепенно слабела. Заблокировав последний удар соперницы, Ринон резко замер и сложил руки на груди в знак того, что поединок окончен. Тадарэ не стала продолжать атаку.

- Хм, - ахет улыбнулся, поправив расстегнувшийся воротник. - А говорила, что тяжело. Ты почувствовала моё присутствие сразу же, как только вышла из ИЦК, а я перекрывал свою волну. Ты великолепна!

- Ладно - Тадарэ сделала небольшую паузу, чтобы перевести дух. Уговорил. Я присоединюсь к расследованию, если Сальмастат пришлет запрос. - Она небрежным жестом отмахнулась от витающих вокруг энергетических шлейфов и лукаво прищурилась. Слушай, а ведь тебе стоит провести такой же спарринг с Тутэль Джент.

- Что? Ты с ума сошла? - Ринон опешил. - Она не тэйхадер! Я рискую покалечить её, а то и убить!

- Отличный повод научиться сдерживаться и наконец подтянуть эмоциональный интеллект. - парировала Эрихай. - Дай ей возможность выговориться, спустить пар, раскрыть силу. А себе - шанс принять её гнев и искренне извиниться. По-моему, идея отличная. - Тадарэ похлопала по плечу смутившегося и мгновенно покрасневшего директора научного комплекса. - Ты будешь сдержанной, тёплой и мягкой булочкой и ни за что не поранишь девочку. Ведь на самом деле ты такой и есть. Просто, когда тебя выпекали, то случайно перепутали жгучий перец и сахарную пудру. Ха-ха-ха!

Кончики ушей Ринона совсем зарделись и сделались горячими. Тадарэ, как всегда, била своей обезоруживающей прямотой наотмашь, заставляя сурового ахета чувствовать себя максимально неловко.

- Ладно, - подытожил ахет, пряча от подруги покрасневшее лицо, - идем по домам, нужно как следует подготовиться к заседанию.

- Поглядите, какой прилежный! улыбнулась Тадарэ. Боишься, что архонт увидит твой багровый нос? Настолько смущен, что готов вытащить эти эмоции прямиком в ИЦК?

Ринон не ответил, а просто развернулся и зашагал к выходу с арены, размышляя о том, что нынешнее заседание может пойти немного не по плану из-за присутствия непредсказуемой Эрихай. Но сделать своё дело он был обязан.

Тьму без времени и пространства рассекал полурассеянный свет. Ринон много раз бывал на заседаниях Верховного Совета Ахартара, который все привычно называли ахетским словом Сальмастат, и каждый раз его взгляд останавливался на ней - на архонте Цоледат. Она не была похожа на души обычных ахартариан, в ней таилась нечто более возвышенное. Ни у кого в этом пространстве так не искрились глаза и ничьё присутствие не сияло столь ослепительно. Далеко не каждый способен возглавить целый мир, и Ринона успокаивал тот факт, что столь необычная личность только год назад вступила в должность. Стало быть, представлять интересы жителей и следить за функционированием всех планетарных систем ей предстояло ещё долгие четыре года.

- Благодарю всех, что пришли, - проговорила Цоледат. Её интонация в корне отличалась от манеры Аджитту Мэй: в ней не было и капли мягкости - этот голос звенел чистым металлом. - Вы все в курсе произошедшего на димидианской станции.

Проницательна до ужаса. Никто из присутствующих еще не успел обмолвиться, что видел вчерашнее заявление ильмаронской жрицы. Ринон перевёл взгляд на собравшихся. Странно, но Сальмастат находился здесь не в полном составе - видимо Цоледат решила созвать только тех, то необходим ей прямо сейчас. Эрихай Тадарэ едва заметно улыбнулась краешком губ. Аринао Такеуни тут же бросил на неё раздражённый взгляд и шумно, со свистом выдохнул сквозь плотно сжатые челюсти. Маршала она откровенно бесила - как упрямый гражданский специалист, который вообще не должен присутствовать на закрытом совете. Военный был регламентщиком до мозга костей, но архонт явно успела его урезонить, ведь ни единого слова недовольства он так и не произнёс.

- Разведка сообщила мне о гибели экипажа корабля под командованием капитана Сиана Айнэла. К сожалению, пока мы не можем допросить его самого - бедняга тяжело ранен. Сейчас он находится в реанимационном отделении на Димидиуме. Итак, - Она медленно сцепила бледные пальцы в замок перед грудью, и этот простой жест заставил Совет мгновенно замереть. Все тут же поняли - тема разговора серьезная, - Там не было никакой аварии. Я более чем уверена в теракте.

