Нарчук Ольга Викторовна
Антология Полимирья

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Разнообразная информация из литературных откровений, собранных из разных Миров всей доступной области Вселенной нашей вездесущей троицей.

Антология Полимирья


  Вступление
  Когда "Свободный поиск" набрал обороты, то нас завалили не только физической информацией о свойствах Миров в тех точках, куда попадали исследователи. Если в искомом месте находился Мир, населенный разумными существами, то начиналось уже изучение этого Мира, знакомство с его жителями, обмен знаниями и прочими результатами творческого осмысления окружающего мира.
  Частенько нам попадались записи разговоров с жителями, выдержки из их дневников и записи на видео-кристаллах или на подобных им носителях. Всю эту массу интереснейшей информации мы читали, смотрели, изучали и аккуратно складывали в специально для этой цели организованном архиве. Через несколько лет мы уже обладали огромным количеством разнообразных литературных откровений, собранных из разных Миров всей доступной нам области Вселенной.
  И тут у Олеси возникла идея отредактировать и собрать наиболее интересные записи в одном файле, а потом издать получившийся сборник в виде книги. Объем предстоящей работы виделся грандиозным. Но это не только никого не испугало, а напротив лишь добавило энтузиазма.
  Название для этого сборника придумала тоже Олеся: "Антология Полимирья". Ведь мозаику Миров нашей Вселенной с ее легкой руки мы уже давно привыкли называть Полимирьем.
  А первой записью в этой книге мы решили поместить выдержки из дневника самой Олеси. Ведь если хорошо подумать, то именно они с Павлом стояли у истоков исследований, как нашего Мира, так и других сущих в безграничной Вселенной, до которых удалось дотянуться-добраться нашей неутомимой магической компании.
  Ну а всю информацию о том, как возникла раса Эльмурров, кто такие Мурчелы, и о путешествии Короля Альтура можно будет прочитать в Хрониках Эльмурров.
 
  Часть 1. В мирах разных и прекрасных
  Глава 1. Из дневника Олеси
  - Мама, мама, послушай, как интересно, - мой четырнадцатилетний сын, оторвавшись от "Властелина колец", зачитывает вслух понравившуюся ему фразу.
  Я выныриваю из своей книги, "Тайной доктрины" Елены Блаватской. Перекидываемся парой фраз. Слово за слово ... И вдруг я понимаю, что вопросы сын задает по трилогии Толкиена, а ответы на них я формулирую, уже исходя из "Тайной доктрины". Причем сын прекрасно понимает мои ответы и пытается со мной полемизировать, используя в свой черед, цитаты из своей книжки.
  Муж, оторвавшись от телевизионного экрана, очумело поочередно переводит взгляд с сына на меня и обратно: - Как вы можете это обсуждать таким образом, да еще и сравнивать такие совершенно различные книги?
  И тут до всех троих доходит пафос происходящего. Сказка - бестселлер мирового уровня и серьезнейший теософский труд, достаточно трудно воспринимаемый...
  Они - об одном и том же!!! Но о чем именно?
  Эта проблема всегда занимала меня, хотя временами она и уходила в глубокое подполье бытовых дел, но всегда возвращалась, как только дела налаживались, и появлялся какой - никакой досуг. Ведь книги всегда были для меня окном в окружающий мир, так как я прекрасно понимала, что за одну жизнь самой всего не увидеть, не сделать и не прочувствовать. Так почему бы для этого не воспользоваться еще и чужими глазами и чувствами.
  А чтению я посвящала с самого детства огромное количество времени. Но, как оказалось впоследствии, что применяла я при этом какой-то никому не известный способ. Я никогда не замечала ни слов, ни предложений, а просто проваливалась вглубь сюжета. Даже, точнее будет сказать, не столько в сюжет, сколько в Мир, созданный автором. Если конечно данную книгу написал действительно талантливый автор, которому оказалось по силам поработать Демиургом и создать настоящий живой Мир. Потому что встречались мне книжки и с достаточно закрученным сюжетом, а вот нырнуть в эти книги, если действие там не было погружено в живой объемный мир, я так и не смогла. Некуда было. Плоский Мир. Плоские герои. А сюжет? Что, сюжет?
  Я уже наверно привыкла работать сценаристом-режиссером. Быть может потому и фильмы могла смотреть только которые были поставлены достаточно талантливо. Или если я предварительно не читала книгу, положенную в основу фильма.
  Вероятно, это также как и с музыкой - есть музыка, которую слушаешь не только ушами, а всей Душой в нее падаешь, наслаждаешься и купаешься в ее волнах.
  Сейчас для подобного эффекта появился специальный термин - виртуальность, виртуальное пространство, виртуальное общение. Но, может быть, в процессе чтения я тоже попадаю в виртуальные миры? Правда, чтобы добиться этого эффекта, теперешние молодые люди надевают на голову специальные шлемы, на руки - напульсники, держатся за джойстик, как за штурвал, то есть используют технические средства для облегчения попадания в другую реальность...
 
  В общем, мне давно уже хотелось попробовать, как же на меня подействуют эти "технические генераторы виртуальности". И такой случай представился.
  Мои знакомые купили своему сынишке вышеупомянутый шлем. И однажды, находясь в гостях, когда ребятишки носились на улице, наслаждаясь ласковым осенним солнышком, а застольные разговоры меня несколько утомили, я решилась...
  Квартира у знакомых была трехкомнатная, с огромным коридором, а компьютер был установлен в самой дальней комнате. Поэтому, посчитав, что никому не помешаю, и, испросив разрешения у хозяина опробовать их приобретение, я отправилась к вожделенной технике.
  И вот, устроившись поудобнее в кресле, я одела шлем и запустила одну из игр.
  Около пятнадцати минут не происходило ничего. Я даже начала подумывать, что эта техника на меня вообще не воздействует, так как в книжку с интересным сюжетом погружение происходило обычно гораздо быстрее. Но вдруг в какой-то момент я просто куда-то провалилась, провалилась так, как проваливаются в сон.
  ... Унылое серое небо с чередой таких же унылых облаков в вышине раскинулось над совершенно невзрачными развалинами. Ни одного живого звука вокруг, только лязг и скрежет металла, время от времени перекрываемый звуками выстрелов. На мне какой-то несуразный грязно-защитного цвета комбинезон. Может он действительно грязный, так с неба , не переставая, падает мокрая жижа, а вокруг все, кажется, так и пропиталось этой серостью, грязью и дождем. На душе как-то неуютно и мерзостно. Я полностью осознаю, как я сюда попала, но как выбираться из этого серого ада понятия не имею. Хорошо еще, что стрельба слышится только издалека, и непосредственной опасности я пока не подвергаюсь.
  В голове вертятся только проклятия преимущественно в свой собственный адрес: "Ну, надо же так глупо вляпаться! Вот дернул меня черт схватить первую попавшуюся под руку игру! Можно ведь было и ознакомиться предварительно, прежде чем нырять в этот омут, полный грязи...".
  Рядом с собой обнаруживаю нечто похожее на ... бластер, так, по-моему, это называется в фантастических романах. Дотрагиваться до него нет никакого желания, поскольку только при мысли об этом моментально возникает неодолимое чувство омерзения. Утешает только то, что при необходимости будет чем защищаться.
  А время идет... , вот по небу пронеслась эскадрилья маленьких самолетиков, ощерившихся стволами пушек, вот из-за соседних развалин унылою гурьбой вышла компания роботов, увешанных различного рода вооружением. Все это мне нравилось все меньше и меньше, но ни одной светлой мысли в голове, как изменить ситуацию, ко мне по-прежнему не приходило.
  Но, когда, повернувшая эскадрилья прошла на бреющем полете почти над тем местом, где я укрывалась, из моей головы мигом вылетел весь мысленный хлам.
  Нет, уж, хватит дурака-то валять! Не устраивают меня такие виртуальные реальности! Не место им вообще в реальности Вселенной (простите за каламбур)! - Поднялось в душе благородное негодование.
  И как-то вдруг вспомнились забытые строки известной мантры, которой, как я слышала, многие спасались от смерти в Великую Отечественную.
  "Да будет свет земле! Да будет свет воде! Да будет свет всем небесам! Да будет свет всем существам! - мой голос креп с каждой фразой, - Да будет Радость всем существам! Да будет Счастье всем существам! Да будет Любовь всем существам!"
  - Да снизойдет Мир и на эту истерзанную планету, и да осушит ее слезы Солнце! - Добавила я уже от себя, вкладывая в слова всю силу и любовь, которую могла найти в своей душе. Напряжение, вероятно, было настолько сильно, что я на короткий миг потеряла сознание.
  ...Открыв глаза, я обнаружила себя уже сидящей в кресле перед компьютером. На мониторе мигало: "Game is over! Do you want to repeat?"
  - Нет уж, дудки, - подумала я и вынула диск из дисковода.
  Посмотрев на часы, и, убедившись, что с тех пор, как я покинула компанию, прошло всего двадцать минут, я решительно взяла с полки диск с другой игрой. На этот раз я досконально прочитала все, что смогла разобрать из написанного на обложке диска. Не много же я там поняла, но успокоило только то, что книгу, по которой была сделана игра я читала, и не один раз.
  И опять: первые минуты игры, я продираюсь через необходимые предварительные действия, раздумывая над каждым своим шагом. Постепенно, очень медленно я проникаюсь сюжетом и начинаю вживаться в ситуацию и опять не успеваю уловить тот момент, когда сознание полностью проваливается в пространство, где "правит бал" сюжет игры.
  Вокруг меня - пустыня, над головой - бездонное небо. Везде господствуют только два цвета: желтый и голубой.
  Планета Арракис, - возникло в памяти. Память продолжала подкидывать имена и названия: Фальконеры, Айдахо, спайс - интересно в какой момент книжного сюжета я попала и далеко ли до фрименов? Лето, наверняка, уже давно убит, да и вообще, по-моему, в игре о нем никакого упоминания нет, а вся игра построена на сражении противоборствующих группировок Фальконеров и Айтридесов Да - а! Кажется, я опять попала не совсем туда ... Вот дурацкий характер, а чего я, собственно, хотела? Ведь игра делается всегда максимально упрощенной: положительные герои, отрицательные герои, и - вся недолга. Ребятишек-то в играх привлекает то, что они не могут реализовать в реальной жизни: сражаться, побеждать... А на что надеялась я? Что мне то было нужно? - Раздумывая таким образом, я потихоньку продвигалась по направлению к небольшому оазису, маячившему в дали.
  Минут через сорок, изрядно намучившись, я добралась до своей цели и облегченно вздохнула: "Хоть от жажды не погибну". "Ну и погодка царит в этих виртуально-игровых мирах!", - добавил, при этом, мой "внутренний злопыхатель", то бишь внутренний голос. Я прилегла на травке, надеясь отдохнуть, но начавшийся диалог с внутренним голосом начал набирать обороты. И вскоре диалог постепенно трансформировался в монолог внутреннего зануды:
  - Ну что тебя опять понесло, незнамо куда? Чуть не пристрелили в предыдущем мире, теперь здесь будем приключений искать? ... Да вот, они уже идут к нам, приключения - то! - Я резво вскочила на ноги, чтобы лучше разглядеть появившуюся из-за дюны процессию. Но в следующий момент, сообразив, что неизвестно, кого мне Бог послал в гости, я так же резво постаралась укрыться в зарослях кустарника.
  Судя по очень специфической походке, я решила, что это были фримены. Они пришли в оазис пополнить свои запасы воды. И в течение некоторого времени у меня имелась возможность спокойно наблюдать за ними. Но почти сразу же я с разочарованием поняла, что пришедшие не являются людьми, а представляют собой достаточно искусно сделанных киборгов или игровых модулей, как их сейчас принято называть даже в мультяшках.
  И опять мой внутренний "черный учитель" не преминул полюбопытствовать, а кого еще я ожидала бы встретить в виртуально-игровом пространстве? Неужели живых существ? И тут мне стало совсем стыдно за мое ребячество и наивные надежды на возможность осуществления в моей жизни чего-то таинственного. Ведь, когда пишется книга, в особенности талантливая книга, автор создает целый мир, живой мир в своем воображении, а значит, как отражение, и - в пространстве. Этих миров множество в реальности нашей тонкой Вселенной, а яркость и образность каждого мира зависит от таланта писателя и количества души, вложенной им в свои создания. Поэтому, вероятно, в подобных мирах и чувствуешь себя как в обычной реальности, плачешь и переживаешь за героев, как за живых людей, а иногда и как бы сливаешься с ними, действуешь с ними за едино... Может быть, как раз именно еще и поэтому герои книг, которые полюбились большему количеству читателей, кажутся наиболее живыми? Ведь в каждый момент времени где-то кто-то тоже читает эту же книг, сопереживая этому же герою, наполняя его энергией своей души, а значит и жизненностью.
  А игра? Игра - это просто голая схема, разукрашенная цветными карандашами фантазии программиста, но для игры достаточно фона, декораций и динамичного интересного сюжета, ну может быть еще искусно сделанных игровых модулей, которые дают возможность в пылу игры позабыть, о том, что это всего лишь игра.
  Размышляя таким образом, я продолжала лежать в укрытии. Фримены давно уже ушли. А мои мысли становились все грустнее и грустнее. И опять во всей своей неотвратимости начал пробиваться сквозь вяло текущие мысли разумный вопрос, который, в принципе, единственный и имеет право голоса в данной ситуации: "Как будем выбираться от сюда?". Но мне почему-то совсем не хотелось утруждать себя неразрешимыми вопросами. На душе было покойно. На землю готовился опуститься вечер. Звук цикад, аромат пустыни, все это настраивало на безмятежность, склоняло к долгим и медленным философским думам. Но тут...
  ... Что-то до боли знакомое было в этом рыжем пушистом создании, которое хитро сощурившись, поглядывало на меня из ветвей кустарника.
  - Откуда тут котенок? - возник в моей голове вопрос и тут же попытался уснуть так и не разрешенный. Лень, охватившая меня, не желала сдавать свои позиции.
  - Кыс, кыс, кыс,- машинально произнесла я, не отрываясь от своих полусонных размышлений. Котенок, не выходя на полянку, потянулся так, что его передние лапы из кустов все-таки выглянули. И опять этот жест почему-то показался мне очень знакомым.
  Нет, так дело не пойдет, пора знакомиться, - подумала я, все-таки стряхнув с себя остатки задумчивости, и приветливо улыбнулась животному. Результат не замедлил сказаться.
  Щеголяя поблескивающей на заходящем солнце шерсткой, котенок подошел ко мне и вместо приветствия высунул свой узенький язычок, сделав движение головой, как будто пытался меня лизнуть...
  И опять всплеск недоумения. Ну видела, видела я это когда-то? Но где и когда? Откуда мне могут быть знакомы повадки этого озорника, да и откуда он меня знает? Осмотрев его повнимательнее, я заметила в его облике совсем уж несуразную деталь: на красной ленте, украшавшей кошачью шею роскошным бантом, была приколота ... обычная канцелярская скрепка. Да, но обычная ли?
  И вдруг, не мерещится ли мне все это, маленькие бусинки, прикрепленные к верхней части скрепки, зажмурились и открылись, превратившись в очаровательные голубенькие глазки...
  - Скрепыш! Мурка! Миленькие мои! - заорала, что есть мочи, я, позабыв о всякой осторожности.
  Как же я могла забыть про вас? Ну, конечно же, это вы - мой любимый компьютерный кот вместе со Скрепышом на бантике. Но откуда же они здесь? Но, помыслив немного, я подумала, что друзья вполне тут к месту, так как оба являются компьютерными созданиями, а значит немного и виртуальными.
  - Во-первых, не Мурка, а Мурзик, Мурку я дома, в компьютере оставил. Надо же кому-нибудь за мышонком присматривать, - мурлыкнуло вдруг у меня в голове. - А, во-вторых, зачем же так громко кричать?
  - А почему не вслух? - обиженно воскликнула я от неожиданности.
  - Так не могу же я на себе еще компьютерные колонки таскать. Достаточно того, что этого друга на себе транспортирую, - кивнув мордочкой на Скрепыша, недовольно произнес мой рыжий собеседник.
  Я, разинув от удивления рот, оторопело слушала серьезно рассуждающего кота. И кот, видимо почувствовав свое превосходство надо мной, продолжал в том же духе:
  - Ну, так что? Поехали или до ночи сидеть тут будем?
  - Конечно же, поехали, - наконец ответила я, - только на чем и куда?
  - И как же много лишних вопросов любят задавать некоторые личности, - с этими словами Мурзик сотворил по истине цирковой трюк. Извернувшись, он схватил Скрепыша, стащил его с ленты и, резко взмахнув мордашкой, подбросил вверх.
  Дальше все происходило как в сказке про Золушку. Только вместо кареты в воздухе материализовалось нечто похожее на мотоцикл и с грохотом опустилось на траву. Скрепыш гордо восседал за рулем этого странного мотодвижущегося средства.
  - Карета подана! Извольте садиться! - галантно произнес голос у меня в голове.
  Перестав уже удивляться чему бы то ни было, я уселась на заднее сиденье, левой рукой ухватилась за Скрепыша, а правой - прижала к себе моментально взобравшегося на меня Мурзика.
  Мурзик довольно заурчал, и вслед за этим, как по команде, заурчал мотор мотоцикла. Чудо компьютерной техники рвануло с места как необъезженный конь и стало быстро набирать скорость... и, по-моему, даже слишком быстро, потому что мгновением позже мы уже неслись так быстро, что окружающие предметы стали сливаться у меня перед глазами. А еще через секунду все вокруг утонуло в каком-то белесом тумане.
  Левой рукой я по-прежнему стискивала проволочку Скрепыша, а правой вцепилась в Мурзика, который успокаивающе что-то мурлыкал мне на ухо. Но успокоиться я так и не успела, так как вокруг опять начали происходить непонятные метаморфозы.
  Сначала я почувствовала, что сидеть стало гораздо удобнее и мягче, потом что-то изменилось впереди от меня. Ничего не понимая, я подняла взгляд вперед, где мгновением раньше сидел Скрепыш... Но в тот же момент Мурзик, извернувшись, выскочил из-под руки и ...
  ... следующим звуком, который я услышала, было великолепнейшее "Мурр - мя-я-у", доносящееся уже из колонок компьютера. Мой рыжий спаситель приветливо улыбался мне с экрана, а я сидела на кресле перед монитором в шлеме, напульсниках и левой рукой судорожно сжимала джойстик...
  Господи, сколько же прошло времени? Скорее, шлем - с головы, выключить компьютер, и чтоб никто не успел увидеть, чем занимает свой досуг солидная женщина. Конечно, все это я вру безбожно, так как никогда и в глубине души не считала себя солидной, но все-таки лучше, чтобы никто вообще ничего не узнал о моих экспериментах.
  Я благополучно успела, не только замести следы своих "преступлений", но и, вернувшись на кухню, в порыве творческого вдохновения перемыть всю грязную посуду. И только лишь после этого дом огласил гомон довольной ребятни, а из-за стола стали выползать взрослые.
  После этого случая протекло много времени. Прошло, наверное, несколько лет, полных обычных жизненных мелочей. Сын вырос, и уехал учиться в другой город. Я развелась с мужем, и у меня начался совершенно новый этап жизни. Как и всем в те годы мне пришлось заняться зарабатыванием денег, и, соответственно, собственным образом жизни, поскольку лошадиная работа еще никому здоровья не прибавляла.
  Сначала я бегала вечерами после работы по красивой тенистой аллее, которая пролегала возле нашего дома, потом, осмелев, перенесла место воскресных пробежек в парк.
  Если погода была хорошая, то после пробежки я обычно не уезжала сразу домой, а еще долго бродила по тенистым аллеям, наслаждаясь лесными ароматами и тишиной.
  Когда мои денежные дела пошли на поправку, я сразу же купила себе настоящий современный компьютер. Все никак не выходила у меня из головы мечта продолжить эксперименты. Правда, свободного времени пока все как-то на это не оставалось, и новенький компьютер так и стоял в бездействии. Я даже не удосужилась его опробовать, так и стоял он ни разу ни включенным.
  Но тут вдруг вскоре после этой покупки произошла у меня очень интересная и неожиданная встреча.
  Смеркалось. Я, задумчиво опустив голову, медленно шла по парку.
  Услышав знакомое требовательное "Мяв", я подняла голову, с удивлением успев про себя подумать: "Уже и среди бела дня начинает мерещиться". Роскошный рыжий красавец восседал на деревянной скульптуре какого-то экзотического животного, как на постаменте, и зазывно на меня поглядывал.
  Да, быстро же он подрос и заматерел, - пронеслось в голове, - но прежней ловкости не потерял.
  Как бы подтверждая мои мысли, Мурзик элегантно спрыгнул со своего постамента и, необычайно мягко приземлившись, подошел ко мне поближе. И куда подевались повадки компьютерного маленького помощника? Передо мной во всем своем великолепии восседал вполне взрослый кот, видимо, обладающий недюжинной долей собственного достоинства.
  А может это и не Мурзик? - подумалось мне, - мало ли сколько рыжих приветливых котов существует на свете. Да и откуда Мурзику тут взяться: в совершенно реальной жизни, в парке?
  Полностью выйдя из задумчивости, я присела, чтобы получше разглядеть насмешливо посматривающее на меня создание.
  - Глупости какие! Как же это могу быть не Я! Уже и своих узнавать не хочешь! - отозвалось внутри головы знакомым шорохом мыслей.
  - Да как же тебя узнаешь? Вон каким красавцем стал! - ласково почесала я кота за ухом.
  - Да-аа! И Мурка тоже про это мне все время говорит! Мур-р-р! - Довольно промурлыкал Мурзик., - Ну а все-таки, ты чего же компьютер свой новый не включаешь, я уже соскучился, да и поболтать надо.
  - Так ты и про мой компьютер уже знаешь?
  - Так, как же мне не знать, если, можно сказать, благодаря моим трудам ты его и купила-то.
  - Это каким-то твоим? Это благодаря своим трудам и на заработанные мною денежки, - пыталась возмутиться я, но Мурзик примирительно перебил меня:
  - Ну ладно, ладно. Деньги - твои, но идея-то - моя. Знаешь сколько трудов я потратил, чтобы достучаться до твоего разума неразумного и доказать ему, что без компьютера в этой жизни тебе ни как не прожить ... так же, как и без меня. ... Мяу ...мур-р-рр! - И он начал, подмурлыкивая вслух, тереться об мои ноги. Видно и впрямь соскучился.
  - Ну да ладно, помурлыкали, и хватит, а теперь о делах, - продолжил он, - вскоре у тебя начнется еще один этап жизни, причем такой, что ты обо мне и вовсе забудешь. Так вот я и хочу, чтобы ты меня, несмотря ни на что, все-таки иногда вспоминала. Авось и пригожусь в трудную минуту, - произнес Мурзик, прямо-таки сказочную, фразу, и ... растворился в воздухе, не дав мне и слова в ответ сказать.
  После разговора с Мурзиком я долго недоумевала, о каком - таком новом этапе жизни он пытался мне поведать. Время шло, но ничего не происходило. Работы было по-прежнему много, и постепенно подзабыла про предсказание моего рыжего оракула ...
  ... Познакомилась я с Ним у родника, да-да у родника. Знаете, есть такой родник с красивым названием "Лебедь". Около него всегда много людей с бутылочками, канистрами, вокруг щебечут птицы и дети, и даже собаки ведут себя очень пристойно. Испить из такого родника водицы после пятикилометрового пробега (моя обычная воскресная дистанция) - просто удовольствие. Паша тоже, вероятно, считал так же.
  Я сразу же почувствовала в нем родную душу. Мы говорили обо всем и не могли наговориться. Ему было интересно все в этом мире: и науки нормального физического мира, и эзотерические знания, и законы развития человеческого внутреннего мира. Здесь мы тоже были едины. Неужели это то, что я подсознательно искала всю жизнь. Неужели это мой истинный супруг, моя половинка...
  И мы поженились. Но, это ведь сказки кончаются свадьбой, а жизнь с нее только начинается. Нет, у нас не было никогда таких проблем, какие бывают обычно, когда люди только начинают притираться друг к другу. Мы всегда были очень ласковы и предупредительны друг с другом. Ни о каких спорах, за исключением, конечно, философских, а, тем более, ссорах и речи у нас не шло. Со стороны все было просто идеально. В общем: "тишь и гладь...".
  Мы даже пытались медитировать вместе, пытаясь ощутить эфирное слияние душ. Иногда это получалось, и это было неописуемо прекрасное ощущение. Мы, действительно, становились единым целым. Нельзя сказать, что мы перестали совершенствоваться, что семейный корабль застыл на месте. Но "тишь и гладь..." гармоничной семейной жизни, видимо, подкосила даже нас.
  Нет, Паша не начал пить, как обычно делают мужчины, когда им становится скучно, когда внутри, при полном внешнем благополучии, начинает шевелиться какая-то неизбывная тоска. Они в этом даже себе не всегда признаться то могут. Мне это чувство тоже знакомо, но у меня обычно не хватало времени, чтобы позволить ему завладеть мной. Женские заботы и мой непоседливый характер спасали меня от этой тоски лучше любого лекарства. Мне в последствии объяснили, что это чувство - есть страдания нашей души, которой становится невмоготу от наших несовершенств.
  А Паша, пытаясь спрятаться от этой душевной боли, все больше и больше времени стал отдавать медитации. По началу я не заподозрила ничего плохого.
  Но все это происходило в девяностые годы. Его предприятие стало работать неполную рабочую неделю, тогда как мне повезло больше - работой я всегда было завалена по горло. А он все медитировал и медитировал. Когда до меня дошло, что все свое освободившееся время он проводит в каком-то полусне, и что на медитацию это уже давно не похоже, а вытаскивать его оттуда становиться все тяжелее, мне стало по-настоящему страшно. Он на глазах терял интерес не только к жизни, но и ко мне. И, о женское самолюбие, это оказалось последней каплей...
  ... я вдруг с ужасом поняла, что, если срочно не найду выхода из создавшейся ситуации, если не придумаю что-нибудь, то потеряю любимого человека...
  Мой сын к тому времени учился в институте в другом городе, а его дочь жила с мужем за границей. В общем, спрашивать совета было не у кого.
  Подруги - не в счет: на своем Пути они либо никогда с такой ситуацией не сталкивались, либо справлялись с похожими проблемами совершенно не подходящими для меня в данном случае методами. Обратиться к Светлым Силам и терпеливо ждать помощи, как посоветовала бы одна из подруг, я уже не могла. Время вышло. Счет, как я в тот момент вдруг поняла, пошел уже на дни. Нет, обратиться-то, конечно, можно, но, считала я, уже само мое состояние тогда являлось более сильным энергетическим маяком, чем любые молитвы и обращения.
  А за советом я, не теряя времени даром, решила обратиться к книгам, этот метод меня никогда еще не подводил.
  Шел второй час ночи. Я, стараясь не шуметь, встала с постели, вышла из спальни и включила свет, затем, как к алтарю, затаив дыхание, подошла к книжным полкам и на мгновение остановилась. Сформулировать проблему и сконцентрироваться на ней - такая задача передо мной уже не стояла. Все мое существо взывало, кричало, излучало одну мысль: "Как помочь? Что я должна сделать?"
  Заставив себя расслабиться и погрузится в "ментальную паузу", легкими движениями я провела рукой вдоль книжных полок, едва касаясь пальцами корешков. Ничего! Пустота! Ни одна из книг не позвала меня к себе.
  Дойдя до конца стеллажей, я оказалась у распахнутого настежь окна. В комнату с любопытством заглядывала полная луна. Воздух был пропитан упоительным запахом прелой листвы. Какая-то тихая незнакомая мелодия донеслась до моего слуха. И мне вдруг стало необычайно легко и хорошо. Напряжение, не отпускавшее меня уже несколько дней, исчезло без следа. Потом мелодия стихла, а я так и продолжала стоять у окна, как зачарованная, будучи не в силах оторвать глаз от звездных узоров. Одна из звезд, как мне вдруг почудилось, очень настойчиво стала подмигивать мне, стараясь обратить на себя внимание.
  "Звезда- а!..", Звезда?.. Цель? Цель! "Цель - маяк от быта мелей, от его излучин...", - всплыли вдруг в памяти строки из папиных стихов. (Он, правда, никогда не считал себя поэтом, просто любил выражать свои мысли в стихах.)
  Цель! Точно, вот чего очень не хватает сейчас Паше, а может быть и мне тоже. Зачем мы делаем все то, что делаем? Может быть, надо делать что-то другое? Где пролегает именно тот Путь, который и есть единственный для каждого человека? Но ведь на то он и есть Путь, Путь - с большой буквы, Путь Неисповедимый. Но что же делать маленькому человечку, пытающемуся найти, нащупать хотя бы правильное направление? Ведь невозможно душно, трудно Душе в потемках плутать. Где ты, Свет, как дойти до тебя?
  Вероятно, эти и подобные им, вопросы и завели Пашу в тот тупик, в котором он сегодня оказался. Мне-то всегда с этим было проще. Более того, похоже, это всегда являлось моим способом жизни: находить и формулировать себе очередную цель и начинать двигаться к ней, и уже потом, по ходу дела решать, свою ли я выбрала цель или по ошибке забрела на чужой Путь. Если впоследствии (иногда даже через несколько лет) возникало ощущение, что я занимаюсь не своим делом - то бросала всегда в одночасье и без сожаления. Да, некоторое время приходилось жить "с пустотой внутри", а потом судьба, тем или иным способом, подсказывала мне очередное направление движения. Да, но ведь я - Козерог "до мозга костей", а у других, вероятно, взаимоотношения с Целями и жизненными Маяками складываются совсем по-другому. И почему у нас в стране не принято консультироваться у психоаналитика (ради Бога, прошу не путать с психоневрологом, психотерапевтом и даже с психологом - это совсем, совсем другое)?
  Я медленно отошла от окна и в раздумье опустилась в кресло. Лунный свет уже не освещал мою комнату, лишь звезды перемигивались на небосклоне и заглядывали в окно. Необычное умиротворение охватило меня. Тишина и покой! Я, чисто автоматически, очистила сознание от мыслей и закрыла глаза. Сразу же на мысленном экране возникла привычная "корона" - иссине-черный диск на фоне зеленовато-золотых протуберанцев. Диск постепенно светлел. Я сидела, затаив дыхание, стараясь сохранить незаинтересованный рассосредоточенный взгляд, хотя глубоко-глубоко внутри билась, как в клетке, мысль: "Дай ответ! Помоги!" Цвет экрана, тем временем, терял свою однородность. На нем начали проступать размытые контуры какого-то изображения. Множество вертикальных линий (столбов, труб?) уходили вверх и растворялись там в общей массе более мелких изогнутых элементов (линий? ветвей?) Ветвей? Деревья? Сад?
  Как только в сознании начали возникать вопросы, экран мгновенно исчез.
  "Сад!" - а ведь в этом можно и поискать какой-нибудь смысл. Когда-то давно у меня возникало желание иметь сад. Именно сад, а не дачу, не огород, не домик в деревне и, конечно же, не коттедж. Да, но чем же моя давнишняя мечта может сейчас помочь Паше?
  Усилием воли я опять создала "ментальную паузу", но ... мысленный экран так и не появился. Я продолжала сидеть с закрытыми глазами, балансируя где-то на грани сна и бодрствования. Вдруг что-то теплое коснулось моего сознания. Это "что-то" было такое знакомое, как часть меня самой, что я непроизвольно полностью раскрылась ему навстречу...
  ...Наши сознания слились воедино, точно также, как это происходило сотни раз до этого. Да, это, конечно, был Паша, тот Паша, каким он был раньше, которого я так любила, по которому истосковалась моя душа. Да, все было как раньше, кроме одного маленького отличия - самого Паши не было рядом со мной, он крепко спал в соседней комнате. Да если бы он и спал, то в бодрствующем состоянии он уже давно не был способен на слияние умов.
  "Сад! Сад! Сад!" - эти звуки, похожие на нехитрую песнь капели, органично вплетались в наше Единство, постепенно становясь все тише и тише... Убаюканная ими я постепенно заснула.
  Всю оставшуюся ночь я крепко без сновидений так и проспала, сидя в кресле. Проснулась я часов в шесть, крадучись как нашкодивший кот, вернулась в спальню и юркнула под одеяло. Паша, что-то уютно мурлыкнув себе под нос, перевернулся на другой бок и, обняв подушку, продолжал крепко спать. До звонка будильника оставалось еще полтора часа, и я решила использовать оставшееся мне время по назначению.
  День был заполнен под завязку своими дневными заботами. О том, что случилось ночью, я вспомнила только тогда, когда, спеша домой, по дороге с работы обратила внимание на объявление: "НЕДОРОГО!!! Продается неосвоенный участок! 100 км от Москвы, 10м.п. от станции...". Правда, уголок бумажки, где был написан контактный телефон, был уже оторван, но - сама идея! Опять совпадение! Неужели нам все-таки нужен этот сад? Но, когда метров через двести на ограде палисадника я заметила еще такое же объявление, но уже с телефоном...
  Столько совпадений - это уже слишком! Наверное, это судьба, - подумала я и решительным движением содрала объявление и, аккуратно свернув, положила его в бумажник.
  Дом встретил меня звуками музыки, "Рубиновый диск" бардов. Боже! Как я его люблю!
  "... пьем за яростных,
  за непокорных,
  за презревших грошевой уют..."
  Муж сидел на диване и с серьезным видом изучал книги по ... садоводству...
  И это явилось для меня последней каплей.
  Ты вернулся! Милый! - только и успела я произнести, и вдруг вся тяжесть последних недель вырвалась из моей измученной души наружу потоками слез. Я заливала слезами его рубашку, книгу, которую он не успел выпустить из рук, обнимала его, целовала любимое, до боли, лицо... а потом, устав рыдать и немного успокоившись, просто всхлипывала со счастливой улыбкой на зареванном лице, все крепче и крепче прижимаясь к его груди, боясь отпустить хоть на мгновение, боясь снова потерять.
  А из динамиков доносилось:
  "...а здесь мы просто лишние, давай командуй, Капитан!".
  А, может быть, мы и в правду здесь лишние, здесь, среди слишком нормальных людей, - вдруг подумалось мне.
  И мы купили этот участок, и посадили саженцы яблонь. А посередине будущего сада на выровненной круглой площадке поставили полукругом скамейки, окружив их каркасом для будущей беседки, увитой будущим плющом. В качестве забора мы решили использовать кусты дикой малины, которую просто не стали выкорчевывать.
  И появился блеск в Пашиных глазах, и появился румянец на его щеках, и восстановился он на работе. И были мы опять счастливы как раньше, Все вроде бы вошло в норму. Но вот именно от ощущения этой нормы мне подчас и становилось страшно. Норма это ведь опять покой, опять застой и нерешенные в принципе вопросы и проблемы. Неужели нам просто дана небольшая отсрочка, неужели болезнь опять может вернуться? Ведь вопросы, занимавшие наши умы раньше, так и не думали уходить, они просто стали немного менее болезненными.
  Так что же делать дальше? Я была уверена, что ни я, ни он никогда не сможем просто жить, просто так "коптить небо". Можно, конечно, на время занять себя постройкой дома, покупкой машины, евроремонтом, но мы оба совершенно ясно осознавали, что никакой радости в конечном итоге все это нам не принесет, а, может и наоборот, станет совсем тошно.
  И вот однажды, приехав на участок, мы обнаружили там следы чьего-то посещения. Нет, все было вполне пристойно - ни одной сломанной ветки, даже газонная травка не примята. Но остался букетик полевых цветов на скамейке. Через неделю - опять свежий букетик. Потом мы узнали, что таким образом нас пытались отблагодарить за приют.
  И вот однажды, приехав на участок в середине недели, мы встретились с нашими "гостями" лично. Это оказалась весьма колоритная группа не совсем молодых людей, но как оказалось в последствии, очень молодых душой. По началу они были очень смущены, ведь действительно - арендовали чужой участок без спросу ... Но потом, когда поток извинений иссяк, и мы пригласили их присоединиться к "нашему шалашу", завязался такой интересный разговор, что через пару часов нам показалось, что мы все знаем друг друга уже не один год.
  Ребята тоже работали на заводе, который не давал полной занятости. Но в те страшные дни их компанию объединило общее увлечение, которое на первый взгляд было очень необычным. Они, начитавшись фантастической литературы и нахватавшись эзотерических знаний, решили поискать в ближайшем подмосковье ...что бы вы думали?
  Да, они, вооружившись только своими сенситивными талантами, компасом и парой гипотез, решили найти Места Силы. А в конечном итоге их интересовала возможность осуществить метаконцерт, слияние умов. Идея-то, понятно, откуда возникла, из эпопеи Джулиан Мэй. Но они отнеслись к ней очень серьезно, и начали планомерный поиск вышеуказанных мест, и занимались этим все свое свободное время.
  Ну что ж, может быть, все это и смахивало на авантюру, но люди, посвящающие все свое свободное время этим, мягко говоря, несерьезными вопросами оказались настолько симпатичными и интересными, что мы потихоньку полегоньку примкнули к ним.
  Небо было затянуто тучами, и в лесу уже стало темнеть. Чтобы совсем не заблудиться, пришлось достать карту и компас. Так, в полном молчании, мы шли где-то около часа.
  Павел в очередной раз решил свериться с картой, взглянул на компас - стрелка вращалась, как сумасшедшая.
  - Алекс! Это опять твои происки?
  - Да, нет! У меня тоже компас взбесился.
  - Так! Ни солнца, ни луны, ни компаса. Пора покурить для улучшения мыслительных процессов, - Дрон достал сигареты и щелкнул зажигалкой, ...в следующее мгновение он с силой отшвырнул ее в сторону, как, если бы это была не зажигалка а, по меньшей мере, нечто мерзопакостное.
  Никто сначала ничего не понял, а из кустов, тем временем, доносилось: "Ку-ку! Ку-ку! Ку-ку! - а потом все услышали что-то и вовсе несуразное, - Ку-ку! Да выключат меня когда-нибудь или нет? Что я вам до утра тут кукарекать буду?
  На какое-то мгновение все застыли, как в детской игре "замри-отомри". Первым проявил признаки активности Дрон. Крадучись, как кошка, он начал медленно приближаться к кустам, где захлебывалась от злости его зажигалка, да и зажигалкой ли являлось теперь то, что лежало в кустах и голосило, что есть мочи.
  Из кустов доносилась отборная ругань.
  - И откуда у такой маленькой вещицы такой громкий голос и столько злости? - подумалось мне.
  Дрон поравнялся с кустарником и включил фонарик...
  Лучше бы он этого не делал. В следующее мгновение поляну огласил вопль, и фонарик полетел туда же, где уже обосновалась зажигалка.
  Мы побежали к Дрону. Он стоял неподвижно и дрожащим пальцем указывал куда-то в направлении кустов. В первый момент никто ничего не увидел.
  - А-а-а! Змея! Змея! - закричал Никола, наиболее близко подошедший к злополучному месту, а в следующее мгновение мы стали свидетелями исключительно циркового трюка: прыжок спиной вперед метров эдак на пять.
  Опять на некоторое время все застыли, не двигаясь. Наш неторопливый и всегда рассудительный Михайло понял, что наступил его черед действовать. Не производя резких движений, он подобрался к кусту, не доходя до него где-то с полметра, остановился и вытянул свою и так не очень короткую шею. При этом его очки сползли с переносицы, как будто старались приблизиться к цели еще хоть на чуть-чуть.
  Зрелище было настолько уморительное, что на какую-то долю секунды у меня появилось, достаточно дикое в данной ситуации, желание сфотографировать эту картинку в качестве шаржа. Но, так как положеньице у нас сложилось на данный момент весьма неординарное, мое желание быстренько ретировалось в неизвестном направлении.
  - Ого! Ну и фокус! - наконец произнес Михайло и, подойдя вплотную к кусту, бесстрашно раздвинул ветви руками.
  В следующий момент он поднял над головой нечто невообразимое.
  Из фонарика, вернее, из того предмета, который не так давно им являлся, росли, свисали, извивались множество зеленых жгутов, похожих на щупальца, но с утолщениями на концах. Это придавало им большое сходство со змеями. Только что шипения не было слышно, когда вновь вырастающие из сердцевины фонаря жгуты, извиваясь в каком-то диком танце, боролись друг с другом за жизненное пространство.
  - Ну, что? Налюбовались? Пора и честь знать! - И Михайло нажал на кнопку фонаря, как бы выключая его. Зеленое чудовище послушно исчезло, втянувшись в раструб фонаря, как в пылесос.
  Потом подошел черед зажигалки. К этому времени она стала себя вести поприличнее - ее вопли уже несколько притихли, и мы с трудом выудили ее кустарника. Когда Дрон выключал свою вышедшую из повиновения вещицу, выражение лица у него был такое, словно он грозил пальчиком нашкодившему щенку.
  - И так! Какие будут идеи, предложения? - Глубокомысленно произнес Алекс.
  - Техника взбесилась, это ясно!
  - И к бабке не ходи!
  - А может, для начала, все-таки уйдем подальше от этой гостеприимной полянки? - предложил Михайло.
  - Да, это, кажется, первая разумная мысль за последние полчаса!
  - Почесали отсюда, ребята!
  Преодолев быстрым шагом около трех километров и выйдя на опушку леса, мы наконец остановились. Дрон по привычке вытащил сигареты и зажигалку. Потом рука его как-то нервно дернулась и замерла в воздухе, словно раздумывала: нажимать или не нажимать.
  - Ну что, ребята, как вы думаете, вышли мы уже из зоны непредвиденных флуктуаций?
  - Давай! давай! Зажигай! Авось пронесло!
  - И вправду пронесло, - резюмировал Дрон, прикурив без приключений и затянувшись.
  Прежде чем ставить палатки, мы решили немного передохнуть и расселись прямо на земле, облокотившись на рюкзаки.
  - Ребят! Есть мысли, вернее, воспоминания. Послушать хотите? - Не открывая прикрытых глаз, произнес Алекс.
  Мы с интересом придвинулись к нему.
  - По одной из теорий, в Местах Силы, сконцентрированная там энергетика Земли, очень сильно влияет на характер случайных процессов, а, если более точно, делает их намного более упорядоченными. Я читал, что показатели, представляющие собой характеристику последовательности цифр, выпадающих на гранях кубика, отличаются в обычном месте и в Месте Силы иногда в десятки раз! Это происходит, потому что в обычном, энергетически слабом месте влияние Мировых Течений ничтожно, то есть порядок Ими почти не поддерживается. В энергетически же сильном месте проявление действия Мировых Течений выражено очень сильно. Сила привлекается к этому месту и упорядочивает последовательность выпадающих на кубике очков.
  - Так! А зажигалка-то тут причем? - не выдержал Дрон.
  - А теперь представьте, - не реагируя на торопыгу, продолжал Алекс, - что та чудеснейшая полянка, доставившая нам столько приятных минут, является как бы Местом Без Силы, а может и обладает большой отрицательной энергетикой. Я пока даже не представляю, что это может означать. Но ведь в этом случае получается, что упорядочивания процессов вообще не будет происходить. То есть, над этим местом как бы властвует Хаос, являясь антитезой Порядку. А раз порядка нет, то и случиться может все, что отнюдь не Богу угодно, а кому-то совсем другому. Вот вам и ругающаяся зажигалка, и фонарик с зелеными щупальцами. Так, что я считаю, что нам еще повезло.
  - Да, это уж точно! Вы только представьте себе, Что могло бы произойти, включи мы на этой поляне нашу Лаптопочку.
  - Оч-ч-чень интересная мысль, - подумалось мне, и внутри появилось непреодолимое желание применить ее на практике. Хорошо еще, что вокруг уже господствовала непроглядная темень, и мои авантюристические планы надо было в любом случае откладывать на более светлое время суток.
  А у Дрона видимо возникла другая мысль, и он, не поленившись, вскочил с земли, включил зажигалку и быстрым шагом почти побежал обратно в лес по тропинке, крикнув нам, что просто хочет проверить идею Алекса.
  Пока он бегал, мы поставили палатки и уселись у костра ужинать. Дрон вернулся с весьма довольным видом как раз вовремя. Жевать и говорить - было не в его характере, поэтому мы терпеливо ждали, когда он насытится, и не задавали лишних вопросов.
  Но зато после ужина просить Дрона уже не пришлось - приняв позу лектора, Дрон начал пространно излагать результаты своего микроисследования:
  Все вышло прямо по теории Алекса, только на этот раз она не куковала, а кукарекала, что, к стати, и доказывает версию о случайной природе этого феномена. Странно только то, что мне, в конце концов, удалось с ней договориться, и она перестала верещать, как резаная. Некоторое время она просто поскуливала, как побитый щенок, а по мере приближения к той полянке и вовсе развеселилась и начала насвистывать Марш тореадора. Так что, мы теперь с ней - друзья.
  А на обратном пути она довольно резко смолкла, просто оборвала мелодию посередине куплета. И произошло это гораздо ближе к той злополучной поляне, чем она заговорила. То ли опять - случайность, или что-то похожее на гистерезис...
  - Интересно получается, - задумчиво произнес Алекс, - в "местах Анти-силы" неодушевленные предметы, точнее сказать, механизмы оживают. Это происходит по-разному, но происходит всегда... Значит здесь дело не только в случайных процессах. Есть у меня одна идейка, но ее мы проверим, когда доберемся до Места Силы.
  - Ребята, а ведь с помощью этого эффекта можно попробовать нащупать и нанести на карту как бы "градиент упорядоченности", чей вектор нас прямо и приведет к Месту Силы, а то ведь - бредем наугад. Так можно и год проходить, и ничего не найти. Вопрос в том, каким способом легче и достовернее измерять величину этой упорядоченности.
  Переговариваясь таким образом, мы начали укладывать спать.
  Я долго не могла уснуть, ворочалась с боку на бок, прикладывая в уме так и этак всю полученную сегодня информацию к возникшей у меня идее. Так что же может сыграть роль проводника? Проводника? А почему это должен быть механизм? И я вспомнила моего рыжего проводника по компьютерным играм - Мурзика. А что? Может это и есть выход? - думала я, уже проваливаясь в сон.
  Проснулась я очень резко, как будто кто-то разбудил меня. Было еще очень рано, только что начало светать. Все еще спали. Но желание повернуться на другой бок и продолжать наслаждаться утренней дремой быстренько испарилось, как только я вспомнила мои вчерашние размышления.
  - Все складывается как нельзя лучше, - подумалось мне, - просыпаться начнут не раньше, чем через час. Я в лучшем виде успею проверить свою идею и вернуться. И, захватив подмышку ноутбук, я быстрым шагом пошла навстречу очередным приключениям.
  Немного отойдя от опушки, я включила компьютер и вызвала проводника. На экране появился обычная компьютерная Мурка. Ничего сверхъестественного не происходило. Не выключая ноутбук, а просто прикрыв его, я продолжала углубляться в лес.
  Минут через двадцать я решила взглянуть, как там поживает Мурка. Тут как раз и удобный пенечек подвернулся на поляне. До той злополучной поляны было еще далеко. Лаптопочка разместилась на пеньке в лучшем виде, я же присела рядом. Все было, как обычно. Я любовалась на нехитрые развлечения рыжей проказницы и вспоминала свои давнишние приключения. Вероятно, все-таки я задремала, а очнулась от прикосновения чего-то мягкого и пушистого.
  - Мурзик? - пронеслось в мозгу. Но нет, это был не Мурзик, а нечто, похожее на белую головку собирающегося облетать одуванчика, но увеличенную раз, эдак, в десять. Компьютер уже давно автоматически отключился.
  - Сколько же я проспала? Да и вообще, где это я нахожусь? - только закончив реанимировать ноутбук и поднявшись на ноги, я поняла, что нахожусь в совершенно незнакомом лесу.
  - Боже! А во что это я одета? - И это оказалось для меня последней каплей. Сарафан в традициях древней русской старины, расшитая полоска на лбу. Прямо таки, ни дать, не взять - Аленушка из детской сказки.
  Но мой внутренний голос был на стороже, и в обморок свалиться мне не удалось:
  - Интересно, чему это ты удивляешься? - ехидненько проскрипело внутри меня, - разве не чего-либо в этом же роде ты и добивалась?
  Пришлось согласиться с внутренним голосом и начать спокойно осматривать тот мир, куда меня занесла нелегкая на этот раз.
  Пронзительно голубое небо. Упоительный аромат цветущего луга. Вдали виднеются какие-то строения, а по тропинке, недалеко от меня, быстрыми шагами идет какой-то человек.
  - Не хватало мне еще неожиданных знакомств, - только и успела я подумать, как человек обернулся и, заметив меня, повернул в мою сторону. Чтобы соответствовать своему статусу, одежда-то у меня как у русской красавицы, я медленно и с достоинством поднялась навстречу к нему.
  Мягкие, волнистые волосы цвета спелого льна спадали ему на плечи. Усы такого же цвета и маленькая широкая бородка довершали облик древнерусского богатыря. Вот только одежда была несколько странновата. Ну да ладно. Выглядит вроде бы прилично. Можно и не бояться. Только вот, интересно, как я буду с ним общаться? В старославянском я вроде бы - не сильна.
  Мужчина подошел поближе:
  - Милая девушка, - начал он на чистейшем русском языке, - не могли бы вы подсказать мне...
  И тут мы в недоумении уставились друг на друга. Потом, не сговариваясь, прикрыли глаза, как бы пытаясь что-то вспомнить. Меня обдало волной знакомых вибраций, я открыла глаза, передо мной по-прежнему стоял широкоплечий русский молодец. Я опять закрыла глаза, и опять - что-то родное и знакомое почудилось мне.
  - Олеська, так ведь это же ты, - услышала я, - а ведь тебе очен даже хорошо в этом сарафане, и как это я тебя сразу не узнал? Стыд и срам просто. Ты что же совсем меня не узнаешь?
  Я с удивлением уже окончательно открыла глаза и, наконец, узнала в этом широкоплечем русском богатыре ... своего Пашу.
  - Пашенька, солнышко! А ты как тут оказался?
  - Да уж попривык я к твоим экстравагантным выходкам. Поэтому, как только проснулся и не увидел тебя на месте, сразу же понял, что ты отправилась на какие-то изыскания. Ну что делать, не оставлять же тебя бедолагу одну. Пришлось идти по твоим следам, благо хруст веток от твоих шагов очень хорошо был слышен в тишине утреннего леса. В тот момент, когда ты, засыпая, уже пыталась уронить свою бестолковую голову прямо на экран ноутбука, я уже был рядом с тобой, но помешать ничему уже не успел.
  С тобой уже начало происходить что-то непонятное, что именно я понять тоже не успел, так как в тот самый момент, когда я прикоснулся к тебе, пытаясь удержать, меня самого стало как бы растворять, скручивать и куда-то засасывать ... Так я и влетел прямо за тобой, - Паша оглянулся вокруг, - в этот чудесный сказочный мирок.
  Здесь, конечно, чудно, спору нет, но выбираться-то как-то надо отсюда, не всю же оставшуюся жизнь здесь находиться. Хотя, я, наверное, был бы не против, - и он мечтательно потянулся, - красивый мир, красивая любимая жена, что еще надо?
  - Ну, уж нет, - наконец удалось вставить слово и мне, - я здесь с тоски помру от здешнего спокойствия и размеренности. Тут ведь не только ничего не происходит, но даже облака по небу не бегают, трава не колышется, кошмар какой-то.
  - Да, вероятно, ты права, - после некоторого размышления согласился Паша, - хотя, нет. Посмотри-ка туда, - и он показал рукой на что-то движущееся среди травы.
  Трава в том месте была высокой, и что там двигалось нам видно не было. Мы решили умерить свое любопытство и, не двигаясь с места, немного подождать. Через некоторое время на повороте тропинки появилась странная процессия. Несколько маленьких существ, издали похожих на гномов, бодро вышагивали по направлению к нам, о чем-то оживленно переговариваясь, на каком-то странном языке.
  Скрыться нам было негде, и вскоре мы были замечены. Вся эта веселая гурьба без всякой опаски подошла к нам поближе и стала с любопытством нас рассматривать. Мы тоже с интересом разглядывали этот чудный народец. И все-то у них было, как у людей, только вот их маленькие физиономии больше напоминали кошачьи мордашки, да и говор был какой-то очень мягкий, как бы мурлыкающий.
  Самый старший из них подошел к Паше, дотронулся до его руки, а другой рукой сделал приглашающий жест. Мы с Пашей переглянулись, и решили принять приглашение.
  Следующие полчаса мы шли по лугу за своими проводниками, которые, как не странно, довольно шустро передвигались на своих маленьких ножках. Через некоторое время мы достигли маленькой деревеньки с маленькими симпатичными домиками, из дверей которых мигом высыпало наружу множество созданий, похожих на наших проводников. И уже вся эта "журчащая" гурьба повела нас дальше, через всю деревню к расположенному на довольно широкой площадке столу и какому-то сооружению, рядом с ним.
  Старший из этой компании опять подошел к Паше и, теребя его за штанину, потащил к этому сооружению. Это механическое чудо напомнило мне компьютер древнейшего образца, только вместо клавиатуры рядом с ним лежала пластина, изготовленная из какого-то блестящего металла. Человечек быстренько вскарабкался на некое подобие стула и положил свою правую руку на пластину. На экране сразу же вспыхнуло изображение. Я тоже подошла поближе и с удивлением увидела на экране себя вместе с Пашей. Мы стояли рядом с компьютером и держали руки на этой же пластине.
  - Устройство, визуализирующее мысли? - Мелькнуло у меня в мозгу, - ну и коротышки, ну и молодцы - такое придумать!
  Пашка тоже с восторгом смотрел на экран. Все вокруг видимо чего-то ждали от нас, и мы решились. Одновременно, не сговариваясь, шагнули к столу и положили свои правые руки на пластину рядом с миниатюрной ручонкой человечка, ... человечка? Уже через мгновение, мы знали, что называются эти человечки муррчелами, а еще через некоторое время мы вдруг поняли, что уже свободно можем изъясняться на их языке.
  Оказалось, что путешествия в другие пространства для них ничего особенного не представляют, только вот для каждого Мира существует некий уникальный ключ. Для нашей матушки-Земли мы, конечно, ключа не знали, и, поэтому, сидели некоторое время с удрученным видом, разглядывая свои древнерусские туфли.
  - Ну а без ключа-то, как-нибудь можно? - спросила я, - как вы путешествовали раньше, пока не узнали про эти самые ключи?
  - Ну, во-первых, это было очень опасно, поскольку попадали мы всегда не туда, куда нужно, да и с возвращением всегда были проблемы, - проговорил Вельмур, главный из муррчелов, - вот если бы вы могли мысленно соединиться с каким-нибудь своим компьютером там у вас ... Но, ведь вы говорите, что не умеете управлять компьютером при помощи мысли ...
  - Мурзик!!! - Вдруг дошло до меня. - Вот, что нам надо. Ведь с Мурзиком я обычно общалась по телепатической связи, а он - компьютерное создание. Только вот как же до него докричаться?
  Пока я так размышляла, муррчелы с интересом всматривались в изображенное на экране. А по нему проплывали ... ну, конечно же, мои мысли, я ведь забыла убрать руку с пластины. Когда же на экране появился Мурзик во всей красе, среди муррчелов пронесся вздох восхищения.
  - Сейчас мы решим все ваши проблемы, - довольно промурлыкал Вельмур, а за одно и познакомимся с вашим Магом. Ребята подходите ближе, сейчас совместный клич бросать будем! Олеся, Павел, помогайте тоже, без вас нам не справиться.
  Мы с недоумением смотрели на эти приготовления. Что мы должны делать?
  - Сейчас мы все дружно по моему сигналу начнем мысленно визуализировать вашего Мага, Мурзика, как можно тщательнее, вплоть до каждого его рыжего волосочка, и мысленно звать его сюда. А если он сюда доберется, то уж вернуться домой всегда сам сможет, да и вас с собой захватит, - объяснил Вельмур. А теперь за дело. Начали!
  Мы с Пашей прикрыли глаза, и вспомнив все наши тренировочные медитации, старательно принялись звать Мурзика.
  - И долго вы тут так стоять будете? Может, на меня все-таки посмотрите? - вдруг раздался знакомый голос.
  - Мурзинька! Лапочка! Вытащи нас отсюда, ребята беспокоятся, наверно, уже! - Одновременно воскликнули мы с Павлом.
  - Ну, уж нет, в кои-то веки раз, попал в такую интересную компанию, и сразу возвращаться. Вас, если хотите, я домой сейчас отправлю, а сам здесь погощу, если хозяева будут не против, - он вопросительно взглянул на Вельмура, сразу признав в нем старшего.
  Все наперебой радостно закричали, приглашая нашего рыжего Мага погостить столько, сколько он пожелает. Мурзик только довольно раскланивался, принимая восхищенные взгляды.
  Но в следующий момент он привычным жестом материализовал Скрепыша с его вездеходным мотоциклом, и зашептал что-то ему на ушко. Скрепыш внимательно его выслушал, а затем, удлинив свое мотодвижущее средство еще на одно место, широким жестом пригласил нас садиться, что мы не преминули быстренько исполнить.
  Очутились мы на той же полянке, где лежал, дожидаясь меня, мой ноутбук. Прихватив его с собой, мы быстрым шагом двинулись к месту ночевки.
  - Ну, ребята! Ну, не сердитесь, ну такая я уж уродилась - без приключений ни на шаг, - запричитала я, подходя к костру, на котором вовсю булькала в котелке каша, - А зато я вам проводника нашла, рыжего, красивого, ловкого и очень-очень умного, только он немного задерживается.
  - Так, кто же это такой будет? - поглядывая недоуменно на Пашу, спросил Дрон.
  - Да вот же он! - кивнула я на великолепного рыжего красавца невесть откуда вдруг появившегося на поляне. Видно почувствовал, что его тут нахваливают и мигом материализовался. Да, в эффектном появлении ему, конечно, не откажешь, - каждый раз с фантазией, каждый раз по- разному, но всегда с каким-то только ему присущим шармом.
  Все одновременно повернули головы и с недоумением воззрились на кота, гордо восседавшего на пенечке.
  Мурзик с достоинством кивнул мордашкой, как бы удостаивая нас своим приветствием, а потом обвел взглядом всех, стоящих у костра.
  - Эй, чучело! Ты, что и по-человечьи можешь? - вдруг вырвалось у Алекса.
  - Так, - поняла я, - Мурзик уже успел просканировать сознание у всех наших, выбрал себе собеседника и заговорил с ним на мысленном канале.
  Алекс, надо отдать ему должное, быстро сориентировался, и в течение нескольких последующих минут они с котом просто, молча, смотрели друг на друга. Ребята, как ни странно, в течение этого времени тоже не проронили ни звука.
  Потом все вдруг как-то зашевелились, а Мурзик грациозно спрыгнул с пенька, подошел к Алексу и начал тереться об его сапоги.
  - Признал вождя, значит, - с некоторой долей ревности, подумала я и отправилась к костру накладывать в миску каши. Все пошло своим чередом.
  С помощью нашего рыжего проводника мы довольно быстро разобрались с расположением энергетических линий, и к вечеру уже достигли Места Силы, места, где эти линии сошлись на карте в одну точку.
  Это оказалась совершенно обыкновенная полянка, и все вокруг тоже было весьма обычно. То самое место, где, по нашим расчетам, сходились все силовые линии, приходилось на проплешину посередине зеленого травяного покрывала, которая выглядела вполне естественным образом.
  - Экспериментировать не будем! - твердым голосом произнес, как отрезал, мой Павел, взяв меня за локоть. Пришлось сделать вид, что я подчиняюсь грубой мужской силе, хотя, по правде сказать, я пока никуда бежать еще не собиралась, и даже никакими экстравагантными мыслями вряд ли могла бы похвастаться. Вероятно, на сегодня я уже была сыта приключениями, а Пашка просто перестраховался.
  За три летних месяца мы успели облазить все Подмосковье. Мы скрупулезно наносили на карту найденные Места Силы и Анти-Силы, соединяя их силовыми линиями. В результате получилось нечто вроде сетки, напоминающей пчелиные соты.
  Зимой мы перелопатили горы литературы и все-таки нашли то, что искали - карту поверхности Земного шара, с нанесенной на нее шестиугольной сеткой. Михайло в течение недели скрупулезно сравнивал, высчитывал и вычерчивал. Результатом этого грандиозного труда явилась великолепнейшая карта, которую Михайло и продемонстрировал на очередной встрече.
  Мы задохнулись от восторга.
  Шестиугольники, вычерченные нами, являлись как бы начинкой, внутренней структурой, больших шестиугольников, на которые была разбита поверхность всего Земного шара. Совпадение границ было полное.
 
