Спесивость поэтической строки -
приумноженье скорбей для поэтов.
Красивая, добротная карета,
как на охоте выводок левреток -
в век скоростей нелепа. Далеки
слова эпох дворцов для новых лет,
для ищущих себя, своё меж строчек.
Так для чего усердно ты хлопочешь
над вычурною рифмой дни и ночи,
себя воздвигший в гении, поэт?
"Уже" меняешь на "ужо", пижон!
Не говори красиво! Сивый мерин
не фаворит на скачках! Не поверю
в вуали, в кринолины. Как в тетерю
глухую за рулём авто Пежо.
Ты кто, мой брат, сеньор или вассал?
Твои мелкопоместные игрушки -
писать о пушке, сидя на опушке,
покрякивая: "Ай да я...ай, Пушкин!"
А отрок Пушкин, между тем, писал
о том, чем жил, о тех, о ком страдал.
Ты ж архаизмом, как лопатой, роешь
могилу слову. Да и я порою
то свечи жгу, то баррикады строю,
то возвожу себя на пьедестал...
Порой: ни в бровь, ни в глаз, ногой ни в зуб -
толкаю воз и малую тележку.
Купив гуся на рынке, душу тешу,
что, ощипав беднягу, делом грешным
УЖО пишу, УЖО перо грызу!
Шустра рука! А как легка строка?!
Поэт - О ТОМ, и я - О ТОМ же! Тоже!
Ряды бессмертных (точно!) приумножу!
"Любила Вас...любовь ещё быть может..."
Не может? Ну и...с ней, себе дороже:
И танки быстры, и броня крепка!