По ступенькам, обкусанным нищетою,

из щелей заковыристого подъезда

выносили соседа. А в нише трое

притулилось жильцов, уступая место

на площадке у лестницы крышке гроба

и венкам, прислонившимся об перила.

Да не стар был ещё наш покойник, чтобы

сына осиротить. Да чтоб жонка выла...

И зима не пришла, не покрыв дороги

снежно-грешным хрустом. И ёлок лапы,

в грязь уткнувшись, легли под чужие ноги,

что за гробом потопали тихой сапой.

Впереди - сын в слезах и вдова в ознобе.

Вслед за ними поплыли венки и лица

и загнули за угол дома, чтобы

заблудиться в горе, в печалях скрыться.

Двор опять опустел, позабыв мгновенно

всё, что было и не было часом раньше.

Растекался сумрак в небесных венах.

Было? Сделалось тленным, бренным -

поутру, может статься, под снег приляжет.

Январь 2025 года

Могилёв