- Это дело рук ильмаров, тари? - глухо спросил Такеуни.

- Это нам и предстоит выяснить. Господин Отэ займётся расследованием.

Ринон перевёл взгляд на того, кого так неожиданно назвала Цоледат. Среди всех ищеек Ахартара этот оперативник носил самую зловещую репутацию. Его душе идеально подошло бы прозвище Сумеречная Сущность - неуловимая, тёмная и до бесконечности странная. Он не мерцал и не сиял, как остальные, Гайт Отэ в ИЦК оставался практически невидимым, сливаясь с окружающим пространством в одно сплошное темное пятно. Окружающие не видели его лица и не могли уловить его эманаций они различали лишь леденящий душу, тихий тембр, звучащий у каждого прямо в центре черепной коробки.

- Буду рад оказать услугу Ахартару и лично вам, тари архонт.

Ринон был готов поклясться, но интонация следователя действительно больше напоминала едва различимый шёпот. Директор никогда прежде не встречался с этой личностью, а потому изо всех сил старался не выказывать лишнего интереса. В отличие от Тадарэ, которая пристально изучала Отэ, совершенно не заботясь о приличиях. Такой уж она была - неисправимой и любопытной задирой. И словно отвечая женщине на её дерзкий вызов, Сумеречная Сущность сосканировал её в ответ. Тадарэ не видела глаз следователя, но внезапно ощутила его пристальное внимание повсюду, со всех сторон одновременно. Казалось, будто Гайт соткан из множества невидимых очей и ушей, составляющих саму суть этого жуткого представителя правопорядка. Ого! только и успела подумать тэйхадер Каков фрукт!.

- Пока нет убедительных доказательств того, что Ильмарон готовится к войне, однако мы не имеем права сидеть сложа руки, - подытожила Цоледат, вновь переключая внимание Совета на себя. - Господин Хонтаро, на вас возлагается выполнение специального заказа Министерства обороны.

Хоть к нему напрямую и не обращались, маршал Такеуни веско кивнул. Он возглавлял всё Министерство обороны, и поручение Цоледат, по сути, оставалось его личной задачей.

- Тари архонт, - подал голос Ринон. - Я бы хотел предложить кандидатуру руководителя института высшего айсола, Эрихай Тадарэ, для участия в расследовании теракта. Её навыки позволят установить, кто именно находился на станции в момент взрыва.

Цоледат перевела взгляд на Гайта Отэ, оставляя последнее слово за ним.

- Охотно приму вашу помощь, тари Эрихай, - отозвался следователь.

- Господин Хонтаро меня явно переоценивает, - покачала головой тэйхадер. - Нет никакой гарантии, что остаточные волны не рассеются к моменту нашего прибытия на Димидиум.

- И всё же я прошу вас попытаться. - негромко прошелестел Отэ. - Дело предстоит непростое, и ваши уникальные способности придутся как нельзя кстати. Я прекрасно понимаю, что высший айсол не всемогущ, но мы должны использовать любой шанс.

- Хорошо. Я полечу с вами.

Эрихай глянула на Цоледат и едва заметно улыбнулась. Эта женщина - судя по всему, чистокровная ахетка, - также вызывала у нее жгучий исследовательский интерес, но сама архонт никак не реагировала на чужое внимание. Было ли это профессиональной привычкой, или же ее действительно ни капли не заботили взоры окружающих, понять не представлялось возможным. Цоледат мастерски замаскировала все, что только поддавалось ментальному сокрытию и просто молча кивнула в знак согласия с Гайтом Отэ. Пусть следователь берёт в помощники, кого угодно - ее интересовал исключительно результат. Ринон мысленно вздохнул. Настал черед для самой скверной новости:

- Вчера я получил тревожное сообщение от своего ильмаронского коллеги. - директор обвёл взглядом присутствующих членов Совета. Аджитту активно собирает информацию о ключевых ученых нашего института, её интересует область ментального усиления. Я требую, чтобы Министерство обороны немедленно позаботилось об их безопасности.

Такеуни медленно закатил глаза, всем видом демонстрируя, каких колоссальных усилий ему стоит не сорваться на крик. Чего он больше всего не выносил, так это слово требую от гражданских тех, кто о настоящей войне читал лишь в художественной литературе да слышал в академических лекциях. Пройдя через множество тайных операций на диких планетах, этот сэти заслужил свое место в Совете кровью: переломанными в нескольких местах конечностями, которые впоследствии приходилось выращивать заново в регенерационных капсулах.