  Глава 2. Эльмуррские Хроники
  И это будут исключительно только Хроники. То есть краткое изложение истории эльмуррского народа. А более подробно все эти события описаны в моих сказках-фентези, написанных в стихотворной форме, отрывки из которых иногда и будут включены в текст этой главы.
  И так, поехали...
  В древние-древние времена жил на нашей планете мудрый эльфийский народ. И в очередной битве волшебных существ и богов они проиграли и вынуждены были уйти, скрыться и тайно жить в горах. Но одна маленькая принцесса по имени Эллири не успела уйти со всеми. Она долго-долго бежала, полная отчаяния, но так и не догнала своих. А усталость сделала свое дело, и сон победил отчаяние.
  Прекрасное же солнечное утро помогло девочке успокоиться полностью. Тут, видимо, сыграла свою роль и сила ее эльфийской крови. Она поздоровалась с лесом, с лесными жителями и собралась в дорогу. Эллири решила попытаться найти города эльфов.
  Так и потекли у нее дни за днями. Она шла по лесам и полям. Вокруг нее бесстрашно порхали птицы, прибегали приласкаться лесные звери, а бабочки постоянно кружили над ней огромным разноцветным куполом.
  Эллири уже привыкла петь в такт своим шагам. Пела она и свои детские эльфийские песни, и просто рифмованные строки, которые приходили ей в голову. Но однажды она настолько предалась воспоминаньям о своем счастливом детстве, что произошло нечто неожиданное. Пела в этот раз она...
  "Про забавы и про игры,
  Про друзей и про подруг.
  Про котят эльфийских тигров
  Вспомнила Эллири вдруг.
  Эти чудные созданья
  Привлекли воспоминанья
  Ее мыслью завладели...
  Песня ж крепла и звенела
  К небу самому летела.
  Все мечты свои вложила
  В песню в этот раз Эллири.
  Когда же закончилась песня,
  Заснула она... И тут вдруг,
  Как из заката рдяного,
  Прямо из воздуха пряного
  Народец возник вокруг.
  Создания эти изящные
  Мордашкой котятами были,
  Любуясь девой прекрасною,
  Эллири они обступили
  В молчании немом, а, когда
  Очнувшись от грез и от сна,
  Их увидала она,
  То сразу же полюбила
  Создания эти прелестные,
  Муррчелами их назвала,
  И лишь потом поняла,
  Что их сама создала
  Песней своей чудесною"
  Вот так и возникла раса муррчелов. Над Землей летели годы и столетия, но Эллири оставалась по-прежнему молодой и прекрасной. Среди муррчелов стали рождаться дети совершенно непохожие на предыдущие поколения. Нет, внешность их почти совсем не изменилась. Изменилось их отношения к жизни, их предпочтения и увлечения.
  "Эти новые детишки,
  Хоть и были шалунишки,
  Очень полюбили книжки
  Изучать, читать, бродить
  По окрестным хмурым скалам,
  Но и этого им мало
  Оказалось. Часто вместе
  По ночам они мечтали
  О чудесном Замке горном
  Что в горах они построят,
  В новом мире их просторном
  Жизнь по-новому устроят".
  А через несколько десятилетий подросшие к тому времени новые дети исполнили свою мечту. Они построили в горах Замок с множеством библиотек, лабораторий и жилых помещений... там и остались жить. Их образ жизни радикально отличался от того, как жили муррчелы. Другое их интересовало, другим они жили. Изучали они Законы Вселенной, законы окружающей жизни, учились перемещаться между Мирами. Поэтому и было решено, что их сообщество уже представляет собой другую расу, радикально отличающуюся от их предков муррчелов. А некое внешнее сходство с расой эльфов и подсказало им мысль назваться эльмуррами.
  Научившись со временем перемещаться между Мирами, эльмурры отдавали этому развлекательному для них делу большую часть своей жизни. И поэтому они стали все реже и реже заглядывать к муррчелам.
  И поэтому, когда в поселении муррчелов произошла трагедия, они сразу и не узнали.
  Злая колдунья нашла общий язык с Темным Магом Манувелем, и они решили полностью поработить народ муррчелов, заставить его жить по удобным для них законам. Чтобы не смогли муррчелы научиться управлять магическими Силами природы, что могло бы стать для темных волшебников реальной угрозой, Колдунья сплела Заклятье, лишающее всех окружающих воли и возможности думать самостоятельно. Муррчелы подчинились не сразу, они пытались сопротивляться. Но главную все же битву они проиграли. И Маг с Колдуньей смогли установить в лесу свои законы.
  "По Закону ж надлежало
  На других во всем равняться,
  Никому не выделяться,
  Быть примерным и послушным...
  ...Не иметь своего мненья,
  Как кукушка куковать
  По колдуньему веленью,
  Магову соизволенью".
  А Эльтору, горную волшебницу, Темные Маги заточили в каменном склепе на долгие-долгие годы.
  Муррчелам же пришлось отправляться в горы к эльмуррам за помощью.
  Было собрано огромное войско, состоящее из всех, желающих очистить землю от подчиняющих и уродующих души всего сущего темных Магов. Воевать отправились все, и Маги, и эльфы, и муррчелы, и эльмурры.
  Долго продолжалась битва. Шла она с переменным успехом...
  И в какой-то момент после очередного заклинания темных Магов объединенное войско было раскидано по равнине, и Зло уже готово было торжествовать.
  Но тут случилось чудо! Вдруг в гуще боя материализовалась щель портала, из которой вышел король Альтур, пропавший еще в незапамятные времена. И вдохновенные его появлением, сплотились все силы, воевавшие на стороне Добра...
  После этого победа не заставила себя долго ждать.
  Но долгожданная встреча Альтура и Эллири была прервана ее сообщением о горестной судьбе горной колдуньи Эльторы.
  "И прямо сразу с поля боя,
  Шпаги прихватив с собою,
  Вышла в путь муррчелов рать
  Фею горную спасать"
  Альтур несколько раз пытался создать заклинание, чтобы открыть склеп, где томилась Эльтора. Но как не старался он, его попытки остались безуспешными. И тогда Альтуру пришла в голову отчаянная мысль - попробовать слить все силы окружающих его магических существ, сконцентрировать их в Палантире (волшебном кристалле-накопителе) и только потом этим единым лучом попытаться открыть вход.
  И, наконец, чары со входа в склеп упали. Эльтора была освобождена.
  На радостях прямо на поле битвы было организовано праздничное застолье и всеми цветами радуги заиграл праздничный карнавал.
  Разумеется, Альтура забросали вопросами, где он пропадал, и почему так долго его не было. И Альтур обстоятельно ответил на все заданные вопросы.
  "Шел такой же карнавал,
  Очень их король любил,
  Заводилою сам был.
  Он в зверушек превращался,
  Сам смешил и сам смеялся,
  Как ребенок наслаждался
  Волшебством своим Альтур...
  И в какое-то мгновенье
  В очень странного кота
  В сапогах и шляпе в перьях
  Наш король вдруг превратился
  И с истошным: "Мяу - мурр",
  Он исчез, как испарился...
  И в таком же странном виде
  В другом Мире очутился.
  Было много приключений,
  Странствий, битв и превращений.
  Прошли долгие года,
  Но огромного труда
  Стоило ему найти
  То единственное Слово,
  Что могло б его спасти,
  Сквозь пространства пронести
  И, нащупав верный путь,
  В дом родной его вернуть"
 
  Глава 3. ПрОклятая Пещера
  Унылое - унылое, серое пространство пещеры тянулось и тянулось, и казалось, что оно никогда уже не закончится. Поверхность Галл покинул еще вчера, и его глаза уже успели привыкнуть к абсолютной темноте ПрОклятой Пещеры. Он шел широким пружинистым шагом, ловко уворачиваясь от встречающихся препятствий и периодически пролетающих мимо летучих мышей.
  В его задачу входило выяснить, какие именно изменения произошли за последние годы в ПрОклятой Пещере. То, что в ней еще с самой ядерной катастрофы жил клан Мышей, было известно уже давно. Его представители уже давно потеряли человеческий облик, сильно уменьшились в размерах и даже научились левитировать. Все это было объяснимо с точки зрения приспособления к новым условиям существования.
  Но Мыши никогда не выбирались наружу и не конфликтовали с кланом Воинов, к которому и принадлежал Галл. Но в последнее время наблюдатели стали докладывать, что из Пещеры начала исходить весьма злобная по своим вибрациям энергия. Кто или что ее излучало, было неизвестно. Вот от Галла и требовалось найти причину возникновения этого излучения.
  Галл шел и думал, что имело бы смысл пообщаться с кем-нибудь из клана Мышей, поскольку они должны были бы владеть полной информацией о том, что происходит в Пещере. Ведь хоть Мыши и были изуродованы радиацией, но никогда еще такой злобы от их поселения не исходило. Значит это явление с ними не связано, и они сами, вероятно, пытаются с ним разобраться.
  Ему повезло, что он, задумавшись, вовремя споткнулся о камень. Потому что в следующее мгновение мимо него пронеслось существо, похожее на кого-то из Мышей, за которым гнался летун-переросток - так называли гигантскую мутацию обычных летучих мышей, которые к тому же еще и умудрились после мутации начать питаться мясом. Благо дичи в Пещере водилось достаточно. Но иногда на их обед попадались и разумные жители Пещеры, не успевшие увернуться.
  Галл мгновенно среагировал и, вытащив из ножен меч, метнулся по направлению к хищнику. Хотя этого можно было уже не делать, так как летун-переросток, осознав, что вторая добыча гораздо больше и мясистей, чем первая, повернулся к Галлу сам. Бой длился несколько минут. И закончился, когда преследуемая добыча вернулась и помогла прикончить хищника, выпустив в него струю какого-то остро-пахнущего вещества.
  Маленькое щупленькое существо было явно женского пола. Оно протянуло к Галлу свою лапку, желая познакомиться. А в его голове прозвучал ее голос.
  - Меня зовут Нора. Огромное спасибо за помощь.
  Галл с трудом переключился на ментальную речь - способность к ментальному общению не была его сильной стороной.
  - Мое имя Галл. Я член клана Воинов. Рад познакомиться с представительницей клана Мышей.
  Битва, хоть и была очень непродолжительной, но сил забрала у обоих много, и поэтому и Галл, и Нора решили присесть на ближайший валун, чтобы отдохнуть. А так как все равно пришлось бы объяснять причину своего нахождения в Пещере, Галл решил, что самое время заодно разузнать о том Зле, которое стало выплескиваться на поверхность планеты.
  Нора быстро поняла, о чем ее спрашивают, и поведала Галлу очень грустную историю.
  - Несколько лет назад в одной из наших семей родился мальчик Сиурон, у которого способности к эмпатии и трансформации оказались не только изначально неконтролируемые, но и в дальнейшем контролируемыми стать не могли. В общем, контролировать себя Сиурон не сможет никогда и навсегда останется таким вечно мятущимся существом, какими являются сразу после рождения все дети. Таким был вердикт старейшин.
  Но так как старейшины понимали, что подобный случай может быть только первым проявлением дальнейшего вырождения нации под воздействием радиации, то они сначала пытались чем-то помочь ребенку. А когда поняли, что ничем ему помочь не могут, просто продолжали его исследовать, как некую непонятную зверушку.
  Вот и представь себе, - с грустью продолжила свой рассказ Нора, - ребенок, которого не любят дети, которого мучают взрослые. Получился замкнутый круг. Из-за плохого характера он становился все более озлобленным и, соответственно, более уродливым. А из-за этого к нему стали относиться еще хуже.
  Ты же, наверно, уже понял, что нашими трансформациями мы управляем сами, своими мыслями, своими желаниями. В случае же неконтролируемой трансформации, внешний вид автоматически следует за уровнем излучаемых вибраций. С уродливым ребенком другие дети не хотели, не только играть, но и вообще старались не подходить близко. А это, в свою очередь, делало Сиурона еще более злым и агрессивным и, соответственно, еще более уродливым.
  Старейшины так и не смогли ничего придумать, чем помочь ребенку и в последнее время вообще перестали заходить к нему. Но ведь от всего этого, от неизбывного одиночества Сиурон становился и продолжает становиться все более агрессивным и озлобленным на весь окружающий мир. А ведь по мере его взросления мощность его эманаций будет все возрастать и возрастать, и никто не знает, что делать.
  И от всего этого повеяло такой безысходностью, что плохо стало обоим. Если даже совет старейшин не нашел выхода из создавшейся ситуации, то чем могли помочь они - еще такие молодые члены своих кланов. Они уже успели обменяться некоторыми подробностями своей жизни, обсудить некоторые аспекты своего житья-бытья, но мысли о несчастном Сиуроне не уходили и продолжали давить, порождая в них неизбывную тоску.
  И вдруг маленькое тельце прижалось к нему, обняв за шею тонюсенькими ручками-стебелечками, как бы пытаясь взять всю его тоску и печаль на себя, утешить его. Как ни странно, но противно ему не было.
  Напротив, ее так и хотелось защитить и уберечь от всех страхов и напастей этого мира.
  Он осторожно погладил пальцем нежную бархатистую кожицу, покрывающую тело Норы. Она от такой немудреной ласки доверчиво прижалась к нему еще плотнее. Но опять надо было подниматься и идти, а обо всех этих новых для него ощущениях Галл решил подумать позже.
  Они направлялись к поселению, где жила Нора. А Сиурон, по ее словам, жил совсем недалеко оттуда. По пути несколько раз пришлось сражаться с разнообразной мутировавшей фауной подземелья, желающей ими пообедать. Поэтому к вечеру устали оба.
  Когда они устроились на ночлег, Нора достала из сумки два куска незнакомой Галлу еды, которую они быстро подогрели и также быстро уничтожили. Потом они разожгли магический костер, около которого вполне можно было погреться, да и отпугивать мутантов-хищников он тоже помогал.
  Они лежали у костра, грелись и пытались расслабить натруженные за день мышцы. Нора что-то тихо ворковала себе под нос, но Галл даже не прислушивался, настолько устал за этот долгий-долгий день. Подкрепившись, они прижались друг к другу, чтобы не терять ни капли, так необходимого в Пещере тепла, и продолжили говорить свои долгие разговоры. Каждый рассказывал о своем племени, о том, как оно выживало после ядерной катастрофы, обрушившейся на планету...
  И вдруг Галл сделал то, что уже давно сидело в нем неким подспудным желанием. Он одной рукой обнял такое маленькое и беззащитное тельце Норы, а кончиками пальцев другой сначала несколько раз провел по щеке, а потом начал гладить ее шейку.
  В первые мгновения Нора немного напряглась, но потом, видно на что-то решившись, опять расслабилась, довольно замурлыкав, как маленький котенок. Да и что им еще оставалось делать - двум представителям практически уже различных рас. Только попытаться найти хоть что-то общее, могущее объединить их разумы, эмоции, тела, если уж неумолимая эволюция так надругалась над их внешним видом.
  И действительно, чем дольше Галл гладил и ласкал доверившуюся ему девушку, тем глубже и глубже прятались его, с детства внушаемые установки о том, что их клан Воинов единственный достойный для жизни на этой изуродованной планете. Все же остальные кланы уже настолько деградировали, что предлагалось ограничить и чуть ли не полностью запретить взаимоотношения с ними, чтобы не портить чистоту крови наиболее сохранившегося вида, их вида. А уж клан Мышей, обитающий в Проклятой Пещере, считался самым неподходящим для поиска супругов, поскольку его представители практически потеряли человеческий облик, даже о их умственном развитии ходили совершенно фантастические предположения, мол Мыши уже давно и в этом плане деградировали до уровня животных. Кто-то даже предложил называть их "Проклятым кланом" и полностью запретить какие-либо контакты с их представителями.
  И вот такой вот выверт подарила ему судьба - первое искреннее чувство, возникшее в его жизни, и эта девочка из проклятого клана. Но с другой стороны Галл совершенно четко осознавал, что он обладает наиболее сильной интуицией из всех представителей клана Воинов. Ведь именно поэтому ему и доверили это серьезное задание, хотя он и был пока одним из самых молодых воинов.
  Галл решил, что его собственные чувства в этой ситуации более актуальны и более соответствуют истинному отображению реальности, чем все предостережения старейшин, накопившиеся в их застаревших консервативных мозгах за прошедшие столетия. Тем более, если подходить непредвзято, то и его соплеменников из клана Воинов тоже нельзя было назвать красивыми. Вездесущая радиация также наложила на них свой отпечаток - низкий рос в совокупности с широчайшими плечами и голенастыми мускулистыми ногами. Да, подобное тело являлось идеальным для выживания в пустошах, потому-то эволюция и сделала их такими. Но о красоте тут говорить не приходилось.
  И Галл полностью отпустил контроль, позволив своим чувствам взять верх над через чур правильным холодным разумом и подарить ему, ни с чем не сравнимое, ощущение обладания всем миром... а не только этим маленьким, так трогательно прижимающимся к нему тельцем.
  Он полностью подчинился водовороту охвативших его ощущений, позволив телу делать то, к чему толкали его освобожденные чувства. Его поцелуи становились все жарче и настойчивее. Нора также старалась отвечать доступным ей способом. Даже ее клювообразный ротик, казалось, приобрел не свойственную ему ранее мягкость и полностью подчинился его натиску, только изредка захватывая умопомрачительным захватом его нижнюю губу.
  Уже даже и его естество достаточно недвусмысленно заявило о себе, и не желало подчиняться голосу разума. Да Галл уже больше и не пытался его урезонить. Он тоже уже решился, тоже почувствовал, что ему нужна, нужна эта слабенькая девушка совершенно другой расы. Что без нее он потеряет нечто самое ценное, из того, что могло бы случиться и еще никогда доселе не случалось в его настолько до этого серой и бестолковой жизни.
  И почему ему раньше казалось, что представители расы Мышей уродливы. Сейчас Нора казалась ему самым прекрасным существом во вселенной. Он ласкал ее всю от узенького лобика до мягонького преддверия сокровищницы, и не мог остановиться.
  Только где-то далеко внутри еще пытался что-то непрерывно зудел и пытался о чем-то предупредить его внутренний голос. Что-то твердил о том, что полное слияние с женщинами клана Мышей в принципе невозможно из-за различия в строении и размеров их тел, что этого никогда еще не случалось на их бедной искореженной войнами планете.
  Но Галл решил задвинуть этот занудный внутренний голос еще дальше вглубь своего сознания, чтобы сидел там глубоко-глубоко и не пытался давать дурацкие советы.
  Его руки изучали каждый изгиб тела девушки, останавливаясь на каждом нюансе, каждой новой найденной им выпуклости, ласки которой могли бы подарить им новые и еще неиспробованные ощущения. Оказалось, она была покрыта целой россыпью родинок, каждую из которых он тоже изучил на ощупь и нежно поцеловал. Исследовав все закоулки ее тела, он, с некоторым сожалением, отметил, что ее сокровищница действительно слишком мала для размеров его жезла. Эти мысли он тоже постарался отправить туда же, куда незадолго до этого спровадил внутренний голос.
  Но тут, как будто Нора расслышала его мысли, ее мурлыканье перешло уже совершенно в другой регистр. Это уже было рычание довольной тигрицы (были когда-то, как говорилось, такие огромные красивые дикие гордые кошки). И Галлу даже показалось, что Нора несколько увеличилась в размерах. Ее ножки, раньше беспомощно болтавшиеся где-то в районе его груди, внезапно удлинились и с силой обхватили его бедра, а она сама, не прекращая покрывать мелкими поцелуями его лицо, издала совершенно утробный рык и... уселась верхом между его животом и восставшим жезлом.
  Вот тут до Галла и дошло, что Нора действительно сильно увеличилась в размерах, и уже можно было как-то продолжить с ней любовную игру, и даже довести до того самого конца, о котором уже мечтали все клеточки их тел, все их чувства. Тем более, что и сама она уже этого не только хотела, но и неистово желала, и даже просила.
  - Ну, и разиня же ты, Галл, - только и успел произнести его внутренний голос, как все внутри зажглось каким-то ранее никогда не испытываемым пламенем. Он приподнял Нору немного повыше, и прежде чем исполнить то, что желали они оба, страстно поцеловал ее в губы, поцеловал глубоко и нежно. И некоторое время пил ее нектар, ее любовь, пил из нее так, как пьют из цветка мед вездесущие пчелы и шмели.
  И они слились. Слились полностью. Жезлу ничего не помешало достичь желаемой глубины, чтобы начать ласкать своими прикосновениями ее Сокровищницу, даря им непередаваемые ощущения.
  И пусть все на свете считают, что это в принципе невозможно! Для них двоих это стало возможным. И они погрузились в этот океан бурлящих чувств и ощущений, они стали единым общим целым, единым пылающим костром, который вдруг взорвался, как сноп искр жалящих и прекрасных одновременно.
  А потом, потом в его голове прозвучал вопрос.
  - Ты действительно хочешь, чтобы я стала большой полосатой кошкой? Стала тигрицей?
  - Ты и это можешь? - Ответил вопросом на вопрос Галл.
  - А почему бы и нет? - Мурлыкнула Нора, - если мой любимый этого желает. Ведь именно это и является уникальной способностью нашего клана.
  И в тот же момент Галл ощутил, как его обняли мягкие пушистые лапы, а тигриная морда, утробно урча, улеглась к нему на плечо так, что усы щекотали спину, когда Нора терлась об его шею. Галл откровенно наслаждался этим мягким пленом, но поток его вопросов и не думал иссякать.
  - И тебе не трудно держать этот облик?
  - Да мне и не требуется прилагать для этого никаких усилий. Ведь это же тоже как бы мой облик, только скорректированный желанием и фантазией любимого мной существа.
  Галл слушал урчание своей любимой тигрицы, поглаживал ее за ушком. А ее лапы продолжали свои пушистые ласки. По его спине прокатились волны наслаждения. Он уже утонул в этих объятиях, жалея при этом только о том, что он сам не способен превратиться в тигра.
  Усато-полосатая морда вылизывала его своим шершавым языком, мурчала ему на ухо что-то по-кошачьи нежное и призывное. И, разумеется, его жезл моментально откликнулся на этот призыв. И их обоих опять охватил водоворот нежности, любви и наслаждения, который опять завершился обоюдным взрывом ощущений невероятного счастья.
  И уже, когда они отдыхали в объятиях друг друга, Галл задал уже давно сформировавшийся и просившийся наружу вопрос: - Ты что, можешь превратиться, в кого захочешь?
  - Да! - Утвердительно кивнула Нора, - особенно в то, во что захочет мой любимый.
  - Ты хочешь сказать, что способна выполнить все мои фантазии?
  - Ну, конечно! И даже больше - выполнить те фантазии, которых у тебя еще и не было никогда. - Мурлыкнула Нора, щекоча его ухо своими усами.
  - И даже принять облик человеческой женщины, которые жили на земле до Ядерной катастрофы?
  - Могу. У нас сохранились изображения тех времен. На какую полюбоваться хочешь? - С озорным блеском в глазах спросила Нора, - на негритянку, на мулатку или на европейскую модель?
  Но заметив его несколько ошалевший недоуменный вопросительный взгляд, Нора легким движением оттолкнула его от себя и, отойдя так, чтобы ее было удобнее рассмотреть всю от пят до макушки, начала трансформироваться.
  Это было потрясающее зрелище. Нора не только принимала облик женщин разнообразных рас древности, но и создала некий звуковой мелодичный фон, в ритме которого, эти женщины двигались, изгибались и танцевали. Галл смотрел, не отрываясь, и, похоже, даже не закрыв рта, раскрывшегося у него самостоятельно от удивления еще в самом начале представления.
  - И они все действительно тогда ЖИЛИ? - Только и смог вымолвить Галл, когда все закончилось.
  - И у кого же рука поднялась уничтожить такую красоту? - Продолжил он через некоторое время. - Это, какими же недоумками надо было бы быть, чтобы принести в жертву своим амбициям жизнь этих прекрасных созданий, да и всего человечества в целом.
  Мне даже начинает казаться, что мы, те, кто остался после ядерной войны, потеряв внешнее совершенство, намного разумнее тех, бывших, - грустно завершил свой негодующий спич Галл и уткнулся носом в подошедшую к нему ближе Нору.
  Нора успокаивающе гладила его по голове и говорила, говорила, что, быть может, их общие с Галлом дети унаследуют от них только положительные черты обоих кланов, что может теперь у человечества и появится надежда на нормальное будущее, в котором всегда и у всех будущих супругов будут рождаться только добрые и красивые дети.
  Так, не разжимая объятий, они в этот день и уснули, полные надежд, что их мечты обязательно сбудутся.
  На другой день они достигли поселения, где жила Нора, и посетили дом старейшин. Им даже удалось уговорить старейшин дать согласие на встречу со старейшинами клана Воинов для совместного обсуждения проблемы Сиурона. И главным доводом в пользу этого решение оказалась та искренняя любовь, с которой Галл с Норой друг на друга смотрели. Этого нельзя было не заметить.
  На общем сборе старейшины, наконец, придумали, как помочь Сиурону - надо было постараться перебить его злобные эманации энергией Любви. Но, ни один из целителей Мышей уже не был способен на такой подвиг - злобные эманации вызывали у всех Мышей дикую головную боль, а уж у сильных магов - так уж вообще нестерпимую.
  И тогда Галл предложил первыми послать к Сиурону преподавателей из клана Воинов, женщин, воспитавших и своих детей, и занимающихся воспитание чужих. Ведь они должны были уже привыкнуть к тем закидонам, которыми отличается поведение даже нормальных детей, еще не научившихся контролировать свои эманации.
  Все получилось даже лучше, чем можно было предположить. Когда три женщины вошли в пещеру, где жил Сиурон, он еще больше ощетинился и даже чуть ли не вслух зарычал. Но выглядел он при этом настолько жалким и беспомощным, как загнанный в угол маленький зверек, что одна из женщин преисполнилась к нему искренним состраданием и, подойдя вплотную, обняла это несчастное создание, посылая ему свою любовь и ласку.
  И практически на глазах произошло чудо - куда-то исчезли клыки, укоротился нос, выпрямилась спина, и маленький человечек стал, можно даже сказать, вполне симпатичным. Подключились другие женщины, и уже через час, приведя в порядок эмпатическую составляющую его эманаций, они вызвали старейшин.
  Надо было видеть ошарашенные лица пришедших, когда они увидели и осознали, на что способно обычное женское сострадание. Предстояло, конечно, еще очень длительное обучение, если и не контролю над эмпатией, то, по крайне мере, ежесекундному осознанию своих чувств и мыслей.
 
