Навик Олег
Глава 18

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:

Вот уже снова наступила весна, казалось год пройдет так же как предыдущий, дети проведут большую часть нескончаемого лета вместе, и даже зимние каникулы, на которые Римма уезжала в Англию, ничего не изменили. Ребята уже заранее строили планы - проникнуть в заброшенный дом на окраине поселка, добраться до пожарной вышки в лесу и залезть на нее, пройти по руслу небольшой речки - она была очень мелкая, с твердым песчаным дном, а лес по ее берегам - непролазная чаща, по карте - от захода у высоковольтной линии до шоссейной дороги к соседнему селу - выходило километров шесть-семь. Паша без особого энтузиазма предложил еще раз порыться на чердаке дачи Серовых, но Гриша отмахнулся: ну, эту канитель! Римма же о чем-то глубоко задумалась. На этот раз они собрались у нее дома. Родители были еще на работе. Домработница копошилась на кухне, а в рабочей комнате Риммы беззвучно мелькал экран компьютера - какой-то американской фантастикой. Троица сидела на трех разномастных стульях: Римма на вертушке, Паша на простом у письменного стола, а Гриша на табуретке-стремянке, с которой можно было дотягиваться до высоких книжных полок. Девочка так погрузилась в свои мысли, что Грише пришлось повторить свой вопрос дважды:

- Ты все еще переживаешь, что дядя Гена не самый лучший родственник?

- А? Нет.

Она переживала, что ее самый лучший родственник от нее отдалился. Даже две недели зимних каникул, в которые они раньше всегда много встречались, а в эти, поскольку она уехала, не виделись, не заставили его сказать, что он скучал. Дядя Кадя так ушел в новую работу, что иногда не звонил ей целую неделю, и тогда Римма звонила сама. А раньше они созванивались каждые два-три дня - и всегда находилось о чем поболтать. Теперь же Аркадий твердил мантру - я очень занят или начинал расписывать очередные недавно открытые достоинства Анны. Девочка и так и эдак крутила про себя слова: Анна - жена дяди Кади, они женаты, дядя Кадя - муж Анны, они живут вместе. И все пыталась унять неприятное, сосущее ощущение - все неправильно, они просто не могут быть вместе! Милый, родной дядя Кадя, которого она помнит еще небрившимся юношей и эта холодная, чужая женщина. Злая. Она знала, что Анна - злая, и поэтому все кончится плохо. Потому что Аркадий рано или поздно тоже это поймет, и тогда произойдет что-то ужасное.

Римма пересилила себя и улыбнулась.

Чуткий Паша что-то такое уловил и, как всегда неловко, попытался утешить:

Римма хотела что-то ответить но подумала - не стоит даже с друзьями обсуждать дядю Кадю, слишком это личное.

Тут Гриша пустился в рассуждения - стоит или не стоит верить в Бога, спросил у Павла с Риммой, как они сейчас, уже повзрослев, считают: есть там что-то или нет. Паша сказал, что у него семья не очень верующая, как известно Грише, сам он, правда, никак не может представить, чтобы все что он думает и передумал пропало, исчезло. Тогда Гриша рассказал, как его в детстве однажды отвезли к бабушке, и как она учила его молиться.

Римма и Паша откровенно хохотали (Гриша наглядно изобразил меломана - прикрыв глаза, прищелкивая пальцами и топая ногой по полу), представив себе такую картину.

И Гриша как-то мрачновато замолчал, вспомнив о родителях

И до самого лета они не вспоминали про свою игру в поиски предполагаемых злодейств Геннадия Порфирьевича. Ребята с облегчением вздохнули, сдав зачёты и контрольные по предметам, пройдя итоговые тесты, и весь июнь наслаждались долгожданной свободой. Римма же в конце июня опять на две недели уехала в Англию.

А когда она вернулась, оказалось, что у дяди Кади есть новости о дяде Гене...

Аркадий уже и забыл, что собирался икать и что успел найти по мужу Софии Львовны - Михаилу Гершовичу. Собственно, нашел он двух подходящих по возрасту тезок Михаила Натановича. Но скорее всего, они не были нужными ему персонажами, один и вовсе проживал в другом регионе. Ведь он просмотрел всего пару открытых баз, - где эти люди захоронены, ему не удалось установить. Зато ценную информацию, похоже, отыскал еще один институтский товарищ Аркадия. Прознав, что у того завелись деньги, и он проявляет интерес к чему-то труднодоступному, этот Игорь связался с Аркадием и уточнил - что конкретно тот хочет узнать и сколько не пожалеет за эти сведения. Он сказал, что Аркадий не с той стороны начал искать. Можно было бы сделать запросы в ЗАГСы*, но это слишком долго и хлопотно. А вот составить базы кладбищ - его давнишняя мечта. Это золотое дно! - сказал приятель.