- Сделаю всё от меня зависящее, - едва разжимая стиснутые зубы, процедил маршал. Он совершенно не горел желанием нянчиться с учеными, но не спешил выказывать Ринону профессиональное презрение, опасаясь гнева Цоледат. В ближайшее время я посещу лично Эль-Хор-Сари.

Архонт одобрительно кивнула, сощурившись в хитрой улыбке, - ей определенно нравился покорный военачальник. Ринон же отлично разглядел и скрытое недовольство маршала, и внешнее спокойствие правительницы. Очевидно, их взаимоотношения не были простыми, но оба лидера прекрасно умели сглаживать острые углы ещё до начала открытого конфликта. Воистину лучшие из лучших.

Тем временем Гайт Отэ слегка повернул голову, словно прислушиваясь к какому-то невидимому сигналу. В отличие от скованного должностным регламентом Такеуни, Сумеречная Сущность вел себя почти так же свободно, как и Тадарэ. Спустя несколько секунд следователь вернулся к Совету с ещё более страшным известием.

- Я получил список погибших, - прошептал он, плавно взмахнув рукой. Из его скрытых тенью пальцев прямо в центр пустого пространства перетек пучок бледной энергии, мгновенно развернувшись в строчки с именами. - Господин Хонтаро, я бы хотел попросить вас пока не рассказывать об этом Тутэль Джент.

Ринон не сразу понял, о чём речь. В первый миг его охватили ярость и недоумение: откуда этот скрытный оперативник вообще знает о её существовании? Но стоило директору перевести взгляд на светящиеся строчки, как он оцепенел.

Селина Тутэль

Данатан Тутэль

Сердце ахета пропустило удар. Присутствующих обдало мощным, удушающим жаром его исказившейся волны. Дикий шок и отказ верить в происходящее едва не выбили Ринона из ИЦК обратно в физическое тело, словно пробку из бутылки.

- Да что вы такое говорите? дрожащим голосом произнес директор. Как, по-вашему, я могу выполнить такую просьбу?!

- Я повторю! Отэ резко поднялся со своего места, и его доселе размытый силуэт на мгновение соткался из бесформенной тьмы в грозную, монолитную фигуру. Его шёпот внезапно сорвался на ледяной свист, ударивший по ушам присутствующих. Ни слова!

Ментальное пространство мгновенно заполнил тягучий удушливый эфир, от которого Цоледат сурово свела брови. В ту же секунду следователь и Хонтаро Ринон попятились от взрывной ослепительной вспышки, которая буквально поглотила эманации обоих лидеров архонт ясно дала понять, что на Совете пора прекратить балаган.

- Потрудитесь объяснить, что здесь происходит? холодно спросила она.

Тадарэ переводила лукавый взгляд то на Цоледат, то на Ринона, то на взбешенного этой сценой Такеуни. Ей подумалось, что если обычные заседания Сальмастата сопровождаются подобным накалом страстей, то она просто обязана напроситься с Хонтаро в следующий раз.

- Прошу прощения, тари Цоледат, - искренне извинился Ринон, пытаясь взять эмоции под контроль, - Тутэль Джент Она - дочь погибшей четы Тутэль и и ведущий исследователь нашего проекта по ментальному усилению.

Логические цепочки страшных опасений стремительно сложились в головах присутствующих, но никто так и не смог подобрать ключ к главной загадке.

- Как вообще Тутэль оказались на Димидиуме? - озвучила общую мысль Цоледат.

- А вот это самое интересное, - заметил Отэ. - но ещё более любопытен тот факт, что Селина и Данатан когда-то тоже стояли у истоков биоэнергетических технологий. Можно сказать, их дочь упрямо продолжает путь своих родителей.

Ринон готов был испепелить Гайта Отэ взглядом. Слишком много этот скрытный оперативник знал личных подробностей, которые по-хорошему вообще не должны были его касаться. Тадарэ опасливо уставилась на ахета, молча предупреждая, что ментальный фон стоит немедленно приглушить. Притворяться в ИЦК было архисложно, но сейчас жизненно необходимо.

- Думаете, чета Тутэль и была главной целью ликвидации? подал голос Такеуни.

- У меня есть веские основания так полагать. маршал остро ощутил на себе ледяное внимание Сумеречной Сущности.

- Сейчас нет никакого смысла разгадывать ребусы, - жестко подытожила Цоледат. Она разом разомкнула замок из пальцев, словно обрубая любые попытки поспорить. У нас на руках нет ничего, кроме списка имён. Господин Отэ, тари Эрихай, я рассчитываю, что вы в кратчайшие сроки прольёте свет на эту тайну. Некто посягает на безопасность наших граждан, и я требую выяснить, кто за этим стоит! Заседание окончено!