  Глава 4. Магия Любви
  Дракоша была маленькой и очень-очень слабой. Даже огнем не плевалась. А уж этот фокус обычно дракончики умеют делать с самого рождения, вернее, вылупления.
  Я сидела на пенечке и с удовольствием гладила еще мягонькие чешуйки новорожденной фиолетовой красавицы. И вдруг она повернула свою миниатюрную головку и потерлась ею о мою руку. Ну, ни дать ни взять, как ручной домашний котенок.
  Так, подумалось мне, а может не такая она и слабенькая, а просто добрая, да и во мне зла не чувствует. И в тот же момент дракоша посмотрела на меня умненькими глазенками и несколько раз кивнула головой, как бы подтверждая мои мысли.
  Я вроде раньше слышала, что некоторые драконы владеют мысленной речью, но такая маленькая...
  Чтобы проверить свое предположение, я спросила уже вслух:
  - Ты слышишь мои мысли?
  Опять последовал кивок головкой.
  Это уже становилось интересным. По крайней мере, появилась возможность хотя бы в таком формате узнать, откуда появилось это симпатичное создание. И я спросила:
  - Ты знаешь, где твоя мама?
  Ответом мне было покачивание головой из стороны в сторону.
  - Она жива? Ты же должна это чувствовать.
  Утвердительный кивок.
  Я облегченно вздохнула и тут же подумала, что пора бы мне с ней познакомиться, да и хорошо бы дать имя, если она, конечно, будет не против этого.
  - Меня зовут Сиалия. А давай тебе придумаем имя, или мама тебя уже как-нибудь назвала? - а потом, подумав, что для краткого ответа я задала слишком много вопросов сразу, повторила, - можно придумать тебе имя?
  Положительный кивок головкой был мне ответом.
  Я вспомнила, что в именах драконов обычно в обязательном порядке должна присутствовать буква "р", и начала лихорадочно соображать, как же объединить в одном имени и эту рычащую букву, и ласковое "фиоль" (цвет дракона тоже должен быть отражен в его имени).
  И вдруг как нечто прорычало внутри моей головы: "Фиор-р-ра".
  - Фиорра? - я внимательно посмотрела на дракошеньку, - Фиорра? Ты согласна с таким именем?
  Новоявленная Фиорра утвердительно кивнула мне своей точеной головкой.
  - Та-а-к! - Начала рассуждать я вслух, - пора двигаться. Сейчас попробую придумать, как тебя, моя дорогая, устроить поудобнее. А давай-ка сделаем так!
  Я сняла головную ленту, которая удерживала мои волосы, достала из сумки маленькое полотенце. Потом пристроила его на голове, укрепив снятой лентой. Получилось нечто вроде маленькой шапочки.
  - Ну что? Карета подана! - Шутливо поклонилась я, - прошу занимать места согласно купленным билетам.
  Фиорра послушно взлетела и, опустившись ко мне на голову, крепко вцепившись коготками в полотенце.
  - Умница, моя хорошая, - с улыбкой произнесла я и добавила, - только убедительно тебя прошу в случае нестандартной ситуации, если мне придется сражаться, сразу же взлетай со своего насеста, а то я не смогу быстро вынуть мечи из ножен.
  Лес зловеще шуршал и шумел, сгибаясь под порывами ветра. С затянутого тучами неба кропал противный мелкий дождик. Да и нестандартная ситуация не заставила себя долго ждать.
  Уже через пару минут на полянке на нас спикировала небольшая стая голодных иптеридов Если честно, то нестандартной эта ситуация была только для Фиорры, а я уже давно привыкла к налетам этих крылатых хищников. Но и Фиорра среагировала незамедлительно и, как я ее и просила, взлетела и приземлилась на ближайшую ветку. А я, мгновенно вытащив мечи из-за спины, приняла боевую стойку и очень быстро разделалась с этой оголодавшей стаей.
  Дальше мы шли уже без приключений. Шли долго. Дождик перестал, и солнечные лучи проникали через кроны сосен, лаская своим теплом. Я шла и жмурилась от удовольствия, а Фиорра, та вообще что-то притихла - видно даже вздремнула.
  Но мое расслабленное состояние не помешало мне расслышать на фоне щебета птиц такой знакомый и родной звук - свист мечей, рассекающих воздух. Я прибавила шаг и разбудила задремавшую на своем насесте Фиорру. Она сразу же взлетела и последовала за мной, весьма успешно уворачиваясь от встречающихся веток.
  Выскочив на полянку, я некоторое время замерла на одном месте, не в силах оторвать глаз от того, что предстало перед моим взором. Высокий стройный парень с развивающейся за спиной гривой черных волос отражал нападение сразу четверых нападающих. Они, правда, по сравнению с ним выглядели как дворовые шавки, бросающиеся с лаем на огромного сильного пса.
  Подобное впечатление создавалось из-за того, что движения этого парня были точно выверены и отработаны. Его парные клинки вращались в разных направлениях, в бешеном темпе, что превращало их в сверкающий непробиваемый щит. Он сражался, как дышал, как будто не защищал свою жизнь, а тренировался в фехтовальном зале.
  Я невольно залюбовалась представшим передо мной зрелищем, и некоторое время просто стояла и смотрела. Но, придя в себя, я осознала, что каким бы прекрасным воином, ни был этот длинноволосый красавец, но противников-то у него было четверо. И вряд ли он затеял бы с ними сражение, не будь он в своем праве. Но в любом случае, если четверо нападают на одного, значит, неправы именно они, какие бы, ни были между ними отношения. Ну, так, по крайней мере, я всегда считала.
  Поэтому, выхватив мечи из ножен, я ринулась на помощь.
  Не отвлекаясь от битвы, парень только мельком взглянул на меня, а затем повернулся ко мне спиной, предлагая изменить диспозицию сражения. Теперь против каждого из нас было всего по два противника, не особенно хорошо умеющих владеть оружием. Да и в команде, как выяснилось несколько мгновений спустя, сражаться не умеющих вовсе. После неудачного перестроения, они временно потеряли численное преимущество, поскольку не все из них смогли быстро и эффективно опять включиться в сражение. И этих мгновений хватило моему напарнику, чтобы уложить мечом наименее удачливого соперника и подсечь ногу другому. А потом, повернувшись ко мне, он помог справиться и с другой парой нападающих. Поэтому тот, кто упал с раненой ногой, даже и не подумал вставать, а повернулся и медленно пополз в глубь леса.
  Добивать его мы не стали, а с большим интересом уставились друг на друга. Парень, похоже, даже сначала хотел поцеловать "даме" (то бишь, мне) ручку, но потом до него дошло, что я стою, упершись руками в колени, и безуспешно пытаюсь успокоить дыхание. И посему его поползновения окажутся в данном случае просто смешными. А сам он, кстати, не запыхался совершенно.
  Подождав, пока я не отдышусь, он кивком головы предложил мне пройти с ним к небольшому холмику, где у него лежало остальное оружие, чтобы спокойно сесть, отдохнуть, да и познакомиться, как следует. Но долго отдохнуть нам не удалось. Только мы успели назвать друг другу свои имена, как вверху над деревьями послышался звук, с каким рассекали воздух огромные крылья. Раэль мгновенно вскочил на ноги, одновременно вытаскивая из ножен свои мечи.
  - Это драконы, - вскричал он, - давай в лес, я попробую их остановить, потом присоединюсь к тебе.
  Но в тот же момент фиолетовой молнией в небо метнулась Фиорра, а в моей голове раздался ее голос.
  - Это - мои мама и папа. Не бойтесь.
  Я успокоила Раэля, и мы опять уселись на пригорок. Пока драконы один за другим - иначе они просто не могли разминуться над полянкой - приземлялись на землю, я успела вкратце рассказать Раэлю историю спасения Фиорры.
  Выяснилось, что все драконы способны разговаривать на ментальном уровне не только между собой, но и с людьми. Поэтому проблем с общением у нас не возникло. А так как солнце уже склонялось к закату, синий красавец дракон слетал на охоту и поймал нам к ужину парочку каких-то мелких зверушек. Свое пиршество они с бирюзовой супругой и Фиоррой устроили в другом месте, вероятно, чтобы не смущать нас поеданием сырой дичи. Для нас же они моментально разожгли костер, просто дыхнув пламенем на сложенную кучку валежника.
  К ночи мы для себя натаскали травы в середину полянки. А вокруг этого импровизированного лежбища устроились, свернувшись полукольцами драконы.
  Я настолько умоталась за этот, действительно, тяжелый день, что, недолго думая, свернулась калачиком между теплым, и даже горячим, животом бирюзового дракона и Раэлем. Через некоторое время я почувствовала, что Раэль нежно притронулся пальцем к моей шее, ласково провел несколько раз от уха до ключицы. И... как только у меня возникло желание изогнуться, под его лаской, руки Раэля прекратили свои путешествия по моей коже. Где-то на границе слышимости я поняла, что Раэлю что-то пытаются объяснить драконы, и что он тоже им отвечает. Эти разговоры почему-то оказали на меня снотворное действие, и я довольно мурлыкнув нечто невразумительное, провалилась в сон.
  И уже за завтраком, когда мы обсуждали наши дальнейшие планы, выяснилось, что мы с Раэлем принадлежим не только к одной и той же расе, но и являемся дальними родственниками. Именно поэтому Раэль к своему огромному сожалению и прекратил вчера свои ласки. Я тоже была здорово разочарована - уж очень мне понравился этот черноволосый красавец.
  Наличие в нас родственной крови почуяла Сиррен, бирюзовая драконица. У драконов женского пола наличие подобного чутья отнюдь не редкость. А вот откуда я взялась в этой стране, почему практически ничего о ней не знаю, да и родственники Раэля даже не догадываются о моем существовании - этого объяснить не смог никто. И, разумеется, получить ответы на все необъяснимые вопросы все возжелали от меня. Но что я могла сказать, если и сама мало, что помнила о себе.
  Меня еще совсем маленькой крохой подобрала в лесу местная бабуля-травница. Вероятно, она была тогда не такой уж и старой, но для меня она навсегда осталась бабулей, бабой Тасей, доброй моей спасительницей. Она меня растила, учила разбираться в травах, учила пользовать больных и недужных, поселян из соседних деревень, которые обращались к ней за помощью. Когда я подросла, то иногда она вместо платы за лечения просила мужчин обучать меня обращению с оружием. А один из бабушкиных пациентов даже подарил мне два легких меча. Как он назвал их, парные мечи, которые нужно было носить на специальной перевязи за спиной крест-накрест.
  Кроме всего прочего, от бабушкиных больных я узнала многое об окружающем меня мире. И поэтому после того, как баба Тася отошла в мир иной, я решила, что прежде чем самой становиться знахаркой, надо походить по этому миру, поближе познакомиться с его людьми, порядками, лесами и зверями. Так как к тому времени я уже достаточно хорошо владела оружием, то ничего не боялась, да и проблем с тем, как добывать себе пропитание передо мной также не стояло.
  Вот так, во время одного из своих дневных переходов я и обнаружила на полянке огромное фиолетовое яичко, которое уже качалось и трещало от ударов изнутри. А вокруг не было никого, даже мама этого малыша куда-то делась. Поэтому я и осталась дожидаться, пока птенец не вылупится - вдруг помощь какая-нибудь понадобится, а маму малыша какой-нибудь хищник загрыз, и теперь этот малыш останется таким же одиноким, как и я в свое время.
  - Ну, ладно, - задумчиво произнес Раэль, - поскольку мы с тобой по крови брат и сестра, то лучше всего будет сейчас направиться в наши края и познакомиться со всей нашей родней. Может, кто-нибудь из старейшин и вспомнит, что-то связанное с исчезновением маленькой девочки из нашего поселка.
  Драконы согласно покивали головами и предложили подвезти нас. Мы с огромным удовольствием согласились на столь щедрое предложение.
  И вот после завтрака мы собрали все свои пожитки и, взобравшись по протянутой лапе на спины драконов, устроились там поудобней, да понадежней. Фиорра посчитала, что уже сможет лететь рядом с родителями самостоятельно, не отставая от них.
  Уже к полудню драконы подлетели к полю, за которым начинался поселок, в котором и жил Раэль. Пока мы летели, он рассказал мне вкратце, что в этом поселке живет племя эльродов. Согласно сохранившимся преданиям эльроды вели свой род от эльфов, которые раньше жили на нашей планете. Но с течением времени эльфийская составляющая крови у эльродов становилась все меньше и меньше. И, соответственно, уменьшались способности к использованию Магии.
  Вот так и получилось у меня. Я-то Магией не владела вообще, а у Раэля эти способности были совсем мизерными. Если бы он с детства занимался Магией, может быть, их и можно было бы развить, но Раэль избрал Путь воина, и преуспел на Нем.
  Мы попрощались с драконами, обещав, что когда разберемся с возникшими проблемами, обязательно свяжемся с ними - благо ментальная связь действовала на любом расстоянии. А сами пошли в поселок. Следующие два часа показались мне бесконечными. Раэль водил меня сначала по всем родственникам, а потом и по знакомым, знакомил со всеми. Правда добавлял при рассказе о том, откуда я появилась, что пока неизвестно, что именно произошло двадцать лет назад, и почему я оказалась одна в лесу так далеко от поселка.
  Когда же мы вошли в комнату, где заседали старейшины, нас уже ждали с нетерпением. Один из старцев подозвал меня подойти к нему поближе и начал водить руками над моей головой. Потом он прикрыл глаза и замолчал, сосредоточившись на чем-то лишь ему ведомом.
  Результатом его обследования стало заявление, повергшее нас всех в шок.
  Старец вспомнил, что именно двадцать лет назад пропали два эльрода из семьи Кельнов. О том, что с ними случилось, практически ничего не удалось тогда выяснить. Потому что перед обрывом связи они передали в селение старейшим мысленный посыл, содержащий только несколько междометий:
  - Он. Он уже идет. Нам не спастись. Не успеем. Попробуем спасти хотя бы дочь...
  После этого от них не было больше получено ни одного слова. Послали группу эльродов, чтобы они прочесали весь лес в тех краях, где предположительно находились эльроды в момент своего исчезновения. Но поиски не увенчались успехом. Кроме того, никто так и не смог понять, кто это такой ОН, и почему два взрослых эльрода не смогли с ним справиться.
  И вот только теперь, изучив мои родственные связи, у старейшин появилась уверенность, что, встретившись с опасностью, превышающей их силы, родители вложили всю свою мощь в то, чтобы отбросить свою маленькую дочку как можно дальше от этого места. А вот потом, когда они потратили все имеющиеся силы на спасение ребенка, то остались практически безоружными перед лицом врага, превосходящего их по Силе во много раз.
  Таким образом, только благодаря истинной любви и родительскому самопожертвованию ребенок старшей крови был спасен. Но долгие годы так никто и не смог его найти, хотя искать пытались многие...
  Я слушала рассказ старца с тихой грустью, которая немного приглушила мою радость от того, что я нашла свою родню, что теперь я уже не напоминаю оторванный листик, влекомый ветром по жизненным дорогам, что теперь я не одна.
  Когда мы вышли от старейшин, Раэль вопросительно взглянул на меня.
  - У тебя еще остались силы навестить еще одного человека, с которым я бы очень хотел тебя познакомить.
  Я отвлеклась от своих мыслей, и, не задумываясь, ответила.
  - А разве на это нужны силы. Пошли знакомиться. Тем более, что этот человек, как я понимаю, тебе отнюдь не безразличен.
  - Ну, тогда пошли, - как будто решившись на что-то, произнес Раэль.
  Я удивленно посмотрела на него, мол, что это он так среагировал всего лишь на возможность познакомить меня с кем-то.
  - Да, дело в том, что этот человек с детства прикован к постели. Не двигаются ни ноги, ни руки, в общем, полный паралич всех мышц, кроме лицевых. Но голова у него соображает хорошо. Ему приносят инфокристаллы, те немногие книги, которые сохранились у старейшин. Он все это изучает, анализирует, делает выводы. В общем, в окружающей жизни он, похоже, разбирается, может быть, даже лучше, чем ты. Так что, если сочтешь нужным, пообщаться с ним тебе будет интересно. Ну, если тебя не смутит его внешний вид и его образ жизни. Как у нас говорят некоторые бесчувственные молодые люди, что его жизнь - это "жизнь растения".
  - Что ты такое говоришь, - возмутилась я, - какое же он - растение, если может мыслить и говорить. Да и вообще, я же все-таки профессиональная знахарка. Может и помочь смогу чем-нибудь.
  - Ладно, пошли. А насчет того, чтобы помочь...ну ты же понимаешь, что все способные помочь уже давно сделали все, что могли. Его научили говорить, читать - ведь сначала он не умел и этого. А против паралича мышц тела Магия эльродов оказалась бессильна.
  Мы подошли к маленькому домику, дверь в который была незаперта. Раэль постучал о косяк входной двери. После того, как изнутри донесся голос, мы вошли в дом.
  Первые несколько шагов, как мне показалось, я прошла в кромешной тьме. Потом заметила в углу комнаты два еле теплящихся огонька свечей. Я увидела, где стоит кровать и приблизилась к ней еще на несколько шагов. И только потом разглядела полулежащего на подушках человека.
  Я побаивалась увидеть обтянутый кожей скелет и не сдержать свои эмоции. Но опасения оказались напрасными. Неподвижный образ жизни не сказался столь пагубно на лице этого эльрода - видимо здешние Маги действительно хорошо его поддерживают, чем могут.
  На постели сидел, опираясь спиной на подушки, довольно симпатичный молодой человек. Когда мы вошли, он приветственно нам улыбнулся и вопросительно посмотрел на Раэля. Далее последовала процедура представления нас друг другу, которую я уже, кажется, выучила наизусть до нюансов и могла бы провести при надобности сама.
  Юношу звали Сивель.
  Его доброжелательная мягкая улыбка покорила меня практически сразу. Я присела на стул, который потом пододвинула ближе к кровати.
  Сам собой завязался разговор, в котором, как ни странно, принимали участие всего два собеседника - я и Сивель. Раэль же сидел молча и с улыбкой смотрел на увлеченных разговором нас.
  После знакомства я стала заходить к Сивелю каждый день. Мне было интересно с ним общаться, обсуждать разнообразную информацию, которой тот владел. По мере наших разговоров его речь становилась все более уверенной и четкой, и мы постепенно стали переходить с ментального общения на обычное. Для того чтобы Сивель более эффективно совершенствовал свою артикуляцию я даже наговорила на магокристаллы несколько стихотворений, которые в свое время нашла в книгах у бабушки, а самые понравившиеся знала наизусть.
  Сивель быстро выучил все, что было на кристаллах, а потом... потом как-то вечером он начал читать мне строки, которых я раньше нигде не слышала и не читала. Как потом мне объяснил Сивель, эти стихи он сам придумал, придумал для меня.
  Их ритм завораживал, и я даже не вслушивалась в смысл строк, меня просто унесло по волнам этого ритма. Да я и сама сидела и покачивалась в его ритме. Но тут до меня дошло, что в этом же ритме двигаются руки Сивеля, поглаживая меня по кисти, по предплечью и даже пытаются подняться выше к плечу. Я была настолько поражена, что в первый момент сидела не шевелясь. И только, когда его рукам не хватило силы подняться выше, я прикрыла своей ладонью кисть его руки и... и не смогла ничего сказать, кроме как:
  - Сивель, милый, как же хорошо... у тебя начали двигаться руки.
  Хотела пошутить, насчет того, что скоро уже обниматься научишься, но остановила сама себя, поняв, что это слишком больной для него вопрос. А для меня? Для меня-то? И тут до меня дошло еще кое-что - ведь за последние недели я настолько сама привязалась к этому незаурядному человеку, что, похоже, я сама уже жду не дождусь, когда Сивель сможет меня обнять... а может и поцеловать... о дальнейшем я пока даже задумываться боялась.
  - И не только двигаться, а еще и ощущать твои прикосновения, тебя целиком, - последовал ответ, - ведь раньше моя тактильная чувствительность вообще была на нуле, а сейчас меня затопил поток новых для меня ощущений. Это ты мне подарила новые возможности, и каждый день даришь мне новый кусочек жизни, радостной жизни.
  Я смущенно слушала его слова, мысленно восхищалась его мужеством и силой воли, позволившей ему даже в таких условиях не только сохранить человеческий облик, но постоянно совершенствовать свои навыки и даже радоваться жизни.
  Сивель прикрыл мою кисть своей ладонью. Так мы и сидели, сложив руки пирожком, а между ними уже вовсю скакали искры. Нас жгло, жгло обоих одно и тоже - желание быть как можно более близко друг к другу.
  И тут я решилась. Прикрыв глаза Сивеля ладошкой, другой рукой быстро стянула с себя всю одежду и юркнула к нему под простыню и занялась освобождением от лишних одежек его тела. Он настороженно затих, а когда я прильнула к нему всем телом, все-таки умудрился перенести через меня свои руки и прижать их к моей спине.
  - Получилось! Я могу обнимать тебя! - его возглас выдавал такую искреннюю радость, что я прижалась еще ближе и начала покрывать его быстрыми страстными поцелуями.
  А когда его руки ослабли и начали опускаться на кровать, то он изо всех сил постарался, чтобы во время этого движения ладонь продолжала касаться моей спины, чтобы и этим, пока еще неловким движением, хотя бы изобразить нечто похожее на ласку. Но от этой попытки быть нежным меня как током ударило.
  - Какой же он... какой же он... - у меня даже слов не хватало, чтобы выразить все, что я почувствовала к нему. - Сивель! Хороший мой! - Пока я смогла выдавить из себя только эти слова, а потом меня закрутило-завертело желание, необоримое желание.
  Ближе! Ближе! Еще ближе! Но как, как стать еще ближе?
  По телу прокатилась дрожь. А он, не разрывая наших слившихся тел, с трудом перекатился на спину. И тут я почувствовала внизу нечто, очень твердое, отодвигающее нас друг от друга. Он прерывисто вздохнул и прошептал.
  - Помоги. Приподнимись немножко.
  Я ничего еще не понимая, исполнила его просьбу. Его руки устроились между нами, зажав это твердое нечто между пальцами. А когда я стала медленно опускаться его пальцы нежными еле ощутимыми движениями стали ласкать мое лоно. Что случилось дальше мне уже сложно теперь восстановить в памяти. Помню только, что когда частица его плоти вошла в меня, я вдруг поняла, что это и есть именно то состояние, когда люди наиболее близки друг к другу. А дальше, дальше стало уже совсем не важно, что руки Сивейла опять, потеряв свою силу, упали на кровать. Самым главным стало то, что мы уже стали единым целым.
  И опять в каком-то диком порыве я целовала все его тело, стонала и извивалась, при этом, не прекращая двигать чреслами, стараясь как можно острее почувствовать его частичку в себе и передать ему весь свой восторг, всю свою любовь. Наконец, я почувствовала, что мое возбуждение стало передаваться и ему.
  Нет. Ноги и руки не стали сильнее и не начали двигаться. Но зато начали двигаться его бедра, и его плоть стала медленно и ласково гладить мое расслабленное зовущее и ждущее чрево. Я тонула в этой изысканной нежности, тихонько постанывая от охватившего меня томления. Но тут вдруг нежность стала все более жесткой, поглаживания превратились в требовательные толчки, которые погружали его плоть еще глубже в меня, еще... еще глубже.
  Бешеный стук сердец, бьющихся в едином ритме, учащенное дыхание одно на двоих, горячий, испепеляющий огонь внизу живота, и ... в какой-то момент нас обоих скрутила сладкая и до боли острая судорога наслаждения. Я совершенно обессиленная повалилась на него.
  Неподвижными тушками мы лежали около получаса. Потом я аккуратненько сползла на кровать, пристроилась к нему под бочок и накрыла нас обоих простыней. А мои руки, не спрашивая ни моих указаний, ни моего разрешения, принялись гладить кожу Сивейла, рисовать на ней разнообразные узоры. В какой-то момент это принесло вполне ощутимый результат - по коже прошла волна сокращений и я услышала
  - Ну, щекотно же!
  Я посмотрела на Сивейла. Его глаза смотрели на меня с такой нежностью, что мне захотелось немедленно захныкать от умиления. Но я сдержалась и просто улыбнулась ему, попытавшись вложить в свою улыбку всю свою любовь к этому мужественному сильному и нежному человеку.
  И с этого дня я приходила к нему каждый день отнюдь не для разговоров, а для того, чтобы используя Магию нашей обоюдной Любви привести в порядок его измученное долгими годами неподвижности тело. И с каждым днем все сильнее становились руки, начали двигаться ноги, он уже мог меня целовать сам, и получалось это у него все более и более умело ... А когда Сивейл смог подняться на ноги, в тот же вечер он подарил мне непередаваемое удовольствие, подняв меня так, чтобы наши лица находились напротив друг друга, мои колени лежали на его бедрах... ну и все остальное тоже было на своих местах.
  До этого вечера я старалась не рассказывать о наших успехах никому в поселке. Но теперь мы решили, что пора выйти на волю и поведать всем о наших чувствах и отношениях, чтобы соединить свои жизни уже согласно традициям нашего племени.
 
  Глава 5. Исповедь задохлика
  Да-да!
  Именно так, а не иначе.
  Я - задохлик.
  Или, как иногда сейчас выражаются в чатах: "Задохлик обыкновенный. Один штук".
  Угу, а еще "немочь бледная", но совсем, уверяю вас не злобная, а весьма доброжелательная.
  С детства таким был. Но родители меня любили и такого. Лечить пытались. Но ничего у них так и не вышло - ни самые лучшие доктора, ни бабки-целительницы, ни экстрасенсы всех рангов и мастей не смогли сделать меня здоровым.
  А потом я вырос. Но практически не изменился - как был "немочью бледной", так и остался, как не находилось мне места в ребячьей компании раньше, так и сейчас я рос вдвоем со своим одиночеством. Но я хорошо понимал, что если в детстве не умел играть в футбол, то потом уже бесполезно и начинать учиться.
  Но тут как-то посетила меня гениальная, с моей точки зрения, мысль - попробовать превратить себя из задохлика в "ботаника".
  Сказано - сделано!
  Записался я по сетке в несколько библиотек сразу и, не, откладывая дело в долгий ящик, отправился обходить их, выбирая себе библиотеку с наиболее интересным мне набором книг. А самое главным моим требованием было наличие в библиотеке читального зала, чтобы можно было, не утаскивая кучу книг домой, обстоятельно просмотреть и оценить выбранные издания, сидя в библиотеке, и уж потом решать, какие из них требуют более подробного изучения.
  Сидел я как-то раз в читальном зале, погрузившись в очень интересную, но написанную сложным языком книжку. Сидел. Читал, стараясь вникнуть в смысл прочитанного.
  Как вдруг! Меня окружила мягкая уютная темнота и завертел вихрь мерцающих снежинок. Как в сон провалился. Сначала я так и подумал, что заснул. Пощипал себя за запястье, увидел, что синяки остаются, да и ощущения вполне соответствовали. Огляделся вокруг. - Да, нет. На сон не похоже.
  Вокруг меня простиралась степь. Умопомрачительно пахло степными цветами. Дул теплый ласковый ветерок. И лишь где-то вдали я заметил одиноко растущее дерево.
  - Ну, не стоять же столбом, да еще с непокрытой головой, когда солнышко печет достаточно сильно. - И я решил дойти до этого дерева, чтобы посидеть в его тени и хорошенько обдумать все произошедшее.
  Подойдя немного поближе, я понял, что под деревом кто-то сидит.
  - Ну, вот и хорошо, - пришла мысль, - не один я такой попаданец сюда свалился. Будет хоть с кем посоветоваться, обсудить создавшееся положение. А может он уже и выяснил что-то про здешние места.
  И я прибавил шагу. Человек, сидящий под деревом, имел весьма субтильное телосложение.
  Ветер играл его черными волосами, заставляя их шлейфом мягких волн струиться в его потоках и обтекать ствол дерева.
  - Та-а-ак! Ничего не напоминает? - Спросило меня мое ехидное подсознание.
  А ведь что-то, действительно, до боли знакомое было в этом силуэте.
  - Ах, да!
  Тоже задохлик, но женского рода. И тоже, видно, сюда провалился через книжный сюжет, заснув в читальном зале одной из библиотек. Интересно было бы узнать, из какой именно.
  Угу. Запихиваем поглубже свою стеснительность, а все свои взлелеянные комплексы еще глубже, под нее, под нее любимую.
  Да, не удивляйтесь вы так! На язык-то я всегда была достаточно смел, и слов, и юмора хватало. Но, сами понимаете, все мои словесные потуги всегда оставались глубоко внутри, поскольку никому не был интересен ни я сам, ни мои мысли.
  А тут подвернулся такой случай познакомиться с товарищем по несчастью. Тем более, что выхода из создавшегося положения пока не просматривалось. Может быть, вдвоем мы все-таки додумаемся, как выбраться из этого виртуально-книжного мира.
  Так что, я решился. Решился и подошел к девушке.
  На меня удивленно посмотрели ясные голубые глаза. Очень красивые, надо сказать, глаза.
  - Интересно. А какого цвета глаза у меня? - Вдруг подумалось мне, - я ведь даже никогда и не обращал внимания на этот факт, даже когда брился и смотрел в зеркало.
  Мы познакомились Ее звали Лиала, а я представился Соленом, хотя обычно родители меня называли ласковым Солли. Оказалось, что мы попали сюда из одной и той же библиотеки, но только из различных залов. Я любил читать историческую и философскую литературу, а Лиала увлекалась чтением сказок и фантастических книг, в которых Добро всегда побеждало Зло.
  Посидев на камне, который облюбовала себе для отдых Лиала, мы понимающе взглянули друг на друга и почти одновременно высказали то, что уже давно просилось наружу.
  - А идти все-таки придется. Надо же как-то искать способ вернуться домой.
  Лиала, при этом, добавила, что, дескать, если судьба и закинула нас сюда, то, скорее всего, не для того, чтобы уморить голодом или сделать пищей для диких зверей. Значит Она (судьба, то есть) приготовила для нас совершенно другие, и, может быть, даже очень интересные приключения.
  Обнадеженный такими прогнозами, я улыбнулся, поднялся с камня и подал, как и полагалось, даме руку. И только тут я увидел, что Лиала вынуждена была ходить, опираясь на палочку, так как правая нога у нее была немного короче левой и не позволяла полноценно наступать на нее.
  - Ох, бедная девочка, - пронеслось у меня в голове, и как она с такой ногой еще надеется преодолеть предстоящий нам путь. Но, видно, упорства и решимости ей было не занимать и была совершенно непоколебимая Вера, что если что с ней происходит, то это неспроста, и любая ситуация в конце концов обязательно принесет что-либо приятное.
  И мы пошли.
  И, как ни странно, ее больная нога и моя постоянная одышка как-то компенсировали различие наших скоростей продвижения. Я старался не спешить, чтобы не задыхаться, а она довольно споро без остановок передвигалась, опираясь на свою палку. Да и ее выносливость намного превышала мою. Поэтому остановиться на привал, чтобы отдохнуть, всегда приходилось мне.
  Первый день не принес нам никаких неожиданностей, кроме того, что мысли о том, чем мы будем питаться, когда закончатся в сумке Лиалы бутерброды, не переставали нас беспокоить. Но вокруг было так хорошо, так упоительно пахло летней степью, что нехорошие мысли долго не задерживались в наших головах - ведь жизнь так прекрасна. Да еще теперь у нас обоих появилось то, чего мы были лишены в нашей одинокой жизни. У нас появилась возможность общаться друг с другом. Такой роскоши у нас не было никогда, разве что, в самом раннем детстве, когда с нами в редкое свободное от дел время, с нами разговаривали наши родители. Тем более, что мы, как нельзя лучше, подходили друг другу и по менталитету, и по кругу интересов.
  Мы оба увлекались чтением, любили обдумывать прочитанное и формировать свое самостоятельное мнение по поводу любой новой информации уже давно вошло у нас в привычку. Кроме того, у обоих была хорошая память, и поэтому в процессе разговора мы частенько цитировали подходящие по смыслу отрывки, как стихов, так и просто приводили цитаты из книг.
  Именно поэтому первый день прошел для нас очень быстро. И то, что вечером нам пришлось довольствоваться одним бутербродом на двоих и остатками воды в моей фляге, нас не очень и расстроило. Тем более, что когда уже начинало темнеть, я успел заметить на горизонте темную полоску лесного массива. А там, где лес, там, возможно, будут и ягоды, а может и какая-никакая речушка встретится.
  В общем, мы были полны оптимизма и уверенно смотрели в завтрашний день. На такой радостной ноте мы и завершили день текущий. Ноги наши, конечно, ныли от непривычной нагрузки. Но что могут значить эти, пусть и неприятные ощущения, перед возможностью растянуться на травяном степном покрывале, обнять лежащую рядом девушку и говорить, говорить, говорить... Так мы и говорили, пока нас обоих незаметно не сморил сон.
  Утром меня разбудил солнечный лучик, упорно щекотавший мне веки. Я приоткрыл глаза и тоже пощекотал за ушком, так уютно свернувшуюся калачиком у меня под боком, Лиалу. Она проснулась мгновенно, взглянула на меня своим ясным взором и от души улыбнулась, как будто зажгла внутри себя еще одно солнышко. Мы полежали еще несколько минут, наслаждаясь присутствием друг друга, а потом, решив, что пора вставать, дружно поднялись на ноги.
  Так как еды у нас больше не было, мы решили поспешить, чтобы хотя бы к обеду добраться до видневшегося вдали леса. И, видно, ночной отдых и вчерашняя тренировка не прошли даром. Сегодня идти казалось гораздо легче, и уже к полудню мы вошли в лесную полосу.
  Нам повезло. Уже на опушке мы встретили кустики малины, сплошь усыпанные ягодами. Ими мы и позавтракали, и пообедали, а их сочность компенсировала нам отсутствие воды. Набрав немного ягод себе впрок, мы двинулись дальше, вглубь леса.
  Продвигаться было трудно. Особенно Лиале. Тропинок-то нам никто не удосужился протоптать, а коряг между деревьями было видимо-невидимо. Так мы и шли, вернее, ползли, спотыкаясь чуть ли на каждой второй. Но в результате мы вышли в такое роскошное место, что разом позабыли про все предшествующие трудности. Перед нами на полянке мерцало лесное озеро.
  Мы, чуть ли не бегом, кинулись к нему. Сначала напились вдоволь, потом наполнили свои фляги, и только уж потом ополоснули свои пыльные лица, взглянули друг на друга и... решили искупаться целиком. Право купаться первой я предоставил Лиале, предварительно пройдя сам по воде несколько метров, исследуя качество дна. Дно было покрыто мягким песочком, просто как в сказке. И Лиала, явно наслаждаясь каждым движением, не спеша вошла в воду.
  После купания мы немного отдохнули и доели последние ягоды. А перед тем, как идти дальше, Лиала решила попрощаться с озером и подошла к нему поближе. Подошла, протянула к нему руки и медленно начала поднимать кисти так, чтобы ладони встали вертикально, а потом взвизгнула от восторга.
  - Получилось! У меня получилось! Значит, правду говорила мне бабушка, что во мне течет кровь волшебниц.
  Я посмотрел внимательно на то, чем любовалась Лиала. А любоваться было чем. Поверхность озера, как бы, встала вертикально и превратилась в зеркало. Я подошел ближе и встал рядом. В зеркале отразились мы оба - две худенькие фигурки, стоявшие рядом с расширенными от удивления глазами.
  И тут я вспомнил, вспомнил одну из своих самых любимых сказок. Да и не сказкой это было. Чудесная баллада, легенда, вставленная в повесть для взрослых отличным старым писателем Львом Кассилем.
  "Он поцелуями согрел ее помертвевшее лицо и насильно заставил смотреть в зеркало. Превозмогая отвращение, вгляделась в стекло Мельхиора. Но вдруг что-то прекрасное мягко проступило в глубинах зеркала. И, глядя в стекло, Мельхиора почувствовала, что лицо ее подчиняется чарам зеркала и черты яснеют, морщины расправляются, язвы заживают, она с каждой минутой хорошеет".
  И я крикнул Лиале:
  - Ты про Мельхиору читала?
  - Да-а-а, - как-то медленно и не совсем уверенно протянула она. Но потом, видно, вспомнив, радостно улыбнулась и продолжила. - Ты хочешь сказать, что и мне можно попробовать? А ведь верно - озеро волшебное, я - волшебница. Вдруг и получится что-то.
  Я отошел, чтобы не мешать колдовству, а Лиала сосредоточенно уставилась на зеркальную поверхность, представляя то, какой бы она хотела бы себя видеть.
  Минут через пятнадцать она встряхнула руками и устало подошла ко мне.
  - На первый раз достаточно, - объяснила она мне, - все-таки волшба забирает очень много сил. Но зато у меня, кажется, что-то начало получаться!
  Посмотри, или мне кажется. Но, похоже, моя левая нога немного удлинилась.
  И Лиала попробовала пройтись. - Кажется, легче ходить стало. Ну, ладно, я сюда обязательно вернусь... когда-нибудь... и закончу лечить ногу. А сейчас пошли. Ведь сегодняшняя наша основная задача - найти путь домой.
  И мы пошли дальше. Лесополоса скоро закончилась, и мы, набрав с собой впрок ягод и наевшись ими до отвала, опять побрели по степи.
  Вдруг Лиала вскрикнула, указывая рукой на что-то впереди нас.
  - Смотри! Там камень, такой большой. Пойдем, подойдем поближе, посмотрим. А заодно и отдохнем немного.
  А камень, похоже, был волшебным. За ним расходились веером три дороги, и над каждой был написан выбор. Ну, как в сказках: "Налево пойдешь... направо пойдешь".
  Но выбор, предлагаемый нам этим камнем, был что-то уж больно странным и на сказочный походил мало. Требовалось выбрать один из следующих вариантов.
  "Здоровье и богатство.
  Любовь и сума.
  Увлеченность и одиночество"
  Постояли мы перед этим камнем, подумали и выбрали... любовь и суму... выбрали единогласно, потому, что каждый из нас читал в детстве эти строки, и каждый, вероятно, еще тогда сделал свой внутренний выбор.
  Мы уже понимали друг друга почти без слов. И на мои:
  "И лучше уж с сумой, чем с автоматом", она моментально ответила фразой из совершенно других стихов, написанных намного раньше.
  - Конечно. Ведь "честь - никому!" Ты, надеюсь, тоже так думаешь?
  - Я, хоть и с трудом, но я вспомнил, откуда она взяла эти строки:
  "Сердце - Даме. Душу - Богу. Жизнь - Царю. Честь - никому!"
  А когда вспомнил, то сразу же, всей Душой понял, что лучше и полнее, чем в этой фразе, никто и никогда еще не сказал про тот самый серьезный выбор для всех живущих на этой не очень пока совершенной Планете.
  И мы, взявшись за руки, смело шагнули по дороге, указатель над которой гласил "Любовь и Сума".
  Ведь кем мы были раньше?
  Детьми, не понятыми и не принятыми своим окружением, для которого самым главным считалось наличие здоровья, силы и толстого кошелька. А для нас этот выбор был невозможен изначально. А тут, в сказочном Мире мы выбрали именно то, к чему нас влекло, что нам хотелось, и что мы могли осуществить самостоятельно.
  А уже через полчаса мы увидели на дороге... суму... если так можно было назвать это нечто, которое стояло посередине дороги. Холщевый мешок, размером с кошку. Он шевелился, а изнутри него доносилась мелодия песни, слова которой нам удалось разобрать не сразу.
  "...самое главное, самое главное - веселый детский смех!"
  - Ну, вот нам еще одно объяснение подарили.
  И мы опять поняли друг друга без слов. Поняли, какой подарок находится в этой уже сильно подросшей суме. Да, признаться, мы, похоже, уже и без сумы давно оба подумывали о подобном завершении нашего путешествия.
  И мы посмотрели друг на друга глазами, которые уже не хотели и не могли скрывать то, что мы чувствовали по отношению друг к другу.
  И я обнял ее узенькие плечи, а она обхватила руками мою шею.
  И мы, наконец, позволили себе в первый раз по-настоящему поцеловаться.
  И это было прекрасно!
  И это предвещало нам еще очень много прекрасных моментов в нашей будущей жизни. Ведь мы сами выбрали именно эту жизнь, эту мудрую и прекрасную жизнь, которая подарила нас друг другу, а теперь еще и предлагала нам возможность создать свое продолжение.
  Теперь мы уже знали. Чувствовали на каком-то подсознательном уровне, что именно нам нужно делать и куда идти, чтобы выйти опять в наш Мир, на планету Земля, которая уже не казалась нам такой уж и неустроенной.
  Мы уже не были одинокими, мы нашли друг друга. И теперь, втроем со своим будущим ребенком мы всегда и в любом случае будем чувствовать себя счастливыми.
 
  Глава 6. Реквием по Диптауну.
  Что именно произошло тогда на пустыре, Макс так толком и не понял. Они с друзьями опять что-то химичили. Потом что-то как жахнуло...
  Хорошо так жахнуло. Душевно.
  Да только совсем не хорошо было, что он, Макс, так не вовремя повернулся, потому как слишком поздно жахнуло, а он решил выяснить причину этого опоздания.
  В памяти остался только звук взрыва и наступившая затем непроглядная темнота. После того, как его осмотрел врач-офтальмолог и ему что-то закапали в глаза, зрение постепенно и как бы нехотя начало возвращаться - то проявится кусочек изображения слева внизу, то опять исчезнет. Потом высветится лоскуточек освещенной солнцем стены вверху и тоже погаснет.
  Прежде, чем его отпустить, врач строго настрого наказал в течение ближайшей недели глаза открывать только при крайней необходимости. А о таких вещах, как компьютер, видеоплеер, телевизор и даже про книжки, чтобы даже думать забыл.
  Ага, вот такая вот жизнь наступила. Темнота вокруг. Хорошо, что еще не тишина. А то совсем как-то не по себе было бы, даже про Неудачника вспомнилось Максу. А так, по крайней мере, хоть радио можно было слушать и свои любимые записи.
  Кроме того, весь первый день Макс учился ходить по квартире, не открывая глаз, представляя себя при этом исследователем глубоких подземелий, у которого по неизвестной причине вдруг потух фонарик. А еще он научился включать с закрытыми глазами свой плеер и нажимать на кнопки мобильного телефона.
  И только было, он подумал, что вполне может быть, жизнь и не такая уж плохая штука, но уже к концу второго дня ему стало так тошно, что даже самые любимые его мелодии и группы, прослушанные уже по пятому разу, ему бесконечно наскучили и перестали приносить удовольствие.
  А вечером отец сказал ему, что ему надоело бесконечное максово нытье. А так как отец, как ни крути, был достаточно молодым и в принципе добрым человеком, то после втыка за абсолютно немужское поведение, он предложил Максу принести с работы аудиозаписи книг.
  Макс аж подпрыгнул от радости и быстренько перечислил, какие именно книжки он бы с удовольствием послушал. И среди этих книг, разумеется, в первых рядах была испрошена книга Сергея Лукьяненко "Лабиринт Отражений". Макс даже несколько раз сам уже бывал в Глубине, бродил по Диптауну. И ему там очень понравилось, но тогда он понял, что даже в его достаточно обеспеченной семье не хватит денег, чтобы позволить ему бывать в Глубине столько, сколько ему бы хотелось. И мечта у него появилась - самому стать дайвером. Только он никак не мог понять, где на них учат. А у отца он спросить постеснялся - вдруг он сочтет его вопрос совсем детским, а Макс привык уже считать себя взрослым человеком.
  Два дня Макс наслаждался, слушая свои любимые книги с закрытыми глазами.
  А на третий день произошло нечто странное.
  В какой-то момент темнота перед глазами разорвалась разноцветными сполохами, радужное око начало вращаться, постепенно увеличиваясь в размерах, пока не заполнило собою всю темноту. Максу даже показалось, что эта радуга чем-то ему очень напоминает работающую Дип-программу.
  Но подумать над этим у него уже не было времени - он действительно провалился. Но не в Диптаун, как раньше при использовании Дип-программы, а в тот самый Мир, про который он как раз перед этим слушал.
  В первые секунды он просто недоуменно тряс головой, словно кот, на которого неожиданно пролился ливень. Но быстро взяв себя в руки, Макс осмотрелся. Но, как бы ему не хотелось исследовать окружающий его Мир подробнее, он понял, что, прежде всего, не мешало бы подумать, как вернуться домой. В фантазии и способностям к анализу ему отказать было нельзя. Поэтому Макс быстро оценил ситуацию, пришел в восторг от произошедшего, но тут же понял, что все это, конечно, очень интересно, но ведь здесь нет компьютерного выхода. Да и аварийный выход, похоже, также никто для него специально не настраивал, как это было в Диптауне. К счастью, помогла уже давно опробованная дайвером Стрелком фраза "Глубина, глубина! Я не твой!". Только Максу пришлось ее немного переделать - ведь он находился отнюдь не в Диптауне. И где-то раза с третьего, у него получилось составить и произнести необходимую ключевую фразу, которая помогла вырваться из виртуального мира в реальный.
  Когда же Макс опять осознал себя сидящим в любимом кресле у себя дома, он облегченно вздохнул. Но теперь уже недосуг было слушать книжки, ему предстояло обдумать свои дальнейшие действия. Ведь ситуация складывалась весьма и весьма неоднозначная. С одной стороны он, похоже, открыл нечто ранее не существовавшее в мире. А с другой...
  В общем, он решился поделиться своей новой способностью только со своими самыми близкими друзьями. Именно с теми, с которыми они что-то так неудачно жахнули на пустыре. И он, с закрытыми глазами нажимая на клавиши мобильного телефона, дозвонился до одного из них. Вкратце рассказал про то, что с ним случилось, и пригласил к себе для подробного разговора.
  Уже через час вся компания была в сборе. Все с нетерпением смотрели на Макса, ожидая подробных откровений про его приключения. Макс не только рассказал друзьям, что с ним произошло, но и добавил то, что уже пришло ему на ум по поводу всего произошедшего.
  Начал он выкладывать свои идеи с того, что спросил ребят, - Парни, а у вас как у всех с грамотностью?
  От такого вопроса друзья поначалу оторопели и удивленно уставились на него. А Макс, довольный полученной реакцией, объяснил, - Да, знаю, знаю, что грамотеев среди нас нет и не было никогда. А теперь мне показалось, что я понял причину этого явления. Ведь по остальным предметам у нас с вами проблем вроде нет, мозгов и памяти хватает.
  Вот слушайте. Мне кажется, что у вас, также как и у меня, имеется некая способность проникать сквозь строчки повествования и нырять прямо в сюжет - потому мы и не замечаем, как написаны слова. Вероятно, именно эта способность у меня сегодня и достигла своего максимума, позволив мне провалиться в Мир книги, которую я слушал.
  Конечно, может быть, что еще сыграло роль то обстоятельство, что я уже несколько дней был вынужден жить во тьме, практически не открывая глаз. Ну, да ладно - это все проверяемо. Только мне кажется, что пока про это нельзя говорить никому - представляете, какая буча поднимется, когда люди узнают, что в Диптаун можно ходить бесплатно.
  Ребята закивали головами.
  Так что давайте сначала попробуйте сами. Ну, к примеру, выберите себе аудиозапись своей самой любимой книжки и вечерком, когда уже сознание не слишком будет вас удерживать в реальности, послушайте ее. Если заснете, то и ладно - во сне посмотрите продолжение. А если, что у кого получится, то давайте завтра приходите - поделимся впечатлениями и обсудим.
  Назавтра ребята опять собрались. И выяснилось, что даже из их крутой компании нырнуть в виртуально-книжный Мир удалось только троим из шестерых.
  - Ну, с одной стороны это хорошо, - произнес Макс, - значит, способностью бесплатно пользоваться Дип-программой смогут не все люди. И нам, скорее всего, ничего не будет угрожать. Но с другой стороны, - и он обернулся к тем, кто не смог нырнуть вглубь выбранного Мира, - может быть можно как-то потренироваться, заставить проявиться свои способности.
  Так и получилось. Уже через неделю троица неудачников также смогла нырнуть в Миры своих любимых книг. Правда, действенные ключевые фразы им пришлось придумывать каждому свои. Но уже было не так уж и важно - они придумали их еще до того, как собрались в путешествие в виртуальную реальность. А на будущее ребят уже уяснили себе, что для каждой книги искомая фраза должна быть разная. Ну, по крайней мере, пока они не изобретут некую универсальную.
  И только уже полностью освоившись со своими способностями, ребята осмелились поделиться новостями с родителями. Да и то не со всеми. Первым, удостоившимся этой чести, стал, разумеется, отец Макса, тем более, что эти способности были выявлены и у него, причем, с первой же попытки.
  Говорили мы наши разговоры ни один вечер. Потом к нашей компании прибавилось еще несколько взрослых, которые также смогли научиться нырять в виртуально-книжные Миры. Но подобных людей нашлось очень мало . И был сделан вывод, что в основном такими способностями обладают только дети Индиго или следующие за ними Кристаллы и Радужные детишки. Среди взрослых подобных людей очень мало.
  И отсюда сам собой напрашивался вывод, что через несколько десятилетий все человечество станет обладать способностями к виртуальным путешествиям.
  А что же Диптаун? Дип-программа?
  Нет, Диптаун, скорее всего, не исчезнет!
  Просто в ту изначально существовавшую Глубину теперь будут ходить только те люди, которые не взяли на себя труд, или просто не сумели научиться нырять и плавать там самостоятельно, без костылей.
  Ведь уже и сейчас все подрастающее поколение изначально способно к виртуальному чтению и, соответственно, к погружению в сюжет любой талантливой книги. А родители? Что ж многие из них также смогут научиться этому, может еще не все потеряно и для остальных.
  А когда уже все люди с рождения будут обладать подобными возможностями, Диптаун вполне сможет остаться своеобразным музеем и памятником довиртуальной эры. Да и не надо забывать, что вновь рождающиеся Новые дети всегда смогут нырять в него через бессмертную книгу Сергея Лукьяненко "Лабиринт отражений". Тем более, что, все они изначально будут дайверами.
  И это уже на всю жизнь!
  Скорее всего, потому, что Дайверы, как и "Охотники, бывшими не бывают".
 
