Перелом был страшен. Рана почти на все предплечье - от локтевого сгиба до кисти. Обрывки кровоточащих мышц, кожа лохмотьями свисала с руки, и в этом кровавом месиве неправдоподобно белые отломки лучевой и локтевой костей - в зоне перелома они как бы изжеваны. Удручающую картину перелома дополняло сильное загрязнение раны донным илом.
  Когда позже пришлось наблюдать в вольере зоопарка гиппопотамов в условиях, близким к естественным, обратил внимание, что они очень активны - совсем не те лежебоки, что в наших зоопарках. Охотно подходят к ограде и с удовольствием поедают травинки, листики, которыми их угощают посетители. Наблюдать это очень забавно. Открытую пасть бегемота, а чаще она открывается внезапно, ни с чем не сравнишь, разве что с чемоданом - какие возят на колесиках в международных аэропортах. В такой пасти-чемодане обнажаются по два клыка на нижней и верхней челюсти, размером и формой такие зубы сравнимы разве что с хорошим бананом. Только зубы эти нечищены, сплошь покрыты неприятным темно-коричневым налетом, что особых эстетических чувств, конечно, не вызывает...
  Вот такими клыками и было изувечено предплечье у парня. Пострадавшему пришлось сделать радикальную первичную хирургическую обработку раны. Дело чуть-чуть не дошло до ампутации: рваная, сильно загрязненная рана в сочетании с переломом прямо "диктовала" ее. Все же рискнул сохранить руку, пришлось повозиться, накладывая аппарат Илизарова. К всеобщему удивлению, больной быстро пошел на поправку, рана очистилась, покрылась грануляциями и после пересадки кожи - зажила. Сросся и перелом. Рука осталась деформированной, обезображенной рубцами и все-таки - рабочей.
  Через год после того памятного случая я встретил незадачливо-го "кирпичника" на берегу Нигера во время прогулки. Парень вновь готовил саманы. Узнав меня, на мгновение прервал свое занятие, издали приветливо помахал правой рукой. Приветствие было красноречивее всяких слов.
 

05.04.1989г.

Одесса,

Анатолий Антонович МЕЛЬНИК