Совсем нелетнее лето.
И лужи в промокших листьях.
И ломится сон в квартиру,
где в полдень горит торшер.
Где дрёма в ушко продета
для строчки, внахлёст, по мыслям.
Сон в яблочко - выстрел в тире,
сразит наповал, в туше!
Что толку за явь бороться?
Что явного в том просвете?
Что светлого... исподлобья
дождь тюкает: по лбу, в лоб.
Я сон зачерпну в колодце:
здесь каждый первый - не третий!
И каждый - летний, особый:
всё начисто, набело.
Отчалю. В путь, в кругосветку
в аквариуме Морфея!
Мне вслед встрепенутся книги,
хвосты-листы распушат.
Вспорхнут, вверх да с полок-веток:
желанье летать сильнее!
На время сбросить вериги.
Воды дождевой ушат
окатит!
Мне - сон летучий.
Вещам - полёты, разброды.
Присел на форточку чайник,
свистит от кипучих вод.
Из прохудившейся тучи
проказница-непогода
случайную неслучайность
стежками мокрыми шьёт.
Кораблик мой лёгким ходом
в безбрежности летней, сонной,
где книги над головою
парят, распластав листы.
Да здравствует непогода -
плавучая невесомость!
И чайник - гудок с хрипотцою.
И дождь помашет рукою.