  Глава 7. Безумие быть собой или "...а где, собственно, тут нашли Магию?".
  "Свобода! Это не просто красивое слово,
Которое манит, словно на бой.
И это безумие я принимаю снова -
Безумие быть самим собой"
  А. Вольская
  Эти странички из чьего-то дневника я читала с явным недоумением, так как, никак не могла понять, что нашли тут такого магического составители сборника. Я, лично, ничего не увидела. Правда, потом Анжела намекнула мне, что вполне может быть, что дневник взят из Мира, в котором вообще не существует даже намека на Магию. Я согласилась, конечно. Но про себя подумала: "И где же они такую бедную планету откопали, где люди были даже не в курсе таких вполне элементарных магических действий? Ведь даже у нас, под магически непроницаемым куполом мы в течение нескольких поколений не растеряли понятий об основах и возможностях Магии".
  "И опять я слышу: "У вас плохая терморегуляция?! - Ну, попейте таблеточки".
  Или "У вас плохой иммунитет?! - Ну, попейте таблеточки".
  И так в каждом кабинете - варианты бывают, но очень-очень редко. Да и в основном они звучат так: "Это, в общем-то, не лечится. Давайте лучше вырежем!"
  Весело, правда?
  И вообще, интересно становится, что означает в этом контексте слово "плохая", "плохой". А может быть только то, что оно не плохое, а просто не такое, как у большинства. Ну, тогда я не согласна всю жизнь глотать "таблеточки" только для того, чтобы не дай-то бог не стать непохожим на других.
  Да и пусть существует длиннющий список неизлечимых (как действительно неизлечимых, так и якобы неизлечимых) болезней. Но ведь к самой неизлечимой из них, которой грозит заболеть каждому из нас, так никто даже не пытался подобраться, не пытался нащупать хоть какие-то пути ее излечения.
  Я надеюсь, что вы поняли, что я имею в виду - "старость".
  Как-то в кроссворде я встретила такой вопрос: "Болезнь со смертельным исходом, передающаяся половым путём". Ответом должно было явиться слово из пяти букв... И только, когда все вокруг стоящие слова были отгаданы, я с изумлением прочитала искомое слово. Им оказалось слово - "жизнь".
  И с тех пор не покидало меня желание самой разобраться в этом вопросе. Тем более, что, чем дальше, тем яснее становилось, что всем врачам мира просто, как минимум, абсолютно невыгодно научиться лечить людей, а тем более сделать их бессмертными и практически неуязвимыми. Ведь если такой способ будет найден, то станут не нужны ни медицина, ни фармацевтика... Приблизительно такими дорожками бегали мои мысли уже не один месяц.
  А уж когда мне в руки попалась книжка про здоровый образ жизни, где было приведено высказывание автора, которое оказалось ну очень созвучно с моими мыслями "Лечиться опасно. Или отравят таблетками, или отрежут что-нибудь... ", то тогда уже я точно поняла, что не все так просто в этом мире. Мысли - материальны. Мыслями земля полнится. Они витают в воздухе, и все кто могут и хотят, те слышат и слушают, и понимают их. Значит и мой черед настал. Ловить эти мысли.
  Именно с этого и начиналась эта история.
  Я поставила перед собой задачу научиться воспринимать мысли, витающие в воздухе. В то, что мысли рождаются отнюдь не в моей голове, я уже знала точно, как из книг, так и из опыта других людей. Но люди, на опыт которых я ссылаюсь, в основном занимались тренировкой так называемого "безмыслия". Старались остановить внутри себя свою "мыслемешалку", которая, если на нее не обращать внимания, работает круглосуточно не переставая и порой очень сильно мешает жить своими навязчивыми зубодробительными мыслями.
  Вот и я занялась этим полезным делом. Уже через пару дней я сумела в полной мере прочувствовать справедливость всего того, о чем мне рассказывали. Я сумела остановить эту бестолковую "мыслемешалку", и в моей голове установилась долгожданная тишина. Оказалось, что подобное состояние очень даже полезно. Потому как, если я не позволяю своим мыслям вертеться в бесконечном движении по кругу, то в голову иногда умудряются залетать весьма полезные мысли извне. Особенно это заметно, когда ищешь пути решения какой-либо жизненной проблемы. Вот так походишь с выключенными своими мыслями, да и проблему забудешь, и вдруг в какой-то момент - вот оно долгожданное! Решение проблемы само к тебе залетает в гости - прошу любить и жаловать! Я этот феномен успела использовать уже несколько раз.
  Но, видно, в какой-то момент судьба решила, что пора переходить на другой уровень развития, и события понеслись вскачь.
  Я, как всегда, прогуливалась вдоль набережной, наблюдая за окружающими и одновременно отслеживая то, что происходит в моей голове.
  И вдруг меня как по ушам ударило. Я даже на некоторое время чуть сознание не потеряла. Но голова закружилась так, что мне пришлось подойти к ближайшему дому и постоять немного, держась за стеночку. Пока я отлепляла от стенки свою несколько ослабевшую тушку, произошло еще одно событие. Опять по ушам ударил концентрированный сгусток некой субстанции. Но на этот раз этот удар ощущался не так болезненно. А сразу же за ним в голове, как что-то отщелкнуло, и прямо там, в моей несчастной головушке вдруг прозвучал голос. Он что-то успокаивающе говорил мне. Но я сначала была настолько удивлена происходящим, что даже не придала значение тому, что именно мне говорилось. Когда же я, наконец, взяла себя в руки, то начала вслушиваться в смысл слов, которые звучали у меня в голове. Голос терпеливо повторял, и, как мне показалось, уже не в первый раз.
  - Девушка, девушка, вы меня слышите? Ответьте, пожалуйста!
  Потом с полминуты молчания и опять.
  - Девушка, девушка, вы меня слышите? Ответьте, пожалуйста!
  - Интересно, - подумала я, а как ответить то?
  Думала недолго. А потом просто представила, как говорилось в многомудрых книжках, на внутричерепном экране знак вопроса и одновременно с этим выплеснула в пространство мысль.
  - А как отвечать-то нужно?
  В ответ пришел вздох облегчения.
  - Вот, видите, вы уже и ответили. Даже слишком громко получилось. Так что давайте потренируемся немного. А картинку можно и не представлять. Давайте для начала лучше познакомимся. Меня зовут Легос.
  Я несмело произнесла внутри себя свое имя: "Вира"
  Видимо на этот раз громкость моего мысленного посыла оказалась уже на приемлемом уровне, поскольку меня незамедлительно похвалили. Похвалили и сразу же предложили познакомиться с ним и со всеми его друзьями наяву. На этот раз я, не задумываясь ни секунды, согласилась. Потом, выслушав его объяснения, села на автобус, который через полчаса довез меня до окраины нашего городка. На остановке стоял парень в джинсах и косухе с длинными волосами непонятного цвета, которые трепал ветер, что заставляло парня постоянно откидывать пряди с глаз.
  Мы посмотрели друг на друга, перекинулись опять на ментальном уровне парой фраз, чтобы уж окончательно понять, что мы именно те, которые должны были встретиться. Парень оказался вполне симпатичным. Его загорелое лицо светилось потрясающей улыбкой, добродушной и приветливой. Возможно, как раз это и позволило мне в первый же момент нашей встречи ощутить к нему нерушимое доверие. А его искренний и заразительный смех в ответ на одно из моих высказываний довершил восприятие его облика. В общем, подружились мы сразу.
  Потом Легос придирчиво оглядел мою обувь и предложил мне идти за ним, успокоив, что очень долго идти не придется. Около километра мы шли по тропинке, которая затейливо вилась по лугу, обошли небольшой лесок и, наконец, я увидела место обитания этих странных молодых людей. И ведь действительно они все без исключения оказались не просто молодыми, а очень молодыми - среди них не было ни одного старше двадцати пяти лет. А уж если говорить о странности, то легче признаться, что странного в них было гораздо больше, чем обычного.
  Жили они в палаточном городе, собственного изготовления. Не сказала бы, что чистота и порядок был у них на должном уровне. Но и полной антисанитарии также не наблюдалось. Мне сразу вспомнились "панки" или "хиппи", про которых мне не раз приходилось читать в книжках.
  Я с неподдельным интересом рассматривала окружающую меня жизнь. Неприятия внутри не возникало. Ведь в принципе меня всегда считали достаточно толерантным человеком. А тут ничего из ряда, вон выходящего, я не заметила... ну пока, по крайней мере.
  Легос удовлетворенно наблюдал за мной, за моей реакцией и, наверняка, если и не читал мои мысли, то уж эмоциональную составляющую считывал безошибочно. А когда я устала крутить головой и повернулась к нему, то вопросов задавать и не потребовалось - он сразу начал рассказывать мне про их общину. Рассказывал долго и увлеченно. А я как бы переживала вместе с ним все этапы ее возникновения и развития.
  А началось все с одного очень интересного разговора, состоявшегося между двумя не особо удачливыми друзьями. Они оба уже были студентами первого курса исторического факультета педагогического института. И учились они хорошо, и историю они оба любили, а неудача... их неудача заключалась в том, что у обоих была сильнейшая аллергия почти на всю пищу, и, соответственно, их покрытые многочисленными прыщиками лица не пользовались вниманием у женского пола. Да и подружились они, поскольку частенько приходилось им вместе посещать многочисленных врачей, высиживать в коридорах многочасовые очереди - так что время поговорить у них было предостаточно, да и тем для разговоров они находили множество.
  Как-то раз зашел у них разговор о представителях семейства кошачьих. Тем более, что из за аллергии Максу запретили заводить дома кошку, а у Сержа дома жил роскошный рыжий кот по имени Рыжуля.
  И Серж рассказал товарищу о том, что неделю назад учудил этот самый Рыжуля.
  Старшая сестра выдала Сержу денег и попросила его купить необходимые продукты, так как у самой не было свободного времени. На прогулку по магазинам Серж взял с собой и кота или, вернее, кот сам за ним увязался. Вообще-то Рыжуля был в основном послушным ласковым котиком. Но тут в него, как бес вселился. Как только они вошли в мясной магазин, кот утробно и весьма агрессивно заурчав, принялся толкать своим отнюдь не маленьким лбом хозяина в ногу. Серж удивился такому поведению пушистого любимца и, взяв его на руки, внимательно взглянул ему в глаза, мол, чего это ты чудишь, милый друг.
  Рыжуля спокойно выдержал этот взгляд, а потом отчаянным рывком вывернулся из рук хозяина, спрыгнул на пол и опять начал упорно бодать того в колено. И при этом не просто бодал, а пытался вытолкать его прочь из магазина. Когда до Сержа это дошло, он решил проверить свою догадку и послушно, толкаемый тычками рыжей головы, вышел на улицу. На улице Рыжуля моментально угомонился и стал опять, как всегда, милым и покладистым.
  Серж постоял некоторое время, почесал затылок в недоумении, а потом спросил своего пушистого друга.
  - Тебе, что в этом магазине мясо не понравилось?
  И Рыжуля, как будто что-то понял, потому, как что-то утвердительно мявкнув, повернулся и, задравши хвост, побежал по дорожке прочь от магазина. Сержу ничего не оставалось, как послушно следовать за котом. Да и дюже интересно ему стало, куда это его котяра побежал так резво. А дальше было еще более круто.
  В ближайшем парке, через который пролегал его путь, Рыжуля вдруг нырнул в густые заросли кустарника и на время исчез из вида. Появился он, держа в зубах мышку. Подошел к хозяину, положил свою добычу у его ног, вопросительно на него посмотрев.
  - Нет, котик. Я мышами не питаюсь, к сожалению. Так что можешь съесть свою добычу сам.
  Рыжуля утащил мышку в кустики, откуда тот час же донесся хруст косточек и довольное урчание. Потом сытый рыжик опять подошел к Сержу и, ткнув его мордочкой в колено, поднял взгляд на верхнюю ветку кустарника, где сидела маленькая пташка и выводила свои трели. Потом опять ткнул и опять посмотрел на пташку, а потом направил свой вопросительный взгляд на хозяина. Когда до Сержа дошло, что пытается до него донести его любимец, он даже потряс головой от удивления. Но, справившись с затопившими его эмоциями, Серж, любовно глядя на своего кормильца, произнес.
  - И птичек я таких не ем, хороший мой. Ты меня накормить хочешь? Да?
  Рыжуля согласно кивнул головой. Потом, изобразив всем своим видом, что над чем-то старательно думает, вдруг качнул головой, как бы приглашая следовать за собой, и опять, распушив свой хвост, ринулся вперед по дорожке парка, направляясь к выходу. Серж за ним еле-еле поспевал.
  На этот раз Рыжуля привел его в мясные ряды, расположенные на небольшом рынке, на который приносили свою продукцию местные крестьяне.
  - А ты ведь умница, котик, - Серж наклонился и почесал его за ушком, - попробую-ка я здесь купить цыпленочка. Ну, да - дороговато, конечно. Но ведь таблетки еще дороже стоят. Так что надо попробовать.
  И продолжая таким образом рассуждать и бурчать что-то себе под нос, Серж пошел выбирать себе цыпу. Он решил, что приготовит себе курчонка сам, чтобы ему хватило на несколько дней, а для остальных купит то, что обычно покупала сестра. Так и начался этот почти эпохальный эксперимент. А что! После несколько недель подобного питания Серж заметил, что количество прыщиков на лице стало на порядок меньше, да и сами они уже потеряли интенсивность окраски, как будто воспаление пошло на убыль.
  Макс внимательно все это выслушал и предложил.
  - А давай мы вообще на время перестанем пить лекарства, но зато перейдем на рыночные продукты. Я понимаю, что может возникнуть проблема с родителями. Но, может, если я расскажу им про твой эксперимент, они и не будут так сильно возмущаться.
  А тебе вообще проще - результат на лицо, вернее, на лице.
  И ребята продумав хорошенько как и чем они хотели бы питаться, принялись вводить в свой рацион новые продукты. И в результате, мало того, что аллергия перестала их мучить так уж сильно, но и времени свободного у них появилось не в пример больше - ведь друзья перестали высиживать часы в больничных коридорах. Освободившееся время они стали проводить за чертой города, где бродяжничали, изучая окрестности. Причем в выходные дни домой они возвращались только для того, чтобы поспать.
  Когда же закончилась учеба, ребята взяли на прокат палатку, купили спальные мешки и отправились на природу, намереваясь там жить до начала нового учебного года. Родители, хоть и видели, как преобразились их сыновья, все равно сначала сомневались в результатах подобного демарша своих отпрысков. Но у ребят все получилось. И, когда в начале учебного года они пришли в свою группу, их просто и не узнал сначала никто - мало того, что на их лицах теперь не было ни одного, так уродующих раньше молодые физиономии, прыщика. Они оба загорели, щеки радовали румянцем, а глаза светились радостью. Разумеется, их тут же обступили друзья из группы и заставили рассказать, как они стали такими красавцами.
  В результате, до наступления зимы в институте уже образовалась компания, которая собиралась и на все выходные уходила на природу. Они облюбовали себе очаровательное местечко, где было и озеро, и лесок, и кусочек луга, поражавшего своим разнотравьем. Девчонки с биологического факультета хорошо разбирались в травах и поэтому начали собирать вкусные и полезные травки, заваривая их как чай или добавляя в супы.
  На следующий же год уже сильно разросшаяся компания устроила себе палаточный городок, состоящий из полусотни палаток. Там ребята и прожили все это первое лето. А дальше они решили, что за следующий учебный год они должны хорошо подумать и решить, как бы так сделать, чтобы постоянно жить в своем палаточном городке. Ведь зимы у нас были теплые, а до города, чтобы посетить институт, было не так уж и далеко.
  Вот так и начала расти наша община. К нам уже стали присоединяться не только студенты, но и другие желающие. И, что самое главное, всем нравилась наша компания, наш образ жизни. Ведь кроме палаточного житья-бытья, мы все были образованными неравнодушными к окружающему миру людьми. Поэтому нам было чем заняться.
  В скором времени кот Сержа опять учудил такое, что подал нам еще одну идею для развития. Как мы позже поняли, что его Рыжуля уже тогда в самом начале этой эпопеи, когда выталкивал Сержа из магазина, пытался разговаривать с хозяином мысленно. И только, когда убедился, что Серж его совершенно не понимает, применил более жесткую тактику - агрессивно рычал и просто выталкивал хозяина на улицу. Да и Серж в глубине души почувствовал нечто необычное - ведь уже в тот день он пытался сознательно отвечать коту, как будто понимал его и отвечал, хоть и вслух, но так, как будто был уверен в разумности своего любимца.
  И, в конце концов, вероятно, Рыжуле надоело все это безобразие, и он пошел ва-банк. Правда, этот его демарш стоил Сержу большого количества пережженных нервных клеток. Но что делать - сам виноват, быстрее соображать надо было. Да и за любое знание и умение платить надо... так или иначе.
  Надо сказать, что и раньше Серж хорошо понимал своего любимца и без слов. Возможно, поэтому до него долго не доходило, что котик от него ждет. А тут получилось как-то все одно к одному - и усталость, и погода дождливая, некомфортная. В общем, как говориться, был тупым, а стал еще тупее. Вот тут-то Рыжуля и не выдержал.
  Серж в этот момент лежал на кровати, а его голова покоилась в аккурат около тумбочки. Рыжуля вскочил к нему на грудь, постучал лапой по лбу хозяина, потом этой же лапой по тумбочке. И уже в завершение этого издевательства сунул мордочку Сержу в ухо и, не переставая щекотать хозяйское ухо своими усами, "проорал" мысленно: "Ку-ку! Войдите!"
  И это истошное "Войдите!", прозвучавшее внутри головы Сержа, наконец, заставило его выдать, правда, вслух.
  - Что? Куда войдите? Ты, что издеваешься?
  - Мысленно, мы-ы-ысленно, пожалуйста, - промурлыкал опять на ментальной волне вредный котяра.
  Серж встряхнул головой, отталкивая усатую морду, и...
  ... и, наконец, окончательно сообразив, что происходит и, что от него требует этот приставучий рыжий учитель, рявкнул мысленно.
  - Юморист фигов. Будешь вредничать - рыбки не дам...
  - Вот так бы и давно, - удовлетворенно мявкнув, Рыжуля уютно устроился у хозяина на груди и принялся тереться мордочкой о его шею. - А без рыбки я как-нибудь обойдусь - мышек наловлю, - и довольно замурлыкал еще громче.
  Таким образом, первыми нашими телепатами стали Серж со своим рыжиком. Они впоследствии обучили и всех нас. А родившихся детишек и обучать не пришлось - они с рождения умели разговаривать мысленно - было бы с кем.
  И уже эти дети самостоятельно, без нашего участия научились объединять свои биополя, чем многократно усиливали свои магические способности. Но это нельзя описать словами, это надо самой почувствовать. У тебя еще будет возможность принять участие в этом действе, - завершил свой рассказ Легос.
  Все то время, что Легос рассказывал, мы продолжали свой путь через палаточный город. И уже, когда почти добрались до противоположного конца поселения, я услышала этот звук. Он одновременно был похож и на детский гомон и на журчание горной речки, постоянно прерываемый переливами смеха. Я удивленно остановилась и прислушалась.
  - Что это? - так и рвался из меня этот вопрос.
  - Жриамули, - спокойно ответил мой провожатый. - Хочешь, давай подойдем поближе. - И он, взяв меня под локоть, свернул с дороги на еле заметную тропинку, которая вела немного вниз, вилась между кустами, спускаясь к речке.
  За кустами на песчаном берегу речки резвилась ребятня. Возраст у них, как я определила, находился где-то в пределах между двумя и шестью годами. И вся эта разношерстная и разновозрастная компания упоенно играла в какую-то общую игру.
  Легос пояснил.
  - Это наши дети. Те, которые родились у нас уже после того, как мы перебрались на постоянное жительство сюда, на природу. Только не надо ничего говорить про так называемую "свободную любовь", и, тем более, про наши нравы. Любовь ведь только и может быть свободной. Все остальное и назвать-то подобным словом язык не поворачивается.
  Каждый из этих детишек был создан в моменты искренней истинной любви. - Продолжал объяснять мне Легос. - Может именно поэтому они все такие красивые, добрые и все, без исключения, так и светятся здоровьем и радостью.
  Да! Мы сознательно бросаем дерзкий вызов общественным правилам и вкусам. Но, как ты могла заметить, у нас не так уж и плохо тут все организовано - откровенной антисанитарии не наблюдается. Можно считать, что живем как отдыхающие на палаточной турбазе. И пускай здесь не очень красиво и уютно, зато живем круглосуточно на свежем воздухе. А ваши дачи... что дачи. Ведь для того, чтобы их иметь вы пашете всю свою жизнь, чтобы сначала купить участок, потом построить дом, а потом всю оставшуюся жизнь его отстраивать и ремонтировать. А дальше? Дальше ведь полноценно пользоваться с таким трудом построенными дачами могут лишь те, кто живет в большой семье. А что делать одиночкам?
  Так что, может мы и нарушаем некоторые неписанные законы социума!
  Но мы против лицемерия, против убийств, которые люди почему-то называют абортами. И пусть мы слишком ветрены и любим недолго. Зато все наши дети зачаты исключительно в моменты любви. И, посмотри сама, какие они у нас светлые и солнечные получились, хоть и родили мы их, быть может, и слишком рано, по мнению общества. Но мозгов, по нашему мнению, даже в наши пятнадцать - восемнадцать лет у нас было гораздо больше, чем у сорокалетних "старушенций", которые на пару минут отвлеклись от своего бизнеса, оглянулись, к себе прислушались и вдруг поняли, что еще немного и они потеряют вообще способность производить потомство.
  Ты просто послушай это чудесное жриамули. Ведь ничего нельзя найти на свете прекрасней этих звуков. Эти же дети любят и нас, и весь окружающий мир просто за то, что все это существует на белом свете. Так чем же мы хуже этих городских снобов? Только тем, что позволяем себе жить так, как считаем нужным?"
  Я шла по мягкой траве, слушала моего попутчика и действительно наслаждалась ребячьим жриамули... а ведь, действительно, никаким другим словом и назвать эти звуки язык не поворачивается. Ну не визгом же, в конце концов. Это было как бы выражение истинного восторга существования и никак не иначе.
  Когда же дети нас заметили, то я вдруг почувствовала такой мощный посыл тепла и любви, направленный с детской поляны в нашу сторону, что у меня на мгновение зашлось сердце, и слезы подступили к глазам.
  Потом я с очень большой неохотой отправилась домой. Так не хотелось возвращаться в этот душный и скучный город. Но Легос меня утешил тем, что пригласил на следующее воскресенье придти, поучаствовать в праздновании Летнего Солнцеворота. Сказал, что мне должно понравиться.
  А пока Легос меня провожал до остановки автобуса он успел рассказать мне еще одну историю из жизни общины. На этот раз из жизни детей общины.
  Все детишки у них, как я уже рассказывала, рождались здоровенькими, рано начинали ходить и говорить. Что и не удивительно, так как они жили на свежем воздухе, питались натуральной пищей и с малых лет общались в своем детском коллективе с себе подобными.
  И только лишь однажды в одной из молодых семей родилась девочка Рада, у которой были недоразвитые суставы ног. До года родители постоянно ей занимались и выполняли все предписания врачей поселка. Но потом поняли, что толку от этого очень мало. Да, ножки немножко выправились, но за время нахождения их в гипсовой растяжке они абсолютно потеряли мышечную силу. Она даже стоять, не опираясь на опору, могла не дольше двух-трех минут.
  Но девочка росла очень умненькой, доброй и улыбчивой. Может быть, именно поэтому родители и выбрали ей такое имя - Рада.
  А когда Раде исполнился год, как раз закончилась дождливые весенние деньки и началось лето. И родители решили, что пора дочке знакомиться со сверстниками и остальными детьми. И они стали каждый день с утра выносить ее на полянку, на которой дети проводили весь световой день - только, чтобы пообедать, домой забегали. Раду сажали на стул с высокой спинкой, покрытый мягким покрывалом так, чтобы ей было видно все, что происходило на поляне. Она даже пыталась делать движения ногами, наблюдая за тем, как ребятня играет в футбол, и подражая им. А заодно и, заражаясь их энтузиазмом и весельем, на время забывала о своем увечье.
  Ребятишки сразу же с ней познакомились и подружились. Им понравилась доброжелательная и улыбчивая девочка. Ментальной речью Рада владела в совершенстве, да и читать уже умела. Так что, когда ребятня во время отдыха окружала ее, она рассказывала им сказки, которые ей прочли в свое время родители, а теперь она и сама могла читать книги, правда пока по слогам. Но память у нее была уникальная. Так что она практически сразу запоминала прочитанную новую сказку, чтобы потом поделиться ею с друзьями.
  Ребята были очень довольны, а когда слышали новую интересную историю, то по ее окончании поляна оглашалась восторженными возгласами и даже аплодисментами. Рада расцветала от такой реакции детишек. Она чувствовала, что они искренне любят ее. И вот однажды из нее само собой на пике радости выплеснулось: "Как я вас всех люблю! И с какой же радостью я обняла бы вас всех и каждого в отдельности".
  И вдруг кто-то из окруживших ее новых друзей выкрикнул: "Ну, если ты пока сама не можешь, давай мы все тебя попробуем обнять, все сразу, мысленно. Мы же разговариваем мысленно - вот и давайте попробуем также мысленно одновременно обнимем нашу Раду!"
  Предложение было принято на ура.
  И практически сразу же приведено в исполнение.
  Результат же превзошел все ожидания - результатом стало общее слияние аур всех детей в одно общее "солнышко". А так как причиной этого солнышка было намерение обнять Раду, а также подспудное желание, чтобы Рада стала такой же здоровой, как и все они, то...
  Когда "солнышко" распалось, то все дети на поляне с огромным удивлением увидели, что Рада медленно поднимается со своего стула и сначала, держась за его спинку, а потом и без поддержки медленно и осторожно, шажок за шажком пошла. Да-да пошла сама без костылей и подпорок. Пошла и распахнула руки в стороны, словно это были крылья. А ее глаза сияли таким счастьем, что окружавшие ее ребята спонтанно опять слились в едином порыве восторга от совершенного ими только что чуда.
  После этого дня Рада с каждым днем стала ходить все лучше дальше. А дети теперь сливались при каждом удобном случае и даже без какого-нибудь определенного повода. Им просто нравилось быть единым целым, любить друг друга и весь окружающий мир.
  После чудесного выздоровления Рады, взрослые попытались разобраться в происшедшем. Объяснить, конечно, толком детишки, как ни старались, им ничего не смогли, а только кричали: "Да вы попробуйте! Это так потрясающе! У вас получится. Обязательно получится". Поэтому в ближайший выходной на детской площадке собралась почти вся община, чтобы посмотреть, приобщиться и ... может быть даже поучаствовать, если повезет, в том, что умудрились сотворить их гениальные дети.
  И после того, как зажглось маленькое детское "солнышко" постепенно по одному начали вливаться в него и взрослые. Сначала получилось это у наиболее открытых миру подростков, но по мере того, как мощность "солнышка" росла, к нему начали подсоединялись и остальные, пришедшие на поляну. Через несколько минут над поляной уже горело не солнышко, а настоящая "сверхновая". Потом люди в городке говорили, что даже оттуда было видно это необычное зарево.
  Вот так мы и научились слиянию разумов, вернее, этому нас научили наши дети. - Закончил свой рассказ Легос. - Так что, приходи на праздник, там и сама попробуешь поучаствовать в нашем Слиянии.
  В воскресенье я явилась в общину при полном параде. По поселку из конца в конец сновала, носилась, суетилась молодежь. Готовились к вечеру. К ритуальному действию. К танцам и праздничному ужину.
  А вечером я оказалась свидетелем магического действа. В этот день община праздновала День Летнего Солнцестояния - Летний Солнцеворот. Они восхваляли Ярилу, как было принято у древних славян. Они пели хвалу самой Жизни, дарованной нам Солнцем.
  После окончания ритуальной части торжества, на центральной площади поселения начались танцы. Но танцы здесь также оказались необычными. Играла музыка - слышались переливы флейты и свирели, резкие удары барабанов, гитарные переборы и ритмичный бой аккордов.
  А поблизости от танцевальной площадки уже был заложен костер для приготовления праздничного ужина. И когда уголья уже были готовы, чтобы принять в свой жар подготовленные куски мяса, наконец, на танцпол пришли все жители поселка. И началось нечто невообразимое.
  Стучали барабаны, отбивая завораживающий ритм. Раздавались песни, радостные крики и смех. Над площадью витали запахи дыма и жареного мяса. Ритмы барабанной дроби отдавались во всем моем теле и заставляли сердце колотиться все быстрее и быстрее. Легос, похоже, почувствовал мое состояние и, взяв за руку, вытащил в круг танцующих. А то я так бы и стояла, пританцовывая на месте, не решаясь начать танцевать.
  Как же это действительно прекрасно - танцевать вместе со всеми, подчиняясь ритму барабанов. Непонятный восторг переполняет меня. И я вдруг, распростившись со своей обычной стеснительностью, влетаю внутрь круга. Мое тело пропиталось музыкой и стало послушным ее инструментом. Оно послушно отвечало на новые нюансы мелодии новыми изгибами или едва уловимыми движениям. А стоящие в кругу ребята принялись отбивать ритм хлопками ладоней. От этого я завелась еще больше. Все быстрее становилась музыка, и все быстрее я следовала за ней - вращалась, изгибалась, плясала в полнейшем экстазе. Никогда мне еще не было так хорошо.
  Когда же музыка стихла, я просто упала на землю и лежала, стараясь успокоить дыхание. А потом вообще началась настоящая сказка.
  После танцев, разгоряченные и переполненные радостью, перед тем как приступить к праздничной трапезе, все встали в круг, подняли руки к звездному небу и...
  Мне показалось, что я на мгновение потеряла себя, слившись в этом едином порыве, едином восторге с людьми, ставшими мне почему-то в эти моменты очень близкими. А ведь еще вчера я вообще даже не подозревала об их существовании. Я физически почувствовала, как через меня прошел мощнейший поток энергии, а единая общая радость заставило мою душу раскрыться в восторге бытия и полностью раствориться в этой нашей общей солнечной песне.
  А после того, как наше объединение распалось, я еще несколько минут продолжала ощущать эту радость жизни, это счастье быть частью общего целого. И причем не потому, что так полагается, что так запротоколировано в законах общества, а просто по велению души, потому, что так захотелось.
  После всего произошедшего со мной в этот вечер, мне вдруг подумалось, что вот оно то, о чем я уже давно задумывалась и пыталась разобраться - искренность, свобода... Быть может именно поэтому в той песне свобода и связывается с безумием - "безумие быть собой". Может оно потому и безумие, что за истинную свободу надо платить. Это - как обратная сторона монеты, как "обратная сторона Пути". Вот и приходится выбирать между уютным, но насквозь прогнившим лицемерным социумом, и истинной свободой среди свободных людей, живущих в подобных условиях.
  Я, конечно, не собиралась прямо сейчас бросать свою обжитую квартирку и переезжать в этот поселок. Да и возраст у меня уже не настолько юный, чтобы подойти к этой разухабистой компашке. Но! Но! И еще раз - НО!
  Кто знает, может еще настанет время, когда подобные поселения начнут создавать и люди вполне взрослые, но уже осознавшие себя частью природы, частью этого прекрасного Мира.
  Меня же никто не торопит... и даже не агитирует поменять мировоззрение. Просто мне в этом поселке стало тепло и уютно от того душевного тепла, которое я улавливала постоянно. И не настолько важно от кого оно шло от детишек или от взрослых. И вообще, какие они там взрослые. Я же их всех старше... хоть порой и не ощущаю этого.
  Ну, слилась я с этим миром и уже успела врасти в него и почувствовать себя в нем своей. А вот когда это произошло? Да, наверно, после танцев, где я, абсолютно никого не стесняясь - а ведь мне это никогда не было свойственно, танцевала в кругу, подчиняясь этой музыке, этим завораживающим ритмам под аплодисменты окруживших меня людей.
  Да и к Легосу мое отношение начало постепенно меняться. Когда мне в течение долгого времени не удавалось съездить в общину, я начинала скучать по нему, по нашим разговорам. Мне стало недоставать наших споров, его чуть язвительного юмора и снисходительных взглядов, как будто не я он был старше меня. А однажды мне даже приснилось, что он попробовал меня поцеловать - так осторожно, нежно и совсем-совсем целомудренно. От этого я даже проснулась и некоторое время лежала, переваривая все ощущения, которые получила во сне. И тут мне в голову залетела совсем уж бредовая мысль - может быть, это и не сон был, а наведенные ощущения, неосознанно генерируемые во сне самим Легосом. Ведь ментальная связь у нас с ним теперь работала как часы - мы практически постоянно были настроены друг на друга, ждали и были готовы услышать знакомый голос внутри своей головы... или я это только про себя говорю... У него же спросить насчет своего сна я так не осмелилась. Пусть все идет, как идет, решила я. Но внутри меня уже начало зарождаться предчувствие чего-то теплого и очень-очень приятного.
  В общем, вместо серого беспросветного будущего, которое ждало меня там, в поселке, я внезапно обрела надежду на счастье как личного, с любимым человеком, так и общего всеохватывающего в кругу друзей, почувствовав сопричастность с их обществом, с чем-то невыразимым и привлекательным в их образе мыслей и даже в их образе жизни.
  И я ничуть не была удивлена, когда я обнаружила в голове ну очень интересную мысль, что я действительно нашла себя и свое место в жизни. Тем более, что давно пора вроде бы - не девчонка неразумная неоперившаяся какая, а практически взрослая женщина уже.
 
  Глава 8. Эта серая, серая жизнь.
  "...сколько же сил прилагают соседи сначала для того, чтобы обеспечить себе максимум свободного времени, а потом для того, чтобы его же занять" О.Панкеева
 
  Под серым, серым небом...
  В серой, серой деревне...
  В серой невзрачной хламиде...
  Сидела серая, серая Безнадега...
 
  Небо здесь всегда было затянуто тучами, из которых мерно моросил мелкий-мелкий дождь, не прекращаясь ни на минуту. А солнца здесь уже давно никто не видывал. Атмосфера уныния и безысходности царила в этом мерзком местечке постоянно. Промозглым здесь казалось все - и небо, и земля, и настроение.
  Когда все это началось, никто в деревне и не помнил. Разве что старожилы иногда вспоминали, как сияло в небе солнышко и как весело чирикали птички на зеленеющих ветках. А сейчас ветки деревьев были покрыты вовсе не зелеными листьями, а ядовито-зелеными язвами проплешин плесени.
  Жители уже давно и не жили, если оценивать их житье-бытьё со стороны.. Они просто влачили жалкое существование, пытаясь, хоть как-то вырастить себе пищу на этой насквозь промокшей и заплесневелой земле.
 
  Они были сестрами.
  Одну из них уже давно прозвали Бытовушкой, а другую, которая жила в деревне, соответственно, Безнадегушкой. Вроде звучало это достаточно ласково, поэтому сестры без возмущения и приняли эти имена, мол, "собака лает, а караван идет" - можете молоть языком, что хотите, а мы все равно возьмем от вас себе все, что нам надо. Так рассуждали между собой сестры-ведуньи, которые уже давно поселились в этом уголке империи. Поселились, приспособились и теперь просто пользовались на дармовщинку той энергией, которую генерировали жители. А энергии этой было не так уж и мало - ведь она шла как от радости, так и от горя, отчаяния и ощущения безнадежности бытия. И у сестер все шло в дело - всеядными они были. Они всасывали энергии любых вибраций и оттенков, а потом преобразовывали их для себя так, как им было нужно.
  Некоторое время им хватало того, что излучали жители естественным путем. А потом сестрам захотелось бОльшего, как это всегда бывает и у людей, когда им долго дается возможность пользоваться чем-либо даром. И сестрички принялись сочинять, что бы им еще учудить. Они быстро поняли, что отрицательные эмоции вызвать у людей гораздо легче и выгоднее, чем положительные... особенно в деревне. Вот и повадились они вредить. Сначала по мелочи в основном - затянули небо тучами. Сделали так, чтобы урожая жителям деревни только-только и хватало, чтобы не умереть с голоду, а каторжный труд не давал возможность ни отдохнуть как следует, ни повеселиться от души даже, когда работы в поле осенью заканчивались.
  Дурить головы городским жителям оказалось несколько сложнее. Но и тут сестры оказались на высоте. Они как бы соревновались друг с другом - кто более интересную пакость придумает. А потом с удовольствием делились друг с дружкой своими придумками.
  -Ой, послушай, - рассказывала сестре, непрерывно подхихикивая, Бытовушка, - что я тут придумала и реализовала. А они послушно клюнули. Вот уж действительно - горбатого могила исправит. Ну и пусть не исправляются - мне же так даже удобнее - энергия рекой льется. Только успевай черпать.
  Представляешь, - продолжала она, - я постепенно приучила их пользоваться стиральной машиной. Ну, вот так - надо/не надо, а все равно включай машинку и стирай. Деньги-то уплачены - значит надо пользоваться. А то, что за электричество надо платить не так уж и мало, это им невдомек. А ручками-то свое бельишко они стирать-то уже и разучились, отвыкли. Вот и запихивают они в машинку пару трусиков, полотенце и маечку и включают ее. И хорошо еще, если все это у них одного цвета будет, а то еще и отлиняет - опять же неприятность, которая дает нам с тобой лишнюю энергию.
  А если и все вроде бы и нормально, так к очередной получке оказывается, что денег-то тю-тю. За электричество заплатили, кредит за машинку тоже надо отдавать. Вот и сидят они горемыки, лапу сосут и депрессивным мыслям поддаются. А ведь нам с тобой того и надо.
  Да, еще забыла добавить, что стирка на стиральной машинке - это же работа, и работа нудная и скучная. И время она, как бы там они не считали, забирает порядочно. Вот и получается - не жизнь, а сплошная тоскливая бытовуха. Где-то на уровне подсознания они, вероятно, что-то чувствуют и даже понимают - ведь обозвали они меня все-таки Бытовушкой. Но пока они не начнут мыслить самостоятельно, пока не пожелают жить интересно и не начнут изыскивать способы изменить свою жизнь, пусть себе называют. Я стерплю. А, может быть, и еще что-нибудь придумаю, чтобы еще глубже затащить их в пучину тоски и скуки.
  Вот так сестры и жили припеваючи. А жители поселка все больше погружались в неизбывную тоску, все больше их засасывало болото депрессии. И конца-края этому не видно было. Да и не искал никто выхода из этой ситуации - все уже были пришибленны неустроенностью своей жизни, занимались только решением повседневных проблем. Куда уж тут выход искать? Да и менять тогда свою жизнь придется. А этого ведь ох, как не хочется. Ведь так, вроде, уютно живется в этой засасывающей депрессивной серости, что и вылезать из нее как-то страшновато - а вдруг там, наружи еще хуже?
  А сестрички только радовались и облизывались от удовольствия, когда удавалось урвать кусочек энергии побольше, да пожирнее.
  Но в последние годы они стали замечать, что поток энергии, перестал увеличиваться и даже немного просел, особенно в поселке. Они озадачились этим явлением и установили наблюдение над своими, в бытность, послушными рабами.
  И что выяснилось. Подрастающая молодежь уже чем-то неуловимо отличались от более старших поколений - не было в них заметно этой покорности судьбе. Зато имела место непреодолимая жажда нового и неизведанного. Правда, они в основном представляли собой бесшабашных, а часто и совершенно безбашенных юнцов, сбивающихся в стаи с подобными себе.
  Они противостояли всему, всем законам общества, вплоть до употребления в своих разговорах ненормативной лексики. Но сначала сестрички-ведьмачки не видели в них угрозу своему существованию. Ну, дурит молодежь. Ну, выражает, причем не всегда адекватно, свое, абсолютно не согласующееся с общественным, мнение, совершенно не заботясь о реакции окружающих. Ну и что? Взрослые при этом еще больше становятся недовольными и удрученными самим фактом того, что сами же и воспитали таких деток.
  Вот и приходилось родителям молча выслушивать от своих отпрысков.
  - Ну, опять начали свое "надо", "положено". Да, кем положено-то? И почему, собственно, я это положенное брать должен... вот именно, опять "должен"... Да, никому я ничего не должен - особенно в этом богом забытом сером городишке.
  А некоторые вообще высказывались намного грубее и циничнее.
  - Чего-чего? Положено, говорите? Покладено? Лично я ничего и никуда не клал. Вот пусть тот, кто что-то куда-то поклал и забирает это нечто себе обратно. А мне и так хорошо - все мое всегда со мной.
  И вот подобного, даже в основе своей неадекватного, протеста хватило, чтобы вместо того, чтобы унывать и переживать о своем неустроенном и сером житье-бытье, от чего в принципе и получали энергию сестры, они его, это самое серое и тусклое, просто не признавали. Не признавали над собой никаких законов, запретов и правил. Они хотели свободы волеизъявления, так как, похоже, ощущали, постороннее влияние на себя и своих близких.
  Постепенно подобные представители молодого поколения начали, как это обычно и бывает в подобных случаях, объединяться, сбиваться в стаи. И, как всегда, в каждой стае на верх выбивались наиболее сильные и уважаемые личности - реализовывалось право сильного. И, вероятно, эти стихийные процессы так бы и закончились созданием обычного движения типа "панков" или "хиппи", если бы среди этой, возлюбившей свободу, молодежи в числе лидеров не оказался Мерлан.
  Он происходил из достаточно интеллигентной семьи, был начитан и умен. А на положение вождя ему помогло выбиться еще и его, пусть и очень слабенькие, магические способности. Ну и занятия профессиональными единоборствами в местном клубе тоже сыграли не последнюю роль в его возвышении над остальными. И в результате всего этого уже через год он стал главным вождем над всеми остальными руководителями более мелких объединений.
  К его мнению прислушивались, его, как не странно это было для данной среды, уважали. А он... ему не давали покоя постоянное ощущение того, что нечто происходящее в его мире идет совершенно неправильно, что так не должно быть. Он же был начитанным мальчиком и хорошо представлял себе основы законов развития вселенной и общества. И далеко не последнюю роль сыграло то, что в детстве он очень любил читать сказки, вернее рассказы с фантастическими сюжетами, а уже когда подрос, переключился на эзотерическое чтиво.
  И вот он постепенно начал свои эксперименты, надеясь, что они в конце концов приведут его к какому-нибудь реальному результату. Для начала он проверил максимально возможное количество знакомых ребят на предмет наличия Магии. Выбрал шестерых, у которых Магия чувствовалась, хоть немного, и обучил их упражнениям для того, чтобы увеличить свой магический потенциал. Даже способ придумал, как наглядно можно оценить, насколько они успешны в овладении магией. Росло на пустырях такое растение, Шрабель, листья которого при нагревании меняли свой цвет с зеленого на красный, в зависимости от температуры нагревания. Вот Мадер и приспособил его для проверки успешности работы ребят. А файерболами они уже давно и с удовольствием с азартом кидались друг в друга.
  Остальные ребята с интересом наблюдали за летающими огненными шарами, за искрами, слетающими с кончиков пальцев, и уже начали просить, чтобы их тоже научили - вдруг и у них есть хоть некоторые зачатки Магии. А тех шестерых, которые уже давно занимались, накачкой магического потенциала, вместе с самим Мадером ребята между собой начали называть "Магической семеркой".
  И вот Мадер решил, наконец, проверить свою гипотезу о наличии над городом магического купола, который постоянно и Магию заглушает, и давит на душу, не давая ей развернуться. Семерка единодушно поддержала своего вожака, и в один из выходных они вышли из города.
  Шли долго. И только лишь через полтора часа Мадер вдруг ощутил некий прилив магических сил и еще некое чувство, что дышать стало легче. Он вопросительно взглянул на друзей. Те остановились и постарались тоже прислушаться к себе. Вывод был однозначным - они вышли за ограничивающий Купол. Через некоторое время ребята пришли в восторг от тех ощущений, которые дарил им окружающий их мир. Они принялись носиться по лугу, гоняясь друг за другом и весело перекрикиваясь. Мадер же стоял, с довольной улыбкой любовался на друзей, а сам в это время лихорадочно соображал, что следует из их сегодняшнего открытия, и что им необходимо делать дальше. То, что рассказывать что-либо взрослым пока нельзя, он понимал четко. А вот другим членам их свободолюбивой "банды"... этого он пока не решил.
  На следующий выходной вся "Семерка" решила провести еще один эксперимент - сбегать в деревню и изучить, что происходит там. До деревни было всего-то пять километров, так что добраться до нее у ребят проблем не возникло. Тем более, что половину пути они уже бежали по богатой Магии земле и наслаждались сами этим бегом.
  Но зато, когда они ворвались под ограничивающий купол, который накрывал деревню, то ощутили, как будто кто-то их огрел по голове дубиной. Они еле удержались на ногах. Постояли, отдышались и потихоньку поплелись к ближайшему хутору.
  В их планы входило попробовать вылечить хоть одно дерево, покрытое зелеными лишайниками. Но тут пришлось им объединить воедино силы всех семерых, чтобы вылечить хотя бы одну проплешину. Да и после этого они все почувствовали себя обесточенными.
  Реакция у всех была одинаковая.
  - Да, как же, блин, тут люди живут. Здесь же загнуться можно и копыта отбросить на вовсе.
  Но сестрички-ведуньи четко рассчитали мощность магического воздействия. Ведь им нужны были не горы трупов, а всего лишь послушные рабы.
  После таких прорывов и экспериментов "Семерки" Безнадегушка и Бытовушка не на шутку разволновались. Не хотелось им как-то садиться на минимальный энергетический паек. Уже отвыкли они от этого. Но так как силы их были не так уж и велики, и заниматься всеми членами этой группы они точно не смогли бы, даже если взялись бы за это вдвоем, то и решили, как минимум, вычислить и достать главаря.
 
  "Магическая семерка" и еще парочка приятелей, у которых также обнаружились зачатки Силы, как всегда, в один из выходных собрались в гостях у Мадера почитать книжки из его библиотеки и обсудить прочитанное, а может быть, и попробовать новые вычитанные магические упражнения.
  Ребята расположились кто где - и на стульях, и на табуретках, и даже на полу, кому сидячих мест не досталось. Мадер сидел на табуретке без спинки. Все были настолько увлечены чтением, что никто не заметил, что всегда веселый и улыбчивый Мадер вдруг как-то внезапно замолк, побледнел и намертво вцепился руками в края табуретки. И только, когда он начал бессильно заваливаться вбок, Силур, сидящий рядом, заметил, что с другом происходит что-то неладное и, успев среагировать, подхватил его на руки, не позволив свалиться на пол.
  С помощью подоспевших друзей он положил Мадера на кушетку. Все окружили вожака, ожидая объяснений. Но с его губ сорвалось только несколько слов, и он опять потерял сознание.
  - Удар. Магический удар. Не смог справиться.
  Ребята переглянулись. И, не сговариваясь, подошли ближе друг к другу, положили одну руку на плечо соседа, а второй коснулись Мадера. И настолько силен был общий мысленный посыл, единое желание помочь товарищу, что Мадер не только открыл глаза, но даже вскрикнул и чуть было не подскочил с постели.
  - Ох! Спасибо, конечно. Но зачем же так громко.
  Ребята облегченно вздохнули и развалили Слияние. И опять вопросительно уставились на своего обожаемого вожака.
  Мадер понял, что придти в себя как следует ему не дадут, вздохнул, приподнялся, чтобы сесть поудобней и рассказал друзьям следующее.
  - Я уже несколько дней подряд ощущал некое магическое воздействие, непохожее на то, что было раньше. Оно было и сильнее и, как бы так точнее выразиться, более агрессивным. И вот сегодня, как я понял, тот, кто меня засек, понял, что именно я являюсь вожаком и идеологом всей работы, и потому решил со мной поквитаться.
  Можно считать, что мне крупно повезло, что я был не один. Если бы не вы, - и Мадер благодарно взглянул на своих друзей, - даже не предполагаю, чем бы все это могло для меня закончиться.
  Мне кажется, что это не просто природная аномалия, а действительно существуют некие магические сущности, которым мы своими действиями стали поперек горла. А если уж мы им так мешаем, то, похоже, они это так не оставят.
  Мадер замолк, ребята также сидели и молча переваривали услышанное. А потом все как-то разом заговорили, перебивая друг друга.
  - Да, мы их... порвем на мелкие клочки...
  - Надо что-то делать...
  - Плетью обуха, конечно, не перешибешь, но ведь можно и топором воспользоваться вместо плети.
  - Где топор искать будешь?
  - В книжках, где же еще?
  - Так, ребята, - остановил эту интеллектуальную перепалку окончательно пришедший в себя Мадер, - а теперь давайте поговорим по делу. Как я вижу эту ситуацию, если нам действительно противостоят очень сильные магические сущности, то готовиться к тому, чтобы сразиться и победить их надо долго, серьезно... и, самое главное, с моей точки зрения - соблюдая режим секретности.
  То есть, собираться теперь будем не только у меня, а постоянно придется менять место сбора. Может быть, иногда даже в деревню будем наведываться. Заодно там с местными как следует познакомимся, объясним ситуацию и постараемся их тоже привлечь на свою сторону.
  В общем, затаиться надо на время. Как пишут в книгах - уйти в подполье.
  Ну, как? Согласны?
  Несогласных не оказалось - решение было принято единогласно.
  Теперь предстояло еще донести информацию и до других членов их молодежного подполья.
  И ребята начали серьезную подготовку для того, чтобы окончательно избавиться от этих сущностей, которые уже давно превратили их родителей в зомби, практически убили деревню и ее обитателей, а теперь протянули свои загребущие ручки и к ним. А это было уже слишком. И ни один из молодых людей, входивших в их свободолюбивое сообщество, не захотел с этим мириться.
  В общем, все дружно решили, что откапывают топор войны, уходят в подполье и будут бороться с этими пакостными ведьмами до полной победы, сколько бы на это не потребовалось сил и времени. Да и цель теперь у них появилась, которая несколько организовала ранее слишком разболтанное сообщество.
  А цель - это волшебное средство. Особенно если в основе ее лежит стремление к Свободе.
 
  Глава 9. Огневушка-поскакушка
  "Не знаете, как я драконом стала?
  А я не знала, как прожить без неба"
  Т.Скворцова
 
  Огневушка-поскакушка, искорка, так меня иногда называли.
  И характер у меня был взрывной, и улыбка с лица никогда не сходила. И нравилась мне активная, полная экстрима, жизнь. Ни минуты не могла усидеть спокойно.
  Да и красный цвет я любила. Мне всегда казалось, что мои слегка вьющиеся черные волосы прекрасно смотрятся на фоне красной блузки. У блузки были широкие рукава, и я заправляла ее в черные обтягивающие джинсы.
  Этакая Каэтана. Ага!
  Только масть другая, и парных мечей за спиной не хватает.
  И единственно, чем я отличалась от подобных любителей спортивных достижений, так это тем, что я очень любила читать. Причем читала много, читала запоем, периодически представляя себя в роли описываемых персонажей. И особенно мне полюбились драконы... с их вечным и неистребимым стремлением к свободе. А их любимое высказывание "Нам чужого не надо, но и своего не отдадим" полностью отражало мое отношение к окружающему миру.
  Иногда ко мне сами собой начинали проситься рифмы и слагаться в, пусть несовершенные, но мои собственные мысли, облеченные в стихотворные строчки.
  "Ажур ветвей на фоне неба,
  Смолистый воздух упоительный...
  Туда, туда, где облака,
  Где вершит полет свой стремительный
  Драконья стая. Вот с ними мне бы..."
  "Так хочется расправить крылья.
  Пусть не взлететь - обнять!
  Обнять этот Мир прекрасный.
  Нет, не жалеть - принять,
  Безумство полета понять,
  Услышав призыв их властный"
  Вот так я и жила работала, занималась фехтованием и прыжками в воду. А после прочтения одной из наиболее талантливых книг про драконов, поняла, что именно меня привлекло в прыжках в воду. Ведь те доли секунды, что я лечу с вышки в воду, я именно, что ЛЕЧУ. Только что без крыльев. А фехтование... Ну что фехтование... В той же самой книжке я прочла, что физические упражнения тоже способствуют росту Внутреннего Источника.
  А, кроме того, я поняла, почувствовала, что он, Внутренний Источник, хоть пока и маленький, у меня все-таки есть. А если есть, то можно надеяться, что драконья кровь у меня тоже есть.
  Хотя... это же все я прочитала в фантастической книге. Но в ней было так подробно описаны все упражнения, которые необходимо выполнять для увеличения Магической Силы, что я, не тратя времени на поиски и прочтение эзотерических книг про Магию, просто начала их делать. И самое главное, я начала медитировать в любой подходящий момент. А еще поняла, что, похоже, чтение любимых фантастических книг в некотором роде также является своеобразной медитацией. Именно тот способ чтения, который я практически постоянно использую - просто, не обращая внимание ни на слова, ни на фразы, ныряю внутрь сюжета и живу там, общаясь с понравившимися мне героями.
  И, что интересно, в какой-то момент я почувствовала и даже, кажется, увидела свой Внутренний Источник. Разумеется, после такого подтверждения фантастических идей и техник, я с удвоенной, если не с утроенной энергией, продолжила свои тренировки.
  Изменилось все после одного случая, недавно произошедшего со мной. Я обычно считала себя довольно удачливым человеком. Но тут, как что-то сломалось в моем везении.
  В эту субботу у меня с утра была тренировка по фехтованию. И надо было такому случиться, что спарринг-партнер оказался достаточно опытным и отличался не только опытом, но и просто потрясающей реакцией. Да и я, конечно, сплоховала. В общем, закончилось все весьма плачевно.
  Несколько уколов не в счет, а вот после того, как я схлопотала удар рапирой прямо в голову... Нет, конечно, сражались мы в специальных костюмах, оснащенных шлемами, да и я успела немного увернуться, уклониться от прямого попадания. Но и тупой удар по шлему заставил меня покачнуться и упасть. На этом, собственно и закончился поединок. А я потом некоторое время отходила от звона в голове.
  Через пару часов я уже посчитала, что чувствую себя вполне здоровой, и поэтому решила все-таки вечером отправиться в бассейн, где меня, как всегда, ожидали счастливые мгновения свободного полета, когда я чувствовала себя, если не драконом, то уж птицей, так уж точно.
  Но, видимо утренняя травма сделала свое черное дело, и я, не успев вовремя сгруппироваться, плашмя рухнула на воду, устроив в бассейне большой "буль". Хорошо, что хоть не утонула - вот позору было бы. На инстинктах, да на рефлексах доплыла до бортика, а потом, уцепившись, как клешнями, за перила лестницы из последних сил вытащила себя из бассейна. Вытащила. И еле дойдя до скамейки, потеряла сознание.
  Потом мне рассказали, что провалялась я в отключке не меньше часа. Весь медицинский персонал поставила на ноги. Перенесли меня во врачебный кабинет, и даже капельницу успели поставить.
  Я же в это время видела чудесный сон. А может это и не сон был вовсе... В тот день я так этого и не поняла.
  Перед моим взором на фоне темного-темного звездного неба крутились в каком-то невообразимом танце пузыри, похожие на мыльные. У меня в голове возникло подобное сравнение, потому, как пузыри эти переливались всеми цветами радуги, вернее всеми оттенками фиолетово-лиловых цветов.
  Но по мере того, как какой-либо из этих пузырей а-ля шарик-сюр приближался ко мне, в нем возникало изображение.
  В первом пузыре я рассмотрела довольную пушистую рыжую морду кошачьей породы, потом это, а может быть, и не именно данное, рыжее создание, я увидела лежащим в виде воротника на плечах какого-то представительного мужчины. А на следующей картинке рыжик уже изображал из себя не воротник, а нечто вроде головного убора.
  От картинки же в следующем пузыре я просто не могла оторвать взгляда - по заснеженному лесу бок о бок медленно шли белая тигрица и пушистый кот, размером, не уступавшим этой тигрице. Время от времени они поворачивали друг к другу свои морды и терлись друг о друга. Наверно еще и мурлыкали при этом, но мне, к великому сожалению, озвучивания предложено не было. Да и этот шарик тоже пролетел мимо меня слишком быстро, чтобы я смогла вдоволь на него налюбоваться.
  В дальнейшем в шариках мне попадались лишь портреты людей. Да-да, именно людей, а не существ неизвестной природы. Только в некоторых из них можно было, да и то с большой натяжкой, обнаружить некоторые эльфийские черты. Да и одно из женских лиц было несколько необычным -слишком круглое личико, обрамленное густой гривой рыжих кудрявых волос. Да и такие типажи, среди людей наверно, можно встретить. Так что я несколько расслабилась и еле успела отложить в памяти изображения в последних пузырях. Уж больно мне они показались знакомыми - знакомый парк, знакомая архитектура домов... а потом опять я увидела эту рыжую девчушку, которая на этот раз стояла в центре поляны, подняв к небу руки и что-то вдохновенно говорила. Я по-прежнему ничего не слышала. Только в тот момент, когда вокруг нее вспыхнуло яркое сияние, до меня донеслось на границе слышимости ее последняя фраза: "Я Люблю тебя, Мир!".
  И после этого видения я вынырнула из небытия, пришла в себя. Увидела над собой белый потолок палаты, капельницу, и постепенно начала вспоминать и оценивать все, что со мной случилось. Прокрутила в памяти все, что только что видела в своем сне-видении. Прислушалась к своим ощущениям.
  Каждая клеточка моего многострадального тела вопила от боли. Но на душе было радостно и светло. Да и боль постепенно утихала, уходила куда-то далеко-далеко из моей реальности.
  В палату зашли медсестры, обрадовались тому, что я пришла в себя, и отсоединили капельницу. А уже к вечеру меня после многочисленных моих просьб отпустили домой.
  Дома я опять постаралась вспомнить все, что увидела во время беспамятства. Прокрутила перед мысленным взором все картинки и, наконец, поняла, почему мне показались знакомыми парк и дома. Это все очень было похоже на тот район Москвы, в котором я жила в детстве.
  Но ведь тогда это означает, что все эти послания ко мне пришли не из космических или еще каких-то далей, а именно на нашей Земле, а, еще точнее, в моей Москве где-то живут люди, способные к магическим действиям. Эта мысль меня так взбодрила, что я вскочила с дивана и начала нервно наматывать круги по комнате.
  - Так! Так! Так! - как набат стучало в голове, - надо сообразить, каким образом найти этих людей, чтобы хоть кто-нибудь узнал, как и чем я занимаюсь. Может быть, у них существует более серьезная и действенная методика развития магических способностей, чем та, которую я изобрела самостоятельно на основе данных, почерпнутых из фантастических книг.
  В общем, я приняла решение сначала съездить в тот район, где я провела свое детство, побродить там, присмотреться - авось моя чуйка меня, куда и выведет.
 
