В 90-х годах сломался мой телик. Надо было везти его в чимишлийскую телемастерскую. Чеботарь кормил меня Галоперидолом, чтобы я не мог думать: стране всегда были нужны дураки.
У Юры Матковского была машина. У меня мысль возникла: десять лет я работал на его тёщу В. Козаренко; она за то время получила тысячи рублей, а мне за труд подарила один раз конфету. Ну, думаю, вдруг Юра мне и задаром сделает услугу?
Подъехал он к моей калитке, загрузили в машину мой телик. Едем.
- 300 леев с тебя до Чимишлии, - сказал он мне. - Деньги есть?
- Есть, - отвечаю я.
Про тысячи, заработанные мной для его тёщи, мне неудобно было говорить: в ведомостях-то подписывалась всегда тётя Валя. Всё было законно, она в киносети значилась екатериновским киномехаником. Дядя Коля Гончар однажды метко сказал:
- Тётя Валя, вы киномеханик или киномошенник?
Кто выполнял годами работу в киноаппаратной, про это никто никого никогда не спрашивал. Ловкость у нас в селе всегда была в почёте. "Хочешь жить, говаривал наш школьный тренер Анатолий Семёнович Романский, умей вертеться".
Приезжаем с Юрием в Чимишлию, у телемастера - выходной.
- Обратно едем, - говорит Юра, - с тебя ещё 300 леев.
Уже 600 леев с меня. На другое утро опять едем.
- Ещё 300 леев надо, - говорит Юрий.
- Есть, - отвечаю.
И тут он начинает качать права:
- Смотри, какая ухабистая дорога. Мне каждый месяц приходится менять карданный вал.
Заходим к телемастеру, он посмотрел - готово! Стоимость ремонта - 10 леев. Поехали обратно; конечно, Юрию - ещё 300.
Через два дня телик опять сломался. Опять едем в Чимишлию. Туда и обратно всего - ещё 600. Телемастеру - 10 леев.
- Я больше на дорогу трачу, - сказал я телемастеру, - чем вам за ремонт.
- Попробуй, - говорит он, - привезти телик на автобусе.
У меня тогда возникла мысль, гениальная и, в то же время, бредовая: не в сговоре ли Юрий и телемастер? Не делят ли они деньги, заплаченные мною за перевозку этому "благодетелю"?
Я давно замечаю, народ всегда может даже целоваться, но как только станет вопрос о кошельке, то - всё. Как в том анекдоте: "Давайте будем курить ваши сигареты, а, когда они у вас закончатся, будем курить каждый свои".