Архонт исчезла первой, больше не проронив ни слова. Присутствующим стало предельно ясно: её гнев достиг апогея, а значит, отдуваться за случившееся придётся тому, кто сейчас находился ближе всех к её кабинету в реальном мире, - Аринао Такеуни. Тьма информационных центров космоса еще несколько секунд удерживала в себе остатки ее ментальной волны - жесткой, сильной и колкой, прежде чем следователь, тихо вздохнув, в последний раз окинул взором коллег. Этого движения, разумеется, никто не увидел, но каждый остро ощутил его на себе.

Ринон вернулся в собственное тело совершенно подавленным. Никто из членов Совета, кроме него, не погрузился сейчас в искреннюю скорбь, ведь только он близко знал Данатана и Селину. Их дружба не походила на его открытые, ироничные отношения с Тадарэ, но ахет без колебаний назвал бы супругов Тутэль родными. Десять лет долгой разлуки завершились столь немыслимой, дикой потерей, что Ринон в тишине своей спальни не мог выдавить из себя даже крика.

Его студенческие годы начинались бурно (не зря Тадарэ еще тогда наградила его прозвищем Зануда). Молодой ахет постоянно конфликтовал с сокурсниками, нарушавшими дисциплину. Стоило кому-то заболтаться на лекции Ринон громче всех рычал: Заткнитесь, если же кто-то имел наглость пропустить практику, он упрямо пытался вернуть заблудшего на праведный путь. Больше всего его тогда раздражали Данатан и Селина. Эта парочка умудрялась регулярно пробираться туда, куда всем новичкам строжайше запрещалось соваться с первого дня обучения в Мэн-Куон. После пробных вылазок в запретный сектор, их вид поражал неряшливостью: ссадины, синяки, а порой и глубокие рубленые раны. Что они там искали и с кем вступали в схватку, Ринон мог только догадываться. Но именно эти безумцы стали теми, кто однажды силой притащил его туда и подарил ему незабываемое, пьянящее ощущение, какое бывает лишь тогда, когда переступаешь черту священного запрета.

Там же, в Мэн-Куоне, он когда-то познакомился и с Тадарэ - девушкой настолько непонятной и странной, что регулярные стычки с ней быстро стали делом привычным. Выяснилось, что она училась в Институте высшего айсола и после выпуска планировала пойти в личную охрану архонта, как знаменитые Вамасаи прошлого века. Ахартар всегда открывал любые двери перед одарёнными гражданами, но судьба распорядилась её жизнью иначе. Если бы кто-то тогда, в студенческие годы, сказал Ринону, что его мэн-куонская заклятая подруга со временем возглавит целую академию, он бы врезал этому болтуну раз десять. Однако Данатан и Селина верили в её потенциал точно так же, как верили в самого Хонтаро. И эта непоколебимая убежденность супругов Тутэль в конце концов скрепила их дружбу, несмотря на былые разногласия. Но смерть оказалась жестока.

В полном молчании Ринон прошёлся по спальне, вышел в просторный коридор и спустился по лестнице в гостиную, где когда-то, будто в прошлой жизни, звучал заливистый смех его погибших друзей. В какой именно момент тишина этого дома стала настолько привычной? Неужели с тех пор действительно пролетело десять лет? И всё это время сумасшедшая парочка из его юности ни разу не садилась на этот диван, не касалась подлокотников кресел, не всматривалась в огромные панорамные окна, наслаждаясь видом утопающего в зелени города.

Когда Данатан и Селина покидали Ахартар, Ринон искренне верил в их благополучное возвращение. В конце концов, как могли погибнуть столь выдающиеся учёные? Абсурд, с которым он бы никогда бы не смирился. И сейчас не хотелось. Опустившись в кресло, ахет отчаянно попытался воскресить в памяти их ментальные сигналы, чтобы настроиться на знакомую частоту.

Нет, вы не можете умереть! Отэ ошибся! Ошибся! - судорожно тараторил про себя Ринон, сжимая виски. - Вы просили приглядеть за Джент, и я приглядел! Я исполнил обещание! А вы клялись вернуться и отпраздновать её успехи!

Но сколько бы ты тэйхадер ни пытался, никто не мог вырвать ушедших из объятий гибели. Следы его друзей уже поглотила великая цепь перерождений. И никто во Вселенной не был способен предсказать, когда именно эти искры жизни вернутся вновь.