  Глава 10. Радуга-Дуга
  "Все, что делается из любви, совершается всегда
  по ту сторону добра и зла" Ф. Ницше
  Это действительно смотрелось страшно. Очень страшно.
  Небо внезапно потемнело. И на землю начала опускаться темно-серая клочкастая хмарь. Она не была похожа ни на самый плотный туман, ни на тяжелую облачность. Казалось, как будто нечто очень-очень злобное пытается вобрать в себя все существующее на земле. Люди, предметы, звери будто бы не просто тонули в этом зловещем мареве, а переставали существовать навсегда.
  Мы с подружками, как всегда в это чудесное осеннее время гуляли со своими детьми на самой любимой детской площадке. Эта площадка пришлась по нраву и нам, родителям, и нашим детям - просторная солнечная полянка с огромным количеством разнообразных аттракционов была по периметру окружена полосой довольно-таки высокого кустарника. Поэтому детям даже в голову не приходило, что можно сбежать из такого интересного места, при этом еще и продираясь через колючий кустарник. А мы, мы просто наслаждались чудесной погодой, которая бывает только ранней осенью, когда уже спала жара, но еще не зарядили тоскливые монотонные дожди, и обществом друг друга, наблюдая издали за своими чадами.
  И когда на землю начал опускаться этот невероятный, леденящий душу туман, мы кинулись к детям, на бегу взывая к ним, чтобы они тоже бежали со всех ног к нам, оставив все свои развлечения.
  Но! Вы же знаете детей. В пылу своих игр они не сразу осознали, что вокруг что-то начало меняться, что их зовут матери, и надо куда-то бежать. В общем, когда дети, наконец, отвлеклись от своих занятий и осмотрелись вокруг, было уже слишком поздно.
  В какой-то момент произошло совершенно невообразимое - дети начали, как бы, растворяться в воздухе. Сначала их облик замерцал, задрожал, подернулся рябью, потом стал нечетким, а потом, потом детей вообще не стало видно. Они как бы растворились в этой пелене, поглотившей все вокруг.
  Детская площадка опустела. Только сероватая дымка неровными комками перекатывалась под резкими порывами ветра.
  Мы с подругами от ужаса плюхнулись на землю там же, где нас и застало исчезновение детей и некоторое время просто в недоумении переводили свои ошеломленные взгляды друг на друга - мол, а вдруг это просто почудилось каждой из нас, а остальные продолжают видеть детей, как и раньше.
  Но, к сожалению, действительность оказалась глуха к нашим надеждам - детей не видел никто. А мы начали постепенно перемещаться по направлению друг к другу, чтобы хоть как-то помочь, поддержать, а может и придумать, что делать.
  И вдруг у меня в голове загремел голос:
  - Если вы хотите, чтобы ваши дети остались в живых, чтобы я вернул их вам, вы должны помочь мне уничтожить всех тех, кто выступил против меня с оружием в руках, кто не желает добровольно подчиняться мне, Голдомору Великолепному.
  Звуки этого голоса вызывали непереносимую боль. И судя по тому, что все окружающие женщины тоже упали на колени и схватились руками за голову, этот голос звучал в голове каждой из них.
  А голос продолжал греметь, разрушая рассудок и подавляя волю. Его требования давили на мозг, пытаясь заставить подчиниться без сопротивления, угрожая убить маленьких детей.
  Но! Но, как можно выбирать между ребенком младшим и ребенком старшим, который уже разобрался в происходящем и, взяв в руки оружие, встал в строй рядом с отцом... Нет, это неприемлемо, надо придумать что-то другое.
 
  А в это же самое время на другом конце города все исчезнувшие дети начали проявляться на маленьком зеленом пятачке посередине леса. Они испуганно озирались, пытаясь найти своих мам. Но все было тщетно. Старшие ребятишки решили уже пойти на разведку, чтобы выяснить, куда же спрятались их родители - мол, а вдруг они в прятки решили поиграть. А младшие сбились в кучку и прижались друг к другу.
  И тут случилось невероятное.
  Непонятно откуда, как будто прямо из воздуха начали появляться... котята. Разноцветные котята. Они приземлились на землю и, гордо задрав хвосты, дружной гурьбой побежали к кучке одиноких малышей, среди которых уже были слышны всхлипывания.
  Но, получив в свое распоряжение мягкий меховой комочек, который так успокаивающе мурлыкал и даже ласково поглаживал лапкой по щеке, детишки постепенно стали успокаиваться.
  Лишь одному мальчишечке не хватило цветного котенка, но тогда к нему подбежал котенок радужного окраса, вспрыгнул к нему на руки, обнял лапками за шею и нежно замурчал.
 
  Я через силу подняла голову и осмотрела то, что происходило вокруг. Рядом с собой я увидела знакомую фигуру своей подруги и стала постепенно переползать ближе к ней. Когда мои руки коснулись ее плеч и обняли их, то мне показалось, что боль немного стала утихать. Подруга сообщила мне, что почувствовала то же самое.
  В следующие минуты все женщины постепенно стали переползать ближе друг к другу, чтобы иметь возможность обсудить создавшуюся ситуацию. Было очевидно, что помочь своим мужчинам в сражении с этим олицетворенным злом нашей планеты, с Голдомором Великолепным, обычными средствами мы не в силах.
  Одна из женщин заметила, что, когда она, оказавшись между двух своих подружек, обняла их обеими руками, то боль в голове прошла практически полностью, а мысли прояснились. А самое главное - исчезло непреодолимое желание подчиняться этому страшному голосу.
  - Так, может быть Голдомор не так уж и силен? Может он в состоянии успешно воздействовать на нас только по одиночке, - пронеслась в голове мысль, как только я положила свою правую руку на плечо своей соседки с другой стороны.
  - Девчат, - обратилась я ко всей женской компании, - ну-ка давайте, подползайте сюда ближе, чтобы попробовать соприкоснуться с возможно большим количеством соседей...
  ... может у нас и получится... как я где-то читала... объединить все наши мысли и чувства, отправить нашу любовь и надежду и детям, и сражающимся мужчинам...
  ... ведь там, в этой книжке, было сказано, что самая сильная Сила на свете - это Любовь, что только Она способна победить Зло, установить и поддерживать мир на планете.
  И мы решили попробовать. Преодолевая боль и слабость, мы поднялись на ноги, подошли ближе друг к другу и переплели свои руки в неком причудливом спиральном хороводе.
  А потом. Потом, вдруг ощутив свободу от внешнего злого давления, от Силы, пытавшей поработить нас, мы выплеснули в мысленном крике всю нашу Любовь и Надежду. Надежду вновь жить со своими любимыми детьми, братьями и мужьями, жить в мире, жить счастливо...
  Нет. В нашем посыле не было ни одной нотки ненависти или желания отомстить, уничтожить кого-то. Мы просто выплескивали из Души неудержимые потоки Любви ко всему Миру.
  И нам уже было совершенно неважно, откуда взялся и чего добивается этот Голдомор. Возможно, внутри себя мы уже поняли великую истину, что если на нашей планете воцарится Любовь, то Голдомору на ней просто не останется места.
  И это сработало.
 
  Голдомор же видимо почувствовал, как неудержимо утекают его силы, без пользы, без результата. Он понял, что весь его план катится в тар-тарары. И в последнем отчаянном броске он решил уничтожить хотя бы самое дорогое, что было у людей. Он решил убить детей - их надежду на будущее, надеясь таким способом лишить людей всех сил и все-таки заставить подчиниться.
  Черная туча сплошного Зла, отороченная огненным шлейфом, понеслась по направлению к той полянке, куда были переправлены дети. Она неслась с невероятной скоростью, раскидывая вокруг протуберанцы темного пламени и завывая, как раненый зверь.
  Но дети уже были не одни, у них уже были защитники - пушистый разноцветный взвод принял огненный удар на себя. Котята прикрыли детишек от разъяренного гнева Голдомора...
 
  Вдруг в какой-то момент мы почувствовали, что реальность вокруг начала резко меняться - вместо детской площадки мы оказались посередине леса на поляне с выжженной травой, по которой с потерянным видом бродили наши дети... Они были в саже и пепле, по их щекам текли потоки слез... Но, самое главное, они были живы...
 
  По черной выжженной равнине, качаясь и рыдая в голос, шел мальчик. Увидев свою маму, он бросился ей на шею и, всхлипывая, что есть сил, вцепился в нее.
  - Мамочка, я не нашел его. Все лежат мертвые, а его нет, совсем нет, нигде... мамочка... он был такой хороший, такой ласковый и добрый... мой радужный котенок... Мамочка, где он может быть?
  Я не хочу, чтобы он пропал. Я не хочу жить без него.
  Его мордашка скривилась как от невыносимой боли, а всхлипы прекратились, на смену которым пришли слезы, целые потоки слез. Слезы моментально промочили и его рубашонку и мамину одежду. Мальчик прижимался к маме все сильнее и плакал все отчаянней.
 
  А небо постепенно становилось все светлее и светлее, и вдруг над полем перекинулась радуга.
  - Сыночек! Посмотри скорее! Посмотри - радуга! Это значит, что все теперь будет хорошо...
  ... А может это твой котенок теперь там, на небе - он ведь радужный, как ты говорил - в радугу превратился, чтобы мы могли все теперь его видеть...
 
  Постепенно в голове у каждого из нас и, как рассказали нам потом наши дети, у них тоже начали все громче и громче звучать слова. Из этих слов складывались стихи, которые звучали и звучали чудесным, все подчиняющим ритмом.
  "Над планетой навсегда!
  Встала Радуга-дуга!
  Разноцветный чудный Мост!
  Он идет с Земли до звезд.
  И теперь уж навсегда
  Будет Радуга-Дуга
  Над планетою царить,
  Счастье и Любовь дарить!"
  И вновь наши души начали наполняться радостью, надеждой и любовью. Этих ощущений становилось все больше и больше. И в какой-то момент, мы уже не смогли удерживать их в себе. Мы раскрыли Души навстречу синему небу и друг другу. И это было здорово, потому что все наши думы и чаяния стали объединяться в одно общее пространство, общий посыл нашей несчастной замученной планете, вселяя в наши души надежды на счастливое будущее для наших детей.
 
  Глава 11. Рожденная в книжном шкафу.
  "Для тех, кто рожден в лифте" - я несколько раз перечитала эту подпись к объявлению, гласящему, что следует не забывать закрывать входные двери, которое было наклеено на двери маленького магазинчика, расположенного в подвале. Никакого лифта рядом, разумеется, не было.
  Не прошло и четверти часа медленной медитативной прогулки по близлежащему скверику, как до меня дошло, ну прямо как до того, всем известного, жирафа. В лифте ведь двери закрываются автоматически. Вот люди, написавшие это объявление, видно обладали недюжинным чувством юмора, и выразились таким нестандартным образом, пытаясь достучаться до невоспитанных людей, которые забывали закрывать за собой двери.
  Зато доходчиво получилось и запоминалось надолго.
  А по прошествии еще нескольких минут прогулки, у меня вдруг появилось дикое желание добавить к объявлению на воротах детской площадки "Гулять с собаками запрещено!" рисунок собачьей морды, перечеркнутой крест на крест, с надписью "Для тех, кто разучился читать". Поскольку, не обращая внимания ни на объявление, ни на резво бегающих по площадке разновозрастных ребятишек, по дорожкам чинно расхаживали дамы и более молодые представительницы женского пола, ведущие на поводках своих домашних любимцев различной величины и разнообразнейших пород. "Леди" чесали языками друг с другом, а их собачки тем временем делали свои дела. Так и хотелось им сказать: "Вашему внуку бы здесь погулять. Интересно, как бы вы среагировали на его вопрос, когда он, подняв с земли кусочек, только что произведенный на свет божий вашей собачкой, спросил бы:
  -Баба, а это сё? ".
  Но потом мои мысли потекли совсем в другом направлении.
  Ну ладно, - подумалось мне, - эти дамы автоматически делают то, что считается приемлемым в их мирке, в их обществе, то есть в социуме, который, похоже, и состоит в основном из подобных благообразных пожилых женщин, которые живут по давно укоренившимся правилам, да и вообще живут по привычке.
  И вдруг!
  Я заметила эти абсолютно потухшие глаза на совершенно молодом еще лице.
  Девушка мерно как заключенные на прогулке вышагивала за этой кучкой бодро болтающих между собой женщин и, похоже, не очень-то и прислушивалась к их разговоров. Я бы и не обратила на нее никакого внимания, если бы вдруг роскошный рыжий котяра не перебежал ей дорогу, как раз вписавшись между девушкой и вышеописанной благообразной "кучкой".
  Она встрепенулась и подняла лицо. Вот тогда-то я и увидела ее лицо и обратила внимание на потухший взгляд ее весьма красивых глаз. А у меня внутри вдруг родилось понимание, что я могу ей помочь. Пока не знаю, как, не знаю чем...
  Но попытка - не пытка.
  Будем пробовать. А для начала, подумалось мне, не мешало бы познакомиться.
  И пока девушка, замешкавшись от удивления приостановилась, чтобы рассмотреть этого рыжего красавца, я подошла к ней и, как ни в чем не бывало, сказала.
  - А меня зовут Ольга, просто Ольга... а как вас зовут?
  От неожиданности она ответила, не раздумывая.
  - А меня Лизой зовут. Мама Лизочком звала.
  Так, из скорлупы мы ее выковыряли для начала. Надо ковать железо, пока горячо, и я продолжила разговор.
  Мы весьма оживленно поговорили на разнообразные темы, на кошачьи в том числе. И во время разговора как-то умудрились удалиться от высоковозрастной компании.
  Дальше дело завертелось. Когда мы достаточно успели замерзнуть, я предложила ей зайти ко мне домой погреться, чайку попить. А про себя подумала.
  - Интересно, как ей мой "книжный шкаф", в который была превращена моя скромная малюсенька однокомнатная квартирка, придется по душе или нет.
  И пока я заваривала чай и подогревала в микроволновке пирожки, Лиза в гордом одиночестве обозревала мои книжные богатства. По ее последующим репликам я поняла, что она в восторге от увиденного. А когда чай с пирожками настроил нас на лирический лад, Лизуня решилась на откровенность. Я даже не особо и побуждала ее расспросами, почему и как она стала эдаким грустным зомби.
  Оказалось, что ее родители умерли уже давно, а муж... муж бросил ее в интересном положении. А ее младший брат, который и в детстве отличался любовью ко всяческим проказам и неуемным характером, сейчас жил отдельно и, похоже, продолжал заниматься какими-то полукриминальными делами. Лиза с ним отношений не поддерживала. Так и осталась она наедине со своими проблемами, мыслями и, самое главное, отчаянием и непониманием, как и для чего жить дальше. Я постаралась объяснить Лизуне, что она не вещь, и поэтому нельзя говорить, что муж ее бросил. Тогда уж предал. Ну, а если просто разлюбил... или вообще не любил никогда.
  В конце концов, после длительных обсуждений и заверений, что она все поняла и прониклась мы завершили эту грустную часть нашего общения.
  Я быстренько среагировала и постаралась перевести разговор на более плодотворную и позитивную тему. Мы обсудили ее увлечения, отношение к работе, к сослуживцам на работе. И так постепенно наш разговор перешел на вполне мирное русло.
  Мы уже давно все съели и сидели за столом, как давно знакомые подружки и лениво перебрасывались репликами.
  Я, разумеется, не стала озвучивать ей всем известную поговорку, мол, "Гости, гости, а не надоели ли вам хозяева". Но, похоже, ей самой уже стало неловко так долго рассиживаться за столом у почти совсем незнакомой женщины, и Лиза, взглянув на меня почти умоляющим взглядом, спросила.
  - А можно я еще немного посижу у вас в вашем "книжном шкафу" и полистаю какую-нибудь книжку. Я буду тихо-тихо себя вести и вам не помешаю.
  Я согласно кивнула в ответ, показала Лизе кресло для чтения, расположенное под торшером, и удалилась на кухню.
  Где-то через полчасика я заглянула в комнату. Лиза задумчиво ходила вдоль книжных полок, проводя вдоль них раскрытой ладонью , не дотрагиваясь до самих книг. До меня сразу же дошло, что она делает. Я ведь и сама в свое время именно с этого и начала свои тренировки по ощущению магических воздействий. Это уже сейчас, зная все свои книги "в лицо", по содержанию и ощущению, я просто подхожу к полке и мысленно прохожусь взглядом вдоль книжного строя. И нужная книга, которая в данный момент подходит к моему внутреннему состоянию, отзывается, посылая мне мысленное приглашение взять ее и почитать.
  Я подошла к Лизе и, стараясь не напугать ее своим неожиданным появлением, положив руку ей на плечо, сказала.
  - Лиз, а какого плана книгу ты хотела бы полистать? Ведь, как я вижу, у тебя есть некоторые способности к магическим действиям. Может быть, ты именно про это хотела бы почитать?
  Лиза, удивленно посмотрев на меня, согласно кивнула.
  - А как вы догадались? А что, здесь есть подобные книги?
  - Конечно же, есть, - ответила я, - только они стоят на противоположной стороне. Пойдем, я покажу, где.
  А лучше всего, я сама подыщу тебе, наиболее понятную книгу для начального ознакомления. И вот еще что.
  Давай эту серьезную книгу ты будешь изучать здесь по маленькому кусочку для лучшего усвоения, а тренировать то, о чем прочтешь, будешь дома. А домой с собой я тебе дам другую книжку - я ведь правильно поняла, что ты сейчас живешь одна, и с книжками привыкла обращаться аккуратно. Эта книжка с одной стороны представляет собой вроде бы и весьма интересный фантастический роман, а с другой в ней также много описаний упражнений, используемых для накачки своего магического резерва. Да и настроение эта книга обычно поднимает, оптимизму добавляет - я в этом на себе неоднократно убеждалась.
  Ну, как? Согласна?
  Лизочек так затрясла головой, соглашаясь с моим предложением, что я испугалась, что последняя вдруг отвалится. Но как оказалось, голова на шее держалась достаточно прочно, и, выдав Лизе обещанную книгу и пообещав ей к следующему разу подобрать учебник по Магии, я проводила ее на выход. С собой я дала ее книжку Надежды Кузьминой "Тайна" - мою панацею от плохого настроения, которая также одновременно является непревзойденным мотиватором для того, чтобы сподвигнуть себя на выполнения упражнений и разнообразных тренировок.
  За следующий месяц Лизок настолько продвинулась в изучении Магии, что мне стало ясно, что она в этом отношении гораздо талантливее меня. Она пошла доучиваться на специальные курсы и в нашем скверике больше не появлялась. Но я до сих пор с удовольствием поддерживаю с Лизочком близкие отношения. Мы часто встречаемся и делимся новостями и своими достижениями.
  Вот так моя заваленная разнообразной книжной продукцией нора помогла человеку найти себя, раскрыть свои таланты...
  А вы ко мне в гости не хотите зайти?
 
  Глава 12. Сосновая мечта или кое-что о драконах.
  "Если ты рожден без крыльев, не мешай им расти"
  Коко Шанель
 
  "Уйти за край, за солнцем вслед,
  И там, в конце пути,
  Найти не силу, не предел -
  Саму себя найти" Н.Кузьмина
 
  Я всегда любила сосны. Они привлекали меня больше, чем все остальные деревья. Теплые чешуйки сосновой коры так и звали прикоснуться к ним, погладить их.
  И вот однажды мне пришло в голову, что эти чешуйки чем-то похожи на чешую драконов, которыми я в то время весьма сильно увлеклась, и именно поэтому мне так и нравились сосны.
  Но после некоторых событий, произошедших в моей жизни, мне пришлось серьезно пересмотреть свой взгляд не только на свое мироощущение, но и на более глубинные вещи, на законы окружающего мира и Вселенной в целом.
  У меня даже изменились цветовые предпочтения. Если раньше мне нравились всевозможные оттенки красного, бронзовые и вишневые, то теперь я все больше стала склоняться к пастельной палитре, вариантам цвет беж. Может быть, потому меня так и начало тянуть к соснам, что в разнообразии расцветок их коры я стала находить то, к чему стремилась моя душа.
  Подчас меня стали посещать сомнения в том, что если мне стали привлекать пастельные оттенки, то, разве с этим совмещается моя любовь к драконам. Ведь драконья суть обязательно подразумевает огонь.
  Потом пришло понимание.
  А почему собственно? В отблесках пламени тоже можно увидеть бежевый цвет... цвет пшеницы, цвет экрю. Да, да, такой тоже есть. И он является неотъемлемой частью любого пламени. Пламя же тоже разным бывает. И оттенки бежевого там также можно обнаружить.
  Да и драконы не только огонь любят, судя по разнообразной фантастической литературе. Они и сами разноцветные бывают.
  А цвет кофе с молоком, цвет вареной сгущенки... м-м-м... как вкусно-то.
  Нет-нет. Я не хочу, чтобы меня съели. Но против того, чтобы мной восхищались я совсем не против.
  Так! Стоп!
  Неужели это мои мысли? Да я в жизни так о себе никогда не думала. Всегда была скромной незаметной девочкой.
  И тут вдруг внутри меня что-то зашебуршилось, зашевелилось, и я услышала, вернее даже, не услышала, а ощутила идущий изнутри меня не то голос, не то рычание, не то недовольное бурчание.
  - А это мои мысли. И я люблю, когда мной восхищаются. Может, и ты у меня этому научишься.
  Это, что же? Я сама с собой уже начала беседовать? Как-то это все мне не очень нравится.
  - Ну почему с собой, - обиженным голосом ответили мне, - это же я, я - твоя будущая драконья сущность. Если, конечно, у тебя хватит силы и терпения вырастить меня. А пока я еще очень маленькая и слабенькая.
  Ну, погладь, погладь сосновые чешуйки, я их, как свои ощущаю. А еще можешь обнять сосенку, щекой к ней прижаться - тебе же это нравится. Мне тогда тоже немного твоей любви достанется.
  Ох, ну надо же. Какие выверты мне судьба начала подкидывать. Я и не надеялась никогда, что у меня Дракоша может появиться, прямо как в фантастических романах. Чудеса, да и только!
  - А почему я чувствую твои прикосновения к сосновой коре, я тебе потом, попозже объясню, когда сил побольше наберу, послышалось в голове. А пока, если хочешь помочь мне вырасти, занимайся математикой, творчеством в любом виде, медитируй, физические упражнения также мне помогут, - и она замолкла.
  Да уж, своенравная у меня образовалась зверушка. Если уже сейчас под ее влиянием я успела поменять цветовые предпочтения и даже комнату теперь в бежевую гамму переоформила.
  Но зато, - успокоила я себя, - теперь мне не грозит облениться и обзавестись целлюлитом в придачу с ранним склерозом, так как ей и учиться нравится, и против моего желания заняться фигурой она нисколько не возражает.
  Так и пошла моя дальнейшая жизнь. В ней появилось много новых для меня занятий. Я стала медитировать, когда появлялась такая возможность, вспомнила, что когда-то любила сочинять сказки и писать стихи. А уж просмотрев свои давнишние расчеты и аналитические исследования по астрологии, я вообще пришла в восторг... и одновременно в ужас. В ужас потому, что почувствовала, что половины не понимаю. Не понимаю того, что когда-то сама придумала и реализовала. И я с усердием принялась вспоминать забытые навыки и наверстывать упущенное.
  А, что касается сказок, вдруг до меня дошло - ведь любое состояние, когда через тебя идет новое, пусть даже это является сказкой или стихотворением, в какой-то мере является состояние медитации. Может быть даже более сильнодействующим. И я задала этот вопрос моей дракошеньке. На что получила совершенно четкий ответ, с ярко выраженным удивлением в интонациях.
  - Конечно, любое твое творческое состояние, гораздо сильнее медитационного. Ведь при этом ты абсолютно разрываешь связь с материальным и открываешься каналу, через который к тебе и посылают новые идеи. А медитация... что медитация... это только способ выйти из под власти материального для тех, кто не способен к творчеству.
  Вот так та-а-ак, а моя маленькая дракоша оказывается маленькая-маленькая, а в некоторых вопросах мудрее меня будет.
  - Так я же занимаюсь, сама изучаю, что мне интересно. Правда, не по книгам, как ты, а черпаю информацию из общего поля. Сегодня, к примеру, я заинтересовалась красивыми нарядами и тканью...
  И вдруг на моем внутреннем экране возникла привлекательная женщина, обтянутая облегающим невероятно красивым платьем зеленого цвета, ткань которого переливалась и искрилась в свете люстры.
  Я сначала даже не поняла, что вижу саму себя... и что это она там себе нафантазировала...
  - Ой! Да ничего особенного, донеслось изнутри, - просто я представила себе, какой красивой у меня ты будешь, если наденешь подобное платье из муара... ну, или парчи к примеру.
  - Да, откуда же ты таких слов-то набралась? Ведь даже современная молодежь уже и не знает, что это такое, поскольку в магазинах давно уже сплошной ширпотреб или модная безвкусица, - удивилась я, - но при этом непроизвольно выпрямила спину и широко улыбнулась.
  Получается, что мы друг друга воспитываем, помогаем вылупиться. Да-да, именно вылупиться. Дракошеньке - во внешний мир, а мне, похоже, предстоит полностью изменить свою, ранее весьма необщительную личность, непривыкшую к яркой жизни, научиться уважать и любить себя. Как в этом, любимом мной стихотворении.
  "Любить! Хочу любить, любить самозабвенно!
...Одну весну встречает всякий сущий,
Чтоб петь её, желанной и цветущей, -
Бог дал нам голос, чтобы петь, любя!
  Раз пеплом стать и мне на свете этом,
Пусть ночь моя зардеется рассветом,
Терять себя... чтоб отыскать себя..."
  Флорбела Эшпанка в переводе Ирины Фещенко-Скворцовой
  Да и как иначе! Когда родится на свет моя дракоша, моя неизбывная мечта, я стану настоящим драконом. А драконья сущность требует свободы, свободы полета, свободы Любви, безграничного простора и бескрайнего неба. И только так! Но, к сожалению, я это стала понимать только сейчас, да и то, похоже, пока только разумом. А вот когда это прорастет через душу, когда станет моей сутью, вероятно, именно тогда сможет распахнуть крылья моя дракошенька.
  - Да-да, именно так, - донеслось до меня на грани слышимости откуда-то изнутри.
  Но платьем дело не закончилось. Я напрямик спросила ее, а не надо ли этой растущей чешуйчатой вредине, чтобы я ей купила, к примеру, друзу аметиста - это я когда-то мечтала себе купить подобное безобразие. На что, как не странно, услышала, что аметист ее не привлекает, а вот если я куплю шкатулочку или подсвечник из лунного камня, она будет очень рада. Они ведь такого красивого цвета и как будто светятся изнутри.
  - Получается, она у меня уже в драгоценных и полудрагоценных камнях разбираться начала, - подумалось мне, - пора наверстывать, а то вскоре она станет разбираться во всех реалиях окружающей действительности лучше, чем я сама.
  А жизнь моя стала еще интересней и, как бы выразиться поточнее... события моей жизни не только пошли вскачь, но, похоже, и поднялись в галоп. За этой гонкой я и не заметила, как прошло уже полгода с того судьбоносного момента, когда я впервые поняла, что разговариваю не сама с собой, а с маленькой самостоятельной сущностью - моей, уже давно горячо любимой, дракошей.
  И вот однажды, я, наконец, дождалась. Мне важно соблаговоли сообщить, что готовы рассказать, про мистическую связь сосен и драконов.
  А история оказалась преинтереснейшая.
  "Когда-то очень давно, еще на заре времен жили на нашей планете и драконы, и эльфы. Они жили, развивались, познавали наш мир. А потом пришло время им покинуть нашу землю, чтобы отправиться дальше, в другие миры, продолжая изучать их и развиваться самим.
  Но некоторые драконы настолько полюбили нашу планету, ее природу, красоту и простой образ жизни, что решили навсегда остаться на ней. Им было хорошо и уютно здесь, когда не надо было ничего менять, совершенствовать, а можно было просто жить и получать удовольствие от жизни. Они ведь умели жить не только в драконьем виде, но и спокойно принимали человеческий облик, удерживая его без труда в течение долгого времени.
  Но не сложилось у них. Не получилось. Недостижимой оказалась их мечта.
  Когда их собратья покинули планету, наши драконы быстро затормозили в своем развитии, опустились до уровня человечества, которое в то время еще только начинало свой путь к совершенству.
  А ведь основным законом Вселенной является необходимость постоянного изменения, роста. Иначе начинает действовать неумолимый закон энтропии, противостоять которому практически невозможно. И стало все меньше и меньше рождаться новых драконов. Проще говоря, вымирать начала драконья популяция.
  А когда они поняли, что происходит, то было уже слишком поздно. Докричаться до своих сородичей драконы так и не смогли - видно слишком высоко по вибрациям удалились от планеты их сородичи, чтобы услышать крик о помощи, а тем более, чтобы вернуться и спасти своих собратьев... от них самих, как оказалось...
  После этой неудачи, обратились драконы планеты за помощью к эльфам, с которыми хотя никогда и не враждовали, но и общались не часто. Но об эльфийской магии они были наслышаны много.
  Эльфы пожалели драконов и согласились помочь.
  Драконам было предложено, превратиться в деревья. А поскольку последние живут долго, то они вполне смогут пережить века и тысячелетия, не вымирая, чтобы драконы смогли дождаться помощи от своих собратьев.
  И драконы согласились.
  Эльфы превратили драконов в сосны, потому как им показалось, что именно эти деревья наиболее отражают драконью сущность. Да и чешуйки сосновой коры чем-то неуловимо напомнили эльфийским магам чешую настоящих драконов.
  Вот так и начали расти на планете сосновые леса.
  Только называть их люди стали не лесом, а бором - сосновый бор, под таким именем и вошли в языки нашего мира драконье-сосновые поселения.
  Пролетали над планетой года, века и тысячелетия. И все эти тысячелетия сосны молчаливо стояли, сохраняя свою величественную красоту и свою тайну. Но они помнили, что однажды должна исполниться их неизбывная мечта, что когда-нибудь вспомнят о них их старшие братья. Вспомнят и прилетят, и помогут им опять обрести крылья.
  А перед тем, как окончательно покинуть планету, один из эльфийских Магов высказал Пророчество насчет того, когда именно исполнится мечта бывших драконов. Но с течением времени текст этого Пророчества был практически забыт. И остались о нем лишь легенды и воспоминания"
  Дракоша рассказывала эту историю с воодушевлением больше часа. И на это у нее сил вполне хватило. А вот имя себе придумать она до сих пор так и не удосужилась. Ну что, за невозможное, вреднючее существо такое...
  Ну, да ладно. Подожду. Теперь вроде нам и спешить некуда. Я ведь ее уже полюбила, как родную. И теперь мы всегда будем вместе.
 
  Глава 13. Легенды о Последнем Пророчестве.
  "Движение - все, цель - ничто" Надежда Кузьмина
  "Слово "также" - это маленькая смерть" О.Нарчук
  И опять потекли дни за днями.
  Я изучала множество разнообразных дисциплин. В основном, как мне кажется, мой выбор определялся предпочтениями моей дракоши. Ну, не могла же я сама, будучи в трезвом уме и твердой памяти, начать изучать совершенно зубодробительные геодезические уравнения и прочие Лагранжианы. Да мне это даже в страшном сне не могло присниться, а тут - давай, милая, мне же это интересно. А когда я сдуру вздумала поинтересоваться, что же там такого интересного она усмотрела, то в ответ услышала.
  - Так ведь Лагранжиан Динамической Системы описывает эволюцию. Разве это может быть не интересно?!
  Но от ее ответа мне легче и понятней точно не стало. Разве что только зауважала я свою дракошеньку еще больше. Вон, какая умная она у меня - теорией эволюции интересуется. Ну и мне, похоже, не гоже от нее отставать.
  На том я себя и успокоила. А потом с утроенным усердием взялась грызть гранит такой непонятной и новой для меня науки.
  Кроме этого, я училась медитировать. Ходила даже на какие-то лекции и практические занятия, на которых нас учили различным техникам медитаций.
  И вот однажды на одном из таких занятий я и встретила их.
  Сначала я заметила, что в перерыве двое молодых мужчин как-то странно на меня посматривают. О том, что я заинтересовала их в качестве возможного знакомства с последующим флиртом, и речи быть не могло. Я прекрасно знаю, как выгляжу, да и смотрелись эти мужчины намного моложе меня.
  - Девушка, а девушка, - спросил тот, что был помоложе, - а у вас внутри еще никто не завелся?
  Второй не успел его одернуть, а я уже удивленно и немного сердито ответила.
  - Да, вроде не солитеров, ни прочей пакости у меня отродясь не было.
  - Да простите, вы его, ради всего святого. Ну, молодой он еще, вот и не научился пока вопросы нормальные задавать, - произнес старший и со всей силы наступил на ногу другу, который пытался еще что-то сказать.
  - Да, ладно, чего уж тут, - пробормотала я в ответ и собралась уже уходить, как старший продолжил.
  - Ну, подождите, пожалуйста, не уходите. Я сейчас попробую перевести с его зелено-невменяемого диалекта - в этот момент молодой покраснел и стукнул друга кулаком по спине - на нормальный человеческий.
  Я остановилась и с недоуменным видом стала ждать продолжения. А внутри меня уже подняла голову моя хулиганка. Она пинала меня, пыталась царапаться своими маленькими когтистыми лапками, пытаясь достучаться до моего разума, мол, не уходи, сейчас тебя про меня будут спрашивать. А я уж и сама поняла, о чем со мной хотят поговорить эти ребята.
  - Понимаете, - замямлил теперь уже старший, - ... и вообще, давайте сначала познакомимся. Меня зовут Тамир, а вот он отзывается на имя Гиран. А вас как звать-величать?
  Пришлось и мне представиться, - Найдой, меня кличут... если есть кому.
  - Понимаешь, Найда, нам показалось, что в вашей ауре присутствуют всполохи фиолетового цвета, что может означать наличие у вас возможности получить и вырастить персонального дракона. А может быть даже самой обрести крылья.
  Та-а-к, - продолжил он, полюбовавшись на мои подергивания, - похоже, что у вас уже есть внутренняя драконья сущность, которая вам уже темечко проклевала своими вопросами - знаю я этих проказников - у самого такой же растет.
  - Угу, - пришлось сознаться мне, - моя, кажется, уже с вашим познакомилась и вовсю языком трепет.
  - Интересно, а как они могли познакомиться, если мой недорослик еще даже себе имя не умудрился придумать...
  - Да моя тоже все никак...
  На этом разговор грозил иссякнуть, но в это время младший пришел в себя и вставил свои пять копеек, и надо сказать весьма своевременных.
  - Ребята, а не удобнее было бы разговаривать на эти животрепещущие темы, усевшись где-нибудь за столом, уставленным чем-нибудь вкусным и питательным. А то наши драконы так живо изволят трепетать, что есть сильно захотелось.
  Мы посмотрели друг на друга, улыбнулись и согласились с Гираном.
  На противоположной стороне улицы находилось маленькое кафе, куда мы и зашли. Заказали себе обед и продолжили наш, такой интересный, разговор.
  За обедом ребята рассказали нам про то, как они поняли о своем внутреннем драконе. Тамир сказал, что он работает в библиотечном коллекторе и часто имеет возможность рыться в разнообразных книжках. Оттуда у него и такое количество теоретических знаний.
  К примеру, он сообщил, что если у человека хоть немного драконьей крови, то его должны любить все животные, и не только любить, но и слушаться.
  - А ведь, точно, - вспомнила я один случай из своей жизни. - Однажды к моей подруге, когда я у нее гостила, зашла соседка и привязавшаяся за той вслед ее псина. Правда, псиной ее можно было назвать с большой натяжкой. Этакий теленок, лохматый и огромный, покрытый черной густой шерстью, ростом как раз с кухонный столик. Он, важно переставляя свои лапы, подошел к нам.
  Я собак не боялась совсем, и они меня тоже всю жизнь любили. И тут не успела соседка промолвить что-то вроде того, что не беспокойтесь, он не кусается, как это мохнатое чудо подошло ко мне и водрузило свою мохнатую башку мне на колени. А я, не долго думая, машинально запустила свои руки в его "шевелюру" и начала почесывать, перебирать между пальцами его шерсть. А чудо млело от удовольствия и только что не мурлыкало. Представляете эдакую мохнатую черную громилу, мурлыкающую, как кот-Бегемот?
  У соседки глаза сделались, как плошки, так она была удивлена...
 
  Когда Тамир понял, что каким-то непостижимым образом связан с драконами, он начал методично, как и все, что он делал, просматривать и изучать всю литературу про драконов, которая ему только попадалась в руки.
  Постепенно его знаний про этих крылатых созданий в его копилке становилось все больше. И однажды ему попала в руки легенда о Последнем Пророчестве, которое, якобы, было произнесено эльфом на заре времен. Потом еще не единожды он находил различные варианты этого Пророчества и начал даже собирать их.
  Мы заворожено слушали эту грустную историю.
  В общих чертах мне ее пересказала в свое время моя дракоша, но о самом Пророчестве ей было известно очень мало.
  Грустный голос Тамира все звучал и звучал, завораживая нас новыми знаниями.
  - Постепенно истинный текст Пророчества был забыт - слишком много тысячелетий пролетело над планетой.
  А соснам спешить уже было некуда, и они молчаливо и стояли и ждали. Ждали исполнения обещанного Пророчества.
  Они давно смирились.
  Они поняли, что сами в свое время по собственному желанию предпочли остановку в развитии и спокойную жизнь движению вперед, в неизвестные дали. Только тогда никто из них даже не предполагал, какую жуткую неподъемную цену за этот выбор им и их потомкам придется заплатить.
  Но сейчас уже давно не осталось у них ни сожалений, ни сомнений. Уже все было не единожды обдумано, проанализировано и понято. Они пошли против одного из основных Законов Вселенной - Энтропия в закрытых мирах возрастает неудержимо и бесконечно - и теперь расплачивались за это.
  И драконы, обращенные в сосны, с честью несли это наказание. Спокойно и гордо стояли они, подняв свои кроны до самого неба, по которому раньше могли летать.
  Им теперь осталось только ждать. И они ждали.
 
  Одно из наиболее читабельных текстов Пророчества гласило.
 
  "И проснется в человечестве Древняя кровь.
  И соберутся в круг семеро разноцветных драконов.
  А в центр их встанет Древний Огненный Дракон.
  И сольются они в Одно.
  И свернется Радуга в круг.
  И ударит Луч через это радужное Кольцо.
  И достигнет Луч неба.
  И тогда услышат Драконы зов своих заблудших братьев.
  И прилетят на планету, чтобы помочь им".
 
  Прочитав этот вариант Пророчества, мы задумались, может быть тут как раз и имеется в виду люди, подобные нам. Люди, у которых внутри начали расти драконьи сущности. Ведь таких, как мы, вероятно, не так уж и много живет сейчас на свете.
  Вот нас трое. Мы встретились и познакомились совершенно случайно. Хотя, может быть и не совсем случайно. Ведь подобные люди должны тянуться к знаниям, пытаться найти их. А где же они могут это сделать, как не на тренингах и лекциях соответствующей направленности. Вот мы и встретились.
  Так может в этом что-то есть. Может именно нам предстоит участвовать в исполнении древнего Пророчества, помочь драконьей расе вернуть себе драконью ипостась.
  Это предположение, конечно, завораживало своей сказочностью и вселяло гордость. Но ведь было нас пока всего трое. А как искать недостающих мы и понятия пока не имели.
  Тамир - должен был стать в будущем синим драконом, а Гиран - зеленым.
  А я до сих пор не была в курсе, какого цвета будет моя дракоша.
  - Ну, почему непонятно? Почему? - раздался изнутри обиженный голос моей драконьей сущности, - я же - бежевая.
  - Да потому, что нет в Радуге бежевого цвета, нет, и не было никогда.
  Дракоша обиженно засопела, но замолкла и призадумалась.
  - Нет, огненной я быть не хочу, это точно, - бурчала она, - а какого цвета там у вас еще не хватает? Желтого и Оранжевого? Надо подумать, какой из них мне больше нравится...
  - Дракошенька, а ты попробуй все-таки сначала имя себе выбрать, может быть после этого тебе и с цветом будет легче разобраться, - предложил Тамир. - Хотя, если вспомнить соответствие цветов радуги цветам чакр и преобладающим в этом случае чувствам, то, может, и с цветом получится сначала разобраться.
  - Ну, вот смотри, - вступил в разговор Гиран, желтый цвет имеет чакра Манипура, которой соответствует любовь к власти, а оранжевый - это цвет чакры Схвадхиствана. А она отвечает за чувственные проявления человека. Еще у каждой чакры есть свои, наиболее гармоничные для ее вибраций, камни. У Манипуры - это тигровый глаз, цитрин, янтарь, а у Свадхистваны - коралл и лунный камень.
  Так что тебе более нравится - управлять и командовать или просто радоваться жизни? Это если выразить более простым человеческим языком.
  Дракоша на мгновение задумалась, а потом выдала.
  - Ну-у-у, управлять и командовать, это, конечно, здорово, но не очень приятно. А вот быть красивой гостеприимной хозяйкой, которую все хвалят и комплиментами забрасывают, мне нравится. Да и лунный камень я люблю - он же ведь как раз бежевый цвет имеет, такой мягкий и как будто изнутри светится теплом.
  - Ну, вот. Значит, с цветом ты уже определилась. А теперь подумай, может теперь тебе будет легче и имя себе придумать.
  Дракоша опять задумалась, и на этот раз надолго.
 
  Мы продолжали свои занятия. И, кроме магических практикумов, стали посещать и разнообразные тренажерные залы, так как Гиран где-то вычитала, что физические упражнения также повышают жизненные силы драконьей сущности. Но однажды Тамир мечтательно выдал, как на духу.
  - Ребят, так полетать что-то захотелось. А нам так долго еще ждать своих крыльев. Может, давайте в бассейн сходим, где можно с вышки прыгать. Ведь пока летишь с воду, это тоже вроде как фаза полета получается.
  Мы подумали, подумали и согласились. Разнообразие ведь оно всегда интересно.
  А в бассейне я познакомилась с одной очень интересной молодой женщиной. Она, похоже, здесь была постоянной посетительницей и очень мне помогла своими советами.
  Назвалась она очень странно - Огневушка-поскакушка. И действительно, она была очень подвижная, ни минуты не могла простоять спокойно. А с вышки она прыгала, как будто по настоящему слетала, раскинув руки как крылья. У меня так пока не получалось.
  После бассейна я пригласила ее пообедать вместе с нами.
  И тут у меня внутри началось какое-то шебуршание, а затем я услышала свою дракошу. Тут надо сказать, что наши драконьи сущности уже давно приспособились разговаривать друг с другом. А мы пока никак не могли освоить ментальную речь. Вот и приходилось использовать драконью связь, как посредника.
  - Тамир говорит, что в нашей новой подруге тоже зреет драконья сущность, - доложила мне моя драконица, - и предлагает, чтобы мы с этой Огневушкой познакомились поближе и все выяснили.
  И мы решили открыться этой энергичной девушке.
  И, как оказалось, не зря.
  Она уже давно вышла на магически одаренных людей, которые жили на нашей планете и работали над увеличением магического фона в атмосфере планеты, а также разработали методику для обучения способных к Магии. Огневушка закончила там полный курс обучения, предназначенный для взрослых, и уже знала, что у нее может со временем вырасти дракон.
  С ее подачи мы и познакомились с Магами, которые, как оказалось, уже давно жили и работали на нашей планете вместе со своими женами и детьми. А в процессе разговоров выяснилось, что сейчас на Земле существует, так называемый Драконий остров, где живет достаточно большая популяция драконов.
  Мы сначала пришли в восторг. Но все оказалось не так уж и радужно. Драконы, жившие на этом острове, по своим вибрациям не являлись физическими существами. Первоначально, они вообще представляли собой некое подобие фамильяров, созданное гением трансформации главным Магом Гором. И уж только потом, обжившись на планете, начали размножаться.
  Вот ведь, как интересно, подумалось мне - не мытьем, так катаньем Вселенная пытается возродить расу Драконов на нашей планете.
  Гор и Уля уже имели полноценную драконью ипостась и могли летать в драконьем обличье, другие, приближенные к ним Маги рангом пониже, также имели толику драконьей крови и готовились к тому, что если не они сами, то их дети обязательно обретут крылья. А теперь уже и мы благополучно влились в этот дружный драконий коллектив.
  Услышав от нас о соснах и Последнем Пророчестве, озвученном эльфийским Магом, Гор заинтересовался до такой степени, что сам принял участие в поиске для нас драконов недостающих цветов для создания полноценного радужного Метаконцерта - так у них называлось слияние сознаний нескольких Магов.
  И ведь нашел. Нашел девушку, по всем статьям подходящую на роль Голубого Дракона. Правда дракон у нее еще был в зачаточном состоянии... да ведь и наши еще не подросли. Так что, осталось нам найти еще Красного и Фиолетового Дракона, ну и, конечно, Огненного. Ведь Огневушка-поскакущка сама оказалась драконом, идеально подошедшая на роль Красного Дракона.
  Но тут Тамира как-то посетила весьма оригинальная идея о том, что именно Гору предстоит стать тем самым Древним Огненным Драконом. Ведь совсем не зря в Пророчестве он, единственный, был назван Древним. А Гор как раз и являлся самым древним из всех драконов, находящихся на Земле. Он, правда, пока отнекивался и считал идею Тамира сказочными фантазиями.
  Нам же теперь предстояло методично и трудолюбиво растить своих дракошек. Благо техники слияний у Магов уже давно были разработаны, и ни на какие курсы нам ходить было уже необязательно.
  И мы учились, медитировали, сливались в Метаконцертах, а также не переставали надеяться, что может быть, Гор и согласится когда-нибудь сыграть роль Древнего Огненного Дракона. Ведь в нашей драконьей компании он самый мудрый и самый древний.
  Ну, да нам до этого еще далеко. Нам еще надо Желтого и Фиолетового Драконов искать.
 