*Запись актов гражданского состояния

Аркадий решил, что может себе позволить небольшую трату, тем более, его немного мучила совесть: он ведь обещал племяннице докопаться до истины, а сам бросил все на середине. Как объяснил потом бывший сокурсник, найти, где захоронен Михаил Гершович, было не так уж сложно, - его похоронили рядом с матерью, но кому выдали справку о захоронении (или паспорт), узнать оказалось труднее, пришлось искать окольные пути, - улещивать и подмасливать. Еще удалось узнать, что могилу посещают. И это являлось единственной зацепкой, потому что похоронами занималась не жена, а сестра Гершовича.

Аркадий сказал ребятам, что не будет устанавливать камеру на кладбище, потому что боится проблем с законом. Он собирался узнать, где проживает сестра Гершовича, - возможно, она еще поддерживает связь с невесткой.

Когда человек спустя время возвращается к проблеме, которая некогда не давала ему покоя, она предстает перед его внутренним взором свободной от эмоциональной шелухи, витиеватые умозаключения и внезапные озарения, приносившие радость, сравнимую с радостью кладоискателя, кидающегося на любой блеск в породе, под новым, трезвым взглядом делаются незначительными или вовсе несостоятельными. Иногда и сама проблема кажется уже недостойной внимания. Но так бывает не всегда. Реже, но все же случается, что прошедшее время вымывает из песка золотую крупицу.

Аркадий пересмотрел заново записи с камер - и первого эпизода, и с установленных им самим. И опять, как в первый раз узнал не только лицо и фигуру Геннадия Порфирьевича, но и заметил к тому же то, что ускользнуло тогда от его осознанного внимания. У дяди Гены была манера иногда, будто что-то посасывая, втягивать щеки и выпячивать губы, - это был мимолетный мимический жест, едва уловимый, и при том невысоком разрешении оптики наблюдения плохо читаемый. Но ракурс оказался удачным. И если при первых просмотрах это просто сработало на неосознанное убеждение, что он видит именно знакомого человека, а не просто похожего, то сейчас Аркадий уверился, что это именно Геннадий Порфирьевич, а не кто-то другой. Запись была с камеры фитнес-клуба, - как раз тот эпизод, когда молодой человек шел к Светлане и заметил, как кто-то удивительно схожий с покойным родственником, перебросившись парой слов с шикарной дамой, разворачивается и уходит, а дама сбегает с пологой лестницы к авто. Пока Аркадий переваривая увиденное и, раскрыв рот, машинально провожал глазами стремительно уехавшую машину, незнакомец тоже успел скрыться. Как всегда столкнувшись с чем-то непонятным люди пытаются убедить себя, что им всего лишь показалось, но потом реальная странность продолжает беспокоить, как заноза. И Аркадий, поднимаясь к сестре, начал прокручивать мимолетную полувстречу. Мимику незнакомца он не видел, характерное причмокивание запечатлела только запись с видеокамеры. При первом просмотре - то есть просмотрах, - он ведь просматривал ее не один раз, эта мелочь никак его не зацепила (ведь и лет с тех пор, как он видел старика последний раз прошло немало), - Аркадий всматривался в черты лица и боялся растерять ту живую запись, которую сохранил его мозг.

И вот теперь, - нет, он совсем не зря играл в детектива! - убедился: Геннадий Порфирьевич должен быть жив! А раз так - что знает о нем Анна? Кто он для нее? И неужели старый хрыч не связался ни с кем из своих прежних знакомых? Вот, например, его родной племянник и муж Светланы - Эдуард Петрович, - человек с отличными связями, денежный мешок, кроме того - безмерно обязанный дяде, - и он исключен из доверенного круга? Маловероятно, думал Аркадий.

Кроме того он думал об Анне. Но не так как раньше. Всякое чувство, как точно заметила Светлана, имеет свои фазы и за кульминацией следует некоторое угасание. Если горение не переходит в душевную или хотя бы бытовую близость, когда другой человек воспринимается как собственное продолжение, неотъемлемое и необходимое, люди делаются вновь чужими друг другу. И уже никакой физический акт близости не в силах этого исправить. Аркадий еще не знал, что оказался на пути отчуждения. Глядя на возлюбленную более трезвым взглядом, оценивая ее, он с некоторым испугом стал замечать как прежде умилявшие его мелочи задевают самые тонкие струны души, отзываясь неприятной вибрацией. Последнее долгое отсутствие Анны и погруженность в работу освободили его. К нему вернулась прежняя способность к анализу, увлеченному размышлению и поиску очевидных решений - что есть самое сложное, поскольку очевидное делается очевидным далеко не сразу, а лишь когда находится нужный угол зрения. Например, благодаря этой способности Аркадия в работе начали применять новые подходы, и уже можно было начать решать чисто технические задачи. Но из-за того же умения рассматривать все в нескольких ракурсах, Аркадий задался многими вопросами, которые не торопился озвучивать кому бы то ни было, - а просто стал собирать данные, чтобы немного приблизиться к ответам. На кого они работают? Каковы возможные практические применения готовых алгоритмов? Почему был выбран именно этот центр репродуктологии? Почему коллектив собрали с нуля, и нет никого, кто занимался всем этим ранее - ведь определенные наработки имелись?

Аркадий мог быть нетерпелив, но только не в том, что касалось решения задач и поисков истины.

