Открыв глаза, Джеймс Хеллборн услышал традиционное заклинание:
- Все в порядке, не волнуйтесь, не вставайте, вы в полной безопасности.
Хеллборн не спешил с ответом, поэтому заклинатель решил уточнить:
- Вы понимаете по-английски?
- Умгум, - пробормотал Джеймс. - Где я? И с кем имею честь?
"Где?" - глаза окончательно привыкли к сумрачному освещению, и Хеллборн понял, что он находится в шатре средней роскоши, на груде верблюжьих (?) шкур. Рядом с ним сидел белый джентельмен - несомненный джентельмен, определил наметанный глаз Хеллборна, и даже это восточно-арабское одеяние не могло его обмануть. Пухлые щеки, тонкие губы, печальный взгляд из-под пышных бровей, короткая военная стрижка. Дьявол, неужели еще один коллега из какой-нибудь треклятой секретной службы?!...
- Говард, Роберт Говард, - представился собеседник. - Журналист, путешественник, из Техаса, Соединенные Штаты.
"Опять американец? Слишком много американцев на квадратные километры здешней Африки".
- Хеллборн, Джеймс Хеллборн, - последовал ответ. - Путешественник. Не журналист. Из Нового Южного Египта.
- Надо же, а мне казалось, что это я забрался так далеко от родного дома! - воскликнул американец. - Очень приятно, мистер Хеллборн. Лежите, лежите, не вставайте.
- И все-таки, где я? - уточнил Джеймс, устраиваясь поудобнее на своем средневековом ложе. Надо же, нога не так сильно болит. Ага, ее заново перевязали, пока он был без сознания. Надо думать, и рану как следует обработали.
- Где я? Я не шатер имею в виду, мистер Говард, - на всякий случай уточнил Хеллборн, но собеседник только улыбнулся в ответ.
- Это оазис. Местные жители называют его Камбуджадешт.
- ???!!! - память подбросила самые невероятные ассоциации. - Камбоджа? Я думал, что нахожусь довольно далеко от Юго-Восточной Азии!
Или?...
Или он снова прошел через Зеркальные Врата, сам того не заметив, и теперь находится на очередной незнакомой планете?!
- Юго-восточная Азия здесь совершенно ни при чем, - тем временем заметил мистер Говард. - Вам могло обмануть сходство имен, но поверьте, мы находимся в сотнях миль от ближайшего кхмера. Этот оазис населяют арийцы, а "Камбуджадешт" значит "Равнина царя Камбиза".
- ???!!!
- Неужели вы никогда не слышали про этого царя? - удивился Говард. - Мне показалось, что я имею дело с образованным джентельменом...
- Да-да-да, я читал Геродота, - закивал Хеллборн. - Царь жил на белом свете лет за двести до Александра, он был редкий безумец и святотатец...
- Тсссс! - американец испуганно прижал палец к губам. - Только не здесь! Местные жители могут не простить вам подобного оскорбления!
- Но почему?
- Потому что они потомки персидских солдат, отправленных Камбисом на завоевание оазиса Аммона, и до сих пор почитают Великого Царя как своего отца-основателя.
- ???!!! - положительно, сегодня Хеллборн только и делал, что регулярно терял дар речи. - Разве эта армия не пропала в пустыне?
- Пропала, - согласно кивнул Говард. - Заблудилась в песках и забрела в этот оазис, до недавнего времени отрезанный от мира и никому не известный. Уж не знаю, какие аборигены его населяли - скорей всего, светлокожие древние ливийцы, но персы перебили мужчин, взяли их женщин... С тех пор здесь и живут. Вот уже две с половиной тысячи лет, плюс-минус.
- Нет, я должен на это посмотреть, - Хеллборн решительно поднялся. - Мистер Говард, помогите мне выбраться наружу.
- Но...
- Никаких "но"!
- Там и смотреть-то не на что, - пробормотал американец.
У входа в шатер застыли два стражника в уже знакомых белых плащах, тюрбанах и масках. Они немедленно скрестили копья перед гостями из внешнего мира, но Говард поспешил их успокоить парой коротких фраз.
- Бессмертные? - поинтересовался Хеллборн.
- Они, - кивнул техасский журналист. - Они вас и подобрали, и доставили сюда.
- Моя глубочайшая благодарность и все такое, - смутился Джеймс. - Переведите им, пожалуйста, мистер Говард.
Потерянные во времени персидские воины выслушали американца и только молча кивнули в ответ.
- Не все из них умеют разговаривать, - почему-то добавил Говард, но тогда альбионец не обратил внимания на его слова.
Хеллборн осмотрелся по сторонам. Действительно - крошечное озеро-лужа, пальмы, глинобитные домики в несколько рядов, один очень большой - трехэтажный (дворец?), загон с верблюдами - оазис как оазис. Разве что высокая черная скала, у подножия которой стоял шатер, резко выбивалась из общей картины.
- А вы говорили - смотреть не на что, - пробурчал Джеймс.
- Археологи всего мира душу продадут, чтобы ее увидеть, - заметил американец. - Это же второй Бехистун. Больше, чем Бехистун - там было три языка, а здесь - как минимум пять! И лучше сохранилась, а уж какой великолепный рассказ здесь должен быть записан... Жаль, не могу прочитать. За годы своих блужданий по Востоку я научился белго говорить на нескольких персидских диалектах, поэтому смог объясниться с местными жителями. Но читать эти древние знаки - увы.
- И я ничего не понимаю, - признался Хеллборн. Снова осмотрелся. Людей на улочках не видать, раз-два и обчелся. Полдень, жара - наверно, в этом все дело.
- Вернемся в палатку, - предложил Джеймс.
Оказавшись внутри, он первым делом набросился на стоявшие у кровати тарелки и кувшины.
- Что это? Вино из фиников? Сойдет. Умгум. Пропавшая армия царя Камбиса - это очень интересно, просто дух захватывает, - продолжал Хеллборн, устраиваясь поудобнее, - но я хотел бы вернуться в цивилизованные края.
"Не совсем цивилизованные -- малайские развалины в Габоне", - уточнил внутренний голос.
- ...вы не подскажете, как я могу это сделать?
- Боюсь, это будет немного затруднительно, - промямлил Роберт Говард, и альбионец понял его с полуслова:
- Аборигены нас не выпустят?! Мы что - в плену?!
- Почетные гости, - пробормотал техасец. - Что-то вроде этого. Подозреваю, что нам предложат присоединиться к здешнему правящему классу.
- ???!!!
- Понимаете, - Говард заметно смутился, - они были отрезаны от всего остального мира две с лишним тысячи лет. Близкородственные браки, постоянный инцест - это было неизбежно. Раз в двести-триста лет сюда забредал одинокий путешественник - какой-нибудь египтянин, или араб, или грек, но этого было явно недостаточно. И сегодня Камбуджадешт населяют две касты. Аристократы - прекрасные, как античные боги. И уродливые химеры. Химеры - мягко сказано. Настоящие чудовища. Как вы думаете, почему наши стражники ходят в масках? Уверяю вас, песок здесь совершенно ни при чем.
- И не все из них умеют разговаривать, - вспомнил ошеломленный Хеллборн.
- Трудно говорить, если у тебя языка от рождения не было, а рот перекошен под углом в девяносто градусов, - пробурчал американец. - Извините, мистер Хеллборн, я вовсе не хотел испортить вам аппетит...
Но было слишком поздно -- финиковое вино уже покинуло желудок потрясенного альбионца.