 
  Глава 14. Разбудить Зверя
  "Лучше уж хороший человек, ругающийся матом, чем тихая и воспитанная сволочь " Фаина Раневская
  "...то, что убивает магию, одновременно убивает жизнь вокруг" Надежда Кузьмина
  Да уж, Интернет есть Интернет. Не убавить, не прибавить. Исключительно можно только стараться не принимать всю информацию слишком уж близко к сердцу.
  Вот и сегодня. Сначала я сильно расстроилась, пока подписывала петицию "Нет! Жестокой травле животных собаками!". Ну, неужели на свете существуют такие... даже не знаю, как назвать... твари... сволочи... недоумки...
  Сначала я даже чуть не прокляла их, произнеся фразу, рвущуюся из души: "Чтоб вас ваши собственные собаки погрызли". А потом до меня стало доходить, что не сами они, эти люди такими стали. Ведь наверняка, существовали в их жизни причины. К примеру, отец, пьющий горькую и постоянно бьющий свою жену, да и детям, скорее всего, частенько доставалось. И как, скажите на милость, после подобного детства остаться нормальным человеком.
  Да, но и позволять этим нелюдям с садистскими наклонностями потворствовать своим желаниям, выпускать пар таким изуверским способом тоже ведь нельзя. Даже прибежала мысль, что стоило бы одновременно всех, посещающих эти пыточные камеры собрать, обезвредить и отправить на принудительное лечение к психиатру, специализирующемуся на садомазохистских склонностях.
  Но это все ля-ля, как говорится, а вот что делать со своим совершенно упавшим настроением. И, как всегда, решение пришло ожидаемое - почитать что-нибудь приятное.
  Под руки попалась моя любимая книга Милены Завойчинской "Домик на перекрестке". Угу, пробормотала про себя я, вчитываясь в четверостишье.
  "Пусто в крошечной квартире,
  Я, компьютер, форум вновь...
  Загадаю себе крылья!
  Дом! Кота! Щенка! Любовь!"
  И здесь его величество вездесущий Интернет, и здесь форум... даже в романах фэнтези от него никуда не скроешься.
  А вот подобные мечты. Ну, все кроме крыльев понятно - сама бы от этого не отказалась. Хотя... почему именно крылья... ведь у Клариссы Пинколы Эстес я недавно прочла, что "... днем и ночью за нашей спиной таится тень Первозданной Дикой Женщины. Где бы мы ни ступали, эта тень крадется следом и - определенно - опирается на четыре лапы".
  И то, что я прочитала дальше, заставило меня вздрогнуть, а мои мысли поскакать галопом в совершенно непредсказуемом направлении.
  "Внутри каждой женщины живет первозданное, естественное существо... Но это существо - Дикая женщина - находится на грани вымирания. "Цивилизирующее" влияние общества подавляет в ребенке все "дикое", то есть естественное".
  Но я всегда больше всего на свете ценила естественность. Меня доводило до состояния физической тошноты лицемерие, являющееся непременным атрибутом социума. А значит, получается, что наша цивилизация, сама роя себе яму, подавляет, уничтожает в нас основу нашего существования.
  Это я поняла сразу, и сразу согласилась с этим постулатом. Осталась самая малость - найти эту основу, почувствовать Первозданную Дикую Женщину в себе. Я даже сразу приняла за истину то, что эта Дикая Женщина является Зверем, нашей истинной глубинной сущностью, живущей внутри каждого из нас... если, конечно, её полностью не убили в детстве родители и воспитатели. Ну, может быть, и не убили, но то, что посадили на цепь или заперли в конуре, это точно.
  И я начала вспоминать все, что видела и чувствовала в жизни в себе и окружающих людях, пытаясь уловить те моменты, в которых внутренний Зверь давал о себе знать, а иногда и заявлял о себе в полный голос.
  Первым делом вспомнился случай из далекого прошлого.
  Маленький рабочий поселок. Подвыпивший мужик обижал ребенка. А проходящий мимо работяга не смог остаться равнодушным к этому. И он, не долго думая - ну не был он связан условностями цивилизованного общества - развернулся и с пол-оборота четким движением заехал хулигану ногой прямо в лоб. Тот, осознав, что на его силу, здесь нашлась противостоящая сила, не вступая в пререкания ретировался, чтобы не получить еще и добавки.
  Та-ак, - подумалось мне, - в этом случае Зверь проявил себя в полной своей необузданной красе и весьма своевременно. Но, ведь, такое бывает очень редко. Даже в семьях рабочих стараются с детства прививать правила поведения, сильно ограничивающие внутреннего Зверя. Да, и как не ограничивать? Мы все же люди, а не звери в лесу, живущие по законам джунглей.
  Хотя, вспомнив вышеизложенную петицию, мне подумалось, - а так ли плохи законы джунглей в сравнении с тем, как ведут себя некоторые люди. Ведь, ни одно животное не будет убивать себе подобных ради развлечения или по приказу другого. На это способны только люди. Но тогда можно ли их называть людьми...
  Да уж, дофилософствовалась, довозмущалась...
  Так! Прекращаю заниматься сим непродуктивным делом. Пора искать своего Зверя, просить у него прощения, если что не так... и постараться с ним подружиться... что ли...
  Но ни медитации, ни прочие техники саморазвития, то бишь, самокопание и саморефлексии не помогли мне достучаться до своей зверушки. Видно, глубоко спряталась или вообще заснула от тоски. Но то, что она живая я чувствовала точно. Ведь меня особо никогда не муштровали, и жить я привыкла не по слову "надо", а так, как мне интересно.
  Тогда я стала, гуляя по улицам и паркам города присматриваться к другим людям, пытаясь понять, почувствовать, какие у них взаимоотношения с их внутренними сущностями, если они, Звери, у них в принципе еще в сознании, а не валяются в своих камерах в отключке.
  Потом до меня дошло, что люди, имеющие Зверей достаточно сильных и непокоренных, должны подсознательно выпускать их на волю хоть иногда, хоть каким-нибудь приемлемым в обществе образом. А спортивные занятия, похоже, для этого являются единственным способом. Я записалась в секцию волейбола, а также стала посещать разнообразные спортивные состязания, продолжая свои наблюдения.
  Интересные нюансы удалось почерпнуть из разговоров и комментариев на разнообразных форумах в Интернете. Ну, посмотрите сами, какая прелесть.
  "Кошка и дрессировка - это очень просто! Три дня общения и человек ходит по струнке" (Мнение, основанное на опыте животноводства - разведения мелкого хвостатого скота).
  Складывается впечатление, что мы низшие существа. Ведь они то наши слова как-то понимают. И понимают, что дрессировать людей дело очень трудное. На одном из форумов женщина с прискорбием сообщила, что ее кошка за четырнадцать лет научила хозяев понимать простейшие команды: "пить", "гулять", "почеши". Просто смотрела на нас своими невозможными зелеными глазами, и мы все понимали. Но, ведь на это больше десяти лет понадобилось. Ну, что ж, значит мы такие тупые.
  А может и не мы тупые, а наши внутренние звери просто спят у нас внутри беспробудным сном, тогда как именно к ним и обращаются наши домашние питомцы. И я решила, что когда разберусь со своей внутренней зверушкой, обязательно проверю это предположение. Попробую пообщаться с какой-нибудь киской и посмотрю, проанализирую, что из этого выйдет.
  А пока... пока я ходила по улицам, пытаясь поймать внутренний отклик своего зверя, который, как я уже теперь была уверена, у меня был вполне живым и свободным... но, вероятно, пока еще спал крепким сном, усыпленный дурманом цивилизации.
  И вот однажды во время одной из таких прогулок мне показалось, что внутри у меня происходит нечто не совсем обычное. Моя Зверюга еще никогда так явно себя не проявляла. Такой пронзительный отклик на происходящее снаружи я почувствовала впервые. И я начала озираться по сторонам в поисках того, на кого так остро среагировала моя Зверюга.
  Мой взгляд остановился на молодом человеке, который шел по противоположной стороне улице и с интересом смотрел на меня.
  От этого пронзительного взгляда у меня по спине пронеслись стаи мурашек
  Он не был красив в полном понимании этого слова. Просто даже с первого взгляда в нем ощущалась некая харизма. Пронзительный взгляд его серых стальных глаз прожигал насквозь и притягивал внимание, не отпуская ни на мгновение.
  Он продолжал двигаться параллельным мне курсом, а, дойдя до перехода и дождавшись зеленого света светофора, перешел на мою сторону улицы и направился ко мне. У меня внутри все сильнее неистовствовало, бушевало, ярилось нечто, раздирая все мое нутро своей тоской и жаждой вырваться наружу, а ноги вдруг ослабли и полностью отказались повиноваться.
  Я остановилась и беспомощно посмотрела на мужчину. Он, видно, понял, ощутил мое состояние, поскольку успокаивающим тоном заговорил со мной.
  - Девушка, а девушка, а моему Серому ваша зверюга очень понравилась. А это не так часто бывает.
  Или вы еще не нашли со своим Зверем общего языка?
  Да вы не бойтесь меня. Если мой Серый увидел в вашем Звере себе достойную пару, то я никогда не пойду против его выбора.
  Он все говорил и говорил, а я, продолжая вслушиваться одновременно и в его голос и в то, что происходило у меня внутри, все стояла и не могла сдвинуться с места.
  А моя Зверюга, видно, наконец, поняв, что это именно Её зовут, что Её выбрал такой сильный, такой неотразимый Зверь, который жаждет быть вместе с ней, потянулась за этим непреодолимым зовом и откликнулась. Откликнулась вихрем восторга, пламенем, наконец, выплеснувшихся наружу, так долго сдерживаемых чувств. А внутри меня вдруг разлились спокойствие и умиротворение, которых я уже давно не ощущала. Моя Внутренняя Дикая Женщина полностью проснулась и ощутила себя свободной.
  Я же постепенно приходила в себя и продолжала, не отрываясь, смотреть на мужчину, чей Зверь помог мне полностью разбудить мою внутреннюю сущность.
  И так, наши Звери нашли друг друга. А мы?
  А нам оставалось только прислушаться к более сильному и истинному, к глубинному чувству, которое всегда сопровождало эту вечную тягу мужчины и женщины. И мы шагнули навстречу друг к другу.
 
  Глава 15. Клетка для дракона
  "Не строю ни в чем из себя недотрогу,
  Но сразу признаюсь - характер не мед.
  Вчера черный кот уступил мне дорогу
  И плюнув три раза, поперся в обход"
  (Какой-то безымянный талант из Интернета)
  Ну, вредная я, вредная. Действительно вредная и стервозная. И никуда от этого не деться. Всю жизнь, сколько помню, такой была. Вредная, острая и опасная, особенно если меня задеть за живое, да и если не особо задевать тоже иногда бывают выплески неконтролируемого гнева.
  Даже невозможно поверить, что имя у меня очень светлое и ласковое. Светланой или Ланой меня зовут. Небось, мои родители даже не догадывались, какая стервозина из меня вырастет. Иначе никогда не назвали бы меня таким милым именем.
  А так!
  Где меня только не носило, и чему я только не училась. Курсы самбо и карате - это были еще цветочки. Дальше пошла такая экзотика, что обычная стандартная представительница женского пола с подобными словами вряд ли встречалась в своей жизни.
  Я побывала и на курсах капоэйры (бразильское национальное боевое искусство, включающее в себя кроме непосредственно самой борьбы еще элементы танца и акробатики), и прошла обучение айкидо. Я скакала, как твой Брюс Ли, и заслуженно получила прозвище Молнии разящей.
  Даже один раз в кутузку умудрилась загреметь за превышение самообороны. Хорошо, что родители быстро сориентировались и меня оттуда вызволили.
  И, соответственно, сами понимаете, что с романтическими отношениями у меня был в жизни большой напряг. Ну, кто, скажите мне, в трезвом уме и твердой памяти, захочет завести отношения с дамой, которой боится вся округа, и даже окрестная шпана шарахается, как черт от ладана, и старается не попадаться на моем пути.
  - Так, похоже, будет и в этот раз, - грустно раздумывала я, прогуливаясь солнечным осенним днем по маленькой улочке одного из спальных районов города. Впереди меня шли трое - два симпатичных молодых человека и девушка с ними. Я сделала стойку - вдруг у них девушек некомплект. Но... увы! Уже через пару минут к ним подошла еще одна блондинистая представительница женского пола, и я понимаю, что опять облом. Вот так всегда - никакой личной жизни.
  Но в этот раз случилось нечто необычное. Все четверо вдруг повернулись и пошли по направлению ко мне, одновременно "упулившись" - ну никак другого слова подобрать не могу - прямо мне в глаза. Аж даже зачесалось что-то во лбу... ну там, где обычно звезда горит, да и внутри меня поднялось беспокойство. Как что-то царапалось там, вредное и кусачее.
  - Может, они хотят меня загипнотизировать? - пронеслась в голове мысль с оттенком откровенной паранойи. Но ведь это никогда не было мне свойственно.
  А компания подходила ко мне все ближе и ближе. Их взгляды от меня так и не отлипали, но хоть на лицах у всех расцвели доброжелательные улыбки, что меня несколько успокоило. Я ответила на их взгляды своим твердым взглядом, таким, от которого, как я знаю, у более слабых людей коленки начинали подгибаться и глазки бегать. Да и боевую стойку я сразу приняла автоматически.
  - Ах, вот так значит, - произнес самый высокий парень. Но, произнес, похоже, не вслух, поскольку его рот не открывался. Я это точно заметила. Его голос прозвучал прямо у меня в голове.
  - Неужели это возможно? Как в книжках описывается и телепатией называется, пронеслось в голове испуганными зайчиками.
  - Конечно, бывает, - опять возник в голове этот бархатный голос, - вы же сами уже убедились, но все равно продолжаете не верить.
  Попробуйте, скажите таким же образом что-нибудь мне. У вас должно получиться, обязательно. Ведь вон у вас какая уже большая драконица выросла. Вы, наверняка, и не знакомы с ней. - Он помолчал немного и добавил, - и с нами в том числе. Может, все-таки пора познакомиться.
  А потом перешел на обычную речь. Его попутчики, заулыбались еще шире, подошли ко мне и стали называть свои имена.
  Я кивала, поворачивала голову, называла свое имя, а внутри постоянно бился какой-то червячок, как будто что-то было не так. И уже только, когда мы сидели за накрытым столиком в кафе, до меня дошло. Слово "драконица", произнесенное Тамиром. Какая драконица, причем тут я?
  Ребята, похоже, поняли, что со мной творится, и не стали больше меня мучить. Тамир как мог, коротко рассказал, что у меня внутри, как и у всех них, зародилась драконья сущность, которая растет и развивается. Только пока не понятно, почему я об этом до сих пор даже не подозревала. Обычно эти сущности почти сразу выходят на связь со своей половинкой.
  А я настолько была ошарашена той информацией, которую на меня вывалили, что даже про свою стервозность забыла. Тем более, та сущность, которая меня все последние года терроризировала, точа об меня свои, и так достаточно острые, коготки успокоилась. Совсем.
  Ребята же мою внутреннюю вредину сразу увидели даже через мои щиты, потому и подошли. Да, да. Оказывается, я каким-то непостижимым образом умудрилась на себя поставить почти непробиваемые щиты... ну, эфирные, конечно. А дракошке из-за них не только было не выбраться, но даже выглядывать наружу сложно оказалось, вот и маялась, и злилась, и царапала меня постоянно. Ведь у нее тоже нрав буйный и своенравный был, весь в хозяйку.
  Тамир сначала, как самый старший и опытный, попытался сам исправить ситуацию. Но, даже советы драконьих сущностей всей нашей компании не помогли. Видно, такие крутые щиты у меня оказались. Да! Я такая!
  Тогда было принято решение попробовать слиться сознаниями, как Тамир это обозвал "зажечь Солнышко". Я уже ни в чем никому не перечила, только головой кивала в ответ. Даже когда Тамир предложил поменять место, я даже не среагировала, а послушно пошла за своими новыми друзьями. А пошли мы в парк. Он тут недалеко был. Зашли поглубже и облюбовав симпатичную безлюдную полянку, остановились.
  Все встали в кружок, положили руки друг другу на плечи и меня в этот хоровод притянули. А вот дальше начались сложности. Я же никогда, никому не открывалась, даже маме. Всю свою жизнь была закрыта, застегнута на все пуговицы.
  А тут открыться чужим, пока еще, людям. Но тут уже возмутилась моя дракоша. Так сильно она еще никогда меня не царапала, и не билась о свою внутреннюю клетку моего щита. Мне сначала показалось, что она и сама справится, никакого "Солнышка" не понадобиться. Но силенок у нее на такое все-таки не хватило.
  Тогда Гиран попытался объяснить мне ситуацию, как понимал ее сам. Я же свой крутой щит сотворила совершенно бессознательно, как добавочную гарантию от повреждения в поединках. А последних у меня в жизни было очень много - и спортивных, и обычных бытовых. Я же никогда никому спуску не давала. Вот и отрастила и когти, и щиты.
  Поэтому Гиран и предложил мне для начала расслабиться, осмотреться вокруг, взглянуть на высокое голубое небо, которое так и манит в полет. А потом, потом он обратил мое внимание на белочку. Эта рыжая бестия, казалось, не боялась ни Гирана, ни даже меня - это мне уже потом объяснили, что животные чувствуют в нас драконьи сущности и соответственно к нам относятся.
  Белка спрыгнула с ветки мне на плечо и начала щекотать своими усами ухо, как сказать что хотела. Я же от такого неожиданного обращения со стороны маленького пушистого беззащитного зверька вообще выпала в осадок.
  А моя дракоша, между тем, продолжала свою подрывную деятельность с утроенной силой. Меня уже всю переворачивало и, казалось, что все мои внутренности устроили себе пляски в стиле рок, желая меня уморить либо заставить сделать то, что от меня ждали все окружающие: и мои новые друзья, и их драконьи сущности, и моя, истосковавшаяся в плену, дракоша . Расслабиться. Раскрыться.
  Но, похоже, общение с рыжей лесной красавицей сделало свое дело, и я смогла. Я сделала это! И поэтому, когда мы опять замкнули свой круг, когда меня опять позвали и ребята, и их драконьи сущности, и моя дракоша уже начала просто бесноваться в своей тюрьме, мой щит дрогнул. Дрогнул и рассыпался. А я... я позволила себе первый раз в жизни раскрыться. Раскрыться не только другим людям, но и всему сущему, раскрыться ввысь, в небо.
  Такого восторга, такого чувства причастности ко всему окружающему Миру я никогда в жизни еще не ощущала. Мы растворились друг в друге, ощутив и бесконечность звездной Вселенной, и безграничность Её сознания. Мы просто стали Её естественным продолжением, Её неотъемлемой частью и получали от этого непередаваемое удовольствие.
  - Ну вот, - произнес Тамир, когда мы уже погасили свое "Солнышко", - теперь можно и пообщаться нормально. Бедная зверушка-драконица уже на свободе. И наши драконы с ней сами разберутся, всему научат и к делу пристроят. А нам можно уже и обратно в кафе возвращаться.
  И уже сидя за столом, после того, как мы умяли по большой тарелке мясного рагу - вон оказывается, как свежий воздух способствует повышению аппетита - ребята рассказали мне все, что знали, о драконах, о Последнем Пророчестве, о Магах, которые работают, чтобы полностью вернуть на Землю Магию. Ну, не все, конечно. Но мне и этого оказалось достаточно, чтобы дух захватило от перспектив, открывшихся передо мной.
  Быть свободной. Летать в безграничном небе. Никогда ни с кем не ссориться и не воевать. - Вот какие мысли в первую очередь пришли мне в голову. Но это могло означать только то, что мой стервозный характер, мой боевой пыл не являлся изначально моей сутью. Просто я таким весьма неадекватным образом пыталась стравливать излишнюю активную энергию, которой снабжала меня моя драконица. А теперь мне этого уже не нужно было. Я нашла новое и гораздо менее опасное для окружающих и себя самой, а, самое главное, более приятное и завораживающее применение своей бьющей через край энергии.
  А мои новые друзья понимающе смотрели на меня и почему-то вдруг в какой-то момент начали улыбаться. Интересно, почему... что еще я учудила?
  Я так и услышала на внутреннем модуле дружный вздох облегчения: "Уф-ф-ф".
  Оказалось, что моя внутренняя драконья сущность идеально подходит на роль Желтого Дракона в их радужном кольце, при помощи которого они рассчитывали докричаться до настоящих драконов, чтобы те помогли драконам планеты Земля вернуть себе возможность летать.
  И это означало, что теперь нам осталось найти только Фиолетового Дракона. Хотели Уле предложить эту роль, но она отказалась, сказав, что она не фиолетовая ни разу, и, вообще, этот цвет не уважает.
 
  Глава 16. Пригреть зверушку
  "Дороже нажитого -
  Мечты о чуде, пути к свободе"
  Юлия Китаева
  "Я хочу упасть в небо,
Я хочу лететь против ветра...
И срываясь вниз касаться волн
Белых, там где граница кончается,
И пламя любви маня начинается...
Кто-то скажет, что мечтать глупо...
А я верю, что мне это надо"
  Мелоди Соул
  Пригреть кого-то под сердцем, пригреть и вырастить... ну хотя бы на крыло поставить. Как и в жизни бывает, когда люди удочеряют и усыновляют своих внуков.
  Может, таким образом, нас в этой жизни и пытаются научить любви, любви безусловной те ситуации, в которые мы попадаем. Ведь своих детей по крови любят обычно безусловной любовью... полюбить же внуков уже несколько сложнее - как-то отстраненней получается отношения к ним.
  У меня же получилось, как всегда, ну совсем не как у нормальных людей. Правда для внуков я еще вроде возрастом не вышла, но все же...
  Вот так и случилось в моей жизни то, что случилось.
  Правда здесь сыграло свою роль и мои давнишние поиски ответа на вопрос о взаимоотношениях Тьмы и Света, Добра и Зла.
  "Не надо бороться с тьмой - достаточно зажечь, хотя бы одну свечу" писал Френсис Бэкон.
  И Лукъяненко в "Мальчик и тьма" - "Ты просто светишь наоборот" - существует и то, и другое.
  И то, и другое создано Всевышним и имеет право на существование.
  Сплошной Свет - это выжженная пустыня.
  Сплошная Тьма - первобытный Хаос.
  А мы, мы просто люди, в нас намешано много всякого и разного, и Путь наш в том и заключается, чтобы высветлить Тьму, чтобы ...понять зачем, и к чему это приведет.
  Поэтому я и не приняла сразу на веру достаточно истеричные высказывания некоторых авторов о том, что рептилоиды - это абсолютное Зло. Не приняла и, как всегда, начала скрупулезно изучать этот вопрос. И только в одном источнике я прочла нечто вроде совета, мол, им, рептилоидам, здесь на нашей планете тоже плохо и тяжело живется. Вероятно, этот совет достаточно глубоко отложился у меня в подсознании, и поэтому, когда ко мне во сне явилась эта несчастная зверушка, я не смогла не помочь ей. Ну, как я могла ей отказать - какая никакая, а все же живая.
  И поселила я ее у себя под сердцем, в том самом месте, где чакра Анахата находится, и куда стекается бОльшая часть проходящей через тело человека энергии окружающего пространства.
  Познакомились мы с ней, и дала я ей имя - ну не зверушкой же мне ее звать. Назвала я ее Заренькой, от слова Завр - ну динозавры разные, которых и у нас на Земле водилось множество всяких и разных в допотопные эпохи.
  Где-то с полгода жили мы с ней душа в душу. Я подкармливала ее своей энергией, а она развлекала меня интересными рассказами о своей жизни на нашей планете. И нам обеим такая жизнь приходилась по вкусу.
  Но все хорошее когда-нибудь кончается. Подросла, набралась сил моя Заренька и решила, что не пристало ей постоянно жить за мой счет, пришло время ей начать самостоятельную жизнь. Я возражать не стала, да и какое я имела на это право. Ведь даже насчет собственных детей существует высказывание Халиль Джебрана мудрость: "Ваши дети - не дети вам".
  Попрощались мы душевно, а внутри меня осталось как бы пустое гнездышко, что ли. Не очень-то меня это и напрягало. Тем более, что занятий интересных в то время у меня было предостаточно.
  Но! Ведь свято место пусто не бывает. Так и у меня завелась новая воспитанница.
  Одним из самых интересных занятий в то время у меня было увлечение драконьими мирами Надежды Кузьминой. И я до такой степени вжилась в эти миры, что однажды...
  Я даже не поверила сначала самой себе...
  У меня вдруг появилось совершенно непреодолимое желание взлететь. Да-да, именно взлететь.
  Я, правда, и раньше мечтала о полетах. Думала, как бы это было здорово, если бы мы могли летать как птицы
  "Упасть в небо" - упасть и плавать там. Ну, хотя бы на чужих крыльях. Да, на чужих, но чтобы это были живые крылья, а не стальные крылья самолетов и планеров. Крылья существа, способного любить.
  Но это желание спокойно существовало во мне почти всю мою жизнь, не принося мне никаких проблем и неудобств. А тут - это вновь возникшее желание было настолько сильным, что я никак не могла с ним справиться. Оно было сильнее меня. Оно непреодолимо тянуло меня...
  И когда я поняла, куда именно оно меня тянуло, мне стало как-то не по себе. Меня тянуло расправить крылья и взлететь в небо. Взлететь и летать в нем, будучи свободной, как птица.
  Внутри же меня после появления этого желания начало что-то постоянно чесаться и царапаться. И, наконец, это что-то изволило проявиться. Я услышала ее голос. Голос приблудной дракоши - ну а как я могла я ее назвать в тот момент - появилась, залетела ко мне в мою уже имеющуюся внутреннюю полость, где хорошо и уютно. Залетела и осталась там жить.
  Разумеется, она оказалась отнюдь не физическим существом, а, скорее всего, эфирным, залетевшим ко мне из одного из эфирно-книжных миров, которые я постоянно посещала в последнее время. Но это не отменяло того, что ее желания периодически становились моими желаниями. И она частенько просила меня о той или иной помощи.
  Вот так и появилась у меня еще одна воспитанница. Особых лишних трудов и забот она мне не доставляла - зато жить стало интересней, и, как бы это поточнее выразиться, жизнь приобрела новые краски, стала более сочной... что ли...
  Гуляя по пустынным улицам, я представляла, что вот сейчас я могла бы расправить крылья и взлететь. А когда стояла на пляже и смотрела в небо, то это желание становилось настолько необоримым, что я чуть ли не в полной мере ощущала, что взлетаю.
  Но всему всегда когда-нибудь приходит конец. Закончилась и эта моя эпопея с очередной воспитанницей. Переросла она свою колыбельку - нишу, гнездышко, оставшееся от Зареньки и стала проситься на волю.
  И улетела моя приблудная дракоша жить самостоятельной жизнью.
  А я...
  Я села я писать фанфик о драконах. Вот уж чего никогда за мной не замечалось. Но, похоже, это был последний подарок от моей воспитанницы.
  Написала фанфик, потом просто рассказ в стиле фэнтези. А потом... опять у меня в жизни все понеслось-закрутилось. Снова наступил период внешней активности, и опять не позволил мне слишком окунуться в переживания о расставании с любимой воспитанницей. Ведь дети всегда вылетают из гнезда и почти всегда покидают своих родителей.
  Я где-то читала даже, что "Наши дети не дети нам", что они даны нам Создателем, чтобы помочь им вырасти, а не делать их своей собственностью, не заставлять их жить по законам нашей жизни, продолжая выполнять именно наши планы, наши мечты. Ведь у них они чаще всего будут другие, более современные, а может быть, и более мудрые.
  А ведь свято место пусто не бывает, как утверждает народная мудрость.
  Но я даже представить себе не могла, что начнет происходить в этом моем "святом" месте, в моей колыбельке моей Души. Надо сказать, что это гнездышко находилось у меня в районе солнечного сплетения, аккурат под сердцем. Так оно само получилось. Вероятно потому, что та же народная мудрость утверждает, что детей носят под сердцем - вот и получилось, что носила я своих любимых воспитанниц под сердцем.
  Жизнь же моя текла своим чередом. Потому я и не заметила изменений в себе, которые не заставили себя долго ждать.
  Сначала я при изучении своего внутреннего пространства заметила там, где раньше было гнездышко для залетных несчастных и обездоленных зверушек, маленькую искорку. Потом, с течением времени искорка выросла и приобрела зеленоватый цвет. И тут я вспомнила, как рос внутренний источник у моих любимых персонажей из романов фэнтези.
  После этого я стала каждый день заглядывать в мою колыбельку и гладить свое маленькое "солныщко", как котенка. Я же уже успела привыкнуть к тому, что там у меня обитает какое-либо живое существо. А ведь какое именно - не суть важно. Хоть заврик, хоть дракончик, хоть солнышко...
  И солнышко, как бы откликаясь на мою ласку, росло все быстрее и быстрее. Вскоре это уже было настоящее "солнышко", в котором можно было различить не только искорки, но и нити энергии разнообразного цвета.
  А в какой-то момент ко мне пришли новые изменения. Я услышала голос, шедший изнутри моего существа. Но это была уже не приблудившаяся эфирная дракоша, а настоящая.
  Живая! Моя!
  И она стала для меня обещанием полета. Теперь уже настоящего.
  Я просто не могла поверить. Поверить, что когда-нибудь я сама действительно смогу расправить крылья. Смогу "упасть в небо" и "лететь против ветра", наслаждаясь свободой.
 
  Глава 17. Слушая голос крови
  "В наших жилах - кровь, а не водица..."
  В. Маяковский
  Как-то раз читала я очередной опус про массонов, аннунаков и прочих иллюминатов. Читала и никак не могла понять. Ведь по всем этим материалам получается, что на планете не осталось уже ни одного чистокровного человека - в ком-то из нас течет кровь аннунаков, в ком-то - рептилоидов, и так далее.
  Да и тон повествования был какой-то агрессивно-истерический. Даже вспомнилось отношение оставшихся человеческих родов в "Фее любви" Марины Николаевой к остальным расам материка. Они считали другие расы нечистью и только себя - достойными жизни на Земле.
  И мысли в моей голове заскакали, как вспугнутые тушканчики. Нет, что-то тут не так. А вот что именно?
  Ну, да - встречаются, конечно, люди, отягощенные чрезмерной агрессивностью. В них, вероятно, с рождения течет кровь рептилоидов.
  Но ведь и пришельцы с Нибиру не были одинаковыми. Энки помог человечеству прекратить вести рабское существование. А то, что в результате этого мы были изгнаны из Рая, так это разве плохо? Ведь выход из любого рабства предполагает выход из состояния подчиненного зомби и принятие на себя некой ответственности.
  Но это все теории. А вот на практике, ну, не поворачивается у меня язык называть людьми тех, кто ради развлечения убивает дельфинов, кто натаскивает собак, чтобы потом травить ими медведей и наслаждаться своей якобы победой.
  А может быть, они и не то, что не люди, и даже не существа с большей долей крови рептилоидов, а просто опустившиеся и распоясавшиеся твари, которые никогда и не были людьми. Ведь даже животные никогда не убивают ради развлечения, только если голодны и добывают себе пищу.
  Но! С другой стороны - на что уж я считаю себя человеком достаточно спокойным и уравновешенным, иногда и во мне просыпается ярость, поглощающая все мое существо. Может это тоже от аннунаков... Так что же, теперь мне и себя признать некой демоноподобной сущностью и ходить к попам грехи замаливать, а то и позволить им заниматься над моей душой экзорцизмом или что там они позволят себе надо мной учинить.
  Нет уж, - подумалось мне, - ну не может быть такого. С того времени, когда посланцы Нибиру посетили нашу планету прошли миллиарды лет. И наверняка, практически в каждом из живущих ныне на Земле присутствует та или иная доля крови аннунаков, а то и рептилоидов. Так что ж теперь считать грешным все человечество, за исключением принявшими христианское вероучение, да и не только принявшими, но и ставшими его фанатиками...
  Нет уж. Что-то в этом действительно не то и не так.
  И никогда не забуду один случай, который позволил мне более глубоко понять и себя, и окружающих.
  Среди наших дворовых котов был один, очень сильно отличавшийся от других представителей кошачьего семейства нашего двора. Кто-то звал его Васька-одноглазый, кто-то просто Барсиком. Кот был не гордый, и откликался на любое имя. Ел все, чем его угощали, и всегда после трапезы, прежде чем переходить к послеобеденному вылизыванию себя любимого, несколько минут благодарно мурчал, глядя на благодетеля преданными глазами.
  В общем, культурный и интеллигентный был кот, несмотря на свой весьма непритязательный вид. Кроме отсутствия одного глаза, уже подернувшегося белой пленкой, котик постоянно оказывался то поцарапанный, то покусанный, поскольку вечно выяснял отношения с различными дворовыми представителями собачьего племени.
  И вот однажды, стоя на балконе, я увидела, что наш одноглазый любимец, похоже, опять попал в очередную неприятную для себя ситуацию.
  На противоположной стороне двора стояли трое мужчин с собаками. Да только назвать мужчинами этих особей у меня, вроде как, и язык не поворачивался. Бритоголовые отморозки. Даже легкий налет интеллекта у них на физиономиях пришлось бы долго искать при помощи мощнейшего микроскопа. Да и то большой вопрос, обнаружилось бы что-либо при подобном поиске.
  Громко гогоча и обмениваясь между собой комментариями на неком матерном диалекте трольего, они с трудом удерживали своих псов на поводках и даже более того, пытались натравить их на нашего Ваську-одноглазого, бедного кота, который по привычке решил дать собакам отпор, показав, кто во дворе хозяин.
  Уже понимая, что добром это вряд ли закончится, я быстро накинула на себя плащик и побежала вниз на улицу. И вовремя. Эти поднки уже собирались спустить своих зверюг с поводков, при этом, красочно описывая, что будет с этим одноглазым уродом, когда их псины его поймают и разделаются с ним, как он того заслуживают.
  Я подбежала к Ваське и схватила его на руки, пытаясь остановить распоясавшуюся шпану хоть каким-нибудь образом. В основном, словесным, разумеется.
  Но угрозы, на этот раз направляемые и на меня тоже, не прекращались, а даже напротив стали еще более изощренными. Меня явно хотели запугать и заставить обратиться в бегство. Ведь для подобного рода подонков почувствовать себя выше и сильнее других - это своего рода доказательство их неповторимости, дело чести. Хотя последнее слово, конечно, вряд ли здесь применимо.
  Даже моя кровь вскипела от ярости. Я уже была готова запустить в хозяев и их собак файерболом, но вовремя опомнилась - собаки-то, в чем виноваты? Это их отмороженные хозяева выдрессировали и натаскали своих четвероногих питомцев таким образом, что превратили их в орудия убийства живых существ.
  Но ярость, бушующая в моей крови, сделала свое дело. Шпана видно почувствовала, что страхом тут и не пахнет. Поток ругательств немного приутих, но совсем не прекратился.
  А моя кровь продолжала бушевать. И в конце концов я не выдержала и выпустила самый мощный, какой могла, файербол в лоб наиболее агрессивного отморозка, по видимому, являвшемуся главарем этой мини-банды местного разлива.
  Тот поначалу ничего не понял, но немного притих и потянул за поводок свою собаку к себе, как бы пытаясь ее успокоить. Его подельники на него воззрились с плохо скрываемым удивлением. Но в таких группах роль лидера всегда бывает очень сильна, и ему подчиняются беспрекословно.
  Рычание псов тоже стало успокаиваться, как и гогот их озверевших хозяев. Ситуация, похоже, стала приходить в норму.
  А Васька, обняв меня обеими лапками, прижал ко мне свою мордочку и благодарно лизнул в ухо.
  Вот так и закончилось это небольшое приключение. А я, я стала ждать отката. Реакции от Судьбы на мой поступок. Ведь неизвестно, считается ли допустимым кидаться файерболами в людей даже в такой нестандартной ситуации, даже в таких людей, которых и людьми-то язык не поворачивается назвать.
  А с другой стороны, я же их собак не тронула, а сами эти... недо-люди... может им и положено периодически по лбу получать. Может быть, они и поумнеют хоть немного, когда поймут, что на их крутизну тоже управа бывает.
  И почти как всегда после таких душераздирающих ситуаций из меня начал изливаться поток сознания, не давая заснуть. Вероятно, я таким способом пытаюсь осознавать происшедшее.
  Но на этот раз все оказалось гораздо серьезнее.
  Пересматривая и, в который уже раз, переосмысливая известные мне факты из истории человечества, я все острее начинала понимать, что не просто так и совсем не случайно судьба человечества пересеклась с посланцами планеты Нибиру.
  Ведь во Вселенной вряд ли когда-либо происходило что-либо без Воли Создателя. А уж какая в этом была заложена цель, нам не дано понять.
  Единственное, что мы сейчас можем сделать, это проанализировать с привлечением своей интуиции то, что происходит вокруг нас в настоящее время. Что я и попыталась осуществить.
  И то, что в нас теперь течет кровь различных рас Вселенной, это не может быть злом, это, напротив, является благом для каждого из нас. Ведь без этой непокорной частички нам пришлось бы и ныне быть послушным стадом, которым руководили бы царьки различной степени властолюбия и подчиняющиеся им структуры религиозных фанатиков.
  Но, находящаяся в нашей крови ярость, эта неистребимая бунтарская составляющая, всегда в любых жизненных ситуациях дарила нам силы бороться и оставаться свободными.
  Другое дело, что эта яростная непокорная кровь всегда должна быть подконтрольна нашему высшему началу.
  И может быть, именно эта бунтарская жилка помогала нам раз за разом не подчиняться завоевателям, оставаться свободными и непобежденными. Я верю в это или, как минимум, надеюсь, что это так и есть, и что именно так и было задумано Всевышним.
  Ведь вспомните: "Пусть ярость благородная вскипает как волна...". Значит и ярость тоже бывает благородная, и именно она помогла нам избавиться от фашистского гнета в последней войне.
  Да ведь и не только воинские подвиги подарила нам ярость, как таковая... мои мысли текли и сменяли одна другую уже без моего участия.
  А я, потихонечку погружалась в затягивающую меня серую дрему. И перед моими закрытыми глазами начинали возникать разнообразные картинки из моей прежней жизни.
  ... Дикая, бесшабашная, необузданная музыка... студенческие пляски у костра... бешеный ритм, никого не оставляющий безразличным.
  Возможно, именно поэтому мне всегда нравились цыганские танцы, их яркие неповторимые ритмы, их всепоглощающая жажда свободы. А страстность и темпераментность фламенко меня завораживала и дарила непередаваемые впечатления.
  Ведь скорость и мощь всегда привлекали меня. А когда я читала про подобные проявления возможностей человеческого естества, то подобные описания всегда вызывали у меня слезы восторга и, подчас, некоторого сожаления, что самой мне в реальности подобного никогда не будет суждено испытать.
  Хотя, чего это я. Я прыгала с парашютом, каталась на горных лыжах. Брусья всегда были моим любимым снарядом, поскольку дарили чувство полета.
  Мое тело всегда требовало скорости, и я старалась предоставить ему такую возможность в рамках его, моего тела, талантов. А их, надо сказать, было маловато...
  Да и почему обязательно подобные ощущения должны быть связаны именно с действиями физического тела, вдруг подумалось мне после того, как я вспомнила, как мы слушали Ивана Реброва. Он пел без микрофона на огромной арене бывшего олимпийского комплекса. Он бегал по ней, раскрыв в стороны руки, как будто хотел либо взлететь, либо обнять нас всех. А его мощный голос, казалось, заполнял собой всё огромное пространство, окружающее его, и поглощал нас, наши души, заставляя трепетать в тех же ритмах и эмоциях, которые он выплескивал на нас в каждой пропетой фразе, наполняя нас своими эманациями безграничной любви ко всему сущему.
  Вот и получается, что и это воспоминание тоже можно отнести к разряду беспредельности... но на этот раз беспредельности человеческих чувств.
  Так я лежала и перебирала в памяти, как будто перелистывала старинный свиток, события своей жизни. События, которые оставили во мне такой же неизгладимый след, которые отпечатались, да так и остались в моей памяти на всю мою дальнейшую жизнь яркими цветными объёмными картинками, при этом еще звучащими и поющими.
  Но в какой-то момент меня поглотил сон. Я провалилась в него как-то совершенно неожиданно для себя - то было всего лишь дремотное состояние, а то разверзлась подо мной черная бездна, которая поглотила меня целиком.
  Это был очень странный сон.
  Я летела над степью. Только и степь была какая-то необычная. Казалось, что она волнуется, как море. А ее поверхность, по которой пробегали волны непонятного происхождения, так и хотелось погладить, чтобы ощутить эту притягательную мягкость.
  Вдруг пронеслась и исчезла мысль, что это просто ковыльная степь, и волны просто колышут и играют верхушками растений. Мысль исчезла, но я вдруг поняла, что я лечу. Лечу. И это ощущение и не думало покидать меня.
  Я действительно летела. Летела над этой удивительной степью. У меня были крылья, которые мощными взмахами поднимали меня то к самым облакам, то опускали к самой поверхности ковыльной перины. И это были мои крылья.
  Я летела и наслаждалась полетом. Полет был моей сутью, а я была его выражением в этом безграничном степном просторе. Сколько времени я так летала, не помню совершенно...
  ... но проснувшись утром я поняла, что не потеряла ни грамма тех упоительных ощущений, что теперь воспоминания о них останутся в моей памяти навечно.
  - Да, но как? Почему? - Пыталось возмутиться моё через чур уж рациональное сознание.
  И тут же изнутри пришёл ответ, - это твоя кровь, кровь крылатых рептилий, а другими словами, кровь драконов, которая течет и в тебе тоже.
  Так разве можно после такого незабываемого опыта считать примесь драконьей крови чем-то грязным и греховным. Да нет, конечно. Это напротив также прекрасно, как прекрасен и сам полет. Как прекрасны и все возможности, которыми наградил человечество Всевышний в своей неизбывной милости, позволив пересечься путям развития наших, таких различных, цивилизаций.
 
