Аннотация к разделу: Все, что удалось запомнить, сегодня поместилось бы под ногтем моего мизинца. Время мастерски отретушировало в памяти агонию тех стремительных дней, и сегодня я неизбежно должен обмануть вас, пересказывая то, в чем и сам до конца не уверен. Но никто не поправит, не подскажет, как было и придется покорно использовать ваш единственный шанс. Внимайте моему путаному полубреду, как если бы вы знали, что я единственно возможный рассказчик…
Все, что удалось запомнить, сегодня поместилось бы под ногтем моего мизинца. Время мастерски отретушировало в памяти агонию тех стремительных дней, и сегодня я неизбежно должен обмануть вас, пересказывая то, в чем и сам до конца не уверен. Но никто не поправит, не подскажет, как было и придется покорно использовать ваш единственный шанс. Внимайте моему путаному полубреду, как если бы вы знали, что я единственно возможный рассказчик…Война началась задолго до моего рождения. Свет оранжевой звезды, низко зависшей над горизонтом, близоруко ощупывал спящую в снегах долину, изрытую черными венами траншей и ощетинившуюся металлом противотанковых укреплений. Закованные в бронзу спины тысяч солдат, собравшихся в железобетонных лабиринтах линии обороны, чтобы прославиться в веках или умереть безымянными, отливали смертельным золотом заката. Слабый ветерок разнес эхо отрывистых команд приготовиться к бою. Сердце заколотилось в горле. Слегка тошнило от кислого страха и запаха оружейной смазки. Сквозь нарастающий звон в ушах хриплые крики командиров, лязг затворов и щелчки снимаемых предохранителей казались невероятно далекими и посторонними. Шальной и безнадежный отблеск трех сигнальных ракет, медленно разрезающих небо в глазах вооруженных людей, возвестил о том, что час настал.