Давящая тишина с новой силой обрушилась на не замечавшего её раньше Ринона, навсегда унося два кусочка его долгой жизни. Отколовшись, они оставили глубокие кровоточащие раны на душе ахета, болевших настолько страшно, что эту ментальную боль можно было сравнить лишь с изощренной пыткой.

- Вот, держи! - внезапно воскрес в его памяти восторженный шёпот Селины, сидевшей когда-то в компании возлюбленного в этой самой комнате. - Подарок тебе, гений!

Пузатая стеклянная бутылка тогда глухо стукнула по поверхности стола.

- Вы чего?! Ринон в воспоминании смешно выпучил глаза. - Это же мэн-куонская скира!

- А-га! - Данатан тогда весело хлопнул его по плечу. - В ней целых сорок градусов счастья! Достали специально для тебя, вэй!

- Только через мой труп!

В тот далекий день он спрятал алкоголь с глаз долой в самый нижний ящик, подальше от посторонних взоров, и напрочь забыл о нем, как о мелком нарушении дисциплины. Сидя в кресле, Ринон опустил руку. Стоило ему едва заметно поманить указательным пальцем на себя, как заклинивший за десять лет замок послушно щелкнул, и выдвижная панель выехала вперед. Теперь запретный трофей снова оказался перед ним как в тот памятный день поздравления с окончанием третьего цикла обучения.

- Только через мой труп - глухо повторил Ринон в звенящую пустоту.

Он запрокинул голову и принялся жадно заливать в себя обжигающую, как жидкий огонь, жидкость прямо из горлышка, не задумываясь о том, что что до сегодняшнего дня вообще никогда не употреблял ничего подобного. Скира раскалённой лавой хлынула в желудок, и нечто лёгкое, но в то же время сокрушительное, словно удар тяжелой кувалды, мгновенно ударило в мозг. Небрежно отставив бутылку, ахет попытался отойти, но внезапно покачнулся, потеряв равновесие, и тяжело плечом на стену. Сердце бешено заколотило в такт учащённому дыханию. Злость вперемешку с черной горечью рванулась изнутри, точно бурный поток сквозь пробитую дамбу. Их больше нет в этом мире. И, возможно, не будет в ближайшие несколько столетий.

Реинкарнация никогда не давала никаких гарантий новых встреч. Мы ещё встретимся - частая фраза, сопровождающая в моменты тяжелых потерь. Но ещё чаще освобожденные души теряются в бескрайнем скопище обитаемых миров. И жизнь, и смерть одинаково безжалостно разводят мосты.

Ринон сделал ещё один глоток. Вкус старой, перебродившей скиры ощущался на языке чистой горечью утраты, а её обжигающий жар походил на тысячу мечей, одновременно пронзивших всё его существо. Комната стремительно расплывалась - не то от мгновенного опьянения, не то от застилавших глаза слёз.

Где-то за спиной он вдруг уловил шаги, показавшиеся ему поступью самой смерти. Может быть, я залил в себя смертельную дозу этого пойла и теперь просто последую за друзьями в неизвестность? - мелькнуло в угасающем сознании. Подобный исход на Ахартаре никто бы не одобрил, что казалось Ринону высшей иронией погибнуть, нарушив самое строгое правило всей своей жизни.

- Хватит напиваться, зануда!

Поначалу голос Тадарэ показался ему слуховой галлюцинацией, спровоцированной опасным напитком, раздобытым в месте, куда ни один благоразумный житель планеты добровольно не сунется. Но она действительно пришла. Сумасбродная, наглая до невозможности женщина вторгалась в жилище Ринона так часто, что он в конце концов просто сделал для неё дубликат ключа. Благо сама Эрихай жила по соседству.

- Они не единственные, кому ты дорог! прошипела тэйхадер, гневно глядя на друга.

Осторожно придерживая за локоть, она довела массивное тело ахета до дивана и помогла ему сесть. Уткнувшись тёплое плечо женщины, Хонтаро замер. Лишь его широкие плечи подергивались в тщетных попытках заглушить подступающие слезы стыда и горечи. Разрывающая душу тишина внезапно приобрела совершенно иные свойства: Тадарэ не произносила больше ни слова, а просто ласково гладила Ринона по спине. В эти минуты она совершенно не походила на себя прежнюю - всё её привычное озорство испарилось без следа. Как вообще она додумалась прийти сюда среди ночи? Такая родная и вечно загадочная Эрихай Тадарэ.

Ахет уронил голову к ней на колени и закрыл глаза, позволив ее ладони вытягивать из него боль медленно, как яд из раны. И с каждым прикосновением целительной руки Ринон все глубже погружался в сон.