  Глава 18. Этот солнечный радостный север
  "Все усилья постичь красоту - бесполезны...
     Но в каком из зеркал, о, Творец, - в высях звездных, на земле иль в душе моей, - властвуешь ты?
  В каждой капле мечты, что сверкает из бездны,
  в каждой капле мечты"
  Amado Nervo в переводе Инны Чежеговой
 
  Я вошла в комнату.
  Она оказалась совершенно пустой. Только на противоположной от двери стороне висел ковер, который закрывал практически всю стену. Вся поверхность ковра была выткана причудливым рисунком, притягивающим к себе взор необычными сочетаниями красок.
  А вдоль этой стены медленно-медленно шёл, вальяжно переваливаясь с лапы на лапу, роскошный рыжий кот. Можно даже сказать, что не шёл, а шествовал. Настолько величаво это у него получалось. Я даже засмотрелась на это рыжее чудо.
  Но и кроме него в комнате было на что посмотреть.
  На боковых стенах комнаты яркими мазками волшебной кисти, как окна в чудесный разноцветный мир, как яркие витражные вставки, висели доски разнообразной формы, расписанные в очень странной, непривычной для меня манере.
  Из глубины памяти всплыло название - Северная Двина, самая древняя славянская роспись. Ею украшали свои прялки и разнообразную утварь крестьяне на севере Руси.
  Русская роспись по дереву!
  Она всегда вызывает целую лавину положительных эмоций, столько тепла в себе содержит.
  Ведь колоритными рисунками крестьяне украшали практически все вещи, окружающие их в быту. Потрясающей красоты узоры покрывали и глиняные миски, и разделочные доски. В создание своих маленьких картин люди вкладывали всю душу, всю свою любовь к родному краю.
  Северная природа же не только сурова, но и прекрасна в своём величии. Её закаты и восходы, когда всё небо заливается багряными красками. Именно это природное разноцветье и вдохновляло мастеров прошлых веков на создание столь яркой и контрастной росписи.
  Я стояла и любовалась этими северными красками, и не могла отвести глаз.
  Но тут кот повернул ко мне свою рыжую мордаху и как-то подозрительно на меня взглянул. Ну, может быть, не подозрительно, а недовольно. Но я же люблю кошек, да и они всегда ко мне относились с любовью. Поэтому я и подошла к этому рыжему чуду, чтобы познакомиться и установить доверительные отношения.
  Я опустилась перед ним на корточки. Кот вдруг, не ожидая дополнительного приглашения, подошел ко мне и положил лапы на мои колени. А потом взглянул каким-то долгим, совершенно не кошачьим взглядом.
  И в тот же момент я услышала у себя внутри голос. Мурчащий приятный баритон.
  Первые несколько минут я ошарашено молчала. Потом, немного справившись с удивлением, вспомнила, что на свете существует, как ментальная речь, так и телепатия. И пускай все эти проявления человеческой природы существуют исключительно в эзотерических, либо в фантастических произведениях. Но я всегда почему-то верила, что и в реальности такое может иметь место. Вот судьба мне и устроила возможность проверить все это на собственном опыте.
  - Ну что, пошли на экскурсию, - с полувопросительной интонацией произнесло это рыжее чудо.
  Я, ни минуты не раздумывая, согласно кивнула головой, продолжая тем временем поглаживать его мягонькую шкурку. И лишь мгновением позже произнесла.
  - А может быть, сначала познакомимся? Меня обычно сокращенно называют Леся. А тебя?
  - Ну-у-у, - протянул кот, - вообще-то, у меня нет имени. Может, оно когда-то и было. Но ведь с тех пор прошло столько времени, что оно просто растворилось в веках, и даже я его не помню. Ну, если тебе так удобнее, можешь называть меня Верлон. Это имя достаточно отражает мою уникальную сущность, - любуясь собой, произнёсло это рыжее создание.
  Тут же после этой фразы кот начал увеличиваться в размерах. Рост прекратился только после того, как мохнатая рыжая голова достигла моего плеча, а пушистая лапка свободно улеглась мне на предплечье.
  И вот так, ненавязчиво направляемая выросшим котом, я, уже ничему не удивляясь, подошла к расписанным доскам, висящим на стене.
  Так началась эта странная, с какой стороны на неё ни взгляни, экскурсия.
  Первым делом наша дружная пара подошла к доске, на которой была изображёна яркая стилизованная птица. Верлон объяснил мне на внутреннем модуле, что эта доска была расписана в Пермогорье. И как только кот коснулся лапкой доски, нас обоих сразу же втянуло откуда-то взявшемся вихрем в окно, которое на мгновение возникло в том месте, где только что висела картина.
  И мы влетели в это окно. А когда кружение вокруг меня прекратилось и ко мне вернулось зрение, я обнаружила себя стоящей под руку с Верлоном на высоком гористом берегу Северной Двины. Вокруг расстилался бескрайний простор. Он пьянил и звал окунуться в него, раствориться в нём.
  А мой котишка так и застыл в восхищенье, раскинув обе лапки в стороны и вверх, как будто решил взлететь.
  Несколько мгновений он не двигался. А потом немного разочарованно расслабился и повернулся ко мне.
  - Ну, как? Полюбовалась?
  ... А я... я вспомнил, что когда-то тоже умел летать. Думал, что у меня здесь получится не только вспомнить, но и взлететь. Но... не получилось. Надеюсь, что пока.
  Давай попробуем теперь посетить более северные края, - произнес Верлон и сделал незаметное движение лапкой, после чего нас опять вернуло в комнату, где были развешаны доски.
  - Так. Так. Что тут у нас есть ещё севернее... - забормотал на телепатическом модуле Верлон и лихорадочно забегал вдоль стен, вглядываясь в рисунки.
  А-а вот и она, мезенская роспись, самая северная роспись на Руси.
  Полетели? - и он обернулся ко мне.
  - Ну да, конечно, полетели! Интересно же!
  Нас опять поднял и закружил вихрь разноцветных силовых потоков. Закружил и затянул в новую реальность.
  И опять бездонное небо, отражающееся в воде рек и озер необыкновенной прозрачности, бескрайние степи и потрясающе вкусный воздух.
  И опять мой - это я уже почему-то стала считать это рыжее чудо своим - Верлон встал на задние лапы, весь вытянулся в струнку и воздел свои передние лапы вверх и в стороны, как будто и впрямь пытался взлететь.
  И опять, постояв в такой позе некоторое время, он с грустной улыбкой повернулся ко мне.
  - Ну, куда бы нам теперь ещё податься? Ведь я чувствую, что мы с тобой подходим друг другу. У меня даже сил намного больше стало. Я даже не мог надеяться на такую удачу. И все равно почему-то ничего не выходит.
  - Что именно у тебя не выходит, котик? - Вдруг само собой вылетело из моих уст, - что ты хочешь, чтобы у тебя получилось?
  Верлон посмотрел на меня грустным, почти человеческим взглядом,
  - Подожди еще немножко, пожалуйста, - почти жалобным тоном произнес он. - Я все же еще не потерял надежды, что все у меня должно получиться. И тогда, обещаю, что обязательно тебе все расскажу и объясню. А пока, подожди...
  И, видно что-то вспомнив, Верлон вышел на середину комнаты, крепко зажмурился и, прихватив меня опять под ручку, как настоящий истинный джентльмен, начал про себя бормотать что-то непонятное. Как молитву или заклинание какое-то читал. После окончания этого спича он сделал свободной лапкой некое почти неуловимое глазом движение, и...
  ... и нас опять закрутило и понесло. На этот раз мы вывалились на снежной поляне. Везде переливался и искрился снег. Он казался хрустальным при свете звёзд и пробивающемся сквозь кроны заснеженных сосен лучик узенького серпика луны.
  Верлон одним своим взглядом расчистил для нас небольшую площадку, где мы могли бы спокойно стоять, не опасаясь утонуть в сугробе, а потом, взглянув на меня, дрожащую от холода, наколдовал мне нечто наподобие мехового палантина, который сразу сам накинулся мне на плечи и запахнулся, закутав горло.
  Я стояла, разинув от удивления рот. Я же только что начала понимать, что кот, с которым я умудрилась познакомиться в пустой комнате, оказывается, является волшебником. Самым настоящим колдуном.
  Теперь, наконец, мы могли спокойно оглядеться. Нашу полянку окружал густой сосновый лес. А когда я задрала голову вверх, то чуть не завопила от удивления и восторга.
  В небе во всей своей красе зажглось Северное сияние.
  Небосвод заполыхал белыми, лиловыми, зелеными и красными огнями. Между которыми то здесь, то там мерцали звёзды.
  Потом я оглянулась на Верлона.
  А он... он опять стоял, воздев свои лапочки к небу. На ментальном же модуле я слышала его полное восхищения и какой-то непонятной, но явно ощущавшейся силы воззвание. И хотя я не поняла в нём ни слова, но почувствовала, что это - Волшебство с большой буквы.
  Верлон творил это Волшебство с вдохновением поэта. Он взывал к самым глубоким Силам Мироздания и вкладывал в это действо всего себя, все свои помыслы и надежды.
  И, вероятно, Мироздание не смогло устоять перед Волшебством такой силы. И оно откликнулось.
  ... Верлон вдруг начал меняться прямо на глазах. Он еще немного подрос и ... обзавелся крыльями. Да-да именно крыльями. Но не обычными, как у птиц, а состоящими из перекрученных разноцветных жгутов полупрозрачной субстанции. Это было настолько красиво, что я уже не смотрела в небо, а любовалась своим другом с непередаваемым восторгом и не могла налюбоваться.
  А Верлон, видно уже почувствовав в себе желаемые изменения, начал постепенно успокаиваться и возвращаться в своё обычное невозмутимое состояние.
  - О, Боги-Создатели! Как же это прекрасно снова стать самим собой! - Было его первой фразой.
  А потом, потом он повернулся ко мне и низко-низко поклонился.
  Я совершенно обалделым взглядом уставилась на эти неожиданное поведение моего котика.
  - У меня просто не хватает слов для выражения своей благодарности за всё то, что ты совершила для меня. За то, что я опять смог вернуть себе свою сущность. Сущность кота-оборотня. Одного из самых древних жителей этой планеты.
  Я уже давно пытался подобрать себе попутчицу, которая помогла бы мне восстановить свои способности переноситься между мирами. Но мне так и не удавалось этого добиться, несмотря на мои многочисленные попытки.
  То девушки просто пугались ментальное речи, услышав мой голос внутри своей головы. А если и не пугались, то им не хватало авантюрной жилки, чтобы согласиться на предлагаемое сказочное путешествие.
  А одному мне было невозможно достигнуть состояния, необходимого для начала трансформации. Я же не простой кот. И я всегда был слишком чуждым для этого мира. И мне для любых магических действий была необходима поддержка существа этого мира. Только полное объединение Сил и аур в полном обоюдном согласии могло помочь мне.
  И ты меня не разочаровала. Ты смогла помочь мне.
  С этими словами он взял меня под руку, и мы опять окунулись в силовой вихрь, который перенёс нас в комнату.
  Да, но как она изменилась за то время, которое нас не было.
  В середине комнаты стоял круглый дубовый стол, покрытый вышитой ажурной скатертью неописуемой красоты, вокруг которого нас дожидались удобные мягкие кресла. А на столе призывно благоухали яства, которыми были наполнены расписные тарелочки. Чего только там не было. И сыр, и разнообразные фрукты, и гроздья чёрного винограда, и даже горка пирожков, которые явно были с пылу с жару, такие ароматы они источали.
  Верлон подвел меня к одному из кресел, и сам уселся в соседнее. Устроившись за столом, он положил свою мордаху на согнутую лапку - ну не дать, не взять человек, да и только. Вот только шерсткой покрытый, рыжей-рыжей, пушистой-пушистой. Так и хочется погладить и приласкать.
  Но сейчас он был как-то непривычно серьёзен. И неспешно начал свой рассказ про себя, про свою прежнюю жизнь.
  - На самом деле я всегда был котом-оборотнем. Но тогда в те давние древние времена, когда я только попал сюда, на планете водились и другие волшебные животные. Про некоторых из них у вас сохранились легенды и сказки. Ты же вероятно слышала и про единорогов, и про эльфов, и про драконов.
  Но с течением времени все эти живые существа постепенно покидали планету, уходя своими Путями туда, куда звала их Судьба.
  Я же, как был, так и остался чуждым этому миру. А после того, как на планете произошла катастрофа, стало ещё хуже. Что-то поменялось в этом мире, и я потерял способность оборачиваться, то есть практически превратился в обычного кота. И из всех моих возможностей у меня осталось только способность мыслить и способность телепатически общаться с теми, кто способен к восприятию мысленной речи.
  Я слушала и с жалостью смотрела на него.
  Он заметил мой взгляд и поспешно произнёс.
  - Не жалей меня. Не надо. Ведь все плохое уже прошло.
  И именно ты помогла мне опять обрести былые возможности. Я теперь опять могу оборачиваться и, что самое главное, летать. И летать не только в пространстве, но и между мирами.
  А на прощанье я расскажу тебе легенду о жителях тех миров, которые мы с тобой только что посетили.
  У нас, правда, считается, что это и не совсем легенда. А сами герои этих легенд Сирин и Алконост в действительности существовали в реальности, еще в те давние древние времена, когда не было на планете Земля даже лемурийской цивилизации.
  Так что слушай.
  По народным сказаниям, пение Алконост всегда воспринималось людьми с радостью, потому что своим пением он обещает им Рай. Пение Сирин - невыразимо щемит людскую душу. Сирин тоскует о потерянном Рае, просит о возвращении на небо. Сирин и Алконост нерасторжимы в единстве своём. Поэтому в народных легендах их иногда и объединяют в единый образ, в сказочную жар-птицу.
  Считалось, что эти птицы обоеполы. И именно поэтому в некоторых ученых трудах появлялись предположения, что они пришли к нам ещё из тех времен, когда на Земле жили Андрогины, то есть к тем древнейшим временам, когда на планете не существовала ещё даже раса лемурийцев.
  Я слушала, затаив дыхание, хотя так и не смогла забыть его слова, произнесённые перед рассказом - "перед прощанием".
  - Прощанием? Почему "Прощанием", - оказалось, что я произнесла вслух эти слова.
  Ответ последовал сразу, и он огорошил меня, хотя я и поняла, что в глубине души я уже давно всё это знала сама.
  - Я ухожу из этого мира. Мой мир иной. И я уже давно в нём не был. Я истосковался по нему. Но я никогда не забуду о твоём Мире и о том, что ты помогла мне опять обрести себя, вернула возможность летать.
  У тебя же нет и никогда не было крыльев, и тебе трудно понять, какое это наслаждение - летать. Чувство полёта дарит ни с чем не сравнимое ощущение бескрайней, бесконечной и безграничной свободы. Небо - оно даже в твоём Мире бездонно и безгранично.
  Не грусти. Не надо.
  Я буду навещать иногда и тебя, и этот Мир. Я полюбил его и никогда не забуду. Даже, вероятно, даже буду скучать по Нему, по Его краскам, по его жителям, а по тебе, моей спасительнице, в особенности.
 
  Часть 2. С миру по нитке
  Глава 1. Сказки-фэнтези в стихах

Эллири - эльфийская принцесса


  Суровы судьбы уроки.
  Вышли предвечные сроки,
  И в битве Богов проиграли
  Стороны обе тогда.
  Те же, что им помогали,
  Много сил растеряли
  Либо бесславно пропали,
  Сгинули навсегда.
  Маленькая Эллири,
  Принцесса эльфов Высоких,
  Что из краев далеких
  На битву сюда пришли
  И честно на поле брани
  Славную смерть нашли,
  Осталась совсем одна.
  Долго бежала она,
  Отчаянием полна.
  Когда же смертельно устав,
  Споткнувшись о корень, упав,
  Вокруг огляделась она,
  С паническим страхом сначала,
  Что здесь никогда не бывала
  Эллири вдруг поняла.
 
  ...Сказочный лес замечательный
  Вокруг листвою шумел.
  Пушистый шмель обаятельный
  На дивной розе сидел.
  Зверушки к ней ластиться стали.
  Птицы бесстрашно летали,
  На ушко стихи ей шептала
  Белка, а сам Соловей
  Спел серенаду ей.
  С щедростью царской орехами
  Кедр ее накормил,
  А Дуб своей мощною кроною
  От сильного ливня закрыл.
  Под Елкой ласковой вечером
  Сон Эллири сморил.
 
  Ну, а утром, как росинки,
  Солнце выпило слезинки
  С глаз Эллири. А ежонок,
  Напугав ее спросонок,
  Испугавшись, страсть как, сам,
  Побежал, пытаясь скрыться...
  Где уж тут теперь забыться
  Сном опять. Эллири встала,
  С добрым утром всем сказала,
  На ежонка оглянулась,
  Лягушонку улыбнулась,
  Дубу с Елью поклонилась,
  Рассказала, что приснилось
  Подлетевшей к ней Сороке,
  По прозванью Белобоке,
  Все росинки собрала,
  Попила, шмелю дала,
  И в дороженьку собравшись,
  Со всем миром попрощавшись,
  В путь отправилась опять
  Эльфов города искать.
 
  Проходили дни за днями,
  А Эллири шла вперед
  Шла лесами и полями,
  Все мечтая, что найдет
  Город древних эльфов мудрых,
  Где среди диковин чудных,
  Средь дворцов и замков ей
  Может будут эльфы рады,
  Может быть найдет друзей,
  Обретет свой дом опять,
  Станет жить, да поживать...
  Вот в один из дней таких
  Вечер был багрян и тих,
  А Эллири шла и пела,
  Радостно вокруг смотрела
  И немножко притомившись,
  На пенечек опустившись,
  К стволу дуба прислонившись,
  Позабыв про все страданья,
  Предалась воспоминаньям.
  Песню же не прерывала,
  Пела в ней - о чем мечтала,
  Про забавы и про игры,
  Про друзей и про подруг.
  Про котят эльфийских тигров
  Вспомнила Эллири вдруг.
  Эти чудные созданья
  Привлекли воспоминанья
  Ее мыслью завладели...
  Песня ж крепла и звенела
  К небу самому летела.
  Все мечты свои вложила
  В песню в этот раз Эллири.
 
  Когда же закончилась песня,
  Заснула она... И тут вдруг,
  Как из заката рдяного,
  Прямо из воздуха пряного
  Народец возник вокруг.
  Создания эти изящные
  Мордашкой котятами были,
  Любуясь девой прекрасною,
  Эллири они обступили
  В молчании немом, а, когда
  Очнувшись от грез и от сна,
  Их увидала она,
  То сразу же полюбила
  Создания эти прелестные,
  Муррчелами их назвала,
  И лишь потом поняла,
  Что их сама создала
  Песней своей чудесной.
  ... Очень много над Землею
  Тысячелетий пролетело,
  Но Эллири не старела,
  Потому что ведь она
  Эльфом все-таки была.
  А среди муррчелов стали
  Дети странные рождаться,
  От родителей своих
  Очень сильно отличаться
  И особняком держаться
  В основном они старались,
  Но на них не обижались,
  И в муррчелском добром мире
  Все, как прежде, дружно жили.
 
  Тут заметила Эллири,
  Что на эльфов походили
  Они внешностью своей,
  Вдруг напомнив детство ей.
  Эти новые детишки,
  Хоть и были шалунишки,
  Очень полюбили книжки
  Изучать, читать, бродить
  По окрестным хмурым скалам,
  Но и этого им мало
  Оказалось. Часто вместе
  По ночам они мечтали
  О чудесном Замке горном
  Что в горах они построят,
  В новом мире их просторном
  Жизнь по-новому устроят.
 
  ...Потекли за днями дни.
  Вот еще сто лет промчалось.
  То, о чем давно мечталось,
  Явью сделали они.
  Вырос среди хмурых гор
  Замок гордый и чудесный,
  И из окон на простор
  Вырвалась муррчелов песня.
  В замке жить они остались
  И эльмуррами назвались.
 

Про Эльтору и злую колдунью


  На совсем другой планете
  (Ведь их множество на свете)
  Жил - был милый добрый гном.
  Звали гномика Грильном,
  Сладкоежкою он слыл,
  Сыр, орехи, мед любил,
  А безлунными ночами
  По лесам во тьме бродил.
  С эльфом наш Грильном дружил,
  Вместе с ним гулять ходил,
  Новости все обсуждал,
  В шашки, шахматы играл...
 
  Однажды утром весенним,
  Друзья наши по лесу шли
  И, как всегда, неизменно
  Беседу свою вели,
  И вдруг услыхали крик -
  На помощь они в тот же миг
  Бросились поспешив:
  В ложбине, в лесу густом
  Чудесный лежал зверек.
  Его придавило стволом,
  Выбраться он не мог.
  В руке он крепко сжимал
  Камень, что ярко сиял,
  Вокруг темноту озаряя.
 
  Наши друзья поднажали -
  Вытащили бедолагу.
  Потом на носилках из прутьев
  Домой понесли беднягу.
  Вылечили, накормили,
  На перину спать положили.
  Сразу сморил его сон.
  Когда же проснулся он,
  Чудный услышали сказ,
  Его записала для вас.
 
  Спасенный назвался муррчелом.
  Был он пушист и мил,
  Сметанку очень любил,
  Ноги людские имел,
  Мордашкой котенком был.
  Мурлыча, нам рассказал,
  Где жил он, как к нам попал.
 
  Однажды колдунья злая,
  Как жезлом, клюкой потрясая,
  Эльтору, горную фею,
  Решила со свету сжить.
  Чтоб некому стало муррчелам
  Помочь и словом и делом,
  Чтоб не смеялись так звонко
  Они на весенней зорьке,
  А трудною жизнью жили,
  Побольше о чем-то тужили,
  Счастья, веселья не знали,
  Тяжким трудом добывали
  Хлеб свой насущный.
 
  Но было не так-то просто
  Колдунье фею сразить.
  Подвешен на синюю нить,
  Эльтору сопровождал
  Чудесный волшебный кристалл.
  Он, как звезда, сиял,
  Хозяйку всегда защищал
  От бурь, от зверей, от напастей
  И всяких других несчастий.
 
  И злая колдунья не смела
  Даже приблизиться к ней,
  Замыслив худое дело.
  Но тут на беду подоспела
  Помощь нежданная ей.
 
  Как-то волшебник заморский,
  Манувель, Маг-чародей,
  У нас погостив пару дней,
  Понял, чем дышим, что можем,
  Что на других не похожи
  Жизнью счастливой своей.
  Страх или зависть - причина?
  Но в душу закралась кручина:
  "Уж слишком многое знают,
  Слишком много умеют!
  А что если вдруг посмеют
  Тайной волшбой овладеть?
  Тогда ведь станут сильнее,
  Могущественнее и мудрее
  Чем Маги заморской страны!
  Пока ведь только они
  Тайною силой владеют.
  И стал размышлять
  Маг меж делом,
  Как бы, всем этим муррчелам
  К знанию путь преградить,
  Чтоб неповадно им было
  Вольготно на свете жить,
  Мир познавать и любить...
 
  Так шел он, думал, гадал,
  Когда на тропинке заросшей,
  Колдунью вдруг повстречал.
  Взгляда достаточно было
  Единого им, чтоб понять,
  Что за одно они оба,
  Что вместе им дальше шагать.
  Сплели они нить заговора,
  До времени затаясь.
  И в каждый домишко, в каждую нору
  Магических символов вязь вложили они.
 
  И вот, в то страшное утро
  С рассветом волшебница злая,
  Как жезлом, клюкой потрясая,
  Заклятие рабства сплела,
  Чтобы вся живность лесная
  В затее злой помогла.
  Заклятье лишило всех воли,
  Туман пред глазами повис
  И даже корона подсолнуха
  Послушно склонилась вниз.
 
  Но не было власти заклятья
  Над стайкой веселых бобров,
  Ведь у кого есть занятие,
  Тот весел всегда и здоров,
  И даже самое злое, самое страшное Зло
  Не властно над теми, кто вместе
  Задорно работает, с песней
  И шуткой всегда за одно.
  Им не страшно заклятье,
  Не страшно им колдовство.
 
  А самый младший бобренок
  Был тогда другом моим.
  В тот день на лесной на опушке
  Я должен был встретиться с ним.
  Он прибежал, запыхавшись,
  От бега усы растопыря.
  Сказал, чтоб бежали к Эльторе,
  Спасали ее, что горе
  Иначе случится в нашем счастливом Мире.
  Муррчелы очень спешили
  На помощь, боясь опоздать.
  И все же, едва мы успели
  В пещеру к Эльторе вбежать,
  Как, не успев отдышаться,
  В сраженье пришлось нам вступать.
 
  Неравный начался бой!
  Огромный пчелиный рой
  Был первым соперником нашим,
  За ним кавалькада шмелей,
  И стая воронов страшных...
  Не помню, как оказался
  Я подле Эльторы в тот миг,
  Когда с перевязи сорвался
  Ее чудесный Кристалл.
  "Возьми его, спрячь, сбереги",-
  Услышал я мысленный крик.
  Тот час же я прыгнул, упал,
  Все ж на лету я поймал
  Его. Но дальше, что было...?
  Не помню совсем.
  От удара стало шуметь
  В голове, и в глазах все поплыло.
  Меня фея собою прикрыла
  И чуть слышно слова прошептала,
  Как будто бы приказала
  Кому-то куда-то лететь...
  ... И вот я у вас, здесь.
 
  - Где я? Кто вы?
  Как вернуться домой?
  Ну а главное,
  Как же закончился бой?
  Как друзьям мне помочь?
  Да, мне надо идти ...
  - Но куда ты пойдешь?
  На дворе уже ночь!
  Оставайся, а утром в этой беде
  Мы все вместе поможем тебе.
 
  Ненастным выдалось утро.
  С проблемой своей многотрудной
  Друзья, несмотря на погоду,
  Отправились к Совушке мудрой
  Поведать свои невзгоды.
  Выслушав их, тот же час
  Она начала свой рассказ.
  Помню, бабка-колдунья
  Сказывала как-то мне,
  Дуб вековечный, мощный
  находится в той стороне.
  Огромная щель рассекает
  Его необъятный ствол -
  То ли от молнии трещина,
  то ли такое дупло.
  И даже в лес тот захаживать
  Нам было запрещено.
  Говаривали - страшное что-то,
  Давно там произошло.
  И только недавно случилось
  О тайне мне той разузнать:
  Как-то Фея лесная
  решила судьбу испытать,
  Что нет в этом дубе страшного хотела всем доказать.
  Чтобы беды не случилось,
  Заклятья составила впрок,
  А также с собой прихватила
  Свой волшебный клубок.
  Забыв лесные заветы,
  Уверовав в силу Знания,
  Смело, как по паркету,
  К дубу тому подошла,
  Клубок, шепча заклинания,
  В дупло положила она.
  И тут же грохот раздался,
  Словно весенний гром,
  Молний букет взорвался,
  Стало светло, как днем.
  Взвился над лесом пламень
  Неземного огня...
  А Фея застыла, как камень,
  С того страшного дня.
  Но этого было мало:
  Мы наблюдали за ней,
  И нам удалось заприметить,
  Что не просто она стояла,
  А позу чуть-чуть меняла,
  Как будто текли не столетья,
  А только лишь несколько дней.
 
  Многие маги пытались что-либо тут понять,
  Заклятья свои составляли, пытаясь расколдовать
  Фею, застывшую камнем.
  Но все безуспешно было.
  Они поняли только одно,
  Что трещина в дубе этом
  Ворота Фее открыла
  В Мир, где Время само
  Настолько замедлило бег,
  Что мигу стал равен наш век.
  Клубок в Тот Мир провалился,
  А Фея осталась в Нашем.
  Так нитка клубка связала ее
  С Миром чужим и страшным.
 
  Вот я и думаю братцы,
  - Если с вашим Кристаллом
  К дубу тому пойти,
  Кто ведает, может быть статься,
  Смогут эти Ворота
  К муррчелам перенести.
  Кристалл ведь связан с Эльторой
  Крепче, чем тонкая нить,
  Может он и поможет
  Два Мира соединить.
  Долго не рассуждая,
  Не думая, не гадая,
  Муррчел решил испытать
  Этот единственный способ
  Обратно домой попасть.
  И без излишних сборов
  Отправились в дальний мы лес,
  Где дуб тот могучую крону
  Раскинул до самых небес.
  Лишь к вечеру к месту добрались.
  Сначала все растерялись,
  Застыли в молчаньи, потом
  Муррчел, крадучись, как кошка,
  Кристалл повесив на шею,
  Шажочками, понемножку
  Стал приближаться к Фее.
  В тот миг, когда с ней поравнялся
  Он, слова волшбы прошептав,
  Вдруг вихрь вокруг поднялся,
  Его от земли оторвав,
  К дуплу потащил, завертел.
  Кристалл впереди летел,
  Гранями всеми сверкая,
  К дуплу за собой увлекая
  Муррчела...
  Вспышка... Треск... и вдруг...тишина!
  Муррчел наш исчез, но что это?
  Фея!!! Она
  Сдвинулась с места, пошла,
  Как будто не застывала.
  А где она побывала.
  Уж позже нам рассказала:
 
  В том страшный миг без сознания
  Упала я Мраку в объятия.
  Не помогло мне ни Знание,
  Ни Сила и ни заклятия.
  Сердце сдавило вдруг,
  Был слышен в ушах его стук.
  Казалось, тоскою и страхом
  Был воздух пропитан вокруг.
  Низкое красное небо
  Давило, мешало вздохнуть.
  Думала, что наверное,
  Не в силах я шагу шагнуть.
  Видения, образы, звуки
  Из тьмы окружили меня
  Кто-то протягивал руки,
  О чем-то как будто моля.
  И не забыть мне навеки
  Пронзающий душу взгляд
  Глаз, горевших над тьмою,
  И леденящий крик...
  И не вернуть мне тот миг,
  Чтобы вернуться назад...
 
  Не помню совсем я, сколько
  Прошло минут иль недель.
  Но тут вокруг, как иголки,
  Посыпались искры. Щель
  Раскрылась во тьме,
  И я опять очутилась
  На своей родной стороне.
  Как будто все это приснилось,
  В каком-то кошмарном сне.
  И только в тот миг поняла я,
  Как лес наш прекрасен,
  Как солнца лик ясен,
  Как жизнь весела и мила...
  Да, я получила сполна
  За то, что запретами мудрыми
  В упрямстве пренебрегла.
  И только везению чудному
  Должна я быть благодарна,
  За то, что вернуться смогла
  Из мира того кошмарного.
 
  Волшебники долго гадали,
  Думали, рассуждали,
  И вывод их был таков:
  "Существует на белом свете
  Много иных Миров.
  Время течет там по-разному,
  Разные солнца светят...
  А на другие вопросы
  Пока никто не ответит.
  Но попытаться стоит
  К Воротам Ключ подобрать,
  Чтоб впредь в Мир любой без риска
  Можно было попасть.
  И Маги на этот раз,
  Тайну дупла разгадали,
  И для себя и для нас
  Они Защиту создали,
  Составили Ключ-заклинание.
  И мы путешествовать стали
  В Миры прекрасные дальние.
  Разных существ мы встречали,
  Законы, их жизнь изучали,
  И пополняли Знание.
 
  А лет через десять, меж делом,
  Я встретился с нашим Муррчелом.
  Много он мне поведал,
  Пока со мною обедал.
  Во всем оказалась права
  Премудрая наша сова:
  Пройдя сквозь Ворота, Муррчел
  В ту же пещеру попал,
  Где тот страшный бой принимал,
  Где из вражеских рук сумел
  Спасти заветный кристалл.
  Пусто было в пещере Эльторы,
  Молчаливо застыли горы.
  Растерялся сначала Муррчел,
  Пригорюнясь на землю сел,
  Пораскинуть мозгами решил.
  Путь продолжить не было сил.
  Тут в пещеру орел влетел,
  Взглядом пристальным все оглядел
  И Муррчела во тьме приметил...
  Как старого друга встретил,
  На все вопросы ответил.
 
  Безрадостный вышел рассказ:
  Сраженье муррчелы с бобрами
  Проиграли в тот самый раз.
  Колдунья с Магом заморским
  Свое королевство создали,
  Законы в лесу поменяли,
  Править по своему стали.
  Эльтору свободы лишили:
  Могучим тайным заклятьем
  В склепе на долгие годы
  Ее колдуны заточили.
  А на счет других решили:
  Кто Закон не соблюдает,
  Того Магия карает
  И насильно превращает
  В таракашку иль жука,
  Дождевого червяка.
  По Закону ж надлежало
  На других во всем равняться,
  Никому не выделяться,
  Быть примерным и послушным...
  Только ж это очень скучно
  Так ... не жить - существовать:
  По указке Слова: "Надо!"
  Спать ложиться и вставать,
  Только по разрешенью
  Мудрость леса познавать,
  Не иметь своего мненья,
  Как кукушка куковать
  По колдуньему веленью,
  Магову соизволенью.
 
  Раньше Труд сам был наградой,
  И работе были рады.
  А теперь по слову "Надо"
  Все должны работать, жить,
  Даже песни петь, любить.
  Слову "Надо" подчинить
  Должен был теперь муррчел
  Все, что раньше, как хотел,
  Он с любовью делать смел.
  Нам совсем житья не стало.
  Словно солнца стало мало,
  Травы и цветы поникли...
  Некоторые муррчелы
  Притерпелись и привыкли,
  А другие не сдались:
  Стали думать и гадать,
  Как страну свою спасать.
 
  За далеким синим лесом
  В неприступных серых скалах
  Племя эльфов обитало,
  С превеликим интересом
  Мудрость Мира познавало,
  Тайной Силою владело.
  К ним-то и отправились
  За помощью муррчелы.
  Эллири, эльфийская фея,
  Помочь волшебством не умея,
  С Магами в замке закрылась
  Тайный совет держать:
  Как быть? Как муррчелов спасать?
  И решило собрание так:
  Все силы, какие возможно,
  Стянуть в единый кулак
  С каждого рода и племени
  Войска собирать осторожно,
  Чтобы планы до времени
  Выведать невозможно
  Было бы вражьей силе.
 
  Огромное войско собрали.
  Магов, эльфов, муррчелов,
  Волшебников и эльмурров
  В единый поставили строй.
  Единой дружиною стали
  Действовать силой одной.
  Даже звери лесные,
  Которые не поддались
  Чарам Мага с колдуньей,
  Выступить собрались
  В бой тот с силами Зла.
  Близка уж победа была.
  Но смерч налетел, все сметая,
  Вдруг неизвестно откуда,
  В магический круг замыкая
  Дружину восставших. И Зло
  Готовилось торжествовать.
  Невероятное чудо
  Только помочь бы смогло
  Нашему войску в тот миг...
  И чудо свершилось. Крик
  Удивленный над полем раздался:
  "Альтур наш! Король!
  Откуда ты взялся?
  Вперед же, вперед!
  Ведь с нами король!"
  ...Так давно это было,
  Что память уже позабыла
  Его, короля Альтура,
  Правителя-Мага эльмурров,
  А вернулся внезапно сейчас
  Он в самый тяжелый час.
  В тот самый момент появился вдруг,
  Когда уж исчезла надежда. В Круг
  Магический, прямо как с неба, свалился,
  И в гуще боя как раз очутился.
  Шпага из ножен... магический пас,
  Что было, никто уж не помнит сейчас.
  Отважно все бились,
  Враги отступили...
  Эльмира с победой поздравила нас,
  Но вдруг застыла на миг,
  Онемела, Альтура заметив,
  Его уж давно не надеялась встретить.
  Как долго не знала о нем ничего,
  Ждала и искала, любила его...
  Нежданному счастью поверить боясь,
  Бегом к нему, плача, крича и смеясь,
  Эльмира взлетела на холм, где стоял
  Опершись на шпагу, как адмирал,
  Любимый ее эльмуррийский король!
  Забылась тот час неизбывная боль,
  Как встретились их восхищенные взгляды.
  Какою чудесной и щедрой наградой
  Судьба наконец-то их наградила.
  Не в силах сдвинуться с места,
  Ни глаз оторвать, как жених и невеста,
  В молчаньи застыли...
  Вдруг радость во взоре
  Сменилась на горе:
  -Альтур, ведь плененная наша Эльтора
  В склепе холодном томится, как прежде...
  И тут же вспыхнула искра надежды:
  Альтур ее - Маг, каких мало на свете.
  Неужто не сможет расколдовать,
  С пещеры злое заклятие снять?
 
  И прямо сразу с поля боя,
  Шпаги прихватив с собою
  Вышла в путь муррчелов рать
  Фею горную спасать.
  Осмотрев на месте горы,
  Ставшие тюрьмой Эльторы,
  Принял наш Альтур решенье
  Зачарованным мечом
  Отворить склеп, как ключом.
  А чтоб в этом помогала
  Сила магии Кристалла,
  В роднике час продержав,
  Светом Солнца напитав,
  К лезвию меча прижал
  Чудодейственный Кристалл.
  И в порыве вдохновенья
  Весь дрожа от напряженья,
  Произнес слова он Силы...
  Вдруг, как громом, поразило
  Ту скалу, и в ней раскрылась
  Трещина, но только миг
  Прошел, и вновь края ее сомкнулись,
  А больше уж не шевельнулись,
  Как ни старался наш Альтур.
  Долго думал он, гадал,
  Руны в воздухе чертил,
  Над кристаллом колдовал...
  И в конце концов решил,
  Что попробовать им стоит
  Силы общие собрать
  И на проклятые скалы
  Их одним Лучом послать...
 
  ...Меч он свой, как жезл, в руке
  К верху поднятой сжимал,
  А в другой руке держал
  Чудодейственный кристалл.
  Остальным же приказал
  Потеснее стать вокруг,
  Руки все соединить,
  Образуя как бы круг,
  Шпаги в центр наклонить,
  Чтоб они меча касались.
  Дружно все повиновались
  И вокруг Альтура встали.
  Круг немедленно замкнули
  Цепью рук. Ему отдали
  Все до капли свои Силы.
  Вспышка небо озарила,
  Чудным светом засветилось
  Зарево над головами
  У стоящих в том кругу.
  (Описать словами это
  Я, поверьте, не смогу).
 
  С острия меча Альтура
  Луч прорезал темноту.
  Рухнула стена тот час,
  Раскрывая черный лаз,
  Вход в пещеру, где томилась
  Фея горная, Эльтора.
  Заздравною песней Эха
  Откликнулись синие горы.
  А так как каждый малюсенький
  Самый невзрачный кристалл
  Хозяйку любил и знал,
  То все камней самоцветье
  Сверкало, переливалось
  Сиянием неба в Раю,
  Искрилось, светилось, смеялось,
  Приветствуя Фею свою.
 
  На радостях муррчелы
  Прямо на приволье
  Затеяли застолье,
  А потом веселый яркий карнавал
  Масками, нарядами, цветами заиграл.
  Каскады превращений
  Всем на удивленье
  Каждый представлял.
  Альтур же нам поведал,
  Где был он, пропадал...
 
  Шел такой же карнавал,
  Очень их король любил,
  Заводилою сам был.
  Он в зверушек превращался,
  Сам смешил и сам смеялся,
  Как ребенок наслаждался
  Волшебством своим Альтур...
  И в какое-то мгновенье
  В очень странного кота
  В сапогах и шляпе в перьях
  Наш король вдруг превратился
  И с истошным: "Мяу - мурр",
  Он исчез, как испарился...
  И в таком же странном виде
  В другом Мире очутился.
 
  Было много приключений,
  Странствий, битв и превращений.
  Прошли долгие года,
  Но огромного труда
  Стоило ему найти
  То единственное Слово,
  Что могло б его спасти,
  Сквозь пространства пронести
  И, нащупав верный путь,
  В дом родной его вернуть.
 
  Я Альтуровых сказаний
  Записала целый том.
  Но об этом и другом
  Расскажу я вам потом.
 

Радужная страна

( Из сказок короля Альтура )


  Жила-была на свете
  Чудесная страна.
  Веселым разноцветьем
  Была она полна,
  Так как ее жители,
  И дети и родители,
  Могли по настроению
  В порыве вдохновения
  Цвет глаз, волос и кожи
  Менять в одно мгновение,
  А также развлекаться -
  В зверушек превращаться.
  Весь божий день счастливые
  Веселые прохожие
  По улице ходили
  На радугу похожие.
  Лишь к ночи было надо
  Вспомнить образ свой,
  Свой прежний лик принять,
  И лишь потом домой
  Идти ложиться спать.
 
  Но как-то раз, однажды
  Синенький мальчишка,
  Пострел и шалунишка
  Так за день нагонялся,
  И в игры наигрался,
  В кого лишь было мыслимо
  Он столько превращался,
  Что к вечеру забыл,
  Кем по утрам он был.
  Усталым волком серым
  До дому дотащился
  И крепким сном забылся,
  А утром превратился...
  Вернее нет... беда
  Случилась - навсегда
  Остался волком он.
 
  Сначала было в радость
  Носиться по полям,
  Почуяв силы сладость,
  Страх-ужас наводить.
  Грозою слабых слыть.
  Но постепенно это
  Наскучило ему,
  Он начал тосковать,
  Ночами завывать...
 
  Сначала в тайне это
  Наш серый волк держал.
  Но кончилось уж лето,
  Уж Новый год настал.
  Когда же на весенний
  Веселый карнавал
  Клыкастым серым волком
  Опять он прибежал,
  Детишки крик подняли,
  Понятно - напугались.
  Уж больно сильно вырос
  За этот год волчонок,
  И страшно стал рычать,
  Что больше с ним играть
  Мальчишек и девчонок
  Желающих не стало.
  И даже папа с мамой
  Иметь боялись дело
  С матерым волком серым.
 
  А волк все рос и рос,
  В своей пещере сидя,
  Обиды он копил,
  Лунною порою
  Тоскливо ночью выл,
  А из пещеры выйдя,
  Жестоко людям мстил.
  Пес Гарм - его прозвали
  За рык его ужасный,
  Пугать детей им стали...
  А он - злой и несчастный
  Один все жил и жил,
  Законы черной магии
  По вечерам учил...
  И надо ж так случиться -
  Принцессу полюбил.
  У короля страны той
  Семь было дочерей,
  Семь разноцветных дочек,
  Одна другой добрей,
  Умнее и прелестней.
  Улыбками своими
  Расцвечивали Мир,
  Встречали утро песней
  Цвета: синий и лиловый,
  И оранжевый, зеленый,
  Красный, желтый, голубой
  Поделили меж собой,
  И про ноты не забыли -
  В имена себе включили:
  Дора, Релль, Фалин, Милен,
  Сольна, Ляльна и Сирен.
  В красавицу Фалин
  Наш Пес Гарм влюбился,
  И сразу для него
  Весь мир переменился.
  Морду положив на лапы,
  Сутками он тосковал.
  На луну теперь лишь тявкал
  И уже не завывал.
  Даже, кажется добрее,
  Наш волчище сразу стал.
 
  Тут как-то раз созвали
  В честь Солнца чудный пир.
  Все площади украсили,
  Волшебный Палантир
  Сверкал на пьедестал.
  Он каждой своей гранью
  Солнце отражал,
  А предрассветной ранью
  Как маленькое солнышко,
  Радугой сиял.
  Вокруг него раскинули
  Пестрые шатры
  Для пира, для забав,
  Для песен и игры.
 
  На этот праздник Гарма
  Конечно, не позвали.
  Когда ж он прибежал
  Без приглашенья в город,
  Препятствовать не стали.
  Всем видом выражал
  Он покорность и смирение.
  И стражи пропустили
  Его на представление,
  Но только близко к сцене
  Стоять не разрешили.
  Но вот принцессы вышли
  Танцевать и петь,
  И тут на своем месте
  Не смог волк усидеть,
  Решил вперед пробраться,
  Чтоб лучше рассмотреть.
  И вот вжимаясь брюхом
  В ковер травы зеленой,
  Пополз он ближе к сцене,
  Несчастный и влюбленный.
  Принцессы много пели,
  Мазурку танцевали,
  А Пса не замечали
  В веселии своем.
  Когда ж свою принцессу
  Увидел он вдвоем
  С прекрасным принцем юным,
  Смотреть на это счастье
  У Пса не стало сил
  И, зарычав ужасно,
  Заклятье сотворил:
  Принцесс в котят испуганных
  Тот час он превратил,
  А сцену - в сеновал.
  Такого превращенья
  Никто не ожидал,
  На миг от удивленья
  Застыли без движенья
  Все без исключенья.
  Но лишь всего мгновенье
  Прошло - оцепененье
  Спало. Все кинулись на Гарма,
  А он стоял упрямо
  И на людей смотрел.
  Уж сам не рад он был
  Что эту свистопляску
  Затеял. И с опаской,
  Круто развернувшись,
  Вдруг к лесу потрусил.
  Преследовать его
  Никто не собирался,
  И в гордом одиночестве
  Гарм опять остался.
 
  А котята стали
  Жить на сеновале.
  Каждый приходил,
  Бедных приласкать,
  С ними поиграть.
  А если страшный ястреб
  Иль ворон им грозил,
  Разноцветные комочки
  Выпускали коготочки,
  И, шипя, что было сил,
  Содавали шум ужасный.
  Синий, черный, желтый, красный
  Вихрь тот час же поднимался,
  И испуганный стервятник
  Восвояси удалялся.
 
  Пес же магией опять
  Занялся, стал изучать,
  Можно ли заклятье снять,
  И от всех людей тайком
  Каждый божий вечер стал
  Бегать он на сеновал
  На принцессу любоваться.
  Сидя там, Пес Гарм мечтал,
  Как в любви ей признаваться
  Будет и униженно просить
  Все грехи ему простить.
  Но однажды ниоткуда
  В воздухе возникло чудо:
  Перед ними сам Альтур,
  Своей собственной персоной,
  Вдруг явился: "Мяу-Мурр",-
  Шляпою с пером зеленым
  Он приветственно взмахнул
  И котятам подмигнул.
  Ну, а так как наш Альтур
  Был же все-таки - эльмурр
  И язык кошачий знал,
  Разговаривать он стал
  С разноцветной детворой,
  Про все беды разузнал
  И помочь им обещал.
  Вдруг Альтур заметил волка.
  Был под сеном тот. (Лишь только
  Серый хвост не уместился.)
  Альтур очень удивился,
  Но и виду не подал.
  Лишь зашел за сеновал,
  Будто что-то там искал,
  Мысленный приказ послал,
  Чтоб волк смирненько лежал,
  Не рычал, не суетился.
  Гарм приказу подчинился,
  Медленно из стога вылез,
  Морду долу опустив.
  В этой позе и застыв,
  Пред Альтуром он стоял:
  В нем сильнейшего признал,
  Его воле покорился.
  И хотя Альтур не знал
  Языков собачьей стаи,
  Силой мысли обладая,
  Не используя язык,
  В душу Гарму он проник.
  А в душе услышал крик
  Лишь о помощи молящий.
  Ведь не волк пред ним сидел,
  И поднять глаза не смел,
  Не звереныш, не волчонок -
  Человеческий ребенок
  От обиды весь дрожащий.
  Объяснил Альтур, как смог,
  Ему страшный тот урок,
  Что судьба приподнесла
  Жизнь младую всю до тла
  Исковеркав и разбив.
  Чудо, что остался жив...
  Долгом счел предупредить
  Альтур Гарма, объяснить,
  Что запрещено шутить
  С Тайной Силой волшебства,
  И, что некого винить,
  Надо просто дальше жить
  И обиды всем простить,
  Пред народом повиниться,
  Может и ему простится...
  Дальше - что же тут такого?-
  Обсудить уселись оба,
  Как расколдовать котят,
  Что нахохлившись сидели,
  С удивлением глядели,
  Как их самый злейший враг
  Обсуждает, что, да как
  Можно сделать, чем помочь,
  Чтоб их горе превозмочь.
  Так судили да рядили.
  Вспомнил вдруг Альтур Эллири,
  Как она волшебной песней
  Создала муррчелов племя,
  Не колдуя в то же время.
  Просто очень захотела
  То, о чем потом пропела.
  Что ж, не сложно будет дело.
  Коль влюблен наш серый волк.
  Может быть и выйдет толк,
  Если Душу всю и Силу
  В песню сможет он вложить
  И единому порыву
  Все желанья подчинить.
 
  Так они и порешили.
  Песнь чудесную сложили.
  Волку ж только было надо
  Спеть любимой серенаду,
  Очень сильно пожелать
  Всех принцесс расколдовать
  И об этом всему миру
  В серенаде рассказать.
  Но при этом постараться
  Ни на что не отвлекаться,
  К Палантиру прикасаться,
  И при том не завывать.
  Срок назначенный настал,
  И вечернюю порою
  К освещенному Луною
  Палантиру волк приник.
  Заискрился в тот же миг
  Зачарованный Кристалл,
  В лунном свете засверкал.
  Волк запел, и песня эта
  Понеслась по белу свету,
  Отразившись от Кристалла
  И от зеркала Луны,
  Сама лунным светом стала
  Изливаться с вышины.
  А когда вся волчья Сила
  В полной мере проявилась,
  Ослепительнейший Свет
  Вспыхнул вдруг из Палантира.
  Вспышка волка поглотила,
  Виден был лишь силуэт.
  Песня не прервалась, нет!
  Бедный Гарм наш все стерпел,
  Песню до конца допел
  И упал в изнеможенье...
  В то же самое мгновенье
  Вихрь сильнейший налетел,
  Поднял волка, закрутил,
  К сеновалу потащил,
  Всех котят, Альтура, сено
  Над землею завертел...,
  А когда угомонился,
  То на землю опустился
  Только лишь один Альтур.
  -Где ж другие? Мяу-мурр!-
  До утра он размышлял,
  В темноте ходил, искал,
  Под корягою поспал.
  В город лишь к утру попал
  Он усталый и несчастный...
  И такое тут застал,
  Что глазам своим не веря,
  Рот разинув, наблюдал:
  Где был раньше сеновал
  Вновь искрился карнавал.
  Волк стал юношей прекрасным
  И с Фалиной танцевал,
  А Король, немой от счастья,
  Других дочек обнимал.
 

Про Снегурочку


  Не нарушив обещанья,
  Я Альтуровых сказаний
  Начинаю пересказ.
  Про снегурочку и гномов
  Расскажу я вам сейчас.
  Как-то силы не жалея,
  Убегая от злодея,
  Что врасплох его застал,
  Ни секунды не имея
  На раздумья, наш Альтур
  Почему-то прошептал
  Формулу перемещенья,
  Не продумав, что, да как.
  И, хоть был большой мастак
  Заклинанья составлять,
  В то же самое мгновенье
  В неизвестный мир упал,
  Где ни разу не бывал,
  Да еще в сугроб попал
  Злой судьбине в довершенье...
 
  ... Лес Альтура окружал,
  Зимний снежный сказка-сад,
  Весь покрытый инеем,
  И сосулек длинный ряд
  Ледяными клиньями
  Там с ветвей везде свисал,
  Как искрящийся портал,
  Там снежинками кусты
  В дреме притаились,
  Звездных ритмов с высоты
  Звуки доносились...
  Огляделся наш Альтур,
  Из сугроба вылез, стал
  Снег сбивать с ботфортов красных
  И мурлыча, Мяу-Мурр,
  Любоваться на прекрасный
  Вид, открывшийся ему.
  Сам не зная, почему,
  Царству снега улыбнувшись,
  Под сосулечный портал
  Он подлез, совсем согнувшись,
  И тропу там отыскал,
  А по этой по тропинке
  Без какой-либо заминки
  Прямо в чащу зашагал.
  Тропка узкая вела
  В зимний сказочный лес,
  Словно впрямь его звала
  В край заснеженных чудес.
  И все дальше, глубже в сказку
  В царство тайное снегов
  Уводил тот путь его.
  Шел он бодро. Без опаски
  В чащу леса углубился.
  Постепенно лес все гуще,
  Все темнее становился.
  А когда тропа исчезла,
  Понял Маг, что заблудился.
  Что же делать? Ночь темна.
  Тихо дремлет лес густой.
  Удалилась на покой
  Даже полная луна
  Спит дремучая страна.
  Идти дальше - нету сил,
  И тогда Альтур решил
  Спать под елочкой улечься.
  А чтоб ночью уберечься
  От нечистой силы разной,
  Полем силовым колпак
  Над собой он натянул
  И спокойненько заснул,
 
  К утру поле ослабело
  И тихонечко, несмело
  Стайка гномов молчаливых
  К Магу близко подошла
  И вокруг расположилась...
  "Где же я, скажи на милость,
  Или это снится мне
  В моем чудном странном сне?",-
  Первой мыслью промелькнуло
  У Альтура в голове,
  Когда утром он, проснувшись
  Гномов рядом увидал.
  Да-а.. совсем не ожидал
  Такой встречи наш Король.
  Что ж, попался, так изволь...
  Поклонился он учтиво,
  Гномы ж тихо, молчаливо
  Ему тоже поклонились
  И в обратный путь пустились
  Разноцветною гурьбою,
  Пригласив его с собою.
 