После пришедшего озарения насчет якобы незнакомца, он вспомнил, что хотел поговорить с дедушкой Павла - как с человеком, который с большой вероятностью воспринимал Геннадия Порфирьевича несколько иначе, чем все остальные знавшие его люди. Однако молодой человек сомневался, говорить ли племяннице и мальчикам о возникшей в нем уверенности, что встреченный им незнакомец действительно дядя Гена. И стоит ли дальше привлекать детей к этому делу, - мало ли к чему может привести дальнейшее погружение в тему. Он не сказал им о прозрении наступившем после пересмотра видеозаписи, но не смог лишить ребят удовольствия узнавать и дальше новые детали расследования.

Мальчики съездили на кладбище, а племянницу Аркадий попросил покопаться в фотоархивах бабушки Елены и переснять на телефон все изображения, где есть не только дядя Гена, но и Петр Порфирьевич.

- Особенно внимательно отсмотри данные фото, ищи людей, которые появляются часто рядом с ними - с обоими братьями.

- Бли-и-ин, протянула Римма, - что же я Лене Мильевне-то скажу?

- Да-ну, - махнул рукой Аркадий, - ей даже в голову не придет спросить: зачем ты опять решила посмотреть все старые фотографии. Просто попроси их достать - и все.

Римма немного подумала и согласилась, что, наверное, он прав, и объяснять ничего не придется. Более того: Елена Эмильевна еще и с умилением и ностальгией взялась пояснять кто есть кто. Римма не стесняясь переснимала на телефон почти все фотографии. Не все они были вставлены в фотоальбомы, многие из них были убраны в черные пакеты из под фотобумаги или лежали между страницами россыпью. Знакомые братьев практически не пересекались. Фотографии Петра Порфирьевича делались в основном в деловых поездках и, очевидно, ведомственных санаториях. Но на паре снимков все же братья стояли рядом, Римма даже подумала, что они сделаны в их дачном поселке, - на заднем плане виднелись сосны и крыши деревянных домов, но быстро сообразила, что здесь дядя Гена еще слишком молод, хотя...

- А? Нет, - отозвалась Елена Эмильевна. - кажется, это где-то под Лугой. Да-да, точно, у нас ведь там были родственники, очень дальние... Мы когда стали выяснять, вдруг оказалось, что мы, то есть Вельские, и Серовы... В общем, я же тебе объясняла.

Да, бабушка что-то такое пыталась втолковать Римме с самых малых лет о скрываемом в советское время дворянском происхождении. И если у нее самой дворянство прослеживалось по мужской линии, то у Серовых - по женской, а те перебравшиеся в провинцию дворянки были родней и ей и матери братьев Серовых Порфирий Серов и был серость. А вот матушка их была настоящая дама. Дальше пошли воспоминания о том о сем, Елена Эмильевна перескакивала с одного на другое, пока Римма, наконец, не вернула ее в самое начало.

- А что они там делали? - спросила она, указывая на фотографию.

Пожилая женщина действительно засмеялась. А ее внучка попыталась вспомнить - когда она видела ее смеющейся последний раз. Кажется, никогда.Только ничего смешного девочка в рассказе бабушки не увидела.

Оказывается Петр Порфирьевич, когда учился в институте (то есть еще совсем молодым человеком) собирался жениться на одной из тех дальних родственниц с дворянскими корнями, но они и в те времена дворянство свое не скрывали. Ну, и поразмыслив, Петр Порфирьевич передумал жениться.

- Представляешь, а там-то платье уже шить начали! - веселилась бабушка Елена.

- И что? Почему он отказался?

- Ну как же - кто он и кто они на тот момент были?! Он же где и на кого учился! А тут жена из-за сто первого километра* с дворянским шлейфом! Ха-ха-ха!

* за 101 километр в советское время высылали неблагонадежных, термин неофициальный, означал запрет на проживание в крупных городах

Римма слегка склонила голову набок - ну, учился дедушка на юриста и что? На тот момент он же был просто студентом, ни до каких званий еще не дослужился и никакими регалиями не обзавелся.

Римма хотела было что-то сказать, но Елена Эмильевна ее не стала слушать:

- И для чего же предназначен настоящий аристократ? - спросила девочка, уже догадываясь об ответе, но ей хотелось услышать, как бабушка это произнесет, - Римма сейчас тоже смеялась, но про себя, поскольку в бабушке Елене видела лишь старую грымзу, а никак не аристократку, наделенную всяческими совершенствами.

- Предназначение аристократа* - власть, - просто ответила Елена Эмильевна, и сразила этим ответом Римму, которая готова была услышать о великой и светлой миссии, о высоком примере по типу - все должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и мысли**. Ее внутренний смех оборвался едва начавшись.

*аристократия от греческого - власть лучших

**из Чехова

Римма было погрузилась в задумчивость, но поняла, что это слишком обширная тема, и сейчас не время размышлять над ней. Девочка кивнула, как бы соглашаясь, и решила еще немножко повыпытывать у бабушки, что ей известно о тех, кто запечатлен на старых фотографиях.


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"