  Гномы дружной стайкой жили,
  Жили дружно, не тужили
  И со всем лесным народом
  Испокон веков дружили.
  Самым главным в стае той
  Был в ту пору Гном Большой.
  Выше всех он был намного,
  Бороду свою не брил,
  Волшебством владел немного,
  Добрым, мудрым в стае слыл.
  Потому-то за подмогой
  К нему каждый приходил.
  В своей хате за столами
  Всех пришедших рассадил
  Пирогами и блинами
  Со сметаной накормил,
  Обстоятельно Альтура
  Обо всем Гном расспросил.
  Про себя он сей же час
  Всем поведал чудный сказ.
 
  Не припомнить уж когда,
  В стародавние года
  У него была жена,
  Королева Снежная,
  Как березонька стройна,
  И умна, мила, бела,
  Добрая и нежная.
  Родилась у них дочурка.
  Дали имя ей Снегурка,
  Потому как и она
  Личиком была бела.
  Звонким колокольчиком
  Смех ее звенел.
  Солнце ей светило,
  Серенады пел ей
  Влюбленный соловей,
  И каждая зверушка
  Была рада ей.
  А холодною зимою
  Она порой ночною
  Снежинки создавала,
  Из них покровы ткала,
  И шубой снеговою
  Всю живность укрывала.
  День-деньской
  С ней Гном возился,
  И играл и веселился,
  А как вечер наставал
  Гном Большой мешок свой брал
  И туда, где Новый Год
  Отправлялся он в полет,
  Чтобы в этот день детишкам
  Разложить успеть подарки
  Под пушистой елкой яркой.
  (Дело в том, что в этом мире
  Пока сутки проходили,
  На Земле - год пролетал).
 
  Дочка быстро подрастала
  И с отцом проситься стала
  Ночью по небу летать,
  Всем подарки раздавать.
  Очень добрым Гном наш был
  И дочурке разрешил
  В этом деле помогать.
  Вместе стал с собою брать.
  Cтали дочь с отцом летать,
  Ребятишек поздравлять.
  Мир далекий узнавать
  Во всех странах незнакомых.
  Захотелось побывать
  Им, и теперь они вне дома
  Стали долго пропадать.
 
  Королева ж увлеклась
  Снежными узорами,
  Стала ткать и вышивать
  Инеем подзоры,
  На ветвях развешивать
  Снежные подпушки.
  И лепить из снега
  Разные зверушки.
  Становился лес все краше,
  Но все холоднее.
  Все суровее морозы
  Были и длиннее
  Стали ночи,
  Ну а зимние деньки
  Стали все короче.
  Заснула Королева,
  Узоры вышивая.
  Мороз шептал ей песни,
  Одна другой чудесней,
  Проснуться не давая...
  И как околдованный,
  Навечно зачарованный
  Белой лютой стужей,
  Никому ненужный,
  Замерзший и продрогший
  В дреме лес стоял.
  Ни сосны и ни ели,
  А вьюги и метели
  Правили там бал.
  Лесные же зверушки
  Без солнца на опушках
  Стали замерзать,
  В полете застывать
  Все птицы стали...
 
  Когда ж из дальних странствий
  Вернулся Гном и дочь,
  В родном лесу стояла
  Студенейшая ночь.
  Мертвящий жуткий холод
  Царствовал везде,
  И даже иней колкий
  Кристаллами пророс
  У Гнома в бороде.
  И страшный встал вопрос:
  Что делать? Как помочь
  Природе возродиться
  И стужу превозмочь?
  Минуты проходили
  А Гном Большой и дочь
  В молчании застыли,
  Не зная, как помочь..
 
  И вспомнила Снегурка,
  Как зимнею порою
  Она любимый лес
  Периной снеговою
  От стужи закрывала.
  Но как сейчас успеть,
  Ведь времени так мало,
  Снежинки вновь создать
  И выткать покрывала,
  Весь лес чтобы отогреть ...
  А стужа свирепела...
  Все мысли подавляла...
  И сил уже не стало,
  Что в пору умереть,
  Заснуть, замерзнуть здесь...
  Но нет, нельзя погибнуть:
  "Люблю тебя, мой Лес!!!",
  - Горячая молитва
  Взметнулась до небес...
  ... И рассыпалась Снегурка
  На снежинок нежных рой...
  Где ты? Где? Вернись дочурка,-
  Долго плакал Гном Большой.
 
  Даже вьюги и метели
  Перестали лютовать,
  И морозы присмирели,
  Приосанилися ели,
  Стали звери оживать.
  А когда на небосклоне
  Стало солнышко сверкать
  По весеннему опять,
  И пришла к нам в лес весна,
  Королева стала таять,
  Не очнувшись ото сна.
  Влагой землю напоила
  И росточек оживила
  Маленькой замерзшей елки.
  Растопырил он иголки,
  К небу сразу стал тянуться
  Статной елочкою ввысь.
  Быстро елка подрастала -
  Лишь мгновенья пронеслись -
  Выше леса елка стала.
 
  И с поры давнишней той
  Безутешен Гном Большой.
  А под елкой чудной этой
  Ежедневно грудой яркой
  Появляются подарки,
  И игрушки и конфеты,
  И картинки и цветы,
  Что не пожелаешь ты.
  Каждый божий день с тех пор
  Гном приходит к этой елке,
  Долго-долго там стоит,
  С ней о чем-то говорит,
  И зеленые иголки
  Гладит елке очень нежно,
  Вспоминая про жену,
  Королеву Снежную,
  А потом летит опять
  Свою службу исполнять,
  Детям разносить подарки,
  Чтоб у них под елкой яркой
  Радость не переводилась,
  В Новый год чтоб ребятня
  От души повеселилась
 
  К елке Гном повел Альтура,
  Как всегда чутье эльмура.
  Тут его не подвело.
  Зеркальце он заприметил,
  Что под елочкой лежало
  В обрамленье из металла
  Серебристого. Оно
  Блеском неземным блестело
  Словно что сказать хотело.
  Зеркальце Альтур достал
  Гномам сразу показал.
  Побледнел Большой Гном вдруг -
  Вещь Снегуркину признал.
  Что творилось здесь вокруг
  Больше Гном не замечал,
  Только в зеркальце смотрел,
  Сжав вещицу, что есть мочи.
  На глазах он поседел.
  А как стало ближе к ночи,
  Лунный лучик заблестел,
  Засверкал и заискрился,
  Чудной радугой-дугой
  В зеркале том отразился.
  В тот же миг вдруг появилось
  В зеркале изображенье
  Доченьки Снегурочки.
 
  Гном Большой от удивленья
  Вдруг пришел в себя, очнулся
  Тебя ль вижу, или нет?
  Да, - послышалось в ответ.
  Я вернусь к тебе, отец,
  И зиме придет конец,
  Солнце в небе засияет,
  Радугою заиграет
  Над Землею навсегда
  Лето вечное настанет
  Вместе с мамой мы вернемся,
  Королевой вечной нашей,
  Солнцу, Миру поклянемся
  Лесу милому служить,
  Чтоб счастливее и краше
  Стало всем на свете жить.
 
  Глава 2. Мои фанфики к книгам Надежды Кузьминой.

Фанфик "Драконица Тим вылетела"


  Утро начиналось так хорошо и так безмятежно. Сначала мы, вернее наши драконьи сущности, душевно порычали хором, распугав всю окрестную живность. Потом Ас отправился в Галарен на Совет Лордов, а Шон, как и обещал, взял меня на ознакомительный экскурсию-облет западных викинговских островов.
  Разумеется, летели мы прикрытые невидимостью. И я, как всегда, наслаждалась не только полетом, но и ощущением тепла и такого знакомого и притягательного запаха летнего дождя и горячего металла, исходящего от чешуи Мрака.
    Но первая часть пути оказалась совсем коротенькой. Шону необходимо было приземлиться на северном побережье Империи, и изучить некое, по его словам, "необъяснимое сооружение", которое появилось в тех краях совсем недавно. Оно представляло собой несколько огромных валунов, расположенных по окружности вокруг центрального камня бОльшего размера - какая-то "чертова карусель" получалась, как сказала Астер. Мол, как бы это не оказалось новым "подарочком" от Хашурга, надо бы разобраться.
    Поэтому мне было строго приказано сидеть тихо и не приближаться к этой "карусели". Шон приземлился за четверть лиги от нее, я спрыгнула на землю, а он, превратившись в человека, быстрой походкой направился к виднеющемуся вдалеке каменному сооружению, - я быстро посмотрю и вернусь, подожди меня здесь, - бросил он мне уже через плечо.
    Я послушно присела на камень, и принялась устраиваться поудобнее, чтобы заняться медитацией. Может быть, поэтому я и не сразу сообразила, что происходит нечто непредвиденное.
    До меня донесся какой-то странный горловой звук, и я увидела, что Шон, с огромным усилием переставляя ноги, пытается убежать подальше от этих каменюг. Но сил, похоже, у него уже не оставалось совсем, так как крикнув мне: "Не приближайся", Шон начал медленно оседать на землю и заваливаться на бок.
    - Что? Что случилось? - только и смогла я выдать от неожиданности.
    Но ответа уже не услышала. - Шон лежал и не двигался. Последней его мыслью, которая легким дуновением пронеслась в моей голове, был приказ:
    - Кыш, отсюда, Воробей! - И, не смотря на то, что эти слова уже прозвучали на грани слышимости, они прогремели для меня как набат.
    И, разумеется, я сделала диаметрально противоположное тому, о чем просил меня Шон, - со всех ног бросилась к нему. Он лежал совершенно неподвижно, запрокинув назад голову, а лицо уже начинало покрываться бледной восковой маской смерти, сильно заострился нос и как-то беспомощно торчал вверх кадык. При этом он выглядел гораздо более мертвым, чем тогда в подвалах замка Сайгирн, и меня поглотила волна безысходности.
    - Не-е-ет!!! - Взвизгнула я, достигая высоты ультразвука, и кинулась к нему.
    У меня сильно тряслись руки, поэтому я очень долго не могла нащупать пульс, и уже начала подозревать самое худшее.
    И в эти наполненные отчаяньем и безнадежностью секунды я, уже не осознавая, что делаю, начала целовать это любимое лицо, его губы. Целовала упоенно, по-настоящему и поливала его лицо своими слезами, одновременно пытаясь передать свою силу. Но его холодные как осенняя вода губы, не отвечали, оставаясь абсолютно неподвижными. Шон не смог даже втягивать мою силу, и я все больше и больше погружалась в пучину безысходности. В голове, как вспугнутые птахи, проносились мысли:
    - Нет! Ну не может он умереть. Я же люблю его.
    Люблю? Разве?
    Ах, да какая разница, как это называется. Я же не смогу без него жить.
    - Лариша, милая, помоги, помоги мне, помоги вытащить его! - Вознесла я молитву любимой Богине.
    Пульс, наконец, нашелся, но он был настолько слабым и редким, что я даже не сразу поверила этой малюсенькой надежде на благополучный исход
    Наконец, поняв, что в таком состоянии я не только не смогу помочь ему, но и сама только усугубляю ситуацию, постаралась взять себя в руки. Это помогло.
    Успокоившись, я попыталась передавать Шону энергию маленьким порциями, прикоснувшись лбом к его лбу. Похоже, что-то немного начало получаться, сдвинулось с мертвой точки - чуть-чуть дернулось левое веко, потом пошевелился мизинец на правой руке. И вдруг... вдруг вместо неподвижного тела в черной мантии под руками Тим оказался черный ворон с встопорщенными перьями. Его глаза тоже были затянуты пленкой, но, по крайней мере, он был способен сам дышать, а через некоторое время и передать на телепатической волне: - Алтари! Магия блокирована. Вся! Бери меня в руки и беги, что есть силы как можно дальше отсюда. - Голос его становился все тише и тише, и последние слова я уже еле слышала. Как передать Силу ворону я так придумать и не смогла, поэтому, не долго думая, я устроила его поудобней в свой заплечный мешок, прикрыла тряпицей, немного подтянула тесемки, чтобы не вывалился и побежала.
    Когда легкие уже начали гореть и я ненадолго перешла на шаг, чтобы отдышаться, в голове опять возник тихий, как шелест, голос:
    - Видишь холм? Беги туда и остановись сзади него. Там может быть и сохранилась еще Магия. Мне пока бы и ее хватило.
    Я, не успев отдышаться, как следует, опять рванула вперед и остановилась уже за холмом. Магия здесь была. Но вот надолго ли? Ну хоть отдышусь, а там может и Шон оживет, объяснит, в чем дело и, как всегда, что-нибудь креативное придумает. - думала я, пока стояла уперев руки в колени с высунутым языком, приводя в порядок дыхание.
    А тем временем из рюкзака раздался голос:
    - Вынь меня отсюда, а то ведь порву все тут у тебя на фиг.
    - Шон, это уже ты?
    - Да, я, ... я! Вынимай.
    Как только я вынула ворона из рюкзака, Шон сразу же превратился в человека и улегся горизонтально на землю параллельно вертикальному сколу холма и начал объяснять:
    - Эта Карусель Алтарей после активации начала испускать излучение в виде пленки, распространяющейся параллельно земле, вернее, строго по горизонтали. Похоже, что в момент активизации, определяется рост того, чье появление явилось причиной активации. А уж потом эта пленка излучения, вырубающая сразу и человеческую и драконью магию, начинает распространяться вокруг. Причем препятствия, встречающиеся на пути она огибает, но не так быстро, как двигается вперед по радиусу. - В общем, я сейчас немного восстановлюсь, а пока еще подумаю. - Понимаешь, мы же не знаем когда эта хашургова пленка опять нас накроет. Хоть ползи вперед, и, причем, желательно вниз. Ну, вон смотри, впереди рельеф немного понижается, что поможет нам выиграть немного времени.
    А чтобы обернуться драконом мне пока мощи не хватит - эта пакость, когда накрыла меня целиком действует так, как будто выжигает источник.
    - Шон, а может быть тогда давай опять в ворона превращайся и пойдем потихонечку вниз, а ты даже можешь лететь на бреющем полете над землей.
    - Точно. Надо попробовать. Для ворона у меня энергии хватит, а вот в человека... я слишком высокий... боюсь, что как только пленка обогнет этот холм, то я сразу опять попаду под ее действие. А бежать на четвереньках - бр-р-р. Нет уж, лучше вороном... на бреющем.
    Ну, тогда давай не будем ждать у моря погоды и пошли-полетели.
    И мы рванули как с места в карьер. Бежать было легко, тропинка как раз начала спускаться к реке. Мрак летел рядом. Это я его попросила, далеко от меня не удаляться, как почуяла что-то. И хорошо, что попросила.
    Это произошло через пять минут нашего марафона. Мрак обернулся назад, чтобы оценить обстановку как раз вовремя, чтобы увидеть, что из-за нашего холма-спасителя как пыльное облако выплывает хашургова пленка, а те ее части, которые уже обогнули холм с огромной скоростью несутся к нам. Нам на размышления оставалось секунд двадцать-тридцать, не больше.
    - Тим, пытайся взлететь, драконом, Она сказала, что поможет. Только быстро, пока не сомкнулась пленка.
    А я вдруг поняла, что не успеваю, более того, что не понимаю, как обратиться в дракона. Моя же Леванна еще не вылетала никогда, она же еще маленькая, ей же еще расти и расти: "Расти? Как расти, когда нас сейчас выпьет эта пленка? Когда полностью высохнет Источник? Когда сейчас все закончится, все и навсегда?"
    - Тогда сначала левитируй, чтобы оказаться заведомо выше этой пленки, а там уж будешь пытаться стать драконом, когда уже нам будет нечего терять, - подал идею Шон, - а я взлечу вороном, а там разберемся. Идем на взлет, быстро! Остались секунды.
    Мы успели. Мы взлетели, а эта серая клейкая пакость понеслась дальше, заполняя все окружающее пространство под нами, закрывая реку и уже виднеющиеся вдали спасительные горы.
    И что дальше? Ведь меня-то точно надолго не хватит, я еще тот левитатор...
    И в этот момент, Шон, видно собрав всю Магию, которую успел впитать за время, пока находился вне ядовитой завесы, передал ее своему Мраку, и у меня внутри головы раздалось драконье рычание. Затем эти мощные вибрации охватили все мое тело - я вторила им, как будто уже сама была драконом. Но Леванна реагировала на происходящее весьма спокойно - сначала она просто прислушалась, потом начала рычать вместе с Мраком. Этот дуэт сотрясал все мое тело, но ничего не происходило. А сил поддерживать левитацией себя над хашурговой пленкой у меня оставалось все меньше и меньше. Да и не пленка это уже была, а, скорее, Пелена, Пелена пожирающая Магию, и стремящаяся пожрать всех, кто в нее попадет.
    Мрак продолжал звать, - Взлетай скорей, лапочка! Взлетай скорей, любимая! Левания моя, Лания-красавица! Только на тебя надежда!
    Но моя чешуйчатая прелесть еще никак не могла понять серьезности нашего положения, ей все казалось, что с ней играют. На игры уже не оставалось ни сил, ни времени. Граница Пелены постепенно перемещалась все выше и выше. А у Мрака, как я поняла, Магии оставалось все меньше и меньше... как и сил у меня...
    - Левания, если ты сейчас не расправишь крылья, то - давай прощаться, - выдал Мрак, уже хладнокровно приготовившись умереть, утонув в этой пакостной Пелене.
    - Почему прощаться? - последовал законный вопрос от моей малышки.
    - Посмотри вниз. Как только я погружусь в это марево, мне останется жить не больше минуты... а потом туда опустишься и ты... так что умрем почти вместе. У Тим уже почти не осталось сил на левитацию. Смотри. Мы неуклонно снижаемся, а Пелена поднимается вверх.
    - Не хочу, чтобы ты умер, и сама не хочу умирать. Хочу жить и любить тебя!
    - Ну, тогда расправляй крылья! Ну же! Ты ведь можешь, я знаю! А я... кажется, это мне уже не поможет, - это было последнее, что донеслось до Лании, а потом тело Мрака начало погружаться в Пелену.
    Я отчаянно попыталась выровняться, приподнять руками его тело повыше над этой мерзостью. Но чувствовала, что уже ничего у меня не выходит. Еле-еле хватало сил просто удерживать его в руках. Я прижала его к груди, хоть немного приподняв над смертельной границей, и в голове пронеслось, - да, мы умрем, но умрем вместе...
    И в тот момент, когда Мрак полностью погрузился в ядовитое марево, видно, до моей Леванны что-то дошло. Я услышала в голове пронзительное "Не-е-ет! Не хочу!" и ... дальше послышался хлопок, отозвавшийся у меня внутри резкой болью, и, вдруг посмотрев на Мрака, я не увидела ни его, ни... своих рук.
    Я сжимала ворона ... лапами, а мои ... или не совсем мои... крылья сделали свой первый взмах. Этого взмаха оказалось достаточно, чтобы сразу подняться над пытающейся нас уничтожить субстанцией на пару метров. Мне сначала показалось, что Пелена даже немного вздыбилась, пытаясь нас достать, удержать. Но, слава Ларише, это было не в ее власти.
    А в нашей власти теперь было Небо. Лания продолжала подниматься вверх. Мне еле-еле удалось убедить ее, что выше уже не надо, а надо лететь к тем горам, которые были видны у горизонта. Ведь только за большой горной грядой у нас была вероятность отсидеться и привести в порядок магический запас, а также послать сигнал о помощи. И Лания поняла, повернулась, куда я ей указала, и изо всех сил замахала крыльями. Она ведь тоже чувствовала, что Мраку совсем плохо, что ему сейчас не помогает восстановиться даже чистый воздух, полный Магии, так как он весь был как измазан магической грязью, хоть не к горам, а к реке лети, чтобы обмыть его.
    - Нет, ну это я туплю, конечно. Как только восстановлюсь я, то ведь сразу же смогу сконденсировать воды, сколько надо... если нужна именно вода - ведь пленка-то эта магическая, - пронеслось в голове.
   Когда же мы достигли горной гряды, которая удовлетворяла всем нашим требованиям к безопасности сил у Лании уже практически не осталось. Поэтому приземление вышло достаточно резким, больше похожим на падение. Я еле успела поднять ворона повыше и мягко перекатиться на спину, когда поняла, что падаю на траву носом вниз, держа Мрака внизу под собой.
    В целом наш кульбит мы выполнили успешно. Мы с Мраком лежали рядом друг с другом на травке, внутри тяжело дышала совершенно обессиленная Лания.
    Я пришла в себя первая и тут же ухватилась за камни призыва на браслете, сразу за все, и начала ментально кричать всем, кто сможет сейчас меня услышать и среагировать, - Шон при смерти! Магия исчезает. Алтарь.
    Первым откликнулся Тиану. Он открыл портал прямо рядом со мной и вывалился оттуда, чуть не придавив Мрака. Огляделся. Принюхался, как будто эта мерзость чем-то пахла и на физическом плане. Потом, сказав мне. - Прости. Лезу в голову. - Начал считывать в моей памяти все происшедшее.
    Для облегчения ментального считывания, я постаралась раскрыться полностью, а также начала вспоминать наиболее яркие и важные моменты.
    - Как?!! Ты взлетела?! Поздравляю!!! ... Но, опять прости... это все потом. Надо вытаскивать Шона. - С этими словами Тиану повернулся к распластавшемуся на траве ворону. Лаконичным движением длинных пальцев он создал приятный магический ветерок, который сначала очистил Мрака от налипшей хашурговской магии, а потом обдул и меня.
    - Шон, превращайся в человека. Так мне будет легче помочь тебе.
    В следующее мгновение на траве уже лежал Шон. Бледный как брюхо жор-рыбы. Даже с зеленоватым оттенком. С закрытыми глазами. Но видно было, что он дышит, дышит сам. И это уже не было так страшно, как в тот самый первый момент, когда я увидела Шона, упавшего замертво, сразу после его побега от алтарной карусели.
    Всего несколько секунд ушло у Тиану, чтобы позвать остальных, а потом он начал сосредоточенно плести магическую сеть над телом друга и вливать в нее свои силы.
    Появившаяся на поляне Астер, поняла все без слов. Подошла к Тиану, положила свою левую руку на его плечо и достала накопитель. Через пару минут на поляну вышел из телепорта Арден. Оглядев всю нашу компанию, решительно отодвинул Тиану, сменив его у тела Шона. Ти, покачиваясь, отошел и присел рядом со мной. Чтобы не тратить нужные сейчас силы, мы начали разговаривать шепотом вслух. Но, когда я подробно рассказала то, что нам удалось понять о принципах распространения этого облака Тьмы, Ти, быстро взмыл в небо над горной грядой и внимательно осмотрел пространство от гор до алтарной карусели. Похоже, что увиденное ему сильно не понравилось, и он начал вызывать принца Шаорана.
    - Шао, у нас большие проблемы! Прилететь можещь?
    - Что случилось? И почему прилететь? Давайте координаты и я выстрою телепорт, а то что-то я твоего маяка я не чувствую.
    - И не почувствуешь. Мы тут вляпались по "самое не могу". Сначала Шон совместно с Тимиредис наткнулись на новое изобретение Хашурга - "карусель алтарей", которое умудрилось активироваться при приближении к нему Шона, и чуть было не отправило на тот свет обоих исследователей, поскольку в зоне его излучения пропадала не только человеческая, но и драконья магия. Ну и мы тоже сглупили второпях, и теперь вместе с ними сидим в луже, в которую вляпалась дружно вся наша компания вместе с Тим и ее новорожденной недоношенной драконицей.
    В общем, если коротко, то антимагическое излучение новых алтарей распространяется строго горизонтально и по прямой линии, а в других направлениях очень медленно, как бы растворяясь в пространстве.
    Шону с Тим удалось скрыться за небольшой грядой холмов, откуда они нас и вызвали. А мы, поспешив на помощь, не нашли ничего лучшего, чем телепортироваться без точного выяснения обстановки. В результате, после того, как поле сомкнется, обогнув холмы - а это произойдет буквально через пару минут - мы окажемся в ловушке - телепортироваться сквозь поле невозможно, также как и наши драконы его не могут пронзить. После этого мы сможем перемещаться строго под постоянно расширяющимся полем этой пакости. То есть практически настраивать телепорт придется исключительно по предметам в пределах видимости. Но сам понимаешь, что такими шажочками мы будем добираться до Галарена всю оставшуюся весну.
    Но телепортироваться непосредственно к нам уже нельзя, так как нет никакой гарантии, что ты не застрянешь под этой Пеленой вместе с нами - слишком мало времени осталось до того, как она обогнет горы.
    Так что от тебя требуется только долететь до нас, оценить обстановку магическим зрением, а потом, развернувшись по направлению к Ларрану, лететь, периодически поглядывая вниз, определяя наличие пленки и уточняя рельеф местности. Отлетев на пару лиг, бросай маячок, а мы по нему и будем настраивать свой очередной телепорт. Думаю, что будет достаточно отлететь на десяток лиг от места, где Пелена потеряет Силу. Только собравшись там, мы сможем открыть телепорт непосредственно в Галарен, в сад моего дома и то, используя все возможные предосторожности. И только тогда, когда мы достигнем надежного места, ты опустишься и пройдешь в Галарен вместе с нами.
    А тем временем нас снова накрыла Пелена. Но самое главное было сделано - Мрак худо-бедно пришел в себя и уже обратился в ворона, для более компактного прохода через порталы. Мы все собрались в тесную кучу, ожидая сигнала от обещанного маячка.
    Но первый блин оказался комом, да, притом - призовых размеров. Шаоранову магического маяку не удалось пробить пленку и достигнуть поверхности земли. Шон, как водится, сказал, что это было вполне предсказуемо, поскольку маяк тоже находится в магическом коконе, на который эта пакость и реагирует. И уже в следующий момент придумал, как этот эффект обойти. В принципе, выход вроде лежал на поверхности - надо просто поместить маячок в непроницаемый для магии хрупкий кокон, который разрушится при ударе о землю.
    Но как передать эту идею Шаорану? Ведь он сейчас недоступен для телепатии.
    - Недоступен... недоступен для человеческой и драконьей. А как у нас обстоят дела с эльфийской? - сказала Астер и сразу же попыталась дотянуться до Алсинеля. - Видно он откликнулся сразу же. Эльфийская - действует. - Радостно сообщила она и укоризненно взглянула на своих мужей. - Так, сливаемся! Берем с собой и Шона, и Тим - она ведь и так уже почти догадалась, что мы обычно делаем, да и в наших делах уже давно по самые ушки. Я уж не говорю, что может слияние и поможет ее дракошеньке быстрее вырасти в полноценную взрослую драконицу. А то что-то беспокоюсь я за нее. Ведь, мало того, что она вылетела намного раньше своего срока, но и какую нагрузку ей сегодня пришлось выдержать - не всякая взрослая потянула бы.
    Я смотрела на Астер, и пока мало что понимала. Но Тиану поднялся с травы и подал мне руку, - не бойся, пойдем, я сейчас все тебе объясню.
    Мы подошли друг к другу и встали в единый круг. Руки положили на плечи близстоящих. Факел Силы ударил в небо. Меня унесло в это общий Космос радости и Любви. И, оказалось, что совсем неважно, что во мне нет ни капли эльфийской крови. Шон же тоже ее не имеет. Но он тоже купался в этой чудесной энергии, впитывал ее и наслаждался ею.
    В результате этого слияния я обнаружила свой источник наполненным до краев. Шон доложился, что его источник также начал выправляться и наполняться энергией.
    Но самое интересное было, когда он взглянул на небо, - Ребят, смотрите - эльфийская составляющая нашего столба Силы как будто вырезала отверстие в Пелене. Это же великолепно! Ти, давай быстро передавай Шао, все, что нужно, пока все опять не схлопнулось.
    Тиану не заставил себя долго ждать. Шао практически сразу же сотворил следующий маячок доработанной конструкции и скинул его в уже присмотренное место. Все прошло, как по маслу, маячок ударился о землю, экранирующая скорлупа треснула и осыпалась. И мы, наконец, увидели его магическим зрением под Пеленой. Моментально по приказу Ардена мы встали, приготовившись к телепортации. Телепорт делал Арден. Мы все прошли через него одновременно.
    - Ну и мощь! - подумала я про себя, - но Арден, похоже уловил мое восхищенно и улыбнулся мне в ответ. Но долго думать на эту тему мне не дали - Шаорран скинул следующий маячок, еще на пару лиг дальше от Карусели алтарей. И около нас возник еще один портал...
    Так мы совершили еще три или четыре прыжка, пока после одного из перемещений Арденн, взглянув вверх магическим зрением, не обрадовал нас известием, что наверху Пелены нет. Затем они с Тиану скрупулезно изучили все окрестности и оценили время, которое мы могли использовать для отдыха до того, как Пелена нас опять догонит.
    Лишь после этого Арденн позвал Шаоррана и позволил тому приземлиться, чтобы дать ему хоть немного отдохнуть.
    - Ребят, я тут с отцом связался. - Доложился Шаорран. - Он предлагает наведаться туда, где стоит эта ваша адская карусель и сжечь все нафиг драконьим огнем. Что думаете?
    - А что тут думать, - ответил ему Шон, - у тебя отец разве лишний? Если эти алтари гасят даже драконью магию, то где гарантия, что при ударе драконьим пламенем их не рванет почище, чем Шангари. А может быть и что похуже будет, если хашурговские маги при создании этой адской карусели не предусмотрели специально какую-либо более изощренную пакость нам, драконам, в подарок.
    - Мдя. Похоже, ты прав, - недовольно констатировал Шаорран и опять соединился с отцом.
    Арден внимательно осматривал окружающий пейзаж и, кажется, проводил какие-то, только ему понятные, измерения. Буквально через пару минут он сказал, - У меня создалось впечатление, что если мы прямо сейчас, вместо того, чтобы продолжать отдыхать, быстренько переместимся еще пару раз во-о-он до той горной гряды, а потом и за нее, то вполне возможно, что уже оттуда, немного поднапрягшись, вполне можно будет прыгать уже в Галарен.
    Да, я уже сказал об этом Алсинелю и передал ему координаты той гряды. Он обещал прибыть туда самолично с флягой энергетического напитка. Помните тот неудобоваримый эликсирчик, которым он нас потчевал, когда мы алтари сносили? Пусть и не очень вкусно - зато как душевненько взбодрились.
    Мы взбодрились уже от той мысли, что появилась возможность прекратить эти прыжки наскипидаренного зайца и, наконец, оказаться в Галарене. Дружные кивки головами были сигналом Ардену на создание телепорта.
    Через два прыжка мы оказались у горной гряды, где нас уже поджидал Алсинель со своей знаменитой фляжкой. Вкус действительно оказался весьма специфический, но взбодрило знатно. Мы уже готовы были опять идти в бой против всех хашургов на свете. Но воевать уже ни с кем не пришлось. Мы просто переместились уже через портал Алсинеля прямо на полянку в саду дома Тиану в Галарене.
    Пока лежали и расслаблялись, Тиану быстренько смотался в стазисный погреб и приволок огромный "тазик", полный пожаренных ребрышек неизвестного животного и миску с красным соусом. Последующие полчаса мы провели молча и с пользой для организма. Потом дружно сказали, - уф-ф-ф, и отвалились на траву с явным желанием поспать.
    Но не тут-то было.
    Астер не подлежащим возражению тоном сказала всем, что они могут быть свободными, кроме меня и Мрака. Потом отошла в сторонку и явила нам свою красавицу-драконицу Наргиэль во всем ее блеске. А потом посмотрела на меня, и внутри моей головы раздался ласковый голос Нары:
    - Лания, лапочка превращайся. Дай нам полюбоваться тобой. И иди скорей ко мне под крылышко.
    Моя чешуйчатая недоросль думала недолго, ласковый голос ей был знаком, да и ласку она любила. Она встряхнулась и распахнула крылья. А потом боком, боком, переваливаясь с ноги на ногу, отправилась к Наре. Под крылышко.
    Нара прикрыла мою красавицу своим крылом, сказала ей что-то на ушко, а потом обернулась к Шону.
    - Ну что? А ты что вороном прыгаешь? Давай являй свою драконью сущность, болезный ты мой. Сам заварил кашу, теперь давай вместе думать, как ее расхлебывать.
    Мрак не заставил себя долго ждать. Да, он, конечно, был великолепен, как всегда. Только какой-то усталый и утративший свой лоск. Мне даже его жалко стало, хотя моя Лания смотрела на него с обожанием и любовью, не замечая больше ничего.
    Наргиэль, продолжая поглаживать мою драконицу, начала свой спич.
    - Я тут вспомнила, как мы помогали расти Арденову дракону. Я тогда специально приостановила в росте, чтобы подкармливать его уже наполовину переработанной энергией - в таком виде ее было удобнее потреблять его дракону. А тут получается, правда, несколько другой случай. Лания уже вылетела, хотя и раньше времени. Вот я и подумала, что может будет иметь смысл давать ей по маленькому кусочку нашей уже переработанной энергии. Ну, как в очень бедных человеческих семьях в деревнях иногда раньше давали детям пережеванный и смоченный слюной хлеб.
    Но энергия - это ведь, ни хлеб, ни разу. Вот и подумай, как помочь своей подружке справиться с сегодняшним стрессом и набрать силу. Да и тебе самому надо разрабатывать источник, ведь он сейчас у тебя схлопнулся до размеров, почти как был до того момента, как Мать позволила тебе опять донырнуть до дна.
    - Во, точно. Посоветуюсь-ка я сегодня ночью с Матерью Всех Драконов. Ведь если бы не Она, вряд ли мы вообще сегодня выжили бы. Она подкидывала нам Силу, сколько могла. Надо поблагодарить, рассказать все в подробностях, да и в озере искупать не помешает. Может она опять подарит мне стаканчик с озерной водой для Тиминой дракоши, - задумчиво закончил он.
    - Ну, что ж. Идея хорошая. Да и нам всем не помешало бы наведаться на Озеро. Давай не ночью, а к вечерку соберемся и все вместе через портал пройдем.
    Марк согласно закивал своей огромной башкой.
    А я пригрелась под крылом у Нары и, убаюкавшись ее нежным музыкальным рычанием, уплыла в сон. Кто уж и каким образом перенес меня в комнату и положил на кровать я так и не узнала.
    А вечером, когда с работы вернулся Ас и узнал, что у нас тут произошло, его как с катушек снесло. Тут смешалась и тревога за меня, за мою дракошу и нездоровая ревность к Шону, который, якобы, опять вовлек меня в опасные дела.
    А уж когда до него дошло, что Левания уже обрела крылья, что целибат мне уже вроде как уже и не нужен, то мозги у него поехали уже капитально. Чего я только от него не наслушалась.
    - Значит Ления уже вылетела... Значит вам с Шоном уже можно... Ну, не сейчас, конечно, а когда полностью придете в себя, когда его вылечат.
    Мдя... драконья богадельня какая-то получается: один недорослик, один заморыш и больной на всю голову Маг. Ага. - Весьма невеселые мысли так и крутились в голове у Аса. И он никак не мог с ними справиться.
    А моя любимая, и так замученная сегодняшними происшествиями, недоросль с тоской слушала его нервные высказывания, и вдруг выдала.
    - А Мрак лучше. Он меня любит. А этот, этот... только себя любит. Мне сейчас и так плохо, а он своими разглагольствованиями еще хуже делает.
    Когда эти слова ментальной жалобы дошли до Аса, он прикусил язык, но было уже поздно. Слова были сказаны. И это оказалось гораздо более действенным, чем мой удар ему под дых, как мы практиковали раньше, если его начинало заносить. А я, я тоже сидела, как пыльным мешком по голове тюкнутая. Ведь моя малышка оказалась умнее и прозорливее меня. Ведь я и раньше знала, что не хочу быть чьей-то собственностью, но как-то привыкла к Асу, к нему привыкло мое тело. Но ведь моя душа была и осталась свободолюбивой, а Ас все никак не меняется, хотя уже столько времени прошло, и столько всего произошло. Неужели он так и не понял ничего... А может это вообще неизлечимое? Ну характер у него такой собственнический... Тогда надо поразмыслить, устраивает ли меня такой муж... хотя муж меня вообще никакой не устраивает... пока...
     Когда же Мрак полностью восстановил свою Магическую Силу, он на пару дней исчез в неизвестном направлении, а когда вернулся, как всегда голодный, усталый, но довольный, то отчитался. Оказывается он с Астер, Тиану и Арденом не только уничтожили найденную нами Карусель Алтарей, но и нашли еще несколько подобных, еще не активированных. Поступили они с ними ожидаемо.
    Шон, подпитываемый энергией Астер, которая черпала ее из своего накопителя, сотворил портал, и отправил это новое изобретение Хашурга на обратную сторону Луны для последующего изучения.
    - Опять он нас обогнал на повороте, - размахивая наполовину обгрызенным ребрышком, грустно выдал он в заключение. - Придется изучать эту мерзость долго и скрупулезно. Вдруг, мы еще, где пропустили подобное.
    - А Пелена как же? Вы ее тоже уничтожили? - Спросила я.
    - Да она и так бы рассеялась без подпитывающего ее источника в течение не-скольких недель, но мы попросили эльфов. И они очень быстро справились с очисткой окружающей природы от этого неестественного загрязнения. Ведь по эльфам подобное бьет сильнее, чем по кому-либо.
   А в течение последующего месяца Мрак, как заботливая нянюшка, ухаживал за моей красавицей: и рычал, и снабжал своей энергией, и разговаривал и даже в шахматы учил играть. Шон подтвердил, что Мать Всех Драконов также считает это полезным для роста Леванны. А уж как она была рада, что теперь не одна - и ее любимый Мрак от нее не отходит, и Наргиель несколько раз в неделю навещает. А уж драконенка Аса Леванна стала считать чуть ли не своим младшим братом и сама за ним пыталась ухаживать. В общем, эфирное драконье гнездо. Ага.
   А к весне мы с Асом, поднапрягшись, сдали экстерном все выпускные экзамены и готовились к паломничеству. Для начала собрали все необходимые документы и вещи для последующего поступления в Академию и сложили их в нашей избе. Против отправки их в Замок Сайгирн я категорически возражала. Несмотря на то, что управляющий гном Кремень там уже навел нормальный порядок, я так и не смогла ощутить этот холодный промозглый край своим домом. Пусть это будет частью моей ответственности, как сказал Шон, но мой дом будет в той избе, которую мы с любовью построили тогда вчетвером на шоновой земле.
   Шон слетал к озеру Полумесяца и привез нам хорошие новости. Мать Всех Драконов решила, что спасение мной Шона она считает достаточной заслугой, которая позволяет мне начать паломничество не в Китовом Киле и даже не в нашей избе, а в Галарэне, куда я имею право долететь на своих крыльях... тем более, что направление движения к озеру Полумесяца я хорошо чувствовала уже около года. Я, конечно, подозревала, что к такому решению ее подтолкнул Шон, но он молчал как рыба, и это осталось исключительно только моими догадками. Асу же предстояло ехать на лошади своим ходом. Поэтому он отправился в путь раньше меня с надеждой, что мы встретимся в Галарене, и дальше пойдем вместе. Да, он уже смирился полностью с нашим тройным будущим - видно воспитательная работа его дракоши не прошла даром. Но во избежание, как он считал, лишних соблазнов лучше пока держать меня подальше от Шона.
    

Фанфик "Секретное оружие"


  "Не могу пройти мимо безобразия -
   Так и хочется принять участие". С.Янковский
    Вся компания сидела на веранде вокруг стола, откинувшись на спинки кресел, и мирно беседовала, время от времени, то отпивая из бокала напиток какого-то непередаваемо вкусного оттенка, то утягивая с блюда очередной пирожок, а то и обжаренные до хрустящей корочки ребрышки некой неопределенной тварюшки.
    И вот, казалось бы, что уже и темы все обсудили, и даже говорить вроде бы и не о чем. Даже некий дух дремы начал витать над столом, что обычно было не свойственно для этой компании.
    Но тут Тиану вспомнил о том, как несколько дней назад Тим и Шон опять чуть было не влипли в очередную историю. Только лишь благодаря вовремя подоспевшему Шаоррану, все закончилось благополучно.
    В тон ему продолжил выступление Арден.
    - Точно! Шона всю жизнь так и тянет на приключения. И из общаги его выгоняли за эксперименты, да и в другие более рискованные ситуации он постоянно влипает.
    - Ну и что, - обиженно просопел Шон, - если бы не любовь к экспериментам моего папы, меня и на свете не было бы. Вот, что бы вы без меня тут делали бы тогда? Со скуки умирали бы?
    - Да, уж! Что бы мы без твоих наследственных особенностей делали бы? - Медленно произнесла Астер. - Ой, а ведь, действительно, все эти качества передаются по наследству. А раз так, то значит, что они записаны в его геноме, - на этом она замолкла и задумалась.
    Но компания не дала ей спокойно подумать, так как все присутствующие принялись подкидывать свои идеи в общую топку.
    - Ага, - произнес Тиану, - если все это передается по наследству, то может быть есть смысл передать эти свойства маленьким шончикам, а тех потом направить в тыл к оркам - пусть их тоже научат, как надо в неприятности влипать раз за разом. Это же вполне действенное оружие против орков получится
    - Какой ты кровожадный! - Укоризненным голосом выдала Астер, - и не жалко тебе маленьких шончиков? Лучше пусть они в академии народ развлекают.
    Дальше в разговор вступил Арденн, как всегда разложив все свои идеи по логическим полочкам.
    - Ну, если кровь Тим вы называете хашургоядовитой, то наследственные гены Шона, получается, имеют оркоподстрекательные свойства. И можно надеяться, что лет эдак через десять-пятнадцать у нас вырастет целая плеяда маленьких оркоподстрекателей, которая и выведет всех орков, как тараканов, - стараясь держать серьезную мину лица, проговорил Арден.
    - А тебе не жалко Тим и наших будущих отпрысков? - Взъярился Шон, не оценив шутку.
    - О-о-о, значит, насчет общих с Тим детей ты уже не возражаешь? - с милой улыбкой промолвила Астер, и добавила, - ну Шон, ну прекрати бесноваться.
    Шутки шутками, но сам ведь понимаешь, что если кровью Тим воспользоваться нельзя в принципе, то каким образом использовать твои гены, надо просто хорошенько подумать.
    - О! Я придумал, - выдал Тиану, - надо сотворить фантом молодого орка, внутрь которого в нужном месте поместить ампулу со спермой Шона. А мы все, обернувшись орками, сопроводим этот фантом в одну из триб и затащим его на какую-нибудь местную вечеринку.
    - Нет, не пойдет, - возразил Арден, - фантом, даже нашего коллективного изготовления орки раскусят враз, а уж орчанки, тем более. Может лучше какого-нибудь кролика превратить в орка. Это и легче, да и получится для орчанки настоящий талантливый тепленький живой любовник - ведь в гномов вы сами превращались и весьма успешно. Ой, не додумал, как наполнить этого длинноухого ценными генами нашего гениального разрушителя.
    - Будете издеваться, вообще Мрака на вас натравлю, - ну выдержав такого натиска, угрюмо рявкнул Шон и отрастил на руках длинные блестящие, как обсидан, черные когти.
    - Ну, Шо-о-он, ну не обижайся, ну давай, действительно, обдумаем все возможные способы использования твоих наследственных особенностей, а заодно и оценим их плюсы и минусы, - просительным тоном произнесла Астер.
    - Угу, обязательно надо обдумать, а то 'вместо', а в лучшем случае 'кроме' разрушительных генов подарим оркам еще и шонову гениальность. Вот тогда нам всем в одночасье и каюк придет. Представляете, орки с менталитетом и магическими способностями Шона, да еще на драконьих крыльях.
    Есть, конечно, вероятность, что подобный менталитет сподвигнет их не чужие земли захватывать, а сидеть по юртам и изобретать различные пакости. Но уж лучше не рисковать. - Поделился своими сомнениями Арден.
    Шон же продолжал глядеть на всех букой, изредка посматривая на свои супермоднючие коготочки.
    - Так, ребята, мне весь этот балаган уже порядком поднадоел, - твердым голосом произнесла Астер, - переходим к серьезным обсуждениям, - и, повернувшись к Шону, сказала ему, - ты главный Маг Империи! Не забыл? Так что, изволь прекратить обижаться и подключай-ка быстренько свой могучий ум.
    Я даже подумала, что может тебе на время забросить твои темпоральные исследования - я подожду, не горит - а серьезно заняться возможностями генетики. Ну, допустим, выделить гены, отвечающие за гениальность, за возможность превращения в драконов, за любовь к неуместным экстремальным исследованиям. А уж когда разберешься в структурных особенностях своей наследственности, потом уже будем думать, каким образом устроить так, чтобы подарить оркам только усидчивость, любовь к умственному труду, а самое главное - способности постоянно влипать в неприятности.
    После этой тирады Шон встрепенулся.
    - А ведь это действительно может быть, ой как интересно! Как это я сам не догадался?
    Ладно. Я побежал? Да? Можно?
    - Куда? - Вскричали все хором.
    - Ну, как куда? Генетику изучать. А вы уж тут продолжайте придумывать, как будете орков облагодетельствовать тем, что я придумаю.
    Компания переглянулась. Арден же хмыкнул.
    - А что тут придумывать. Превращаемся в орков, перемещаемся в трибу и принимаем участие в их гульбищах. А созданное Шоном чудо-средство, заранее упакованное в капсулы в нужном количестве, просто телепортируем орчанкам в надлежащее место. - И добавил, - только орков мне что-то жалко стало. Может, не будем создавать это секретное оружие? А?
    Алсинель, до этого момента не проронивший ни слова, вдруг поднялся из кресла и достаточно эмоционально вступил в разговор.
    - Жалеть? Орков? А не полезней ли просто, если уж вы собираетесь довести знание генетики до уровня складывания любого характера из генов, как из кубиков, добавить к выбранному вами качеству 'каверзоизобретательности' еще чуточку вдумчивости и доброты. Ну и еще что-нибудь, что сочтете нужным. Ведь тогда вполне можно будет всерьез надеяться на глубокие изменения в менталитете орков.
    Да, и еще, подумайте вот о чем. - Добавил он, - Почему Хашург стал таким, каким стал? Возможно, это знание позволит вам как-то договориться и с самим Хашургом.
 
 

Содержание


  Вступление.
  Часть 1. В мирах разных и прекрасных
  Глава 1. Из дневника Олеси.
  Глава 2. Эльмуррские хроники
  Глава 3. ПрОклятая Пещера.
  Глава 4. Магия Любви
  Глава 5. Исповедь задохлика
  Глава 6. Реквием по Диптауну.
  Глава 7. Безумие быть собой
  Глава 8. Эта серая, серая жизнь
  Глава 10. Радуга-Дуга
  Глава 11. Рожденная в книжном шкафу.
  Глава 17. Слушая голос крови
  Глава 18. Этот солнечный радостный Север
 
  Часть 2. С миру по нитке
  Глава 1. Сказки-фэнтези в стихах
  Эллири - эльфийская принцесса
  Про Эльтору и злую колдунью
  Радужная страна ( Из сказок короля Альтура )
  Про Снегурочку
  Глава 2. Мои фанфики к книгам Надежды Кузьминой.
  Фанфик "Драконица Тим вылетела"
  Фанфик "Секретное оружие"
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  23
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"